КОПИЯ
УИД: 89RS0005-01-2024-006044-72
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
15 декабря 2025 года город Ноябрьск ЯНАО
Ноябрьский городской суд Ямало-Ненецкого автономного округа в составе:
председательствующего судьи Мизиновой Л.Ю.,
секретаря судебного заседания Поликарповой А.Л.,
с участием: помощника прокурора г.Ноябрьска Шевхужевой Е.В., представителей истцов - ФИО1, адвоката Субботина Д.Е., ответчика ФИО5, представителя ответчика – адвоката Пожидаева О.В.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-2529/2025 по иску ФИО6, ФИО7 к ФИО5, департаменту имущественных отношений Администрации г.Ноябрьска о признании не приобретшим право пользования жилым помещением, признании утратившим право пользования жилым помещением, признании договора социального найма в части недействительным, исключении из договора социального найма жилого помещения,
установил:
ФИО6, ФИО7 обратились в суд с иском к ФИО5 о признании не приобретшим право пользования жилым помещением, исключении из договора социального найма жилого помещения № 42-ОР от 01.09.2023г.
В обоснование иска указано, что 01.09.2023г. между нанимателем ФИО8 и департаментом имущественных отношений Администрации г.Ноябрьска заключен договор социального найма жилого помещения по адресу: <адрес> ( ранее – <адрес>), <адрес>. В качестве членов семьи нанимателя в договор включены - ФИО5 (сын нанимателя), ФИО7 (невестка нанимателя), ФИО6 (внучка нанимателя). После заключения указанного договора социального найма ответчик в квартиру не вселялся, не проживал в ней, не нес расходов по оплате жилищно-коммунальных услуг, членом семьи истцов не является. Поскольку ответчик не нуждается в жилом помещении, фактически отказался от права пользования квартирой в добровольном порядке, истцы обратились в суд с настоящим иском.
20.11.2025г. ФИО6 на основании ст.39 ГПК РФ изменила исковые требования, указав, что просит признать ФИО5 утратившим право пользования жилым помещением, признать пункт 3 раздела 1 договора социального найма от 01.09.2023г. недействительным в части включения ответчика в договор, исключить ответчика из договора социального найма жилого помещения.
В обоснование измененных требований указано, что ответчик ФИО5 после расторжения брака в добровольном порядке выехал из жилого помещения, расположенного по адресу: <адрес> более в нем не проживал; имеет другое жилое помещение, где был зарегистрирован с 2015г. по 2023г. С 2011г. ФИО5 утратил право пользования жилым помещением и не мог быть включен в договор социального найма в 2023г. Договор социального найма № 42-ОР от 01.09.2023г. в части включения ответчика в состав семьи нанимателя является недействительным, поскольку заключен в нарушение ст.70 Жилищного кодекса Российской Федерации, без согласия истцов.
Истец ФИО7 в суд не явилась, о времени и месте рассмотрения дела извещена.
Представитель истца–адвокат Субботин Д.Е. в судебном заседании поддержал исковые требования ФИО7 по тем же основаниям. Пояснил, что ФИО5 выехал из жилого помещения добровольно и с июня 2010г. утратил право пользования жилым помещением. Вынужденность выезда ответчика не доказана, препятствий в пользовании спорным жилым помещением ответчику не создавалось. Договор социального найма от 01.09.2023г. заключен с ответчиком в нарушение ч.1 ст.70 Жилищного кодекса Российской Федерации и является недействительным, согласие на вселение ФИО5 в квартиру истцы не давали, в связи с чем он не мог приобрести право пользования жилым помещением. Представитель истца в случае пропуска срока исковой давности просил его восстановить.
Истец ФИО6 в суд не явилась, о времени и месте рассмотрения дела извещена.
Представитель истца ФИО1, действующая на основании нотариальной доверенности от 15.11.2024г. (л.д.11 том 1), поддержала измененные исковые требования ФИО6 (л.д.11 том 2) Пояснила, что ответчик ФИО5 утратил право пользования спорным жилым помещением с 01.01.2011г., когда выехал из квартиры в связи с прекращением семейных отношений с ФИО7 и более в жилое помещение не вселялся. Договор социального найма от 01.09.2023г. заключен в нарушение ч.1 ст.70 Жилищного кодекса Российской Федерации. Ответчик имеет в собственности другое жилое помещение, в котором проживает с новой семьей. Препятствий в пользовании спорным жилым помещением ФИО5 со стороны истцов не создавалось.
Ответчик ФИО5 в судебном заседании с иском не согласился. Пояснил, что он был вынужден выехать из квартиры в 2010г., в связи с прекращением брачных отношений с ФИО9 и наличием между ними конфликтных отношений. В этот период обстановка в семье была сложной, в квартире какое-то время проживал ранее судимый брат супруги, который злоупотреблял спиртными напитками, происходили скандалы. У его отца ФИО21 пропали деньги от продажи жилья, которые он хранил в жилом помещении. Намерений отказываться от спорного жилого помещения не было, поскольку он хотел участвовать в приватизации и оставаться с пожилым отцом в одной квартире. Он периодически забирал отца к себе, регулярно сам приходил в квартиру, нес расходы по оплате жилищно-коммунальных услуг. Отец жаловался ему на невозможные условия проживания, поскольку истцы ограничили его в пользовании кухней, санузлом, установили видеокамеры в квартире. В жилом помещении истцы держат собаку породы «стафф». В 2013г. в результате конфликта в квартире его отцу ФИО8 были нанесены телесные повреждения, в связи с чем он находился на стационарном лечении. После данного случая ФИО8 установил в своей комнате железную дверь и поставил замок. В 2023г. ему позвонила дочь ФИО6 по вопросу приватизации квартиры, он выразил свое согласие на участие, после чего стал оформлять документы – договор социального найма от 01.09.2023г. О том, что он не отказывался от жилого помещения и хотел участвовать в приватизации квартиры, истцы знали.
Представитель ответчика ФИО5 и третьего лица ФИО8 – адвокат Пожидаев О.В. (л.д.46,52 том 1) в судебном заседании с иском не согласился, пояснил, что ответчик является членом семьи нанимателя ФИО8 с 1990г. Его выезд из спорного жилого помещения носил вынужденный характер, в связи с прекращением семейных отношений и наличием конфликта между супругами. В жилом помещении истцами созданы невозможные условия для проживания, установлены видеокамеры; ФИО8 ограничили в пользовании жилым помещением, передвижение по квартире контролируется истцами. Поскольку отношения с истцами не наладились, ФИО5 не может проживать в квартире до настоящего времени, однако он регулярно приходит в жилое помещение, в квартире имеются его вещи, он участвует в оплате жилищно-коммунальных услуг. ФИО8 поддерживает позицию сына ФИО5 Представителем также заявлено о применении последствий пропуска срока исковой давности по требованиям о признании недействительным договора социального найма.
Третье лицо ФИО8 участия в судебном заседании не принимал, о рассмотрении дела извещен. Направил в адрес суда письменные пояснения от 09.12.2025г. о том, что истцы ограничили его в пользовании квартирой. В ванную комнату, туалет и кухню он заходит, когда истцов нет дома; в квартире они установили видеокамеру. Сын регулярно приходит в квартиру, у него есть ключи от входной двери. Сын приходит, когда истцов нет дома из-за конфликта с ними. У него (третьего лица) с истцами тоже плохие отношений (л.д.54 том 1).
В соответствии со ст.167 ГПК РФ дело может быть рассмотрено в отсутствие неявившихся лиц, извещенным о времени и месте судебного заседания.
Выслушав лиц, участвующих в деле, свидетелей, изучив материалы дела, заслушав заключение помощника прокурора г.Ноябрьска Шевхужевой Е.В. о наличии оснований для отказа в удовлетворении исковых требований, в связи с установлением факта вынужденного выезда ответчика из жилого помещения, суд приходит к следующему.
Из материалов дела следует, что спорным жилым помещением является <адрес> (<адрес>) в <адрес>, предоставленная на условиях бессрочного пользования в 1990г. ФИО8 и членам его семьи - супруге ФИО10, сыну ФИО5 (ответчику) на основании ордера № 9703 от 30.05.1990г., выданного по решению исполкома от 30.05.1990г. №210 (л.д.11 том 1).
В жилом помещении с 18.08.1992г. значился зарегистрированным по месту жительства ответчик ФИО5, а также члены его семьи: супруга ФИО7 с 2005г., дочь ФИО6 с 2005г., мать ФИО10 с 1990г. по 2002г., отец ФИО8 с 2007г. Старшая дочь сторон ФИО6 была зарегистрирована в жилом помещении в период с 2005 по 2018г. (л.д.21,29 том 1)
На основании решения мирового судьи судебного участка № 4 г.Ноябрьска от 18.04.2011г. брак между ФИО5 и ФИО7 был расторгнут (л.д.58 том 1). 19.06.2013г. ответчик вступил в новый брак с ФИО13 (л.д.60 том 1).
В период с 30.01.2015г. по 12.10.2023г. ФИО5 был зарегистрирован по адресу: <адрес>. (л.д.63 том 1).
01.08.2023г. наниматель ФИО8 обратился в департамент имущественных отношений Администрации г.Ноябрьска с заявлением о заключении договора социального найма спорного жилого помещения в соответствии с ордером от 30.05.1990г. (л.д.107 том 1)
01.09.2023г. между муниципальным образованием г.Ноябрьск, от имени которого действует департамент имущественных отношений, и ФИО8 заключен договор социального найма в отношении спорного жилого помещения № 42-ОР. В качестве членов семьи нанимателя в договоре указаны: сын нанимателя ФИО5, невестка ФИО7, внучка ФИО6 ( л.д. 109 том 1).
11.10.2023г. ФИО5 обратился с заявлением в ОМВД России по г.Ноябрьску о регистрации по месту жительства в спорном жилом помещении. 12.10.2023г. с заявлением о регистрации ответчика по месту жительства также обратился наниматель ФИО8(л.д.103-104 том 1). С 12.10.2023г. ответчик зарегистрирован в спорной квартире.
Из материалов дела также следует, что 27.02.2014г. заочным решением Ноябрьского городского суда был определен порядок пользования квартирой 7 в <адрес> и порядок оплаты жилищно-коммунальных услуг. В соответствии с решением суда в пользование ФИО8 передана комната площадью 12,1 кв.м. в квартире, в пользование ФИО7, ФИО6, ФИО6, комната площадью 16,5 кв.м. (л.д.64 том 1). ФИО5, включенный в ордер в качестве члена семьи, к участию в гражданском деле судом не привлекался.
На основании заочного решения суда имя ФИО8 был открыт отдельный лицевой счет №<***> для оплаты жилищно-коммунальных услуг на состав семьи два человека, включая ответчика. На ФИО7 открыт лицевой счет № <***> на состав семьи 2 человека, включая ФИО6.(л.д.81-99 том 1).
Решением Ноябрьского городского суда от 28.01.2025г., исковые требования ФИО6, ФИО7 к ФИО5 о признании не приобретшим право пользования спорным жилым помещением, исключении из договора социального найма жилого помещения были оставлены без удовлетворения (том 1 л.д.155-162).
Определением Ноябрьского городского суда от 28.01.2025г. был принят отказ ФИО8 от иска к ФИО5 о признании не приобретшим право пользования спорным жилым помещением, исключении из договора социального найма жилого помещения (л.д.152 том 1).
В соответствии с апелляционным определением суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 27.05.2025г. решение Ноябрьского городского суда от 28.01.2025г. оставлено без изменения (том 1 л.д.226-234).
Определением Судебной коллегии по гражданским делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции от 25.09.2025г., решение Ноябрьского городского суда от 28.01.2055г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам суда Ямало-Ненецкого автономного округа отменены, гражданское дело направлено в Ноябрьский городской суд на новое рассмотрение (том 2 л.д.83-89).
Судом кассационной инстанции указано, что суду первой инстанции следовало установить обстоятельства, с которыми законом связывает возможность признания гражданина утратившим право пользования жилым помещением (ст.83 ЖК РФ), или признания факта отсутствия ФИО5 в спорном жилом помещении временным (ст.71 ЖК РФ); предложить сторонам представить доказательства в подтверждение либо опровержение данных обстоятельств; предложить истцам уточнить исковые требования.
После рассмотрения дела судом кассационной инстанции истец ФИО6 изменила исковые требования, истец ФИО7 подержала прежний иск.
Обращаясь с исковыми требованиями о признании ответчика утратившим право пользования жилым помещением и признании не приобретшим право пользования жилым помещением на основании договора социального найма от 01.09.2023г. истцы В-вы указали, что ответчик выехал из жилого помещения в добровольном порядке, в связи с прекращением семейных отношений с ФИО7, никаких конфликтов между ними не было, препятствий в пользовании квартирой не создавалось. ФИО5 в квартиру более не приходил, не проживал в ней. Его выезд не был вынужденным и временным, поскольку он вступил в новый брак, приобрел жилое помещение, в котором проживает с новой семьей и в спорной квартире не нуждается.
Так, согласно статье 40 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на жилище. Никто не может быть произвольно лишен жилища.
В пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 2 июля 2009 г. N 14 "О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации" разъяснено, что при разрешении споров, связанных с защитой жилищных прав, судам необходимо иметь в виду, что принцип неприкосновенности жилища и недопустимости производного лишения жилища является одним из основных принципов не только конституционного, но и жилищного законодательства (статья 25 Конституции Российской Федерации, статьи 1, 3 Жилищного кодекса Российской Федерации).
Принцип недопустимости произвольного лишения жилища предполагает, что никто не может быть ограничен в праве пользования жилым помещением, иначе как по основаниям и в порядке, которые предусмотрены Жилищным кодексом Российской Федерации (далее - ЖК РФ), другими федеральным законами (часть 4 статьи 3 ЖК РФ).
Согласно разъяснениям, изложенным в п. 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 2 июля 2009 г. N 14 "О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации", по смыслу находящихся в нормативном единстве положений статьи 69 ЖК РФ и части 1 статьи 70 Жилищного кодекса Российской Федерации, лица, вселенные нанимателем жилого помещения по договору социального найма в качестве членов его семьи, приобретают равные с нанимателем права и обязанности при условии, что они вселены в жилое помещение с соблюдением предусмотренного частью 1 статьи 70 Жилищного кодекса Российской Федерации порядка реализации нанимателем права на вселение в жилое помещение других лиц в качестве членов своей семьи.
В соответствии с положениями ст.69 Жилищного кодекса Российской Федерации члены семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма имеют равные с нанимателем права и обязанности (ч. 2). Члены семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма должны быть указаны в договоре социального найма жилого помещения (ч. 3).
В соответствии с частью 1 ст.70 Жилищного кодекса Российской Федерации наниматель с согласия в письменной форме членов своей семьи, в том числе временно отсутствующих членов своей семьи, вправе вселить в занимаемое им жилое помещение по договору социального найма своего супруга, своих детей и родителей или с согласия в письменной форме членов своей семьи, в том числе временно отсутствующих членов своей семьи, и наймодателя - других граждан в качестве проживающих совместно с ним членов своей семьи. На вселение к родителям их детей не требуется согласие остальных членов семьи нанимателя и согласие наймодателя.
В силу ст.71 Жилищного кодекса Российской Федерации временное отсутствие нанимателя жилого помещения по договору социального найма, кого-либо из проживающих совместно с ним членов его семьи или всех этих граждан не влечет за собой изменение их прав и обязанностей по договору социального найма.
Согласно ч. 3 ст.83 Жилищного кодекса Российской Федерации в случае выезда нанимателя и членов его семьи в другое место жительства договор социального найма жилого помещения считается расторгнутым со дня выезда.
В соответствии с разъяснениями, изложенными в п. 32 вышеуказанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, при временном отсутствии нанимателя жилого помещения и (или) членов его семьи, включая бывших членов семьи, за ними сохраняются все права и обязанности по договору социального найма жилого помещения (ст. 71 ЖК РФ). Если отсутствие в жилом помещении указанных лиц не носит временного характера, то заинтересованные лица (наймодатель, наниматель, члены семьи нанимателя) вправе потребовать в судебном порядке признания их утратившими право на жилое помещение на основании ч. 3 ст. 83 Жилищного кодекса Российской Федерации в связи с выездом в другое место жительства и расторжения тем самым договора социального найма.
Суд вправе признать решение о предоставлении жилого помещения по договору социального найма недействительным, если будет установлено, что:
а) гражданами были предоставлены не соответствующие действительности сведения, послужившие основанием для принятия их на учет в качестве нуждающихся в жилых помещениях (например, о составе семьи, об источниках и уровне доходов, а также об имуществе членов семьи, подлежащем налогообложению);
б) нарушены права других граждан на указанное жилое помещение (например, нарушена очередность предоставления жилого помещения);
в) совершены неправомерные действия должностными лицами при решении вопроса о предоставлении жилого помещения;
г) имели место иные нарушения порядка и условий предоставления жилых помещений по договору социального найма, предусмотренных Жилищным кодексом Российской Федерации, федеральными законами, указами Президента, законами субъекта Российской Федерации.
Таким образом, юридически значимым по спорам о признании нанимателя, члена семьи нанимателя или бывшего члена семьи нанимателя жилого помещения утратившими право пользования жилым помещением по договору социального найма вследствие их постоянного отсутствия в жилом помещении по причине выезда из него, является установление того обстоятельства, по какой причине и как долго ответчик отсутствует в жилом помещении, носит ли его выезд из жилого помещения вынужденный характер (конфликтные отношения в семье, расторжение брака) или добровольный, временный (работа, обучение, лечение и т.п.) или постоянный (вывез свои вещи, переехал в другой населенный пункт, вступил в новый брак и проживает с новой семьей в другом жилом помещении и т.п.), не чинились ли ему препятствия в пользовании жилым помещением со стороны других лиц, проживающих в нем, исполняет ли он обязанности по договору по оплате жилого помещения и коммунальных услуг и др.
В ходе рассмотрения дела судом установлено, что ФИО5 в добровольном порядке не отказывалась от прав на спорное жилое помещение, между сторонами длительное время имеют место конфликтные отношения, а факт выезда ответчика из квартиры носил вынужденный характер и обусловлен невозможностью совместного проживания с истцами.
Так из пояснений ответчика ФИО5 следует, что он выехал из квартиры вынуждено в 2010г., в связи наличием конфликтных отношений с ФИО7, ссор, недоверия к ней в том числе из-за пропажи денег отца, скандалов из-за проживания в квартире брата истца, который злоупотреблял спиртными напитками, совершал правонарушения и преступления. Спокойно проживать в квартире было невозможно. После его выезда из жилого помещения ФИО7 продолжала писать ему смс-сообщения, оскорбляла, угрожала, звонила его жене. От прав на жилое помещение он никогда не отказывался, поскольку в квартире жил его пожилой отец. Также он хотел участвовать в приватизации, о чем поставил в известность истцов. Он оплачивал и оплачивает жилищно – коммунальные услуги, регулярно приходит в квартиру, в жилом помещении в комнате отца находятся его вещи.
Указанные обстоятельства подтверждены в суде следующими доказательствами.
Как следует из материалов уголовного дела № в отношении ФИО14, с июня 2008г. он был зарегистрирован и проживал в квартире сестры ФИО7 (протокол допроса); справкой – характеристикой участкового уполномоченного УВД <адрес> от 22.04.2009г. подтверждается, что ФИО14, проживающий по адресу: <адрес> характеризуется по месту жительства неудовлетворительно, на него неоднократно поступали жалобы в УАМ-3 о нарушении общественного порядка, злоупотреблении спиртными напитками, он привлекался к административной ответственности по главе 20 КоАП РФ. Из информационной базы данных УВД <адрес> следует, что в 2007г. и в марте 2009г. ФИО14 привлекался к административной ответственности и значился проживающим по адресу: <адрес>, пос.УТДС, <адрес>. 08.06.2009г. ФИО14 в рамках уголовного дела дал письменное обязательство о явке, указав место своего жительства - <адрес> пос.УТДС <адрес>.
При обращении в суд с заявлением о расторжении брака 11.03.2011г. ФИО5 указал, что проживал с ФИО7 до 01.06.2010г., брачные отношения с указанного времени прекращены по причине взаимной неприязни, постоянных ссор, скандалов, отсутствия доверия в материальных и финансовых делах.
В судебном заседании 14.01.2025г. и 28.01.2025г. истцы ФИО7 и ФИО6 подтвердили, что они не общаются с ФИО5, никаких отношений с ним не поддерживают с 2010г. В 2013г. произошел семейный конфликт между ФИО7, ФИО6 и ФИО8 в ходе которого последнему были причинены телесные повреждения. Также истцы пояснили, что в квартире они установили видеокамеры (л.д.66,148 том 1).
Из выписного эпикриза следует, что ФИО8 поступил в ГБУЗ «Ноябрьская ЦГБ» 27.01.2013г., в связи с тем, что был избит родственниками (л.д.61 том 1).
В письменных пояснениях ФИО8 указал, что его сын ФИО5 приходит в квартиру, когда дома нет истцов, поскольку между ними сложились конфликтные отношения. В комнате, которую он занимает, находятся вещи сына, он считает сына членом своей семьи. У него (ФИО8) плохие отношения с истцами, они ограничивают его в пользовании жилым помещением, не разрешают пользоваться кухней, санузлом, установили видеокамеры.
Как следует из заочного решения Ноябрьского городского суда от 27.02.2014г. по иску ФИО8 был определен порядок пользования спорной квартирой и порядок оплаты за жилое помещение и коммунальные услуги (л.д.64 том 1). При обращении в суд с указанным иском ФИО8 указал, что между ним и ФИО7, ФИО6 (старшая дочь ФИО7) сложились неприязненные отношения, ответчики не участвуют в оплате жилищно-коммунальных услуг. Из данного дела также следует, что ФИО5 к участию в деле судом не привлекался.
При этом определенный судом порядок пользования жилым помещением и порядок оплаты за него не изменяет договора социального найма, а является лишь временным порядком для устранения разногласий проживающих в квартире лиц.
В подтверждение доводов о несении расходов по содержанию жилого помещения и оплате жилищно–коммунальных услуг с августа 2010г. ответчик предоставил квитанции об оплате. Как следует из пояснений ответчика, представителя третьего лица и подтверждается карточкой лицевого счета, ФИО8 и ФИО5 несут расходы по оплате жилищно-коммунальных услуг за жилое помещение до настоящего времени и своевременно вносят оплату.
Обстоятельства того, что ответчик не утратил связь с жилым помещением, интересуется его судьбой, приходит в него, вынужденно выехал из квартиры в связи с невозможностью совместного проживания с истцами, продолжает нести расходы по оплате жилищно-коммунальных услуг подтверждены в судебном заседании письменными пояснениями третьего лица, пояснениями представителя третьего лица в судебном заседании, представленными в дело фотографиями на которых запечатлен ответчик в спорном жилом помещении, видеозаписью прихода ответчика в жилое помещение, документами, подтверждающими оплату жилищно-коммунальных услуг, а также показаниями свидетелей. (л.д.132-140 том 1, л.д.134-143 том 2).
Опрошенный в судебном заседании свидетель ФИО15 суду показал, что ФИО6, ФИО7 и ФИО5 друг с другом не общаются. Когда ФИО5 проживал с супругой, с ними в квартире какое-то время жил брат ФИО7 После прекращения семейных отношений ФИО5 выехал на съемную квартиру. Он (свидетель) слышал как ФИО7 говорила ответчику: «чтоб ты сдох»; выгоняла его из квартиры. Со слов ФИО5 он знает, что истцы избили ФИО8 в квартире. Также ему известно о том, что в квартире пропали деньги ФИО8, которые он получил от продажи своего жилья. Жить в квартире ответчик не может из-за бывшей супруги. (л.д.162 том 2)
Свидетель ФИО11 суду показала, что с ноября 2012г. стала сожительствовать с ФИО5, в последующем они вступили в брак. ФИО5 выехал из спорной квартиры в съемное жилье связи с невозможностью проживания, из-за плохих отношений с бывшей супругой. Ей известно, что семейный конфликт возник в том числе из-за пропажи денег ФИО8 В последующем ФИО7 продолжала выяснять отношения с ФИО5 по вопросу содержания дочери, писала ему плохие смс-сообщения. Супруг не может проживать в квартире, но продолжает ходить в жилое помещение в отсутствие истцов, оплачивает жилищно-коммунальные услуги. После регистрации брака с ФИО5 проживание двух семей в двухкомнатной квартире также невозможным из-за конфликта с ФИО7 и стесненных жилищных условий. В 2023г. супругу звонила дочь Лиза и уточняла, будет ли он участвовать в приватизации квартиры, он согласился, после чего был оформлен договор социального найма. ФИО8 рассказывал ей, что истцы не разрешают ему пользоваться кухней, ванной, он сам боится пользоваться, так как будет конфликт.
Свидетель ФИО17 опрошенная в судебном заседании 28.01.2025г. суду показала, что является соседкой ФИО22. Она не видит кто приходит в <адрес> в <адрес>, у окна и дверного глазка постоянно не стоит, не знает есть ли вещи ответчика в комнате, которую занимает ФИО8 Через комнату ФИО8 оборудован отдельный вход/выход на придомовую территорию. Также свидетель выразила свое личное отношение к ответчику, указав, что относится к нему с осуждением из-за квартирного вопроса.
При повторном опросе в судебном заседании 17.11.2025г. свидетель ФИО17 суду показала, что ФИО5 в 2010г. ушел в другую семью и бросил детей. После чего она его не видела, специально за квартирой В-вых она не наблюдает и не следит за тем, кто приходит в их жилое помещение. ФИО7 держит в квартире большую собаку и никто из посторонних в квартиру не войдет. Она (свидетель) слышала, что у ФИО8 когда-то пропали деньги в квартире, которые он получил от продажи дома. ФИО8 и ФИО5 считали, что деньги забрала ФИО7, это произошло, когда ответчик уходил из квартиры. По просьбе ФИО7 она (свидетель) установила видеокамеру на своем балконе для того, чтобы контролировать приходы ответчика в квартиру. Также она знает, что видеокамеры установлены в самой квартире В-вых. В ноябре 2025г. ФИО7 показывала ей видеозапись, где зафиксировано, что ФИО5 приходил в квартиру, чистил снег на придомовой территории.
Свидетель ФИО18 суду показала, что является близкой подругой старшей дочери ФИО7 – ФИО6 До 2023г. она жила в соседнем доме с В-выми. Со слов ФИО6 она знает, что ФИО5 не живет в квартире с 2010г., когда она (свидетель) приходила в жилое помещение, то ответчика сама не видела. ФИО5 не общается с ФИО7, ФИО6, ФИО6 В комнате, которую занимает ФИО8, установлена железная дверь. ФИО8 опасается, что ему могут причинить вред, поэтому живет только в своей комнате. Также ей известно, что из комнаты ФИО8 оборудован отдельный вход/выход через окно. Со слов ФИО7 и ФИО6 ей также известно, что они установили видеокамеру в квартире, так как ФИО8 устраивает беспорядок в кухне, санузле.
Свидетель ФИО19 суду показала, что она живет в третьем подъезде дома, а В-вы во втором. В квартире В-вых проживает: ФИО8, ФИО7, ФИО9 Ю. С какого времени не проживает ФИО5, она не знает; утверждать, что ответчик не приходит в квартиру она не может. О наличии либо отсутствии конфликтов между ФИО7 и ФИО5 она ничего не знает. На входной двери в комнату ФИО8 она видела замок и ее это удивило. Она (свидетель) помнит, что в квартире ранее проживал «непутевый» брат ФИО7, который выпивал, не работал.
Свидетель ФИО20 суду показала, что поддерживает дружеские отношения с ФИО7 До 2010г. она проживала в соседнем доме с В-выми. Ранее в квартире вместе с В-выми проживал брат ФИО7 Весной 2010г. она переехала по другому адресу. На момент ее переезда ФИО5 еще проживал в спорной квартире. Со слов ФИО7 она знает, что летом 2010г. он ушел из семьи и из квартиры, и более в жилое помещение не приходил. Также ФИО7 рассказывала ей, что тяжело жить со старым человеком в одной квартире и у них были конфликты с ФИО8 На входной двери в комнату ФИО8 установлен замок. Все о взаимоотношениях в семье В-вых она знает со слов ФИО7
Давая оценку совокупности исследованных доказательств и причинам выезда ответчика из спорного жилого помещения, суд приходит к выводу об отсутствии достаточных и убедительных доказательств того, что выезд ФИО4 носил добровольный и постоянный характер. Установленные по делу обстоятельства с достоверностью не подтверждают совокупность обстоятельств, необходимых для признания ответчика утратившим/не приобретшим право пользования квартирой на основании части 3 статьи 83 Жилищного кодекса Российской Федерации.
Таким образом, судом установлено, что ответчик выехал из спорной квартиры в июне 2010г. не в связи с созданием новой семьи, а в связи с невозможностью совместного проживания с ФИО3 из-за постоянных ссор, конфликтов в семье. У ответчика не было намерений отказаться от жилого помещения, поскольку на момент выезда он не имел другого жилья, в квартире оставался проживать его пожилой отец. Ответчик также хотел участвовать в приватизации спорного жилого помещения. Выехав вынужденно из квартиры, ФИО4 не прекратил семейных отношений с нанимателем жилого помещения, поддерживал постоянную связь с квартирой, имеет ключи от входной двери, нес и несет расходы по содержанию жилого помещения. В новый брак ФИО4 вступил только в 2013г., спустя 3 года после выезда из жилого помещения.
Доводы истцов о том, что ФИО4 с 2010г. никогда не приходил в квартиру опровергаются как пояснениями ответчика, третьего лица, так и представленными фотоснимками ФИО4 в жилом помещении. Из пояснений ФИО4 и ФИО21 следует, что ответчик приходит в жилое помещение когда в нем отсутствуют истцы во избежание конфликтов и негативных последствий, используя в том числе оборудованный вход через окно комнаты отца.
Наличие конфликтных отношений между ФИО5, ФИО8 и ФИО7, семейные ссоры из-за пропажи денежных средств ФИО8 и проживания в квартире брата супруги, который вел асоциальный образ жизни, последующие конфликты истцов с ФИО8 и нанесение ему побоев в ходе бытового конфликта, установка видеокамер в жилом помещении, создание истцами препятствий в пользовании жилым помещением (местами общего пользования) ФИО8, содержание в квартире собаки породы «стафф», – все это характеризует обстановку, которая складывалась в семье и в жилом помещении длительное время, и которая в совокупности создала невозможность проживания ответчика в квартире.
До настоящего времени ответчик не может проживать в квартире как по указанным выше причинам, так и в связи с тем, что проживание в жилом помещении двух семей (после вступления ответчика в брак) невозможно в силу конфликтных отношений с истцами, а также с учетом количества проживающих лиц и площади квартиры.
Регистрация ответчика в <адрес> в период с 30.01.2015г. по 12.10.2023г. не свидетельствует об отказе ответчика от права пользования квартирой при установлении обстоятельств вынужденного выезда. Как пояснил ФИО4 и свидетель ФИО16, поскольку по месту работы ответчика ему компенсировали часть ипотечного кредита необходимо было оформить регистрацию в приобретенной квартире. (л.д.29, 59 том1 ).
Согласно ч. 1 ст.23 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную ... защиту своей чести и доброго имени.
В главе 8 Гражданского кодекса Российской Федерации содержатся общие положения о нематериальных благах и их защите, согласно которым защите подлежат: неприкосновенность частной жизни, личная и семейная ... право свободного передвижения и выбора места пребывания и жительства и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, не отчуждаемые и не передаваемые иным способом.
Согласно п. 1 ст.10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).
Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (п. 2).
Установка истцами видеокамер в квартире расценивается судом как ограничение жилищных прав иных лиц, имеющих право пользования жилым помещением, создание препятствий в пользовании жилым помещением, нарушение прав на неприкосновенность частной жизни, а также злоупотребление правом ( ст.25 Конституции Российской Федерации,ч.4 ст.3 ЖК РФ).
Наличие видеокамер, установленных истцами в самой квартире, а в последующем и на придомовой территории давало ответчику и третьему лицу основание полагать, что за ними ведется постоянное видеонаблюдение, т.е. совершаются действия, направленные на посягательство на их частную жизнь, ограничение в реализации жилищных прав.
Установленные судом обстоятельства стороной истца не опровергнуты, опрошенные в судебном заседании свидетели стороны истца очевидцами взаимоотношений ФИО5 и ФИО5, ФИО8 не являлись, о взаимоотношениях сторон им известно со слов ФИО7, о достоверных причинах выезда ответчика из квартиры они не знают.
Оценивая показания свидетеля ФИО17 в соответствии с положениями ст.67 ГПК РФ суд не может признать их допустимыми. В судебном заседании свидетель ФИО17 выразила свое личное отношение к ответчику, указав, что относится к нему с осуждением из-за квартирного вопроса; в ходе пояснений давала свою оценку действиям (поступкам) ФИО5 и сложившейся ситуации; согласовала истцам установку видеокамеры на своем балконе, чтобы контролировать ответчика. Показания свидетеля в целом носят противоречивый характер, свидетель в силу возраста путает события, не помнит их.
Само по себе наличие в собственности ответчика иного жилого помещения и вступление в новый брак не являются безусловным основанием для признания его не приобретшим/утратившим право пользования спорной квартирой при установлении судом вынужденного факта отсутствия ФИО5 в спорном жилом помещении (л.д.59 том 1).
Представленный истцами акт проверки фактического проживания от 19.11.2024г. не соответствует критериям допустимости и достоверности доказательств, предусмотренных ст.ст. 59,60,71 ГПК РФ, и не может быть принят судом, поскольку не содержит подписи жильцов, которые установили и подтверждают факт непроживания ответчика в спорной квартире. При этом в акте указано, что ФИО5 не проживает в квартире с 12.10.2023г, тогда как представитель истца ФИО7 в судебном заседании указал на непроживание ответчика с июня 2010г., а представитель истца ФИО6 с января 01.01.2011г. (л.д.20 том 1).
Протокол опроса ФИО6, подготовленный адвокатом Субботиным Д.Е. 14.12.2025г., не может быть принят судом как доказательство, поскольку не отвечает принципу допустимости, применительно к нормам ст.ст. 60, 69, 70, 157, 176, 177 ГПК РФ.
Поскольку судом установлен факт вынужденного выезда ответчика из жилого помещения, то оснований полагать, что на день заключения договора социального найма от 01.09.2023г. №42-ОР ФИО5 утратил право пользования спорным жилым помещением, у суда не имеется. Нарушений части 1 статьи 70 Жилищного кодекса Российской Федерации при заключении договора социального найма не допущено, а временное отсутствие ответчика не влечет за собой изменение прав и обязанностей члена семьи нанимателя, возникших на основании ордера, который недействительным не признан.
Заключение договора социального найма 01.09.2023г. по своей сути не порождает новых гражданско-правовых отношений, а предполагает оформление фактически сложившихся правоотношений по пользованию спорным жилым помещением на условиях социального найма в соответствии с требованиями действующего законодательства.
Заявление ответчика о применении последствий пропуска годичного срока исковой давности по требованиям о признании договора социального найма недействительным удовлетворению не подлежит, поскольку требование о признании недействительными договора социального найма подлежат разрешению исходя из аналогии закона (часть 1 статьи 7 ЖК РФ) применительно к правилам, установленным статьей 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, о недействительности сделки, не соответствующей закону или иным правовым актам, а также пунктом 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, предусматривающим трехгодичный срок исковой давности со дня, когда началось исполнение сделки, то есть когда одна из сторон приступила к фактическому исполнению сделки, а другая - к принятию такого исполнения.
С учетом установленных судом обстоятельств вынужденного выезда ответчика из жилого помещения, злоупотребления истцами правом и подлежащих применению норм права, оснований для удовлетворения требований ФИО2 и ФИО3 не имеется.
На основании изложенного, руководствуясь ст.194-199 ГПК РФ,суд
решил :
исковые требования ФИО6, ФИО7 к ФИО5, департаменту имущественных отношений Администрации г.Ноябрьска о признании не приобретшим право пользования жилым помещением, признании утратившим право пользования жилым помещением, признании договора социального найма в части недействительным, исключении из договора социального найма жилого помещения, оставить без удовлетворения.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Суд Ямало-Ненецкого автономного округа в течение месяца со дня принятия в окончательной форме путем подачи жалобы через Ноябрьский городской суд.
Кассационные жалоба, представление могут быть поданы в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции в срок, не превышающий трех месяцев со дня вступления в законную силу обжалуемого судебного постановления путем подачи жалобы через Ноябрьский городской суд.
Решение принято в окончательной форме 23.12.2025г.
Судья: (подпись)