Дело №33-6022/2023 (в суде 1-ой инстанции дело №2-43/2023)

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

28 сентября 2023г. г.Хабаровск

Судебная коллегия по гражданским делам Хабаровского краевого суда в составе:

председательствующего Овсянниковой И.Н.

судей Литовченко А.Л., Мещеряковой А.П.

с участием прокурора Максименко Е.В.

при секретаре Куклиной Ю.А.

рассмотрела в открытом судебном заседании дело по иску ФИО1 к УМВД России по Хабаровскому краю, ПАО СК «Росгосстрах», АО «ПСК» о взыскании компенсации морального вреда, страхового возмещения по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Центрального районного суда г.Хабаровска от 06 февраля 2023 г.

Заслушав доклад судьи Литовченко А.Л., объяснения представителя ответчика УМВД России по Хабаровскому краю, третьего лица МВД России ФИО2, а также заключение прокурора Максименко Е.В. судебная коллегия,

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратился в суд с иском к УМВД России по Хабаровскому краю, ПАО СК «Росгосстрах» о взыскании страхового возмещения и компенсации морального вреда. В обоснование иска указано, что с 1993 по 2001г. проходил службу в органах внутренних дел в должности инспектора дорожно-патрульной службы отдельного батальона ГАИ УВД г.Хабаровска, в связи с чем был застрахован по государственному обязательному личному страхованию. В 1995г., находясь при исполнении служебных обязанностей и управляя патрульным автомобилем, стал участником ДТП, в котором получил травмы ног и глаз, в связи с которыми длительное время проходил лечение. По данному факту в 1996 г. УМВД выдало ему справку на получение страховой выплаты. Поскольку выплата до настоящего времени не произведена, просил взыскать ее с ПАО СК «Росгосстрах» в размере 90360 рублей. Кроме того, ссылаясь на то, что УМВД является владельцем источника повышенной опасности - служебного автомобиля, при использовании которого произошло ДТП, просил взыскать с Управления компенсацию морального вреда - 1 000 000 рублей.

К участию в деле в качестве соответчика привлечено АО «ПСК» (правопреемник ЗАО «Страховая компания правоохранительных органов», ЗАО «Страховая компания правоохранительных органов-УралСиб» и АО «Страховая группа «УралСиб»), а также МВД России – в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика.

Решением Центрального районного суда г.Хабаровска от 06 февраля 2023г. в удовлетворении иска отказано.

Не согласившись, истец подал апелляционную жалобу, в которой просит решение суда отменить и удовлетворить исковые требования. Считает решение принятым с существенным нарушением норм материального и процессуального права, выводы суда не соответствуют обстоятельствам дела. Повторяя доводы искового заявления, настаивает на неполучении страховой выплаты. Полагает, что факт его травмирования при эксплуатации служебного автомобиля является достаточным основанием для компенсации морального вреда.

МВД России, УМВД России по Хабаровскому края, ПАО СК «Росгосстрах», АО «ПСК» представили письменные отзывы на апелляционную жалобу, в которых просили оставить решение суда без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.

В заседании суда апелляционной инстанции представитель МВД России, УМВД России по Хабаровскому краю ФИО2, а также прокурор Максименко Е.В. доводы письменных отзывов поддержали, просили не отменять решение по доводам апелляционной жалобы.

Иные лица, участвующие в деле в заседание суда апелляционной инстанции не явились, о явке извещались по правилам статьи 113 ГПК РФ, представили заявления о рассмотрении дела в их отсутствие.

С учетом изложенного, судебная коллегия, руководствуясь статьей 167 ГПК РФ и разъяснениями, содержащимися в пункте 40 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22 июня 2021г. № 16 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции» считает возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

Проверив законность и обоснованность решения суда, в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, судебная коллегия приходит к следующему.

Из материалов дела видно, что ФИО1 с 25 августа 1993г. проходил службу в органах внутренних дел в должности инспектора дорожно-патрульной службы ГАИ УВД г. Хабаровска.

23 июля 1995г. произошло ДТП: столкновение автомобиля под управлением ФИО3 с патрульным автомобилем ГАИ под управлением находившегося при исполнении служебных обязанностей инспектора ФИО1 Причиной ДТП явилось нарушение водителем ФИО1 требований Правил дорожного движения.

Указанные обстоятельства установлены вступившим в законную силу решением Кировского районного суда г. Хабаровска от 24 октября 1997г. об удовлетворении иска ФИО3 к УВД по Хабаровскому краю о возмещении ущерба, причиненного ДТП.

В результате ДТП ФИО1 получил телесные повреждения, по поводу которых неоднократно обращался к врачу, проходил стационарное и амбулаторное лечение. Военно- врачебной комиссией данные повреждения квалифицированы как тяжелая травма, полученная при исполнении служебных обязанностей.

Согласно пункту 1 статьи 969 ГК РФ в целях обеспечения социальных интересов граждан и интересов государства законом может быть установлено обязательное государственное страхование жизни, здоровья и имущества государственных служащих определенных категорий.

Применительно к органам внутренних дел, основания и порядок страхового возмещения в спорный период устанавливались постановлением Правительства РФ от 05 апреля 1993 г. №295 «О порядке проведения обязательного государственного личного страхования военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел».

Согласно пункту 4 данного постановления Министерство обороны РФ, МВД РФ, Министерство безопасности РФ, другие заинтересованные министерства и ведомства осуществляют обязательное государственное личное страхование военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел через Военно - страховую компанию, Российскую государственную страховую компанию и другие страховые организации.

31 января 1994г. между МВД России и Российской государственной страховой компанией (Росгосстрах) заключен договор обязательного государственного личного страхования военнослужащих внутренних войск и государственной противопожарной службы МВД России, граждан призванных на военных сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел.

В соответствии с его условиями, ДТП с участием ФИО1 признано страховым случаем. В подтверждение этого 12 апреля 1996г. истцу выдана справка на получение страховой выплаты.

19 января 2001г. ФИО1 уволен из органов внутренних дел.

28 мая 2019г. ему выданы дубликат справки окружной военно-врачебной комиссии о страховом событии от 09 апреля 1996 года и справка о страховом событии, явившиеся основанием для его обращения в ПАО СК «Росгосстрах».

Письмом от 14 апреля 2021г. ФИО1 уведомлен об отказе в страховой выплате, так как по прошествии 25 лет невозможно подтвердить или опровергнуть выплату страхового возмещения, установленный срок хранения такого рода документов истек.

Вышеуказанные обстоятельства явились основанием для предъявления ФИО1 иска к работодателю и страховщику.

Судом установлено, что 29 августа 1996г. между МВД России и ЗАО «Страховая компания правоохранительных органов» заключен договор №1 обязательного государственного личного страхования военнослужащих внутренних войск и государственной противопожарной службы МВД России, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел.

В соответствии с пунктом 5 договора №1 от 29 августа 1996г. страховщик обязался произвести страховые выплаты застрахованному либо членам его семьи, применительно к страховым случаям, имевшим место после 11 августа 1996г.

Согласно письму АО «Страховая группа «УралСиб» от 25 мая 2021г., по сведениям, содержащимся в электронной базе данных ЗАО «Страховая компания правоохранительных органов», ФИО1, выплачено страховое возмещение. Выплата произведена платежным поручением № 13357 от 28 июля 1997 г. в размере 2 964 380 руб. деноминированных рублей на реквизиты в Центральном ОСБ 439 Хабаровского банка СБ РФ.

Опираясь на вышеуказанные сведениях суд первой инстанции пришел к выводу о надлежащем исполнении страховщиком своих обязательств, приняв во внимание, что обращение за страховой выплатой, спустя 25 лет после наступления страхового случая, противоречит требованиям добросовестности. В отношении требований о компенсации морального вреда суд указал, что травмы, полученные в ДТП, с которыми истец связывает его возникновение, явились следствием его собственного пренебрежения требованиями Правил дорожного движения, в связи с чем отказал в удовлетворении иска в полном объеме.

Оснований не согласиться с выводом суда первой инстанции не имеется.

Материалы дела не позволяют достоверно установить факт страховой выплаты, поскольку к моменту предъявления требований в суд, срок хранения первичных документов истек, необходимые для установления обстоятельств дела документы уничтожены.

Вместе с тем, оценивая добросовестность участников процесса, судебная коллегия исходит из того, что требования истца по рассматриваемому делу основаны на событиях и первичных документах, датированных в 1995 и 1996г.г., а требования предъявлены истцов в суд только в апреле 2022г.

Таким образом, истцом создана ситуация, в которой работодатель и страховщик лишены возможности предоставить в полном объеме документы, в опровержение позиции ФИО1, но при этом истцом не опровергнуты обстоятельства, которые отражены в частично сохранившихся у ответчиков документах, представленных в подтверждение того, что заявленная ко взысканию страховая выплат была своевременно произведена.

В обоснование своих доводов ФИО1 указывает на невозможность получения страховой выплаты по причине отсутствия у него счетов в Сбербанке России, однако данные доводы несостоятельны, поскольку при рассмотрении дела установлен факт уничтожения необходимых документов по истечении нормативного срока их хранения.

Факт страховой выплаты ЗАО «Страховая компания правоохранительных органов» по страховому случаю, имевшему место в период действия договора страхования, заключенному с ПАО СК «Росгосстрах» также не является юридически значимым.

Как следует из отзыва ПАО СК «Росгосстрах» все перечисленные страхователем денежные средства, не израсходованные в соответствии с условиями постановления Правительства от 05 апреля 1993 г. №295, были возвращены. В дальнейшем страхование сотрудников осуществлял другой страховщик. Спор о правомерности выплаты ФИО1 между страховщиками отсутствует, а сама выплата не может быть истребована от истца в силу прямого законодательного запрета на обратное истребование средств, выплаченных в счет возмещения вреда жизни и здоровью (пункт 3 статьи 1109 ГК РФ).

С учетом изложенного, установленные по делу фактические обстоятельства дают достаточные основания для вывода о исполнении страхового обязательства в согласованном порядке, его прекращении по основанию, предусмотренному статьей 408 ГК РФ, и как следствие невозможности взыскания страховой выплаты.

Применительно к требованиям о компенсации морального вреда, судебная коллегия обращает внимание на то, обращаясь в суд, истец ссылался на положения статей 151, 1079, 1099, 1100 и 1101 ГК РФ, однако причинение вреда здоровью истца имело место 23 июля 1995г., то есть тогда, когда большая часть названных норм еще не действовала.

Так, часть первая ГК РФ, содержащая в том числе нормы о защите нематериальных благ (среди них жизнь и здоровье) и компенсации морального вреда за посягательство на нематериальные блага (статьи 150, 151), введена в действие Федеральным законом от 30 ноября 1994 г. N 52-ФЗ "О введении в действие части первой ГК РФ" с 1 января 1995 г.

Часть вторая ГК РФ, определяющая правила об ответственности владельца источника повышенной опасности независимо от его вины за вред, причиненный жизни и здоровью гражданина, включая моральный вред (статья 1079, абзац второй статьи 1101 ГК РФ), введена в действие Федеральным законом от 26 января 1996 г. N 15-ФЗ "О введении в действие части второй ГК РФ" с 1 марта 1996 г., то есть примерно через полгода с момента ДТП с участием ФИО1

Согласно пункту 1 статьи 4 ГК РФ акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие. Действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, когда это прямо предусмотрено законом.

По отношениям, возникшим до введения в действие акта гражданского законодательства, он применяется к правам и обязанностям, возникшим после введения его в действие (пункт 2 статьи 4 ГК РФ).

Нормами Федерального закона от 30 ноября 1994 г. N 52-ФЗ "О введении в действие части первой ГК РФ" и нормами Федерального закона от 26 января 1996 г. N 15-ФЗ "О введении в действие части второй ГК РФ" обратная сила нормам ГК РФ о компенсации морального вреда (статьи 1099, 1100, 1101) и об ответственности владельца источника повышенной опасности (статьи 1079, абзац второй статьи 1100 ГК РФ) не придана.

Статьей 5 Федерального закона от 26 января 1996 г. N 15-ФЗ "О введении в действие части второй ГК РФ" установлено, что часть вторая Кодекса применяется к обязательственным отношениям, возникшим после введения ее в действие (часть 1 статьи 5 названного закона).

По обязательственным отношениям, возникшим до 1 марта 1996 г., часть вторая Кодекса применяется к тем правам и обязанностям, которые возникнут после введения ее в действие (часть 2 статьи 5 названного закона).

Из изложенных нормативных положений следует, что, если действия, в результате которых гражданину был причинен моральный вред, совершены до вступления в силу ГК РФ, нормами которого урегулированы основания и порядок возмещения морального вреда, в том числе в случае, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности, применению подлежат нормы законодательства, действовавшего на момент причинения такого вреда.

Как разъяснено в пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 г. «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» если моральный вред причинен до введения в действие законодательного акта, предусматривающего право потерпевшего на его компенсацию, требования истца не подлежат удовлетворению, в том числе и в случае, когда истец после вступления этого акта в силу испытывает нравственные или физические страдания, поскольку на время причинения вреда такой вид ответственности не был установлен и по общему правилу действия закона во времени закон, усиливающий ответственность по сравнению с действовавшим на время совершения противоправных действий, не может иметь обратной силы (часть 1 статьи 54 Конституции РФ).

На момент ДТП с участием ФИО1, основания и порядок компенсации морального вреда были установлены Основами гражданского законодательства Союза ССР и республик, утвержденными Верховным Советом СССР 31 мая 1991 г., N 2211-I (далее - Основы гражданского законодательства, Основы).

Действие Основ согласно постановлению Верховного Совета РФ от 3 марта 1993 г. N 4604-I "О некоторых вопросах применения законодательства Союза ССР на территории РФ", в том числе их раздела III "Обязательственное право", было распространено на территории РФ с 3 августа 1992 г.

С 1 марта 1996 г. в силу статьи 3 Федерального закона от 26 января 1996 г. N15-ФЗ "О введении в действие части второй ГК РФ" раздел III "Обязательственное право" (статьи 33 - 95) Основ гражданского законодательства и раздел III "Обязательственное право" (статьи 158 - 474) ГК РСФСР не применяются.

До 1 марта 1996 г. основания и порядок ответственности за вред, причиненный источником повышенной опасности, определялись статьей 454 ГК РСФСР, статьей 128 Основ гражданского законодательства.

В соответствии с пунктом 1 статьи 128 Основ гражданского законодательства юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (транспортные организации, промышленные предприятия, стройки, владельцы автотранспортных средств и т.п.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Аналогичные положения об ответственности за вред, причиненный источником повышенной опасности, содержались в статье 454 ГК РСФСР.

Согласно статье 131 Основ гражданского законодательства моральный вред (физические или нравственные страдания), причиненный гражданину неправомерными действиями, возмещается причинителем при наличии его вины. Моральный вред возмещается в денежной или иной материальной форме и в размере, определяемом судом, независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.

Таким образом, по нормам законодательства, действовавшего на момент травмирования ФИО1 источником повышенной опасности и до 1 марта 1996 г., право на компенсацию морального вреда возникало по общим основаниям наступления ответственности за причинение вреда, одним из которых являлась вина причинителя вреда. При этом статья 131 Основ гражданского законодательства, предусматривавшая возмещение гражданину морального вреда лишь при наличии вины причинителя вреда, являлась специальной нормой по отношению к положениям статьи 128 Основ гражданского законодательства, устанавливавшей ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности.

В связи с этим в настоящем деле при решении вопроса об ответственности владельца источника повышенной опасности за причинение ФИО1 морального вреда, следовало руководствоваться положениями статьи 131 Основ гражданского законодательства.

Данная норма о компенсации гражданину морального вреда при наличии вины причинителя вреда, в том числе в случае причинения вреда источником повышенной опасности, действовала в период с 3 августа 1992 г. и до 1 марта 1996 г. - даты введения в действие части второй ГК РФ, установившей в абзаце втором статьи 1100 Кодекса правило о том, что компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен жизни и здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Исходя из этого, с учетом положения статьи 131 Основ гражданского законодательства юридически значимой являлась совокупность следующих обстоятельств: наличие вреда у истца, неправомерность действий (бездействия) работодателя, связанных с обеспечением истцу безопасных условий труда при использовании служебного автотранспорта, причинная связь между действиями (бездействием) работодателя и моральным вредом, в связи с повреждением здоровья.

Поскольку вышеуказанной совокупности по делу не имеется, отказ в компенсации морального вреда является правомерным.

Обстоятельств, установление которых могло бы повлечь удовлетворение заявленных истцом требований, судебной коллегией не выявлено

Решение законно и обоснованно, принято при полном, объективном, всестороннем исследовании доказательств, представленных в дело, которым дана надлежащая правовая оценка, нормы материального и процессуального права применены судом правильно.

Несогласие заявителя с выводами суда, иная оценка им фактических обстоятельств дела и иное толкование закона не означают допущенной при рассмотрении дела ошибки и не подтверждают существенных нарушений судом норм права, в связи с чем отсутствуют основания для отмены решения суда.

Руководствуясь статьями 328,329 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Центрального районного суда г.Хабаровска от 06 февраля 2023г. оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 без удовлетворения.

Определение суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Председательствующий:

Судьи: