УИД: 78RS0006-01-2022-009735-53
Дело № 2-1535/2023 24 мая 2023 года
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
Кировский районный суд г. Санкт-Петербурга в составе председательствующего судьи Грибова И.Н., при помощнике судьи Хилетиной В.Ю., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 угли к ФИО2, ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда,
УСТАНОВИЛ:
Истец ФИО1 у. обратился в Кировский районный суд г. Санкт – Петербурга, просит суд взыскать с ответчика ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 60 000 рублей, судебные расходы в размере 3 300 рублей.
В обоснование заявленных требований истец указал, что ДД.ММ.ГГГГ около 18 ч. 20 мин. у <адрес> произошло дорожно-транспортное происшествие с участием транспортного средства марки № принадлежащего на праве собственности ФИО2, в результате которого в зоне регулируемого пешеходного перехода на разрешающий сигнал светофора совершен наезд на пешехода ФИО1 у. После ДТП истец был госпитализирован в приемное отделение СПб ГУЗ «Городская больница №». В результате указанного ДТП истцу причинены следующие травмы: <данные изъяты>. Водитель скрылся с места ДТП, не оказав истцу первую медицинскую помощь. В связи с происшедшим истцу был причинен моральный вред, выразившийся в физических и нравственных страданиях.
Протокольным определением суда от 10.05.2023 г. к участию в деле в качестве соответчика привлечена ФИО3
Истец ФИО1 у. в судебном заседании заявленные требования поддержал в полном объеме, настаивал на их удовлетворении.
Ответчики ФИО2, ФИО3, их представитель ФИО4 в судебном заседании относительно удовлетворения иска возражали в полном объеме, указав в обоснование заявленных возражений, что 10.11.2021 г. транспортным средством марки № управляла ФИО3, однако наезд на пешехода ФИО1 у. она не совершала, также возражали в части заявленного размера компенсации морального вреда.
Выслушав объяснения сторон, заключение прокурора, полагавшего, что исковые требования подлежат частичному удовлетворению, исследовав материалы гражданского дела, материал ДТП от 10.11.2021 г. № 7183, суд приходит к следующему.
В соответствии с пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности гражданина или его имуществу, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.
Согласно пункту 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.
В силу статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих, обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.
Обязанность возмещения вреда возлагается на гражданина, который владеет источником повышенной опасности на законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).
Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Из пункта 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" следует, что по общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 статьи 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья (например, факт причинения вреда в результате дорожно-транспортного происшествия с участием ответчика), размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.
В соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Судом установлено и из материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ около 18 ч. 20 мин. у <адрес>, неустановленное лицо, управляя транспортным средством марки «№, принадлежащим ФИО2, завершая маневр проезда перекрестка при въезде в зону регулируемого переходного перехода, расположенного на проезжей части № у вышеуказанного дома в направлении от №, совершило наезд на пешехода ФИО1 у., пересекавшего проезжую часть в зоне регулируемого пешеходного перехода на разрешающий сигнал светофора справа налево относительно движения ТС.
В соответствии с постановлением старшего инспектора по розыску ОГИБДД УМВД России по Кировскому району г. Санкт – Петербурга от 19.05.2022 г. производству по делу об административном правонарушении по факту ДТП от 10.11.2021 г. прекращено, в связи с истечением срока привлечения к административной ответственности, предусмотренной ст.4.5. КоАП РФ на основании п.6 ст.24.5 КоАП РФ и п.1 ст.29.9 КоАП РФ (л.д.11).
Вместе с тем в указанном постановлении отражено, что в результате ДТП согласно заключению эксперта СПб ГБУЗ «БСМЭ» № 189-К-адм от 12.05.2022 г. у ФИО1 у. установлены: <данные изъяты> (согласно п.9 Приложения к Приказу Минздравсоцразвития РФ от 24.04.2008 г. № 194н № «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека»).
Данное постановление вступило в законную силу и в установленный законом срок не обжаловалось.
Согласно заключению эксперта <данные изъяты> (согласно 9 Приложения к Приказу Минздравсоцразвития РФ от 24.04.2008 г. № 194н № «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека»). Характер повреждений свидетельствует о том, что они образовались по механизму удара и/или давления и могли быть получены в условиях ДТП при травмировании деталями транспортного средства, о дружное покрытие. Наличие повреждений при обращении за медицинской помощью 10.11.2021 г., болезненный отек мягких тканей в области травмирования левой кисти не исключает возможности их образования в срок, указанный в определении.
В ходе судебного разбирательства, судом установлено, а также не оспаривалось ответчиком ФИО2, что 10.11.2021 г. за рулем транспортного средства марки «Nissan № находилась дочь ФИО2 - ФИО3
Согласно страховому полису № от 05.07.2021 г. ФИО5 включена в указанный полис в качестве лица, допущенного к управлению транспортным средством марки «№
Довод ответчика ФИО3 о том, что она не совершала наезд на пешехода ФИО1 у. суд полагает возможным признать несостоятельным, поскольку указанный довод опровергается вступившим в законную силу постановлением по делу об административном правонарушении от 19.05.2022 г., а также материалами проверки по факту ДТП от 10.11.2021 г., а именно схемой к протоколу осмотра места дорожно-транспортного происшествия от 10.11.2021 г., объяснениями ФИО1 у. от 12.11.2021 г., объяснениями свидетеля ФИО6 от 06.12.2021 г.
При этом иных относимых и достаточных доказательств, опровергающих вину ФИО3 в ДТП от 10.11.2021, а также доказательств иных обстоятельств спорного ДТП, не предоставлено.
Таким образом, принимая во внимание отсутствие в материалах дела сведений об обжаловании соответствующего постановления ответчиком или доказательств иной оценки его действий в данном ДТП, исходя из преюдициального значения вышеуказанного постановления на основании ч. 2 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу, что виновными действиями водителя ФИО3 в результате ДТП причинены телесные повреждения истцу ФИО1 у., в результате которых он испытал физические и нравственные страдания.
Поскольку на момент совершения ДТП, транспортным средством, принадлежащим на праве собственности ФИО2, управляла его дочь – ФИО3, была допущена к его управлению, что ответчиками не оспаривалось, а в силу части 1 статьи 1079 ГК РФ обязанность возместить вред возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании, суд не усматривает оснований для применения солидарной ответственности, в связи с чем полагает возможным отказать в удовлетворении требований к собственнику транспортного средства.
Согласно абз. 2 п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина установленная статьей 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья (например, факт причинения вреда в результате дорожно-транспортного происшествия с участием ответчика), размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.
В силу статей 1079, 401 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, деятельность которого связана с повышенной опасностью для окружающих, освобождается от ответственности за причиненный вред, если докажет, что вред возник вследствие непреодолимой силы.
В силу статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации под непреодолимой силой понимаются чрезвычайные и непредотвратимые при данных условиях обстоятельства.
Между тем, к числу таких обстоятельств действие источника повышенной опасности отнесено быть не может, поскольку ответственность за вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность, установлена специальными нормами закона, учитывающими невозможность полного контроля за деятельностью источника такой опасности со стороны человека, что и имело место в данном случае при причинении вреда здоровью истца.
Таким образом, деятельность, создающую повышенную опасность для окружающих, сама по себе непреодолимой силой признана быть не может.
Истец ФИО1 у. в обоснование заявленных доводов указал, что в результате дорожно-транспортного происшествия от 10.11.2021 г. он получил ушиб левой кисти, в результате чего он обратился в СПб ГУЗ «Городская больница №», где ему был наложен гипс, в связи с чем он был ограничен в движении и длительное время испытывал боль.
Однако доказательств в обоснование заявленных доводов истцом в материалы дела не представлено.
Согласно разъяснениям, изложенным в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, то факт причинения ему морального вреда предполагается.
Компенсация морального вреда является мерой ответственности за нарушение нематериальных благ.
Нематериальными следует считать неразрывно связанные с личностью носителя, непередаваемые и неотчуждаемые духовные ценности внеэкономического характера, которые направлены на всестороннее обеспечение существования личности и по поводу которых складывается поведение субъектов гражданского права.
В п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", разъяснено, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда.
Пунктом 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" предусмотрено, что обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ).
Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.
В п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда.
Исходя из системного толкования положений ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации и положений Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" для возникновения гражданско-правовой ответственности в виде компенсации морального вреда не является обязательным наличие вины в форме умысла.
Суд, оценив в совокупности, представленные по делу доказательства на предмет их достоверности, достаточности и допустимости, приходит к выводу о том, что исковые требования о взыскании компенсации морального вреда являются законными и обоснованными.
Суд полагает, что в результате получения телесных повреждений истцу причинены нравственные страдания, поскольку негативные последствия этого события для психического и психологического благополучия личности несопоставимы с негативными последствиями любых иных нарушений субъективных гражданских прав.
Ответчик ФИО3 в ходе судебного разбирательства на трудное материальное положение не ссылалась, сведений о материальном положении, состоянии здоровья, наличии иждивенцев, и об иных обстоятельствах, которые подлежат учету и могут повлечь снижение размера компенсации морального вреда, не представила.
С учетом фактических обстоятельств дела, безусловных физических и нравственных страданий, причиненных истцу в результате дорожно-транспортного происшествия, выразившихся в перенесенной боли, принимая во внимание, что действиями ФИО3 потерпевшему ФИО1 у. вред здоровью не причинен, он испытал лишь физическую боль, учитывая характер физических и нравственных страданий потерпевшего, длительность лечения, требования разумности и справедливости, приходит к выводу о том, что соразмерной суммой компенсации морального вреда является сумма в размере 25 000 руб. В связи с чем, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию компенсация морального вреда в размере 25 000 рублей.
Разрешая требования о взыскании судебных расходов по оплате услуг представителя, суд приходит к следующему.
В силу части 1 статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.
В пункте 10 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" разъяснено, что лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием.
Согласно разъяснениям, данным в пунктах 11, 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела", разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (часть 3 статьи 111 АПК РФ, часть 4 статьи 1 ГПК РФ, часть 4 статьи 2 КАС РФ).
Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 ГПК РФ, статьи 3, 45 КАС РФ, статьи 2, 41 АПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.
Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.
Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, сформулированной в Определении от 21 декабря 2004 г. № 454-О, обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя и тем самым на реализацию требования части 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации. Именно поэтому в статье 100 ГПК РФ речь идет, по существу, об обязанности суда установить баланс между правами лиц, участвующих в деле.
Согласно абзацу 2 пункта 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" при неполном (частичном) удовлетворении требований расходы на оплату услуг представителя присуждаются каждой из сторон в разумных пределах и распределяются в соответствии с правилом о пропорциональном распределении судебных расходов.
Таким образом, исходя из положений статей 98 и 100 ГПК РФ в их взаимосвязи и с учетом акта разъяснения их применения, при распределении судебных расходов суд должен определить сумму расходов к возмещению, руководствуясь требованиями разумности применительно к конкретным обстоятельствам дела и степени участия представителя в рассмотрении дела (статья 100 ГПК РФ), а затем применить принцип пропорциональности судебных расходов и взыскать расходы пропорционально удовлетворенным требованиям (статья 98 ГПК РФ).
Из представленных материалов следует, что 14.11.2022 г. между ФИО1 у. и адвокатом Сомовым С.В. заключен договор на оказание юридической помощи, в соответствии с п.2.1 которого размер вознаграждения адвоката за исполнение данного поручения определен сторонами в сумме 3 000 рублей и выплачивается доверителем в следующие сроки: 3000 рублей при подписании договора.
Оплата вышеуказанной суммы подтверждается квитанцией к приходному кассовому ордеру от 14.11.2022 г. на сумму 3 000 рублей.
Разрешая вопрос о взыскании расходов по оплате услуг представителя, учитывая сложность и категорию данного дела, фактический объем и качество оказанных представителем услуг, а именно составление искового заявления, руководствуясь принципом разумности и справедливости, принимая во внимание, что понесенные истцом судебные расходы подтверждены документально, соответствуют требованиям разумности, суд полагает возможным удовлетворить требование о взыскании судебных расходов, и взыскать с ответчика ФИО3 денежные средства в размере 3 000 рублей.
В силу ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ответчика в доход бюджета города Санкт-Петербурга подлежит взысканию госпошлина в размере 300 рублей.
Из материалов дела следует, что истцом ФИО1 у. оплачена государственная пошлина в размере 300 рублей, что подтверждается чек-ордером от 29.11.2022 г.
Также суд полагает возможным разъяснить истцу право на подачу заявления о возврате ошибочно уплаченной государственной пошлины в порядке подпункта 1 пункта 1 ст.333.40 НК РФ.
На основании изложенного, руководствуясь статьями ст.ст. 56, 67, 194-199, 233-235, ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Иск ФИО1 угли к ФИО2, ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда – удовлетворить частично.
Взыскать с ФИО3 (№) в пользу ФИО1 угли компенсацию морального вреда в размере 25 000 рублей, расходы по оплате услуг представителя в размере 3 000 рублей.
Взыскать с ФИО3 (№) государственную пошлину в доход бюджета города Санкт-Петербурга в размере 300 рублей.
Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Кировский районный суд г. Санкт-Петербурга.
Судья И.Н. Грибов
Мотивированное решение суда составлено 20.06.2023 года