Решение по делу № 2А-4174/2022 от 09.11.2022 | Октябрьский районный суд г. Мурманска (Мурманская область)

Дело № 2а-4174/2022

УИД 51RS0001-01-2022-005161-68

Мотивированное решение изготовлено 09.11.2022

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

25 октября 2022 года г. Мурманск

Октябрьский районный суд города Мурманска в составе

председательствующего судьи Хуторцевой И.В.

при секретарях Ведерниковой А.И., Бутовой Т.Е.,

с участием административного истца ФИО2,

представителя административных ответчиков ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Мурманской области, УФСИН России по Мурманской области, ФСИН России ФИО3,

представителя административного ответчика ФКУЗ МСЧ-51 ФСИН России ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании путем использования систем видеоконференц-связи административное дело по административному исковому заявлению ФИО2 о взыскании компенсации за нарушение условий содержания в следственном изоляторе,

установил:

Административный истец ФИО2 обратился в суд с административным исковым заявлением о взыскании компенсации за нарушение условий содержания в следственном изоляторе, в обоснование которого с учетом дополнений указал, что с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ содержался в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Мурманской области (далее – СИЗО-1). Ему ДД.ММ.ГГГГ ФКУ ГБ МСЭ по Мурманской области Минтруда России Бюро МСЭ № 9 установлена <данные изъяты> группа инвалидности до ДД.ММ.ГГГГ в связи с нарушением <данные изъяты>, разработана ИПРА инвалида от ДД.ММ.ГГГГ. Согласно протоколу проведения МСЭ от ДД.ММ.ГГГГ ему установлены социально-средовые и социально-бытовые виды удобств в жилье: этаж проживания первый, горячая вода, ванная (душ).

Имея нарушения функций нижних конечностей, передвигаться по территории СИЗО-1 ему было тяжело и затруднительно, что вызывало физические страдания в виде боли и неудобства, чувство страха, тревоги, незащищенности, собственной неполноценности. Он находился в камерах, расположенных не на первом этаже. В камерах отсутствовала горячая вода, а ванная (душ) находились на втором этаже, медчасть находилась на третьем этаже, чтобы попасть в нее, необходимо было пройти через четвертый этаж.

Ссылаясь на статьи 21, 42, 45, 53 Конституции РФ, статьи 14, 15, 20 Конвенции ООН о правах инвалидов, статью 11 Федерального закона от 24.11.1995 № 181-ФЗ «О социальной защите инвалидов в Российской Федерации», приказ Минстроя России от 20.10.2017 № 1454/пр, постановление Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 № 47, указывает, что государство должно обеспечить лишенным свободы инвалидам разумные приспособления путем внесения соответствующих изменений в процедуры центров содержания под стражей для обеспечения пользования инвалидами правами и основными свободами наравне с другими лицами. Отсутствие приспособлений для инвалидов может свидетельствовать о жестоком обращении и пытках. Административными ответчиками ИПРА не выполнялась, за исключением оформления пенсии и социальных доплат и выдачи трости.

ИПРА инвалида, акт и протокол медико-социальной экспертизы после проведения МСЭ выдавались представителю администрации СИЗО-1 в его присутствии с пояснением того, что медицинская документация на руки подозреваемым (обвиняемым) не выдается.

Полагал условия содержания в СИЗО-1 нарушающими его права, просил суд взыскать с административного ответчика компенсацию за нарушение условий содержания в СИЗО-1 в размере 600 000 рублей.

Определением судьи от 18.08.2022 к участию в деле привлечены административные ответчики УФСИН России по Мурманской области и ФСИН России.

Протокольным определением суда от 07.09.2022 к участию в деле привлечен административный ответчик <данные изъяты> ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Мурманской области ФИО5

Протокольным определением суда от 26.09.2022 к участию в деле привлечены административные ответчики ФКУЗ МСЧ-10 ФСИН России и ФКУЗ МСЧ-51 ФСИН России.

В судебном заседании административный истец на удовлетворении административных исковых требований настаивал, уточнил, что он оспаривает необеспечение его в СИЗО-1 такими реабилитационными мероприятиями, как медицинская реабилитация, мероприятия по общему и профессиональному образованию, профессиональная ориентация, содействие в трудоустройстве, социально-психологическая реабилитация или абилитация, социально-средовая реабилитация и абилитация, социокультурная реабилитация и абилитация, социально-бытовая адаптация, физкультурно-оздоровительные мероприятия, мероприятия по занятию спортом, перечисленными в ИПРА инвалида. Социальным работником СИЗО-1 не выполнены данные требования ИПРА.

Дополнительно пояснил, что в камерах отсутствовало горячее водоснабжение, по трудоустройству с ним не проводилась беседа, предусмотренная ИПРА. Трость ему выдали не противоскользящую, не зная этого ввиду отсутствия на руках ИПРА, жалоб не высказывал. В связи с отсутствием на трости шипа он падал, по обращениям к медработнику травмы не фиксировались. Окно в камере не имелось возможности открыть в связи с отсутствием механизма и наличием решетки. Лица, спальное место которых находилось на верхнем ярусе, наступали ему на ноги, когда спускались вниз, что создавало неудобства. В связи с ремонтом вентиляции на <данные изъяты> этаже в камере № постоянно имелась пыль, которая также попадала в пищу, приточно-вытяжной вентиляции не было. В камере № имелось три двухярусные кровати, не оборудованные специальной лесенкой для подъема на второй ярус и специальным поручнями для поддержки, в результате чего подозреваемый (обвиняемый), спавший на верхнем ярусе, спускаясь вниз, наступал на его больные ноги, причиняя неудобства, вызывающие сильные физические боли.

Камера № не была оборудована с учетом особенностей инвалида: в туалетном помещении отсутствовали поручни. Доступ к прогулочным дворикам, в банно-прачечное помещение, медицинскую часть и другие места общего пользования не были оборудованы специальными поручнями и пандусами, что затрудняло доступ к данным помещениям. У него имелась справка на получение дополнительного матраца, который ему не был выдан. Он был лишен прогулок, имел намерение работать в хозяйственном отряде СИЗО-1, но такая работа ему не предлагалась.

Полагал, что ввиду наличия у него инвалидности в следственном изоляторе должны быть поручни, пандусы в камерах, коридоре, специальная машина с поручнями для перевозки на следственные действия. Он обращался с жалобами на условия содержания устно, письменно к начальнику СИЗО-1 и в прокуратуру. Не согласился с показаниями свидетеля ФИО1 и просил их не принимать во внимание, поскольку ИПРА имеет сжатые сведения, протокол МСЭ раскрывает сведения ИПРА. Просил восстановить срок обращения в суд, поскольку находится в местах лишения свободы, является инвалидом, в исправительном учреждении отсутствует необходимая литература.

На удовлетворении административных исковых требований по неоказанию медицинской реабилитации, эндопротезирования не настаивал, поскольку данные требования находятся на рассмотрении в другом суде.

В судебном заседании представитель административных ответчиков ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Мурманской области, УФСИН России по Мурманской области, ФСИН России с административными исковыми требования не согласился, представил возражения, согласно которым ИПРА ФИО2 была принята сотрудниками СИЗО-1 в работу. Действующее законодательство РФ, регламентирующее содержание подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, не устанавливает обязанность администрации следственного изолятора на создание определенных условий для содержания инвалидов 3 группы.

Согласно ИПРА административный истец способен к самостоятельному передвижению, не нуждался в помощи для преодоления барьеров, препятствующих ему в получении услуг, а также в оборудовании жилого помещения специальными средствами и приспособлениями, ему была выдана трость для обеспечения сокращения нагрузки на нижние конечности при передвижении. Дополнительно пояснил, что в ИПРА не указано размещение административного истца на первом этаже, оборудование камеры дополнительными устройствами.

Согласно базе ПТК АКУС в раках исполнения ИПРА с административным истцом была проведена ознакомительная беседа (вопросы о наличии социальных проблем, разъяснено право на обращение в ПФР с заявление на оформление пенсии по инвалидности выдан бланк заявления), беседы по социально-средовой реабилитации (по адаптации условий проживания к потребностям инвалида с учетом ограничений), социально-культурной реабилитации (обучение навыкам проведения досуга, разъяснено право на обращение в библиотеку учреждения для получения литературы), социально-бытовой адаптации (обучение навыкам личной гигиены, в том числе с помощью технических средств реабилитации, о поддержании порядка и чистоты в камере), социально-психологической реабилитации (психологическая диагностика при поступлении, психопрофилактическая работа, направленная на адаптацию к условиям изоляции, психокоррекционная и психопрофилактическая работа).

Не оспаривал факт проведения в 2019-2020 годах работ по установке короба вентиляции и отсутствии горячего водоснабжения в ряде камер. Административному истцу выдана противоскользящая трость опорная, за получение которой имеется его подпись в акте. Все мероприятия по ИПРА выполнены социальным работникам СИЗО-1 в период нахождения административного истца в следственном изоляторе. Просил в удовлетворении административных исковых требований отказать, в том числе в связи с пропуском срока обращения в суд и отсутствием уважительных причин.

В судебном заседании представитель административного ответчика ФКУЗ МСЧ-51 ФСИН России с административными исковыми требования не согласился, просил административные исковые требования в части медицинского обеспечения оставить без рассмотрения, поскольку имеется спор в другом суде.

В судебное заседание административный ответчик <данные изъяты> ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Мурманской области ФИО5 не явился, о времени и месте судебного заседания извещен, не просил рассмотреть дело в свое отсутствие, в ранее состоявшемся судебном заседании с административными исковыми требования не согласился, пояснил, что ИПРА административного истца со сроком до ДД.ММ.ГГГГ принята в работу, после ознакомления с личным делом и выявления наличия инвалидности с административным истцом проведены все мероприятия по ИПРА, в том числе ознакомительная беседа, написано заявление в Пенсионный фонд РФ о назначении и выплате пенсии по инвалидности, выдана противоскользящая трость согласно акту от ДД.ММ.ГГГГ №. Выплата пенсии производится с ДД.ММ.ГГГГ с учетом перерасчета. С административным истцом проводилась беседа по социальной адаптации, до него доведена информации о наличии хозяйственного отряда, работа в котором ему не предлагалась, поскольку работать в нем он не мог из-за состояния здоровья. Возможность трудоустроиться у него имелась при поступлении в исправительную колонию. Беседы проводились через окошко в камере. Протокол МСЭ в работе не учитывался.

В судебное заседание представитель административного ответчика ФКУЗ МСЧ-10 ФСИН России не явился, о времени и месте судебного заседания извещен, не просил рассмотреть дело в свое отсутствие, представил возражения, согласно которым указал, что является ненадлежащим административным ответчиком, поскольку с ДД.ММ.ГГГГ медицинское обеспечение подозреваемых, обвиняемых и осужденных осуществляется ФКУЗ МСЧ-51 ФСИН России. Обратил внимание, что полномочия и функции по материальному, коммунально-бытовому и иному обеспечению подозреваемых, обвиняемых и осужденных, содержащихся в исправительных учреждениях УФСИН России по Мурманской области, возложены на соответствующие исправительные учреждения, в частности СИЗО-1. Просил в удовлетворении административных исковых требований отказать.

В соответствии с частью 6 статьи 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации суд полагает возможным рассмотреть административное дело в отсутствие не явившихся лиц, участвующих в деле.

Выслушав административного истца, представителей административных ответчиков, допросив свидетеля, исследовав материалы административного дела, материалы надзорного производства, суд считает административные исковые требования подлежащими частичному удовлетворению на основании следующего.

В силу части 2 статьи 46 Конституции Российской Федерации решения и действия (или бездействие) органов государственной власти, органов местного самоуправления и должностных лиц могут быть обжалованы в суд.

В соответствии с частью 1 статьи 4, частью 1 статьи 218 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации гражданин, организация, иные лица могут обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, должностного лица, государственного служащего, если полагают, что нарушены или оспорены их права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению их прав, свобод и реализации законных интересов или на них незаконно возложены какие-либо обязанности.

В соответствии с частями 9, 11 статьи 229 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, при рассмотрении административного дела об оспаривании решения, действия (бездействия) органа обязанность доказывания обстоятельств соответствия содержания оспариваемого решения, совершенного оспариваемого действия (бездействия) нормативным правовым актам, регулирующим спорные отношения, возлагается на орган, принявший оспариваемое решение, либо совершивший оспариваемое действие (бездействие)).

В соответствии с частями 1, 5 статьи 227.1 Кодекса административного судопроизводства РФ лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном настоящей главой, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.

При рассмотрении административного искового заявления, поданного в соответствии с частью 1 настоящей статьи, суд устанавливает, имело ли место нарушение предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, а также характер и продолжительность нарушения, обстоятельства, при которых нарушение допущено, его последствия.

Согласно статьям 17, 21 и 22 Конституции Российской Федерации право на свободу и личную неприкосновенность является неотчуждаемым правом каждого человека, что предопределяет наличие конституционных гарантий охраны и защиты достоинства личности, запрета применения пыток, насилия, другого жестокого или унижающего человеческое достоинство обращения или наказания.

При этом, часть 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации допускает возможность ограничения федеральным законом прав человека и гражданина в качестве средства защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Согласно части 1 статьи 101 Уголовно-исполнительного кодекса РФ лечебно-профилактическая и санитарно-профилактическая помощь осужденным к лишению свободы организуется и предоставляется в соответствии с Правилами внутреннего распорядка исправительных учреждений и законодательством Российской Федерации.

Согласно статье 11 Федерального закона от 24.11.1995 № 181-ФЗ «О социальной защите инвалидов в Российской Федерации» (с изменениями и дополнениями) индивидуальная программа реабилитации или абилитации инвалида - комплекс оптимальных для инвалида реабилитационных мероприятий, включающий в себя отдельные виды, формы, объемы, сроки и порядок реализации медицинских, профессиональных и других реабилитационных мер, направленных на восстановление, компенсацию нарушенных функций организма, формирование, восстановление, компенсацию способностей инвалида к выполнению определенных видов деятельности. Федеральные учреждения медико-социальной экспертизы могут при необходимости привлекать к разработке индивидуальных программ реабилитации или абилитации инвалидов организации, осуществляющие деятельность по реабилитации, абилитации инвалидов.

Индивидуальная программа реабилитации или абилитации инвалида является обязательной для исполнения соответствующими органами государственной власти, органами местного самоуправления, а также организациями независимо от организационно-правовых форм и форм собственности.

Федеральные учреждения медико-социальной экспертизы направляют выписки из индивидуальной программы реабилитации или абилитации инвалида в соответствующие органы исполнительной власти, органы местного самоуправления, организации независимо от их организационно-правовых форм, на которые возложено проведение мероприятий, предусмотренных индивидуальной программой реабилитации или абилитации инвалида.

На основании статьи 13 Закона Российской Федерации от 21.07.1993 № 5473-1 «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы» учреждения, исполняющие наказания, обязаны создавать условия для обеспечения правопорядка и законности, безопасности осужденных, а также персонала, должностных лиц и граждан, находящихся на их территориях, обеспечивать охрану здоровья осужденных, осуществлять деятельность по развитию своей материально-технической базы и социальной сферы.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, применение к лицу, совершившему преступление, наказания в виде лишения свободы, имея целью защиту интересов государства, общества и его членов предполагает изменение привычного уклада жизни осужденного, его отношений с окружающими и оказание на него определенного морально-психологического воздействия, чем затрагиваются его права и свободы как гражданина, и изменяется его статус как личности; в любом случае лицо, совершающее преступление, должно предполагать, что в результате оно может быть лишено свободы и ограничено в правах и свободах, то есть такое лицо сознательно обрекает себя и своих близких на определенные ограничения.

В соответствии с положением статьи 25 Всеобщей декларации прав человека, принятой Генеральной Ассамблеей ООН, каждый человек имеет право на такой жизненный уровень, включая пищу, одежду, жилище, медицинский уход и необходимое социальное обслуживание, который необходим для поддержания здоровья и благосостояния.

Статьей 3 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод и требованиями, содержащимися в постановлениях Европейского Суда по правам человека, установлено, что условия содержания обвиняемых под стражей должны быть совместимы с уважением к человеческому достоинству. Унижающими достоинство обращением признается, в частности, такое обращение, которое вызывает у лица чувство страха, тревоги и собственной неполноценности. При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы с учетом практических требований режима содержания. Никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» (далее - постановление Пленума), возможность ограничения указанного права допускается лишь в той мере, в какой оно преследует определенные Конституцией Российской Федерации цели, осуществляется в установленном законом порядке, с соблюдением общеправовых принципов и на основе критериев необходимости, разумности и соразмерности, с тем, чтобы не оказалось затронутым само существо данного права.

Меры принуждения, ограничивающие свободу и личную неприкосновенность, применяемые в связи с необходимостью изоляции лица от общества, пребывания в ограниченном пространстве, предусмотрены законодательством об административных правонарушениях, уголовным, уголовно-процессуальным, уголовно-исполнительным законодательством, иными федеральными законами и представляют собой, в том числе лишение свободы.

Данные меры осуществляются посредством принудительного помещения физических лиц, как правило, в предназначенные (отведенные) для этого учреждения, помещения органов государственной власти, их территориальных органов, структурных подразделений, иные места, исключающие возможность их самовольного оставления в результате распоряжения (действия) уполномоченных лиц (далее - места принудительного содержания), принудительного перемещения физических лиц в транспортных средствах.

Несмотря на различия оснований и порядка применения указанных выше мер, помещение в места принудительного содержания и перемещение физических лиц в транспортных средствах должны осуществляться без нарушения условий содержания лиц, подвергнутых таким мерам, которые обеспечиваются Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами Российской Федерации.

В силу пункта 2 постановления Пленума под условиями содержания лишенных свободы лиц следует понимать условия, в которых с учётом установленной законом совокупности требований и ограничений реализуются закрепленные Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами Российской Федерации, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации права и обязанности указанных лиц, в том числе: право на личную безопасность и охрану здоровья; право на материально-бытовое обеспечение, обеспечение жилищно-бытовых, санитарных условий и питанием, прогулки; право на самообразование и досуг, создание условий для осуществления трудовой деятельности, сохранения социально полезных связей и последующей адаптации к жизни в обществе.

В соответствии с пунктом 3 постановления Пленума принудительное содержание лишенных свободы лиц в предназначенных для этого местах, их перемещение в транспортных средствах должно осуществляться в соответствии с принципами законности, справедливости, равенства всех перед законом, гуманизма, защиты от дискриминации, личной безопасности, охраны здоровья граждан, что исключает пытки, другое жестокое или унижающее человеческое достоинство обращение и, соответственно, не допускает незаконное - как физическое, так и психическое - воздействие на человека. Иное является нарушением условий содержания лишенных свободы лиц.

В пункте 15 постановления Пленума разъяснено, что исходя из правового статуса отдельных категорий лишенных свободы лиц (например, инвалиды), судам необходимо учитывать конкретные обстоятельства, в том числе возраст, состояние здоровья, способность к самообслуживанию, а также заключения экспертов, проводивших медицинские экспертизы, свидетельствующие о нуждаемости этих лиц в определенных условиях содержания.

В пункте 17 постановления Пленума разъяснено, что, суд, оценивая соответствие медицинского обслуживания лишенных свободы лиц установленным требованиям, с учетом принципов охраны здоровья граждан может принимать во внимание, в частности, обеспечение лишенного свободы лица техническими средствами реабилитации и услугами, предусмотренными индивидуальной программой реабилитации или абилитации инвалида (статья 4 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации", часть 7 статьи 101 УИК РФ).

Ка установлено в судебном заседании, административный истец ФИО2 с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ содержался в камерах №, № ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по <адрес>.

В период содержания под стражей ФИО2 направлен на проведение медико-социальной экспертизы в ФКУ «<данные изъяты>» Минтруда России Бюро МСЭ № (общего профиля), которым составлен протокол проведения медико-социальной экспертизы гражданина в федеральном государственном учреждении медико-социальной экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ (том 1, л.д. 188-208).

В связи с нарушением функций <данные изъяты> ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ установлена <данные изъяты> группа инвалидности и впервые разработана ИПРА инвалида № к протоколу проведения медико-социальной экспертизы гражданина № от ДД.ММ.ГГГГ, срок действия которой установлен до ДД.ММ.ГГГГ (том 1, л.д. 95-101).

Согласно ИПРА ФИО2 установлена <данные изъяты> степень ограничения по основным категориям жизнедеятельности способность к самообслуживанию, способность к передвижению, способность к трудовой деятельности. Установлены мероприятия медицинской реабилитации или абилитации (исполнитель Министерство здравоохранения Мурманской области), мероприятия по общему и профессиональному образованию, профессиональной реабилитации или абилитации (исполнитель ФСИН России), мероприятия социальной реабилитации и абилитации (исполнитель Министерство социального развития Мурманской области), физкультурно-оздоровительные мероприятия, мероприятия по занятию спортом (исполнитель Комитет по физической культуре и спорту Мурманской области).

ФИО2 рекомендовано техническое средство реабилитации трость опорная, регулируемая по высоте, с устройством противоскольжения (исполнитель ГУ – Мурманское региональное отделение ФСС РФ).

способность к самообслуживанию 1 степени - при более длительном затрачивании времени, дробности его выполнения, сокращении объема с использованием при необходимости вспомогательных технических средств;

способность к самостоятельному передвижению 1 степени - при более длительном затрачивании времени, дробности выполнения и сокращении расстояния с использованием при необходимости вспомогательных технических средств;

способность к выполнению трудовой деятельности 1 степени - в обычных условиях труда при снижении квалификации, тяжести, напряженности и (или) уменьшении объема работы, неспособность продолжать работу по основной профессии (должности, специальности) при сохранении возможности в обычных условиях труда выполнять трудовую деятельность более низкой квалификации.

Представителем административных ответчиков и административным ответчиком ФИО5 не оспаривался факт того, что ИПРА инвалида ФИО2 передана для исполнения в СИЗО-1.

Согласно базе ПТК АКУС в раках исполнения ИПРА с административным истцом была ДД.ММ.ГГГГ проведена ознакомительная беседа (вопросы о наличии социальных проблем, разъяснено право на обращение в ПФР с заявление на оформление пенсии по инвалидности выдан бланк заявления), ДД.ММ.ГГГГ он обеспечен тростью опорной, регулируемой по высоте, с устройством противоскольжения, ДД.ММ.ГГГГ направлено заявление в ПФР о переводе пенсии, ДД.ММ.ГГГГ проведена беседы по социально-средовой реабилитации (по адаптации условий проживания к потребностям инвалида с учетом ограничений), ДД.ММ.ГГГГ проведена беседа по социально-культурной реабилитации (обучение навыкам проведения досуга, разъяснено право на обращение в библиотеку учреждения для получения литературы), ДД.ММ.ГГГГ проведена беседа по социально-бытовой адаптации (обучение навыкам личной гигиены, в том числе с помощью технических средств реабилитации, о поддержании порядка и чистоты в камере), ДД.ММ.ГГГГ проведена беседа по общему и профессиональному образованию (доведена информация о возможности получения общего и профессионального образования при поступлении в ИК), ДД.ММ.ГГГГ проведена беседа о содействии с трудоустройстве (доведена информация о возможности в трудоустройстве при поступлении в ИК и ознакомительная информация об отряде хозяйственного обеспечения СИЗО-1), ДД.ММ.ГГГГ разъяснено о внесении изменений в законодательство о пенсиях РФ (том 1, л.д. 242, 243).

Вопреки доводам административного истца необходимые мероприятия, обязанность исполнения которых возложена ИПРА инвалида ФИО2 на ФСИН России, выполнялись социальным работником СИЗО-1 в период нахождения административного истца в следственном изоляторе.

Так, административный истец написал заявление о назначении ему пенсии по инвалидности, которое ДД.ММ.ГГГГ следственным изолятором направлено в ПФР, пенсия выплачивалась, также ФИО2 обеспечен ДД.ММ.ГГГГ тростью опорной, регулируемой по высоте, с устройством противоскольжения, что подтверждается актом сдачи-приемки товара № по государственному контракту от ДД.ММ.ГГГГ, в котором имеется подпись ФИО2 за получение (том 1, л.д. 65).

Вопреки доводам административного истца у суда не имеется оснований ставить под сомнение факт того, что выданная ему трость имела устройство противоскольжения, поскольку трость поставлена по государственному контракту специализированной организацией – Мурманский филиал ФГУП «Московское протезно-ортопедическое предприятие» Министерства труда и социальной защиты РФ. При этом устройством противоскольжения может являться не только шип, а и специальная противоскользящая основа.

Доводы административного истца о том, что он имел намерение работать в отряде хозяйственного обслуживания СИЗО-1, однако ему такая работа не предлагалась, суд оценивает критически относительно способности ФИО2 выполнять работы в хозяйственном отряде. В судебном заседании административный истец пояснил, что в связи с наличием заболевания нижних конечностей он испытывает трудности при передвижении по зданию СИЗО-1, передвигается с помощью трости.

В ИПРА инвалида указаны рекомендуемые условия труда – нуждаемость в дополнительных перерывах, доступность видов трудовой деятельности в оптимальных, допустимых условиях труда, противопоказаны виды трудовой и профессиональной деятельности, которые при утрате (отсутствии) двигательных функций нижних конечностей могут привести к угрозе жизни и / или потере здоровья инвалида и / или людей, установлена первая степень ограничений способности к трудовой деятельности.

Из справки, предоставленной СИЗО-1 в материалы дела, следует, что работы по монтажу коробов приточно-вытяжной вентиляции в период с 2019 года по март 2020 года выполнялись силами отряда хозяйственного обслуживания, то есть такие работы требовали физических усилий, напряженности в их выполнении.

Приказом Минтруда России от 17.12.2015 № 1024н (ред. от 05.07.2016), действующим до 01.01.2020, утверждены классификации и критерии, используемые при осуществлении медико-социальной экспертизы граждан федеральными государственными учреждениями медико-социальной экспертизы, в соответствии с пунктом 6 которых способность к выполнению трудовой деятельности 1 степени - в обычных условиях труда при снижении квалификации, тяжести, напряженности и (или) уменьшении объема работы, неспособность продолжать работу по основной профессии (должности, специальности) при сохранении возможности в обычных условиях труда выполнять трудовую деятельность более низкой квалификации.

Суд не может согласиться с доводами административного истца, что СИЗО-1 не выполнены все мероприятия ИПРА. Так, исполнителем мероприятий социально-психологическая реабилитация или абилитация, социально-средовая реабилитация и абилитация, социокультурная реабилитация и абилитация, социально-бытовая адаптация, перечисленным в ИПРА инвалида, является Министерство социального развития Мурманской области. Исполнителем мероприятий физкультурно-оздоровительные мероприятия, мероприятия по занятию спортом является Комитет по физической культуре и спорту Мурманской области. К указанным исполнительным органам государственной власти административным истцом требования не заявлены.

Суд также не может согласиться с административным истцом в том, что СИЗО-1 должно было исполняться требования протокола проведения медико-социальной экспертизы гражданина, обеспечив его душем (ванной), специальными средствами для инвалидов, пандусами, оборудовать машину специальными средствами для перевозки инвалидов, разместить на первом этаже.

Допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО1, <данные изъяты>, будучи предупрежденной об уголовной ответственности по статьям 307, 308 УК РФ, показала, что ИПРА выдается для исполнителя, в ней не указаны бытовые условия, а указаны обязательные требования для исполнения.

В разделе 3 протокола проведения медико-социальной экспертизы гражданина ФИО2 указаны его бытовые условия на момент направления его на освидетельствование со слов из очной беседы с гражданином, порядок проведения экспертизы, указанные сведения не носят рекомендательного характера, обязательных требований для исполнения не содержат, а являются лишь констатацией факта. Трость с устройством противоскольжения является техническим средством реабилитации, закупается Фондом социального страхования. ФИО2 имеет первую степень способности к самообслуживанию, то есть способность к самообслуживанию при более длительном затрачивании времени, дробности его выполнения, сокращении объёма с использованием при необходимости вспомогательных технических средств.

Вопреки доводам административного истца у суда не имеется оснований ставить под сомнение показания свидетеля и признавать их недопустимыми доказательствами, которые последовательны, даны в пределах профессиональных познаний, согласуются со сведениями ИПРА и протоколом проведения медико-социальной экспертизы гражданина.

Таким образом, обязательными к исполнению являются заключения ИПРА инвалида, а протокол проведения медико-социальной экспертизы гражданина таких указаний не содержит, а констатирует условия проживания лица, направленного на проведение медико-социальной экспертизы.

Вопреки доводам административного истца, выданная ему программа реабилитации или абилитации инвалида, предусматривающая первую степень способности к самообслуживанию с учетом заключения экспертов, проводивших медико-социальную экспертизу, не предусматривает обеспечение его отдельной ванной (душем), туалетом, горячей водой, не содержит также рекомендаций к размещению его на первом этаже, оборудованию жилого помещения, занимаемого инвалидом, специальными средствами, приспособлениями, а также каким-либо специальными условиями жизнеобеспечения инвалида и не возлагает на следственный изолятор такой обязанности.

Доводы административного истца о том, что он был лишен прогулок опровергаются представленными им справками медицинских работников филиала МЧ-2 ФКУЗ МСЧ-51 ФСИН России о том, что с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ без срока нуждается по медицинским показаниям в постельном режиме (том 1, л.д. 176-178).

Доказательств того, что в иные периоды нахождения в СИЗО-1 ФИО2 создавались какие-либо препятствия со стороны администрации следственного изолятора в реализации права но прогулки, административным истцом суду не представлено.

Доводы административного истца о том, что по медицинским показаниям он имел право на второй матрац и не был им обеспечен, суд не может принять во внимание, поскольку справка об этом, выданная медицинским работником ДД.ММ.ГГГГ, находилась на руках административного истца, администрации СИЗО-1 не предъявлялась (том 1, л.д. 179).

Согласно журналу учета предложений, заявлений и жалоб подозреваемых, обвиняемых, осужденных СИЗО-1 № (начат ДД.ММ.ГГГГ, окончен ДД.ММ.ГГГГ) в период содержания в СИЗО-1 ФИО2 с жалобами к администрации СИЗО-1 не обращался.

Согласно ответу прокуратуры Октябрьского административного округа г. Мурманска в 2019-2020 годах обращения ФИО2 о неисполнении индивидуальной программы реабилитации в прокуратуру не поступали (том 1, л.д. 61).

ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ направил в Мурманскую прокуратуру по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях жалобу на неисполнение индивидуальной программы реабилитации и абилитации, которая направлена для рассмотрения в прокуратуру Мурманской области (том 1, л.д. 77, 79-82).

В ответе ДД.ММ.ГГГГ ФКУ «<данные изъяты>» Министерства труда и социального развития РФ сообщило в прокуратуру Мурманской области, что на момент направления на медико-социальную экспертизу у ФИО2 имелось нарушение функции <данные изъяты>. В раздел ИПРА «Рекомендуемые технические средства реабилитации и услуги по реабилитации и абилитации, предоставляемые инвалиду за счет средств федерального бюджета» включена трость опорная. У ФИО2 установлены только <данные изъяты>. Оснований для включения в ИПРА технического средства реабилитации – противопролежневый матрац нет, о чем сообщено ФИО2 сообщено прокуратурой Мурманской области в ответе от ДД.ММ.ГГГГ (том 1, л.д. 93-94, 103).

В ответах от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ на обращения ФИО2 помощник начальника УФСИН России по Мурманской области по соблюдению прав человека в уголовно-исполнительной системе сообщал о том, на какие компетентные органы возложена обязанность по реализации заключений ИПРА, о выдаче трости опорной и отсутствии нарушений сроков реализации (том 1, л.д. 136-138, 139-140).

Пунктом 4.7 СанПиН 2.1.2.2645-10, утвержденных постановлением Главного государственного санитарного врача Российской Федерации от 10.06.2010 №64 (утратившем силу с 01.03.2021 в связи с изданием Постановления Правительства РФ от 08.10.2020 № 1631, но действовавшим на период рассматриваемых правоотношений), предусмотрено, что естественная вентиляция жилых помещений должна осуществляться путем притока воздуха через форточки, фрамуги, либо через специальные отверстия в оконных створках и вентиляционные каналы.

Приказом Минюста России от 14.10.2005 № 189 (ред. от 02.09.2021) утверждены Правила внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, согласно пункту 42 которых камеры СИЗО оборудуются: одноярусными или двухъярусными кроватями; вентиляционным оборудованием (при наличии возможности).

Как разъяснено в пункте 14 постановления Пленума о наличии нарушений условий содержания лишенных свободы лиц, может свидетельствовать отсутствие либо недостаточность вентиляции.

С учетом приведенной нормы Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы отсутствие в камерах, в которых содержался административный истец, вентиляционного оборудования не является нарушением его прав на надлежащие условия содержания.

Более того, судом установлено, что в период с 2019 года по март 2020 года в СИЗО-1 проводились работы по монтажу коробов приточно-вытяжной вентиляции, что было необходимо для обеспечения прав подозреваемых (обвиняемых).

Неудобства, связанные с проведением данных работ, в частности, наличие пыли в камерах, суд не может считать нарушением условий содержания административного истца, поскольку СИЗО-1 является постоянно функционирующим режимным объектом. Возможность разместить подозреваемых (обвиняемых), находящихся в СИЗО-1, на время проведения ремонтных работ в ином месте у администрации СИЗО-1 отсутствовала.

При этом, установление административному истцу третьей группы инвалидности не давало ему какого-либо преимущества по сравнению с другими подозреваемыми (обвиняемыми) быть перемещенным в иную камеру на время проведения ремонтных работ.

Доводы административного истца о том, что окно в камере не имелось возможности открыть в связи с отсутствием механизма и наличием решетки, какими-либо доказательствами не подтверждены.

Неудобства административного истца в связи с тем, что лица, спальное место которых находилось на верхнем ярусе, наступали ему на ноги, когда спускались вниз, также не является нарушением условий содержания, поскольку оборудование камер двухярусными кроватями предусмотрено пунктом 42 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы.

Действия (бездействие), решение должностных лиц могут быть признаны незаконными при наличии одновременно двух условий: несоответствия действий (бездействия), решения нормативным правовым актам и нарушения такими действиями (бездействием), решением прав, свобод и законных интересов административного истца (пункт 1 части 2 статьи 227 Кодекса административного судопроизводства РФ).

Такой совокупности условий, свидетельствующих о нарушении прав, свобод и законных интересов административного истца, создании препятствий к осуществлению его прав, свобод и законных интересов либо незаконном возложении на него какой-либо обязанности при исполнении СИЗО-1 индивидуальной программы реабилитации в отношении ФИО2 в оспариваемой административным истцом части, материально-техническом обеспечении камеры, судом не установлено и административным истцом суду не сообщено, поэтому административные исковые требования в указанной части удовлетворению не подлежат.

Суд признает заслуживающими внимания также доводы административного истца об отсутствии горячего водоснабжения в камерах следственного изолятора.

Согласно пункту 43 Правил внутреннего распорядка СИЗО при отсутствии в камере водонагревательных приборов либо горячей водопроводной воды горячая вода для стирки и гигиенических целей и кипяченая вода для питья выдаются ежедневно в установленное время с учетом потребности.

Вместе с тем, приказом Министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства РФ от 15 апреля 2016 года №245/пр утвержден и введен в действие с 04 июля 2016 года Свод правил «Следственные изоляторы уголовно-исполнительной системы. Правила проектирования». Данный Свод правил зарегистрирован Росстандартом и имеет номер СП 247.1325800.2016 (с учетом изменения № 1, утвержденного приказом Минстроя России от 30.12.2020 № 899/пр, введенного в действие по истечение 6 месяцев после издания приказа).

Согласно пункту 1.1 указанного Свода правил он устанавливает нормы проектирования и распространяется на строительство, реконструкцию, расширение, техническое перевооружение и капитальный ремонт зданий, помещений и сооружений, предназначенных для размещения и функционирования следственных изоляторов (СИЗО).

Положения указанного Свода правил не распространяются на объекты капитального строительства, проектная документация которых до вступления в силу названного свода правил получила положительное заключение государственной экспертизы, а также на документы территориального планирования и документацию по планированию территории, утвержденные до вступления в силу настоящего свода правил (п. 1.2).

Пунктом 19.1 СП 247.1325800.2016 предусмотрено, что здания СИЗО должны быть оборудованы хозяйственно-питьевым и противопожарным водопроводом, горячим водоснабжением, канализацией и водостоками согласно требованиям СП 30.13330 («Внутренний водопровод и канализация зданий»), СП 31.13330 («Водоснабжение. Наружные сети и сооружения»), СП 32.13330 («Канализация. Наружные сети и сооружения»), СП 118.13330 («Общественные здания и сооружения»).

Согласно пункту 19.5 указанного Свода правил СП 247.1325800.2016 подводку холодной и горячей воды следует предусматривать, в том числе к умывальникам в камерах.

Наличие горячего водоснабжения в камерах непосредственным образом касается обеспечения гуманных условий для содержания лиц, в отношении которых применена мера пресечения в виде заключения под стражу, подозреваемых и осужденных и охраны здоровья людей с точки зрения соблюдения санитарно-эпидемиологических требований, создания благоприятных и безопасных условий среды обитания, в связи с чем эксплуатация объекта с нарушением указанных требований ведет к недопустимому риску для здоровья лиц, находящихся в следственном изоляторе.

Приведение ранее введенных в эксплуатацию зданий в соответствие с актуальными требованиями обусловлено уровнем современных рисков, потребностей, правил, а равно обеспечением санитарного благополучия и безопасных условий для обитания человека.

Из содержания подпункта 6 пункта 3 Положения о Федеральной службе исполнения наказаний, утвержденного указом Президента Российской Федерации от 13.10.2004 № 1314, следует, что задачей ФСИН является создание осужденным и лицам, содержащимся под стражей, условий содержания, соответствующих нормам международного права, положениям международных договоров Российской Федерации и федеральных законов.

Поскольку обеспечение помещений СИЗО горячим водоснабжением являлось и является обязательным, постольку неисполнение следственным изолятором требований закона влечет нарушение прав подозреваемого, обвиняемого, осужденного на содержание в условиях надлежащего обеспечения его жизнедеятельности.

В силу положений Федерального закона от 30.03.1999 № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» соблюдение санитарных правил является обязательным для граждан, индивидуальных предпринимателей и юридических лиц.

С учетом вышеприведенных положений законодательства обеспечение помещений следственных изоляторов горячим водоснабжением является обязательным.

Факт постройки и введение зданий следственного изолятора в эксплуатацию ранее принятия перечисленных выше норм не препятствует их переоборудованию, реконструкции или капитальному ремонту, с целью создания надлежащих условий содержания. Приведенные выше нормы регулируют как строительство, так и эксплуатацию помещений в следственных изоляторах и являются обязательными.

Представителем административных ответчиков не представлено в материалы дела бесспорных доказательств надлежащего и постоянного обеспечения административного истца горячей водой в период содержания его в следственном изоляторе.

При этом обеспечение административного истца горячей водой в порядке, предусмотренном пункте 43 Правил внутреннего распорядка СИЗО, само по себе не может быть признано достаточным для удовлетворения его ежедневной потребности в горячем водоснабжении.

Поскольку обеспечение помещений СИЗО горячим водоснабжением являлось и является обязательным, поэтому неисполнение следственным изолятором требований закона влечет нарушение прав подозреваемого, обвиняемого, осужденного на содержание в условиях надлежащего обеспечения его жизнедеятельности.

То обстоятельство, что в СИЗО-1 функционирует банно-прачечный комплекс, в котором осуществляется помывка содержащихся в СИЗО лиц, а также выдача горячей воды ежедневно в установленное время с учетом потребности, не свидетельствует об обеспечении надлежащих условий содержания административного истца, в связи с чем не может являться основанием к отказу в административном иске в указанной части.

Вопреки доводам представителя административных ответчиков срок обращения в суд административным истцом соблюден.

Согласно части 1 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, если настоящим Кодексом не установлены иные сроки обращения с административным исковым заявлением в суд, административное исковое заявление может быть подано в суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации, иному лицу стало известно о нарушении их прав, свобод и законных интересов.

В то же время, в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» разъяснено, что проверяя соблюдение предусмотренного частью 1 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации трехмесячного срока для обращения в суд, судам необходимо исходить из того, что нарушение условий содержания лишенных свободы лиц может носить длящийся характер, следовательно, административное исковое заявление о признании незаконными бездействия органа или учреждения, должностного лица, связанного с нарушением условий содержания лишенных свободы лиц, может быть подано в течение всего срока, в рамках которого у органа или учреждения, должностного лица сохраняется обязанность совершить определенное действие, а также в течение трех месяцев после прекращения такой обязанности.

Принимая во внимание, что административный истец оспаривает условия содержания в следственном изоляторе за непрерывный период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, откуда он убыл в исправительное учреждение для отбывания наказания, право на обращение в суд с административным иском имелось у ФИО2 в течение всего данного периода и сохраняется в период отбывания наказания.

Как указано в Обзоре практики межгосударственных органов по защите прав и основных свобод человека № 3 (2020), подготовленном Верховным Судом Российской Федерации, Федеральный закон от 27 декабря 2019 года № 494-ФЗ предусматривает, что любой заключенный, утверждающий, что его или ее условия содержания под стражей нарушают национальное законодательство или международные договоры Российской Федерации, вправе обратиться в суд. Новизна Закона заключается в том, что заключенный может одновременно требовать установления соответствующего нарушения и финансовой компенсации за данное нарушение.

Неотчуждаемость основных прав и свобод человека, принадлежность их каждому от рождения предполагают необходимость установления гарантий, одной из которых является право каждого на судебную защиту, не подлежащее ограничению (статьи 46 и 56 Конституции Российской Федерации).

Задачами административного судопроизводства являются защита нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов граждан, укрепление законности и предупреждение нарушений в сфере административных и иных публичных правоотношений (пункты 2 и 4 статьи 3 Кодекса административного судопроизводства РФ).

Одними из принципов административного судопроизводства являются законность и справедливость при рассмотрении и разрешении административных дел, которые обеспечиваются не только соблюдением положений, предусмотренных законодательством об административном судопроизводстве, точным и соответствующим обстоятельствам административного дела правильным толкованием и применением законов и иных нормативных правовых актов, в том числе регулирующих отношения, связанные с осуществлением государственных и иных публичных полномочий, но и получением гражданами и организациями судебной защиты путем восстановления их нарушенных прав и свобод (пункт 3 статьи 6, статья 9 Кодекса административного судопроизводства РФ).

Заявленные административным истцом требования об оспаривании действий (бездействия) государственных органов, связанных с условиями его содержания в следственном изоляторе, не предполагают возможности отказа в судебной защите.

В соответствии с частями 8 и 9 статьи 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации при рассмотрении административного дела в порядке главы 22 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации суд выясняет обстоятельства, указанные в частях 9 и 10 данной статьи, в полном объеме, в том числе как соблюдение истцом сроков обращения в суд, так и нарушение его прав, свобод и законных интересов, соответствие оспариваемого решения, совершенного оспариваемого действия (бездействия) нормативным правовым актам, регулирующим спорные отношения, наличие полномочий и оснований для принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемого действия (бездействия) и соблюдение порядка принятия такого решения, совершения действия (бездействия).

При таких обстоятельствах пропуск срока на обращение в суд сам по себе не может быть признан достаточным основанием для принятия судом решения об отказе в удовлетворении административного искового заявления без проверки законности оспариваемых административным истцом действий (бездействия).

Статья 3 Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 04.11.1950 устанавливает, что никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.

Согласно требованиям, содержащимся в постановлениях Европейского Суда по правам человека, условия содержания обвиняемых под стражей должны быть совместимы с уважением к человеческому достоинству. При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы с учетом практических требований режима содержания.

Судом установлено неполное соответствие условий содержания административного истца в следственном изоляторе предусмотренным законом требованиям. Ненадлежащими условиями содержания административному истцу причинены лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, и которые повлекли нарушение его прав на надлежащее обеспечение жизнедеятельности, в связи с чем правомерным является взыскание в пользу административного истца компенсации за ненадлежащие условия содержания.

Статьей 2 Конституции Российской Федерации закреплено, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

В постановлениях Европейского Суда по правам человека от 18 марта 2010 года, 29 января 2019 года указано, что задача расчета размера компенсации является сложной. Она особенно трудна в деле, предметом которого является личное страдание, физическое или нравственное. Не существует стандарта, позволяющего измерить в денежных средствах боль, физическое неудобство и нравственное страдание и тоску. Отсутствие мотивов, например, несоразмерно малой суммы компенсации, присужденной заявителю, будет свидетельствовать о том, что суды не рассмотрели надлежащим образом требования заявителя и не смогли действовать в соответствии с принципом адекватного и эффективного устранения нарушения.

Следовательно, если суд пришел к выводу о необходимости присуждения денежной компенсации, то ее сумма должна быть адекватной и реальной.

В случаях, когда компенсация ущерба, присуждаемая судами государств-ответчиков, является необоснованной по сравнению с размером компенсации, присуждаемой названным судом в сопоставимых делах, такого возмещения ущерба будет недостаточно для лишения заявителя статуса жертвы в соответствии со статьей 3 Конвенции.

По смыслу приведенного выше правового регулирования размер денежной компенсации за нарушение установленных законодательством условий содержания в исправительном учреждении определяется исходя из установленных при разбирательстве дела продолжительности допускаемых нарушений, характера этих нарушений, индивидуальных особенностей лица, и иных заслуживающих внимания обстоятельств конкретного дела.

Компенсация за нарушение условий содержания как средство правовой защиты по своему размеру должна быть способна эффективно восстановить баланс между нарушенными правами административного истца и мерой ответственности государства.

Правила внутреннего распорядка СИЗО, регламентируя в том числе вопросы материально-бытового обеспечения подозреваемых и обвиняемых, возлагают на администрацию СИЗО, а также на их сотрудников установленную законом и ведомственными нормативными актами ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение служебных обязанностей (пункт 3).

Установление несоответствия условий содержания в следственном изоляторе требованиям законодательства создает правовую презумпцию причинения морального вреда лицу, в отношении которого такие нарушения допущены.

Факт содержания в СИЗО-1 в условиях, не соответствующих установленным санитарно-эпидемиологическим правилам влечет нарушение прав административного истца, гарантированных законом, которое само по себе является достаточным для того, чтобы причинить страдания и переживания в степени, превышающей неизбежный уровень страданий, присущий ограничению свободы, что является основанием для признания требований о взыскании компенсации за нарушение условий содержания правомерными.

Обстоятельствами дела установлено, что в период содержания административного истца в следственном изоляторе с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ он не был обеспечен горячим водоснабжением в течение примерно 5 месяцев, что является нарушением условий его содержания в следственном изоляторе, при этом суд усматривает отклонение от стандартного, неизбежного, уровня страданий административного истца, поскольку отсутствие горячего водоснабжения предоставляло неудобства при осуществлении мероприятий по личной гигиене, в связи с чем требования административного истца в указанной части подлежат удовлетворению.

При определении размера денежной компенсации, суд исходит из того, что признанное незаконным бездействие следственного изолятора не привело к наступлению для административного истца стойких негативных последствий, а также учитывает фактические обстоятельства дела, характер и степень причиненных административному истцу нравственных страданий, его индивидуальные особенности, продолжительность содержания административного истца в СИЗО-1 в оспариваемых условиях, обстоятельства, при которых нарушение допущено, меры, предпринимаемые административным ответчиком по соблюдению требований санитарно-эпидемиологического законодательства Российской Федерации, руководствуясь принципом разумности и справедливости, считает необходимым определить административному истцу компенсацию за нарушение условий содержания в следственном изоляторе в размере 7 000 рублей.

Компенсация за нарушение условий содержания в следственном изоляторе в указанном размере в наибольшей степени отвечает требованиям разумности и справедливости, а также способствует восстановлению нарушенных в результате ненадлежащих условий содержания в следственном изоляторе прав административного истца, способна эффективно восстановить баланс между нарушенными правами административного истца и мерой ответственности государства.

При этом оснований для присуждения административному истцу компенсации за нарушение условий содержания в следственном изоляторе в большем размере суд не усматривает.

Ссылку административного истца в обоснование своих доводов на приказ Минстроя России от 20.10.2017 № 1454/пр «Об утверждении свода правил "Исправительные учреждения и центры уголовно-исполнительной системы. Правила проектирования" (в двух частях)» суд считает необоснованной, поскольку в спорный период административный истец находился в следственном изоляторе.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 175-180, 227, 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Административные исковые требования ФИО2 о взыскании компенсации за нарушение условий содержания в следственном изоляторе – удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказаний за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО2 компенсацию за нарушение условий содержания в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Мурманской области в размере 7 000 (семь тысяч) рублей.

В удовлетворении остальной части административных исковых требований ФИО2 – отказать.

Решение подлежит немедленному исполнению в порядке, установленном бюджетным законодательством Российской Федерации.

Решение может быть обжаловано в Мурманский областной суд через Октябрьский районный суд г. Мурманска в апелляционном порядке в течение месяца со дня его изготовления в окончательной форме.

Председательствующий И.В. Хуторцева