Дело № 2-351/2025

59RS0028-01-2025-000482-09

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

24 сентября 2025 года Лысьвенский городской суд Пермского края в составе судьи Е.А.Носковой, при секретаре Сивковой Н.А.,

с участием истца ФИО1,

представителей ответчика ФИО2 и ФИО3,

прокурора Садовской Е.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Лысьва Пермского края гражданское дело по иску ФИО1 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Пермского края «Лысьвенская больница» о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Пермского края «Городская больница Лысьвенского городского округа» (после переименования - Государственное бюджетное учреждение здравоохранения Пермского края «Лысьвенская больница», далее по тексту – ГБУЗ ПК «ГБ ЛГО», ГБУЗ ПК «ЛБ») о взыскании компенсации морального вреда, причиненного некачественным оказанием медицинской помощи.

В обоснование заявленных требований указано, что 01.04.2022 года он был госпитализирован в стационар ГБУЗ ПК «ГБ ЛГО» с заболеванием <данные изъяты>. При помещении в стационар у него был взят анализ на коронавирус, результат отрицательный. Примерно через неделю в палату, где проходил лечение истец, поместили пациента, который сказал, что до госпитализации он тяжело перенес ковид. Примерно через два дня у истца появился насморк, кашель, поднялась температура, ему было назначено дополнительное лечение. В день выписки 13.04.2022, по прибытию домой, он вызвал неотложную медицинскую помощь. Прибывший по вызову медицинский работник взял у него анализ на коронавирус, результат оказался положительным. Полагает, заражение ковидом произошло по вине медицинской организации, сотрудники которой поместили в палату недолеченного от ковида пациента. Просит взыскать с ГБУЗ ПК «ЛБ» в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 250000 рублей.

Истец ФИО1 в судебном заседании требования поддержал по доводам, изложенным в иске. Дополнил, что, поскольку ответчиком были нарушены его права на безопасное оказание медицинской помощи (при проведении лечения в <данные изъяты> отделении было допущено заражение его ковидом), он вправе рассчитывать на компенсацию морального вреда. Уточнил, что просит взыскать с ответчика компенсацию морального вреда именно за причиненные ему нравственные страдания в размере 250000 рублей.

Представители ответчика ГБУЗ ПК «ЛБ» ФИО2 и ФИО3 в судебном заседании исковые требования не признали, полагают, что доказательств оказания ответчиком медицинских услуг ненадлежащего качества, повлекших заражение истца ковидом, и вины ответчика в материалы дела не представлено. Просят в удовлетворении иска отказать в полном объеме.

Представитель третьего лица - Министерства здравоохранения Пермского края в судебное заседание не явился, извещены о рассмотрении дела надлежащим образом.

Выслушав лиц, участвующих в деле, учитывая мнение прокурора, исследовав материалы дела, приняв во внимание заключение экспертов, суд приходит к следующим выводам.

В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации (часть 1 статьи 17 Конституции Российской Федерации).

Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения (часть 2 статьи 17 Конституции Российской Федерации).

Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (статья 18 Конституции Российской Федерации).

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья (статья 41 Конституции Российской Федерации).

Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (часть 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации).

Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее также - Федеральный закон от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ).

Согласно пункту 1 статьи 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

Охрана здоровья граждан - это система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (пункт 2 статьи 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ).

Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг (пункт 3 статьи 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ).

В силу статьи 4 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ охрана здоровья в Российской Федерации основывается на ряде принципов, одним из которых является соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий.

В числе таких прав - право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (части 1, 2 статьи 19 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ).

Основания, порядок, объем и характер возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, а также круг лиц, имеющих право на такое возмещение, определены главой 59 Гражданского кодекса Российской Федерации «Обязательства вследствие причинения вреда» (статьи 1064 - 1101).

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В пункте 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина» разъяснено, что по общему правилу, установленному статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины.

Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (часть 1 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Пунктом 2 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что нематериальные блага защищаются в соответствии с Гражданским кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и в тех пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12 Гражданского кодекса Российской Федерации) вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения.

Как установлено судом и следует из протокола заседания врачебной комиссии (л.д.190-200 т.1), 01.04.2022 ФИО1 был госпитализирован в <данные изъяты> отделение ответчика с жалобами <данные изъяты>. По результатам осмотра установлен основной диагноз «<данные изъяты>». При поступлении в стационар ФИО1 был обследован на наличие новой коронавирусной инфекции: экспресс тест на ковид - отрицательный. В палате одновременно с ФИО1 лежали пациенты без катаральных явлений. За период госпитализации состояние ФИО1 было удовлетворительным. Наблюдалось однократное повышение температуры ночью 07.04.2022 до 38,0, появилось першение в горле, на основании чего установлен сопутствующий диагноз «<данные изъяты>», скорректировано лечение. В дальнейшем повышение температуры у пациента не наблюдалось, сохранялось ощущение сухости в горле. В день выписки температура у ФИО1 нормальная, состояние удовлетворительное, в зеве – легкая гиперемия, АД – 130/80, SpO – 96% на воздухе. С учетом достижения целевых показателей АД, завершения курса терапии ФИО1 выписан на амбулаторное наблюдение с рекомендациями. С 13.04.2022 по 02.05.2022 лечился амбулаторно с диагнозом <данные изъяты> от 13.04.2022 года.

Обращаясь с требованиями о компенсации морального вреда, истец ссылается на то, что ответчиком медицинская помощь ему была оказана некачественно, было нарушено его право на безопасное оказание медицинской помощи, поскольку ответчиком было допущено заражение его ковидом именно в период госпитализации.

В соответствии с положениями ст.56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями ч.3 ст.123 Конституции Российской Федерации и ст.12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

С целью установления наличия дефектов оказания медицинской помощи в период стационарного лечения истца в ГБУЗ ПК «ГБ ЛГО» с 01.04.2022 по 13.04.2022, судом была назначена комплексная судебно-медицинская экспертиза.

Согласно заключению комиссии экспертов № 259 Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Пермского края «Краевое бюро судебно-медицинской экспертизы и патолого-анатомических исследований» (т. 2 л.д. 51-89) медицинская помощь ФИО1 в <данные изъяты> отделении ГБУЗ ПК «ГБ ЛГО» была оказана в соответствии с клиническими рекомендациями по лечению гипертонической болезни исходя из требований и критериев приказов, а именно: пациент осматривался лечащим врачом и заведующим отделением, ему выполнялись консультации врачей узких специальностей (офтальмолог), проводились показанное лечение и обследования. На 3-и сутки госпитализации артериальное давление пациента снизилось до безопасных цифр и далее сохранялось на целевом для него уровне. Пациент отмечал улучшение общего самочувствия, уменьшение одышки. При появлении катаральных явлений и повышения температуры 07.04.2022 года пациент получал симптоматическую терапию, направленную на купирование этих явлений, в результате чего, уже на четвертый день от момента появления новых жалоб (к 11.04.2022) температура нормализовалась, катаральные явления купировались. Пациент был выписан в удовлетворительном состоянии с улучшением. Медицинская помощь в ГБУЗ ПК «ГБ ЛГО» была правильной и эффективной. Недостатков (дефектов) оказания медицинской помощи не выявлено. В период с 01.04.2022 по 13.04.2022 совместно с ФИО1 в палате находились на стационарном лечении 4 пациента, экспресс-тесты которых на ковид при поступлении были отрицательные. Медицинским учреждением соблюдался Протокол мероприятий, проводимых медицинскими работниками, по недопущению внутрибольничного распространения новой короновирусной инфекции в медицинской организации, оказывающей медицинскую помощь в стационарных условиях. Нарушений санитарно-эпидемиологических норм и правил, способствующих возникновению и распространению короновирусной инфекции, не выявлено. Учитывая длительность инкубационного периода COVID-19, заражение ФИО1 могло произойти как до госпитализации в ГБУЗ ПК «ГБ ЛГО», так и в период стационарного лечения. Установить точное время заражения ФИО1 новой коронавирусной инфекцией не представляется возможным.

Оснований сомневаться в достоверности выводов экспертного заключения суд не усматривает, поскольку указанное заключение отвечает требованиям ч. 2 ст. 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, является ясным, полным, объективным, определенным, мотивированным, не имеющим противоречий, содержит подробное описание проведенных исследований, сделанные в результате их выводы и ответы на поставленные судом вопросы. Из текста экспертного заключения следует, что экспертами учитывались все имеющие значение для дела обстоятельства, проанализированы, в том числе, медицинские документы.

По данным Временных методических рекомендаций (л.д.60-182 т.1) причиной развития заболевания новой коронавирусной инфекцией (COVID-19) являются коронавирусы (Coronaviridae SARS-CoV-2). У людей коронавирусы могут вызвать целый ряд заболеваний – от легких форм острой респираторной инфекции (ОРВИ) до тяжелого острого респираторного синдрома (ТОРС или SARS). Входные ворота возбудителя – эпителий верхних дыхательных путей и эпителиоциты желудка и кишечника. Начальным этапом заражения является проникновение SARS-CoV-2 в клетки-мишени, имеющие рецепторы ангиотензинпревращающего фермента 11 типа (АПФ2). Источником инфекции является больной человек, в том числе, находящийся в инкубационном периоде заболевания, и бессимптомный носитель SARS-CoV-2. Передача инфекции осуществляется воздушно-капельным, воздушно-пылевым и контактно-бытовым путями.

Инкубационный период COVID-19 до начала распространения варианта Омикрон составлял от 2 до 14 суток, в среднем 5-7 суток. Новая коронавирусная инфекция COVID-19, вызванная вариантом Омикрон, характеризуется более коротким инкубационным периодом (2-7 суток, в среднем 3-4 суток).

Таким образом, с учетом представленных в материалы дела доказательств, длительности инкубационного периода при COVID-19 и срока заболевания истца, заключения комиссии экспертов, суд исходит из отсутствия причинно-следственной связи между действиями ответчика и наступившими последствиями, а также отсутствия виновных действий со стороны ответчика в заражении истца новой коронавирусной инфекцией.

Доводы истца о том, что он содержался в палате с пациентом, который ранее перенес ковид и не был долечен, в связи с чем, являлся носителем инфекции и мог заразить истца, в ходе судебного разбирательства не подтвержден, имеет предположительный характер.

Согласно представленным суду документам, пациенты с коронавирусной инфекцией (имевшие признаки НКВИ COVID-19), в <данные изъяты> отделении в спорный период времени лечение не проходили (л.д.28-32 т.1).

Поскольку конкретный источник и точное время заражения ФИО1 не установлены, учитывая многофакторность путей и механизмов передачи ковида, включая наличие и бессимптомных носителей инфекции, а использование СИЗ в виде медицинских масок, не обеспечивают высокую степень защиты, ослабленный иммунитет истца вследствие основного заболевания, наличие в Пермском крае на юридически значимую дату в целом эпидемиологического неблагополучия, отсутствие установленного факта нарушения ответчиком противоэпидемических мер и требований, ненадлежащего и несвоевременного оказания ответчиком медицинской помощи истцу в период нахождения на стационарном лечении, суд приходит к выводу о том, что все санитарно-эпидемиологические требования в <данные изъяты> отделении ответчика в период госпитализации ФИО1 соблюдались, вина ответчика в заражении его ковидом не установлена.

Кроме того, сам по себе факт инфицирования ковидом в период госпитализации (по мнению истца) при отсутствии виновных действий ответчика не свидетельствует о наличии правовых оснований для привлечения ответчика к материальной ответственности в виде компенсации истцу морального вреда, при том, что качество оказания истцу медицинской помощи им не оспаривается. В период госпитализации ФИО1 находился под динамическим наблюдением медицинского персонала отделения, своевременно осуществлялась коррекция терапии и лабораторно-инструментальный контроль. На фоне проводимой терапии отмечалась положительная клинико-лабораторная динамика.

Оценивая представленные в материалы дела доказательства, в том числе, заключение экспертов, свидетельствующие об отсутствии дефектов оказания медицинской помощи истцу ответчиком и виновных действий со стороны ответчика в заражении истца новой коронавирусной инфекцией, во взаимосвязи с нормами права, подлежащими применению, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для взыскания с ответчика компенсации морального вреда.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

ФИО1 в удовлетворении исковых требований к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Пермского края «Лысьвенская больница» о взыскании компенсации морального вреда отказать.

Решение может быть обжаловано в Пермский краевой суд через Лысьвенский городской суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Мотивированное решение составлено 08 октября 2025 года.

Судья (подпись)

Верно. Судья: Е.А.Носкова