РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

16 июля 2025 года г. Ангарск

Ангарский городской суд Иркутской области в составе председательствующего судьи Швец З.С.,

при секретаре Загайновой Т.Е.,

с участием прокурора Николаевой Т.Ю., истца ФИО1, представителя истца ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-1/2025 (УИД 38RS0001-01-2023-003016-54) по иску ФИО1 к областному государственному автономному учреждению здравоохранения «Ангарская городская больница», ФИО3, ФИО4 о компенсации морального вреда, взыскании денежных средств за причинение вреда здоровью, штрафа,

установил

Истец ФИО1 обратилась в с вышеуказанным иском к ответчикам областному государственному автономному учреждению здравоохранения «Ангарская городская больница» (далее по тексту – ОГАУЗ «АГБ»), ФИО3, ФИО4, указав в его обоснование, что ** ей было выдано направление на проведение мультиспиральной компьютерной томографии (далее также – МСКТ) органов грудной клетки, брюшной полости, малого таза и назначено ее проведение на **.

** в проведение процедуры МСКТ ответчиком было отказано в связи с отсутствием биохимического анализа крови (в основном врач требовал показатель креатинина), т.к. рентгенолог намеревался провести процедуру с использованием контрастирования. Выданное истцу направление на МСКТ такого требования не содержало, но рентгенолог пояснил, что исследование без контрастирования будет неинформативным. ** ФИО1 сдала анализ крови и ** вновь обратилась в ОГАУЗ «АГБ» за процедурой МСКТ.

В этот день медсестрой процедурного кабинета рентгенотделения были совершены 2 попытки установки катетера в область проекции запястья на левой и правой руках, которые оказались неудачными в связи с неправильно подобранным катетером (определенного диаметра серого цвета). В результате неудачных попыток на запястье правой руки у ФИО1 образовалась гематома. При этом медицинские работники были осведомлены, что у истца имелась проблема с определением наружных периферических вен из-за проведенной химиотерапии в анамнезе.

Добровольного согласия на проведение процедуры МСКТ с использованием контрастирования истец не давала.

** ФИО1 вновь обратилась в ОГАУЗ «АГБ» за процедурой МСКТ, предоставив собственные катетеры соответствующего диаметра розового и синего цвета. Медицинская сестра процедурного кабинета установила ей катетер синего цвета и начала введение контраста, в результате чего истец почувствовала острую, распирающую боль на левой руке в проекции внутривенного катетера, о чем она проинформировала медицинского работника. После прекращения исследования рентген-лаборант обнаружила, что контраст был введен ФИО1 мимо вены, и произошла экстравазация контрастного вещества, в результате чего рука пациента увеличилась в 2 раза. Катетер был удален из левой руки истца, и ей было предложена его установка в правую руку, от чего ФИО1 отказалась. Первой медицинской помощи в ОГАУЗ «АГБ» ФИО1 оказано не было, из рекомендаций – только холодный компресс на левую руку. В этот же день по возвращению домой истца беспокоила распирающая нарастающая боль в руке, отек увеличивался и распространился на фаланги пальцев, предплечье, рука увеличилась в размерах, нарастало онемение, и она вновь обратилась в ОГАУЗ «АГБ», где была осмотрена врачом-аллергологом и хирургом.

** ей был поставлен диагноз «Нейропатия лучевого нерва», открыт лист нетрудоспособности.

ФИО1 является инвалидом 2 группы и состоит на диспансерном учете с Д в 2020 году ей произведено тотальное эндопротезирование двух тазобедренных суставов.

Считая, что при проведении процедуры МСКТ ОГАУЗ «АГБ» оказало ей медицинскую помощь ненадлежащего качества, что повлекло в дальнейшем ухудшение состояния ее здоровья, ФИО1 просит взыскать с ответчика ОГАУЗ «АГБ» компенсацию морального вреда в размере 500 000,00 руб., а также 500 000,00 руб. за причинение вреда здоровью и штраф в размере 50% от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

В судебном заседании истец ФИО1, ее представитель ФИО2, действующая на основании доверенности /т. 1 л.д. 23/, доводы, изложенные в исковом заявлении поддержали, на заявленных требованиях настаивали. Истец суду пояснила, что по настоящее время не чувствует уверенности в левой руке.

Представитель ответчика ОГАУЗ «АГБ» – ФИО5 по доверенности /т. 4 л.д. 81/ в судебное заседание не явился, извещен надлежаще /т. 4 л.д. 71/, представил заявление о рассмотрении гражданского дела без участия представителя /т. 4 л.д. 78/, а также ранее письменные возражения, просил о снижении размера компенсации морального вреда /т. 3 л.д. 65-67/.

Ответчики ФИО3, ФИО6 в судебное заседание не явились, извещены надлежаще /л.д. 77, 79, 80-оборот/, о причинах своей не явки суду не сообщили, ходатайств об отложении не заявляли, ранее представили в материалы дела заявления о рассмотрении дела в свое отсутствие /т. 3 л.д. 80-81/.

Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора – представители Министерства здравоохранения Иркутской области, Иркутского филиала АО «Страховая компания «СОГАЗ-мед», ФИО7, ФИО8, привлеченные к участию в деле определением от ** /т. 3 л.д. 156/ в судебное заседание не явились, извещены надлежаще /т. 4 л.д. 53, 57-оборот, 73-76, 80/, ходатайств об отложении не заявляли. Ранее представителем Иркутского филиала АО «Страховая компания «СОГАЗ-мед» в материалы дела представлен письменный отзыв, полагавшего требования о компенсации морального вреда обоснованными и подлежащими удовлетворению /т. 1 л.д. 189-192/, а также ходатайство о рассмотрении дела в отсутствие представителя /т. 2 л.д. 172/.

Учитывая изложенное, а также, что информация о времени и месте рассмотрения дела публично размещена на официальном сайте Ангарского городского суда Иркутской области в сети интернет, принимая во внимание положения ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ), суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Суд, выслушав участников производства, исследовав письменные материалы дела, заслушав заключение прокурора, полагавшего требования, подлежащими частичному удовлетворению с учетом выявленных недостатков при оказании медицинской помощи истцу, оценив относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, приходит к следующим выводам.

В соответствии со ст. 123 Конституции Российской Федерации, ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации гражданское судопроизводство осуществляется на основе равенства и состязательности сторон. Каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которых она основывает свои требования и возражения.

Согласно п. 10 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от ** № «О некоторых вопросах применения судами Конституции РФ при осуществлении правосудия» в силу конституционного положения об осуществлении судопроизводства на основе состязательности и равноправия суд по каждому делу обеспечивает равенство прав участников судебного разбирательства по представлению и исследованию доказательств и заявлению ходатайств. При рассмотрении гражданских дел следует исходить из представленных сторонами доказательств.

Согласно п. 2 ст. 195 ГПК РФ суд основывает решение только на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании.

Статьей 45 Конституции РФ закреплены государственные гарантии защиты прав и свобод (п. 1) и право каждого защищать свои права всеми не запрещенными законом способами (п. 2).

Частью 1 статьи 3 ГПК РФ предусмотрено, что заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов.

В соответствии с п. 1 ст. 8 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья (статья 41 Конституции Российской Федерации).

Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (часть 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации).

Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее по тексту - Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

В соответствии с пунктами 2, 3 статьи 98 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее по тексту – Федеральный закон «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации») медицинские организации несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

В силу пункта 1 статьи 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» (статьи 1064 - 1101) и статьей 151 ГК РФ.

Согласно ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии с ч. 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В силу статьи 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Согласно пункту 25 Приказа Минздравсоцразвития РФ от ** №н «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» ухудшение состояния здоровья человека, обусловленное дефектом оказания медицинской помощи, рассматривается как причинение вреда здоровью.

Из анализа вышеприведенных правовых норм следует, что для возложения обязанности по компенсации материального и морального вреда на ответчика необходимо наличие всех оснований, предусмотренных для наступления деликтной ответственности: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда; причинная связь между ними и вина причинителя вреда, поскольку законом в этом случае не предусмотрено иных специальных условий ответственности.

Как следует из материалов дела, медицинских документов и не оспаривалось сторонами, в 09:54 час. ** ФИО1 в ОГАУЗ «АГБ» проведена высокоразрешающая МСКТ органов брюшной полости, забрюшинного пространства и органов малого таза с внутривенным болюсным констрастированием /т. 2 л.д. 142, т. 3 л.д. 26-29/.

По данным протокола МСКТ органов брюшной полости, забрюшинного пространства и органов малого таза №№ от ** «произошла экстравазация контраста вследствие слабости периферических вен, в анамнезе химиотерапия».

В результате указанного, у ФИО1 левая рука увеличилась в размерах.

В материалы дела истцом представлены фотографии от 30, **, на этих фотографиях видно, что левые кисть и предплечье увеличены (по сравнению с правыми) в объеме /т. 1 л.д. 35-43/.

Указанные обстоятельства ответчиком не оспаривались.

В связи с отеком и болью ввиду распирания руки, ФИО1 вновь ** обратилась в медицинское учреждение, где ей был открыт электронный больничный лист с ** по **, а в дальнейшем с ** по ** /т. 1 л.д. 32/.

Как следует из записей врача-хирурга ФИО12 в медицинской карте № /т. 2 л.д. 142, 158, т. 3 л.д. 30/, обратившись в больницу ** в 12:27 час. ФИО1 предъявляла жалобы на периодичную отечность левой верхней конечности, боли в левой руке, в анемнезе заболевания указано, что 30.03 при проведении МСКТ с контрастом, контраст введен под кожу, сразу появилась отечность. ФИО1 вставлен диагноз: лимфоотек, не классифицированный в других рубриках, лимфостаз левой верхней конечности, назначен нимисил и аспириновая мазь местно, открыт лист нетрудоспособности, явка на прием **.

Из представленного истцом направления /т. 3 л.д. 130/, врачом ОГАУЗ «АГБ» ФИО8 ** ФИО9 была направлена в процедурный кабинет для введения ей внутримышечно лекарственных препаратов.

Сведения о выдаче данного направления, рекомендациях в назначении препаратов и результатах посещения процедурного кабинета, в медицинской карте № не содержатся.

** во время приема содержится записи врача о том, что пациент ФИО1 жалоб не предъявляет, на момент осмотра лимфостаз левой верхней конечности полностью купирован, зафиксировано выздоровление, больничный лист закрыт, пациент выписан к труду с ** /т. 2 л.д. 159, т. 3 л.д. 31/.

** ФИО9, согласно записям в медицинской карте № /т. 2 л.д. 142, т. 3 л.д. 32/ вновь обратилась в ОГАУЗ «АГБ» на прием к терапевту, предъявляя жалобы на слабость в левой руке, из анамнеза заболевания указано, что началось после инъекции контраста в кисть левой руки введен под кожу, а не в вену, отечность появилась сразу, даны рекомендации о консультации у невролога, поставлен под вопрос диагноз нейропратия лучевого нерва, открыт лист нетрудоспособности с ** по **.

Согласно медицинскому документу от №. из поликлиники № ОГАУЗ «АГБ», ФИО1 в указанную дату была осмотрена фельдшером, пациент жаловалась на слабость в левой руке, данным медицинским работником был установлен диагноз «Нейропатия лучевого нерва?».

** в медицинской карте содержатся результаты посещения ФИО9 врачом по профилю неврологии, указано, что активных жалоб пациента на день осмотра нет, к неврологу направлена для уточнения диагноза, в объективном неврологическом статусе от 11.04.2023г. отсутствовали патологические неврологические проявления, свидетельствующие о поражении периферических нервов, в том числе указано, что тесты на функцию периферических нервов выполняет в полном объеме, основной диагноз: вегетативно-сосудистая дистония, перманентное течение, умеренный астено-неврастенический синдром, данных за поражение переферических нервов нет, по неврологическому статусу трудоспособна.

Также в карте № ОГАУЗ «АГБ» имеются сведения о посещении ФИО10 ** врача-гинеколога, указавшей жалобы пациента: активно на боли в левой руке после введенного контраста, отечность, затруднение движений.

В материалах дела /т. 2 л.д. 185/ имеется осмотр невролога (название лечебного учреждения не указано), согласно которому ФИО1 ** обратилась с жалобами на ноющие боли в области запястья, локтевой поверхности левой руки, 4,5 пальцах левой руки, усиливающееся при физической нагрузке, неудобном положении, вышеперечисленные жалобы с апреля 2023 г., пациент связывает с попадаем контраста при внутривенном исследовании. Объективно по результатам осмотра указано, что отеков не имеется, сила в кистях - 5 баллов справа и слева, гипестезия (снижение чувствительности) по ульнарной (лучевой) поверхности, трофические нарушения («похудание мышц левой кисти»). По результатам приема указан диагноз: «Невропатия левого локтевого нерва неуточненного генеза с умеренными дизэстезиями? Умеренный болевой синдром», даны рекомендации

АО «Страховая компания «СОГАЗ-Мед» на основании обращения ФИО1 о некачественном оказании медицинской помощи проведена экспертиза качества медицинской помощи, по результатам которой составлены заключения.

На основании заключения по результатам мультидисциплинарной внеплановой целевой экспертизы качества медицинской помощи № при оказании медицинской помощи в ОГАУЗ «Ангарская городская больница» выявлены следующие дефекты: 3.2.1 - «нарушения, выявляемые при проведении экспертизы качества медицинской помощи; невыполнение, несвоевременное или ненадлежащее выполнение необходимых пациенту диагностических и (или) лечебных мероприятий, оперативных вмешательств в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, на основе клинических рекомендаций и с учетом стандартов медицинской помощи, в том числе по результатам проведенного диспансерного наблюдения, рекомендаций по применению методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации, данных медицинскими работниками национальных медицинских исследовательских центров в ходе консультаций/консилиумов с применением телемедицинских технологий: не повлиявшее на состояние здоровья застрахованного лица» (далее - код дефекта 3.2.1); 3.2.2 - «нарушения, выявляемые при проведении экспертизы качества медицинской помощи; невыполнение, несвоевременное или ненадлежащее выполнение необходимых пациенту диагностических и (или) лечебных мероприятий, оперативных вмешательств в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, на основе клинических рекомендаций и с учетом стандартов медицинской помощи, в том числе по результатам проведенного диспансерного наблюдения, рекомендаций по применению методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации, данных медицинскими работниками национальных медицинских исследовательских центров в ходе консультаций/консилиумов с применением телемедицинских технологий: приведшее к ухудшению состояния здоровья застрахованного лица, либо создавшее риск прогрессирования имеющегося заболевания, либо создавшее риск возникновения нового заболевания (за исключением случаев отказа застрахованного лица от медицинского вмешательства в установленных законодательством Российской Федерации случаях); 3.13 - «нарушения, выявляемые при проведении экспертизы качества медицинской помощи; необоснованное назначение лекарственных препаратов; одновременное назначение лекарственных препаратов со схожим фармакологическим действием; нерациональная лекарственная терапия, в том числе несоответствие дозировок, кратности и длительности приема лекарственных препаратов клиническим рекомендациям и стандартам медицинской помощи, связанные с риском для здоровья пациента» /т. 1 л.д. 196-200/.

С выявленными дефектами ОГАУЗ «Ангарская городская больница» согласилась, заключение подписано без протокола разногласий и не обжаловано в установленном законом порядке.

По результатам проверки качества оказанной медицинской помощи, па основании заключения по результатам экспертизы качества медицинской помощи № от ** дефектов не выявлено.

Определением Ангарского городского суда Иркутской области от ** назначено проведение комиссионной судебно-медицинской экспертизы, производство которой поручено ГБУЗ «Иркутское областное бюро судебно-медицинской экспертизы» /т. 2 л.д. 197-199/.

Согласно заключению №-с комиссии экспертов ГБУЗ «Иркутское областное бюро судебно-медицинской экспертизы» ФИО1 необходимо было проведение МСКТ исследования с внутривенным контрастированием. Допущенный недостаток в оказании медицинской помощи (не выполнена рекомендация по установке холодного компресса) не привел к каким-либо значимым последствиям. Каких-либо дефектов оказания медицинской помощи экспертной комиссией не установлено /т. 3 л.д. 6-24/.

Ввиду наличия сомнений в правильности и обоснованности вышеуказанного заключения на основании ходатайства истца определением Ангарского городского суда Иркутской области от 01.08.2024 назначена повторная комиссионная судебно-медицинская экспертиза, производство которой поручено КГБУЗ «Алтайское краевое бюро судебно-медицинской экспертизы» /т. 3 л.д. 236-240/.

Из заключения комиссии экспертов КГБУЗ «Алтайское краевое бюро судебно-медицинской экспертизы» № /т. 4 л.д. 22-37/ следует, что у ФИО1 в 2016 г. диагностирован Д, в связи с чем последней проведены химиоэмболизацию маточных артерий, курсы лучевой и химиотерапии. При Д проводится компьютерная томография органов брюшной полости с внутривенным болюсным контрастрированием. Следовательно, ФИО1 при проведении МСКТ ** было необходимо применение рентген-контрастного препарата.

Комиссия экспертов указала, что при проведении компьютерной томографии ФИО1 в ОГАУЗ «Ангарская городская больница» ** был применен наиболее часто используемый катетер диаметром 22G синего цвета, врач-рентгенолог ОГАУЗ «АГБ» обладал законными полномочиями единолично принять решение об использовании рентген-контрастных средств при проведении компьютерной томографии ** у истицы.

В экспертном заключении, экспертами указано, что экстравазация (процесс случайного попадания лекарственных препаратов внутри-кожно и/или в подкожную клетчатку в месте сосудистого доступа /внутривенного или внутриартериального/) у ФИО1 могла быть как вследствие недостатков оказания медицинской помощи (например, повреждение стенки вены при установке катетера), так и при поражении вен вследствие длительного течения онкологического процесса на фоне профильного лечения, поэтому сделать вывод о наличии или отсутствии недостатков оказания медицинской помощи при катетеризации периферической вены у истицы невозможно.

При наличии отека мягких тканей, который сопровождает экстравазацию, необходимо применять холодовые компрессы в течение последующих 10-12 часов, чего не было сделано медицинскими работниками рентгенологического отделения ОГАУЗ «Ангарская городская больница» - в нарушение применения контрастных препаратов в лучевой диагностике и в нарушение приказа Министерства здравоохранения и социального развития РФ от ** №н «Об утверждении Единого квалификационного справочника должностей руководителей, специалистов и служащих». Также, в нарушение приказов Министерства здравоохранения РФ от ** №н «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи взрослому населению по профилю «хирургия», Министерства здравоохранения РФ от ** №н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи», пациентка не направлена на консультацию к другим врачам - например, ангиохирургу для определения дальнейшей тактики ведения, что является недостатком оказания медицинской помощи.

В нарушение п. 20 Федерального закона от ** №-Ф3 «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», в рентгенологическом отделении ОГАУЗ «Ангарская городская больница» не оформлено информированное добровольное согласие ФИО1 на проведение МСКТ различных областей тела с внутривенным болюсным контрастированием, что является недостатком оказания медицинской помощи.

Дефектов оказания медицинской помощи ФИО1 в рентгенологическом отделении ОГАУЗ «Ангарская городская больница» экспертной комиссией не установлено.

Исследовав медицинскую карту № ОГАУЗ «АГБ», комиссия экспертов пришла к выводам, что диагноз «Лимфоотек, лимфостаз», установленный ФИО1 ** в ОГАУЗ «Ангарская городская больница» не подтвержден объективными медицинскими данными, и поэтому, согласно пункту 27 «Медицинских критериев определения степени вреда, причиненного здоровью человека», утвержденных Приказом Министерства здравоохранения и социального развития РФ от ** №н, не может приниматься во внимание при судебно-медицинской оценке тяжести вреда здоровью.

Комиссия экспертов указала, что аспириновая мазь отсутствует в государственном реестре лекарственных средств, соответственно её назначение является нарушением заполнения медицинской документации - недостатком оказания медицинской помощи. С учетом наличия болевого синдрома, врачом-хирургом обоснованно пациентке были назначены нестероидные противовоспалительные препараты, обладающие обезболивающим действием - нимесил и препарат аспирина.

На фоне проведенного лечения произошло купирование отека на левой верхней конечности.

Комиссия экспертов пришла к выводу, что дефекты оказания медицинской помощи при обращениях истицы к врачу-хирургу ** и ** отсутствуют.

Изучив материал дела, связанные с утверждением истца о направлении её к врачу-аллергологу в процедурный кабинет, комиссия пришла к выводу, что точно судить о наличии или отсутствии обращения истицы к врачу-аллергологу ** не представляется возможным. Назначенные в процедурном кабинете препараты преднизолон (глюкокоркостероид) и лазикс обладают противоотечным действием и их применение показано при постинъекционном отеке конечностей.

Также по результатам изучения медицинских документов ОГАУЗ «Ангарская городская больница» от **, от **, комиссия экспертов отметила в своем заключении, что в представленных медицинских документах отсутствуют данные о проведении электромиографии (ЭНМГ) нервов верхних конечностей ФИО1, также отсутствуют данные о наличии у истицы нарушений чувствительности, трофических нарушений верхних конечностей, следовательно, диагноз «Нейропатия лучевого нерва?», установленный истице ** в ОГАУЗ «Ангарская городская больница», не подтвержден объективными медицинскими данными, и поэтому, согласно пункту 27 вышеуказанных «Медицинских критериев», не может приниматься во внимание при судебно-медицинской тяжести вреда здоровью.

При этом, изучив сведения о результатах посещения ** врача-невролога, которым ФИО10 установлен диагноз «Невропатия левого локтевого нерва неуточенного генеза с умеренными дизэстезиями? Умеренный болевой синдром», комиссия экспертов указала, что при отсутствие патологической неврологической симптоматики со стороны верхних конечностей **, имевшиеся ** клинические изменения не находятся в причинно-следственной связи с оказанием ФИО1 вышеуказанной медицинской помощи **. В представленных медицинских документах отсутствуют данные о наличии каких-либо иных неблагоприятных последствий (рвота, кожная сыпь, бронхоспазм и пр?.), за исключением купированного к ** отека мягких тканей левой верхней конечности, у ФИО1 вследствие проведения МСКТ с контрастированием ** /т. 4 л.д. 22-37/.

Таким образом, вопреки доводов истца о негативных последствиях для здоровья ФИО10 в результате некачественного оказания медицинских услуг в ОГАУЗ «Ангарская городская больница», согласно выводов заключения судебно-медицинской экспертной, в деятельности ответчика при оказании медицинских услг ФИО10 не установлено. При этом, выводы комиссии экспертов основаны на изучении специальной медицинской литературы, требований приказов Министерства здравоохранения РФ, в совокупности с исследованием данных представленных медицинских документов и материалов дела.

Проанализировав содержание заключения комиссии экспертов КГБУЗ «Алтайское краевое бюро судебно-медицинской экспертизы» №, суд приходит к выводу о том, что оно в полном объеме отвечают требованиям ст.86 ГПК РФ, поскольку содержит подробное описание произведенных исследований, исходя из представленных в распоряжение комиссии экспертов медицинских документов и материалов гражданского дела, сделанные в их результате выводы научно обоснованы комиссией с указанием применяемой специальной медицинской литературы, приказов Министерства здравоохранения РФ, при ответах на поставленные вопросы, в обоснование сделанных выводов комиссией экспертов, приведены соответствующие данные установленные комиссией в ходе исследования представленных материалов, научные выводы и обоснования.

При таких обстоятельствах оснований не доверять указанному экспертному заключению у суда не имеется. Данную судебную экспертизу суд принимает как допустимое доказательство. Оснований для сомнения в правильности заключения комиссии экспертов №, его недостаточной ясности и, или неполноты, отсутствуют, и сторонами по делу таких оснований не приведено. Исследовательская часть заключения и выводы комиссии экспертов не содержат противоречий, сомнений в их правильности и обоснованности не имеется.

Заключение отвечает требованиям Федерального закона от ** №-№ «О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ». Оснований не доверять заключению комиссии экспертов не имеется, выводы заключения логичны и обоснованы, эксперты предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения.

Исходя из правовой позиции, изложенной в пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ** № «О применении норм Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении и разрешении дел в суде первой инстанции», заключение эксперта, равно как и другие доказательства по делу, не являются исключительными средствами доказывания, и должны оцениваться в совокупности со всеми имеющимися в деле доказательствами (ст. 67, ч. 3 ст. 86 Гражданского процессуального кодекса РФ). При исследовании заключения эксперта суду следует проверять его соответствие вопросам, поставленным перед экспертом, полноту и обоснованность содержащихся в нем выводов.

В соответствии со ст. 8 Федерального закона от ** № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» эксперт проводит исследования объективно, на строго научной и практической основе, в пределах соответствующей специальности, всесторонне и в полном объеме. Заключение эксперта должно основываться на положениях, дающих возможность проверить обоснованность и достоверность сделанных выводов на базе общепринятых научных и практических данных.

Проанализировав заключение комиссии экспертов КГБУЗ «Алтайское краевое бюро судебно-медицинской экспертизы» №-№, суд установил, что оно не находится в противоречии с иными материалами гражданского дела, в том числе с медицинской документацией, представленной ответчиком, выводами по результатам мультидисциплинарной внеплановой целевой экспертизы качества медицинской помощи № от **, проведенной АО «Страховая компания «СОГАЗ-Мед», фактическими обстоятельствами о состоянии здоровья ФИО10 в период с ** по **, установленными судом из представленных в материалы дела медицинских документов и пояснений сторон.

Исходя из установленных в ходе рассмотрения настоящего гражданского дела обстоятельств, оценив относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь исследованных доказательств по делу в их совокупности, суд приходит к выводу о том, что факт оказания ФИО1 некачественной медицинской помощи в ОГАУЗ «Ангарская городская больница», в частности при катетеризации периферической вены, и дальнейшее ввиду некачественной медицинской помощи развитие у женщины неблагоприятного исхода в виде отека руки, причинение какого-либо вреда здоровью, в ходе судебного разбирательства не установлен.

Вместе с тем, установлено, что на этапе оказания медицинской помощи ФИО1 в ОГАУЗ «Ангарская городская больница» все же имелись недостатки медицинской помощи, которые согласно выводов комиссии судебных экспертов, изложенных в заключения №, не оказали никакого влияния на ухудшение состояния здоровья истца (дефекты отсутствуют).

Охрана здоровья граждан - это система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (пункт 2 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

В силу статьи 4 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» к основным принципам охраны здоровья граждан относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.

Медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (части 1, 2 статьи 19 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

В пункте 21 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (часть 1 статьи 37 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно части 2 статьи 64 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (ч.2 ст. 151 ГК РФ).

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ** № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» (далее также - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ** №) разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права, в том числе жизнь, здоровье, право на охрану здоровья и медицинскую помощь.

Отсутствие заболевания или иного повреждения здоровья, находящегося в причинно-следственной связи с физическими или нравственными страданиями потерпевшего, само по себе не является основанием для отказа в иске о компенсации морального вреда (абз. 2 п.14 Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ** №).

Причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда (п.15 Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ** №).

Медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (ст. 19 и части 2, 3 ст. 98 Федерального закона от ** № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Статья 1101 ГК РФ предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ** № «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» даны разъяснения о том, что по общему правилу, установленному статьей 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

По смыслу разъяснений, приведенных в вышеуказанном постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации, моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. Необходимыми условиями для возложения обязанности по компенсации морального вреда являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинная связь между наступившим вредом и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда. Гражданское законодательство предусматривает презумпцию вины причинителя вреда: лицо, причинившее вред, освобождается от обязанности его возмещения, если не докажет, что вред причинен не по его вине. Исключения из этого правила установлены законом, в частности статьей 1100 ГК РФ. Наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и моральным вредом (страданиями как последствиями нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага) означает, что противоправное поведение причинителя вреда влечет наступление негативных последствий в виде физических и нравственных страданий потерпевшего. При этом закон не содержит указания на характер причинной связи (прямая или косвенная (опосредованная) причинная связь) между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим моральным вредом и не предусматривает в качестве юридически значимой для возложения на причинителя вреда обязанности возместить моральный вред только прямую причинную связь.

Принимая во внимание, что судом не установлено некачественного оказания ФИО11 медицинской помощи в ОГБУЗ «АГБ», в том числе при катетеризации периферической вены, однако имели место недостатки: при наличии отека мягких тканей, который сопровождает экстравазацию, необходимо было применение холодового компресса, чего не было сделано медицинскими работниками рентгенологического отделения ОГАУЗ «Ангарская городская больница», пациентка не направлена на консультацию к другим врачам - например, ангиохирургу для определения дальнейшей тактики ведения, в ОГАУЗ «Ангарская городская больница» не оформлено информированное добровольное согласие ФИО1 на проведение МСКТ различных областей тела с внутривенным болюсным контрастированием, имело место нарушение заполнения медицинской документации при указании названия препарата (мази), что нашло подтверждение результатами экспертизы КГБУЗ «Алтайское краевое бюро судебно-медицинской экспертизы» №, АО «Страховая компания «СОГАЗ-Мед» № от **, указанное является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда.

Определяя размер компенсации морального вреда ФИО10, судом учитывается, что вышеперечисленные недостатки при оказании истцу медицинской помощи в ОГАУЗ «Ангарская городская больница» не оказали никакого влияния на состояние здоровья истца, и не повлекли неблагоприятных последствий в дальнейшем для неё, что нашло подтверждением экспертизами КГБУЗ «Алтайское краевое бюро судебно-медицинской экспертизы», АО «Страховая компания «СОГАЗ-Мед» в материалах дела, то есть не причинили вред здоровью истца, вместе с тем, поскольку ответчик является медицинской организацией, обязанной оказывать квалифицированную и своевременную медицинскую помощь гражданам, ввиду неблагоприятного исхода при оказании медицинской помощи при катетеризации периферической вены в виде отека левой руки, которая согласно заключения комиссии экспертов КГБУЗ «Алтайское краевое бюро судебно-медицинской экспертизы» № могла быть как вследствие недостатков оказания медицинской помощи (например, повреждение стенки вены при установке катетера), так и при поражении вен вследствие длительного течения онкологического процесса на фоне профильного лечения, вместе со стороны медицинского персонала ОГАУЗ «Ангарская городская больница» не получила должного внимания в связи с неприменением холодовых компрессоров в течение последующих 10-12 часов, что в дальнейшем послужило обращением ФИО10 в медицинское учреждение с жлобами на отек в руке и боль, открытием ей больничного листа и её нетрудоспособности с ** по **, выписанной к труду в связи с выздоровлением, ввиду наличия переживаний по поводу недооценки со стороны медицинских работников состояния своего здоровья, не принятия всех возможных мер для оказания пациенту необходимой и своевременной помощи, а также болевого синдрома и необходимости дальнейшего посещения врачей, лечения противовоспалительными препаратами, обладающими обезболивающим действием, в связи с установлением пациентов диагнозов, которые не нашли своего подтверждения, однако не могли не волновать пациента, причиняя ей беспокойства и переживания за состояние своего здоровья, в связи с чем, учитывая установленные обстоятельства, характер и степень перенесенных ФИО10 физических и нравственных страданий, беспокойство за свое здоровье, её трудоспособный возраст и ограничение своей жизнедеятельности, способности к самообслуживанию ввиду имевшегося отека в руке в период с ** по **, с учетом требований справедливости и разумности, суд полагает необходимым взыскать с ответчика ОГАУЗ «АГБ» в пользу ФИО10 компенсацию морального вреда в размере 30 000,00 руб.

Оснований для взыскания суммы компенсации морального вреда в заявленном в исковом заявлении размере, а равно денежных средств за причинение вреда здоровью, судом не установлено, поскольку, установленные недостатки оказания медицинской помощи в ОГАУЗ «АГБ» вред здоровью истца не причинили, что нашло объективное подтверждение материалами дела.

Оснований для взыскания компенсации морального вреда, денежнех средств за причинение вреда здоровью с ответчиков ФИО3, ФИО4 не имеется, и такие требования истцом не заявлялись (ч. 3 ст. 196 ГПК РФ).

Истцом также заявлены требования о взыскании с ответчика штрафа за нарушение прав потребителя в размере 50% от суммы, присужденной судом.

Согласно части 2 статьи 19 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования.

Граждане имеют право на получение платных медицинских услуг, предоставляемых по их желанию при оказании медицинской помощи, и платных немедицинских услуг (бытовых, сервисных, транспортных и иных услуг), предоставляемых дополнительно при оказании медицинской помощи (часть 1 статьи 84 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ).

Платные медицинские услуги оказываются пациентам за счет личных средств граждан, средств работодателей и иных средств на основании договоров, в том числе договоров добровольного медицинского страхования (часть 2 статьи 84 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ).

К отношениям, связанным с оказанием платных медицинских услуг, применяются положения Закона Российской Федерации от 07.02.1992

№-I «О защите прав потребителей» (часть 8 статьи 84 Федерального закона от ** № 323-ФЗ).

Как следует из преамбулы Закона Российской Федерации от ** №-I «О защите прав потребителей» (далее - Закон «О защите прав потребителей») этот закон регулирует отношения, возникающие между потребителем и изготовителями, исполнителями, импортерами, продавцами, владельцами агрегаторов информации о товарах (услугах) при продаже товаров (выполнении работ, оказании услуг), устанавливает права потребителей на приобретение товаров (работ, услуг) надлежащего качества и безопасных для жизни, здоровья, имущества потребителей и окружающей среды, получение информации о товарах (работах, услугах) и об их изготовителях (исполнителях, продавцах), о владельцах агрегаторов информации о товарах (услугах), просвещение, государственную и общественную защиту их интересов, а также определяет механизм реализации этих прав.

Названный закон определяет исполнителя услуг как организацию независимо от ее организационно-правовой формы, а также индивидуального предпринимателя, выполняющего работы или оказывающего услуги потребителям по возмездному договору.

Согласно разъяснениям п. 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ** № «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» к отношениям по предоставлению гражданам медицинских услуг, оказываемых медицинскими организациями в рамках добровольного и обязательного медицинского страхования, применяется законодательство о защите прав потребителей.

Пунктом 6 статьи 13 Закона Закон «О защите прав потребителей» предусмотрено, что при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

Исходя из изложенного положения Закона Закон «О защите прав потребителей», устанавливающие в том числе в пункте 6 статьи 13 ответственность исполнителя услуг за нарушение прав потребителя в виде штрафа в размере пятидесяти процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя, подлежат применению к отношениям в сфере охраны здоровья граждан при оказании гражданину платных медицинских услуг. При этом основанием для взыскания в пользу потребителя штрафа является отказ исполнителя, в данном случае исполнителя платных медицинских услуг, в добровольном порядке удовлетворить названные в Законе «О защите прав потребителей» требования потребителя этих услуг.

Как следует из материалов дела, ФИО9 получала медицинскую помощь в ОГАУЗ «АГБ» по полису ОМС, то есть ему как застрахованному лицу медицинская помощь оказывалась бесплатно, в связи с чем суд приходит к выводу об отсутствии оснований для взыскания штрафа. Доказательств оказания медицинской помощи на возмездной основе на основании заключенного с медицинской организацией договора в деле не имеется.

В соответствии с п. п. 3, 4 ч. 2 ст. 333.36 Налогового кодекса РФ истцы по искам о возмещении вреда, причиненного увечьем или иным повреждением здоровья, освобождаются от уплаты государственной пошлины.

В силу ст. 103 ГПК РФ государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

Исходя из удовлетворенных требований истца о взыскании компенсации морального вреда и суммы материального ущерба, в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 333.19 Налогового кодекса РФ (в редакции на дату обращения с исковым заявлением **) с ответчика ОГАУЗ «АГБ» в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере по 300,00 руб. за требование неимущественного характера о компенсации морального вреда.

Исходя из изложенного, оценивая достаточность и взаимную связь представленных сторонами доказательств в их совокупности, разрешая дело по представленным доказательствам, в пределах заявленных требований и по указанным им основаниям, руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО1 к областному государственному автономному учреждению здравоохранения «Ангарская городская больница» о компенсации морального вреда, - удовлетворить частично.

Взыскать с областного государственного автономного учреждения здравоохранения «Ангарская городская больница» (ИНН <***>) в пользу ФИО1 (паспорт №) компенсацию морального вреда в размере 30 000,00 руб.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к областному государственному автономному учреждению здравоохранения «Ангарская городская больница» о взыскании денежных средств за причинение вреда здоровью, штрафа, компенсации морального вреда в большем размере, отказать.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО3, ФИО4 о компенсации морального вреда, взыскании денежных средств за причинение вреда здоровью, штрафа, отказать.

Взыскать с областного государственного автономного учреждения здравоохранения «Ангарская городская больница» (ИНН <***>) в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 300,00 руб.

Решение может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Иркутский областной суд через Ангарский городской суд Иркутской области в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья З.С. Швец

Решение изготовлено в окончательной форме 21.07.2025.