Решение по делу № 2-19/2025 от 14.01.2025.

Дело № 2-19/2025

73RS0001-01-2024-006581-43

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

14 января 2025 года город Ульяновск

Ленинский районный суд города Ульяновска в составе:

председательствующего судьи Казначеевой М.А.,

с участием прокурора Причалова Д.А.,

при секретаре Платовой А.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, ФИО2, ФИО3 к государственному учреждению здравоохранения «Ульяновский областной клинический центр специализированных видов медицинской помощи имени заслуженного врача России ФИО4» о компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1, ФИО2 обратились в суд с иском к ГУЗ «Ульяновский областной клинический центр специализированных видов медицинской помощи имени заслуженного врача России ФИО4» о компенсации морального вреда.

В обоснование исковых требований указано, что ФИО1 является родной дочерью, а ФИО2 – супругом ФИО9

В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО10 находилась на стационарном лечении в хирургическом отделении № 5 ГУЗ «УОКЦСВМП имени заслуженного врача России ФИО4» с диагнозом: <данные изъяты>

ДД.ММ.ГГГГ ФИО11. умерла, согласно справке о смерти причинами смерти явились: <данные изъяты>.

Считают, что в период стационарного лечения в ГУЗ «УОКЦСВМП» ФИО12 оказана некачественная медицинская помощь, которая привела к осложнениям и смерти. Некачественная медицинская помощь оказывалась на всех этапах оказания (оформление медицинской документации, диагностики, лечения, наблюдения, оперативном вмешательстве).

В связи со смертью ФИО13. и дефектами при оказании медицинской помощи им причинены значительные нравственные страдания, которые являются основанием для компенсации морального вреда, который они оценивают в размере 1500000 руб. на каждого.

Просят взыскать с ответчика в пользу истцов компенсацию морального вреда в размере 1500000 руб. на каждого.

Третье лицо, заявляющее самостоятельные исковые требования, ФИО3 обратилась в суд с иском к ГУЗ «Ульяновский областной клинический центр специализированных видов медицинской помощи имени заслуженного врача России ФИО4» о компенсации морального вреда (<данные изъяты>), в котором указано, что она является внучкой ФИО14 по линии матери ФИО1 Считает, что в период стационарного лечения в ГУЗ «УОКЦСВМП» ФИО15 оказана некачественная медицинская помощь, которая привела к осложнениям и смерти. Некачественная медицинская помощь оказывалась на всех этапах (оформление медицинской документации, диагностика, лечение, наблюдение, оперативное вмешательство). Просит взыскать с ответчика в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 500000 руб.

Истцы ФИО1, ФИО2 в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещались надлежащим образом.

Истец ФИО1 направила в суд письменные пояснения (<данные изъяты>), согласно которым в заключении экспертов указано, что проведенная операция была квалифицированной и не послужила причиной смерти. Причиной летального исхода явился комплекс заболеваний, симптомы которых были явно выражены и которые просто не пожелали диагностировать. Врачи занимались только <данные изъяты>. Не были приглашены для консультации ни нефролог, ни эндокринолог, ни гастроэнтеролог. Не были проведены надлежащие анализы. В частности, не проводился регулярный контроль уровня гликемии, но был назначен инсулин. О введении инсулина она узнала только из судебно-медицинской экспертизы, при этом непонятно, когда, сколько и на каком основании он был назначен, не были поставлены в известность ни пациент, ни родственники. Прогрессирование болезненного состояния и скоропостижная смерть были вызваны полным неоказанием медицинской помощи по имеющимся заболеваниям. В заключении говорится, что противопоказаний для проведения компьютерной томографии в экстренном порядке без предварительной инфузионной терапии не имелось. Обещанную экстренную томографию она ожидали пол дня: с утреннего обхода до обеда. За это время она несколько раз обращалась на пост и резиденцию лечащего врача с вопросом - когда? За это время врач успел посчитать и выписать ей квитанцию на оплату всего срока пребывания в платной палате, но не успел назначить рекомендованное для таких случаев введение внутривенно 0,9% раствора хлорида натрия. После проведения КТ в бессознательном состоянии задыхающаяся мама 40 минут лежала в коридоре на каталке, пока ее наконец не повезли в реанимацию. На фоне выявленных недостатков оказания медицинской помощи речь идет не о небрежном ведении документации, которая в данном случае мало кого интересует, а о профессиональной халатности. Из 16 имеющихся критериев качества оказания медицинской помощи в стационарных условиях и в условиях дневного стационара 11 не выполнено. Из 21 критерия качества специализированной медицинской помощи взрослым при сахарном диабете не выполнено или выполнено некорректно 7. Из 7 критериев качества специализированной медицинской помощи взрослым при острых гнойно-воспалительных заболеваниях мягких тканей, абсцессе кожи, фурункуле и карбункуле 4 не выполнено. Поскольку не проводилась консультация нефролога, показания по критериям качества специализированной медицинской помощи взрослым и детям при нефротическом и нефритическом синдромах не сформированы.

Представитель истцов и третьего лица ФИО3 - ФИО5 в судебном заседании исковые требования ФИО1, ФИО2, а также самостоятельные исковые требования третьего лица ФИО3 поддержал по доводам, изложенным в исковых заявлениях, дополнительно пояснил, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО16 обнаружила на левой ноге гнойник, в связи с чем на карете скорой медицинской помощи была доставлена в ГУЗ «УОКЦСВМП». До указанной даты болевых ощущений у нее не было, никаких травм она не получала. Истец ФИО1 приходится дочерью умершей ФИО17 примерно до ДД.ММ.ГГГГ г.г. проживала совместно с родителями, после чего уехала в Республику Коми, однако ежегодно 2 раза в год приезжала к родителям во время летних и зимних каникул, с матерью находилась в теплых отношениях, ежедневно общалась по телефону. ФИО3 является внучкой умершей ФИО18 вместе со своей матерью ФИО1 приезжала к бабушке на летние и зимние каникулы, других бабушки и дедушки у нее нет. Выразил несогласие с выводами проведенной по делу судебно-медицинской экспертизы, поскольку такое большое количество нарушений не может не свидетельствовать о наличии причинно-следственной связи со смертью ФИО19

Представитель ответчика ГУЗ «Ульяновский областной клинический центр специализированных видов медицинской помощи имени заслуженного врача России ФИО4» ФИО6 в судебном заседании исковые требования ФИО1, ФИО2, а также самостоятельные исковые требования третьего лица ФИО3 не признал, изложив доводы, указанные в письменных пояснениях (<данные изъяты>), в которых указаны возражения относительно выводов проведенной по делу судебно-медицинской экспертизы, а именно: п. «б» п 2.2 приказа 203н, на который ссылается комиссия экспертов, не регламентирует требований к данным анамнеза, анамнез был собран, согласно данным РМИС анамнез: «<данные изъяты>». План обследования и лечения был сформирован при первичном осмотре, отражен в листе назначений, отсутствие плана обследования и лечения непосредственно в первичном листе осмотра не могло привести к ухудшению качества оказания медицинской помощи, что подтверждается, в том числе, экспертной комиссией. Невыполнение анализов на гепатит и ВИЧ не повлияло на дальнейшую тактику ведения и лечения, данные заболевания на вскрытии не обнаружены, (кроме того, в истории болезни имеется отказ от обследования на ВИЧ). Биохимический общетерапевтический анализ крови был взят после выполнения экстренного оперативного вмешательства, и время взятия анализа не повлияло на дальнейшую тактику ведения пациента. Пункт «д» п. 2.2 приказа 203н не требует указания в плане лечения и листе назначения объема предоперационной подготовки. Пункт «л» п. 2.2 приказа 203н не регламентирует конкретных действий, решение о необходимости коррекций назначений принимается лечащим врачом. Отсутствие указания дозировки инсулина в тексте врачебных дневников не повлияло на качество лечения, так как препарат вводился согласно листу назначений и среди причин смерти нет декомпенсации сахарного диабета, отсылка на невыполнение клинических рекомендаций и алгоритмы специализированной медицинской помощи больным с сахарным диабетом не корректна, так как медицинская помощь пациентке оказывалась по другому заболеванию, с учетом диабета, но не как основное заболевание. Осмотр лечащего врача-хирурга и перевязки проводились ежедневно, приказ 838н не регламентирует ежедневное внесение в историю болезни записи о проведенном осмотре. Пункт «л» п. 2.2 приказа 203н не регламентирует обязательное проведение контрольного бактериологического посева и консультации клинического фармаколога, решение о необходимости коррекций назначений принимается лечащим врачом, ДД.ММ.ГГГГ коррекция антибактериальной терапии проведена. Пункт «л» п.п. 2.2 приказа 203н не регламентирует обязательное проведение исследования крови на С-реактивный белок, прокальцитонин, бак посев крови на стерильность, решение о необходимости коррекций назначений принимается лечащим врачом (то же про креатинин, нефролога и диетолога). Отсутствие рубрификации диагноза не повлияло на тактику лечения и исход. Экспертная комиссия указывает на нарушения положения Приказа Минздрава России от 09.11.2012 № 838н «Об утверждении стандарта специализированной медицинской помощи при абсцессе, фурункуле, карбункуле кожи», что является недопустимым, так как Приказом Минздрава России от 30.07.2024 № 397н «О признании утратившими силу некоторых приказов и отдельных положений приказов Министерства здравоохранения Российской Федерации о стандартах медицинской помощи» названный выше нормативный акт был отменен. Пунктом 2.2 экспертизы указано, что основная причина смерти - позднее обращение за медицинской помощью. Тактика ведения пациентки была выбрана верно, оперативное лечение своевременно, в полном объеме, квалифицированно. Выявленные дефекты в причинно-следственной связью со смертью пациентки не состоят, что также подтверждается п. 3 данной экспертизы. Указанные комиссией экспертов недостатки не состоят в причинно-следственной связи с ухудшением состояния здоровья пациента и не нанесли вреда его здоровью, в связи с чем не имеется правовых оснований для взыскания компенсации морального вреда. Доводы истцов и третьего лица о том, что смерть ФИО44 наступила вследствие некачественно оказанной медицинской помощи, не подтвердили выводы судебной экспертизы, были установлены лишь формальные дефекты оказания медицинской помощи, которые в причинной связи с ухудшением состояния здоровья ФИО20. не состоят. Данные дефекты стали известны лишь после поступления в материалы дела заключения судебно-медицинской экспертизы, на момент подачи в суд искового заявления истцам даже не бело известно об их наличии. Просил в удовлетворении исковых требований отказать.

Третьи лица ФИО7, ФИО28, ФИО51, ФИО52, ФИО53, ФИО54, ФИО55, ФИО56, ФИО57 в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела указанные лица извещались надлежащим образом.

С учетом мнения участников процесса, суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, в соответствии со ст. 167 ГПК РФ – по имеющимся в деле доказательствам.

Исследовав материалы настоящего гражданского дела, медицинские карты ФИО21 заслушав участников процесса, суд приходит к следующему.

В соответствии со статьей 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В соответствии со статьей 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации (часть 1 статьи 17 Конституции Российской Федерации).

Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения (часть 2 статьи 17 Конституции Российской Федерации).

Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (статья 18 Конституции Российской Федерации).

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья (статья 41 Конституции Российской Федерации). Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (часть 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации).

Таким образом, здоровье как неотъемлемое и неотчуждаемое благо, принадлежащее человеку от рождения и охраняемое государством, Конституция Российской Федерации относит к числу конституционно значимых ценностей, гарантируя каждому право на охрану здоровья, медицинскую и социальную помощь.

Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», согласно пункту 1 статьи 2 которого здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

Охрана здоровья граждан - это система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (пункт 2 статьи 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ).

Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг (пункт 3 статьи 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ).

В силу статьи 4 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ охрана здоровья в Российской Федерации основывается на ряде принципов, одним из которых является соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий.

В числе таких прав - право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (части 1, 2 статьи 19 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ).

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса РФ определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (часть 1 статьи 151 Гражданского кодекса РФ).

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Согласно пункту 14 указанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Как разъяснено в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических и нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Из изложенного следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь, здоровье (состояние физического, психического и социального благополучия человека), семейные и родственные связи. В случае причинения гражданину морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага, неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда. Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Пунктом 2 статьи 150 Гражданского кодекса РФ определено, что нематериальные блага защищаются в соответствии с Гражданским кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и в тех пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12 Гражданского кодекса РФ) вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения.

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 1064, пунктом 1 статьи 1068, статьей 1094 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

При этом, как разъяснено в п.11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», установленная статьей 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1099 Гражданского кодекса РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 ГК РФ) и статьей 151 Гражданского кодекса РФ.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса РФ).

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса РФ).

Статьей 1064 Гражданского кодекса РФ установлены общие основания ответственности за причинение вреда.

Согласно данной норме закона вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В силу части 2 статьи 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (часть 3 статьи 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ).

Из изложенного следует, что в случае причинения гражданину морального вреда (нравственных и физических страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, в числе которых право гражданина на охрану здоровья, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Материалами дела установлено следующее.

ГУЗ «Ульяновский областной клинический центр специализированных видов медицинской помощи имени заслуженного врача России ФИО4» является юридическим лицом, осуществляющим свою деятельность на основании Устава и в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Целями деятельности медицинского учреждения, согласно Уставу, является оказание, дальнейшее развитие, совершенствование специализированной (в том числе высокотехнологичной) лечебно-диагностической, профилактической медицинской помощи, оказание экстренной неотложной медицинской помощи, оказание медицинских и других видов услуг. Задачами Учреждения, в числе прочих, является оказание высококвалифицированной, лечебно-диагностической, специализированной, консультативно-диагностической и профилактической помощи населению области в амбулаторных и стационарных условиях, в том числе в условиях дневного стационара и стационара на дому, с применением высокоэффективных медицинских технологий, своевременное лечение и качественное обследование, лечение и реабилитация пациентов, улучшение качества и расширение объема оказания медицинской помощи, усиление взаимодействия и преемственности с другими лечебно-профилактическими учреждениями, повышение качества и оперативности медицинского ухода и сервисного обслуживания больных.

Согласно копии свидетельства о заключении брака серии № ФИО2 и ФИО58 заключили брак ДД.ММ.ГГГГ, после заключения брака супруге присвоена фамилия ФИО59. (<данные изъяты>

Из копии свидетельства о рождении серии № (повторное) следует, что ФИО1 является дочерью ФИО22. и ФИО2 (<данные изъяты>).

Согласно копии свидетельства о рождении ФИО3 серии № (<данные изъяты>), она является дочерью ФИО1, то есть внучкой ФИО23.

Согласно копии свидетельства о смерти серии № (<данные изъяты>) ФИО24. умерла ДД.ММ.ГГГГ.

Обращаясь в суд с настоящим иском, истцы и третье лицо указали, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО25. находилась на стационарном лечении в хирургическом отделении № 5 ГУЗ «УОКЦСВМП имени заслуженного врача России ФИО4» с диагнозом: <данные изъяты> что подтверждается посмертным эпикризом. ДД.ММ.ГГГГ ФИО26. умерла, согласно справке о смерти причинами смерти явились: <данные изъяты>. Считают, что в период стационарного лечения в ГУЗ «УОКЦСВМП» ФИО27. оказана некачественная медицинская помощь, которая привела к осложнениям и смерти. Некачественная медицинская помощь оказывалась на всех этапах оказания (оформление медицинской документации, диагностики, лечения, наблюдения, оперативном вмешательстве).

Поскольку между сторонами возник спор о наличии или отсутствии допущенных ответчиком дефектов, недостатков оказания медицинской помощи ФИО29., причинно - следственной связи между действиями, бездействием ответчика и наступившей смертью ФИО45 судом была назначена комиссионная судебно-медицинская экспертиза, проведение которой поручено экспертам государственного казенного учреждения здравоохранения «Ульяновское областное бюро судебно-медицинской экспертизы».

Согласно выводам заключения судебно-медицинской экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, при поступлении ДД.ММ.ГГГГ в ГУЗ «Ульяновский областной клинический центр специализированных видов медицинской помощи имени заслуженного врача России ФИО4» у ФИО30, <данные изъяты> имелись следующие заболевания:

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

В медицинской карте амбулаторного больного (б/№) МУЗ «Городская больница № 2» (дата последней записи врачебного осмотра от ДД.ММ.ГГГГ.) отсутствуют сведения о наличии у ФИО46 ФИО46. <данные изъяты>

При нахождении ФИО31. на стационарном лечении в ГУЗ «Ульяновский областной клинический центр специализированных видов медицинской помощи имени заслуженного врача ФИО8 ФИО4» (с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ) она эндокринологом консультирована не была, <данные изъяты>

Таким образом, исходя из объективных данных, подтвердить наличие у ФИО32. <данные изъяты>, не представляется возможным.

При наличии у ФИО33. <данные изъяты>, оно расценено было бы как фоновое заболевание, так как явилось бы одной из причин развития другого самостоятельного заболевания/состояния (<данные изъяты> отягощающее его течение и способствующее возникновению общих смертельных осложнений, приведших к летальному исходу.

<данные изъяты> свидетельствует о том, что на момент поступления ФИО60 ДД.ММ.ГГГГ в ГУЗ «Ульяновский областной клинический центр специализированных видов медицинской помощи имени заслуженного врача России ФИО4» <данные изъяты>, по причине несвоевременного (крайне позднего) обращения за медицинской помощью.

При оказании ФИО34. медицинской помощи работниками ГУЗ «Ульяновский областной клинический центр специализированных видов медицинской помощи имени заслуженного врача России ФИО4» в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ были допущены следующие недостатки (дефекты) в оформлении медицинской документации, диагностики и лечении:

- при сборе анамнеза и получении от пациентки информации о наличии <данные изъяты>, не уточнено, с какого года диагностировано заболевание и какие сахаропонижающие препараты она принимает (п.п. «б» п. 2.2 (критерии качества в стационарных условиях и в условиях дневного стационара) приказа Минздрава России №203н от 10.05.2017 «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи»);

- при сборе анамнеза не уточнено, по поводу каких заболеваний пациентка самостоятельно выполняла инъекции в ягодичные области (п.п. «б» п. 2.2 (критерии качества в стационарных условиях и в условиях дневного стационара) приказа Минздрава России №203н от 10.05.2017 «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи»);

- в дневниковой записи первичного осмотра пациентки (ДД.ММ.ГГГГ в 17.36) отсутствует сформированный план обследования с учетом установленного диагноза (п.п. «г» п. 2.2 (критерии качества в стационарных условиях и в условиях дневного стационара) приказа Минздрава России №203н от 10.05.2017 «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи»), назначенное пациентке обследование указано в отдельном бланке «Сопроводительный лист по приемному отделению ГУЗ УОКЦСВМП»;

- не выполнено определение антигенов к вирусам гепатитов «В» и «С» в крови, определение антител к вирусу иммунодефицита человека ВИЧ-1 в крови (приказ Минздрава России от 09.11.2012 №838н «Об утверждении стандарта специализированной медицинской помощи при абсцессе, фурункуле, карбункуле кожи»);

- не выполнен анализ крови биохимический общетерапевтический (билирубин, щелочная фосфатаза, аланинаминотрансфераза, аспартатаминотрансфераза, мочевина, амилаза) не позднее 1-го часа от момента поступления в стационар (п.п. 3.12.2 (критерии качества специализированной медицинской помощи взрослым при острых гнойно-воспалительных заболеваниях мягких тканей, абсцессе кожи, фурункуле и карбункуле, флегмоне) приказа Минздрава России №203н от 10.05.2017 «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи»);

- в плане лечения и в листе назначений не указан объем проводимой предоперационной подготовки (п.п. «д» п. 2.2 (критерии качества в стационарных условиях и в условиях дневного стационара) приказа Минздрава России №203н от 10.05.2017 «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи»);

- в стационарной карте отсутствует запись с обоснованием клинического диагноза, подписанная лечащим врачом и заведующим профильным отделением (п.п. «и» п. 2.2 (критерии качества в стационарных условиях и в условиях дневного стационара) приказа Минздрава России №203н от 10.05.2017 «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи»): оформленное по результатам первичного осмотра пациентки (в приемном отделение) обоснование диагноза не тождественно обоснованию клинического диагноза (обоснование было проведено предварительного, а не клинического диагноза);

- при наличии в анамнезе <данные изъяты> (со слов пациентки), а также с учетом рекомендации кардиолога, пациентка нуждалась в консультации эндокринолога, чего сделано не было (п.п. «л» п. 2.2 (критерии качества в стационарных условиях и в условиях дневного стационара) приказа Минздрава России №203н от 10.05.2017 «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи»);

- пациентке согласно листу назначений вводился инсулин, однако дозировка его в стационарной карте не указана, не осуществлен регулярный контроль уровня гликемии (сахара в крови), что не позволяет оценить качество проводимой сахароснижающей терапии (Руководство «Алгоритмы специализированной медицинской помощи больным сахарным диабетом» 11 выпуск от 2023г., Клинические рекомендации «Сахарный диабет 2 типа у взрослых», 2019г.);

- не проведены ежедневные осмотры хирургом - отсутствуют записи врачебных осмотров ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ (приказ Минздрава России от 09.11.2012 №838н «Об утверждении стандарта специализированной медицинской помощи при абсцессе, фурункуле, карбункуле кожи»);

- учитывая распространенность гнойно-некротического процесса, необходимость смены антибиотиков в ходе лечения, целесообразно было проведение контрольного бактериологического исследования отделяемого из гнойно-воспалительного очага с определением чувствительности возбудителя к антибиотикам через 7 дней с проведением консультации клинического фармаколога (п.п. «л» п. 2.2 (критерии качества в стационарных условиях и в условиях дневного стационара) приказа Минздрава России №203н от 10.05.2017 «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи»);

- назначенные пациентке (до получения результатов бактериологического исследования отделяемого из гнойно-воспалительного очага с определением чувствительности возбудителя) антибактериальные лекарственные препараты <данные изъяты> согласно Российским национальным рекомендациям «Хирургические инфекции кожи и мягких тканей», 2015г. и программе «СКАТ» (стратегия контроля антимикробной терапии) от 2018г. не являются препаратами выбора; согласно бактериологическому исследованию отделяемого из гнойно-воспалительного очага выявлен рост золотистого стафилококка (Staphylococcus aureus), определена чувствительность возбудителя к антибиотикам, в связи с чем, ДД.ММ.ГГГГ проведена коррекция антибактериальной терапии - назначен <данные изъяты>, отменены ранее назначенные <данные изъяты> (согласно полученным результатам выявленный возбудитель чувствителен к <данные изъяты> только при увеличенной экспозиции);

- с целью контроля за течением <данные изъяты> пациентке было показано исследование крови на «С» - реактивный белок, прокальцитонин, бактериальный посев крови на стерильность, чего выполнено не было (п.п. «л» п. 2.2 (критерии качества в стационарных условиях и в условиях дневного стационара) приказа Минздрава России №203н от 10.05.2017 «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи»);

- ДД.ММ.ГГГГ в биохимическом анализе крови зафиксировано повышение креатинина - 196,5 мкмоль/л, скорость клубочковой фильтрации составила 21мл/мин/1,73 м2 (градация С4 по классификации КДИГО), в связи с чем, пациентке были показаны консультации нефролога и коррекция антибактериальной терапии, чего сделано не было (п.п. «л» п. 2.2 (критерии качества в стационарных условиях и в условиях дневного стационара) приказа Минздрава России №203н от 10.05.2017 «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи»);

- при сохраняющейся <данные изъяты> было целесообразно лечащему врачу совместно диетологом решить вопрос о назначении клинического (искусственного) питания, провести коррекцию диеты, рассмотреть вопрос о назначении альбумина (п.п. «л» п. 2.2 (критерии качества в стационарных условиях и в условиях дневного стационара) приказа Минздрава России №203н от 10.05.2017 «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи», Российские национальные рекомендации «Хирургические инфекции кожи и мягких тканей», 2015г.);

- посмертный диагноз <данные изъяты> выписной эпикриз не отражает динамику состояния пациентки на протяжении стационарного лечения: отсутствуют сведения о проведенном лечение (оперативных вмешательствах, наименованиях препаратов с дозировками); не указаны эпизоды ухудшения состояния ДД.ММ.ГГГГ (осмотр кардиолога) и ДД.ММ.ГГГГ (осмотр реаниматолога); отсутствуют данные о проведенных инструментальных исследований - ЭКГ, обзорная рентгенография органов грудной клетки, компьютерная томография головного мозга и органов грудной клетки с контрастированием (Приказ Минздрава России от 05.08.2022 №530н «Об утверждении унифицированных форм медицинской документации, используемых в медицинских организациях, оказывающих медицинскую помощь в стационарных условиях, в условиях дневного стационара и порядков их ведения»).

Резюмируя вышеизложенное, медицинская помощь ФИО35. работниками ГУЗ «Ульяновский областной клинический центр специализированных видов медицинской помощи имени заслуженного врача России ФИО4» в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ оказана была не надлежащего качества, с нарушением положений нормативной и учебно-методической документации:

- приказ Минздрава России от 10.05.2017 №203н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи»;

- приказ Минздрава России от 09.11.2012 №838н «Об утверждении стандарта специализированной медицинской помощи при абсцессе, фурункуле, карбункуле кожи»;

- приказ Минздрава России от 05.08.2022 №530н «Об утверждении унифицированных форм медицинской документации, используемых в медицинских организациях, оказывающих медицинскую помощь в стационарных условиях, в условиях дневного стационара и порядков их ведения»;

- Российские национальные рекомендации «Хирургические инфекции кожи и мягких тканей», 2015г., программа «СКАТ» (стратегия контроля антимикробной терапии) от 2018г.;

- Руководство «Алгоритмы специализированной медицинской помощи больным сахарным диабетом», 2023г., Клинические рекомендации «Сахарный диабет 2 типа у взрослых», 2019г.

Тактика ведения пациентки была выбрана верно, оперативное вмешательство проведено своевременно, в полном объеме и квалифицированно. Проведение повторного оперативного вмешательства не свидетельствует о некачественном выполнении предыдущего.

Компьютерная томография органов грудной клетки с контрастированием была назначена и проведена ФИО36. ДД.ММ.ГГГГ для исключения угрожающего жизни состояния - <данные изъяты> противопоказаний для проведения ее в экстренном порядке без предварительной инфузионной терапии (введение внутривенно 0,9% раствора Хлорида натрия со скоростью 1 мл на кг/час), не имелось.

Основной причиной неблагоприятного исхода для жизни ФИО37И. явилось позднее (не своевременное) обращение за медицинской помощью с распространенным <данные изъяты> в «запущенной» стадии.

Недостатки (дефекты), допущенные в ходе оказания медицинской помощи работниками ГУЗ «Ульяновский областной клинический центр специализированных видов медицинской помощи имени заслуженного врача России ФИО4» в причинно- следственной связи со смертью ФИО38. не состоят.

Согласно протоколу патолого-анатомического вскрытия №<данные изъяты>, результатам гистологического исследования, проведенного в рамках настоящей экспертизы, причиной смерти ФИО39. явилась <данные изъяты>

Смерть ФИО40. не является следствием несоответствия оказанной медицинской помощи работниками ГУЗ «Ульяновский областной клинический центр специализированных видов медицинской помощи имени заслуженного врача России ФИО4» положениям нормативной и учебно-методической документации.

Согласно частям 1 и 3 статьи 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Комиссионная судебно-медицинская экспертиза проводилась комиссией экспертов, имеющих специальное образование, стаж работы по специальности, соответствующие квалификационные категории. Оснований сомневаться в объективности выводов экспертной комиссии, эксперты которой были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст.307 УК РФ, у суда не имеется. Заключение основано на материалах дела, медицинских документах, представленных на исследование, содержит подробное описание проведенного исследования, анализ имеющихся данных, результаты исследования, конкретные ответы на поставленные судом вопросы, является последовательным, не допускает неоднозначного толкования. Какой-либо заинтересованности экспертов в исходе дела не усматривается. Экспертное заключение соответствует требованиям ст.86 ГПК РФ, а потому, принимается во внимание судом в качестве объективного доказательства по делу.

С учетом установленных обстоятельств дела, заключения комиссии судебно-медицинской экспертизы, суд приходит к выводу о том, что доводы истцов и третьего лица о некачественно оказанной ФИО47 медицинской помощи в ГУЗ «Ульяновский областной клинический центр специализированных видов медицинской помощи имени заслуженного врача России ФИО4» - нашли свое объективное подтверждение в ходе судебного разбирательства.

При этом суд принимает во внимание, что дефектов оказания медицинской помощи, состоящих в прямой причинно-следственной связи с неблагоприятным исходом - смертью ФИО41 экспертная комиссия не установила, а установила, что основной причиной неблагоприятного исхода для жизни ФИО42. явилось позднее (несвоевременное) обращение за медицинской помощью с распространенным <данные изъяты> в «запущенной» стадии.

Таким образом, ФИО1, ФИО2, ФИО3 в связи со смертью ФИО43И. при оказании ей медицинской помощи в ГУЗ «Ульяновский областной клинический центр специализированных видов медицинской помощи имени заслуженного врача России ФИО4» причинен вред, выражающийся в нравственных страданиях, гражданско-правовая ответственность за возмещение которого подлежит возложению на ответчика.

При определении размера компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с ГУЗ «Ульяновский областной клинический центр специализированных видов медицинской помощи имени заслуженного врача России ФИО4», суд учитывает фактические обстоятельства, при которых истцам и третьему лицу были причинены нравственные страдания, обусловленные смертью близкого родственника.

Моральный вред заключается в нравственных переживаниях в связи с утратой для них близкого человека – супруги/матери/бабушки, перенесенных негативных эмоциях в виде переживаний, глубоко затрагивающих их психику, здоровье, самочувствие, настроение.

С учетом изложенного, руководствуясь требованиями разумности и справедливости, учитывая, что смерть близкого человека привела к невосполнимой утрате семейных связей, является тяжелейшим событием в жизни, гибель близкого родственника сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие, влечет состояние субъективного эмоционального расстройства, поскольку утрата близкого человека рассматривается в качестве наиболее сильного переживания, препятствующего социальному функционированию и адаптации лица к новым жизненным обстоятельствам, а также нарушает неимущественное право на семейные связи, с учетом характера нравственных страданий, причиненных истцам и третьему лицу, тяжесть переживаний в связи с утратой близкого родственника, степень вины ответчика, принципы конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности (ст.ст. 21, 53 Конституции Российской Федерации), суд считает возможным определить размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с ГУЗ «Ульяновский областной клинический центр специализированных видов медицинской помощи имени заслуженного врача России ФИО4» в пользу ФИО1 в размере 200000 руб., в пользу ФИО2 в размере 300000 руб., в пользу ФИО3 в размере 100000 руб.

Доводы стороны истцов и третьего лица о том, что экспертам не был поставлен на разрешение вопрос о наличии прямой или косвенной причинно-следственной связи между некачественным оказанием ФИО48 ФИО48. медицинской помощи и ее смертью, а также о вероятности благоприятного исхода для пациента в случае отсутствия выявленных недостатков, судом отклоняются, поскольку комиссией экспертов установлены причины смерти ФИО49 а также факт отсутствия связи между несоответствием оказанной медицинской помощи работниками ГУЗ «Ульяновский областной клинический центр специализированных видов медицинской помощи имени заслуженного врача России ФИО4» положениям нормативной и учебно-методической документации и смертью пациента.

Возражения стороны ответчика о том, что в заключении судебной экспертизы имеются ссылки на Приказ Миндрава России от 09.11.2012 № 838н, который был отменен Приказом Минздрава России от 30.07.2024 № 397н несостоятельны, поскольку Приказ Минздрава России от 30.07.2024 № 397н «О признании утратившими силу некоторых приказов и отдельных положений приказов Министерства здравоохранения Российской Федерации о стандартах медицинской помощи» действует с ДД.ММ.ГГГГ, а медицинская помощь ФИО50 ФИО50. была оказана в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

Иные возражения стороны истцов, третьего лица и ответчиков не являются основанием для признания заключения судебной экспертизы недопустимым доказательством по делу, а направлены на несогласие с ее выводами.

Таким образом, исковые требования ФИО1, ФИО2, а также исковые требования ФИО3 подлежат частичному удовлетворению.

В силу ст.94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся суммы, подлежащие выплате экспертам.

От экспертного учреждения поступило ходатайство о взыскании расходов по проведению экспертизы на сумму 51170 руб. <данные изъяты> Поскольку требования истцов и третьего лица признаны обоснованными, ответчик является юридическим лицом, оказывающим медицинские услуги, указанные расходы в пользу государственного казенного учреждения здравоохранения «Ульяновское областное бюро судебно-медицинской экспертизы» подлежат взысканию с ответчика в полном объеме.

В силу конституционного положения об осуществлении судопроизводства на основе состязательности и равноправия сторон (ст.123 Конституции Российской Федерации) суд по данному делу обеспечил равенство прав участников процесса по представлению, исследованию и заявлению ходатайств.

При рассмотрении дела суд исходил из представленных сторонами доказательств, иных доказательств сторонами не представлено.

Руководствуясь ст. 12, 56, 98, 103, 167, 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ :

исковые требования ФИО1, ФИО2, ФИО3 – удовлетворить частично.

Взыскать с государственного учреждения здравоохранения «Ульяновский областной клинический центр специализированных видов медицинской помощи имени заслуженного врача России ФИО4» (ОГРН <***>, ИНН <***>) в пользу ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (№ №) компенсацию морального вреда в размере 300000 руб.

Взыскать с государственного учреждения здравоохранения «Ульяновский областной клинический центр специализированных видов медицинской помощи имени заслуженного врача России ФИО4» (ОГРН <***>, ИНН <***>) в пользу ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (№) компенсацию морального вреда в размере 200000 руб.

Взыскать с государственного учреждения здравоохранения «Ульяновский областной клинический центр специализированных видов медицинской помощи имени заслуженного врача России ФИО4» (ОГРН <***>, ИНН <***>) в пользу ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (№) компенсацию морального вреда в размере 100000 руб.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1, ФИО2, ФИО3 отказать.

Взыскать с государственного учреждения здравоохранения «Ульяновский областной клинический центр специализированных видов медицинской помощи имени заслуженного врача России ФИО4» (ОГРН <***>, ИНН <***>) в пользу государственного казенного учреждения здравоохранения «Ульяновское областное бюро судебно-медицинской экспертизы» расходы по оплате судебной экспертизы в размере 51170 руб.

Решение может быть обжаловано в Ульяновский областной суд через Ленинский районный суд города Ульяновска в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Судья Казначеева М.А.

Мотивированное решение составлено 28.01.2025.