Дело № 2-463/202229RS0014-01-2021-007836-36
23 ноября 2022 г.
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
Ломоносовский районный суд г. Архангельска в составе
председательствующего судьи Дракуновой Е.Л.,
при секретаре Дубининой Ю.В.,
рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Архангельске гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия,
установил:
ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия. В обоснование иска указал, что 26 ноября 2020 г. на перекрестке ул. Попова – пр. Обводный канал в г.Архангельске произошло дорожно-транспортное происшествие (далее – ДТП), в ходе которого ответчик ФИО2, управляя автомобилем <***>, г/н <№>, при движения через перекресток, не уступил дорогу автомобилю <***>, г/н <№>, принадлежащему истцу, в связи с чем произошло столкновение указанных автомобилей. В результате ДТП автомобилю истца причинены механические повреждения. Лицом, виновным в причинении ущерба, является ответчик ФИО2, нарушивший Правила дорожного движения РФ. Автогражданская ответственность участников ДТП была застрахована по договору ОСАГО: у виновника – в СПАО «РЕСО-Гарантия», у потерпевшего – в АО «АльфаСтрахование», которое произвело истцу выплату страхового возмещения в соответствии с лимитом ответственности страховщика в размере 400 000 руб. Согласно экспертным заключениям ИП ФИО3, стоимость восстановительного ремонта автомобиля истца без учета износа заменяемых деталей составляет 1 909 500 руб., утрата товарной стоимости – 100 035 руб., стоимость экспертных работ в общей сумме составила 12000 руб. С учетом увеличения исковых требований просил взыскать разницу между стоимостью восстановительного ремонта и выплаченным страховым возмещением в размере 1 621 535 руб. (1909500+12000+100035-400000), судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 30000 руб. и расходы по уплате государственной пошлины в размере 16310 руб.
В судебном заседании представитель истца заявил об уменьшении исковых требований, по результатам судебной экспертизы просил взыскать с ответчика материальный ущерб в размере 783 949 руб. 50 коп., где 734 859 руб. – 1/2 стоимости восстановительного ремонта автомобиля, 49090 руб. 50 коп. – утрата товарной стоимости, так же взыскать расходы по оценке в размере 12000 руб. (8000+4000), расходы на оплату услуг представителя в размере 30000 руб. и расходы по уплате госпошлины в размере 16310 руб.
Представитель ответчика в судебном заседании с исковыми требованиями не согласился. Полагает, что виновным в ДТП является истец, поскольку ФИО2 проезжал перекресток в прямом направлении, ФИО1 поворачивал налево, поэтому должен был уступить дорогу автомобилю под управлением ответчика.
Заслушав пояснения участников процесса, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.
Из постановления инспектора ГИБДД от 26 ноября 2020 г. следует, что 26 ноября 2020 г. в 16 час. 35 мин. на перекрестке ... – ... канал в г. Архангельске произошло ДТП, в ходе которого ответчик ФИО2, управляя автомобилем <***>, г/н <№>, при движения через перекресток, не уступил дорогу автомобилю <***>, г/н <№>, принадлежащему ФИО1, произошло ДТП, в результате которого автомобили получили механические повреждения.
Постановлением ГИБДД от 26 ноября 2020 г. виновным в данном ДТП признан водитель автомобиля <***> - ФИО2, который привлечен к административной ответственности по ч.2 ст. 12.13 КоАП РФ с назначением наказания в виде административного штрафа.
Гражданская ответственность собственника автомобиля <***> ФИО2 по договору ОСАГО была застрахована в СПАО «РЕСО-Гарантия», собственника автомобиля <***>, г/н <№> ФИО1 – в АО «АльфаСтрахование».
По заявлению истца АО «АльфаСтрахование» произвела выплату страхового возмещения в соответствии с лимитом ответственности в размере 400 000 руб.
Поскольку ответчик не согласен с тем, что именного его действия послужили причиной ДТП, определением суда была назначена автотехническая экспертиза.
Согласно выводов эксперта ООО «Аварийные комиссары», в данной дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля <***>, намереваясь проехать по проезжей части пр. Обводный канал регулируемый перекресток пр. Обводный канал – ул. Попова в прямом направлении, с технической точки зрения, должен был действовать, руководствоваться требованиями пунктов 6.2 (абзацы 1-4), 6.13 (абзацы 1 и 2), 6.14 (абзац 1), 10.3 (абзац 3) и 10.2 ПДД РФ, а с момента обнаружения опасности для своего движения в виде автомобиля Toyota, поворачивающего налево со встречного направления, водителю автомобиля Volkswagen необходимо было уже выполнять требование пункта 30.1 (абзац 2) ПДД РФ.
В свою очередь, водитель автомобиля Toyota, намереваясь выполнить на регулируемом перекрестке пр. Обводный канал – ул. Попова, маневр поворота налево – с проезжей части пр. Обводный канал на проезжую часть ул. Попова, с технической точки зрения, обязан был действовать, руководствуясь требованиями пунктов 1.5 (абзац 1) и 13.4 ПДД РФ.
Автомобиль Toyota выезжал на перекресток пр. Обводный канал – ул. Попова на зеленый мигающий сигнал светофора; автомобиль Volkswagen выезжал на перекресток пр. Обводный канал – ул. Попова уже на желтый по пр. Обводный канал сигнал светофора через 2,2 секунды после его включения. Столкновение автомобилей произошло на правой полосе движения проезжей части пр. Обводный канал на пересечении с проезжей частью ул. Попова на желтый сигнал светофора по пр. Обводный канал через 2,5 секунды после его включения. При этом, согласно расчетом эксперта, автомобиль Volkswagen двигался со скоростью 94,7 км/час.
В данной дорожно-транспортной ситуации у водителя автомобиля Volkswagen с момента включения по пр. Обводный канал желтого сигнала светофора при его движении с фактической скоростью 94,7 км/час отсутствовала техническая возможность, даже путем применения мер экстренного торможения не только остановиться перед перекрестком пр. Обводный канал – ул. Попова, но и остановиться перед пересекаемой им проезжей частью ул. Попова, так и до места столкновения с автомобилем Toyota. В случае его перемещения с максимально допустимой скоростью движения транспортных средств в населенных пунктах 60 км/час имелась бы техническая возможность остановиться перед перекрестком пр. Обводный канал – ул. Попова (и уж тем более перед пересекаемой им проезжей частью ул. Попова) даже не прибегая к мерам экстренного торможения.
Эксперт отмечает, что к моменту изменения автомобилем Toyota траектории своего движения влево, автомобиль Volkswagen находился от перекрестка пр. Обводный канал – ул. Попова на расстоянии удаления порядка 24 метров, и, следовательно, уже не мог остановиться ни перед перекрестком, ни перед пересекаемой проезжей частью ул. Попова даже при движении в данный момент со скоростью 60 км/час. В момент начала изменения автомобилем Toyota траектории своего движения и, соответственно, наиболее вероятный момент начала его выезда на сторону встречного движения пр. Обводный канал, по ул. Попова горит красно-желтый сигнал светофора, а по пр. Обводный канал уже на протяжении 1,3 секунды горит желтый сигнал светофора. Таким образом, водитель автомобиля Toyota имел полное право рассчитывать, что водитель автомобиля Volkswagen, действуя в полном соответствии с требованиями ПДД РФ, остановится перед перекрестком на запрещающий сигнал светофора.
В сложившейся перед происшествием дорожно-транспортной ситуации у водителя автомобиля Volkswagen, с технической точки зрения, не усматривается несоответствий требованиям пунктов 6.2 (абзацы 1-4), 6.13 (абзацы 3 и 2) и 10.1 (абзац 2) ПДД РФ, но усматриваются противоречия требованиям пунктов 10.1 (абзац 1) и 10.2 ПДД РФ, строгое выполнение которых, в совокупности с выполнением требований пунктов 6.2 (абзацы 6.13 (абзацы 1 и 2), позволило бы ему предотвратить столкновение с автомобилем Toyota – то есть при строгом выполнении водителем автомобиля Volkswagen требований пунктов 10.1 (абзац 1) и 10.2 ПДД РФ у него имелась бы техническая возможность предотвратить столкновение с поворачивающим налево встречным автомобилем Toyota.
Анализ исследуемого дорожно-транспортного происшествия, в целом, позволил эксперту заключить, что в сложившейся дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля Toyota, при выполнении маневра поворота налево на регулируемом перекрестке пр. Обводный канал - ул. Попова по зеленому сигналу светофора, не уступил дорогу встречному автомобилю Volkswagen, который, при фактической скорости своего движения, не имел технической возможности остановиться перед пересекаемой им проезжей частью ул. Попова на запрещающий сигнал светофора, в результате чего и допустил с ним столкновение. Поэтому в данной дорожно-транспортной ситуации в действиях водителя автомобиля Toyota, с технической точки зрения, усматривается противоречие требованиям пунктов 1.5 (абзац 1) и 13.4 ПДД РФ, выполнение которых позволило бы ему предотвратить исследуемое происшествие - то есть в данной дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля Toyota располагал технической возможностью предотвратить столкновение с автомобилем Volkswagen, для чего ему необходимо и достаточно было действовать в полном соответствии с требованиями пунктов 1.5 (абзац 1) и 13.4 ПДД РФ, а именно, уступить дорогу встречному автомобилю Volkswagen и своими действиями, при выполнении маневра поворота налево, не создавать последнему препятствий (опасности, помех) для движения.
С технической точки зрения, к столкновению автомобилей Toyota и Volkswagen привели, в совокупности, действия обоих водителей указанных транспортных средств, несоответствующие требованиям ПДД РФ, а именно: действия водителя автомобиля Volkswagen, несоответствующие требованиям пунктов 10.1 (абзац 1) и 10.2 ПДД РФ, и действия водителя автомобиля Toyota, несоответствующие требованиям пунктов 1.5 (абзац 1) и 13.4 ПДД РФ. При этом выполнение хотя бы одним из водителей требований указанных пунктов ПДД РФ (либо водителем автомобиля Volkswagen требований пунктов 10.1 (абзац 1) и 10.2 ПДД РФ, либо водителем Toyota требований пунктов 1.5 (абзац 1) и 13.4 ПДД) позволило бы им предотвратить данное происшествие.
Указанные выводы основаны на объективном исследовании всех обстоятельств ДТП (объяснений водителей, схемы ДТП, видеозаписей с места ДТП), с учетом применения экспертных методик, необходимых для такого рода исследований, выводы не противоречат имеющимся в деле доказательствам, эксперт имеет необходимую квалификацию и предупрежден об уголовной ответственности за дачу ложного заключения. В этой связи суд не усматривает оснований не доверять данному заключению.
С учетом вышеизложенного, суд считает, что возникновению дорожно-транспортной ситуации послужили как действия водителя автомобиля Toyota, который допустил маневр поворота, не убедившись в его безопасности, так и действия водителя автомобиля Volkswagen, который пересекал перекресток на желтый сигнал светофора, имея возможность заблаговременно оценить дорожную остановку и остановиться перед светофором, не прибегая к экстренному торможению, если бы двигался с разрешенной ПДД РФ скоростью. При таких обстоятельствах суд считает вину водителей в рассматриваемом ДТП обоюдной со степенью по 50% каждого из водителей.
В соответствии со ст. 1072 ГК РФ юридическое лицо или гражданин, застраховавший свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.
В силу разъяснений, изложенных в п. 35 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.12.2017 № 58 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», причинитель вреда, застраховавший свою ответственность в порядке обязательного страхования в пользу потерпевшего, возмещает разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба только в случае, когда страхового возмещения недостаточно для полного возмещения причиненного вреда (ст. 15, п. 1 ст. 1064, ст. 1072 и п. 1 ст. 1079 ГК РФ).
На основании ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб).
Согласно правовой позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в Постановлении от 10.03.2017 № 6-П, в силу закрепленного в статье 15 ГК РФ принципа полного возмещения причиненных убытков лицо, право которого нарушено, может требовать возмещения расходов, которые оно произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, компенсации утраты или повреждения его имущества (реальный ущерб), а также возмещения неполученных доходов, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).
Экспертным заключением ООО «Аварийные комиссары» установлены рыночная стоимость восстановительного ремонта автомобиля <***>, г/н <№>/29, на момент ДТП 26 ноября 2020 г., которая составляет 1 869 718 руб. и утрата товарной стоимости автомобиля – 98181 руб.
Суд принимает в качестве достоверного доказательства рыночной стоимости восстановительного ремонта автомобиля, утраты его товарной стоимости данное заключение, поскольку эксперт предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, обладает необходимой квалификацией.
Таким образом, с учетом обоюдной вины участников ДТП, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию ущерб, причиненный в результате ДТП, в размере 783 949 руб. 50 коп. ((1869718+98181-400000)/2).
Расходы истца на проведение экспертиз по определению стоимости восстановительного ремонта автомобиля, а также утраты его товарной стоимости, необходимые для оценки причиненного ущерба, в размере 12000 руб. (8000+4000), подлежат взысканию с ответчика в пользу истца также с учетом обоюдной вины участников ДТП, то есть в размере 6000 руб.
Согласно ч. 3 ст. 95 ГПК РФ, эксперты, специалисты и переводчики получают вознаграждение за выполненную ими по поручению суда работу, если эта работа не входит в круг их служебных обязанностей в качестве работников государственного учреждения. Размер вознаграждения экспертам, специалистам определяется судом по согласованию со сторонами и по соглашению с экспертами, специалистами.
Расходы на проведение судебной экспертизы в ООО «Аварийные комиссары» составили 60000 руб.
Поскольку о назначении судебной экспертизы ходатайствовали обе стороны, а по результатам экспертизы выяснилось, что к столкновению автомобилей Toyota и Volkswagen привели, в совокупности, действия обоих водителей транспортных средств, с ФИО1 и ФИО2 в пользу ООО «Аварийные комиссары» подлежат взысканию расходы на оплату судебной экспертизы по 30000 руб.
Согласно ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в частности, расходы на оплату услуг представителей.
В соответствии с п.1 ст.100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.
За услуги представителя ИП ФИО4 истец заплатил 30000 руб.
Как разъяснено в пунктах 11, 12, 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.
Расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах.
Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.
При определении размера подлежащих взысканию расходов на оплату услуг представителя, суд, учитывая данные разъяснения, виновность обоих участников ДТП, полагает необходимым взыскать с ответчика в пользу истца расходы на оплату услуг представителя в размере 15000 руб.
В силу ст. 98 ГПК РФ госпошлина в размере 11099 руб. 50 коп. подлежит возврату истцу.
На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-198, ГПК РФ, суд
решил:
Исковые требования ФИО1 к ФИО2 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, удовлетворить частично.
Взыскать с ФИО2 (паспорт <№>) в пользу ФИО1 (паспорт <№>) в возмещение материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия 26 ноября 2020 г., денежные средства в размере 783 495 рублей 50 копеек, расходы на оплату экспертиз в размере 6000 рублей, расходы за услуги представителя в размере 15 000 рублей, возврат госпошлины в размере 11099 рублей 50 копеек, всего взыскать 816 049 (восемьсот шестнадцать тысяч сорок девять) рублей.
В удовлетворении остальной части требований ФИО1 к ФИО2 – отказать.
Взыскать ФИО2 (паспорт <№>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Аварийные комиссары» (ИНН <***>) расходы на проведение экспертизы в размере 30 000 (тридцать тысяч) рублей.
Взыскать с ФИО1 (паспорт <№>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Аварийные комиссары» (ИНН <***>) расходы на проведение экспертизы в размере 30 000 (тридцать тысяч) рублей.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Архангельский областной суд через Ломоносовский районный суд г. Архангельска в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.
Председательствующий Е.Л. Дракунова