Решение по делу № 02-0070/2025 от 14.05.2025 - о взыскании денежных средств, по встречному иску <ФИО> к <ФИО> о признании расписки недействительной, суд.

Дело № 2-70/2025

УИД 77RS0001-02-2022-017843-25

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

адрес 24 апреля 2025 года

Преображенский районный суд адрес в составе председательствующего федерального судьи Трофимовича К.Ю.,

при секретаре фио,

Рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-70/2025 по иску ФИО1 к ФИО2 о взыскании денежных средств, по встречному иску ФИО2 к ФИО1 о признании расписки недействительной, суд

Установил:

Истец ФИО1 обратился в суд с иском к ответчику ФИО2 о взыскании денежных средств, судебных расходов, мотивируя свои исковые требования тем, что 20 сентября 2017 года ответчиком была представлена расписка с обязательством о выплате истцу денежных средств в размере сумма в качестве компенсации материального ущерба, причиненного принадлежащему истцу транспортному средству. Истцом в адрес ответчика 02 июля 2020 года было направлено требование о выплате денежных средств. До настоящего времени выплаты денежных средств истцу со стороны ответчика не последовало. Учитывая вышеизложенное, истец ФИО1 просил суд вышеуказанные требования по иску удовлетворить и взыскать с ответчика в пользу истца денежные средства в размере сумма в счет исполнения обязательств в рамках расписки от 20 сентября 2017 года и расходы по оплате государственной пошлины в размере сумма.

В ходе судебного разбирательства ответчик ФИО2 в порядке статьи 137 ГПК РФ предъявил встречный иск (л.д. № 58-64) и просил суд признать расписку от 20 сентября 2017 года, выполненную от имени ФИО2 недействительной.

Встречные исковые требования фио мотивированы тем, что расписка, написанная ФИО2, была написана под диктовку ФИО1, под влиянием заблуждения, ввиду ошибочного восприятия расписки, как соглашения между сторонами об обязательстве фио найти лицо, виновное в причинении материального ущерба принадлежащему ФИО1 транспортному средству марка автомобиля, регистрационный знак ТС, и предъявить данному лицу требование о возмещении материального ущерба от имени ФИО1 Заблуждение ФИО2 было настолько существенным, что разумно и объективно оценивая ситуацию, зная о действительном положении дел, расписка составлена бы не была. Внешнее выражение воли фио не соответствует ее подлинному содержанию, так как действительная воля фио была направлена не на возмещение материального ущерба, а на оказание помощи во взыскании ущерба с причинителя вреда (водителя). Также обязательства, указанные в расписке, являются сделкой на крайне невыгодных условиях, которую ФИО2 был вынужден совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств, чем воспользовалась другая сторона (кабальная сделка). Как указывает истец по встречному иску, между сторонами в период с 2015 года по 2020 год были рабочие, деловые отношения, заключавшиеся в том, что ФИО1 предоставлял принадлежащие ему транспортные средства для дальнейшего использования в такси, а ФИО2 осуществлял поиск и подбор водителей, разбор обстоятельств в ОВД, страховых компаниях от имени собственника на основании нотариальной доверенности, без полномочий на заключение договором ОСАГО и КАСКО, а также без права управления транспортными средствами. Полученную прибыль от использования транспортных средств в качестве такси ФИО2 перечислял ФИО1 за вычетом оплаты собственного труда. 25 июля 2017 года произошло дорожно-транспортное происшествие с участием транспортного средства марка автомобиля, регистрационный знак ТС, в результате чего ФИО1 был причинен материальный ущерб. Водителя, управлявшего транспортным средством, бригадой скорой помощи доставили в больницу, однако после лечения водитель скрылся, в связи с чем, предъявитель водителю требование о возмещении ущерба не представилось возможным. Страховая компания выплатить страховое возмещение также отказалась и между сторонами было достигнуто соглашение о том, что ФИО2 занимается поиском водителя, а ФИО1 продолжает предоставлять транспортные средства для дальнейшего использования в такси и оплачивает услуги фио В счёт достигнутых договоренностей ФИО1 потребовал от фио написать спорную расписку. Впоследствии, примерно в 2018-2019 годах, ФИО1 произвел отчуждение транспортного средства марка автомобиля, регистрационный знак ТС, а расписку, как сказал ФИО2 уничтожил. Также ФИО2 указал, что сумма сумма в расписке была указана из расчета рыночной стоимости транспортного средства и не является размером причиненного материального ущерба. Ссылаясь на ст.ст. 178, 179 ГК РФ, указывая, что волеизъявление на составление расписки не соответствовало действительной воле, при этом стороны преследовали иные цели, не осознавая характер и существо правоотношений, истец по встречному иску просил встречные исковые требования удовлетворить.

Истец, ответчик по встречному иску ФИО1 в судебное заседание явился, исковые требования поддержал, просил суд иск удовлетворить, в удовлетворении встречного иска просил отказать по доводам, изложенным в отзыве на встречный иск (л.д. № 102-105, 170-173), в том числе ходатайствовал о применении последствий истечения срока исковой давности.

Ответчик, истец по встречному иску ФИО2, извещен надлежащим образом, в судебное заседание не явился, ходатайствовал о рассмотрении дела в своё отсутствие с участием представителя, обеспечил явку представителя по доверенности фио, которая исковые требования ФИО1 не признала, просила в удовлетворении иска отказать по доводам встречного иска и письменных возражений на иск (л.д. № 58-64, 92-96), также ходатайствовала о применении последствий истечения срока исковой давности (л.д. № 165-166), встречный иск просила суд удовлетворить.

Суд, выслушав участников процесса, изучив и исследовав материалы гражданского дела, оценив собранные по делу доказательства в их совокупности, приходит к следующему:

В соответствии со статьей 56 ГПК РФ - Каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований или возражений.

В соответствии с частью 3 статьи 196 ГПК РФ - Суд рассматривает дело в рамках заявленных исковых требований.

Согласно ч. 3 ст. 17 Конституции РФ, осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

В соответствии с п. 2 ст. 1 ГК РФ Граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

В соответствии со ст. 8 ГК РФ Гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности, в том числе, гражданские права и обязанности возникают в результате приобретения имущества по основаниям, допускаемым законом.

Согласно ст. 9 ГК РФ Граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

В соответствии со ст. 153 ГК РФ Сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В соответствии с п. 1 ст. 420 ГК РФ Договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.

Согласно ст. 421 ГК РФ Граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена Гражданским кодексом Российской Федерации, законом или добровольно принятым обязательством. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422 ГК РФ).

Согласно пунктам 3 и 4 статьи 1 ГК РФ При установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В соответствии с п. 1, 2 ст. 10 ГК РФ Не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Согласно ст. 431 ГК РФ При толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Если правила, содержащиеся в части первой настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

В соответствии с п. 1 ст. 432 ГК РФ Договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

В соответствии с пунктом 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации - Лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В соответствии со статьей 1064 ГК РФ - Вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Судом установлено и следует из материалов гражданского дела, что 20 сентября 2017 года ФИО2 была составлена распика следующего содержания: «Я ФИО2 29.07.1988 паспортные данные код 770085 обязуюсь выплатить денежные средства сумма ФИО1 4600 577359 выдан Вторым отделом милиции Люберецкого УВД Москва обл за разбитый автомобиль фио Е084ХА777» (л.д. № 33).

Как указывает истец по первоначальному иску в исковом заявлении и подтвердили ФИО1 и его представитель в судебных заседаниях, ФИО2 была представлена расписка с обязательством о выплате истцу денежных средств в размере сумма в качестве компенсации ущерба, причиненного принадлежащему истцу транспортному средству. Истцом в адрес ответчика 02 июля 2020 года было направлено требование о выплате денежных средств. До настоящего времени выплаты денежных средств истцу со стороны ответчика не последовало, в связи с чем, ФИО1 просит суд взыскать с фио денежные средства в размере сумма в счёт исполнения обязательств в рамках расписки от 20 сентября 2017 года.

Не согласившись с заявленными исковыми требованиями, ФИО2 были поданы возражения и встречный иск, согласно которым ФИО2 указал, что между сторонами в период с 2015 года по 2020 год были рабочие, деловые отношения, заключавшиеся в том, что ФИО1 предоставлял принадлежащие ему транспортные средства для дальнейшего использования в такси, а ФИО2 осуществлял поиск и подбор водителей, разбор обстоятельств в ОВД, страховых компаниях от имени собственника на основании нотариальной доверенности, без полномочий на заключение договором ОСАГО и КАСКО, а также без права управления транспортными средствами. Полученную прибыль от использования транспортных средств в качестве такси ФИО2 перечислял ФИО1 за вычетом оплаты собственного труда. 25 июля 2017 года произошло дорожно-транспортное происшествие с участием транспортного средства марка автомобиля, регистрационный знак ТС, в результате чего ФИО1 был причинен материальный ущерб. Водителя, управлявшего транспортным средством, бригадой скорой помощи доставили в больницу, однако после лечения водитель скрылся, в связи с чем, предъявитель водителю требование о возмещении ущерба не представилось возможным. Страховая компания выплатить страховое возмещение также отказалась и между сторонами было достигнуто соглашение о том, что ФИО2 занимается поиском водителя, а ФИО1 продолжает предоставлять транспортные средства для дальнейшего использования в такси и оплачивает услуги фио В счёт достигнутых договоренностей ФИО1 потребовал от фио написать спорную расписку.

Впоследствии, примерно в 2018-2019 годах ФИО1 произвел отчуждение транспортного средства марка автомобиля, регистрационный знак ТС, а расписку, как сказал ФИО2, уничтожил. Также ФИО2 указал, что сумма сумма в расписке была указана из расчета рыночной стоимости транспортного средства и не является размером причиненного материального ущерба.

Ссылаясь на ст.ст. 178, 179 ГК РФ, ФИО2, указывал, что расписка была написана под диктовку ФИО1, под влиянием заблуждения, ввиду ошибочного восприятия расписки, как соглашения между сторонами об обязательстве фио найти лицо, виновное в причинении ущерба принадлежащему ФИО1 транспортному средству марка автомобиля, регистрационный знак ТС, и предъявить данному лицу требование о возмещении ущерба от имени ФИО1 Заблуждение ФИО2 было настолько существенным, что разумно и объективно оценивая ситуацию, зная о действительном положении дел, расписка составлена бы не была. Внешнее выражение воли фио не соответствует ее подлинному содержанию, так как действительная воля фио была направлена не на возмещение материального ущерба, а на оказание помощи во взыскании ущерба с причинителя вреда (водителя). Также указал, что обязательства, указанные в расписке, являются сделкой на крайне невыгодных условиях, которую ФИО2 был вынужден совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств, чем воспользовалась другая сторона (кабальная сделка). Сам факт написания расписки ФИО2 не считал нарушением своих прав, так как был уверен, что между сторонами не существует никаких обязательств по отношению друг к другу, так как написание оспариваемой расписки было направлено не на возмещение материального ущерба, а являлось, своего рода гарантией того, что в случае получения денежных средств с причинителя вреда (водителя), указанные денежные средства будут переданы собственнику транспортного средства – ФИО1, так как ФИО1 выдал ФИО2 доверенность по представлению его интересов по вопросам, связанным с получением страхового возмещения после страхового случая с участием принадлежащего ФИО1 автомобиля марка автомобиля, регистрационный знак ТС, которая предусматривала, в том числе, право на получение денежных средств.

Суд, с учетом мнения участников процесса, считает, что представленных сторонами доказательств достаточно для разрешения гражданского спора сторон по существу.

Согласно положениям ст.ст. 56, 59, 67 ГПК РФ суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне их надлежит доказывать, принимает только те доказательства, которые имеют значение для рассмотрения и разрешения дела, оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

В силу положений ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте п. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В силу ч. 2 ст. 56 ГПК РФ именно суд, а не сторона по делу, определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

В соответствии со ст. ст. 56, 59, 67 ГПК РФ определение обстоятельств, имеющих значение для дела, а также истребование и оценка доказательств, относится к исключительной компетенции суда.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ). Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ).

Никаких доказательств того, что ФИО2 является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник материальный ущерб, как и доказательств факта нарушения обязательства или причинения вреда, наличия убытков, в нарушение требований п. 2 ст. 15 ГК РФ и ст. 56 ГПК РФ, истцом по первоначальному иску ФИО1 в суд не представлено и не добыто судом в процессе рассмотрения гражданского спора.

Как следует из ответа на судебный запрос ЦСН БДД МВД России (л.д. № 184-195), 25 июля 2017 года в 22:30 по адресу: ЦФО, Москва, адрес, Теплый Стан, МКАД внутренняя сторона, 43.050 км, произошло дорожно-транспортное происшествие с участием транспортного средства марка автомобиля, регистрационный знак ТС, под управлением фио Аловсат оглы, совершившего наезд на металлическое ограждение. Водитель фио Аловсат оглы, управлявший транспортным средством, нарядом СМП был доставлен в НИИ им. Склифосовского (л.д. № 188-189). Таким образом, непосредственно лицом причинившим материальный ущерб является фио Аловсат оглы местонахождение которого в настоящее время неизвестно.

Как следует из ответов на судебные запросы ГУ МВД России по адрес от 28 ноября 2024 года № 45/43839 (л.д. № 160-164) и ЦСН БДД МВД России (л.д. № 184-195), владельцем транспортного средства марка автомобиля, регистрационный знак ТС, в период с 02 апреля 2017 года по 19 марта 2019 года был ФИО1. 10 марта 2019 года регистрация транспортного средства прекращена в связи с хищением Т/С. 19 марта 2019 года регистрация транспортного средства аннулирована на основании п. 50 Приказа МВД России № 399 (кузов автомобиля состоит из составных элементов конструкции (распил)).

Оснований не доверять представленным ответам ГУ МВД России по адрес и ЦСН БДД МВД России у суда не имеется.

Таким образом, материалами гражданского дела подтверждается, что ФИО2 не является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник материальный ущерб. С 19 марта 2019 года ФИО1 собственником транспортного средства марка автомобиля, регистрационный знак ТС, не является. Доказательства, подтверждающие размер причиненного ущерба транспортному средству, в материалах гражданского дела также отсутствуют.

При таких обстоятельствах, оценив представленные доказательства в их совокупности и взаимосвязи по правилам ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к выводу о том, что в судебном заседании факт причинения материального ущерба транспортному средству истца по первоначальному иску ФИО1 по вине ответчика фио не нашёл своего должного подтверждения, оснований для удовлетворения исковых требований в счет исполнения обязательств в рамках расписки от 20 сентября 2017 года, у суда не имеется, так как в нарушение положений ст. 56 ГПК РФ истцом по первоначальному иску ФИО1 не представлено доказательств того, что ФИО2 является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник материальный ущерб, тогда как ФИО2 представлены суду достаточные и достоверные доказательства отсутствия вины ответчика по первоначальному иску в произошедшем дорожно-транспортном происшествии, в соответствии с положениями п. 2 ст. 1064 ГК РФ.

При этом, рассматривая первоначальные исковые требования ФИО1, суд исходит из того, что истцом по первоначальному иску заявлены требования о взыскании денежных средств в счет исполнения обязательств в рамках расписки от 20 сентября 2017 года, из буквального содержания которой следует, что ФИО2 обязался выплатить денежные средства «за разбитый автомобиль фио Е084ХА777», то есть указанная расписка не является долговым документом по смыслу ст. 808 ГК РФ.

Также в ходе судебного разбирательства стороной ответчика по первоначальному иску ФИО2 было заявлено ходатайство о применении последствий пропуска истцом по первоначальному иску ФИО1 срока исковой давности (л.д. № 165-166).

Рассматривая заявленное ходатайство фио, суд находит его обоснованным.

В силу ст. 196 ГК РФ Общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

Согласно п. 1 ст. 200 ГК РФ Если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Из собранных по делу доказательств усматривается, что о нарушении своего права ФИО1 должен был узнать в день написания ФИО2 расписки, но в любом случае, не позднее даты выдачи доверенности 77 АВ 6516275, удостоверенной 18 декабря 2017 года нотариусом адрес фио, согласно которой ФИО1 уполномочил фио представлять свои интересы по вопросам, связанным с получением страхового возмещения после страхового случая с участием автомобиля марка автомобиля, регистрационный знак ТС, тогда как в суд с настоящим иском ФИО1 обратился только 12 ноября 2022 года (л.д. № 16), то есть, спустя пять лет после написания расписки.

Таким образом, суд приходит к выводу, что срок для предъявления иска истек.

Доводы ФИО1 о том, что срок для предъявления иска не истек, так как 02 июля 2020 года ФИО1 направлял в адрес фио претензию и 03 июля 2020 года оплатил государственной пошлины, судом отклоняются, так как указанные доводы построены на неверном толковании норм действующего законодательства Российской Федерации.

Согласно п. 2 ст. 199 ГК РФ Исковая давность применяется судом по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Учитывая изложенное, а также то, что ответчиком по первоначальному иску ФИО2 заявлено ходатайство о применении последствий пропуска срока исковой давности, суд приходит к выводу, что истцом по первоначальному иску ФИО1 пропущен срок исковой давности для подачи искового заявления, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении исковых требований.

Учитывая то, что требования ФИО1 о взыскании понесенных расходов по оплате государственной пошлины являются производными от основного требования, в удовлетворении которого судом отказано, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 в полном объеме.

Рассматривая встречные исковые требования фио, суд приходит к следующему:

В силу п. 1 ст. 166 ГК РФ Сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В силу ст. 167 ГК РФ Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В силу п. 1 ст. 168 ГК РФ За исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Согласно п. 1 ст. 178 ГК РФ Сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

При наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если: сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.; сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные; сторона заблуждается в отношении природы сделки; сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой; сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.

Заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной.

По смыслу вышеприведенной нормы, сделка считается недействительной, если выраженная в ней воля стороны неправильно сложилась вследствие заблуждения и повлекла иные правовые последствия, нежели те, которые сторона действительно имела в виду. Под влиянием заблуждения участник сделки помимо своей воли составляет неправильное мнение или остается в неведении относительно тех или иных обстоятельств, имеющих существенное значение, и под их влиянием совершает сделку, которую он не совершил бы, если бы не заблуждался.

Согласно ст. 179 ГК РФ Сделка, совершенная под влиянием обмана, насилия, угрозы, злонамеренного соглашения представителя одной стороны с другой стороной, а также сделка, которую лицо было вынуждено совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств на крайне невыгодных для себя условиях, чем другая сторона воспользовалась (кабальная сделка), может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Из анализа положений ст. 179 ГК РФ следует, что для кабальной сделки характерными являются следующие признаки: она совершена потерпевшим лицом на крайне невыгодных для него условиях, совершена вынужденно вследствие стечения тяжелых обстоятельств, а другая сторона в сделке сознательно использовала эти обстоятельства. Только при наличии в совокупности указанных выше признаков сделка может быть оспорена по мотиву ее кабальности. Взятый в отдельности каждый из этих факторов не порождает недействительности сделки по спорному основанию.

Для признания недействительным договора (сделки), заключенного в период стечения тяжелых обстоятельств для одной из сторон, необходимо два условия: заключение сделки под влиянием таких обстоятельств на крайне невыгодных, а не просто невыгодных условиях; наличие действий другой стороны, свидетельствующих о том, что она такими тяжелыми обстоятельствами воспользовалась.

Бремя доказывания признаков кабальности сделки лежат на лице, обратившемся с требованием о признании недействительной сделки по указанному основанию.

В соответствии с пунктом 9 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 10.12.2013 года № 162 «Обзор практики применения арбитражными судами статей 178 и 179 Гражданского кодекса Российской Федерации» сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки.

Под обманом понимается намеренное введение в заблуждение участника сделки его контрагентом или иным лицом, непосредственно заинтересованным в данной сделке, и при этом обман может касаться не только элементов самой сделки, но и затрагивать обстоятельства, находящиеся за ее пределами, в частности относиться к мотиву сделки, в связи с чем для признания сделки недействительной необходимо установление того обстоятельства, что обман касается таких существенных моментов, под влиянием которых сторона пошла на заключение сделки, которая бы никогда не состоялась, если бы лицо имело истинное представление о действительности.

Обман предполагает определенное виновное поведение стороны, пытающейся убедить другую сторону в таких качествах, свойствах, последствиях сделки, которые заведомо наступить не могут.

При совершении сделки под влиянием обмана формирование воли потерпевшей стороны происходит не свободно, а вынужденно, под влиянием недобросовестных действий других лиц, заключающихся в умышленном создании у потерпевшего ложного представления об обстоятельствах, имеющих значение для заключения сделки.

Таким образом, обман представляет собой умышленное введение стороны в заблуждение и приобретает юридическое значение только тогда, когда к нему прибегают, как к средству склонить другую сторону к совершению сделки, при этом заинтересованная в совершении сделки сторона преднамеренно создает у потерпевшего не соответствующее действительности представление о характере сделки, ее условиях, личности участников, предмете, других обстоятельствах, влияющих на его решение.

Истцом по встречному иску ФИО2, в нарушение положений ч. 1 ст. 56 ГПК РФ, не представлено суду никаких доказательств наличия вышеописанных обстоятельств, которые необходимы для признания сделки недействительной по основаниям ст. 178 ГК РФ, в ходе судебного разбирательства по делу не установлено каких-либо обстоятельств, которые бы препятствовали ФИО2 отказаться от написания расписки, либо доказательств, свидетельствующих о том, что истец по встречному иску вынужден был помимо своей воли написать расписку вследствие введения последнего по встречному иску в заблуждение ФИО1, в том числе путем обмана и злоупотребления доверием.

Также ФИО2, заявляющим требования о признании оспоримой сделки недействительной по основаниям ст. 179 ГК РФ, в нарушении положений ч. 1 ст. 56 ГПК РФ, не представлено доказательств, свидетельствующих о недействительности расписки по основанию ее кабальности, так как совокупность признаков кабальной сделки, предусмотренная положениями ст. 179 ГК РФ, в данном случае отсутствует. Доводы ФИО2 о том, что в указанный период времени он нуждался в денежных средствах, находясь в трудном материальном положении, о том, что не имел возможности найти другую работу и был зависим от сложившихся между сторонами отношений, сами по себе не свидетельствуют о кабальности расписки.

В ходе судебного разбирательства стороной ответчика по встречному иску ФИО1 было также заявлено ходатайство о применении последствий пропуска истцом по встречному иску ФИО2 срока исковой давности (л.д. № 103).

Рассматривая заявленное ходатайство ФИО1, суд исходит из того, что расписку от 20 сентября 2017 года следует отнести к оспоримой сделке, таким образом, в настоящем случае применимы нормы о сроках давности по недействительности оспоримых сделок.

Согласно ч. 1 ст. 197 ГК РФ для отдельных видов требований законом могут устанавливаться специальные сроки исковой давности, сокращенные или более длительные по сравнению с общим сроком.

Согласно п. 2 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствии ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Судом установлено, что ФИО2 предъявлен встречный иск 29 сентября 2023 года (л.д. № 58), то есть за пределами срока исковой давности, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований. Доказательств уважительности причин пропуска срока исковой давности по обращению в суд с иском о признании расписки недействительной стороной истца по встречному иску не представлено.

Довод стороны истца по встречному иску о том, что в настоящем случае срок исковой давности начинает течь с момента подачи ФИО1 иска в суд, судом отклоняется, в связи с тем, что он основан на неверном толковании действующего законодательства Российской Федерации.

Как разъяснил Верховный Суд РФ в п. 1 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 29 сентября 2015 года № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», если иное не установлено законом, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо, право которого нарушено, узнало или должно было узнать о совокупности следующих обстоятельств: о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (п. 1 ст. 200 ГК РФ).

Согласно п. 2 ст. 199 ГК РФ исковая давность применяется судом по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Судом установлено, что истец по встречному иску узнал о содержании оспариваемой расписки в день написания расписки, то есть 20 сентября 2017 года, поэтому по требованию об оспаривании расписки срок исковой давности истек 20 сентября 2018 года, тогда как иск предъявлен ФИО2 только 29 сентября 2023 года, то есть за пределами установленного законом срока давности, в связи с чем, суд отказывает истцу по встречному иску в удовлетворении исковых требований в соответствии со ст. 199 ГК РФ.

При указанных обстоятельствах, оценив представленные доказательства в их совокупности, принимая во внимание, заявленное ответчиком по встречному иску ходатайство о применении судом срока исковой давности, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении встречных исковых требований ФИО2 к ФИО1 о признании расписки недействительной, в том числе по основаниям, предусмотренным ст. 199 ГК РФ.

Иных требований не заявлено.

Все иные доводы сторон правового значения для настоящего спора не имеют.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 35, 56, 67, 193-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В иске ФИО1 к ФИО2 о взыскании денежных средств, судебных расходов – отказать.

Во встречном иске ФИО2 к ФИО1 о признании расписки недействительной – отказать.

Решение может быть обжаловано в Московский городской суд через Преображенский районный суд адрес в течение месяца.

Мотивированное решение изготовлено 14 мая 2025 года.

Судья К.Ю. Трофимович