Решение по делу № 2А-4787/2022 от 13.09.2022 | Калининский районный суд (Город Санкт-Петербург)

Дело № 2а-4787/2022 ~ М-1890/2022

78RS0005-01-2022-002749-15

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Санкт-Петербург 13 сентября 2022 года

Калининский районный суд Санкт-Петербурга

в составе председательствующего судьи Лукашева Г.С.,

при секретаре Мирзоеве Р.Р.,

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по административному исковому заявлению ФИО1 к ФКУ СИЗО№ УФСИН России, УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, ФСИН России, ФКУЗ «Медико-Санитарная часть № ФСИН России» о признании действий незаконными, взыскании компенсации,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с административным иском к административным ответчикам ФКУ СИЗО№ УФСИН России, УФСИН РФ по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, ФСИН России с административным исковым заявлением о признании действий (бездействия) незаконными, взыскании компенсации за нарушение условий содержания в следственном изоляторе.

В обоснование своих требований административный истец указал, что является обвиняемым по уголовному делу №, находящемуся в производстве Невского районного суда г. Санкт-Петербурга.

С 21.12.2020 административный истец содержится под стражей по день подачи иска в суд.

В период с 29.12.2020 по 21.04.2021 истец содержался в ФКУ СИЗО№ УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области.

Во время нахождения в указанном учреждении нарушались условия содержания административного истца под стражей, что выразилось в следующем.

Административный истец содержался в общей камере с обвиняемыми в совершении грабежей с применением насилия, вымогательства с применением насилия, хулиганства с применением оружия, покушения на убийство, а также с осужденными, в том числе, при особо опасном рецидиве преступлений; с больными инфекционными заболеваниями лицами, в связи с чем истец испытывал моральные страдания, страх, уязвимость и опасение за свою жизнь и здоровье на протяжении всего пребывания.

Все лица, содержащиеся с административным истцом в одной камере в указанный период времени в отличие от него были курящими, в результате чего с учетом отсутствия в камерах искусственной вентиляции круглосуточно стояли клубы табачного дыма, истец ощущал запах табачного дыма и у него постоянно болела и кружилась голова, а также его не покидало чувство тошноты.

Две из четырех камер, в которых содержался истец в период пребывания в СИЗО-№, имели общую площадь не более 18 квадратных метров, при этом, исключив площадь спальных мест и санитарного узла, располагающегося в отдельном помещении внутри камеры, а также площадь стола со скамейками и раковины, свободной площади в камере на одного человека (а содержалось в камере вместе с истцом 6 человек), приходилось чуть более одного квадратного метра.

На завтрак, обед и ужин подавали однообразную пресную, невкусную, некалорийную холодную пищу, после потребления которой у истца постоянно оставалось чувство голода, изжога, диарея, а также систематические боли живот. Вид и запах данной пищи вызывал у истца отвращение и тошноту.

В камерах не имелось кнопки вызова дежурного, в связи с чем административного истца постоянно не покидало чувство опасности и незащищенности, особенно с учетом того, что истец страдает эпилепсией, сопровождающейся судорожными приступами с потерей сознания, что требует немедленного оказания медицинской помощи и с учетом особенностей личности его сокамерников, которые обоснованно представляли для него опасность.

В двух из четырех камер, в которых содержался в период с 29.12.2020 по 17.03.2021 истец, были разбиты оконные стекла, в связи с чем температура воздуха в камере зачастую не превышала +12 градусов, а иногда опускалась до +7 градусов, в результате чего истец постоянно болел, но несмотря на это ему не оказывалась медицинская помощь, так и не предпринималось никаких действий со стороны администрации, направленных на устранение данной проблемы или перевода его в другую камеру, а заявления и жалобы административного истца оставались проигнорированными.

С учетом отсутствия приточно-вытяжной вентиляции камеры очень плохо проветривались, в результате чего истцу приходилось дышать удушливым, влажным и затхлым воздухом, смешанным с табачным дымом, вызывающим тошноту.

Из-за того, что оконные стекла в указанных двух камерах были затонированы, а также покрыты толстым слоем грязи (которую удалить не представлялось возможным из-за того, что решетка, отсекающая доступ к окну, не позволяла дотянуться до него рукой), дневной свет в камеру не поступал; светильник дневного света был очень тусклым, в связи с чем истцу приходилось сильно напрягать зрение, чтобы читать книги или написать ходатайства и жалобы по уголовному делу, а учитывая его проблемы со зрением, это становилось практически невозможным и причиняло нагрузку его зрению.

Светильник ночного света в камере не работал, в результате чего круглосуточно, в том числе ночью, был включен светильник дневного света, с которым приходилось засыпать с огромным трудом и напряжением.

В двух из четырех камерах был один стол для приема пищи и скамейка для сидения с числом посадочных мест и человека, в связи с чем с учетом того, что в камере вместе с истцом содержалось 6 человек, во время приема пищи истцу приходилось долго ждать своей очереди, чтобы сесть за стол и принимать пищу уже в холодном виде либо пищу приходилось принимать на полу, сидя на корточках или на спальном месте, держа при этом металлическую горячую тарелку в руках.

Две из четырех камер, в которых содержался истец, находились в антисанитарных условиях. Стены камер покрывала плесень и грибок, со стен и потолка капал конденсат. В камерах обитали тараканы и клопы. Некоторые из заключенных имели кожные заболевания, в том числе чесотку, которой был заражен и истец, в связи с постоянным контактом с такими лицами и с предметами общего пользования. Указанного заболевания в момент поступления в СИЗО№ у истца не имелось.

Истцу не выдавалось хозяйственное мыло, постельные принадлежности, туалетная бумага, зубная щетка, зубная паста, бритва, не выдавалась литература и издания периодической печати, что создавало объективные трудности и препятствия для выполнения минимальных естественных потребностей.

В камерах отсутствовал предусмотренный законом бачок для питьевой воды, в связи с чем истцу приходилось испытывать страдания от жажды, а когда терпеть было невозможно, приходилось пить воду из-под крана, после чего у истца случались резкие боли в животе и диарея; также не имелось тазов для гигиенических целей, из-за чего совершать эти действия приходилось в раковине, которая предназначена для мытья посуды.

В камере не имелось радиодинамика, в результате чего у административного истца полностью была потеряна связь с внешним миром, а также была потеря во времени суток и чувство одиночества и угнетающей тишины, что, в свою очередь, пробуждало в нем чувство страха.

С учетом изложенного административный истец просит суд признать действия и бездействие ФКУ СИЗО№ УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, выразившиеся в нарушении условий содержания ФИО1 под стражей, незаконными, присудить ему разумную, справедливую компенсацию за указанные нарушения условий содержания в СИЗО№.

В судебном заседании участвовал административный истец ФИО1 посредством видеоконференц-связи, поддержал исковые требования в полном объеме по мотивам, изложенным в иске.

В судебном заседании участвовал представитель административных ответчиков ФКУ СИЗО-№ УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, ФСИН России, УФСИН РФ по Санкт-Петербургу и Ленинградской области по доверенности, ФКУЗ «Медико-Санитарная часть № ФСИН» - ФИО2, действующая на основании доверенностей, против удовлетворения заявленных требований возражала, ранее административными ответчиками представлен письменный отзыв, который приобщен к материалам дела.

Суд, выслушав явившихся в судебное заседание лиц, изучив материалы дела, оценив представленные доказательства, приходит к следующему.

В соответствии с частью 1 статьи 17 Конституции Российской Федерации в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации.

Частью 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации допускается возможность ограничения федеральным законом прав человека и гражданина как средство защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

В соответствии со статьей 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 года никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.

Как разъяснено в пункте 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации» в практике применения Конвенции о защите прав человека и основных свобод Европейским Судом по правам человека к «бесчеловечному обращению» относятся случаи, когда такое обращение, как правило, носит преднамеренный характер, имеет место на протяжении нескольких часов или когда в результате такого обращения человеку были причинены реальный физический вред либо глубокие физические или психические страдания.

Следует учитывать, что в соответствии со статьей 3 Конвенции и требованиями, содержащимися в постановлениях Европейского Суда по правам человека, условия содержания обвиняемых под стражей должны быть совместимы с уважением к человеческому достоинству.

Унижающим достоинство обращением признается, в частности, такое обращение, которое вызывает у лица чувство страха, тревоги и собственной неполноценности.

При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы с учетом практических требований режима содержания.

Оценка указанного уровня осуществляется в зависимости от конкретных обстоятельств, в частности от продолжительности неправомерного обращения с человеком, характера физических и психических последствий такого обращения. В некоторых случаях принимаются во внимание пол, возраст и состояние здоровья лица, которое подверглось бесчеловечному или унижающему достоинство обращению.

В пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» разъяснено, что условия содержания лишенных свободы лиц должны соответствовать требованиям, установленным законом, с учетом режима места принудительного содержания, поэтому существенные отклонения от таких требований могут рассматриваться в качестве нарушений указанных условий.

Так, судам необходимо учитывать, что о наличии нарушений условий содержания лишенных свободы лиц могут свидетельствовать, например, переполненность камер (помещений), невозможность свободного перемещения между предметами мебели, отсутствие индивидуального спального места, естественного освещения либо искусственного освещения, достаточного для чтения, отсутствие либо недостаточность вентиляции, отопления, отсутствие либо непредоставление возможности пребывания на открытом воздухе, затрудненный доступ к местам общего пользования, соответствующим режиму мест принудительного содержания, в том числе к санитарным помещениям, отсутствие достаточной приватности таких мест, не обусловленное целями безопасности, невозможность поддержания удовлетворительной степени личной гигиены, нарушение требований к микроклимату помещений, качеству воздуха, еды, питьевой воды, защиты лишенных свободы лиц от шума и вибрации (например, статья 7 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 67-ФЗ «О порядке отбывания административного ареста», статьи 16, 17, 19, 23 Федерального закона от 15 июля 1995 года N 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений»).

В соответствии со ст. 23 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в размере четырех квадратных метров с учетом требований, предусмотренных частью первой статьи 30 указанного Федерального закона.

Как отмечалось в постановлениях Европейского суда по правам человека, в частности, в пункте 122 Постановления Европейского суда по правам человека по делу «Дудниченко (DUDCHENKO) против Российской Федерации» (жалоба №) строгая презумпция нарушения статьи 3 Конвенции прав человека и основных свобод (заключена в г. Риме 04 ноября 1950 года) возникает тогда, когда личное пространство, имеющееся в распоряжении задержанного, составляет менее 3 кв.м в учреждениях группового размещения.

Европейский суд по правам человека в своих постановлениях также указывает, что оценка того, имело ли место нарушение требований статьи 3 Конвенции, не может быть сведена к исчислению квадратных метров, которыми располагает заключенный. Данный подход не учитывает тот факт, что практически лишь всеобъемлющий подход к конкретным условиям содержания под стражей может дать точную картину реальной жизни заключенных. Однако если личное пространство, доступное заключенному, не достигает 3 кв. м. площади пола в переполненных тюремных камерах, нехватка личного пространства считается столь суровой, что возникает сильная презумпция нарушения требований статьи 3 Конвенции.

В то же время при разрешении административных дел суды могут принимать во внимание обстоятельства, соразмерно восполняющие допущенные нарушения и улучшающие положение лишенных свобод лиц (например, незначительное отклонение от установленной законом площади помещения в расчете на одного человека может быть восполнено созданием условий для полезной деятельности вне помещений, в частности для образования, спорта и досуга, труда, профессиональной деятельности).

Согласно ч. 1 ст. 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном настоящей главой, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.

Процесс содержания лица под стражей или отбывания им наказания законодательно урегулирован, осуществляется на основании нормативно-правовых актов и соответствующих актов Министерства юстиции Российской Федерации, которыми регламентированы условия содержания, права и обязанности лиц, содержащихся под стражей или отбывающих наказание, а также права и обязанности лиц, ответственных за их содержание.

Содержание на законных основаниях лица под стражей или отбывание им наказания в местах, соответствующих установленным государством нормативам, заведомо не может причинить физические и нравственные страдания, поскольку такие нормативы создавались именно с целью обеспечить не только содержание в местах лишения свободы или под стражей, но и обеспечить при этом соблюдение прав лиц, оказавшихся в них вследствие реализации механизма государственного принуждения.

При таких обстоятельствах само по себе содержание лица под стражей или отбывание им наказания в местах лишения свободы, осуществляемые на законных основаниях, не порождают у него право на компенсацию морального вреда.

Соответствующая правовая позиция нашла отражение в определении Верховного Суда Российской Федерации от 14.11.2017 № 84-КГ17-6.

Таким образом, исходя из вышеприведенных разъяснений, суду надлежит оценить соответствие условий содержания административного истца требованиям, установленным законом, а также дать оценку таким условиям, исходя из невозможности допущения бесчеловечного или унижающего достоинство человека обращения.

С введением в действие ст. 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации действующее законодательство предусматривает восстановление нарушенных прав лица, содержавшегося под стражей с нарушением условий такого содержания, путем взыскания в его пользу специального вида компенсации за нарушение таких условий. До данного регулирования решался вопрос о взыскании компенсации морального вреда. Однако, настоящая компенсация неразрывно связана не только с самим фактом нарушения условий содержания под стражей, но и с нарушением личных неимущественных прав лица, и (или) посягательством на иные нематериальные блага, обусловленным неправомерными действиями (бездействием), в свете этого имеет однородную природу с компенсацией морального вреда, требуя от суда не только оценки конкретных незаконных действий органов и лиц, допустивших нарушение условий содержания под стражей, но и соотнесениях их с тяжестью причиненных страданий с учетом индивидуальных особенностей лица. Тем самым суд должен учесть фактические обстоятельства дела, принять решение в соответствии с принципами разумности и справедливости.

Согласно ч. 1 ст. 74 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации (далее – УИК РФ) исправительными учреждениями являются исправительные колонии, воспитательные колонии, тюрьмы, лечебные исправительные учреждения. Следственные изоляторы выполняют функции исправительных учреждений в отношении осужденных, оставленных для выполнения работ по хозяйственному обслуживанию, осужденных, в отношении которых приговор суда вступил в законную силу и которые подлежат направлению в исправительные учреждения для отбывания наказания, осужденных, перемещаемых из одного места отбывания наказания в другое, осужденных, оставленных в следственном изоляторе или переведенных в следственный изолятор в порядке, установленном статьей 77.1 названного Кодекса, а также в отношении осужденных на срок не свыше шести месяцев, оставленных в следственных изоляторах с их согласия.

Федеральным законом от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» в статье 7 установлено, что следственные изоляторы уголовно-исполнительной системы относятся к местам содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых.

В силу ст. 15 данного Федерального закона в местах содержания под стражей устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию, а также выполнение задач, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации. Обеспечение режима возлагается на администрацию, а также на сотрудников мест содержания под стражей, которые несут установленную законом ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение служебных обязанностей.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 11.04.2005 № 205 утверждены Минимальные нормы питания и материально-бытового обеспечения осужденных к лишению свободы, а также о нормы питания и материально-бытового обеспечения подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, находящихся в следственных изоляторах Федеральной службы исполнения наказаний, в изоляторах временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел Российской Федерации и пограничных органов федеральной службы безопасности, лиц, подвергнутых административному аресту, задержанных лиц в территориальных органах Министерства внутренних дел Российской Федерации на мирное время. По данным нормам, помимо прочего, для осужденных мужчин предусмотрено в сутки 90 граммов мяса, 30 граммов мяса птицы.

Статьей 24 Федерального закона от 15 июля 1995 года N 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" предусмотрено, что администрация мест содержания под стражей обязана выполнять санитарно-гигиенические требования, обеспечивающие охрану здоровья подозреваемых и обвиняемых.

Согласно ст. 33 того же Федерального закона размещение подозреваемых и обвиняемых в камерах производится с учетом их личности и психологической совместимости. Курящие по возможности помещаются отдельно от некурящих.

Приказом Минюста России от 14 октября 2005 года N 189 утверждены Правила внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы (далее - Правила).

Пунктом 40 указанных Правил установлено, что подозреваемые и обвиняемые бесплатно во временное пользование обеспечиваются для индивидуального пользования: спальным местом; постельными принадлежностями: матрацем, подушкой, одеялом; постельным бельем: двумя простынями, наволочкой; полотенцем; столовой посудой и столовыми приборами: миской (на время приема пищи), кружкой, ложкой; одеждой по сезону (при отсутствии собственной); книгами и журналами из библиотеки СИЗО. По заявлению подозреваемого или обвиняемого, при отсутствии необходимых денежных средств на его лицевом счете, по нормам, установленным Правительством РФ, выдаются индивидуальные средства гигиены: мыло; зубная щетка; зубная паста (зубной порошок); одноразовая бритва.

В соответствии с пунктом 42 Правил камеры следственного изолятора оборудуются: одноярусными или двухъярусными кроватями (камеры для содержания беременных женщин и женщин, имеющих при себе детей, - только одноярусными кроватями); столом и скамейками с числом посадочных мест по количеству лиц, содержащихся в камере; шкафом для продуктов; вешалкой для верхней одежды; полкой для туалетных принадлежностей; зеркалом, вмонтированным в стену; бачком с питьевой водой; подставкой под бачок для питьевой воды; радиодинамиком для вещания общегосударственной программы; урной для мусора; тазами для гигиенических целей и стирки одежды; светильниками дневного и ночного освещения; телевизором, холодильником (при наличии возможности); вентиляционным оборудованием (при наличии возможности) (абзац введен приказом Минюста России от 31.05.2018 N 96); тумбочкой под телевизор или кронштейном для крепления телевизора; напольной чашей (унитазом), умывальником; нагревательными приборами (радиаторами) системы водяного отопления; штепсельными розетками для подключения бытовых приборов; вызывной сигнализацией.

Согласно пункту 43 Правил при отсутствии в камере водонагревательных приборов либо горячей водопроводной воды горячая вода для стирки и гигиенических целей и кипяченая вода для питья выдаются ежедневно в установленное время с учетом потребности.

Пунктом 44 Правил предусмотрено, что подозреваемые и обвиняемые обеспечиваются бесплатным трехразовым горячим питанием по нормам, определяемым Правительством Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 45 Правил не реже одного раза в неделю подозреваемые и обвиняемые проходят санитарную обработку, им предоставляется возможность помывки в душе продолжительностью не менее 15 минут. Смена постельного белья осуществляется еженедельно после помывки в душе. В случае если подозреваемый или обвиняемый участвовал в судебном заседании, следственных действиях или по иной причине в установленное время не смог пройти санитарную обработку, ему предоставляется возможность помывки в душе в день прибытия либо на следующий день.

В силу пункта 134 Правил подозреваемые и обвиняемые, в том числе водворенные в карцер, пользуются ежедневной прогулкой продолжительностью не менее одного часа. Продолжительность прогулки устанавливается администрацией СИЗО с учетом распорядка дня, погоды, наполнения учреждения и других обстоятельств. В случае если подозреваемый или обвиняемый участвовал в судебном заседании, следственных действиях или по иной причине в установленное время не смог воспользоваться ежедневной прогулкой, по его письменному заявлению ему предоставляется одна дополнительная прогулка установленной продолжительности.

В соответствии с пунктом 136 Правил прогулка проводится на территории прогулочных дворов. Прогулочные дворы оборудуются скамейками для сидения и навесами от дождя.

Согласно пункту 137 Правил прогулка предоставляется подозреваемым и обвиняемым преимущественно в светлое время суток. Время вывода на прогулку лиц, содержащихся в разных камерах, устанавливается по скользящему графику.

Суд, исследовав и оценив представленные сторонами доказательства в их совокупности и взаимосвязи, исходя из фактических обстоятельств дела, приходит к выводу, что ФИО1 содержался в следственных изоляторах с нарушением условий содержания под стражей ввиду периодического несоблюдения административными ответчиками нормы санитарной площади на одного человека.

В судебном заседании установлено и подтверждается материалами дела, что административный истец ФИО1 находился в ФКУ СИЗО-№ УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области (период содержания под стражей с 29.12.2020 по 21.04.2021.

Из представленной справки количественной проверки лиц, содержащихся под стражей и отбывающих наказание от 05.05.2022 исх. № № усматривается неоднократное содержание административного истца в камерах СИЗО № с нарушением ст. 23 Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» относительно требования о санитарной норме площади на одного человека в размере 4 кв.м.

В СИЗО-№ ФИО1 содержался в период с ДД.ММ.ГГГГ по 21.04.2021, а именно: с 29.12.2020 по ДД.ММ.ГГГГ административный истец содержался в камере №; с 11.012021 по 16.03.2021 административный истец содержался в камере №; с 17.03.2021 по 01.04.2021 административный истец содержался в камере №; 02.04.2021 по ДД.ММ.ГГГГ административный истец содержался в камере №; с 12.04.2021 по 20.04.2021 административный истец содержался в камере №.

21.04.2021 административный истец убыл в ФКУ СИЗО№ УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области.

При этом нарушение установленной нормы санитарной площади камер на одного человека приходилось в периоды: с 30.12.2020 по 03.01.2021 (5 дней); с 23.01.2021 по 27.01.2021 (5 дней); с 13.02.2021 по ДД.ММ.ГГГГ (8 дней).

Таким образом, нарушение установленной нормы 4 кв.м. на человека, присутствовало на протяжении 18 дней. Таким образом, в СИЗО№ нарушение установленной нормы 4 кв.м. на человека присутствовало на протяжении 18 дней.

При этом суд исключает дни, когда административный истец в этом периоде не находился в следственном изоляторе в связи с судебными разбирательствами (полные дни ненахождения), а также дни, когда он находился в камерах с соблюдением нормы площади.

Довод ответчика о том, что большое количество лиц, содержащихся в камерах, обусловлено тем, что не принять в учреждение лиц, заключенных под стражу, возможно только в случае необходимости оказания экстренной медицинской помощи, не может быть признан состоятельным и подлежит отклонению, поскольку переполненность камер (помещений), нехватка личного пространства считается значительным нарушением, по смыслу требований статьи 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод.

В указанной части заявленные административным истцом требования о признании незаконным бездействия административных ответчиков в части необеспечения установленной нормы санитарной площади камер следственных изоляторов на одного человека.

При этом суд не может прийти к выводу об обоснованности доводов административного истца об иных указанных в иске нарушениях, допущенных административными ответчиками.

Пунктом 4 статьи 125 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации на административного истца возложена обязанность привести доказательства, которые ему известны и которые могут быть использованы судом при установлении обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения административного дела.

Таких доказательств истцом приведено не было.

Относительно содержания в учреждениях ФСИН некурящих лиц совместно с курящими лицами суд полагает необходимым отметить, что в соответствии со ст. 33 Федерального закона от 15 июля 1995 г. № 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" курящие от некурящих размещаются по возможности. С учетом пояснений административного ответчика относительно установленного лимита наполнения учреждений и наличия камерных помещений для содержания лиц, находящихся под стражей, не страдающих заболеваниями, требующими изоляции от остальных лиц, размещение отдельно курящих от некурящих не представляется возможным.

Часть первая статьи 33 Федерального закона № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» предусматривает размещение в камерах курящих подозреваемых и обвиняемых по возможности отдельно от некурящих.

Положения ст. 33 Федерального закона № 103-ФЗ не носят императивного характера, а ставят размещение подозреваемых и обвиняемых в камерах курящих отдельно от некурящих в зависимость от имеющихся возможностей.

Таким образом, помещение курящих лиц в отдельные камеры производится при наличии возможности, а не безусловно, что не дает оснований для вывода о причинении вреда истцу в результате незаконных действий администрации учреждения.

Согласно возражениям административного ответчика на административное исковое заявление ФИО1 обеспечивался бесплатным питанием, достаточным для поддержания здоровья и сил, определяемым приложением №2 (Норма питания для подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, находящихся в следственных изоляторах Федеральной службы исполнения наказаний, на мирное время) к Постановлению Правительства РФ от 11 апреля 2005г. № 205 «О минимальных нормах питания и материально-бытового обеспечения осужденных к лишению свободы, а также о нормах питания и материально-бытового обеспечения подозреваемых и обвиняемых, в совершении преступлений, находящихся в следственных изоляторах Федеральной службы исполнения наказаний, на мирное время». Продукты питания на пищеблок поступают с продовольственных складов каждый день. На все продукты питания имеются сертификаты качества и ветеринарные справки. Каждая закладка продуктов в котёл происходит в присутствии сотрудников: ДПНСИ, оперативного отдела и ответственного от руководства. Перед каждой раздачей пищи качество готовой продукции проверяется сотрудником медицинской части, о чём заносится соответствующая запись в «Журнал учёта контроля за качеством приготовления пищи».

За период содержания ФИО1 в СИЗО-№ жалоб в администрацию учреждения на качество пищи не поступало.

Во всех камерных помещениях имеется кнопка вызова дежурного.

Субъективное мнение административного истца о недостаточности оборудования в части обеспечения камерного помещения санитарным узлом, о качестве предоставленного питания, о недостаточности или качестве освещения, о недостаточности предоставления времени для гигиенических процедур не может служить основанием для удовлетворения заявленных требований в указанной части.

Относительно доводов административного истца о необеспечении соблюдения ответчиком температуры отопления в камерах СИЗО-№ суд полагает, что указанный довод не может быть признан обоснованным ввиду того, что со стороны СИЗО№ предприняты меры по обеспечению температурного режима в камерах путем заключения договоров о теплоснабжении с ресурсоснабжающими организациями, что подтверждается материалами дела. При этом ответственность за качество и соблюдение температурного режима в СИЗО-№ не может быть возложено на учреждение, поскольку указанное учреждение заключает договор о теплоснабжении с ресурсоснабжающей организацией, на которую возложена обязанность за обеспечения указанных требований. При этом объективных доказательств несоблюдения в камерах СИЗО№ температурного режима в материалы дела истцом не представлено, а субъективное мнение административного истца относительно указанных требований содержания не может рассматриваться в качестве установленного факта нарушения требований санитарных норм при отсутствии конкретных доказательств.

Как следует из материалов дела, камерные помещения, в которых содержался ФИО1 обеспечены централизованным отоплением от городской теплосети. Отопительный сезон начинается в октябре месяце, окончание сезона - май месяц. Продолжительность отопительного сезона утверждается правительством г. Санкт-Петербурга. В каждом камерном помещении установлена батарея, которая соответствует установленным нормам проектирования следственных изоляторов и тюрем ФСИН России № СП 15-01. Средняя температура в камерном помещении составляла от 19 до 21 градусов Цельсия. Система отопления на момент содержания ФИО1 находилась в технически исправном состоянии.

Камеры, в которых содержался истец, проветривались. Имеется постоянная естественная вентиляция, которая обеспечивает доступ свежего воздуха через оконные проемы камеры. Принудительная вентиляция оборудована и осуществляется в соответствии с требованиями «Норм проектирования следственных изоляторов и тюрем Минюста России» СП 15-01 Минюста России по приказу № 276 от 28.09.2001 года «О технической эксплуатации зданий и сооружений учреждений уголовно-исполнительной системы Минюста России» через отверстие вентиляционной шахты размером 25x25 сантиметров, которыми оборудованы все камеры учреждения. Принудительная вытяжная вентиляция обеспечена круглосуточно. Данный довод подтверждается техническим паспортом учреждения (приложение № 9).

Согласно пункту 42 приказа Минюста России от 14.10.2005 г. № 189 «Об утверждении правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы», вентиляционное оборудование устанавливается по возможности, то есть даже полное отсутствие вентиляционного оборудования нарушением условий содержания не является.

Довод административного истца о недостаточности освещения подлежит отклонению.

Согласно п. 42 Правил внутреннего распорядка камеры следственного изолятора оборудуются светильниками дневного и ночного освещения.

В соответствии с таблицей 8.1 приложения № 8 Наставления по оборудованию инженерно-техническими средствами охраны и надзора объектов уголовно-исполнительной системы, утвержденного приказом Минюста России от 04.09.2006 № 279, следует, что минимальные допустимые значения освещенности дежурного освещения в камере не регламентированы, обеспечиваются проектными решениями.

Пунктом 7.8.2 «СП 52.13330.2016. Свод правил. Естественное и искусственное освещение. Актуализированная редакция СНиП 23-05-95» область применения, значения освещенности, равномерность и требования к качеству для дежурного освещения не нормируются.

Как следует из п. 14.30 Норм проектирования следственных изоляторов и тюрем Министерства юстиции Российской Федерации (СП 15-01 Минюста России), утвержденных приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 28.05.2001 № 161-дсп освещенность камер, карцеров, медицинских и боксированных палат должна соответствовать 100 лк - для люминесцентных ламп и 50 лк - для ламп накаливания. В камере имеется естественное освещение, которое осуществляется через оконные проемы.

Довод административного истца о малом количестве оборудования в санитарном узле, указание на количество оборудования санитарного узла само по себе не является нарушением, ввиду того, что действующем законодательством предполагается оборудование камеры санитарным узлом без указания его количества.

Довод административного истца о недостаточности предоставления времени для гигиенических процедур, помывки в душе не может быть признан обоснованным судом, поскольку административным истцом периодичность обеспечения принятия душа не оспаривается, а ограничение во времени указанных процедур, не противоречит требованиям Правила внутреннего распорядка следственных изоляторов.

В части непроведения мероприятий по дезинфекции доводы административного истца не находят своего подтверждения, поскольку опровергается представленными административным ответчиком государственными контрактами на проведение дезинфекции и дезинсекции.

В период с 29.12.2020 г. по 21.04.2021. камерные помещения № № режимного корпуса <адрес>» ФКУ СИЗО-№ УФСИН России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области, где содержался ФИО1 были оборудованы в соответствии с требованиями Федерального закона РФ от 15.05.1995 года № 103 «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» и приказа Минюста РФ от 14.10.2005 № 189 «Об утверждении правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы» камерное помещение оборудовано, в том числе: двухъярусными кроватями, столом, скамейками, по количеству лиц содержащихся в камере.

В ФКУ СИЗО-№ в камерных помещениях косметический ремонт проводится ежегодно, осуществляется санитарная обработка, ежегодно заключаются государственные контракты на оказание услуг по дератизации, дезинфекции, дезинсекции санитарное состояние удовлетворительное, грибок в камере отсутствует.

В период пребывания ФИО1., с 29.12.2020 г. по 21.04.2021 г., в ФКУ СИЗО№ УФСИН по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области, в каждом камерном помещении ежедневно в соответствии с приложением № 1 к Правилам внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, утвержденным Приказом Минюста РФ от 14.10.2005 N 189, назначался дежурный по камере в порядке очередности, в обязанности которого входило проводить уборку камер и других помещений. В камерных помещениях, где содержался заявитель, при ежедневной уборке не могла образовываться плесень либо грибок.

Постельные и иные принадлежности выдавались ФИО1. по прибытию в ФКУ СИЗО-№, что подтверждается записью в камерной карточке, о перечне предметов, принадлежащих следственному изолятору, выданных в пользование заключенному, с росписью ФИО1., согласно которому 29.12.2020 ему бьши выданы следующие предметы:

Матрац - 1 шт., подушка - 1 шт., одеяло - 1 шт., наволочка - 1 шт., простыня - 2 шт., полотенце - 1 шт.. миска - 2 шт., кружка - 2 шт., кружка - 2 шт., ложка - 1шт.

Кроме того, 01.01.2021, 06.02.2021,11.03.2021. 09.04.2021 ФИО1 под роспись выдавались следующие предметы: бумага туалетная (1 рулон 25м.), набор дорожный мужской (1 комплект), мыло хозяйственное (200 г.).

В соответствии с п. 13 ст. 17 Федерального закона № 103-ФЗ подозреваемые и обвиняемые имеют право пользоваться литературой и изданиями периодической печати из библиотеки места содержания под стражей либо приобретенными через администрацию места содержания под стражей в торговой сети, а также настольными играми.

Ежедневно сотрудником учреждения (библиотекатерем) производится раздача литературы и периодической печати лицам, заключенным под стражу.

ФИО1 весь период своего содержания в ФКУ СИЗО-№ УФСИН России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области с письменным заявлением в адрес администрации учреждения о предоставлении ему литературы из фондов библиотеки не обращался.

Все камерные помещения ФКУ СИЗО№ оборудованы средствами радиовещания. В период содержания ФИО1 в СИЗО-№ жалоб в администрацию учреждения на неисправность радиоточек не поступало.

Относительно довода истца об отсутствии горячей воды в камере суд полагает, что рассматриваемое нарушение нельзя признать безусловно свидетельствующим о нарушении прав административного истца, поскольку в соответствии с п. 42 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы оборудование горячей водой осуществляется при наличии возможности, Решением Верховного Суда РФ от 23 апреля 2019 г. № AKПИH19-117 абзац пятнадцатый пункта 42 признан не противоречащим действующему законодательству в части несоответствия стандартам оборудования камер по числу посадочных мест столами и скамейками по количеству лиц, содержащихся под стражей, светильниками ночного освещения, телевизорами, холодильниками (при наличии возможности), а также вентиляционным оборудованием (при наличии возможности).

В части отсутствия эффективной принудительной вентиляции довод административного истца о незаконности бездействия административного истца подлежит отклонению, поскольку согласно п. 42 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы предусмотрено оборудовать камерные помещения вентиляционным оборудованием при наличии возможности. Решением Верховного Суда РФ от 23 апреля 2019 г. № AKПИH19-117 абзац пятнадцатый пункта 42 признан не противоречащим действующему законодательству в части несоответствия стандартам оборудования камер по числу посадочных мест столами и скамейками по количеству лиц, содержащихся под стражей, светильниками ночного освещения, телевизорами, холодильниками (при наличии возможности), а также вентиляционным оборудованием (при наличии возможности).

Довод административного истца о невыдаче постельных принадлежностей опровергается представленной суду камерной карточкой, содержащей подпись административного истца о получении во временное пользование указанного имущества.

В процессе рассмотрения дела доказательств, опровергающих вышеуказанные сведения, истцом не представлено. В период содержания в ФКУ СИЗО-№ истец с жалобами в администрацию указанного учреждения либо в прокуратуру на ненадлежащие условия содержания, не обращался.

Довод административного истца о неоказании ему медицинской помощи подлежит отклонению.

Оказание медицинской помощи осуществляется структурными подразделениями (филиалами) медицинских организаций, подведомственных ФСИН России, а при невозможности оказания медицинской помощи в медицинских организациях УИС - иных медицинских организациях государственной и муниципальной системы здравоохранения.

Лица, заключенные под стражу, или осужденные, прибывшие в СИЗО, в том числе и следующие транзитом (далее – лица, доставленные в СИЗО), при поступлении осматриваются медицинским работником с целью выявления лиц, представляющих эпидемическую опасность для окружающих или нуждающихся в медицинской помощи, с обязательным проведением телесного осмотра, термометрии, антропометрии.

Данные об осмотренных лицах и наличии выявленных у них заболеваний (повреждений) фиксируются в журнале регистрации осмотров медицинским работником лиц, доставленных в СИЗО.

На каждого поступившего оформляется медицинская карта пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях (при ее отсутствии).

За состоянием здоровья лиц, заключенных под стражу, или осужденных осуществляется динамическое наблюдение, включающее проведение не реже 1 раза в 6 месяцев флюорографии легких или рентгенографии органов грудной клетки (легких) в рамках проведения профилактических медицинских осмотров в целях выявления туберкулеза, а также клинической лабораторной диагностики (общий анализ крови, мочи) и осмотра врача-терапевта (врача общей практики) или фельдшера. При наличии медицинских показаний назначаются дополнительные исследования и консультации врачей – специалистов.

Медицинская помощь ФИО1 оказывалась в полном объеме с учетом заболеваний и предъявленных жалоб, что подтверждается медицинской справкой от 29.08.2022.

Административный истец при поступлении в ФКУ СИЗО№ проходил медицинский осмотр и обследование. Жалоб не предъявлял. Состояние здоровья удовлетворительное. Свежие телесные повреждения не выявлены.

Имеется справка из СПб ГБУЗ «Елизаветинская больница» от 24.12.2020 с диагнозом: <данные изъяты>.

В анамнезе со слов: <данные изъяты>

Обследование: <данные изъяты>.

29.12.2020 осмотрен <данные изъяты>.

28.01.2021 осмотрен <данные изъяты>.

01.02.2021 осмотрен <данные изъяты>.

25.02.2021 осмотрен <данные изъяты>

01.03.2021 осмотрен <данные изъяты>

14.03.2021 осмотрен <данные изъяты>.

22.03.2021 осмотрен <данные изъяты>.

12.04.2021 осмотрен <данные изъяты>.

Ежедневно осматривается на утренних телесных осмотрах, активно жалоб не предъявляет, состояние здоровья удовлетворительное, в стационарном лечении не нуждался.

В связи с чем, суд приходит к выводу, что необходимая медицинская помощь ФКУЗ <адрес> ФСИН России ФИО1 оказывалась в полном объеме, в соответствии с Приказом Министерства юстиции РФ от 28.12.2017 № 285 «Об утверждении Порядка организации оказания медицинской помощи лицам, заключенным под стражу или отбывающим наказание в виде лишения свободы» с учетом имеющихся у административного истца заболеваний

Таким образом, в остальной части заявленных административным истцом требований суд приходит к выводу, что в период содержания ФИО1. условия содержания созданы администрацией учреждения СИЗО№ в соответствии с требованиями руководящих документов. Данные обстоятельства подтверждаются справками, копиями контрактов и договоров, актами, согласно которым камеры СИЗО-№ в период содержания истца соответствовали требованиям действующего законодательства, Федеральному закону от 15 июля 1995 г. № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», Приказу Минюста РФ от 14 октября 2005 г. № 189 "Об утверждении Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы" (далее - ПВР СИЗО).

Указанные бытовые неудобства не могут быть признаны, унижающими человеческое достоинство и причиняющее лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы.

Более того, как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, применение к лицу, совершившему преступление, наказания в виде лишения свободы, имея целью защиту интересов государства, общества и его членов, предполагает изменение привычного уклада жизни осужденного, его отношений с окружающими и оказание на него определенного морально-психологического воздействия, чем затрагиваются его права и свободы как гражданина и изменяется его статус как личности; в любом случае лицо, совершающее умышленное преступление, должно предполагать, что в результате оно может быть лишено свободы и ограничено в правах и свободах, т.е. такое лицо сознательно обрекает себя и своих близких на ограничения, в том числе в правах на общение с членами семьи, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну (определения от 16 февраля 2006 года N 63-О, от 20 марта 2008 года N 162-О-О и от 23 марта 2010 года N 369-О-О).

В рассматриваемом деле истцом не представлено бесспорных и достаточных доказательств того, что в отношении него, принимаемые меры являлись чрезмерными и выходили за пределы минимального уровня суровости, в частности, для целей применения ст. 3 Конвенции.

Обстоятельства дела свидетельствуют о том, что условия содержания административного истца в исследуемой по данным доводам части соотносятся с требованиями Правил, утвержденных приказом Минюста России от 14.10.2005 № 189 «Об утверждении Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы», доказательств обратного суду не представлено.

В части необеспечения административными ответчиками надлежащей нормы санитарной площади в камерах СИЗО суд приходит к выводу о доказанности указанных нарушений, в связи с чем заявленные исковые требования ФИО1 подлежат удовлетворению частично.

По совокупности дней, когда истец находился в камерах СИЗО №, где количество лиц, содержащихся в них, не обеспечивало ему предусмотренную национальным законодательством норму площади в 4 кв.м., суд усматривает нарушение условий его содержания под стражей общей продолжительностью в 18 дней.

В данном случае суд принимает во внимание, что административный истец был вынужден находиться в переполненных камерах СИЗО № на протяжении 18 дней в условиях, когда нехватка личного пространства считается столь суровой, что возникает сильная презумпция нарушения требований статьи 3 Конвенции (в случаях недостижения личного пространства и 3 кв.м площади), при этом содержание под стражей обуславливает практически круглосуточное нахождение в таких условиях, не включая непродолжительные периоды осуществления еженедельных гигиенических процедур, ежедневных прогулок, свиданий, участия в следственных действиях и т.п. Указанное само по себе обуславливает возникновение у лица, находящегося в таких условиях, нравственные страдания.

При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

В постановлении Европейского Суда по правам человека от 18 марта 2010 г. по делу "Максимов (Maksimov) против России" указано, что задача расчета размера компенсации является сложной. Она особенно трудна в деле, предметом которого является личное страдание, физическое или нравственное. Не существует стандарта, позволяющего измерить в денежных средствах боль, физическое неудобство и нравственное страдание и тоску. Национальные суды всегда должны в своих решениях приводить достаточные мотивы, оправдывающие ту или иную сумму компенсации морального вреда, присуждаемую заявителю. В противном случае отсутствие мотивов, например, несоразмерно малой суммы компенсации, присужденной заявителю, будет свидетельствовать о том, что суды не рассмотрели надлежащим образом требования заявителя и не смогли действовать в соответствии с принципом адекватного и эффективного устранения нарушения.

Из изложенного следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен.

Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Таким образом, по смыслу приведенного выше правового регулирования размер компенсации морального вреда определяется исходя из установленных при разбирательстве дела характера и степени понесенных истцом физических или нравственных страданий, связанных с его индивидуальными особенностями, и иных заслуживающих внимания обстоятельств конкретного дела.

Определяя денежную компенсацию, суд исходит из сложившейся практики Европейского Суда по правам человека (дело по жалобе № 23939/02, дело по жалобе № 42525/07, 60800/08, поданной А-выми и другими против Российской Федерации), а также сложившейся практики Верховного Суда Российской Федерации, закрепленной в Определении от 14 ноября 2017 года № 84-КГ-17-6 и Определении от 14 апреля 2018 года № 787-КГ18-38 и исходит из расчета денежной компенсации в сумме 4,5 евро за сутки в дни, когда имело место нарушение прав административного истца.

С учетом изложенного порядка расчета компенсации, исходя из расчета 4,5 евро х 61,31 руб. (курс евро) х 18 дней, в которые имело место нарушение прав истца, сумма компенсации будет составлять 4966 рублей 11 копеек.

Учитывая, что указанные выше нарушения в части несоблюдения требований законодательства о санитарной норме площади камер имело место при вине Российской Федерации в лице компетентных органов, суд приходит к выводу о частичном удовлетворении исковых требований и о взыскании компенсации с Российской Федерации в лице ФСИН за счет средств казны Российской Федерации.

Согласно ч.4 ст. 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации при рассмотрении судом требования о присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении интересы Российской Федерации представляет главный распорядитель средств федерального бюджета в соответствии с ведомственной принадлежностью органа (учреждения), обеспечивающего условия содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.

Таким образом, компенсация за нарушение условий содержания под стражей подлежит взысканию с Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказания.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 175-180, 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Требования ФИО1 удовлетворить частично.

Признать незаконными действия (бездействие) Федерального казенного учреждения «Следственный изолятор №» Управления ФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, выразившиеся в необеспечении надлежащих условий содержания ФИО1 в ФКУ СИЗО-№ УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области в части необеспечения соблюдения нормы санитарной площади в камерах следственного изолятора.

Взыскать в пользу ФИО1 с Российской Федерации в лице главного распорядителя бюджетных средств Федеральной службы исполнения наказаний (ФСИН России) за счет средств казны Российской Федерации компенсацию за нарушение Федеральным казенным учреждением «Следственный изолятор № Управления федеральной службы исполнения наказания России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области», условий содержания под стражей в размере 4966 (четыре тысячи девятьсот шестьдесят шесть) рублей 11 (одиннадцать) копеек

В удовлетворении остальной части заявленных исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд путем подачи апелляционной жалобы через Калининский районный суд Санкт-Петербурга в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья <данные изъяты>

Решение суда в окончательном виде изготовлено 19.09.2022.