Дело № 2-1861/2023

УИД 78RS0012-01-2023-002169-42

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Санкт-Петербург 7 декабря 2023 года

Ленинский районный суд Санкт-Петербурга в составе председательствующего судьи Златьевой В.Ю.,

при секретаре судебного заседания Драбковой Д.В.,

с участием ответчика ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО3 к ФИО2 об обязании заключить договор мены долей в праве общей долевой собственности на квартиру,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 обратилась в суд с иском к ФИО2 и просила обязать ответчика заключить с ней договор мены 21/70 долей в квартире, расположенной по адресу: Санкт-Петербург, Рижский <...>, на долю в квартире, расположенной по адресу: Санкт-Петербург, внутригородское муниципальное образование Санкт-Петербурга муниципальный округ Сосновая Поляна, <адрес> на условиях определённых предварительным договором от 21 февраля 2022 года.

Требования истцом мотивированы тем, что 21 февраля 2022 года между сторонами был заключен предварительный договор мены квартир, в соответствии с которым ответчик обязалась передать истцу в собственность принадлежащую ей долю в размере 21/70 в квартире, расположенной по адресу: <адрес>, а истец ответчику обязуется передать долю квартиры, расположенной по адресу: Санкт-Петербург, внутригородское муниципальное образование Санкт-Петербурга муниципальный округ сосновая Поляна, <адрес>, строение 1, <адрес>, имеющие одинаковую стоимость – 3 900 000 рублей, в срок до ДД.ММ.ГГГГ. Однако ответчик от заключения основного договора уклонилась, в связи с чем, истец обратилась в суд с заявленными исковыми требованиями.

Истец и представитель истца, будучи уведомленными о слушании дела, в суд не прибыли. Ранее принимавший участие представитель истца ФИО6 в судебном заседании настаивал на удовлетворении иска, дополнив, что квартира, принадлежащая на праве собственности истцу, расположенная по адресу: Санкт-Петербург, внутригородское муниципальное образование <адрес>, приобретена истцом за счет средств материнского капитала, доли детям еще не выделены.

Руководствуясь ст.167 ГПК РФ суд определил рассмотреть дело в отсутствие истца.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании просила отказать в удовлетворении иска по доводам письменных возражений, указывая, что основные условия договора между сторонами не согласованы, доля ей не определена, квартира на <адрес> приобреталась за счет средств материнского капитала, доли несовершеннолетним не выделены, цена договора ничем не подтверждена и не обоснована, предложений о заключении основного договора ей не поступало. Истец направила ей сообщение по телефону с предложением заключить 1 марта 2023 года договор дарения, с чем она не согласна и с заключением договора мены не согласна. В настоящее время истец самовольно заняла квартиру, по адресу: <адрес>, доля в праве в которой принадлежит ответчику, перестала впускать ее туда, сменила замки, в связи с чем ответчик обращалась в полицию. Она подписала данный предварительный договор мены под давлением истца, которая является ее дочерью, чтобы хоть как то иметь возможность ведется с внучками, продавать и менять свою долю в квартире не намерена.

Изучив материалы дела и доказательства по делу в их совокупности, суд приходит к следующему.

Обязательство заключить основной договор подразумевает, что стороны обязаны его заключить в будущем на условиях, предусмотренных предварительным договором (п. 1 ст. 429 ГК РФ).

Граждане свободны в заключении договора (п. 1 ст. 421 ГК РФ).

Как следует из материалов дела и установлено судом, 21 февраля 2022 года между ФИО2 (сторона 1) и ФИО3 (сторона 2) заключен предварительный договор мены о намерении в будущем заключить договор мены квартир в срок до 21 февраля 2023 года.

В соответствии с разделом 2 договора сторона 1 обязуется передать стороне 2 в собственность 21/70 доли, стоимостью 3 9000 000 рублей, в квартире, расположенной по адресу: <адрес> – <адрес>. А сторона 2 обязуется передать стороне 1 в собственность долю квартиры, расположенной по адресу: Санкт-Петербург, внутригородское муниципальное образование <адрес> – <адрес>, стоимостью 3 900 000 рублей от общей стоимости квартиры 2 в размере 6 300 000 рублей и будет отчуждена в собственность стороне 1 после снятия обременения об ипотеке.

В соответствии с выпиской ЕГРН стороны являются советниками квартиры по адресу: <адрес>, на праве общей долевой собственности истцу принадлежит 49/70 доли, ответчику 21/70 доли, соответственно.

Согласно справки формы №9 ответчик зарегистрирована в указанной квартире (л.д. 74).

Ответчик оплачивает жилищно-коммунальные услуги по месту своей регистрации.

Согласно сведениями о регистрации ЕГРН собственником квартиры расположенной по адресу: Санкт-Петербург, внутригородское муниципальное образование <адрес>, является ФИО3 на основании договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ.

В соответствии с пунктом 2.4 и 2.6 предварительного договора сторона 2 – истец передает стороне 1 – ответчику квартиру 2 в течение пяти рабочих дней с даты перехода права на принадлежащую ей квартиру, для проживания. Сторона 1 обязуется передать стороне 2 свою долю в квартире по передаточному акту не позднее 31 марта 2-22 года, а также сняться с регистрационного учета из квартиры й и зарегистрироваться в квартире 2. Сторона 2 обязуется зарегистрировать сторону 1 в квартире 2.

До установленного предварительным договором срока – 21 февраля 2023 года основной договор мены сторонами заключен не был.

Доказательств, свидетельствующих о намерениях и предложениях заключить оснований договор, а также об определении размера доли ФИО2 в указанной квартире от истца не поступало и доказательств тому стороной истца суду не представлено.

Согласно переписки, представленной ответчиком, по средствам мессенджера 1 марта 2023 года от истца поступило сообщение ответчику о намерении оформить 3 марта 2023 года сделку как дарения. Ответчик от заключения договора отказалась, и заключать его не намерена.

17 апреля 2023 года ответчик обратилась в полицию с заявлением о том, что 14 апреля 2023 года не смогла попасть в свою квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, поскольку замки в квартиру были поменяны истцом, ключи не выданы ей.

В соответствии с материалом проверки КУСП по данному заявлению дано заключение старшим участковым уполномоченным 77 отдела полиции УМВД России по Адмиралтейскому району Санкт-Петербурга о рассмотрении данного обращения, объяснения сторон соответствуют доводам иска.

Акты приему передачи квартир между сторонами не подписывались, по доводам ответчика истец самовольно заняла квартиру, не впускает ее, сменила замки, на требования не чинить препятствий к проживанию не реагирует. Ответчик желает проживать в своей квартире.

Согласно абз. 2 пункта 1 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.

В пункте 43 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 г. № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» разъяснено, что условия договора подлежат толкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, другими положениями Гражданского кодекса Российской Федерации, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статьи 3, 422 Гражданского кодекса Российской Федерации). При толковании условий договора в силу абзаца первого статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений (буквальное толкование). Такое значение определяется с учетом их общепринятого употребления любым участником гражданского оборота, действующим разумно и добросовестно (пункт 5 статьи 10, пункт 3 статьи 307 Гражданского кодекса Российской Федерации), если иное значение не следует из деловой практики сторон и иных обстоятельств дела.

Как указано в абзаце 3 пункта 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 г. № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» разъяснено, что, если сторонами заключен договор, поименованный ими как предварительный, в соответствии с которым они обязуются, например, заключить в будущем на предусмотренных им условиях основной договор о продаже имущества, которое будет создано или приобретено в дальнейшем, при этом предварительный договор устанавливает обязанность приобретателя имущества до заключения основного договора уплатить цену имущества или существенную ее часть, такой договор следует квалифицировать как договор купли-продажи с условием о предварительной оплате. Правила статьи 429 Гражданского кодекса Российской Федерации к такому договору не применяются.

Таким образом, из системного толкования вышеуказанных норм и разъяснений Верховного Суда Российской Федерации, а также из обстоятельств, установленных судами, следует, что заключенный между сторонами спорный договор, фактически является договором купли-продажи недвижимости.

Предварительный договор должен содержать условия, позволяющие установить предмет, а также другие существенные условия основного договора (пункт 3 статьи 429 ГК РФ).

Квалифицирующими признаками того, что спорный договор является именно предварительным должны служить те обстоятельства, что стороны не только обязались в срок 21 февраля 2023 года заключить основной договор, но и согласовали все существенные условия предстоящей сделки, предмет (размер доли), цену.

Вместе с тем в предварительном договоре сторон не согласованы между ними обязательные его условия, а именно стороной истца не определена доля, которая подлежала бы передаче ответчику.

Не выделены доли несовершеннолетним, поскольку недвижимость приобреталась истцом, в том числе, за счет средств материнского капитала, что представителем истца в суде не оспаривалось.

Исходя из положений пункта 3 статьи 60, пункта 1 статьи 64 и пункта 1 статьи 65 Семейного кодекса Российской Федерации защита прав и интересов детей возлагается на их родителей, которые при осуществлении правомочий по управлению имуществом ребенка должны соблюдать правила, установленные гражданским законодательством в отношении распоряжения его имуществом.

Так, родитель не вправе без предварительного разрешения органа опеки и попечительства совершать сделки по отчуждению имущества подопечного, сдаче его внаем (в аренду), в безвозмездное пользование или в залог, сделок, влекущих отказ от принадлежащих подопечному прав, раздел его имущества или выдел из него долей, а также любых других действий, влекущих уменьшение имущества подопечного, в силу пункта 6 части 1 статьи 8 которого выдача разрешений на совершение сделок с имуществом подопечных является полномочием органов опеки и попечительства.

Вместе с тем истец не представил доказательства, опровергающие приведенные выше обстоятельства, а также документы о выделе доли детям и согласия на их отчуждение при отчуждении доли несовершеннолетних.

Также стороной истца не доказано и не представлено доказательств, свидетельствующих о том, что она в установленный срок предпринимала действия по заключению основного договора и об уклонении ответчика от заключения договора.

При этом пункт предварительного договора, обязывающий истца определить доли ее детям, правового отношения в сделке с ответчиком не имеет. Фактически между сторонами имеется спор о порядке пользования жилым помещением, общедолевыми собственниками которого являются стороны.

Совокупность представленных суду доказательств стороной ответчика, обращение ее в полицию свидетельствует о том, что ответчик вынужденно проживает в квартире истца, поскольку истец не впускает ее в свою квартиру, сменила замки, против ее воли. При этом ответчик от прав на нее не отказывалась, продолжает оплачивать жилищно-коммунальные услуги.

При таких обстоятельствах, руководствуясь статьями 223, 429, 549, 550, 551, 555 ГК РФ, разъяснениями, содержащимися в абзаце 3 пункта 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года № 49, суд приходит к выводу, о том, что между сторонами не согласованы существенные условия сделки, истцом не доказано действительность намерений в заключении договора мены, уклонение ответчика от заключения от основного договора, в связи с чем суд не усматривает оснований для удовлетворения требований истца.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО3 к ФИО2 об обязании заключить договор мены долей в праве общей долевой собственности на квартиру отказать.

Решение может быть обжаловано путем подачи апелляционной жалобы в Санкт-Петербургский городской суд через Ленинский районный суд Санкт-Петербурга в течение месяца со дня составления решения суда в окончательной форме.

Судья В.Ю.Златьева

Решение изготовлено в окончательной форме 18 декабря 2023 года.