Дело № 2-1508/2025
УИД 46RS0006-01-2025-001766-73
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
г. Железногорск 10 ноября 2025 года
Железногорский городской суд Курской области в составе:
судьи
Перепелицы А.А.,
при секретаре
ФИО1,
с участием помощника Железногорского межрайонного прокурора
ФИО2,
представителя ответчика
ФИО3,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Железногорского межрайонного прокурора Курской области в интересах ФИО4 к АО «Михайловский ГОК им. А.В. Варичева» о взыскании компенсации морального вреда, причинённого в результате несчастного случая на производстве,
установил:
Железногорский межрайонный прокурор Курской области обратился в суд с указанным иском, в обоснование которого указал, что 24.04.2024 согласно акта о несчастном случае на производстве от 08.05.2024 Н-1 № 5 на АО «Михайловский ГОК им. А.В. Варичева» с монтером пути ФИО4 произошел несчастный случай на производстве, в результате которого кисть левой руки ФИО4 повреждена. Последний находился на стационарном лечении в отделении травматологии и ортопедии ОБУЗ «ЖГБ» с 24.04.2024 по 07.05.2024 с диагнозом: S62.4. S62.7 - открытые переломы фаланг 4 и 5 пальцев, 4 и 5 пястных костей. Обширные рваные раны левой кисти. 24.05.2024 под наркозом проведена ПХО, МОС спицами. В послеоперационном периоде наложение гипсовой повязки, назначение антибактериальных, нестероидных противовоспалительных препаратов, УФО ран, местное лечение ран (копию выписного эпикриза прилагается). В дальнейшем с 08.05.2024 лечился амбулаторно у врачей травматологов поликлиники ОБУЗ «ЖГБ». С 27.05.2024 по 31.05.2024 повторно лечился в отделении травматологии и ортопедии ОБУЗ «ЖГБ» с диагнозом: Т 92.2 -постравматический некроз 5 пястной кости, открытые переломы 4 и 5 пальцев. 28.05.2024 под наркозом выполнена ампутации 5 пальца на уровне основной фаланги (копия выписного эпикриза прилагается). В дальнейшем лечился амбулаторно по 15.10.2024 у врачей травматолога, невролога поликлиники ОБУЗ «ЖГБ». Консультирован врачами травматологом, неврологом ОБУЗ «КОМКБ». Диагноз: последствия тяжелой травмы левой кисти от 24.04.2024, ампутационная культя 5 пальца левой кисти на уровне средней трети. Многочисленные переломы основной и средней фаланг 4 пальца левой кисти, рубцовая деформация 4-5 пальца левой кисти с дефектом сухожилия 4 пальца, разгибательная контрактура 2,3,4 пальца левой кисти. Постравматическая нейропатия концевых ветвей левого срединного нерва с умеренно-выраженным сомоторным парезом кисти и пальцев в зоне его иннервации.
Основной причиной несчастного случая является неосторожность, невнимательность. Сопутствующие причины: неудовлетворительная организация производства работ.
По совокупности полученных травм данные повреждения относятся к категории легких. Однако, согласно справки серия МСЭ -2006 № 0789346 выданной 16.10.2024 ФКУ «ГБ МСЭ по Курской области» Минтруда России Бюро медико-социальной экспертизы № 11, ФИО4 в связи с несчастным случаем на производстве 24.04.2024 установлена степень утраты профессиональной трудоспособности - 40 %. Согласно справки серия МСЭ - 2024 № 0998093 выданной 16.10.2024 ФКУ «ГБ МСЭ по Курской области» Минтруда России Бюро медико-социальной экспертизы № 11, ФИО4 установлена третья группа инвалидности по причине трудового увечья.
В этой связи Железногорский межрайонный прокурор Курской области просит взыскать с ответчика в пользу ФИО4 800 000 рублей в качестве компенсации морального вреда, поскольку ему были причинены физические и нравственные страдания, связанные с временной утратой трудоспособности, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, физической болью, связанной с причинённым повреждениями.
В судебном заседании помощник Железногорского межрайонного прокурора поддержала заявленные требования по основаниям, изложенным в иске, поддержала и просила удовлетворить.
ФИО4 в судебном заседании 07.10.2025 также просил взыскать с ответчика 800 000 рублей, поскольку испытал сильные физические и нравственные страдания.
Представитель ответчика полагал заявленные требования не подлежащими удовлетворению, поскольку АО «Михайловский ГОК им. А.В. Варичева» уже выплатило ФИО4 компенсацию морального вреда в размере 209 672,65 рублей в соответствии с достигнутым между сторонами соглашением от 17.03.2025.
Выслушав помощника прокурора, истца, ответчика, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.
Абз.14 ч.1 ст. 21 ТК РФ установлено право работника на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом, иными федеральными законами.
В силу пункта 3 ст. 8 Федерального закона РФ N 125-ФЗ от 24 июля 1998 года "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев и профессиональных заболеваний" возмещение морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.
Ч. 1 ст. 237 ТК РФ предусматривает, что моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора
Статья 237 Трудового кодекса Российской Федерации также предусматривает, что моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.
Согласно статье 212 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.
Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов
Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (абзацы второй и тринадцатый части 1 статьи 219 Трудового кодекса Российской Федерации).
Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.
Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья, либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др.
При рассмотрении требований о компенсации причиненного гражданину морального вреда необходимо учитывать, что размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального ущерба, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (пункт 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда").
Согласно п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. При этом, поскольку, потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.
Из изложенного следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь, здоровье (состояние физического, психического и социального благополучия человека), семейные и родственные связи. В случае причинения гражданину морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
Таким образом, право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага, неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда. Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.
Согласно п. 2 постановления Правительства Российской Федерации от 16 октября 2000 года N 789 "Об утверждении Правил установления степени утраты профессиональной трудоспособности в результате несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" степень утраты профессиональной трудоспособности устанавливается в процентах на момент освидетельствования пострадавшего, исходя из оценки потери способности осуществлять профессиональную деятельность вследствие несчастного случая на производстве и профессионального заболевания, в соответствии с критериями определения степени утраты профессиональной трудоспособности, утверждаемыми Министерством труда и социальной защиты Российской Федерации по согласованию с Министерством здравоохранения Российской Федерации.
В судебном заседании установлено, что с 01.10.2021 работает в АО «Михайловский ГОК им. А.В. Варичева» с 2021 года в должности монтера пути 5 разряда в Управлении железнодорожного транспорта.
Как следует из Акта о несчастном случае на производстве от 08.05.2024 № 5 24.04.2024 в 07 часов 00 минут монтер пути ФИО4 прибыл на работу на ж/д станцию «Восточная», где в 07 часов 55 минут получил наряд от дорожного мастера ФИО5 в качестве сигналиста на ограждение мест производства работ и осуществления контроля на ж/д станции «Восточная». После обеденного перерыва, в 14 часов 05 минут бригада монтеров пути направилась к стрелочному переводу № 15 для выполнения работ. Проходя рядом со стрелочным переводом № 13, ФИО4 и ФИО6 увидели неисправные, лопнувшие болты крепления рельс к крестовине стрелочного перевода № 13 и самостоятельно, не уведомив, мастера ФИО5, приняли решение установить два исправных болта на стрелочном переводе № 13. ФИО4, являясь сигналистом, не согласовал работы на стрелочном переводе № 13 с дежурной по ст. Восточная (далее ДСП) ФИО7 и, не выставив щиты ограждения, допустил бригаду к работе. В 14 часов 31 минут ДСП ФИО7 по радиосвязи запросила информацию от сигналиста ФИО4 о местонахождении бригады, и последний сообщил, что они находятся на с/п № 15. В 14 часов 35 минут ФИО7 предупредила ФИО8 о том, что с 16-го ж/д пути на ст. «Траншейная», по месту производства работ (по с/п № 15) проследует локомотивосостав, а также, что по соседнему ж/д пути проследует ещё один локомотивосостав в сторону ст. «Траншейная». ФИО8 сообщил, что информацию понял, и бригада находится на безопасном расстоянии. В то время как бригада находилась на с/п № 13, ФИО4 принял решение помочь в установке болтов и покинул место сигналиста. В 14 часов 37 минут ФИО7 дала указание локомотивной бригаде тягового агрегата № 075 на движение с 16-го ж/д пути на ст. «Траншейная», а локомотивной бригаде тягового агрегата № 069 на движение с 8-го ж/д пути к 44-му экскаватору. Локомотивные бригады начали движение по приготовленным маршрутам и двигались параллельно. При этом хвостовой думпкар локомотивосостава № 075, опережал хвостовой думпкар локомотивосостава № 069 примерно на 15-20 метров. Во время движения за 3-5 метров до места производства работ на с/п № 13 монтер пути ФИО9 увидел приближающийся хвостовой думпкар локомотивосостава, закричав об опасности, выбежал из ж/д колеи и побежал в зону видимости кабины управления тягового агрегата № 069. Монтёры пути ФИО10, ФИО11, ФИО6, услышав крики ФИО9, успели покинуть место работ, а ФИО8 не успел покинуть ж/д колею и получив толчок в спину думпкаром упал внутрь колеи параллельно ж/д пути, где кисть его левой руки оказалась на рельсе и проходящим первым по ходу движения колесом была повреждена.
Установлено, что ФИО4 самостоятельно принял решение о выполнении работ на стрелочном переводе № 13, при этом он не согласовал данные работы с дежурной по станции Восточная, не выставил щиты ограждения на при выполнении работ на стрелочном переводе № 13.
Основной причиной несчастного случая явилась неосторожность, поспешность, а сопутствующей – неудовлетворительная организация производства работ.
Согласно информации ОБУЗ «ЖГБ», ФИО4 с 24.04.2024 по 07.05.2024 находился на лечении с диагнозом: S62.4. S62.7 - открытые переломы фаланг 4 и 5 пальцев, 4 и 5 пястных костей. Обширные рваные раны левой кисти. 24.05.2024 под наркозом проведена ПХО, МОС спицами. В послеоперационном периоде наложение гипсовой повязки, назначение антибактериальных, нестероидных противовоспалительных препаратов, УФО ран, местное лечение ран (копию выписного эпикриза прилагается). В дальнейшем с 08.05.2024 лечился амбулаторно у врачей травматологов поликлиники ОБУЗ «ЖГБ». С 27.05.2024 по 31.05.2024 повторно лечился в отделении травматологии и ортопедии ОБУЗ «ЖГБ» с диагнозом: Т 92.2 -постравматический некроз 5 пястной кости, открытые переломы 4 и 5 пальцев. 28.05.2024 под наркозом выполнена ампутации 5 пальца на уровне основной фаланги (копия выписного эпикриза прилагается). В дальнейшем лечился амбулаторно по 15.10.2024 у врачей травматолога, невролога поликлиники ОБУЗ «ЖГБ». Консультирован врачами травматологом, неврологом ОБУЗ «КОМКБ». Диагноз: последствия тяжелой травмы левой кисти от 24.04.2024, ампутационная культя 5 пальца левой кисти на уровне средней трети. Многочисленные переломы основной и средней фаланг 4 пальца левой кисти, рубцовая деформация 4-5 пальца левой кисти с дефектом сухожилия 4 пальца, разгибательная контрактура 2,3,4 пальца левой кисти. Постравматическая нейропатия концевых ветвей левого срединного нерва с умеренно-выраженным сомоторным парезом кисти и пальцев в зоне инервации.
По совокупности полученных травм данные повреждения относятся к категории легких. Однако, согласно справки серия МСЭ -2006 № 0789346 выданной 16.10.2024 ФКУ «ГБ МСЭ по Курской области» Минтруда России Бюро медико-социальной экспертизы № 11, ФИО4 в связи с несчастным случаем на производстве 24.04.2024 установлена степень утраты профессиональной трудоспособности - 40 %. Согласно справки серия МСЭ - 2024 № 0998093 выданной 16.10.2024 ФКУ «ГБ МСЭ по Курской области» Минтруда России Бюро медико-социальной экспертизы № 11, ФИО4 установлена третья группа инвалидности по причине трудового увечья.
Как следует из иска и пояснений истца, в результате полученной травмы на производстве АО «Михайловский ГОК им. А.В. Варичева» ему были причинены физические и нравственные страдания, связанные с временной утратой трудоспособности, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, физической болью, связанной с причиненным повреждениями, он находился на больничном почти три месяца, был лишен возможности нормально передвигаться.
Суд также учитывает, что основной причиной наступления несчастного случая является: неосторожность, невнимательность, поспешность работника. При этом АО «Михайловский ГОК им. А.В. Варичева» уже выплатило ФИО4 компенсацию морального вреда в размере 209 672,65 рублей в соответствии с достигнутым между сторонами соглашением от 17.03.2025.
Разрешая спор, суд, установив факт нарушения работодателем трудовых прав истца, руководствуясь положениями ст. ст. 151, 1101, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ст. ст. 22, 210, 212, 219, 237 Трудового кодекса Российской Федерации, ст. 8 Федерального закона от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" полагает возможным возложить на ответчика обязанность по компенсации причиненного истцу морального вреда, при этом учитывая фактические обстоятельства дела, обязанность ответчика возместить моральный вред, причиненный истцу несчастным случаем на производстве, тяжесть причиненных физических и нравственных страданий, степень вины ответчика, а также учитывая поведение самого работника при выполнении трудовых обязанностей, длительность нахождения на больничном, требования разумности и справедливости, компенсацию, выплаченную работодателем в добровольном порядке, суд полагает возможным определить размер компенсации морального вреда в сумме 100 000 руб.
Оснований для удовлетворения требований в заявленном размере суд не усматривает.
На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд
решил:
Исковые требования Железногорского межрайонного прокурора Курской области в интересах ФИО4 удовлетворить частично.
Взыскать с АО «Михайловский ГОК им. А.В. Варичева» в пользу ФИО4 компенсацию морального вреда, причинённого в результате несчастного случая на производстве в размере 100 000 рублей.
В остальной части требований отказать.
Взыскать с АО «Михайловский ГОК им. А.В. Варичева» в доход бюджета МО «г. Железногорск» Курской области государственную пошлину в размере 3 000 рублей.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Курский областной суд через Железногорский городской суд Курской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.
Мотивированное решение составлено 11.11.2025.
Председательствующий А.А. Перепелица