Дело 2-1-4905/2025
64RS0042-01-2025-006987-94
Решение
Именем Российской Федерации
26.12.2025 г. г. Энгельс
Энгельсский районный суд Саратовской области в составе:
председательствующего судьи Лаврова Д.А.,
при помощнике ФИО9,
с участием истца ФИО6, представителя истца ФИО24, представителей ответчика ФИО16, ФИО25,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО6 к нотариусу ФИО7, ФИО8 о признании распоряжения об отмене завещания недействительным,
установил:
ФИО6 обратилась в суд с иском к нотариусу ФИО7, ФИО8 о признании распоряжения об отмене завещания недействительным.
В обоснование заявленных требований указывает, что ФИО17 (в настоящее время ФИО44) совместно с ФИО5 проживала одной семьей и вела совместное хозяйство, за счет совместных денежных средств и материалов ФИО10 и ФИО11 построили жилой дом площадью 255,2 кв.м. с кадастровым номером №, по адресу <адрес>. 27.04.2018 г. между ФИО5 и ФИО18 зарегистрирован брак, супругам присвоена фамилия ФИО44, о чем межрайонным отделом записи актов гражданского состояния по Фрунзенскому и <адрес>м <адрес> управления по делам записи актов гражданского состояния <адрес> составлена запись акта о заключении брака № от 27.04.2018 г. В браке у супругов родились дети ФИО19, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО20, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО21, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. Семейные отношения супругов были хорошими, супруги воспитывали детей, проводили все время вместе, планировали будущее. ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 составил завещание, которым все имущество, принадлежащее ФИО4 на момент смерти, по 1/4 доле каждому завещал в пользу детей ФИО22, ФИО23, ФИО44 A.M. и супруги ФИО6 Составить завещание было вызвано желанием ФИО5 сохранить жилой дом площадью 255,2 кв.м. с кадастровым номером №, по адресу <адрес> все имущество исключительно за женой и детьми, исключить споры о распределении наследственного имущества между наследниками после своей смерти. Завещание удостоверено 26.09.2022 г. нотариусом г. Саратова Саратовской области ФИО1. В июне 2024 г. ФИО4 почувствовал себя плохо, стала снижаться сила, появилась асимметрия лица. По итогам консультации врачей ФИО4 направлен на дообследование, по данным КТ головного мозга выявлено образование правой гемисферы. С 16.07.2024 г. по 30.07.2024 г. в ГУЗ «ОКБ» с диагнозом объемное образование правого полушария головного мозга прошел стационарное лечение. Причиной заболевания явились последствия черепно-мозговой травмы 2004 г. (кистозно-глиозные изменения в базальных отделах правой височной доли). 16.08.2024 г. ФИО4 перенес операцию: краниотомия в лобной области справа, микрохирургическое удаление опухолей правой лобной доли под нейрофизиологическим контролем и фотодиагностикой с 5 – АЛК. После операции состояние ФИО5 ухудшилось, при обследовании выявились участки опухолевой ткани в лобной, теменной и височной долях правого полушария головного мозга, опухолевая инфильтрация правого зрительного бугра и правой ножки мозга. В последующем (февраль-март 2025 года) ФИО4 утратил возможность самостоятельно передвигаться, утратил зрение, частично слух, способность писать, распознавать близких родственников, ориентироваться во времени и пространстве, стали случаться галлюцинации, перестал отдавать отчет своим действиям, сознание стало спутанным. 05.03.2025 г. ФИО4 умер, о чем специализированным отделом государственной регистрации актов гражданского состояния смерти по г. Саратову управления по делам записи актов гражданского состояния Правительства Саратовской области составлена запись акта о смерти № от 10.03.2025 г. Организацию похорон, расходы на похороны на себя взяла супруга ФИО6, которая после окончания траура в своих интересах и интересах несовершеннолетних детей с заявлением о принятии наследства обратилась в апреле 2025 года к нотариусу г. Саратова Саратовской области ФИО2. Нотариус ФИО2 при первом приеме сообщила о наличии завещания в пользу супруги ФИО6 и её детей. При регистрации заявления о принятии наследства и открытии наследственного дела нотариус сообщила, что завещание отменено распоряжением об отмене завещания от 27.02.2025 г. ФИО6 сообщила нотариусу, что супруг любил её и детей и не мог своим решением отменить завещание, тем более в день своего рождения. На момент отмены завещания супруг был беспомощен, сознание его было спутанным, семья готовилась проститься с ФИО5 В день его рождения 27.02.2025 г., что составляет 6 (шесть) дней до смерти ФИО5, его с подругой поздравляла мать ФИО8, как теперь стало известно подругой была нотариус ФИО7, которая удостоверила распоряжение об отмене завещания, удостоверенное нотариусом ФИО1, о чем в реестре 27.02.2025 г. сделана запись регистрации. Распоряжение об отмене завещания от 27.02.2025 г., удостоверенное нотариусом ФИО7 считает недействительным, так как, совершено с нарушениями требований действующего законодательства, а именно, супругу ФИО4 было диагностировано заболевание – опухоль головного мозга, в связи с чем, он был неспособен в момент совершения отмены завещания понимать значение своих действий.
Полагая свои права нарушенными, истец просит признать распоряжение об отмене завещания от 27.02.2025 г. от имени ФИО5 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умершего 05.03.2025 г., удостоверенное нотариусом ФИО7, зарегистрированное в реестре за № недействительным.
Истец ФИО6 в судебном заседании исковое заявление поддержала в полном объеме, просила удовлетворить, пояснила, что ФИО4 долгий период времени болел, полагает, что ДД.ММ.ГГГГ при вынесении распоряжения об отмене завещания, не мог руководить своими действиями.
Представитель истца ФИО24 поддержал позицию своего доверителя, просил исковые требования удовлетворить.
Ответчики нотариус ФИО7, ФИО8 в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом, об уважительных причинах неявки суду не сообщили.
Представители ответчика ФИО16, ФИО25 в судебном заседании исковые требования не признали, просили в иске отказать, поддержали письменные возражения, согласно которым указанные истицей обстоятельства о состоянии здоровья ФИО5, а также о составлении распоряжения об отмене завещания нотариусом которая со слов истца являлась подругой ответчика, не соответствуют действительности, являются надуманными и не подтверждаются какими-либо объективными доказательствами, в том числе, медицинскими документами, приложенными к иску. ФИО4 действительно был болен (опухоль головного мозга) и умер 05.03.2025 г. Однако, несмотря на наличие столь серьезного заболевания и некоторое ограничение физической активности, связанное с перенесенной операцией по удалению опухоли, он до последнего дня своей жизни находился в абсолютно адекватном состоянии, ориентировался во времени и пространстве, узнавал всех людей, общавшихся с ним, и в полностью отдавал отчет всем своим действиям, включая отмену завещания. Другое дело, что его жена (истец по настоящему иску) ФИО6 фактически с самого начала заболевания ФИО5 устранилась от ухода за больным мужем, в связи с чем, вся нагрузка по обеспечению лечения и надлежащего ухода легла на ФИО26 и его сестру ФИО25 Данное обстоятельство подтверждается, в том числе, медицинскими документами, приложенными к иску, из которых следует, что именно мать и сестра, сопровождали ФИО5 на лечение и обследование. Кроме того, за 2 недели до смерти сына ФИО6, забрав детей, выехала из дома в неизвестном направлении, чем причинила сыну дополнительные моральные страдания, лишив его общения с детьми. Очевидно, что именно это обстоятельство явилось причиной, по которой сын решил отменить свое ранее составленное завещание, которым он фактически лишал свою мать и дочь от первого брака, ФИО3, наследства. При этом, ФИО10 осознавал, что ФИО8, были вложены значительные денежные средства в приобретение недвижимого имущества и создание материальной базы для сына. Несмотря на то, что ФИО6 приложила к иску множество медицинских документов, содержащиеся в них сведения не свидетельствуют о неадекватности состояния ФИО5, а напротив, подтверждают, что на момент проведения обследований (как до, так и после операции 16.08.2024 г. по удалению опухоли) доказывают, что он был в ясном сознании, ориентировался во времени и пространстве, у него отсутствовали как обонятельные, так и зрительные галлюцинации, письмо, чтение и счет не нарушены, доступен продуктивному речевому контакту, доступен продуктивному речевому контакту, критика сохранена, обмана восприятия, бреда, галлюцинаций не высказывает (см. выписной эпикриз ФГБУ «ФЦМН» ФМБА России (г.Москва) от 17.09.2024 г., стр. 6,12; выписной эпикриз ФГБУ «ФЦМН» ФМБА России (г.Москва) от 27.08.2024 г. стр. 1,3; выписной эпикриз ЧУЗ «ЦКБ «РЖД-Медицина» (г.Москва) от 25.102024 г.,стр.2). В единственном, представленном истцом документе, Выписном эпикризе ФГБУ «Федеральный научно-клинический центр медицинской радиологии и онкологии» ФМБА (г. Димитровград) указано, что при поступлении в стационар 21.11.2024 г. состояние ФИО5 было тяжелое и сознание спутанное. Однако данное состояние сына было вызвано длительным переездом из г. Саратова в г. Димитровград. Уже на следующий день, онкологический консилиум зафиксировал ясность его сознания, симметричность лица и отсутствие каких-либо негативных симптомов в неврологическом статусе больного (заключение онкологического консилиума ФГБУ «Федеральный научно-клинический центр медицинской радиологии и онкологии» ФМБА (г. Димитровград) от 22.11.2024 г. - стр.2 заключения). Кроме того, истцом в материалы дела не представлены иные медицинские документы, в частности, прием (осмотр, консультация) врача-невролога ФГБУ «ФЦМН» ФМБА России (г. Москва) от 01.09.2024 г., согласно которому также был зафиксирован неврологический статус (контактен, ориентирован, сознание ясное); заключение онкоконсилиума № 2 ГУЗ «Областной клинический онкологический диспансер» от 03.12.2024 г., согласно которому было рекомендовано симптоматическое лечение по месту жительства и предложено в при появлении хронического болевого синдрома лечение с применением анальгезирующих средств 1-3 ступени (ненаркотическими и наркотическими средствами) с указанием адреса ОПМП №1 (<...>). Однако за получением вышеуказанных медикаментов и получением паллиативной помощи, не обращались, поскольку по состоянию здоровья сына этого не требовалось. Кроме того, отсутствие назначения подобных лекарств подтверждается консультацией невролога ГУЗ «Областной клинический кардиологический диспансер» от 11.12.2024 г. Кроме того, о состоянии здоровья моего сына ФИО5 могут пояснить свидетели, которые до последних дней тесно общались с ним и лично знают о его психическом состоянии. Просила оказать в удовлетворении заявленных требований.
Заслушав истца, представителя истца, представителей ответчика, исследовав материалы дела, суд считает требования подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.
Согласно статье 1118 ГК РФ распорядиться имуществом на случай смерти можно путем совершения завещания или заключения наследственного договора (часть 1). Завещание является односторонней сделкой, которая создает права и обязанности после открытия наследства (часть 5).
В силу части 1 статьи 1130 ГК РФ завещатель вправе отменить или изменить составленное им завещание в любое время после его совершения, не указывая при этом причины его отмены или изменения.
Как разъяснено в пункте 21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2012 г. № 9 «О судебной практике по делам о наследовании», сделки, направленные на установление, изменение или прекращение прав и обязанностей при наследовании (в частности, завещание, отказ от наследства, отказ от завещательного отказа), могут быть признаны судом недействительными в соответствии с общими положениями о недействительности сделок (§ 2 главы 9 Гражданского кодекса Российской Федерации) и специальными правилами раздела V Гражданского кодекса Российской Федерации.
В соответствии с пунктом 1 статьи 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.
С учетом изложенного, неспособность наследодателя в момент составления распоряжения об отмене завещания понимать значение своих действий или руководить ими является основанием для признания распоряжения недействительным, поскольку соответствующее волеизъявление по распоряжению имуществом отсутствует.
Юридически значимыми обстоятельствами в таком случае являются наличие или отсутствие психического расстройства у наследодателя в момент составления распоряжения, степень его (расстройства) тяжести, степень имеющихся нарушений его интеллектуального и (или) волевого уровня.
В соответствии с частью 1 статьи 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу.
В силу части 3 статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заключение эксперта для суда необязательно и оценивается судом по правилам, установленным в статье 67 названного Кодекса.
В пункте 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2003 года № 23 «О судебном решении» разъяснено, что заключение эксперта, равно как и другие доказательства по делу, не являются исключительными средствами доказывания и должны оцениваться в совокупности со всеми имеющимися в деле доказательствами (статья 67, часть 3 статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). Оценка судом заключения должна быть полно отражена в решении. При этом суду следует указывать, на чем основаны выводы эксперта, приняты ли им во внимание все материалы, представленные на экспертизу, и сделан ли им соответствующий анализ.
При рассмотрении дела установлено, что 27.04.2018 г. между ФИО5 и ФИО18 зарегистрирован брак, супругам присвоена фамилия ФИО44, о чем межрайонным отделом записи актов гражданского состояния по Фрунзенскому и Волжскому районам г. Саратова управления по делам записи актов гражданского состояния Правительства Саратовской области составлена запись акта о заключении брака № от ДД.ММ.ГГГГ.
26.09.2022 г. ФИО4 составил завещание, которым все имущество, принадлежащее ФИО4 на момент смерти, по 1/4 доле каждому завещал в пользу детей ФИО22, ФИО23, ФИО44 A.M. и супруги ФИО6
Завещание удостоверено 26.09.2022 г. нотариусом г. Саратова Саратовской области ФИО1
Из искового заявления следует, что в июне 2024 г. ФИО4 почувствовал себя плохо, стала снижаться сила, появилась асимметрия лица. По итогам консультации врачей ФИО4 направлен на дообследование, по данным КТ головного мозга выявлено образование правой гемисферы.
С 16.07.2024 г. по 30.07.2024 г. в ГУЗ «ОКБ» с диагнозом объемное образование правого полушария головного мозга прошел стационарное лечение. Причиной заболевания явились последствия черепно-мозговой травмы 2004 г. (кистозно-глиозные изменения в базальных отделах правой височной доли).
16.08.2024 г. ФИО4 перенес операцию: краниотомия в лобной области справа, микрохирургическое удаление опухолей правой лобной доли под нейрофизиологическим контролем и фотодиагностикой с 5 – АЛК.
После операции состояние ФИО5 ухудшилось, при обследовании выявились участки опухолевой ткани в лобной, теменной и височной долях правого полушария головного мозга, опухолевая инфильтрация правого зрительного бугра и правой ножки мозга.
В последующем (февраль-март 2025 года) ФИО4 утратил возможность самостоятельно передвигаться, утратил зрение, частично слух, способность писать, распознавать близких родственников, ориентироваться во времени и пространстве, стали случаться галлюцинации, перестал отдавать отчет своим действиям, сознание стало спутанным.
05.03.2025 г. ФИО4 умер, о чем специализированным отделом государственной регистрации актов гражданского состояния смерти по г. Саратову управления по делам записи актов гражданского состояния Правительства Саратовской области составлена запись акта о смерти № от ДД.ММ.ГГГГ
В апреле 2025 года ФИО6 обратилась с заявлением о принятии наследства к нотариусу г. Саратова Саратовской области ФИО2
При регистрации заявления о принятии наследства и открытии наследственного дела нотариус сообщила, что завещание отменено распоряжением об отмене завещания от ДД.ММ.ГГГГ.
В целях проверки доводов истца о психическом состоянии ФИО5 на момент составления распоряжения об отмене завещания по ходатайству представителя истца судом при рассмотрении настоящего гражданского дела назначена посмертная комплексная судебная психолого-психиатрическая экспертиза, проведение которой поручено экспертам – врачам ГУЗ «Областная клиническая психиатрическая больница Святой Софии».
Согласно выводам заключения комиссии экспертов ГУЗ «Областная клиническая психиатрическая больница Святой Софии» № от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО4 в последние годы жизни и на момент смерти обнаруживал психическое расстройство в форме органического расстройства личности (код F 07.0 по МКБ-10) на фоне хронической, нарастающей раковой интоксикации и нарастающего болевого синдрома с регулярным приемом наркотических анальгетиков (ответ на вопрос №1). В материалах дела представлены медицинские документы, из которых стало известно, что впервые объемное образование головного мозга у подэкспертного установлено в 2024 году, в дальнейшим диагноз был уточнен «С71.1 Мультифокальная астроцитома правой лобной доли. WHO grade 4. Шкала Карновского 90 баллов». Операция 16.08.2024 г.: краниотомия в лобной области справа, микрохирургическое удаление опухолей правой лобной доли под нейрофизиологическим контролем и фотодиагностикой с 5-АЛК. Сопутствующие заболевания: «К76.0 Неалкогольная жировая болезнь печени» (эпикриз ФГБУ «Федеральный центр мозга и нейротехнологий» ФМБА России, стационарное лечение с 15.08.2024 г. по 27.08.2024 г.), учитывая локализацию опухолевого процесса формировался дефицит когнитивной сферы, которую отмечал врач невролог «К своему состоянию не критичен. Афазии нет. Речь дизартрична заторможена. На вопросы отвечает односложно... (выписной эпикриз в медицинской карте, копия медицинской карты пациента, получающего медицинскую помощь в стационарных условиях № 10596ДЗ в гражданском деле, л.д. не пронумерованы). После анализа всей представленной документации комиссия экспертов ГУЗ "Областная клиническая психиатрическая больница Святой Софии" считает необходимым пояснить, что психические нарушения это следствие тяжелого соматического заболевания, явления нарастающей раковой интоксикацией, наличием болевого синдрома и приёма сильнодействующих анальгетиков с побочным действием в виде угнетающего влияния на центральную нервную систему с заторможенностью и снижением когнитивных способностей, в значительной степени могли повлиять на способность ФИО5 адекватно воспринимать и воспроизводить информацию в части своего желания по распоряжению имуществом 27.02.2025 г. (ответ на вопрос № 6). Он мог неверно оценивать характер совершённых им действий, возможно совершив их в зависимости от случайных обстоятельств или от неверной интерпретации услышанного. Таким образом, в интересующий суд период, у подэкспертного наряду с явлениями раковой интоксикации, отмечалось нарастание эмоциональной вялости, вплоть до апатии и безучастности, потерей интереса к окружающему и какой-либо тенденции к контакту, что в свою очередь привело к развитию катастрофического амнестического слабоумия (ответ на вопрос № 7). На основании изложенного, имевшиеся нарушения психики у ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умершего 05.03.2025 г., по состоянию на 27.02.2025 г., были выражены столь значительно, что лишали его способности понимать характер совершаемых им действий и совершаемых им сделок. ФИО12, не мог понимать значение и характер своих действий и руководить ими на 27.02.2025 г. при подписании распоряжения об отмене завещания (ответ на вопрос № 3, 4). Подэкспертный не мог свободно изъявлять свои подлинные желания и намерения в интересующий суд период, так как уже с октября 2024 г. отмечается снижение критики к своему состоянию, дизартричная заторможенная речь, односложные ответы на вопросы, тяжелое соматическое состояние, заторможенность и спутанность сознания, что препятствует свободному волеизъявлению (ответ на вопрос № 8). ФИО4 в период составления распоряжения об отмене завещания 27.02.2025 г. не мог свободно и осознанно принимать решение и руководить своими действиями по его реализации (ответ на вопрос № 9).
В судебном заседании эксперт ФИО27 поддержала письменное заключение, суду пояснила, что комиссией экспертов сделан категоричный вывод о состоянии ФИО5 Выводы, сделанные о том, что ФИО4 принимал наркотические анальгетики, сделаны на основании предоставленных документов и материалов дела, медицинских документов было достаточно для данного вывода. Экспертам может учитываться вся документация, имеющая в материалах дела. Факт выписки рецепта в медицинской документации должен быть отражен. Временные улучшения, которые могли иметься у ФИО5, никак не повлияли на исходный результат. Диагноз поставлен ограниченное расстройство личности, на основании медицинской документации, неврологический статус прослеживается на протяжении длительного времени, а именно, с августа 2024 г. Экспертами исследовались видеозаписи, в начале заключения указываются документы, которые исследовал эксперт, запись была в материалах дела, поэтому отдельной ссылки на нее не было. Учитывая большой временной интервал с ноября 2024 г. по 27.02.2025 г., прогрессирующую болезнь, которая привела к летальному исходу, следует говорить о тяжести состояния, изменении психических функций, в данном случае экспертами не выявлено просветление сознания в интересующий период 27.02.2025 г. У подэкспертного имелось слабоумие – это не диагноз, а качество, которое имеется при каком-либо диагнозе. Сам по себе прием наркотических анальгетиков ФИО5 никак не повлиял на выводы комиссии экспертов. Анальгетики усугубляли бы состояние, но не привели бы к тому состоянию, в связи с которым он не мог осознавать значение своих действий.
В соответствии с ч. 3 ст. 86 ГПК РФ заключение эксперта для суда необязательно и оценивается судом по правилам, установленным в статье 67 настоящего Кодекса. Несогласие суда с заключением эксперта должно быть мотивировано в решении или определении суда.
Вопреки доводам письменной позиции ФИО8 и ее представителей в суде об исключении заключения экспертизы из числа доказательств, согласно которой в ходе проведения экспертизы не были исследованы представленные суду стороной ответчика видеофайлы, приобщенные к материалам дела по ходатайству представителя ответчика.
Так же допрошенная в судебном заседании эксперт ФИО27 пояснила, что в независимости от того принимал ли ФИО4 наркотические анальгетики, выводы экспертов не изменились бы.
Так же суду не представлено доказательств о подделке записи от 03.03.2025г., составленной врачом ФИО28
Не подтвердился и довода ответчиков о том, что эксперт ФИО29 не подписала заключение эксперта.
Правовых оснований не доверять заключению посмертной комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы у суда не имеется.
Экспертиза проведена по материалам настоящего гражданского дела и медицинским документам, представленным в распоряжение экспертов, сведения из которых в отношении состоянии здоровья ФИО5, принимаемом лечении, изложены в исследовательской части заключения.
Экспертиза проведена экспертами комиссионно в составе трех врачей-психиатров и психолога, имеющих образование, позволяющее выполнить назначенную судом экспертизу, которые предупреждены об уголовной ответственности по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации.
При проведении экспертизы использовались методы клинико-психопатологического исследования в сочетании с анализом данных сомато-неврологического состояния, а также экспериментально-психологимческих (патопсихологических) по материалам дела и медицинской документации.
Нарушений при производстве экспертизы и даче заключения требования, которые бы свидетельствовали о некомпетентности экспертов, неполноте, недостоверности проведенной экспертизы, недопустимости заключения не установлено. Выводы экспертизы материалами дела не опровергаются.
Согласно ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.
Суд не усматривает оснований не доверять вышеуказанному заключению комиссии экспертов, поскольку оно составлено компетентными должностными лицами уполномоченной организации, с соблюдением формы, имеет необходимые реквизиты. У суда нет оснований ставить под сомнение достоверность данных проведенной судебной экспертизы, исходя из вида экспертного учреждения, опыта экспертов и квалификации и примененных методик исследования, ясности выводов, отсутствия противоречий; внешнего вида документов и его содержания, поэтому суд принимает результаты судебной экспертизы в качестве доказательства и кладет в основу решения по данному делу.
Свидетель Свидетель №3 суду пояснил, что с ФИО5, он знаком с 2016 г., до болезни последний был общительным, добрым, говорил, что его действия по работе для его жены и детей, все, что он делал, он делал для них, сильно их любил. Впервые заметил ухудшения в поведении у ФИО10 летом, после того, как обнаружилась онкология, после операции ему стало еще хуже, он не сразу отвечал на вопросы, спустя некоторое время. В январе ФИО5 возили на МРТ, сажали в кресло и везли. ДД.ММ.ГГГГ ФИО30 помогал ФИО6 переезжать, из-за конфликта с ФИО8, ФИО4 лежал, почти все время спал, его не узнал, на вопросы не отвечал.
Свидетель Свидетель №2 суду пояснила, что ФИО4 составил завещание, поскольку предполагал, что может уйти на СВО, все завещал истцу и их совместным детям. После того как он заболел, он перестал реагировать на всех. ДД.ММ.ГГГГ он был в полудреме, когда зашла Свидетель №2, ее он не узнал, никак не отреагировал. ФИО6 сказала ФИО4, что уезжает из дома, из-за конфликтной ситуации с его родственниками, на что ФИО4 не подал никакой реакции.
Свидетель Свидетель №1 суду пояснил, что все время до смерти находился с ФИО31, он был в плохом состоянии, не узнавал его, плохо реагировал, не здоровался. Перестал узнавать с начала февраля, перестал называть его папой. ФИО6 жила с ФИО5 все время до последних дней, отлучалась, чтобы отвезти детей на занятия. В момент смерти в ФИО5 был он и ФИО8 ДД.ММ.ГГГГ Свидетель №1 поздравлял с днем рождения ФИО5, но никакой реакции не последовало, он перестал отзываться. Ответчик заставляла читать ФИО5, чтобы тренировать зрение, однако ФИО4, уже не мог соображать, это было насилие. В конце двадцатых чисел февраля ответчик заставляла расписываться ФИО5 на чистых листах.
Свидетель Свидетель №4 суду пояснил, что делал крышу в доме ФИО5, наблюдал за его состоянием с сентября 2024 г., в тот период они обсуждали работы, позднее всеми материалами начала заниматься его супруга ФИО6, она возила его по больницам, он был тяжело транспортабельным. В дальнейшем общение у него было с ФИО8, потому что ФИО4 был уставший, тяжело разговаривал, последняя встреча состоялась в феврале, в тот период он уже не могу разговаривать предложениями. В феврале, когда они виделись, ФИО5 кормили с ложки, он не разговаривал, не отвечал на вопросы.
Свидетель ФИО32 пояснил, что видел ФИО44 в середине февраля 2025 г. он уже не разговаривал, его ноги не шевелились, беседы с ним он не вел.
Свидетель ФИО33 суду пояснил, что проводил занятия с ФИО5 в период с января по конец февраля. Поведение было нормальным, команды он выполнял, шутил, узнал и здоровался, неадекватного поведения или разговоров он не заметил.
Свидетель ФИО34 суду пояснила, что ставила системы ФИО4, он реагировал адекватно, разговаривал с ней на свободные темы, отвечал на вопросы, она объясняла, чтобы он не шевелил рукой, он все понимал, если нужна была утка, он ее просил. ДД.ММ.ГГГГ она также ставила систему, но ФИО4 был грустный, в дальнейшем она узнала, что он был грустным из-за того что ушла жена.
Оценивая показания свидетелей Свидетель №3, Свидетель №2, ФИО35, Свидетель №4, ФИО32, суд отмечает что они являются последовательными и не противоречат иным, собранным по делу доказательствам, в связи с чем принимаются судом.
К показаниям свидетелей ФИО33, ФИО34 суд относится критически, поскольку пояснения указанных свидетелей фрагментарны, не согласуются с другими исследованными доказательствами, противоречат выводам судебной экспертизы, документам, представленным в материалы дела.
Таким образом, суд приходит к выводу, что ФИО4 не мог понимать значение своих действий и руководить ими ДД.ММ.ГГГГ, в момент оформления распоряжения об отмене завещания.
Согласно статье 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.
Оценив представленные доказательства, в их совокупности, суд находит требования ФИО6 к ФИО8 подлежащими удовлетворению, поскольку на момент оформления распоряжения об отмене завещания зарегистрированное в реестре за № ФИО4 не понимал значение своих действий и не мог ими руководить, а, следовательно, у него имелся порок воли.
Оснований для удовлетворения исковых требований к нотариусу ФИО7 не имеется, так как нотариус стороной по данной сделке не является.
От ГУЗ «ОКПБ» поступило заявление о возмещении расходов по проведению судебной экспертизы в размере 27000 руб.
Стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано (ч. 1 ст.98 ГПК РФ).
В силу ч. 1 ст. 96 ГПК РФ денежные суммы, подлежащие выплате экспертам и специалистам, предварительно вносятся на счет, открытый в порядке, установленном бюджетным законодательством Российской Федерации, управлению Судебного департамента в субъекте Российской Федерации.
Согласно ч. 6 ст. 98 ГПК РФ в случае неисполнения стороной или сторонами обязанности, предусмотренной частью первой статьи 96 настоящего Кодекса, если в дальнейшем они не произвели оплату экспертизы или оплатили ее не полностью, денежные суммы в счет выплаты вознаграждения за проведение экспертизы, а также возмещения фактических расходов эксперта, судебно-экспертного учреждения, понесенных в связи с проведением экспертизы, явкой в суд для участия в судебном заседании, подлежат взысканию с одной стороны или с обеих сторон и распределяются между ними в порядке, установленном частью первой настоящей статьи.
Таким образом, с учетом удовлетворения требований истца о признании распоряжения об отмене завещания недействительным, суд приходит к выводу, что с ФИО8 в пользу ГУЗ «ОКПБ» подлежит взысканию 27000 руб.
На основании изложенного, руководствуясь статьями 12, 56, 198 ГПК РФ, суд
решил:
исковые требования ФИО6 (паспорт серии № №) к ФИО8 (паспорт серии № №) о признании распоряжения об отмене завещания недействительным – удовлетворить.
Признать распоряжение от 27.02.2025 г. об отмене завещания, выданное ФИО5 недействительным.
В удовлетворении исковых требований к нотариусу ФИО7 отказать.
Взыскать с ФИО8 в польз ГУЗ «Областная клиническая психиатрическая больница Святой Софии» расходы по производству экспертизы в размере 27000 руб.
Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме в Саратовский областной суд с подачей апелляционной жалобы через Энгельсский районный суд.
Мотивированное решение изготовлено 21.01.2025 г.
Председательствующий: подпись.
Верно.
Судья Д.А. Лавров
ФИО51