Решение по делу № 2-13/2025 от 26.03.2025 - о взыскании компенсации морального вреда, взыскании расходов на погребение.

УИД 71RS0026-01-2023-002423-71

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

26 марта 2025 года город Тула

Привокзальный районный суд города Тулы в составе:

председательствующего Дидыч Н.А.,

при секретаре Большукиной Ю.С.,

с участием

старшего помощника прокурора Привокзального района г.Тулы Петраковской А.А.,

истца ФИО1,

представителя ответчика ГУЗ «Городская клиническая больница № 2 г. Тулы имени Е.Г. Лазарева» по доверенности ФИО2,

представителя ответчика ГУЗ «ТГКБСМП им. Д.Я. Ваныкина» по доверенности ФИО3,

представителя ответчика ГУЗ «Городская больница № 10 г. Тулы» по доверенности ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Привокзального районного суда г. Тулы гражданское дело № 2-13/25 по иску ФИО1, ФИО5 к ГУЗ «Городская клиническая больница №2 имени Е.Г. Лазарева», ГУЗ «Тульская городская клиническая больница скорой медицинской помощи им. Д.Я. Ваныкина», ГУЗ «Городская больница №10» о взыскании компенсации морального вреда, взыскании расходов на погребение,

установил :

ФИО14 обратились в суд с иском к ГУЗ «Городская клиническая больница №2 имени Е.Г. Лазарева», ГУЗ «Тульская городская клиническая больница скорой медицинской помощи им. Д.Я. Ваныкина», ГУЗ «Городская больница №10» о взыскании компенсации морального вреда, взыскании расходов на погребение, указав в обоснование требований, что их близкий родственник - ФИО6 (мать ФИО5 и бабушка по материнской линии ФИО1), дата., почувствовав себя больной, вызывала участкового врача из ГУЗ «Городская клиническая больница № 2 им. Лазарева г. Тулы», дата года вызвала бригаду скорой медицинской помощи и в тот же день, участкового врача из ГУЗ ГКБ № 2 г. Тулы. дата г. снова была вызвана бригада скорой медицинской помощи, на фоне ухудшения самочувствия и ФИО6 была госпитализирована в инфекционный госпиталь ГУЗ «Тульская городская клиническая больница скорой медицинской помощи им Д.Я. Ваныкина» (далее ГУЗ «ТГКБСМП им. Д.Я. Ваныкина») дата г. около 14-00, лечащий врач в телефонном разговоре сообщила, что состояние ухудшилось и необходим перевод в другое лечебное учреждение (в реанимацию).

дата на машине скорой медицинской помощи, ФИО6 была перевезена из инфекционного госпиталя ГУЗ «ТГКБСМП им. Д.Я. Ваныкина» в инфекционное отделение ГУЗ «Городская больница № 10» города Тулы (далее - ГУЗ ГБ № 10 г. Тулы).

дата была констатирована смерть ФИО6

По заявлению ФИО1, поданному дата., следственным отделом по Привокзальному району гор. Тулы СУ СК РФ по Тульской области, дата. было возбуждено уголовное дело * по признакам преступления предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ. ФИО1 был признан потерпевшим по -уголовному делу. Постановлением от дата., вышеуказанное уголовное дело было прекращено по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ.

В рамках расследования, следователем были допрошены сотрудники медицинских учреждений, изъяты медицинские документы, назначены и проведены судебно-медицинские экспертизы в разных учреждениях и регионах РФ. Экспертиза, проведенная в ГБУ Рязанской области «Бюро СМЭ им. Д.И. Мастбаума» дата., установила, что «нарушения оказания медицинской помощи ФИО6 воспрепятствовали своевременной диагностике существовавшего медицинского заболевания - <...>, что создало условия для не корригируемого мерами медицинской помощи прогрессирования патологического процесса, вплоть до наступления смерти ФИО6». Также экспертиза пришла к выводу о наличии непрямой (то есть косвенной) причинно-следственной связи между нарушениями оказания медицинской помощи и наступлением смерти ФИО6 (стр. 21 и 22).

Среди нарушений отмечено, что при первом осмотре врачом-терапевтом ГУЗ ГКБ № 2 г. Тулы, пациентке не было проведено лабораторное исследование на выявления РНК SARS-CoV-2. При этом, в соответствии с методическим рекомендациями Минздрава РФ, «в обязательном порядке лабораторные исследования на COVID-19 необходимо проводить лицам старше 65 лет, обратившимся за медицинской помощью с респираторными симптомами» (стр. 18).

Во время нахождения на стационарном лечении в ГУЗ «ТГКБСМП им. Д.Я. Ваныкина», пациентке не проводился суточный контроль гликемии; при отрицательной клинической динамике и нарастании явлений дыхательной недостаточности, у пациентки не был проведен контроль лабораторных данных с целью оценки воспалительной реакции (стр. 18).

В заключении эксперта № * Вологодской области «Бюро судебно-медицинской экспертизы» среди дефектов оказания медицинской помощи врачом ГУЗ ГКБ № 2 г. Тулы, отмечено что «пациентка не была направлена на госпитализацию, при том, что в соответствии с Приказом Минздрава РФ от 18.05.2020 г. № 459-н, пациенты, относящиеся к группе риска (старше 65 лет, с сопутствующими заболеваниями и состояниями) при наличии клиники ОРВИ легкого течения, должны быть госпитализированы в стационар» (стр. 33). В ГУЗ «ТГКБСМП им. Д.Я. Ваныкина» - «при поступлении назначена, но не проведена рентгенография органов грудной клетки» (стр. 33). Рентген сделали только утром дата. (результаты датированы утром дата., уже после смерти ФИО6), то есть на третьи сутки пребывания в госпитале.

В ГУЗ ГБ № 10 г. Тулы - «при поступлении состояние пациентки (нарушение сознания, SpО2 - 78% с кислородной поддержкой) требовало экстренного вызова реаниматолога и перевода ее в отделение реанимации...» (стр. 34). В действительности, находящаяся в тяжелейшем состоянии пациент ФИО6 около 20-00 была госпитализирована на кислородную койку и только в дата г. переведена в реанимационное отделение. В материалах уголовного дела также имеется экспертное заключение (протокол оценки качества медицинской помощи) ООО «АльфаСтрахование-ОМС проведенный в ГУЗ ГБ № 10 города Тулы. Заключение подписано экспертом К. В выводах отмечены наиболее значимые ошибки, повлиявшие на исход заболевания: «отказ от консультаций специалистов, отказ от оценки состояния по прогностическим шкалам, отказ от обезболивания при интубации трахеи, отказ от профилактики реакций вегетативной нервной системы, сердечно-сосудистой, дыхательной систем и защиты дыхательной системы от аспирации, несвоевременный перевод на ИВЛ при наличии показаний, отказ от проведения инфузионной терапии при наличии показаний, недостаточно эффективная антибиотикотерапия, отказ от лечения сопутствующей кардиальной патологии и острой левожелудочковой недостаточности, нарушение принципов проведения респираторной поддержки...».

Истцы указывают, что их мама и бабушка была человеком исключительно живым, активным, находилась в здравом уме и твердой памяти, несмотря на почтенный возраст. В силу того, что она более 40 лет проработала фармацевтом, с уважением относилась к врачам, доверяла и всегда выполняла все их рекомендации.

Указывает, что в связи со смертью мамы и бабушки, истцам был причинен серьезный моральный вред, который является очевидным, бесспорным и не нуждается в доказывании.

Просят суд, при определении размера компенсации морального вреда учитывать тот факт, что до момента смерти ФИО6, истцы проживали с ней вместе на одной жилплощади, вели совместное хозяйство. Смерть ФИО6 является тяжелым и необратимым по своим последствиям событием, влекущим глубокие переживания, вызванные утратой близкого человека.

После трагедии, здоровье ФИО5 значительно ухудшилось. Она испытывает длительную бессонницу, снижение настроения, апатию, тревогу, тоску. Обострились хронические заболевания.

ФИО1 находится в подавленном состоянии, испытывает колоссальное чувство беспомощности, страх за близких, родственников и друзей, которые также могут столкнуться с некомпетентностью врачей.

Позиция ФИО1, признанного потерпевшим по вышеупомянутому уголовному делу, состоит в том, что в результате ознакомления с материалами дела становится очевидно, что на каждом этапе оказания медицинской помощи ФИО6, присутствовали нарушения протоколов, инструкций, приказов, а также иные дефекты. Предполагает, что четкое исполнение медицинскими работниками своих обязанностей, могло изменить течение болезни и все не закончилось бы такой трагедией для всей семьи.

Истцы оценивают размер компенсации морального вреда в 2 миллиона рублей в пользу ФИО5, 2 миллиона рублей в пользу ФИО1, а всего - 4 миллиона рублей.

Истцы указывают, что им также был причинен материальный вред, в связи с оплатой погребения ФИО6 в размере 46 тысяч рублей.

Истцы просят суд взыскать с ответчиков в солидарном порядке 2 000 000 рублей в пользу ФИО5 в счет компенсации морального вреда; 2 000 000 рублей в пользу ФИО1 в счет компенсации морального вреда; 46 000 рублей в пользу ФИО1 в счет компенсации расходов на погребение.

Истец ФИО5 в судебное заседание не явилась, извещена надлежащим образом, представила заявление о рассмотрении дела в ее отсутствие.

Истец ФИО1 в судебном заседании заявленные требования поддержал.

Представитель ответчика ГУЗ «Городская клиническая больница № 2 г. Тулы имени Е.Г. Лазарева» по доверенности ФИО2 в судебном заседании считала, что оснований для удовлетворения требований не имеется, просила в удовлетворении требований отказать. В представленных суду возражениях на иск указала, что Пациентка ФИО6, <...> прикреплена для медицинского обслуживания к ГУЗ «ГКБ №2 г. Тулы имени Е.Г. Лазарева».

Согласно данным РИСЗ ТО дата г. ФИО6 обратилась в поликлинику ГУЗ «ГКБ №2 г. Тулы имени Е.Г. Лазарева» для вызова врача на дом.

дата г. в день обращения ФИО6 была осмотрена на дому врачом-терапевтом. Предъявляла жалобы на слабость, температуру, насморк.

По данным объективного осмотра: общее состояние удовлетворительное, кожа обычной окраски, отеки отсутствуют, лимфатические узлы не увеличены. Аускультативно: Ясный легочный звук, дыхание везикулярное, хрипов в легких нет. ЧДД в 1 мин: 18. Зев без особенностей. Миндалины не увеличены. Сатурация 97%.

Гемодинамика стабильна. АД 130/80.ЧСС 70 уд./мин., пульс 70. Аритмии нет.

С учетом предъявленных жалоб, собранного анамнеза, объективных данных был выставлен диагноз: <...>

Согласно заключениям эксперта, врачом-терапевтом ГУЗ «ГКБ №2 г.Тулы имени Е.Г.Лазарева» диагноз выставлен правильно и обоснованно.

Врачом-терапевтом ГУЗ «ГКБ №2 г.Тулы имени Е.Г.Лазарева» пациентке медикаметозное лечение назначено правильно согласно установленному диагнозу, что подтверждено результатами проведенных экспертиз.

В соответствии с Заключением комиссионной судебно-медицинской экспертизы №* г. ГБУЗКО «Калужское областное бюро судебно- медицинской экспертизы», в отношении ГУЗ «ГКБ №2 г.Тулы имени Е.Г.Лазарева» выявлено в качестве дефекта непроведение лабораторного исследования на COVID- 19. При этом в протоколе первичного осмотра врача-терапевта совместно с зав. отделением ГУЗ "ТГКБСМП им. Д.Я. Ваныкина" указано со слов пациентки, что «.. ..обратилась к уч. терапевту, от мазков и КТ отказалась». Именно это вероятнее всего является причиной непроведения лабораторного исследования.

Учитывая, что согласно данным эпидемиологического анамнеза, ФИО6 не входила в группу лиц, наиболее подверженных риску заражения новой коронавирусной инфекцией (не выезжала за пределы Тульской области, отрицала контакт с больными COVID-19) ведение пациента осуществлялось в соответствии со стандартами лечения ОРВИ.

Кроме этого, на момент осмотра дата г. состояние пациентки было удовлетворительным. Показаний для госпитализации пациентки дата г. не было.

Медицинские мероприятия, проведенные врачом-терапевтом ГУЗ «ГКБ №2 г.Тулы имени Е.Г.Лазарева, назначенная лекарственная терапия соответствовали установленному диагнозу.

Выявленные недостатки при оказании медицинской помощи ФИО6 сотрудником ГУЗ «ГКБ №2 г. Тулы им. Е.Г. Лазарева» на амбулаторном этапе дата г. не оказали негативного влияния на развитие осложнений и исход заболевания. Они способствовали запоздалой диагностики коронавирусной инфекции, но не явились причиной ее развития и возникновения тяжелых осложнений, и не состоят в причинно-следственной связи с наступлением смерти. Причиной ухудшения здоровья и основным в исходе заболевания явились характер и тяжесть основного заболевания.

Отраженные в заключении экспертизы недостатки не послужили причиной ухудшения состояния больного, не способствовали прогрессированию заболевания и неблагоприятному исходу, соответственно, не находятся в причинной связи с наступлением смерти ФИО6 Этими дефектами не нарушены стандарты оказания медицинской помощи, они не могли сами по себе ухудшить состояние здоровья ФИО6 и обусловить развитие у нее новой коронавирусной инфекции, вызванной COVID-19, осложнившейся развитием двусторонней пневмонии, острого респираторного дистресс-синдрома. Летальный исход обусловлен тяжелыми осложнениями основного заболевания и имеющимися сопутствующими заболеваниями.

Заболевание, выявленное у ФИО6 относится к категории чрезвычайно тяжелых и имеет очень плохой прогноз даже в условиях лечения в высокоспециализированных медицинских учреждениях. Смерть в данном случае обусловлена тяжестью и молниеносным течением основной патологии, а не действиями (бездействием) медицинских работников, оказывающих медицинскую помощь.

Согласно заключению экспертов, «имевшиеся недостатки оказания медицинской помощи на всех этапах на явились причиной развития основного заболевания и не способствовали прогрессированию развившихся осложнений, в связи с чем не состоят в причинно-следственной связи с наступлением неблагоприятного исхода в виде смерти ФИО6

Данные обстоятельства свидетельствуют об отсутствии у Истцов законных оснований для предъявления требований о взыскании с Ответчика морального и материального вреда.

В соответствии с действующим законодательством для установления виновности какого-либо лица в причинении вреда, в том числе и морального, необходимо наличие 3-х составляющих:

- совершение данным лицом каких-либо действий (бездействия),

- наступление у другого лица негативных последствий,

- наличие причинно-следственной связи между совершенными действиями (бездействием) одного лица и наступившими негативными последствиями у другого лица.

Ответчиком не были совершены какие - либо действия (бездействия), повлекшие наступление негативных последствий у пациента и третьих лиц.

Вызов на дом был своевременно обслужен, проведен объективный осмотр, даны необходимые назначения и рекомендации в соответствии с установленным диагнозом.

Причиной смерти ФИО6 явилось индивидуально обусловленное заболевание с индивидуальным характером течения и вытекающими последствиями.

Существенных дефектов оказания медицинской помощи у Ответчика не имелось, прямая причинно-следственная связь между действиями Ответчика и наступлением смерти ФИО6 отсутствует.

Таким образом, в данной ситуации отсутствуют правовые основания для удовлетворения требований Истцов о взыскании с Ответчика в пользу Истцов компенсации морального вреда.

Размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины Ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств, и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Считают, что указанные в исковом заявлении доводы Истцов о наличии вины ГУЗ «ГКБ №2 г.Тулы имени Е.Г.Лазарева» в причиненных физических и нравственных страданиях в связи со смертью ФИО6 являются необоснованными и недоказанными.

Заявленная сумма компенсаций морального вреда явно не соответствует требованиям разумности и справедливости.

Кроме того, полагают, что суд должен учитывать и имущественное положение ответчика, являющегося бюджетной организацией, а заявленные требования ставят под угрозу работоспособность медицинской организации. Кроме того, период, когда имели место рассматриваемые фактические обстоятельства дела, а именно, распространение «первой волны» новой коронавирусной инфекции COVID-19, когда не были еще разработаны средства и стандарты медицинских действий по лечению инфекции, а заболеваемость носила массовый характер и характеризовалась осложненным течением, в связи с чем значительно возросла нагрузка, как физическая, так и эмоциональная, на медицинские учреждения и медицинский персонал. Полагают, что в той ситуации, которая сложилась в стране, и в медицине в частности, ответчик предпринял все возможные меры по оказанию медицинской помощи пациенту. Неблагоприятный исход стал результатом прогрессивного течения инфекционного заболевания у ФИО6, которого нельзя было избежать при самом добросовестном отношении работников к своим должностным обязанностям, т.е. по независящим от них обстоятельствам.

Кроме этого, Истцами заявлены требования о компенсации материального вреда в размере 46 000 рублей, которые также считают необоснованными и не подлежащими удовлетворению.

Представитель ответчика ГУЗ «ТГКБСМП им. Д.Я. Ваныкина» по доверенности ФИО3 в судебном заседании просила в удовлетворении требований отказать. Обратила внимание, что никакого регресса быть не может, уголовное дело было прекращено.

Представитель ответчика ГУЗ «Городская больница № 10 г. Тулы» по доверенности ФИО4 в судебном заседании пояснила, что оснований для удовлетворения требований отсутствуют. В представленных суду письменных возражениях на иск указала, что из имеющихся в ГУЗ «ГБ №10 г. Тулы» сведений о нахождении и лечении в инфекционном госпитале ГУЗ «ГБ №10 г. Тулы» родственника истцов ФИО6, дата года рождения, данных из медицинской документации ГУЗ «ГБ № 10 г.Тулы», содержащихся в экспертных заключениях, представленных истцами, с учетом отсутствия истории болезни пациента ФИО6 № *, изъятой Отделом СУ СК России по Привокзальному району в рамках рассмотрения уголовного дела по заявлению ФИО1 следует, что пациент ФИО6 доставлена в инфекционный госпиталь ГУЗ «ГБ №10 г. Тулы» каретой скорой медицинской помощи дата года в 20.00 с основным диагнозом «коронавирусная инфекция, вызванная вирусом COVID-19, тяжелое течение», осложненным диагнозом «двусторонняя полисегментарная пневмония (тяжелое течение)» при наличии сопутствующих диагнозов - «сахарный диабет 2 типа», «артериальная гипертония 3 ст. 3 ст. риск 4», «хронический пиелонефрит», «синусовая тахикардия».

При поступлении ФИО6 была в сознании и пояснила, что считает себя заболевшей с дата года, получала лечение амбулаторно в период с дата года и в условиях стационара с дата года; выразила жалобы на общую слабость, одышку, повышение температуры тела до 38 градусов.

При первичном осмотре у ФИО6 наблюдались следующие объективные данные состояния здоровья: состояние тяжелое; спутанность сознания; при этом неврологический статус: сознание, астенизирована, эмоционально лабильна; ЧДД (частота дыхательных движений) в минуту - 28; сатурация (уровень кислорода крови) - 78 % с кислородной поддержкой 6 литров в минуту.

Согласно положениям Приказа Минздрава России М 459н от 18.05.2020 г. "О внесении изменений в приказ Министерства здравоохранение Российской Федерации от19 марта 2020 г. № 198н "О временном порядке организации работы медицинских организаций в целях реализации мер по профилактике и снижению рисков распространения новой коронавирусной инфекции COVID-19" пациенты, находящиеся в крайне тяжелом состоянии, госпитализируются в структурное подразделение медицинской организации для лечения COVID-19 на койки для пациентов, находящихся в крайне тяжелом состоянии, требующих проведения искусственной вентиляции легких (ИВЛ), исходя из наличия двух из следующих критериев:

1. нарушение сознания;

2. уровень кислорода крови менее 92 % на фоне кислородотерапии;

3. частота дыхательных движений (ЧДД) более 35 в минуту.

Согласно Клиническим рекомендациям (протоколу) по оказанию скорой медицинской помощи при нарушении сознания (автор - заместитель директора по научной работе «СПб НИИ СП им. И.И. Джанелидзе», профессор кафедры нервных болезней ВМедА им. С.М. Кирова Вознюк И.А.), утвержденным на заседании Правления общероссийской общественной организации «Российское общество скорой медицинской помощи» 23 января 2014 г. в г. Казани, под нарушениями сознания понимают патологическое состояние, сопровождающееся неспособностью пациента полностью ориентироваться в месте, времени и собственной личности..

Автор указывает, что в неврологической практике нарушения сознания принято подразделять на 2 группы: 1. изменения сознания (делирий, онейроидное состояние, аменция, сумеречные расстройства сознания, психомоторное возбуждение); 2. угнетение сознания (оглушение, сопор, кома).

Спутанность сознания не включена в данную классификацию видов нарушения сознания.

Кроме того, согласно сведениям из медицинской карты стационарного больного № * инфекционного отделения COVID-госпиталя ГУЗ «Тульская городская клиническая больница скорой медицинской помощи им. Д.Я. Ваныкина» и выписного эпикриза, содержащимся в Заключении экспертов Государственного бюджетного учреждения Рязанской области «Бюро судебно-медицинской экспертизы имени Д.И. Мастбаума» * года и Заключении эксперта Бюджетного учреждения здравоохранения Вологодской области «Бюро судебно-медицинской экспертизы» № * дата года и при выписке в дата года, перед транспортировкой в ГУЗ «ГБ №10 г.Тулы», ФИО6 находилась в сознании, контакт с ней не был затруднен (стр. 6, 7; стр. 7, 9).

При таких объективных. медицинских данных у заведующего приемным отделением инфекционного госпиталя ГУЗ «ГБ №10 г.Тулы» ФИО7 не было оснований для госпитализации пациента ФИО6 в реанимацию и проведения искусственной вентиляции легких (ИВЛ).

В результате первичного осмотра ФИО6 госпитализирована на койку с кислородной подводкой. дата в связи с ухудшением состояния здоровья ФИО6 переведена в отделение реанимации и помещена под аппарат искусственной вентиляции легких (ИВЛ). В дата года у ФИО6 произошла остановка сердечной деятельности, после проведения в течение 30 минут реанимационных мероприятий, которые оказались безрезультатными, в дата года констатирована биологическая смерть пациента.

В связи с этим выводы экспертов Федерального государственного казенного учреждения «Судебно-экспертный центр Следственного комитета Российской Федерации», содержащиеся в Заключении эксперта № * года на странице 28, и экспертов Бюджетного учреждения здравоохранения Вологодской области «Бюро судебно-медицинской экспертизы», содержащиеся в Заключении эксперта № * года на странице 34, о наличии у ФИО6 нарушения сознания и необходимости ее немедленной госпитализации в реанимацию при поступлении в ГУЗ «ГБ №10 г. Тулы» в связи с совокупностью двух критериев (нарушение сознания, низкий уровень кислорода крови) считаем неверными, не основанными на правовых нормах, медицинской документации и обстоятельствах лечения пациента.

Согласно Заключению экспертов Государственного бюджетного учреждения Рязанской области «Бюро судебно-медицинской экспертизы-имени Д.И. Мастбаума» № *:

- признаков ненадлежащего исполнения профессиональных обязанностей медицинскими работниками ГУЗ «ГБ №10 г.Тулы», которые привели к летальному исходу заболевания у ФИО6, не выявлено (стр. 19);

- оказание анестезиолого-реаниматологической помощи ФИО6 медицинскими работниками ГУЗ «ГБ №10 г.Тулы» проведено квалифицированно, в полном объеме, в соответствии с «Временными методическими рекомендациями по профилактике, диагностике и лечению новой коронавирусной инфекции (COVID-19)» версия 9 от дата года и клиническими рекомендациями по профилю «анестезиология и реаниматология» (стр. 20);

- основания для вывода о том, что какое-либо иное оказание медицинской помощи, отличное от реализованной при госпитализации в ГУЗ «ГБ №10 г.Тулы», позволяло не допустить летальный исход в лечении ФИО6, отсутствуют (стр. 21);

- правильно оказанная медицинская, в том числе, анестезиолого-реаниматологическая, помощь у пациента с крайне тяжелым течением COVID-19 с осложнением в виде ОРСДВ и отягощенным сопутствующими заболеваниями (сахарный диабет, артериальная гипертония 3 ст., хронический пиелонефрит) не являемся абсолютным гарантом благоприятного исхода заболевания (стр. 21, 22);

- установлено отсутствие прямой и наличие косвенной причинно-следственной связи между нарушениями оказания медицинской помощи (несвоевременная диагностика коронавирусной инфекции COVID-19, отсутствие контроля лабораторных методов исследования) и смертью ФИО6

Согласно Заключению эксперта Федерального государственного казенного учреждения «Судебно-экспертный центр Следственного комитета Российской Федерации» № СМЭ50(КЗН)/14 от 06.08.2021 года:

- дефектов и недостатков оказания медицинской помощи при нахождении ФИО6 на лечении в ГУЗ «ГБ №10 г.Тулы» не выявлено (стр. 25);

- ответ о наличии причинно-следственной связи между качеством оказания медицинской помощи медицинскими работниками ГУЗ «ГБ №10 г.Тулы» и смертью ФИО6 не дан в связи с неполным патологоанатомическим исследованием трупа пациента (стр. 25);

- ответ на вопрос о возможном благоприятном исходе для ФИО6 в случае немедленного перевода в реанимационное отделение ГУЗ «ГБ №10 г.Тулы» не дан в связи с невозможностью его достоверности и научной обоснованности (стр. 25, 26).

Согласно Заключению эксперта Бюджетного учреждения здравоохранения Вологодской области «Бюро судебно-медицинской экспертизы» № * года:

- ответ о наличии причинно-следственной связи между качеством оказания медицинской помощи медицинскими работниками ГУЗ «ГБ №10 г.Тулы» и смертью ФИО6 не дан в связи с неполным патологоанатомическим исследованием трупа пациента, а также из-за особенности течения новой коронавирусной инфекции, выражающейся в непредсказуемости исхода даже при полноценном лечении, соответствующем «Временным методическим рекомендациям по профилактике, диагностике и лечению новой коронавирусной инфекции (COVID-19)» версия 9 от дата (стр. 34);

- ответ на вопрос о возможном благоприятном исходе для ФИО6 в случае надлежащего оказания медицинской помощи ГУЗ «ГБ №10 г.Тулы» (по мнению экспертов, при госпитализации пациента в реанимационное Отделение) не дан в связи с неполным патологоанатомическим исследованием трупа пациента, а также отсутствием оснований утверждать, что госпитализация ФИО6 в реанимационное отделение дата спасла бы ей жизнь; неблагоприятный исход в виде смерти ФИО6 был более вероятен даже при переводе пациента в реанимационное отделение ГУЗ «ГБ № 10 г.Тулы», так как пациентка относилась к группе риска по тяжелому течению коронавирусной инфекции - возраст более 65 лет, сопутствующая патология - сахарный диабет, артериальная гипертония, хронический пиелонефрит (стр. 34, 35).

Указывает, что представленные истцами письменные доказательства не являются в соответствии с принципами достоверности, допустимости и относимости свидетельством некачественного оказания медицинской помощи пациенту ФИО6 ответчиком ГУЗ «ГБ № 10 г. Тулы», которое приняло все необходимые и возможные меры для ее своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза в соответствии с установленными правилами оказания медицинской помощи (порядками, стандартами оказания медицинской помощи, клиническими рекомендациями (протоколами лечения).

При этом даже госпитализация ФИО6 в реанимационное отделение ГУЗ «ГБ № 10 г.Тулы» при ее поступлении (необходимость которой ответчик, как указывалось выше, оспаривает) не могла благоприятно повлиять на течение заболевания ФИО8 и предотвратить летальный исход, поскольку пациент относилась к группе риска возраст более 65 лет); тяжелое течение коронавирусной инфекции сопровождалось тяжелым течением двусторонней полисегментарной пневмонии и сопутствующей патологией - сахарным диабетом, артериальной гипертонией, хроническим пиелонефритом.

Учитывая вышеизложенное, полагает, что вина ответчика ГУЗ «ГБ № 10 г.Тулы» в неблагоприятном исходе заболевания ФИО6 (ее смерти), несоответственно, в причинении истцам морального вреда отсутствует; оснований для взыскания в их пользу компенсации морального вреда не имеется.

Иные участники процесса в судебное заседание не явились, извещены о времени и месте его проведения установленным законом порядком. Министерство здравоохранения Тульской области представило свои возражения на исковое заявление, указывая в обоснование возражений следующее.

В судебном заседании по указанному делу назначена судебная медицинская экспертиза с целью определения причинно-следственной связи между действиями врачей и наступлением смерти ФИО6

Согласно полученному заключению эксперта, оказание ФИО6, медицинской помощи в полном объеме на всех этапах не гарантировало наступление благоприятного исхода в виде сохранения ее жизни, имевшиеся недостатки оказания медицинской помощи на всех этапах не являлись причиной развития основного заболевания и не способствовали прогрессированию развившихся осложнений, в связи с чем, не состоят в причинно-следственной связи с наступлением неблагоприятного исхода в виде смерти ФИО6

При этом полагают необходимым отметить, что оказание медицинской помощи является специфическим видом деятельности, проведение медицинских мероприятий, даже при условии их точного соответствия установленным нормам и правилам, медицинским показаниям, не может гарантировать полного выздоровления или иного ожидаемого пациентом результата, поскольку действенность оказанной медицинской помощи зависит не только от выбранной тактики лечения и действий медицинского персонала, но и от индивидуальных особенностей организма, условий жизнедеятельности, иных, не поддающихся точному прогнозированию и учёту, обстоятельств.

Поэтому само по себе наступление вреда здоровью пациента не является основанием для возмещения вреда, если действия медицинского персонала соответствовала медицинским показаниям, правильно выбранной тактике лечения, производились в соответствии с установленными правилами и нормами.

В этой связи просят суд принять решение в соответствии с нормами действующего законодательства Российской Федерации.

Государственное учреждение здравоохранения Тульской области «Территориальный центр медицины катастроф, скорой и неотложной медицинской помощи» также представили свои возражения на иск, указывая следующее.

По данным ГУЗ ТО «ТЦМКСиНМП» дата к ФИО6 зафиксирован вызов. Вызов поступил в оперативно-диспетчерский отдел в <адрес> повод к вызову: общая слабость, повышение температуры тела до высоких цифр, сухой непродуктивный кашель. Вызов передан для обслуживания бригаде № ЛИН8 подстанции №3.

В анамнезе ЦВЗ, ДЭП, ИБС: атеросклеротический кардиосклероз, артериальная гипертония 3 ст. 4 р., полисегментарный остеохондроз, врачом периодически наблюдается, лечение получает в полном объеме, принимает нерегулярно, настоящее ухудшение состояния отмечает в течение недели, когда появились вышеуказанные жалобы, самостоятельно лекарственных средств не принимала, к врачу не обращалась. Эпиданамнез не отягощен, за пределы Тульской области не выезжала.

Объективные данные при осмотре: дыхание ритмичное, по всем полям, перкуссия: легочной; аускультация: везикулярное; миндалины: налетов нет; лимф, узлы: безболезненны, не спаяны, не увеличены; зев спокоен; аускультативно дыхание везикулярное; хрипов нет. Температура 36, АД 120/80, пульс 80, ЧД 19, пульсоксиметрия 97. По результатам обслуживания вызова установлен диагноз: острая инфекция верных дыхательных путей неуточненная, ОРВИ. Рекомендовано обратиться к участковому врачу для назначения адекватного лечения.

В соответствии с приказом Министерства здравоохранения Тульской области №1003-осн от 18.11.2020 «Об открытии инфекционного госпиталя ГУЗ «Тульская городская клиническая больница скорой медицинской помощи им. Д.Я. Ваныкина (санаторий «Слободка» для оказания медицинской помощи пациентам с новой коронавирусной инфекцией COVID-19», осуществлять госпитализацию пациентов в состоянии средней степени тяжести с подозрительным, вероятным (клинически подтвержденным) или подтвержденными случаями COVID-19.

Согласно приказа Министерства здравоохранения Тульской области №920-осн от 23.10.2020 «Об утверждении порядка госпитализации пациентов в инфекционные отделения для оказания медицинской помощи пациентам с новой коронавирусной инфекцией COVID-19 и подозрение на нее» утвержден чек-лист для определения показаний для госпитализации пациентов с ОРВИ, пневмонией и новой коронавирусной инфекцией и подозрением на нее в инфекционные отделения для оказания медицинской помощи пациентам с COVID-19, в соответствии с которым, при наличии двух критериев пациенту показана госпитализации в инфекционный госпиталь (критерии: уровень сатурации 95% и ниже при проведении пульсоксиметрии, лихорадка больше 38С тв течение 3-х дней, ЧДД более 22 в минуту).

Как уже указывалось выше, на момент осмотра ФИО6 указанных критериев для госпитализации установлено не было.

ГУЗ ТО «ТЦМКСиНМП» обращают внимание, что осуществлять проведение экспресс-тестирования на COVID-19 на догоспитальном этапе бригадами скорой медицинской помощи на основании чек-листа, необходимо с 08. М.2021, согласно приказа Министерства здравоохранения Тульской области №1193-осн от 08.11.2021 «Об утверждении порядка проведения экспресс-тестирования пациентов при подозрение на новую коронавирусную инфекцию COVID-19 при оказании скорой, в том числе скорой специализированной, медицинской помощи».

Согласно п.8 приказа Министерства здравоохранения РФ от 18.05.2020 №459 н. «О внесении изменений в приказ Министерства здравоохранения РФ от 19.03.2020 №198н «О временном порядке организации работы медицинских организаций в целях реализации мер по профилактике и снижению рисков распространения новой коронавирусной инфекции COVID-19» подлежат госпитализации в структурное подразделение медицинской организации для лечения COVID-19 вне зависимости от тяжести заболевания: пациенты, относящиеся к группе риска (возраст старше 65 лет) при наличии клиники ОРВИ.

Между тем, на момент осмотра ФИО6, объективных данных указывающих на ОРВИ не было (температура 36, АД 120/80, пульс 80, ЧД 19, пульсоксиметрия 97).

Таким образом, госпитализация Стахановой В.Ндата в инфекционный госпиталь, при наличии только одного показателя - возраст 65+, могла привести к необратимым последствиям.

На основании изложенного, ГУЗ ТО «ТЦМКСиНМП» считает, что облуживание принятого вызова скорой медицинской помощи к ФИО6 осуществлено сотрудниками выездной бригады скорой медицинской помощи в соответствии с требования действующего законодательства РФ, приказами Министерства здравоохранения Тульской области и согласно установленным стандартам оказания скорой медицинской помощи.

Каких-либо доказательств нарушения сотрудниками ГУЗ ТО «ТЦМКСиНМП» должностных обязанностей и установленных алгоритмов оказания скорой медицинской помощи, приведших к ухудшению состояния здоровья пациента материалы дела не содержат, причинно-следственная связь между действиями сотрудников СМП и наступившими последствиями отсутствует.

Кроме того, указывает, что истцами не представлено доказательств, подтверждающих, что имевшее место оказание сотрудниками СМП медицинской помощи ФИО6 дата повлекли для них какие-либо моральные и нравственные страдания, в связи с чем ответчик полагает заявленные требования о компенсации морального вреда безосновательными и не подлежащими удовлетворению.

Также обращают внимание, что в отношении расходов на погребение законом установлен принцип возмещения не всех расходов, а лишь таких, которые являются необходимыми для погребения.

Поскольку отсутствует причинно-следственная связь между действиями сотрудников СМП и наступившими последствиями, требования о взыскании расходов на погребение так же не подлежат удовлетворению.

Помимо изложенного просят учесть то обстоятельство, что деятельность ГУЗ ТО «ТЦМКСиНМП» финансируется за счет средств бюджета Тульской области, т.к. оно является государственным учреждением здравоохранения.

В соответствии со ст.167 ГПК РФ суд счел возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Выслушав объяснения сторон, свидетеля, заключение прокурора, полагавшего, что иск подлежит удовлетворению, изучив собранные по делу письменные доказательства, суд приходит к следующему выводу.

Статьей 45 Конституции РФ гарантируется государственная защита прав и свобод человека и гражданина в Российской Федерации. Каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом.

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья (статья 41 Конституции Российской Федерации).

Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (часть 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации).

Право на жизнь и охрану здоровья относится к числу общепризнанных, основных, неотчуждаемых прав и свобод человека, подлежащих государственной защите; Российская Федерация является социальным государством, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь человека (статьи 2 и 7, часть 1 статьи 20, статья 41 Конституции Российской Федерации).

Согласно п. 2 ст. 150 ГК РФ нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и тех пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (ст. 12) вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения.

Пунктом 1 ст. 1099 ГК РФ предусмотрено, что основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и ст. 151 настоящего Кодекса.

В соответствии со ст. 151 указанного Кодекса, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, регулирует Федеральный закон от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" (далее по тексту - Федеральный закон "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Здоровье - состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма (пункт 1 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

В статье 4 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" закреплены такие основные принципы охраны здоровья граждан, как соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи (пункты 1, 2, 5 - 7 статьи 4 названного закона).

Медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Согласно пункту 4 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" медицинская услуга - это медицинское вмешательство или комплекс медицинских вмешательств, направленных на профилактику, диагностику и лечение заболеваний, медицинскую реабилитацию и имеющих самостоятельное законченное значение.

Качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата (пункт 21 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Согласно пункту 2 статьи 19 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования.

Пунктом 9 части 5 статьи 19 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан Российской Федерации" предусмотрено право пациента на возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции) (пункт 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда").

В пункте 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении. Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований.

В пункте 48 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (статья 19 и части 2, 3 статьи 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан Российской Федерации").

Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья.

При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода.

На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда.

Согласно пункту 49 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" требования о компенсации морального вреда в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи могут быть заявлены членами семьи такого гражданина, если ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому гражданину лично им (то есть членам семьи) причинены нравственные или физические страдания вследствие нарушения принадлежащих лично им неимущественных прав и нематериальных благ. Моральный вред в указанных случаях может выражаться, в частности, в заболевании, перенесенном в результате нравственных страданий в связи с утратой родственника вследствие некачественного оказания медицинской помощи, переживаниях по поводу недооценки со стороны медицинских работников тяжести его состояния, неправильного установления диагноза заболевания, непринятия всех возможных мер для оказания пациенту необходимой и своевременной помощи, которая могла бы позволить избежать неблагоприятного исхода, переживаниях, обусловленных наблюдением за его страданиями или осознанием того обстоятельства, что близкого человека можно было бы спасти оказанием надлежащей медицинской помощи.

Тем самым вышеприведенными положениями в совокупности с нормами ч.ч. 1, 2 ст. 19, ч.ч. 2, 3 ст. 98 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан" установлено, что оказание медицинской помощи некачественно и не в полном объеме причиняет физические и нравственные страдания не только пациенту, но и его близким родственникам, что выражается, в том числе, в осознании пережитых пациентом физических страданий при оказании медицинской помощи ненадлежащего качества.

В случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку, исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому лицу.

Таким образом, некачественное оказание медицинской помощи может являться самостоятельным основанием для взыскания в пользу близких родственников потерпевшего компенсации морального вреда, при этом такая возможность не зависит от наличия или отсутствия причинно-следственной связи между действиями медицинских работников и смертью пациента.

Закон не содержит указания на характер причинной связи (прямая или косвенная (опосредованная) причинная связь) между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом и не предусматривает в качестве юридически значимой для возложения на причинителя вреда обязанности возместить вред только прямую причинную связь. Характер причинной связи может влиять на размер подлежащего возмещению вреда. Юридическое значение может иметь и косвенная (опосредованная) причинная связь, если дефекты (недостатки) оказания медицинской помощи могли способствовать ухудшению состояния пациента здоровья и привести к неблагоприятному для него исходу, то есть к смерти. При этом ухудшение состояния здоровья человека вследствие ненадлежащего оказания ему медицинской помощи, в том числе по причине дефектов ее оказания (непроведение пациенту всех необходимых диагностических и лечебных мероприятий, ненадлежащий уход за пациентом и т.п.), причиняет страдания, то есть причиняет вред, как самому пациенту, так и его родственникам, что является достаточным основанием для компенсации такого вреда. Аналогичная позиция также изложена в определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 21.06.2021 N 64-КГПР21-1-К9.

В силу вышеприведенных норм с учетом разъяснений Верховного Суда РФ права факт оказания некачественной медицинской помощи, которая хотя и не находится в причинной связи с неблагоприятными последствиями в виде смерти, свидетельствует о наличии моральных страдании близких родственников пациента и является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда.

Судом установлено, что ФИО6 является матерью ФИО5, родившейся дата. (свидетельство о рождении <...>).

ФИО1 дата года рождения является сыном ФИО5 (свидетельство о рождении 11-БО № *)

Согласно свидетельству о смерти 11-БО № *, ФИО6 дата года рождения умерла дата года, о чем дата года составлена запись акта о смерти (свидетельство о смерти 11-БО № *)

На основании заявления ФИО1 о ненадлежащем оказании медицинской помощи ФИО6, дата года рождения, в результате чего дата наступила смерть последней, следователем следственного отдела по привокзальному району г. Тулы следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по тульской области было возбуждено уголовное дело.

Постановлением старшего следователя следственного отдела по Привокзальному району г. Тула СУ СК России по Тульской области ФИО9 от дата. вышеуказанное уголовное дело прекращено по основанию, предусмотренному п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ, то есть в связи с отсутствием состава преступления, предусмотренного ч.2 ст.109 УК РФ.

Из материалов уголовного дела и представленной медицинской документации судом установлено следующее.

дата ФИО6 госпитализирована в инфекционный госпиталь «Слободка» ГУЗ «ТГКБСМП им. Д.Я. Ваныкина», с диагнозом «пневмония неуточненная (пневмония с ДН) острая двухсторонняя полисегментарная пневмония». При поступлении в указанное медицинское учреждение ФИО6 установлен диагноз «Новая коронавирусная инфекция».

дата ФИО6 проведена рентгенография легких, по заключению которой дата подтвердился диагноз «двусторонняя полисегментарная пневмония, диффузный пневмосклероз».

дата в связи с ухудшением состояния здоровья ФИО6 госпитализирована в «ГБ № 10 г. Тула», где осмотрена врачом приемного отделения инфекционного госпиталя и рекомендована к переводу в палату для проведения кислородотерапии на кислородной точке.

дата в связи с ухудшением состояния здоровья ФИО6 переведена в отделение реанимации. Учитывая тяжесть состояния ФИО6, наличие признаков тяжелой дыхательной недостаточности принято решение перевести пациентку на аппарат искусственной вентиляции легких.

дата состояние ФИО6 резко ухудшилось, произошла остановка сердечной деятельности. После чего начаты реанимационные мероприятия, которые продолжались 30 минут и не дали эффекта дата констатирована смерть ФИО6

Согласно протоколу патологоанатомического вскрытия № * причиной смерти ФИО6, дата года рождения, явился <...>

Из показаний свидетеля К. следует, что она работает в ГУЗ «ГКБ № 2 им. Е.Г. Лазарева», в должности участкового терапевта с дата дата минут в соответствии с распределением вызовов, которое осуществляет диспетчер колцентра ГУЗ «ГКБ № 2», она прибыла по адресу: г. Тула, ул. <адрес> где необходимо было оказать помощь ФИО6 Она осмотрела ФИО6, выяснила у пациентки был ли контакт с лицами, болеющими коронавирусной инфекцией, и выезжала ли она за пределы Тульской области. Общее состояние удовлетворительное. Она назначила ФИО6 противовирусные препараты. Рекомендовала при последующем повышении температуры, сбивать её лекарством «Парацетамол» или «Ибупрофен», а также обильное питье жидкости, для снижения интоксикации, проветривание помещения, полоскание горла фурацилином. После осмотра ею выставлен диагноз «другие острые инфекции верхних дыхательных путей множественной локализации» ОРВИ, легкое течение. При дальнейшем ухудшении состояния, рекомендовала вызвать скорую помощь или врача-терапевта. Сделать тест на Covid-19 и рентген лёгких она ФИО6 не предлагала, так как в данном случае не было показаний к этому, симптомов Covid-19 не выявлено.

Из показаний свидетеля З. следует, что он работает в ГУЗ «ТЦМКСиНМП» медицинским братом. дата диспетчеру приема поступил вызов по адресу: г. Тула, ул. <адрес> В 06 часов 50 минут диспетчер направления передал вызов, который отобразился на электронном планшете. Указано, что у гражданки ФИО6 высокая температура 38.0 градусов, больна неделю, врача не вызывала, мазок на «COVID-19» не сдавала. Они с М. прибыли на место в 07 часов 08 минут. При первичном осмотре у ФИО6 жалобы на общую слабость, повышение температуры тела до высоких цифр, сухой кашель. В анамнезе церебро-васкулярное заболевание, ишемическая болезнь сердца, атеросклеротический кардиосклероз, артериальная гипертония 3 степени, полисегментарный остеохондроз. Общее состояние больной удовлетворительное, сознание ясное, кожные покровы обычной окраски, дыхание в порядке, хрипов в легких не выслушивалось, зев спокоен, то есть горло нормальное, подозрения на менингит нет, миндалины не отечны, лимфоузлы в порядке. Выставлен диагноз «ОРВИ» (острая респираторная вирусная инфекция). Рекомендовали обратиться к участковому врачу-терапевту для назначения дальнейшего лечения. Показаний для госпитализации в данном случае не было. Он не предлагал ФИО6 сделать тест на Covid-19 и рентген легких, так как это не входит в его должностные обязанности. Бригада скорой медицинской помощи не оснащена тестами для проверки на наличие коронавирусной инфекции.

Допрошенная по данному факту фельдшер ГУЗ «ТЦМКСиНМП» М.. дала по своей сути и содержанию показания, аналогичные показаниям З.

Из показаний свидетеля П.. следует, что он работает в ГУЗ «ТЦМКСиНМП», в должности фельдшера скорой помощи. дата диспетчеру приема поступил вызов по адресу: г. Тула, ул. <адрес> В 16 часов 38 минут они прибыли на место. Установлено, что при первичном осмотре.«у ФИО6 выявлена двусторонняя пневмония. ФИО6 сделали ЭКГ сердца, которая не выявила патологий. Сатурация 94-95, артериальное давление 140/80. Со слов ФИО6 она болеет артериальной гипертензией, сахарный диабет 2 типа, инсулинонезависимый, хроническим пиелонефритом, наблюдается поликлинике. Температура тела свыше 38,5 градусов, плохо сбивается парацетамолом. Принято решение о госпитализации ФИО6 в больницу. Он позвонил старшему доктору, объяснил ему состояние ФИО6 и спросил, куда можно её отвезти. Ему сказали, чтобы они госпитализировали пациента в инфекционный госпиталь «Слободка» ГУЗ «ТГКБСМП им. Д.Я. Ваныкина». По указанию старшего доктора при транспортировки ФИО6 был предоставлен кислородный доступ через переносной кислородный ингалятор. При этом сатурация у неё держалась на уровне 94-96. Состояние было стабильным. Мазок на коронавирус они не брали, так как это не входит в их обязанности. В 17 часов 54 минуты они прибыли в инфекционный госпиталь «Слободка». По прибытию на место ФИО6 передана врачу приемного отделения. По данным пульсоксиметра сатурация начала падать и составляла 92-93 единицы.

Допрошенная по данному факту фельдшер ГУЗ «ТЦМКСиНМП» П.. дала по своей сути и содержанию показания, аналогичные показаниям П..

Из показаний свидетеля К.. следует, что он работает в ГУЗ «ТЦМКСиНМП» в должности фельдшера. дата диспетчеру приема поступил вызов по адресу: <адрес> Ввиду загруженности вызов был передан с задержкой в 17 часов 59 минут, который отобразился на электронном планшете. Указано, что у гражданки ФИО6 пневмония с дыхательной недостаточностью. Они прибыли на место в 18 часов 38 минут. При осмотре у ФИО6 жалобы на одышку смешанного характера и на общую слабость. По прибытию на место дано направление на госпитализацию в инфекционный госпиталь ГУЗ «ГБ № 10 г. Тула» с диагнозом «COVID-19», в инфекционном госпитале «Слободка» находится с дата, поступила на скорой помощи, в анамнезе ишемическая болезнь сердца, артериальная гипертензия 3 стадия, сахарный диабет 2 типа инсулиннезависимый, хронический панкреатит, за пределы Тульской области за последние полгода не выезжала, контакт с инфекционными больными отрицает, больна с дата, положительный мазок на «COVID-19» от дата. Проведён общий осмотр пациентки. Снята электрокардиография в приёмном отделении инфекционного госпиталя «Слободка», которая впоследствии была приложена к сопроводительному листу и передана в приёмное отделение ГУЗ «ГБ № 10 г. Тула». После осмотра диагноз «COVID-19» подтверждён, вирус идентифицирован. Транспортировку ФИО6 перенесла удовлетворительно. При передаче пациента врача приемного отделения зафиксировано улучшение сатурации до 76 %, частота дыханий 18. В 19 часов 39 минут они прибыли в ГУЗ «ГБ № 10 г. Тула», где пациентка вместе передана врачам приемного отделения.

Допрошенная по данному факту медсестра ГУЗ «ТЦМКСиНМП» П. дала по своей сути и содержанию показания, аналогичные показаниям К.

Из показаний свидетеля О.. следует, что она работает в должности врача-специалиста в инфекционном госпитале (на базе санатория «Слободка») с дата года. дата палату № 404 поступила ФИО6, с диагнозом «Коронавирусная инфекция, вызванная вирусом «Ковид-19», вирус не идентифицирован». Дежурный врач, принявший дата ФИО6 пояснил ей, что та при поступлении была в тяжелом состоянии с нарастающей дыхательной недостаточность. Состояние больной требовало дополнительной кислородной поддержки посредством кислородного концентратора со скоростью 8 литров в минуту. дата при поступлении в госпиталь ФИО6 назначена антибактериальная терапия. В этот же день назначен рентген легких и мазок на «Ковид-19». В связи с поступлением пациентки в вечернее время и высокой нагрузкой рентген-лаборантов, рентгенография была проведена на 3 сутки после поступления в госпиталь, но данный факт не отразился на полноте лечения, так как пациентку лечили от предполагаемой вирусной пневмонии, и рентгенография легких была нужна исключительно для верификации диагноза. дата у ФИО6 получен мазок на «Ковид-19». Около 09 часов 00 минут после осмотра она скорректировала лечение для пациента и добавила в курс лечения противорвотный препарат, в связи с жалобами на тошноту, и ингибитор протонный помпы. дата время ежедневного обхода, ФИО6 сказала, что чувствует себя лучше. На кислородном концентраторе удалось стабилизировать сатурацию, которая была 96. Состояние пациентки было стабильно тяжелое. В этот день звонили родственники ФИО6, которые интересовались её самочувствием. Она пояснила, что состояние ФИО6 улучшилось, им удалось стабилизировать сатурацию и решить проблему одышкой в покое, но та остается стабильно тяжёлой. Коррекции терапии для ФИО6 не было. Она продолжала оказывать той медицинскую помощь в соответствии с её заболеванием. В этот день получен положительный результат мазка, взятого дата, на основании которого клинический диагноз был изменен, то есть у ФИО6 был подтверждён «Ковид-19». дата во время утреннего обхода больных, состояние ФИО6 было стабильно тяжелым, без ухудшения. В этот день приехал рентген-лаборант ГУЗ «ТГКБСМП им. Д.Я. Ваныкина», после чего была проведена плановая рентгенография легких. Результаты рентгенографии были отправлены в ГУЗ «ТГКБСМП им. Д.Я. Ваныкина», расположенное в г. Туле для их описания врачом-рентгенологом. По заключению рентгенографии от дата подтвердился диагноз «двусторонняя полисегментарная пневмония, диффузный пневмосклероз. дата ей позвонили с поста «красной зоны» и сообщили об ухудшении состояния ФИО6 Она вызвала врача- реаниматолога. В этот момент она разговаривала с родственниками ФИО6 и пояснила тем, что состояние ФИО6 ухудшилось и в настоящий момент её осматривает врач - реаниматолог, а также она сказала, что если им не удастся стабилизировать состояние, то ФИО6 нужно будет госпитализировать в реанимационное отделение для более интенсивной медицинской помощи. Врач-реаниматолог Т.. сообщила, что состояние ФИО6 тяжелое, дыхательная недостаточность нарастает и необходим перевод в реанимационное отделение. С заведующим госпиталем, расположенного в г. Щекино, был согласован перевод в реанимационное отделение. Ей позвонила дочь ФИО6, которой она сообщила, что ФИО6 переводят в реанимационное отделение госпиталя в г. Щекино. Дочь ФИО6 сообщила, что у нее есть знакомые в ГУЗ «ГБ № 10 г. Тула» и попросила перевести её туда, перевод в ГУЗ «ГБ № 10 г. Тула» та согласует сама. Позже она перезвонила и сообщила, что в ГУЗ «ГБ № 10 г. Тула» готовы принять ФИО6 на реанимационную койку. Они вызвали скорую медицинскую помощь для перевода ФИО6 На момент перевода ФИО6 её состояние было крайне тяжелым. Бригада скорой медицинской помощи забрала пациентку и транспортировала её в ГУЗ «ГБ № 10 г. Тула». Они рекомендовали поместить ту именно в реанимационное отделение, в связи с тяжестью её состояния. В связи с поступлением ФИО6 в вечернее время и высокой нагрузкой рентген-лаборантов, рентгенография легких была проведена на 3 сутки после поступления в госпиталь, но данный факт не отразился на полноте лечения, так как ФИО6 лечили от предполагаемой вирусной пневмонии и рентгенография легких была нужна исключительно для подтверждения диагноза. Мазок на Covid-19 у ФИО6 взят дата в 06 часов 00 минут. дата ФИО6 была назначена плановая рентгенография легких. Отмечает, что в инфекционном госпитале отсутствует компьютерный томограф, то есть нет возможности сделать КТ легких. Сатурация проверялась три раза в день, а именно в 06 часов утра, в 16 часов и в 21 час. дата после утреннего осмотра ФИО6 ею была назначена плановая рентгенография легких. дата приехал рентген- лаборант ГУЗ «ТГКБСМП им. Д.Я. Ваныкина», после чего ей была проведена плановая рентгенография легких. Результаты рентгенографии были отправлены в ГУЗ «ТГКБСМП им. Д.Я. Ваныкина», расположенную в г. Туле для их описания врачом- рентгенологом. По заключению рентгенографии от дата подтвердился диагноз «двусторонняя полисегментарная пневмония, диффузный пневмосклероз (часть легочной ткани заменилась соединительной тканью). Результаты рентгенографии были отправлены в г. Тула, потому что в штате инфекционного госпиталя нет врача-рентгенолога. Сразу же после того, как были получены результаты рентгенографии легких, они были внесены в медицинскую карту. У ФИО6 был получен необходимый объем анализов с учетом реактивов, которые имеются в наличии в инфекционном госпитале. У ФИО6 не было подозрения на тромбоз. Исследования крови на наличие Д-димера и фибриногена не проводилось, так как в этом не было необходимости. Также не выполнен анализ крови на лактатдегидрогеназа, так как не было необходимости.

Из показаний свидетеля О.. следует, что он работал в должности врача приемного отделения инфекционного госпиталя ГУЗ «ГБ № 10 г. Тула» с дата по дата. дата из инфекционного госпиталя «Слободка» ГУЗ «ТГКБСМП им. Д.Я. Ваныкина» в ГУЗ «ГБ № 10 г. Тула» около 19 часов 00 минут поступила ФИО6 Она была в тяжелом состоянии и не способна к самостоятельному передвижению, сатурация 78 % на кислородной поддержке примерно 6 литров в минуту. Данные показатели требовали проведение кислородной терапии. Проверены: пульс, давление, температура, данные ЭКГ, медицинскую документацию, переводной эпикриз. Собрать анамнез не представлялось возможным ввиду тяжести состояния больной. Дана оценка состояния ФИО6, после чего та немедленно госпитализирована в палату для проведения кислородотерапии на кислородной точке, дающий баллонный медицинский кислород до 15 литров в минуту на усмотрение лечащего врача. В палате инфекционного госпиталя возможно проведение неинвазивной вентиляции лёгких. Лечащим врачом ФИО6 была К. Лечение ФИО6 могло проходить в палате инфекционного госпиталя при проведении кислород терапии. Комплекс мер, необходимых для больного с такими показателями, в полной мере был оказан ФИО6 Данная терапия не дала своего результата. Сама ФИО6 не могла разговаривать, вследствие чего не могла пояснить что-либо. Отвечала на вопросы односложно (кивками или жестами). Он с ней контактировал примерно 7-8 минут, после чего та была госпитализирована в инфекционную палату. Вопреки направлению в реанимацию ФИО6 распределили в общую палату, потому что в соответствии с выписным эпикризом ГУЗ «ТГКБСМП им. Д.Я. Ваныкина» она была направлена в инфекционный госпиталь. Указания на госпитализацию в реанимационное отделение не было. Решение о госпитализации в реанимационное отделение принимается медицинским персоналом ГУЗ «ГБ № 10 г. Тулы», исходя из тяжести состояния больной, а также эффективности проводимой терапии в условиях инфекционного отделения. Сделать тест на Covid-19 он ФИО6 не предлагал так как в медицинских документах был тест от дата, согласно которому у нее подтвержден «Covid-19». Сделать рентген легких ФИО6 он не предлагал, так как в медицинских документах было рентгенологическое исследование легких от дата. КТ- легких ФИО6 не проводилось ввиду отсутствия в ГУЗ «ГБ № 10 г. Тула» аппарата компьютерной томографии. Согласно «временным методическим рекомендациям по профилактике новой коронавирусной инфекции версия 9» «...Если Sp02 в положении на животе меньше 92 % показана консультация реаниматолога в течение часа. При проведении оксигенотерапии показано кратковременно прекращать её не реже чем 1 раз в 2 ч, если при этом отмечается снижение Sp02 меньше 85 %, показан вызов реаниматолога в течение часа, если Sp02 снижается до 80 % и мене - экстренный вызов реаниматолога. Им не совершен вызов реаниматолога, поскольку на момент поступления ФИО6 дата в 19 часов 49 минут свободных мест в реанимационном отделении не было (регулярно по телефону связывались с ОРИТ для уточнения количества свободных мест), а ожидание реаниматолога в условиях оксигенотерапии кислородным концентратором сопряжено с высоким риском ухудшения состояния больной, вследствие чего им принято решение госпитализировать пациентку в палату с кислородной точкой и возможностью проведения «Сипап» терапии. Пояснил, что выводы акта проверки Росздравнадзора Тульской области в отношении ГУЗ «ГБ № 10 г. Тула» находят своё реальное подтверждение, однако как он отметил ранее, поместить пациентку ФИО6 в ОРИТ не было фактической возможности ввиду отсутствия свободных мест.

Из показаний свидетеля К. следует, что она работает в ГУЗ «Тульский областная клиническая больница» инфекционный госпиталь, в должности врача-инфекциониста. Ранее с дата она работала в должности врача-невролога ГУЗ «ГБ № 10 г. Тула». У неё имеется дополнительное удостоверение о повышении квалификации «профилактика, диагностика и лечение новой коронавирусной инфекции «Covid-19». дата в ГУЗ «ГБ № 10 г. Тула» из инфекционного госпиталя «Слободка» ГУЗ «ТГКБСМП им. Д.Я. Ваныкина» поступила ФИО6 В приемном отделении врач ФИО7 провел первичный осмотр больной, сбор жалоб, анамнеза, проверил медицинскую документацию, ЭКГ, после чего выставил диагноз «коронавирусная инфекция, вызванная вирусом «Covid-19», вирус идентифицирован лабораторным тестированием». В соответствии с историей болезни у ФИО6 были сопутствующие заболевания: сахарный диабет 2 типа, артериальная гипертония 3 степени 3 стадии, риск 4, хронический пиелонефрит, синусовая тахикардия (частый ритм сердца). Даны рекомендации на лабораторное обследование, ЭКГ, рентгенографию органов грудной клетки и госпитализация на койку с кислородной подводкой. На момент осмотра пациентка предъявляла жалобы на общую слабость, одышку, повышение температуры тела. При поступлении в палату пациентка сразу же была подключена к кислородному обеспечению 10 литров увлажненного кислорода в минуту. Пациентка была уложена в прон-позицию, которая улучшает поступление кислорода в легкие. При этом сатурация у нее поднялась до 89 %. Пациентке была назначена терапия, усиленное динамическое наблюдение, получен общий анализ крови, мочи. Ей была поставлена капельница с «дексиметазоном», введен антибиотик «цэфтриаксон» - антибактериальная терапия, выдан препарат «гидроксихлорохин» и препарат «омепрозол», чтобы не было развития язвенной болезни. Ухудшения у пациентки начались около 01 часа 00 минут дата. Пациентка начала жаловаться на более выраженную одышку, слабость и нехватку воздуха. При этом она находилась в прон-позиции, она увеличила кислородную поддержку до 15 литров в минуту. Сатурация составляла 75-80 %. Она вызвала реаниматолога с целью решения вопроса перевода пациентки в реанимационное отделение. Пациентке дополнительно была сделана инъекция препарата «дексаметазон» 3 мл внутривенно-струйно. Реаниматологи приняли решение о переводе ФИО6 в реанимационное отделение для дальнейшего лечения и наблюдения. Далее помощь ФИО6 оказывали реаниматологи. Около дата реаниматологи сообщили о том, что та скончалась. В дневнике осмотра врача-инфекциониста (дежурного врача) - штрих-код 1131400104759 дата допущена техническая ошибка из-за человеческого фактора. В данном дневнике следует считать правильно дату не дата в 10 часов 55 минут ею составлен переводной эпикриз (инфекционные болезни) ФИО6 Отмечает, что данный документ составлялся не в момент перевода пациентки в ОРИТ, а после перевода, когда она находилась в «чистой зоне», ввиду отсутствия технической возможности оформления медицинской документации в «грязной зоне». Из-за большого объема работы медицинские документы могут быть составлены после фактического оказания медицинской помощи пациенту, что не является нарушением, как было в данном случае. Жалобы, предъявляемые ФИО6, выражались частично словами, частично кивками. Слова были сказаны на высоте усиленной одышки при нехватке воздуха, потому что падала сатурация и дыхание отягощалось. Пациентка была в сознании, которое было несколько спутано на фоне респираторной (дыхательной) недостаточности.

Из показаний свидетеля ФИО10 следует, что он работает в должности врача-анестезиолога-реаниматолога ГУЗ «Тульский областной онкологический диспансер» Также с дата он по совместительству работает в инфекционном госпитале в ГУЗ «ГБ № 10 г. Тула», отделение анестезиологии-реанимации с палатами реанимации и интенсивной терапии для оказания помощи взрослому населению с новой коронавирусной инфекцией «Covid-19». дата в ГУЗ «ГБ № 10 г. Тула» из инфекционного госпиталя «Слободка» ГУЗ «ТГКБСМП им. Д.Я. Ваныкина» поступила ФИО6, точное время поступления больной в больницу не знает. ФИО6 осмотрена врачом приемного отделения, после чего переведена в палату инфекционного госпиталя. дата дежурный врач вызвал его в палату, в которой находилась ФИО6, и пояснил, что у пациентки ухудшилось состояние здоровье. Он осмотрел ФИО6, после чего дата ФИО6 была переведена в отделение реанимации в связи ухудшением состояния здоровья. Учитывая тяжесть состояния ФИО6 принято решение перевести пациентку на аппарат ИВЛ. Состояние ФИО6 ухудшалось с каждым часом. Вместе с переводом на ИВЛ началась интенсивная терапия согласно клиническим рекомендациям. В 02 часа 30 минут в связи с выраженной гипотензией начата инотропная поддержка. Данные меры результата не давали, в течение всего времени нахождения в отделении реанимации объем нор-адреналина постепенно увеличивался до 7мг/ч. Состояние ФИО6 не улучшалось, дозы нор-адреналина увеличивались, однако было бесполезно. Артериальное давление оставалось низким. Она находилась на аппарате искусственной вентиляции легких с фракцией кислорода 75 %, сатурация 92 %. За время нахождения в реанимации сатурация ФИО6 снижалась и достигла отметки 70 %, которая была зафиксирована в 06 часов 00 минут. Увеличение объёма кислорода не приводило к успеху, в 06 часов 00 минут фракция кислорода составляла 100 %. Около 07 часов 00 минут состояние ФИО6 резко ухудшилось, произошла остановка сердечной деятельности. После чего начаты реанимационные мероприятия, которые продолжались 30 минут. Реанимационные мероприятия эффекта не дали. дата констатирована смерть ФИО6

Из показаний свидетеля А. следует, что она работает в должности главного врача ГУЗ «ГБ № 10 г. Тула». На основании приказа и.о. главного врача ГУЗ «ГБ № 10 г. Тула» была создана комиссия по внутреннему контролю качества медицинской помощи. В составе комиссии помимо неё были П - заведующая отделением, начальник госпиталя, Б. - зав. инфекционным отделением № 2, Б.. - зам. главного врача по ВК и приглашённый член комиссии М. Проверяемыми лицами были врач О.., врач-реаниматолог П.., заведующий ОРИТ С. После получения протокола вскоытия ФИО6, комиссия приступила к рассмотрению факта оказания медицинской помощи с летальным исходом. Согласно данным истории болезни ФИО6 у членов комиссии не возникло вопросов к врачу-реаниматологу Р.. ввиду того, что при первом же осмотре пациента, им незамедлительно принято решение о переводе больной в реанимационное отделение, а также в полном объеме проведены реанимационные мероприятия. В действиях врача К.. также не выявлено нарушений, ввиду чего она не подлежала проверке. Перечень рассмотренных вопросов комиссией: этапы оказания медицинской помощи; соблюдение стандартов оказания медицинской помощи, причины летального исхода. По итогам заседания комиссия пришла к выводу, что длительный этап лечения в амбулаторных условиях и в условиях инфекционного госпиталя «Слободка», где не имелось возможностей для оказания медицинской помощи в полном объеме (отсутствовала возможность кислородотерапии на. высоких объемах кислорода), в результате чего больная поступила в инфекционный госпиталь ГУЗ «ГБ № 10 г. Тулы» с явлениями выраженной дыхательной недостаточности и низкими цифрами сатурации - 78 %; помощь в ГУЗ «ГБ № 10 г. Тулы» оказывалась в соответствии со стандартами оказания медицинской помощи больным с заболеваниями бронхо-легочной системы; заболевание протекало в сочетании с: сахарный диабет 2 типа, артериальная гипертония 3 ст 3 ст риск 4, хронический пиелонефрит, синусовая тахикардия. В данной ситуации имеет место летальный исход в результате нарастания явлений дыхательной недостаточности и развитии острого респираторного дистресс-синдрома взрослых, не смотря на проводимое в полном объеме лечение. Более подробно про заседание комиссии указано в протоколе от дата П. был проверяемым лицом, так как он оформлял посмертный эпикриз. Протокол установления смерти был составлен заведующим отделением реанимации С.. Согласно приказу Министерства здравоохранения Тульской области, в ГУЗ «ГБ № 10 г. Тула» открыт инфекционный госпиталь, в котором в ОРИТ функционируют 16 коек. В приёмном покое имеются сведения о наличии свободных мест в ОРИТ. Данная информация имеется у врачей приемного отделения и отделения госпиталя. Врачи приемного отделения и инфекционных отделений посредством телефонной связи с ОРИТ могут узнать о наличии свободных коек. Ввиду распространения новой коронавирусной инфекции свободные в период дата места в ОРИТ были не всегда. Учет свободных коек в ОРИТ можно подтвердить количеством находившихся в этот день пациентов в ОРИТ, так как оно подтвердит, что в этот день все 16 коек ОРИТ была заняты. В случае поступления пациента в тяжёлом состоянии с низкой сатурацией менее 80 % и нарушением сознания, в случае отсутствия свободных коек в ОРИТ лечащий врач незамедлительно должен вызвать врача- реаниматолог-анестезиолога для проведения не инвазивной вентиляции легких на месте, что и было сделано в данном случае. Задача врача приемного отделения принять меры к наиболее быстрой госпитализации пациента в ОРИТ или отделение общей терапии на кислородную точку. В данном случае врач приемного отделения поступил правильно, так как ожидание в условиях оксигенотерапии кислородным концентратором сопряжено с высоким риском ухудшения состояния больной, вследствие чего им принято решение госпитализировать пациентку в палату с кислородной точкой и возможностью проведения «Сипап» терапии. Согласно медицинской документации дата зафиксирована остановка сердечной деятельности ФИО6, вместе с тем обнаружены гипостатические пятна на отлогих местах. Гипостатические пятна могли развиться в виду того, что смерть ФИО6 наступала постепенно, и прекращался кровоток в организме.

Допрошенные по данному факту члены комиссии по исследованию летального исхода - заместитель главного врача по клинико-экспертной работе ГУЗ «ГБ № 10 г. Тулы» Б. и заместитель главного врача по поликлинике ГУЗ «ГБ № 10 г. Тулы» М. дали по своей сути и содержанию показания, аналогичные показаниям А.

Из показаний свидетеля П. следует, что она работает в должности врача-пульмонолога в ГУЗ «ТОКБ» с дата В её обязанности входит оказание медицинской помощи больным пульмонологического профиля. Общи стаж работы с дата года. Ранее с дата она работала в ГУЗ «ГБ № 10 г. Тула» в должности заведующего инфекционным отделением. В её должностные обязанности входило оказание медицинской помощи больным инфекционного профиля, контроль работы врачей инфекционного отделения и среднего медицинского персонала. дата и.о. главного врача ГУЗ «ГБ № 10 г. Тула» А. сообщила ей, что с ней согласован перевод пациента ФИО6 из инфекционного госпиталя «Слободка» ГУЗ «ТГКБСМП им. Д.Я. Ваныкина» в ГУЗ «ГБ № 10 г. Тула». Ей сообщили, что пациентка нуждается в кислородной поддержке и находится в тяжелом состоянии. Непосредственно с лечащим врачом ФИО6 она не разговаривала. Более про состояние здоровья ФИО6 ничего не уточнили. Каких-либо указаний по экстренной госпитализации в отделение реанимации ей не поступило. Она сообщила о данном переводе дежурному врачу приемного отделения ФИО7, который непосредственно и принял ФИО6 После этого судьба ФИО6 ей неизвестна, более по данному переводу её никто не информировал. дата на утреннем совещании она узнала, что ФИО6 скончалась в отделении реанимации. В остальной части показания свидетеля П. по своей сути и содержанию аналогичны показаниям свидетелей А., Б., М.

Из показаний свидетеля К. следует, что он работает в ГУЗ «ТГКБСМП им. Д.Я. Ваныкина», в должности врача-патологоанатома дата он проводил вскрытие трупа ФИО6, труп которой доставили из реанимационного отделения ГУЗ «ГБ № 10 г. Тула» с диагнозом: Коронавирусная инфекция, вызванная вирусом Ковид-19, вирус идентифицирован, крайне тяжелое течение. Перед вскрытием им изучена медицинская документация на ФИО6, согласно которой не было ссылок и указаний на наличие поражения центральной нервной системы. Вместе с тем в документации имелся положительный ПЦР тест на Ковид-19. Во время вскрытия им исследованы легкие, Б- том числе, которые имели субтотальное поражение, которое явилось причиной смерти. Согласно временным методическим рекомендациям Министерства здравоохранения РФ версия 7 от дата глава № 8 стр. 77 вскрытие должно быть проведено в максимально возможные ранние сроки. Время вскрытия необходимо сократить до минимума, рекомендуется вскрывать тело умершего, не извлекая его из пластикового пакета, по возможности, не вынимая органы из тела (при необходимости - извлечение органов и взвешивание допустимо). Вследствие чего, учитывая все данные факторы, им принято решение в целях нераспространения инфекции и минимизирования времени вскрытия не проводить исследование полости черепа, так как данное исследование затянуло бы вскрытие и скорее всего не повлияло бы на заключительный патологоанатомический диагноз.

Из заключения экспертов ГБУЗ Рязанской области «Бюро судебно- медицинской экспертизы им. Д.И. Мастбаума» № * следует, что первоначальной причиной смерти ФИО6 явилось заболевание - двусторонняя полисегментарная серозно-фибринозная пневмония. Непосредственной причиной смерти послужило осложнение - респираторный дистресс синдром. Между вышеозначенным заболеванием с одной стороны и смертью ФИО6 с другой стороны — присутствует прямая причинно- следственная связь. Дефекты оказания медицинской помощи с большей долей вероятности не могли повлиять на неблагоприятный исход заболевания в связи с наличием у пациентки серьёзной сопутствующей патологии (сахарный диабет 2 типа, гипертоническая болезнь, ишемическая болезнь сердца, хронический пиелонефрит), нахождением пациентки в группе риска по возрасту (старше 65- ти лет) и тяжестью течения основного заболевания. Данные представленной медицинской документации позволяют сделать вывод о том, что признаков ненадлежащего исполнения профессиональных обязанностей медицинскими работниками ГУЗ «ГБ № 2 г. Тулы», ГУЗ «ТГКБСМП им. Д.Я. Ваныкина», ГУЗ «ГБ № 10 г. Тулы», которые привели к летальному исходу заболевания у пациентки ФИО6 не выявлено. Анализируя медицинские карты № * стационарного больного - оказание анестезиолого- реаниматологической помощи ФИО6 проведено квалифицировано, в полном объеме, в соответствии с «Временным методическим рекомендациями по профилактике, диагностике и лечению новой коронавирусной инфекции (COVID-19)» версия 9 от дата года, также клиническими рекомендациями по профилю «анестезиология и реаниматология». Согласно приказу МЗ РФ от 18 мая 2020 г. № 459н, все пациенты, относящиеся к группе риска (лица старше 65 лет, лица с наличием хронических заболеваний эндокринной системы), при наличии клиники ОРВИ легкого течения, должны быть госпитализированы в стационар. Однако в условиях массовой госпитализации пациентов в инфекционные отделения для больных COVID-19, высокой нагрузки на медицинских работников, было допустимо оставить больную ФИО6 на амбулаторном лечении, так как экстренных показаний для госпитализации на момент осмотра участкового терапевта по состоянию на дата у пациентки не было. Нет оснований полагать, что какое-либо иное оказание медицинской помощи, отличное от реализованной при амбулаторном лечении в ГУЗ ГБ № 2 г. Тулы и при госпитализации в ГУЗ «ТГКБСМП им. Ваныкина», ГУЗ «ГБ №10 г. Тулы», позволяло не допустить летальный исход в лечении больной ФИО11 Правильно оказанная анестезиолого-реаниматологическая помощь у больной с крайне тяжёлым течением Covid-19 с осложнением в виде ОРДСВ и отягощенными сопутствующими заболеваниями (сахарный диабет, артериальная гипертония 3 ст., хронический пиелонифрит) не является абсолютным гарантом благоприятного исхода заболевания. Обозначенные выше нарушения оказания медицинской помощи ФИО6 воспрепятствовали своевременной диагностике существовавшего инфекционного заболевания - пневмонии, что создало условия для не корригируемого мерами медицинской помощи прогрессирования патологического процесса вплоть до наступления смерти ФИО6 Следует учитывать, что своевременно и правильно назначенное и проведенное лечение могло воспрепятствовать прогрессированию указанного заболевания и тем самым повысить вероятность наступления благоприятного исхода (сохранения жизни пациента). Вместе с тем, в силу тяжести рассматриваемого заболевания, а также наличия тяжелой сопутствующей патологии, своевременно и правильно назначенное и проведенное лечение однозначной гарантией наступления благоприятного исхода не являлось. Вышеизложенное является основанием для выводов: а) об отсутствии прямой причинно-следственной связи между нарушениями оказания медицинской помощи (не своевременная диагностика коронавирусной инфекции (COVID-19), отсутствие контроля лабораторных методов исследования) и смертью ФИО6; б) о наличии непрямой (то есть косвенной) причинно-следственной связи между этими событиями.

Из заключения экспертов Приволжского филиала (с дислокацией в г. Нижний Новгород) Федерального Государственного казенного учреждения «Судебно-экспертный центр Следственного комитета Российской Федерации» № * следует, что согласно протоколу патологоанатомического вскрытия ФИО6 был выставлен следующий патологоанатомический диагноз: «Основное заболевание: короновирусная инфекция, вызванная вирусом COVID-19 (ПЦР положительный от дата) Двусторонний тотальный вирусный пневмонит, экссудативная стадия. Респираторный синдром. Сочетанное заболевание: Сахарный диабет 2 тип, среднетяжелое течение, субкомпенсация с множественными осложнениями. Осложнение основного заболевания: прогрессирующая респираторная недостаточность. Острая левожелудочковая недостаточность. Кортикальный некронефроз, острая почечная недостаточность. Сопутствующие заболевания: атеросклеротическая болезнь сердца (мелкоочаговый кардиосклероз, атеросклероз коронарных артерий 4 ст, стеноз до 30% просвета на площади более 50%). Артериальная гипертония с поражением сердца (гипертрофия миокарда 420 грамм, толщина стенки левого желудочка 1,7) Дивентрикулярная болезнь толстой кишки без прободения, воспаления. Медицинские манипуляции: реанимационные мероприятия». При изучении исследовательской части протокола патологоанатомического вскрытия трупа ФИО6 отмечено, что отсутствует описание исследования полости черепа, головного мозга и его сосудов, гистологическое исследование головного мозга не проводилось, что не позволяет достоверно и доказательно подтвердить (установить) причину смерти ФИО6 Необходимость исследования полости черепа и головного мозга, по мнению членов комиссии, была обусловлена наличием описанных в медицинской документации нарушений уровня сознания (на момент поступления в ГБ № 10) на фоне имевшихся у пациентки хронических заболеваний (сахарного диабета, гипертонической болезни, хронического пиелонефрита). Кроме того, исследование головного мозга предусмотрено п. 23 приложения № 1 к Приказу Министерства здравоохранения РФ от 6 июня 2013 г. № 354н «О порядке проведения патологоанатомических вскрытий». На этапе оказания медицинской помощи ФИО6 специалистами ГУЗ «ГБ № 10 г. Тула» дефектов и недостатков оказания медицинской помощи не выявлено. Ответить на вопросы о причинно-следственной связи между оказанной медицинской помощи ФИО6 специалистами «ТГКБСМП им. Д.Я. Ваныкина» и ГУЗ «ГБ № 10 г. Тула» со смертью последней не представляется возможным ввиду того, что неполное патологоанатомическое исследование трупа ФИО6 не позволило достоверно и доказательно подтвердить (установить) причину смерти ФИО6 Установить наличие/отсутствие причинно-следственных связей между выявленными нарушениями оказания медицинской помощи на разных этапах и наступлением неблагоприятного исхода в виде смерти ФИО6 не представляется возможным из-за того, что труп ФИО6 был исследован не полностью, что не позволило подтвердить (установить) причину смерти ФИО6 Согласно Записям в медицинской карте стационарного больного ГБ № 10 дата, при поступлении Sp02 соответствовала 78%, в сочетании с отмеченными нарушениями сознания («сознание спутанное»), что требовало экстренного вызова реаниматолога с последующей госпитализацией в ОРИТ.

Из показаний эксперта СЭЦ СК России К.. подтверждены выводы комиссии экспертов. По поводу исправления несоответствующих данных о сатурации при поступлении ФИО6 в ГУЗ «ГБ № 10 г. Тула» (первоначально в заключении экспертами была указана сатурация 92 %, а по медицинским документам 78%), что первоначальные сведения о сатурации кислорода у ФИО6 при ее поступлении в ГУЗ «ГБ № 10 г. Тула» являлись технической ошибкой, которая не повлияла на выводы комиссии экспертов. Недостатки оказания медицинской помощи, допущенные на этапе ГУЗ «ГБ № 10 г. Тула» (в том числе при поступлении пациентки в стационар) перечислены в выводах (ответы на вопросы 11, 12, 14, 15): при поступлении Sp02 составляла 78%, что требовало экстренного вызова реаниматолога (нарушением «Временных методическим рекомендациям по профилактике новой коронавирусной инфекции (COVID-19) версия 9»): сатурация кислорода при поступлении при поступлении менее 92%, в сочетании с отмеченными нарушениями сознания («сознание спутанное») требовали госпитализации в ОРИТ; в дневниковых записях осмотра врачом инфекционистом не указано время их проведения. Установить наличие/отсутствие причинно-следственных связей между выявленными нарушениями оказания медицинской помощи на разных этапах и наступлением неблагоприятного исхода в виде смерти ФИО6 не представляется возможным из-за того, что труп ФИО6 был исследован не полностью. Проведение эксгумации трупа ФИО6 с целью установления причины смерти в настоящее время нецелесообразно ввиду того, что с момента смерти последней прошло более 9 месяцев, что неизбежно повлекло за собой выраженные гнилостные изменения трупа. Согласно записям в медицинской карте стационарного больного ГУЗ «ГБ № 10 г. Тулы» на имя ФИО6, смерть констатирована дата. Смерть ФИО6 подтверждена клиническими данными, зафиксированными после проведения реанимационных мероприятий (отсутствием сознания, реакции зрачков на свет, дыхания и сердечной деятельности, а также данными ЭКГ - изолиния).

Из заключения экспертов БУЗ Вологодской области «Бюро судебно- медицинской экспертизы» № * следует, что в исследовательской части протокола патологоанатомического вскрытия трупа ФИО6 отсутствует описание исследования полости черепа, головного мозга и его сосудов, гистологическое исследование головного мозга не проводилось, что не позволяет достоверно установить причину смерти ФИО6 Необходимость исследования полости черепа и головного мозга, по мнению членов комиссии, в данном случае обусловлена наличием описанных в медицинской документации нарушений уровня сознания (на момент поступления в ГБ № 10) на фоне имевшихся у пациентки хронических заболеваний (сахарного диабета, гипертонической болезни, хронического пиелонефрита). Исследование головного мозга предусмотрено п. 23 приложения № 1 к Приказу Министерства здравоохранения РФ от 6 июня 2013 г. № 354н «О порядке проведения патологоанатомических вскрытий». Исходя из вышеизложенного, достоверно высказаться о причине смерти ФИО6 не представляется возможным. Вероятно, смерть ФИО6 наступила в результате новой коронавирусной инфекции Covid-19, которая протекала на фоне сопутствующей патологии (сахарный диабет 2 типа, артериальная гипертензия, хронический пиелонефрит) и осложнилась развитием двусторонней пневмонии с респираторным дистресс синдромом. В ГУЗ «ГБ № 10 г. Тулы» ФИО6 был выставлен заключительный клинический диагноз: «Основной диагноз: Коронавирусная инфекция, вызванная вирусом COVID-19, вирус идентифицирован. Осложнение диагноза: ОРДСВ. Сопутствующий диагноз: Сопутствующий диагноз: Сахарный диабет 2 тип. Артериальная гипертония Зет. риск 4. Хронический пиелонефрит». В части основного заболевания заключительный клинический и патологоанатомический диагнозы совпадают. Исходя из представленных данных, каких-либо оснований утверждать, что госпитализация ФИО6 в реанимационное отделение дата (при поступлении), спасла бы ей жизнь, не имеется. Возможно, госпитализация в реанимационное отделение дата позволила бы несколько продлить жизнь ФИО6 При этом считаем, что неблагоприятный исход в виде смерти ФИО6 был более вероятен даже при отсутствии вышеуказанного недостатка, так как пациентка относилась к группе риска по тяжелому течению коронавирусной инфекции (возраст более 65 лет, сопутствующая патология - сахарный диабет 2 типа, артериальная гипертензия, хронический пиелонефрит). Установить наличие или отсутствие причинно-следственной связи между нарушениями, выявленными на всех вышеуказанных этапах оказания медицинской помощи ФИО6 и наступлением неблагоприятного исхода в виде ее смерти не представляется возможным, так как в рамках данной экспертизы причина ее смерти была определена вероятностно из-за неполного патологоанатомического исследования трупа, а также из-за особенности течения новой коронавирусной инфекции, выражающейся в непредсказуемости исхода даже при полноценном лечении в соответствии временными методическими рекомендациями- «Профилактика, диагностика и лечение новой коронавирусной инфекции (COVID-19) версия 9».

При проведении судебно-медицинских экспертиз качества оказания медицинской помощи было установлено, что смерть ФИО6 наиболее вероятностно наступила от двусторонней полисегментарной пневмонии, осложнившейся респираторным дистресс синдромом.

Акт экспертизы качества медицинской помощи № * по месту оказания медицинской помощи ГУЗ «ГБ № 10 г. Тулы» подготовленного по поручению ООО «АльфаСтрахование-ОМС» указывает, что имеет место нарушение временных методических рекомендаций МЗ РФ «Профилактика, диагностика и лечение новой коронавирусной инфекции COVID-19» версия 9 от 26.10.2020г. и приказа № 459нМинздрава РФ от 18 мая 2020 г. (пациентка не госпитализирована своевременно в отделение реанимации и не обследована в полном объеме). Экспертное заключение также указывает на наличие недостатков.

Допрошенная судом врач-оталоринголог ГУЗ «Тульская городская клиническая больница скорой медицинской помощи им. Д.Я. Ваныкина» О., предупрежденная об ответственности за отказ от дачи показаний и за дачу заведомо ложный показаний показала суду, что дата года она пришла на работу, и ей сообщили, что в палату, закрепленную за ней поступила пациентка ФИО6 Дежурный доктор сказал, что пациентка тяжелая, и нуждается в постоянной кислородной поддержке. В других госпиталях не было мест, и она была госпитализирована к ним. По поступлении, она получала постоянную поддержку в виде кислородного концентратора.

ФИО6, при поступлении была назначена рентгенография легких в прямой и боковой проекциях, и лабораторные обследования.

Когда ФИО12 пошла на обход к пациентам, она пообщалась со ФИО6, посмотрела на ее состояние. ФИО6 была в выраженном синдроме интоксикации и скорректировала лечение, дополнительно назначено противорвотное средство, и амепрозол, для снижения желудочного сока.

Состояние пациентки удалось стабилизировать, сатурация 96-97. На следующий день ФИО6 сообщила, что ей лучше, на основании чего продолжили назначенную ранее терапию.

дата года приехал рентген лаборант, выполнил рентгенографию легких для подтверждения диагноза пневмонии.

Позже, в этот же день, ей сообщили, что пациентке стало хуже. Они направили реаниматолога, который подтвердил, что ФИО6 нужна терапия, которую они не могут оказать в данном лечебном учреждении. Заведующий стала искать больницу, которая могла бы ее принять. ФИО12 общалась с родственниками, которым пояснила, что пациентке резко стало хуже, и ей необходим перевод в другое лечебное учреждение.

Заведующая договорилась о переводе в Щекинскую районную больницу в ковидный госпиталь, который имел реанимационное отделение и проточный кислород, но родственники попросили, чтобы ФИО6 перевели в ГУЗ «Городская больница №10», и сами согласовали перевод. Быстро позвонили, сказали, что пациентку ждут, они вызвали бригаду, для переезда. До момента прибытия бригады скорой медицинской помощи (примерно до 20:00) состояние пациентки несколько раз менялось, дыхательная недостаточность, сатурация 83-85. Она была в сознании, врач контролировал ее состояние.

Скорую помощь ждали относительно долго, так как не хватало машин, а нужна не любая бригада, а реанимационная.

ФИО6 не всегда была с кислородной поддержкой, если чувствовала себя хорошо, то снимала его, делала свои дела и надевала при необходимости. Мерили сатурацию и так и так.

ФИО6 изначально и своевременно получала терапию от пневмонии, поскольку этот диагноз поставили клинически, на фоне ее жалоб и рентген нужен был, чтобы подтвердить диагноз, на назначенное лечение он никак не повлиял.

Рентген оборудование всегда находилось, но из- за того, что открылось очень много госпиталей, медицинских работников от этого больше не стало. По клиническим рекомендациям они имели право делать рентген в течении трех суток. Если бы сделали рентген срочно, это не отразилось бы на лечении, могли бы только узнать обьем поражения легких. Есть жалобы и клиническая картина пациента, сатурация. Пневмония и двухсторонняя пневмония легких лечится одинаково.

Пациента удалось стабилизировать, и стабильного пациента переводить в другой госпиталь, оснований не было.

По клиническим рекомендациям Д-димер делается по необходимости, если есть клинические проявления, в реанимационном отделении, при поступлении пациента этот анализ проводится.

Это лишь один и показателей, он ни каким образом на лечение не влияет, поскольку при поступлении, пациентка ФИО6 получала антитромботическую терапию. Нам было важнее контролировать не Д-димер, а АЧТВ (активное частичное тромбопластиновое время), он на прямую влияет на ситуацию, и более информативен, и в данной ситуации был более интересен. Поскольку на основании этого показателя могли контролировать дозировку коагулянтов.

Д-димер – анализ, который показывает трамбоз, и никак не мог повлиять на диагностику и лечение.

Респираторный дистресс синдром у пациентки диагностирован не был, предположила, что он у нее случился, поскольку это состояние можно подтвердить диагностической только при КТ, в момент ухудшения состояния.

Пояснила, что ФИО13 шторм, это одно из проявлений респираторной вирусной инфекции, которая встречается у большинства больных в состоянии средней тяжести. Для того, что бы препятствовать его проявлению, всем пациентам, при COVID, назначался дексаметазон и антиоксиданты. Наличие анализа на Д-димер никак на лечение не повлияло, поскольку, других методом и профилактики лечения цитокинового шторма на тот момент не было. Гораздо позже в методических рекомендациях появилась генно-инженерная терапия, которая более эффективно работает. На момент дата года, таких рекомендаций еще не было.

Д-димер не может указать на ОРД в тот момент, когда его еще нет. Д-димер это показатель наличия тромбов в организме, тромбы есть у всех людей, вскочил прыщик, в этом месте будет локализация тромбов, при варикозном расширении вен. С возрастом этот показатель увеличивается в несколько раз, это норма. Если добавить к этому сопутствующие заболевания, как сахарный диабет, применение антикоагулянтов, это приводит так же к увеличению этого показателя.

Пациентке ФИО6 было назначено лечение с учетом ее возраста и наличия сопутствующих заболеваний.

Анамнез собирается в приемном отделении, при поступлении, по протоколу. Предположила, что фраза от «мазков и КТ отказалась» была сообщена пациенткой в приемной.

На основании определения Привокзального районного суда г. Тулы от дата года по делу была судебная медицинская экспертиза, производство которой поручено Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Калужской области «Калужское областное бюро судебно-медицинских экспертиз».

Согласно выводам комиссионной судебно-медицинской экспертизы ГБУЗ Калужской области «Калужское областное бюро судебно-медицинской экспертизы» *:

В предоставленных комиссии экспертов материалах отсутствуют какие-либо объективные данные об обращениях за медицинской помощью ФИО6 в период времени с дата

Согласно сведениям из заверенной копии медицинской карты пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях ГУЗ «Городская клиническая больница № 2 г. Тулы имени Е.Г.Лазарева», ФИО6 находилась на консультации врача-терапевта дата года.

В соответствии с приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 18.05.2020 №459н «О внесении изменений в Приказ Минздрава России от 19.03.2020 № 198н «О временном порядке организации работы медицинских организаций в целях реализации мер по профилактике и снижению рисков распространения новой коронавирусной инфекции COVID-19», пациенты, относящиеся к группе риска (старше 65 лет, с сопутствующими заболеваниями и состояниями) при наличии клиники ОРВИ легкого течения должны быть госпитализированы в стационар. Так как ФИО6 относилась к группе риска, то должна была быть направлена на госпитализацию в стационар.

Согласно данным из медицинской карты № * стационарного больного инфекционного отделения Covid-госпиталь ГУЗ «Тульская городская клиническая больница скорой медицинской помощи им. Д.Я. Ваныкина», ФИО6 была госпитализирована дата года.

В предоставленных комиссии экспертов материалах отсутствуют какие-либо объективные данные об обращениях за медицинской помощью ФИО6 в период времени с дата

При оказании ФИО6 медицинской помощи в ГУЗ «Городская клиническая больница № 2 г. Тулы имени Е.Г.Лазарева» дата года имелся недостаток диагностики: не взят мазок из носоглотки на коронавирус (согласно Временным методическим рекомендациям «Профилактика, диагностика и лечение новой коронавирусной инфекции COVID19» версия 9 от дата г., лицам старше 65 лет, обратившимся за медицинской помощью с респираторными симптомами, в обязательном порядке проводится лабораторное обследование на COVID-19 с применением МАНК [метод амплификации нуклеиновых кислот; к нему относится ПЦР - полимеразная цепная реакция]).

При оказании ФИО6 медицинской помощи в ГУЗ «Тульская городская клиническая больница скорой медицинской помощи им. Д.Я. Ваныкина» в период времени с дата года имелись недостатки диагностики:

- при поступлении дата года назначена, но не проведена рентгенография органов грудной клетки (выполнена только дата года);

- дата года не измерялась сатурация кислорода в крови без кислородной поддержки;

- дата года при снижении сатурации кислорода в крови до 90% в несоответствии с Временными методическими рекомендациями «Профилактика, диагностика и лечение новой коронавирусной инфекции COVID19» версия 9 от дата г. не проведен осмотр врачом реаниматологом;

- в несоответствии с Временными методическими рекомендациями «Профилактика, диагностика и лечение новой коронавирусной инфекции COVID19» версия 9 от дата г. не выполнялись лабораторные исследования крови на Д-димер, прокальцитонин, суточный контроль уровня глюкозы крови; не проводился контроль показателей крови в динамике при ухудшении состояния;

- при наличии сахарного диабета 2 типа не проводилась консультация врачом эндокринологом.

При оказании ФИО6 медицинской помощи в ГУЗ «Городская больница №10 г. Тулы» в период времени с дата года недостатков диагностики не имелось.

При оказании медицинской помощи сотрудниками скорой медицинской помощи дата года ФИО6 был установлен правомерный диагноз: «Острая инфекция верхних дыхательных путей неуточненная (ОРВИ (острая респираторная вирусная инфекция))», в соответствии с имевшейся клинической картиной.

При оказании медицинской помощи врачом-терапевтом ГУЗ «Городская клиническая больница № 2 г. Тулы имени Е.Г.Лазарева» дата года ФИО6 был установлен правомерный диагноз: «ОРВИ, легкое течение», в соответствии с имевшейся клинической картиной.

При оказании медицинской помощи сотрудниками скорой медицинской помощи дата года ФИО6 был установлен правильный диагноз: «Пневмония неуточненная (пневмония с ДН) (острая двусторонняя полисегментарная пневмония)».

При оказании медицинской помощи в ГУЗ «Тульская городская клиническая больница скорой медицинской помощи им. Д.Я. Ваныкина» в период времени с дата года ФИО6 был установлен правильный диагноз: «<...>

При оказании медицинской помощи в ГУЗ «Городская больница № 10 г. Тулы» в период времени с дата года ФИО6 был установлен правильный диагноз: «<...>

При оказании медицинской помощи врачом-терапевтом ГУЗ «Городская клиническая больница № 2 г. Тулы имени Е.Г.Лазарева» дата года ФИО6 было назначено правильное лечение, в соответствии с установленным диагнозом и имевшейся клинической картиной. Данное лечение не было противопоказано ФИО6

При оказании медицинской помощи в ГУЗ «Тульская городская клиническая больница скорой медицинской помощи им. Д.Я. Ваныкина» в период времени с дата года в целом ФИО6 было назначено правильное лечение, в соответствии с установленным диагнозом и имевшейся клинической картиной, однако необоснованно были назначены два антибактериальных препарата (цефтриаксон и левофлоксацин). Назначенное лечение не было противопоказано ФИО6

При оказании ФИО6 медицинской помощи в ГУЗ «Городская больница №10 г. Тулы» в период времени с дата года было назначено правильное лечение, в соответствии с установленным диагнозом и имевшейся клинической картиной, однако в несоответствии с Временными методическими рекомендациями «Профилактика, диагностика и лечение новой коронавирусной инфекции COVID19» версия 9 от дата г., при наличии нарушения сознания, снижения сатурации кислорода до 78% при поступлении 09.12.2020 года ФИО6 не была осмотрена реаниматологом, не госпитализирована в отделение реанимации и интенсивной терапии с переводом на ИВЛ (искусственная вентиляция легких). Назначенное лечение не было противопоказано ФИО6

При оказании ФИО6 медицинской помощи в ГУЗ «Тульская городская клиническая больница скорой медицинской помощи им. Д.Я. Ваныкина» дата года при снижении сатурации кислорода в крови до 90% в несоответствии с Временными методическими рекомендациями «Профилактика, диагностика и лечение новой коронавирусной инфекции COVID19» версия 9 от дата г. не проведен осмотр врачом реаниматологом, при наличии сахарного диабета 2 типа не проводилась консультация врачом эндокринологом.

При оказании ФИО6 медицинской помощи, в ГУЗ «Городская больница № 10 г. Тулы» при поступлении дата года при наличии нарушения сознания, снижения сатурации кислорода до 78% не был проведен осмотр врачом реаниматологом.

При оказании ФИО6 медицинской помощи в ГУЗ «Городская клиническая больница № 2 г. Тулы имени Е.Г.Лазарева» дата года имелись недостатки:

- в несоответствии с приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 18.05.2020 №459н «О внесении изменений в Приказ Минздрава России от 19.03.2,020 № 198н «О временном порядке организации работы медицинских организаций в целях реализации мер по профилактике и снижению рисков распространения новой коронавирусной инфекции COVID-19», ФИО6 не была направлена на госпитализацию в стационар;

- в несоответствии с Временными методическим рекомендациям «Профилактика, диагностика и лечение новой коронавирусной инфекции COVID19» версия 9 от дата г., у ФИО6 не был взят мазок из носоглотки на коронавирус.

При оказании ФИО6 медицинской помощи в ГУЗ «Тульская городская клиническая больница скорой медицинской помощи им. Д.Я. Ваныкина» в период времени с дата года имелись недостатки:

- при поступлении дата года назначена, но не проведена рентгенография органов грудной клетки (выполнена только дата года);

- с момента поступления дата года необоснованно были назначены два антибактериальных препарата (цефтриаксон и левофлоксацин);

- дата года не измерялась сатурация кислорода в крови без кислородной поддержки;

- дата года при снижении сатурации кислорода в крови до 90% в несоответствии с Временными методическими рекомендациями «Профилактика, диагностика и лечение новой коронавирусной инфекции COVID19» версия 9 от дата г. не проведен осмотр врачом реаниматологом;

- в несоответствии с Временными методическими рекомендациями «Профилактика, диагностика и лечение новой коронавирусной инфекции COVID19» версия 9 от дата г. не выполнялись лабораторные исследования крови на Д-димер, прокальцитонин, суточный контроль уровня глюкозы крови; не проводился контроль показателей крови в динамике при ухудшении состояния;

- при наличии сахарного диабета 2 типа не проводилась консультация врачом эндокринологом.

При оказании ФИО6 медицинской помощи в ГУЗ «Городская больница № 10 г. Тулы» в период времени с дата года имелся недостаток:

- в несоответствии с Временными методическими рекомендациями «Профилактика, диагностика и лечение новой коронавирусной инфекции COVID19» версия 9 от дата г., при наличии нарушения сознания, снижения сатурации кислорода до 78% при поступлении дата года ФИО6 не была осмотрена реаниматологом, не госпитализирована в отделение реанимации и интенсивной терапии с переводом на HBJI.

Объективно установить причину смерти ФИО6 по имеющимся данным не представляется возможным, так как при секционном исследовании ее трупа не производилось вскрытие полости черепа и исследование головного мозга.

Наиболее вероятной причиной смерти ФИО6 явилась новая коронавирусная инфекция (COVID-19) тяжелого течения, осложнившаяся развитием двусторонней пневмонии, острого респираторного дистресс-синдрома (ОРДС), полиорганной недостаточности, на фоне имевшихся хронических заболеваний (сахарный диабет 2 типа, артериальная гипертензия, хронический пиелонефрит), на что указывают клинические данные, результаты лабораторных исследований, данные секционного исследования трупа и последующих судебно-гистологических исследований препаратов от трупа.

Наступление неблагоприятного исхода в виде смерти ФИО6 наиболее вероятно обусловлено тяжестью течения основного заболевания и развившихся осложнений на фоне имевшихся у нее хронических заболеваний.

Оказание ФИО6 медицинской помощи в полном объеме на всех этапах не гарантировало наступление благоприятного исхода в виде сохранения ее жизни.

Имевшиеся недостатки оказания медицинской помощи на всех этапах не явились причиной развития основного заболевания и не способствовали прогрессированию развившихся осложнений, в связи с чем, не состоят в причинно-следственной связи с наступлением неблагоприятного исхода в виде смерти ФИО6

Установленное свидетельствует, что имели место дефекты оказания медицинской помощи ответчиками, которые не находятся в причинной связи со смертью ФИО6, но причинили нравственные и физические страдания самой пациентке, а также ее близким родственникам - истцам по делу.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о наличии оснований для взыскания компенсации морального вреда с ответчиков.

Как указано в п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", суду следует иметь ввиду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Суд определяет подлежащим взысканию с каждого из ответчиков компенсацию морального вреда в размере 50000 (пятьдесят тысяч) рублей, по 25000 (двадцать пять тысяч) рублей в пользу каждого истца, которая соответствует требованиям ст. ст. 151 и 1101 ГК РФ о разумности и справедливости.

По мнению суда определенный размер денежной компенсации морального вреда несоразмерным заявленным обстоятельствам не является.

Оснований для взыскания компенсация морального вреда с ответчиков в солидарном порядке суд не усматривает, поскольку вина ответчиков является различной.

Разрешая требования истцов о взыскании с ответчиков в пользу истцов расходы на погребение, суд исходил из следующего.

В силу положений ст. 1094 ГК РФ лица, ответственные за вред, вызванный смертью потерпевшего, обязаны возместить необходимые расходы на погребение лицу, понесшему эти расходы.

С учетом изложенной правовой нормы, юридическое значение имеет наличие прямой или косвенной (опосредованной) причинной связи между дефектами оказания работниками медицинских организаций медицинской помощи ФИО6 и неблагоприятным для нее исходом, то есть к смерти.

Суд учитывает, что согласно заключения комиссионной судебно-медицинской экспертизы, допущенные ответчиками нарушения при оказании медицинской помощи ФИО6 в причинно-следственной связи с наступлением смерти ФИО6 ни в прямой, ни в косвенной, не состоят.

Учитывая, что отсутствует какая-либо причинно-следственная связь между установленными в ходе рассмотрения настоящего дела дефектами оказания ФИО6 медицинской помощи, оснований для взыскания расходов на погребение не имеется.

В силу ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса.

Чеками по операциями от дата подтверждается, что истцами была уплачена государственная пошлина в размере 150 рублей каждым.

С учетом того, что требования истцов, которые в силу ч. 3 ст. 40 ГПК РФ выступают самостоятельно, удовлетворены в части компенсации морального вреда к трем самостоятельным ответчикам, подлежит взысканию с ГУЗ «Городская клиническая больница №2 имени Е.Г. Лазарева» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу ФИО1 (ИНН *) и ФИО5 (ИНН *) расходы по уплате государственной пошлины в размере 300 рублей, по 150 рублей в пользу каждого.

В силу ст. 103 ГПК РФ с ГУЗ «Тульская городская клиническая больница скорой медицинской помощи им. Д.Я. Ваныкина» (ИНН <***>, ОГРН <***>), с ГУЗ «Городская больница №10» (ИНН <***>, ОГРН <***>) с каждого из них подлежит взысканию в доход бюджета муниципального образования г.Тула государственная пошлина в размере по 300 рублей.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

исковое заявление ФИО1, ФИО5 удовлетворить частично.

Взыскать с ГУЗ «Городская клиническая больница №2 имени Е.Г. Лазарева» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу ФИО1 (ИНН *) и ФИО5 (ИНН *) компенсацию морального вреда в размере 50000 (пятьдесят тысяч) рублей, по 25000 (двадцать пять тысяч) рублей в пользу каждого.

Взыскать с ГУЗ «Тульская городская клиническая больница скорой медицинской помощи им. Д.Я. Ваныкина» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу ФИО1 (ИНН *) и ФИО5 (ИНН *) компенсацию морального вреда в размере 50000 (пятьдесят тысяч) рублей, по 25000 (двадцать пять тысяч) рублей в пользу каждого.

Взыскать с ГУЗ «Городская больница №10» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу ФИО1 (ИНН *) и ФИО5 (ИНН *) компенсацию морального вреда в размере 50000 (пятьдесят тысяч) рублей, по 25000 (двадцать пять тысяч) рублей в пользу каждого.

Взыскать с ГУЗ «Городская клиническая больница №2 имени Е.Г. Лазарева» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу ФИО1 (ИНН *) и ФИО5 (ИНН *) расходы по уплате государственной пошлины в размере 300 рублей, по 150 рублей в пользу каждого.

В удовлетворении оставшейся части требований ФИО1 и ФИО5 отказать.

Взыскать с ГУЗ «Тульская городская клиническая больница скорой медицинской помощи им. Д.Я. Ваныкина» (ИНН <***>, ОГРН <***>), с ГУЗ «Городская больница №10» (ИНН <***>, ОГРН <***>) с каждого из них в доход бюджета муниципального образования г.Тула государственную пошлину в размере по 300 рублей.

Решение суда может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Тульского областного суда путем подачи апелляционной жалобы в Привокзальный районный суд города Тулы в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Мотивированное решение составлено 26 марта 2025 года.

Председательствующий Дидыч Н.А.