Мотивированное решение изготовлено 06.10.2022 года

66RS0004-01-2022-005713-12

Дело № 2а-5463/2022

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Екатеринбург 22 сентября 2022 года

Ленинский районный суд г. Екатеринбурга в составе:

председательствующего судьи Макаровой Т.В.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Дуняшиным А.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по исковому заявлению ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Свердловской области, ФСИН России, ГУФСИН России по Свердловской области, ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Свердловской области, ФКУ Управление по конвоированию ГУФСИН России по Свердловской области о признании незаконными действий, взыскании компенсации,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с административным исковым заявлением к Министерству финансов Российской Федерации, ГУФСИН России по Свердловской области, ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Свердловской области, ФКУ Управление по конвоированию ГУФСИН России по Свердловской области, в котором просил признать незаконными действия ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Свердловской области, Управления по конвоированию ГУФСИН России по Свердловской области, присудить компенсацию за нарушение условий содержания под стражей и этапировании в размере 700 000 рублей.

В обоснование доводов административного иска ФИО1 указывает, что 22 февраля 2012 года он был этапирован из ФКУ ИК-19 ГУФСИН России по Свердловской области в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Свердловской области, где содержался в период с 23 февраля 2012 года по 05 апреля 2012 года, после чего этапирован для отбывания наказания в ФКУ ИК-19 ГУФСИН России по Свердловской области куда прибыл 07 апреля 2012 года.

Условия содержания в ФКУ СИЗО-1 в оспариваемый период являлись ненадлежащими, в камерах было недостаточно жилого пространства, отсутствовало индивидуальное спальное место, вентиляция, недостаточное освещение, низкая температура, грязные окна и душ, не соблюдались санитарные нормы. Кроме того, истцу не выдавались предметы первой необходимости, постельные принадлежности выдавались в порванном виде. 05 апреля 2012 года истец выведен в сборочную камеру № 16, которая была переполнена, в ней отсутствовал стол для приема пищи, в связи с чем, пища принималась стоя.

Также в отношении истца допущены нарушения при этапировании, что выражалось в проведении личного обыска при каждой посадке в вагон, в купе помимо него находилось еще 12 человек осужденных, в результате чего на одного осужденного приходилось менее 0,17 кв.м, отсутствовал стол для приема пищи, емкости для мусора, специального отсека для перевозки багажа. Каждая перевозка длилась по 7 часов и почти все время ночью, каждые 2 часа охранники заставляли заключенных вставать и подвергаться личному обыску, в связи с чем, административный истец был лишен 8-часового сна. Кроме того, при перевозке не предоставлялся кипяток и питьевая вода, а также не выдавались постельные принадлежности. В вагоне и купе отсутствовала вентиляция, почти все заключенные были курящие, стояли клубы табачного дыма, купе находилось в антисанитарных и непригодных для перевозки условиях. В туалет выводили только 1 раз, по требованию в туалет не выводили. Организация питания была неудовлетворительная. При посадке в специальный автомобиль также были нарушены права административного истца, поскольку в нем находилось 30 осужденных, в связи с чем ФИО1 был ограничен в пространстве, не имея естественного света, воды, доступа в туалет, восьмичасового сна и постельных принадлежностей. Переход от вагона к спецавтомобилю производился в наручниках, пристегнутых к стальному тросу.

В судебном заседании, проведённом с использованием видеоконференцсвязи административный истец ФИО1 требования административного искового заявления поддерживал, по изложенным в нем доводам, на удовлетворении требований настаивал.

Иные лица, участвующие в деле в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом, представили письменные возражения на исковые требования.

Руководствуясь положениями ч. 6 ст. 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд полагает возможным рассмотрение дела в отсутствие неявившихся лиц.

Изучив материалы дела, представленные возражения и доказательства, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии со ст. 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном гл. 22 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении (ч. 1).

Требование о присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении рассматривается судом одновременно с требованием об оспаривании решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих по правилам, установленным указанной главой, с учетом особенностей, предусмотренных названной статьей (ч. 3).

При рассмотрении административного искового заявления, поданного в соответствии с ч. 1 ст. 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд устанавливает, имело ли место нарушение предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, а также характер и продолжительность нарушения, обстоятельства, при которых нарушение допущено, его последствия (ч. 5).

В силу ст. 23 Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в размере четырех квадратных метров с учетом требований, предусмотренных частью первой статьи 30 настоящего Федерального закона.

Согласно п. 42 Приказа Минюста России от 14.10.2005 № 189 «Об утверждении Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы», камеры СИЗО оборудуются: одноярусными или двухъярусными кроватями (камеры для содержания беременных женщин и женщин, имеющих при себе детей, - только одноярусными кроватями); столом и скамейками с числом посадочных мест по количеству лиц, содержащихся в камере; шкафом для продуктов; вешалкой для верхней одежды; полкой для туалетных принадлежностей; зеркалом, вмонтированным в стену; бачком с питьевой водой; подставкой под бачок для питьевой воды; радиодинамиком для вещания общегосударственной программы; урной для мусора; тазами для гигиенических целей и стирки одежды; светильниками дневного и ночного освещения; телевизором, холодильником (при наличии возможности (камеры для содержания женщин и несовершеннолетних - в обязательном порядке); вентиляционным оборудованием (при наличии возможности); тумбочкой под телевизор или кронштейном для крепления телевизора; напольной чашей (унитазом), умывальником; нагревательными приборами (радиаторами) системы водяного отопления; штепсельными розетками для подключения бытовых приборов; вызывной сигнализацией.

Минимальные нормы питания и материально-бытового обеспечения осужденных устанавливаются Правительством Российской Федерации. Постановлением Правительства Российской Федерации от 11.04.2005 № 205 утверждены минимальные нормы питания и материально-бытового обеспечения осужденных к лишению свободы, а также о нормах питания и материально-бытового обеспечения подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, находящихся в следственных изоляторах Федеральной службы исполнения наказаний, в изоляторах временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел Российской Федерации и пограничных органов федеральной службы безопасности, лиц, подвергнутых административному аресту, задержанных лиц в территориальных органах Министерства внутренних дел Российской Федерации на мирное время (далее по тексту - Постановление № 205).

Из административного искового заявления следует, что 22 февраля 2012 года ФИО1 был этапирован из ФКУ ИК-19 ГУФСИН России по Свердловской области в ФКУ СИЗО-1, где содержался в период с 23 февраля 2012 года по 05 апреля 2012 года, после чего этапирован для отбывания наказания в ФКУ ИК-19 ГУФСИН России по Свердловской области, куда прибыл 07 апреля 2012 года.

Доказательств соблюдения условий содержания административного истца под стражей, этапировании в спорный период, административными ответчиками не представлено по причине того, что документы первичного учета, журнал, книги, справки уничтожены по истечению срока хранения, установленного Приказом ФСИН России от 21.07.2014 № 373 «Об утверждении Перечня документов, образующихся в деятельности Федеральной службы исполнения наказания, органов, учреждений и предприятий уголовно-исполнительной системы, с указанием сроков хранения».

Поскольку из текста административного искового заявления следует, что ФИО1 обратился в суд в порядке административного судопроизводства, то в соответствии с требованиями ч. 11 ст. 226 Кодекса административного судопроизводства обязанность по представлению доказательств, свидетельствующих об отсутствии нарушений условий содержания ФИО1 в следственном изоляторе в спорный период возложена на административных ответчиков.

Между тем, согласно представленным возражениям такие доказательства административными ответчиками представлены быть не могут, по причинам, являющимся объективными, поскольку с момента убытия ФИО1 из ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Свердловской области до дня обращения в суд с административным исковым заявлением прошло более 10 лет и сроки хранения документов, связанных с его нахождением в ФКУ СИЗО-1 в спорный период истекли.

Суд, учитывает, что в силу положений ч. 5 ст. 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, основанием для присуждения соответствующей компенсации является нарушение предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей.

Исходя из положений ст. 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, условия содержания обвиняемых под стражей должны быть совместимы с уважением к человеческому достоинству.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <//> № «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации», к бесчеловечному обращению относятся случаи, когда такое обращение, как правило, носит преднамеренный характер, имеет место на протяжении нескольких часов или когда в результате такого обращения человеку были причинены реальный физический вред либо глубокие физические или психические страдания.

Унижающим достоинство обращением признается, в частности, такое обращение, которое вызывает у лица чувство страха, тревоги и собственной неполноценности.

При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы с учетом практических требований режима содержания.

Оценка указанного уровня осуществляется в зависимости от конкретных обстоятельств, в частности от продолжительности неправомерного обращения с человеком, характера физических и психических последствий такого обращения. В некоторых случаях принимаются во внимание пол, возраст и состояние здоровья лица, которое подверглось бесчеловечному или унижающему достоинство обращению.

Доказательства того, что ФИО1 в указанный им период содержания в ФКУ СИЗО-1 причинен физический вред или психические страдания, в материалы административного дела не представлены, административным истцом конкретных обстоятельств, указывающих на причинение ему физических и психических страданий в исковом заявлении, не приведено.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что условия содержания административного истца в следственном изоляторе не являлись допустимо адекватными, у суда не имеется, в связи с чем, основания для присуждения в пользу ФИО1 компенсации за нарушение условий содержания в ФКУ СИЗО-1 в данном случае отсутствуют.

Ссылка административного истца в административном иске на иные решения несостоятельна, поскольку правовая система Российской Федерации основана на классическом праве, а не на прецедентном.

Кроме того, ФИО1 пропущен срок обращения в суд с административным иском, который в силу ч. 1 ст. 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации составляет три месяца со дня, когда гражданину стало известно о нарушении его прав и законных интересов, и отсутствии уважительных причин для его восстановления.

Исходя из разъяснений, содержащихся в п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания», проверяя соблюдение предусмотренного ч. 1 ст. 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации трехмесячного срока для обращения в суд, судам необходимо исходить из того, что нарушение условий содержания лишенных свободы лиц может носить длящийся характер, следовательно, административное исковое заявление о признании незаконными бездействия органа или учреждения, должностного лица, связанного с нарушением условий содержания лишенных свободы лиц, может быть подано в течение всего срока, в рамках которого у органа или учреждения, должностного лица сохраняется обязанность совершить определенное действие, а также в течение трех месяцев после прекращения такой обязанности.

В силу положений п. 2 ч. 9, ч. 11 ст. 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации на административного истца возложена обязанность доказать соблюдение срока обращения в суд.

Пребывание в тех условиях, которые являлись предметом исследования и оценки в суде первой инстанции, имело место в период нахождения административного истца в ФКУ СИЗО-1, оно прекратилось 05 апреля 2012 года.

С учетом правовой позиции, изложенной в п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 47, требования, связанные с нарушением условий содержания в учреждении ФИО1, могло быть подано им в течение всего срока, в рамках которого у данного учреждения сохранялась обязанность совершить определенные действия, а также в течение трех месяцев после прекращения такой обязанности.

Кроме того, он не обратился в суд в срок, установленный положениями ч. 2 ст. 5 Федерального закона от 27.12.2019 № 494-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», то есть в течение 180 дней со дня вступления в силу указанного закона.

Указанное свидетельствует о пропуске административным истцом срока на обращение в суд, установленного гл. 22 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации.

Доказательств уважительности причин пропуска указанного срока, а также обстоятельств, объективно препятствующих своевременному обращению в суд за защитой нарушенных прав, административным истцом, несмотря на возложенную на него законом обязанность, не представлено, судом не установлено.

О нарушении условий содержания в исправительном учреждении и, соответственно, о нарушении прав и законных интересов ФИО1 было известно в период непосредственного содержания в исправительном учреждении в условиях, на которые он указывает в административном исковом заявлении, а перечисленные им нарушения носили явный характер и не требовали какого-либо правового обоснования.

Сам по себе факт отбывания ФИО1 в настоящее время наказания в виде лишения свободы не влечет безусловного восстановления пропущенного процессуального срока.

Иных препятствий для своевременного обращения ФИО1 в суд, в том числе после введения ст. 227.1 в Кодекс административного судопроизводства Российской Федерации Федеральным законом от 27.12.2019 № 494-ФЗ, при рассмотрении административного дела не установлено.

До введения в действие Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации административный истец не был лишен возможности оспорить бездействие административных ответчиков в соответствии с гл. 25 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, действующей в том числе в спорный период времени, и заявить также требование о компенсации морального вреда, причиненного в результате незаконных действий, бездействия государственного органа.

Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно указывал, что право на судебную защиту, как оно сформулировано в статье 46 Конституции Российской Федерации, не свидетельствует о возможности выбора гражданином по своему усмотрению того или иного способа и процедуры судебной защиты, особенности которых применительно к отдельным категориям дел определяются федеральными законами (определения от 24.03.2015 № 479-О, от 19.07.2016 № 1646-О, от 29.09.2020 № 2341-О и др.).

Установление в законе сроков для обращения в суд с административным исковым заявлением, а также момента начала их исчисления относится к дискреционным полномочиям федерального законодателя, обусловлено необходимостью обеспечить стабильность и определенность публичных правоотношений и не может рассматриваться как нарушение конституционных прав граждан, поскольку в соответствии с ч. 5 и 7 ст. 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации несоблюдение установленного срока не является основанием для отказа в принятии таких заявлений: вопрос о причинах пропуска срока решается судом после возбуждения дела, т.е. в предварительном судебном заседании или в судебном заседании; заинтересованные лица вправе ходатайствовать о восстановлении пропущенного срока, и, если пропуск срока был обусловлен уважительными причинами, такого рода ходатайства подлежат удовлетворению судом (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 20.12.2016я № 2599-О, от 28.02.2017 № 360-О, от 27.09.2018 № 2489-О, от 25.06.2019 № 1553-О и др.).

Учитывая установленные при рассмотрении административного дела обстоятельства, вышеприведенные положения действующего законодательства, правовые позиции Верховного Суда Российской Федерации, Конституционного Суда Российской Федерации, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для восстановления ФИО1 срока обращения в суд с административным исковым заявлением.

Пропуск срока обращения в суд без уважительной причины, а также невозможность восстановления пропущенного срока обращения в суд является основанием для отказа в удовлетворении административного иска в силу ч. 8 ст. 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации.

Руководствуясь ст. 175-177 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Свердловской области, ФСИН России, ГУФСИН России по Свердловской области, ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Свердловской области, ФКУ Управление по конвоированию ГУФСИН России по Свердловской области о признании незаконными действий, взыскании компенсации отказать.

Решение может быть обжаловано лицами, участвующими в деле, подачей апелляционной жалобы в течение месяца с момента изготовления решения в Судебную коллегию по административным делам Свердловского областного суда через Ленинский районный суд г. Екатеринбурга.

Судья Т.В. Макарова