Решение по делу № 2-2586/2023 от 27.07.2023 - о признании договора дарения недействительным, применении последствий недействительности сделки.

Производство № 2-2586/2023

УИД 28RS0004-01-2023-001372-33

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

27 июля 2023 года город Благовещенск

Благовещенский городской суд Амурской области в составе:

председательствующего судьи Юрченко О.В.,

при секретаре Грязевой Е.Д.,

с участием представителя истца ИП – НС, представителя ответчика ЯХ – АА, ответчика ТХ,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ИП к ЯХ, ТХ о признании договора дарения недействительным, применении последствий недействительности сделки,

УСТАНОВИЛ:

ИП обратился в суд с настоящим иском к ЯХ, ТХ, указав в обоснование, что 8 мая 2018 года на основании договора купли-продажи, заключенного между ответчиком ЯХ и истцом, последним была приобретена квартира, расположенная по адресу: ***, стоимостью 2 250 000 рублей, которые в этот же день были перечислены на банковский счет продавца. 17 мая 2018 года право собственности истца на указанную квартиру было зарегистрировано в ЕГРН. Вступившим в законную силу 2 июня 2020 года решением Шкотовского районного суда Приморского края от 27 декабря 2018 года частично удовлетворены исковые требования АВ к ВП, ЯХ, ИП о признании недействительными завещания и выданного нотариусом свидетельства о праве на наследство по завещанию, признании недействительными сделок отчуждения квартиры и применении последствий недействительности сделок, признании права собственности на жилое помещение в порядке наследования, договор купли-продажи от 8 мая 2018 года, заключенный между ЯХ и ИП признан недействительным, применены последствия недействительности сделки – прекращено право собственности ИП на жилое помещение, расположенное по адресу: ***. После признания названного договора купли-продажи недействительным, 2 июля 2020 года истцом был подан иск в Шкотовский районный суд Приморского края о взыскании с ЯХ денежных средств, уплаченных по договору. 6 июля 2020 года исковое заявление было возвращено ИП, как не подсудное Шкотовскому районному суду, и сразу же было направлено истцом в Благовещенский городской суд Амурской области. Решением Благовещенского городского суда от 18 сентября 2020 года исковые требования ИП к ЯХ удовлетворены в полном объеме, с ЯХ в пользу истца взыскана денежная сумма в размере 2 250 000 рублей. Как стало известно истцу, по состоянию на 2 июля 2020 года ЯХ являлся собственником квартиры № ***. После получения ЯХ искового заявления о взыскании с него денежных средств право собственности на указанное жилое помещение перешло к ТХ Ответчик ЯХ, достоверно зная о своих долговых обязательствах, возможности обращения взыскания на имеющуюся у него в собственности квартиру, намеренно произвел отчуждение указанного жилого помещения по договору дарения от 2 июля 2020 года в пользу своей дочери. Считает заключенный между ЯХ и ТХ договор дарения мнимой сделкой, которая заключена с целью уйти от гражданско-правовой ответственности.

На основании изложенного, уточнив исковые требования, истец просит признать недействительным договор дарения квартиры, расположенной по адресу: ***, заключенный 2 июля 2020 года между ЯХ и ТХ, зарегистрированный 8 июля 2020 года за номером ***-28/001/2020-6; прекратить право собственности ТХ на квартиру, расположенную по адресу: ***, возвратить указанное жилое помещение в собственность ЯХ.

Определениями суда от 15 февраля 2023 года, от 10 марта 2023 года, от 26 апреля 2023 года к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Амурской области, ППК «Роскадастр» в лице филиала по Амурской области, ДД и АД в лице их законного представителя ТХ

Будучи извещенными о дате, времени и месте судебного заседания, в него не явились истец ИП и ответчик ЯХ, обеспечившие явку своих представителей, третьи лица ДД и АД, интересы которых в судебном заседании представляет законный представитель ТХ, а также представители третьих лиц Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Амурской области, ППК «Роскадастр» в лице филиала по Амурской области. Руководствуясь правилами ст. 167 ГПК РФ, суд определил рассмотреть дело при данной явке.

В судебном заседании представитель истца ИП – НС настаивала на удовлетворении заявленных требований, поддержав доводы, изложенные в иске, а также письменных пояснениях по делу. Привела доводы о том, что еще при рассмотрении в Шкотовском районном суде гражданского дела о признании недействительной сделки купли-продажи между истцом и ЯХ, последнему было известно о том, что у него возникнет обязанность по возврату полученной по недействительной сделке денежной суммы. Считает, что ЯХ, злоупотребляя правом, с целью сокрытия принадлежащего ему недвижимого имущества во избежание обращения на него взыскания в рамках исполнительного производства, намеренно ухудшил свое материальное положение, произведя безвозмездное отчуждение спорной квартиры.

Представитель ответчика ЯХ – АА в письменных возражениях на исковое заявление и в судебном заседании с иском не согласился. Привел доводы о том, что ИП не является надлежащим истцом, поскольку стороной по сделке он не является, какие-либо его права оспариваемой сделкой не нарушаются. Указывает, что право ИП на получение долга реализуется в рамках исполнительного производства. Считает, что истцом не доказано, что ЯХ предпринял действия по уменьшению объема имущества должника за счет отчуждения жилого помещения в пользу своей дочери, поскольку фактически он реализовывал свое правомочие собственника на распоряжение имуществом. Пояснил, что договор дарения был составлен 2 июля 2020 года, в то время как решение суда, на основании которого с ЯХ были взысканы денежные средства в размере 2 250 000 рублей, вынесено 18 сентября 2020 года. То обстоятельства, что долг истца появился спустя 2 месяца после заключения договора дарения, свидетельствует об отсутствии умысла ЯХ на уход от ответственности, поскольку на момент заключения сделки долга не существовало, а ответчики не знали и не могли знать о том, что он появится в будущем. Кроме того полагает, что признание договора дарения недействительным и восстановление права собственности ЯХ на спорную квартиру не приведет к защите прав истца, поскольку ответчик не имеет в собственности иных жилых помещений, спорное жилое помещение в случае удовлетворения иска станет для него единственным пригодным для проживания, на которое взыскание по исполнительным документам не может быть обращено. Считая, что доводы истца носят предположительный характер, ссылаясь на то, что истцом не представлено доказательств, свидетельствующих о том, что сделка дарения была совершена лишь для вида, без намерения создать правовые последствия, без намерения сторон к ее исполнению, просит в удовлетворении иска ИП отказать.

Ответчик ТХ, действующая в своих интересах и как законный представитель третьих лиц ДД и АД, в судебном заседании возражала против удовлетворения иска. Пояснила, что ранее она с двумя несовершеннолетними детьми проживала в однокомнатной квартире, в связи с чем ее отец – ЯХ, который часто находится за пределами г. Благовещенска, подарил ей принадлежащую ему спорную квартиру, в которой со дня заключения оспариваемой сделки до настоящего времени ответчик с детьми проживают, при этом, ТХ несет бремя содержания жилого помещения.

В письменном отзыве представитель третьего лица Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Амурской области ТМ указала, что возложение каких-либо обязанностей на третьих лиц действующим законодательством не предусмотрено. Требование истца о возложении на Управление обязанности внести в ЕГРН соответствующие записи является неверным способом защиты нарушенного права. Отметила, что если в резолютивной части судебного акта решен вопрос о наличии или отсутствии права, такое решение является основанием для внесения записи в ЕГРН.

Выслушав пояснения участвующих в деле лиц, изучив материалы гражданского дела, допросив свидетеля, суд приходит к следующим выводам.

Из материалов дела следует, что решением Шкотовского районного суда Приморского края от 27 декабря 2018 года по гражданскому делу № 2-416/2018 частично удовлетворены исковые требования АВ к ВП, ЯХ, ИП Судом признано недействительным завещание от 25 октября 2015 года, удостоверенное специалистом Козъмодемьяновского сельсовета Тамбовского района (с. Лазаревка) Амурской области НВ, согласно которого ВН в случае смерти завещал принадлежащую ему квартиру, находящуюся по адресу: ***, ВП, признано недействительным свидетельство о праве на наследство по завещанию, выданное на имя ВП 28 декабря 2017 года серии 25 АА № 2222605 на наследственное имущество, состоящее из квартиры, расположенной по адресу: ***. признан недействительным договор дарения квартиры, расположенной по адресу: ***, заключенный 17 января 2018 года между ВП и ЯХ, признан недействительным договор купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: ***, заключенный 8 мая 2018 года между ЯХ в лице его представителя по доверенности – НВ и ИП в лице представителя по доверенности – СН, применены последствия недействительности сделки: прекращено право собственности ИП на жилое помещение, расположенное по адресу: ***.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Приморского краевого суда от 2 июня 2020 года указанное решение Шкотовского районного суда Приморского края оставлено без изменения.

Решением Благовещенского городского суда Амурской области от 18 сентября 2020 года, оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Амурского областного суда от 1 февраля 2021 года, с ЯХ в пользу ИП взысканы денежные средства в размере 2 250 000 рублей, уплаченных по признанному недействительным договору купли-продажи квартиры от 8 мая 2018 года.

Материалам дела подтверждается, что с 27 ноября 2008 года на основании договора купли-продажи от 11 ноября 2008 года ЯХ являлся собственником квартиры с кадастровым номером *** общей площадью 49,4 кв. м, расположенной по адресу: ***.

По договору дарения от 25 октября 2018 года ЯХ подарил указанное жилое помещение ИХ которая по договору дарения от 15 июня 2020 года безвозмездно передала в собственность ЯХ.

2 июля 2020 года ЯХ (Даритель) подарил квартиру № *** ТХ (Одаряемый), право собственности которой на данное жилое помещение было зарегистрировано в установленном законом порядке 8 июля 2020 года.

Исковые требования ИП о признании названного договора дарения недействительным мотивированы мнимостью сделки, формальным заключением договора в целях сокрытия имущества должника ЯХ.

По общему правилу граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора (п. 2 ст. 1 ГК РФ).

Согласно ст. 209 ГК РФ собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

В силу п. 1 ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Передача дара осуществляется посредством его вручения, символической передачи (вручение ключей и т.п.) либо вручения правоустанавливающих документов (п. 2 ст. 574 ГК РФ).

На основании п. 1 ст. 131 ГК РФ право собственности и другие вещные права на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение подлежат государственной регистрации в едином государственном реестре органами, осуществляющими государственную регистрацию прав на недвижимость и сделок с ней.

В соответствии с п. 2 ст. 8.1 ГК РФ права на имущество, подлежащие государственной регистрации, возникают, изменяются и прекращаются с момента внесения соответствующей записи в государственный реестр, если иное не установлено законом.

Пунктом 1 ст. 166 ГК РФ предусмотрено, что сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (ст. 170 ГК РФ).

Частью 3 ст. 17 Конституции Российской Федерации установлено, что осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

При установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (п. п. 3, 4 ст. 1 ГК РФ).

В целях реализации указанного выше правового принципа абз. 1 п. 1 ст. 10 ГК РФ установлена недопустимость осуществления гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действий в обход закона с противоправной целью, а также иного заведомо недобросовестного осуществления гражданских прав (злоупотребление правом).

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

Одной из форм негативных последствий является материальный вред, под которым понимается всякое умаление материального блага. Сюда могут быть включены уменьшение или утрата дохода, необходимость новых расходов. В частности, злоупотребление правом может выражаться в отчуждении имущества с целью предотвращения возможного обращения на него взыскания.

В случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются.

Обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения настоящего спора, и подлежащими установлению, являются наличие или отсутствие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок, наличие или отсутствие действий сторон по сделке, превышающих пределы дозволенного гражданским правом осуществления правомочий, наличие или отсутствие негативных правовых последствий для участников сделки, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц, наличие или отсутствие у сторон по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.

Обращаясь в суд с настоящим иском, оспаривая договор дарения квартиры от 2 июля 2020 года межу ЯХ и ТХ, полагая его ничтожной (мнимой) сделкой, заключенной без намерения создать соответствующие правовые последствия, истец ссылается на то, что он был заключен во избежание обращения взыскания на имущество ЯХ в счет погашения задолженности в сумме 2 250 000 рублей, взысканной с него в пользу ИП вступившим в законную силу решением Благовещенского городского суда от 18 сентября 2020 года.

Вместе с тем, соответствующие утверждения стороны истца о том, что воля ответчиков не была направлена на создание тех правовых последствий, которые характерны для сделки дарения, не нашли своего подтверждения в ходе рассмотрения дела.

Так, из дела видно, что ЯХ и ТХ фактически исполнили свои обязательства по сделке.

В п. 9 договора дарения его стороны договорились, что Одаряемый несет бремя содержания недвижимости.

Недвижимость осмотрена Одаряемым и Дарителем, каких-либо дефектов и недостатков при осмотре обнаружено не было (п. 10).

В п. 11 договора указано, что Даритель передал, а Одаряемый принял недвижимость, акт приема-передачи не составлялся и составляться не будет.

Переход права собственности зарегистрирован Управлением Росреестра по Амурской области в установленном законом порядке 8 июля 2020 года (номер регистрации ***-28/001/2020-7).

В подтверждение доводов о фактической передаче имущества от дарителя к одаряемому сторона ответчика ссылалась на показания свидетеля ФИО1, которая была допрошена в судебном заседании 27 июля 2023 года и показала суду, что она преподает иностранные языки и по просьбе своей знакомой ТХ в течение двух последних лет занимается изучением английского языка с несовершеннолетними детьми последней. Пояснила, что занятия проходят два раза в неделю дома у ТХ, проживающей по адресу: ***, с связи с чем свидетелю известно, что по спорному адресу ответчик ТХ проживает с двумя дочерями.

Каких-либо оснований ставить под сомнение пояснения допрошенного в судебном заседании свидетеля, предупрежденного об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ за дачу заведомо ложных показаний, у суда не имеется, в связи с чем данные показания принимаются судом в качестве относимого и допустимого доказательств по настоящему делу.

При этом суд отмечает, что показания свидетеля ФИО1 не имеют противоречий и не опровергаются иными доказательствами по делу.

Заявив о заинтересованности свидетеля, представитель истца надлежащими доказательствами свои доводы не подтвердила, доказательств, опровергающих показания ФИО1, не представила.

Доводы стороны истца о том, что отчуждение ответчиком ЯХ принадлежащей ему квартиры осуществлено с целью уклонения от исполнения судебного решения о взыскании с него задолженности, взысканной решением Благовещенского городского суда от 18 сентября 2020 года, о возникновении которой в будущем ему было известно еще при рассмотрении гражданского дела по иску АВ в Шкотовском районном суде Приморского края, отклоняются судом.

В судебном заседании установлено, что на момент отчуждения ЯХ квартиры № ***, судебного решения о взыскании с него денежных средств в пользу ИП не имелось, исполнительное производство в отношении ЯХ не было возбуждено, запрет на отчуждение принадлежащего ему жилого помещения, равно как и иные ограничения, отсутствовали.

При этом распоряжение имуществом его собственником, в том числе путем заключения договора дарения, само по себе является правомерным действием, возможность которого не исключается и при наличии у гражданина тех или иных гражданско-правовых обязательств.

Кроме того, суд отмечает, что стороной истца не доказано, что в результате заключения сделки дарения спорной квартиры между ответчиками, ИП утратил возможность взыскания долга с ЯХ.

Из материалов дела установлено, что в соответствии со вступившим в законную силу решением Благовещенского городского суда от 18 сентября 2020 года по делу № 2-6226/2020 выдан исполнительный лист серии ФС № 027948607, на основании которого судебным приставом-исполнителем ОСП № 2 по г. Благовещенску 17 мая 2021 года возбуждено исполнительное производство № 33164/19/28008-ИП, которое в настоящее время находится на исполнении, не окончено по основанию, когда у должника отсутствует имущество, на которое может быть обращено взыскание, в рамках указанного производства судебными приставами-исполнителями проводятся исполнительские действия.

Так усматривается, что постановлениями судебного пристава-исполнителя ОСП № 2 по г. Благовещенску объявлен запрет на совершение действия по распоряжению, регистрационных действий в отношении транспортного средства, обращено взыскание на денежные средства должника, находящиеся на счетах, должнику ограничен выезд из Российской Федерации, обращено взыскание на доходы должника в ООО «РЕВАНШ-Н», Пенсионном фонде РФ.

Доводы истца о том, что воля ответчиков не была направлена на создание тех правовых последствий, которые характерны для сделки дарения, носят характер предположения, а потому они признаются судом несостоятельными.

Каких-либо допустимых и относимых доказательств, свидетельствующих об указанных обстоятельствах, в материалах дела не имеется и стороной истца таких не представлено, в то время как бремя доказывания состоятельности доводов сторон лежит на соответствующих сторонах, и в силу присущего гражданскому судопроизводству принципа диспозитивности эффективность правосудия по гражданским делам обусловливается в первую очередь поведением сторон как субъектов доказательственной деятельности. Наделенные равными процессуальными средствами защиты субъективных материальных прав в условиях состязательности, стороны должны доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений, и принять на себя все последствия совершения или несовершения процессуальных действий.

Учитывая изложенное, именно на истце лежит обязанность доказать недобросовестность действий ответчиков, факт отсутствия у них намерений создать правовые последствия по сделке, однако, таких доказательств ИП представлено не было.

Заключенная сделка имела своей целью переход права собственности на имущество от одного лица к другому. Соответствующие правовые последствия для данных лиц наступили, в связи с чем, оснований для вывода о том, что сделка по распоряжению спорной квартирой является мнимой, совершена с целью уклонения от исполнения решения суда, сокрытия, имеющегося у ЯХ имущества, у суда не имеется.

В этой связи суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения иска ИП о признании договора дарения недействительным, применении последствий недействительности сделки.

Также из дела следует, что определением суда от 15 февраля 2023 года по заявлению истца были приняты обеспечительные меры в виде запрета Управлению Федеральной государственной службы регистрации, кадастра и картографии по Амурской области производить действия, связанные с регистрацией перехода прав на недвижимое имущество – квартиру, расположенную по адресу: ***.

На основании положений ч. 1 ст. 144 ГПК РФ обеспечение иска может быть отменено тем же судьей или судом по заявлению лиц, участвующих в деле, либо по инициативе судьи или суда.

В случае отказа в иске принятые меры по обеспечению иска сохраняются до вступления в законную силу решения суда. Однако судья или суд одновременно с принятием решения суда или после его принятия может вынести определение суда об отмене мер по обеспечению иска (ч. 3 ст. 144 ГПК РФ).

Поскольку истцу отказано в удовлетворении иска, суд одновременно с принятием такого решения считает необходимым отменить вышеуказанные меры по обеспечению иска ИП

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ИП к ЯХ, ТХ о признании недействительным договора дарения квартиры № ***, заключенного 2 июля 2020 года между ЯХ и ТХ, зарегистрированного 8 июля 2020 года, прекращении права собственности ТХ на квартиру № ***, возвращении ее в собственность ЯХ – отказать.

Отменить меры по обеспечению иска, принятые определением Благовещенского городского суда от 15 февраля 2023 года, в виде запрета Управлению Федеральной государственной службы регистрации, кадастра и картографии по Амурской области производить действия, связанные с регистрацией перехода прав на недвижимое имущество – квартиру, расположенную по адресу: ***.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Амурский областной суд через Благовещенский городской суд в течение месяца со дня составления решения в окончательной форме.

Председательствующий судья О.В. Юрченко

Решение в окончательной форме изготовлено 16 октября 2023 года