Дело № 2-249/2025

УИД 22RS0029-01-2025-000584-90

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

с. Кулунда 01 октября 2025 года

Кулундинский районный суд Алтайского края в составе:

председательствующего судьи Лебедевой А.О.,

при секретаре Ситниковой Е.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Алтайскому краю о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ответчику Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Алтайскому краю о взыскании компенсации морального вреда в размере 3 000 000 руб., а также судебных расходов за оказание юридических услуг в размере 20 000 руб.

В обоснование требований истец указала, что /////// в отношении нее Кулундинским МСО СУ СК возбуждено уголовное дело №№№№ по признакам преступления, предусмотренного ч.3 ст. 160 УК РФ. /////// она допрошена в качестве подозреваемой в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст. 160 УК РФ, избрана мера пресечения в виде подписке о невыезде и надлежащем поведении. /////// предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст. 160 УК РФ, а именно растрата, то есть хищение чужого имущества, вверенного виновному, совершенное лицом с использованием своего служебного положения. /////// ФИО1 совместно с адвокатом ознакомлена с материалами уголовного дела. ///////, ///////, ///////, ///////, ///////, ///////, /////// в Кулундинском районном суде проводились судебные заседания по рассмотрению уголовного дела по существу. Приговором Кулундинского районного суда от /////// ФИО1 признана не виновной в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст. 160 УК РФ и оправдана на основании п. 1 ч.2 ст. 302 УПК РФ в связи с не установлением события преступления. Апелляционным определением ------вого суда от ///////, приговор оставлен без изменения. В период предварительного следствия и судебных заседаний истец находилась в состоянии постоянного стресса, у нее развилась депрессия, бессонница, вынуждена была принимать успокоительные препараты, чтобы сохранить способность ясно мыслить и не поддаваться тревоге. ФИО1 родилась и выросла в Кулундинском районе. Ее знают достаточно большое количество людей. В системе образования рабоет 42 года. Всю свою трудовую деятельность она выполняла обязанности профессионально и качественно, имеет прекрасную репутацию, как педагог и директор школы. Неоднократно поощрялась правами администраций района и Алтайского края. Является почетным работников в сфере образования Российской Федерации. Последние 12 лет работает директором МБОУ «Кулундинская СОШ № 5». В течение указанного периода сотни детей были обучены в ее школе, знакома со многими родителями учеников школы. Кроме того, в 2017 году она была избрана депутатом собрания депутатов Кулундинского района на всенародных выборах. Занимала должность заместителя председателя районного собрания депутатов. В период предвыборной компания выступала перед избирателями в селах Кулундинского района. Население Кулундинского района доверяя ей, проголосовали за ее кандидатуру. Информация о том, что ФИО1 привлекают к уголовной ответственности за совершение преступления с использованием своих полномочий как директор школы, очень быстро распространилась по Кулундинскому району. Поскольку в ходе расследования уголовного дела были допрошены свидетелями ее подчиненные работники, то приходя на работу, она постоянно испытывала дискомфорт и неудобство перед ними, так как их тоже вовлекли в этот уголовный процесс и очень сильно по этому поводу переживала. Кроме того, производство следственных действий не ограничилось только стенами школы, были допрошены и работники комитета по образованию администрации Кулундинского района, то есть люди, которые контролируют ее профессиональную деятельность и являются непосредственными руководителями. В результате чего, репутация истца, как честного и законопослушного человека, серьезно пострадала и она, поэтому очень сильно переживала, страдала недомоганием, в результате чего вынуждена была неоднократно за медицинской помощью. Кроме того, ФИО1 привлекалась к уголовной ответственности за совершение преступления, предусмотренного частью 3 статьи 160 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее УК РФ), относящегося к тяжкой категории преступления. Санкция статьи предусматривает наказание в виде штрафа в размере от ста тысяч до пятисот тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период от одного года до трех лет, либо лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до пяти лет, либо принудительными работами на срок до пяти лет с ограничением свободы на срок до полутора лет или без такового, либо лишением свободы на срок до шести лет со штрафом в размере до десяти тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до одного месяца либо без такового и с ограничением свободы на срок до полутора лет либо без такового. Почти год, то есть с /////// по ///////, она постоянно думала о том, что ей может быть назначено наказание в виде лишения свободы на длительный срок, что сильно повлияло на мое психологическое состояние и на состояние здоровья в целом. Полагает, что в связи с незаконным привлечением к уголовной ответственности она имеет право на обращение в суд с исковым заявлением о компенсации морального вреда, который оценивает в 3000 000 руб.

В ходе рассмотрения дела судом в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования на предмет спора привлечен Кулундинский межрайонный следственный отдел следственного управления Следственного комитета РФ по Алтайскому края.

В судебном заседании истец ФИО1, представитель истца Рау М.Е., действующая на основании ордера, исковые требования поддержали в полном объеме, настаивали на их удовлетворении в полном объеме по изложенным в иске основаниям, дополнительно указав, что следствие и рассмотрение уголовного дела в суде длилось 11 месяцев. В течение этого времени ФИО1 испытывала эмоциональные и нравственные страдания. Она знала, что не совершала преступления и не пользовалась своим служебным положением. Она работает директором школы, через которую прошло большое количество детей. ФИО1 знает весь Кулундинский район, ее знают и за пределами района. Она награждена наградами уровня Алтайского края и Министерства по образованию Российской Федерации, положительно характеризуется по месту работы. Нареканий в трудовой деятельности у нее не было. Обвинение ее в совершении преступления не могло не отразиться на ее безупречной репутации. В связи с эти она переживала сильнейшие эмоциональные потрясения. Весь Кулундинский район обсуждал эту ситуацию. Приходя на работу, она испытывала неудобства глядя в глаза работникам школы. Она являлась в суд на рассмотрение уголовного дела, где работают родители детей, которые учатся в школе, испытывая сильный дискомфорт и стыд. Нервные потрясения не могли не отразиться на ее здоровье. По сегодняшний день истец ходит в больницу, наблюдается у врачей и проходит лечение.

Представитель ответчика Министерства финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Алтайскому краю ФИО2, действующий на основании доверенности, в судебном заседании возражал относительно заявленных исковых требований, пояснив, что право на реабилитацию само по себе не является безусловным основанием для взыскания компенсации морального вреда, а следственные действия, производимые в рамках расследования уголовного дела, являлись необходимыми для установления истины по уголовному делу. Каких-либо объективных доказательств, свидетельствующих о причинении физических и нравственных страданий в связи с уголовным преследованием, истцом не представлено. Требуемая сумма компенсации морального вреда в связи с незаконным уголовным преследованием в заявленном размере является необоснованной, чрезмерно завышенной и не отвечающей требованиям разумности и справедливости.

Представитель третьего лица Прокуратуры Алтайского края – прокурор Кулундинского района Панкратов В.А., действующий на основании доверенности, в судебном заседании полагал, что истцом в обоснование заявленных исковых требований не представлено доказательств, подтверждающих характер и глубину перенесенных нравственных страданий, оцененных на заявленную сумму. Полагает, что заявленный размер компенсации морального вреда в размере 3 000 000 руб. является завышенным, подлежит уменьшению с учетом требований принципов разумности и соразмерности.

Представитель третьего лица СУ СК России по Алтайскому краю в судебное заседание не явился, надлежаще извещен, представил отзыв на исковое заявление, в котором указывает, что уголовно-правовая реабилитация истца является основанием для безусловного возмещения причиненного ему вреда. Между тем, уголовное преследование не исключает само по себе нравственных страданий, однако все следственные действия в отношении истца осуществлялись на законных основаниях. Целью возбуждения уголовного дела является установление истины по делу на основе сбора доказательств в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона. При определении размера компенсации необходимо учесть, что мера пресечения в отношении истца в виде заключения под стражу не избиралась. Доказательств, которые бы подтверждали ухудшение состояния здоровья истца вследствие незаконного уголовного преследования, материалы дела не содержат.

Представитель третьего лица Кулундинский межрайонный следственный отдел следственного управления Следственного комитета РФ по Алтайскому краю в судебное заседание не явился, надлежаще извещен.

Суд, с учетом положений ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ), полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Суд, выслушав участников процесса, исследовав материалы дела, обозрев материалы уголовного дела, и оценив представленные по делу доказательства в совокупности, рассматривая иск, в пределах заявленных требований, приходит к следующему.

Статьей 2 Конституции Российской Федерации установлено, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации (часть 1 статьи 17 Конституции Российской Федерации).

Согласно статье 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Общие основания ответственности за причинение вреда установлены статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которой вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Согласно статье 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовно ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

На основании статьи 1071 Гражданского кодекса Российской Федерации, в случаях, когда причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, от ее имени выступает Министерство финансов Российской Федерации.

Компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу (абзац третий статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 34 статьи 5 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации под реабилитацией в уголовном судопроизводстве понимается порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному преследованию.

Частью 4 статьи 11 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что вред, причиненный лицу в результате нарушения его прав и свобод судом, а также должностными лицами, осуществляющими уголовное преследование, подлежит возмещению по основаниям и в порядке, которые установлены Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации.

В силу части 1 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах.

Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

В силу пункта 2 части 2 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеют подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным, в том числе пунктом 2 статьи 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (отсутствие в деянии состава преступления).

Согласно статье 134 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации суд в приговоре, определении, постановлении, а следователь, дознаватель в постановлении признают за оправданным либо лицом, в отношении которого прекращено уголовное преследование, право на реабилитацию. Одновременно реабилитированному направляется извещение с разъяснением порядка возмещения вреда, связанного с уголовным преследованием.

В силу части 1 статьи 133, части 2 статьи 136 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда. Иски о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства.

Как следует из пунктов 13, 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2011 г. № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» - с учетом положений статей 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации и 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину в результате незаконного или необоснованного уголовного преследования, например, незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного задержания, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу и иных мер процессуального принуждения, незаконного применения принудительных мер медицинского характера, возмещается государством в полном объеме (в том числе с учетом требований статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации) независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда за счет казны Российской Федерации.

Как указано в Постановлениях Конституционного Суда Российской Федерации от 14.07.2011 г. № 16-П и от 21.11.2017 г. № 30-П, незаконное или необоснованное уголовное преследование представляет собой грубое посягательство на человеческое достоинство, а потому возможность реабилитации, восстановления чести и доброго имени опороченного неправомерным обвинением лица является непосредственным выражением конституционных принципов уважения достоинства личности, гуманизма, справедливости, законности, презумпции невиновности, права каждого на защиту его прав и свобод.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В соответствии с положениями статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации при определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно пункту 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что /////// Кулундинским межрайонным следственным отделом следственного управления Следственного комитета РФ по Алтайскому краю возбуждено уголовное дело №№№№ по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 160 УК РФ.

/////// ФИО1 опрошена старшим оперуполномоченным ГЭБ и ПК МВД России «Кулундинский» в рамках досудебного производства.

/////// в здании МБОУ КСОШ №5, в которой исполняла осуществляла трудовую деятельность в должности директора ФИО1, произведен осмотр места происшествия, изъяты вещественные доказательства.

/////// в качестве подозреваемой по указанному уголовному делу допрошена ФИО1

/////// и /////// подозреваемая ФИО1 и ее защитник Рау М.Е. ознакомлены с заключением эксперта №№№№ от /////// и от /////// по уголовному делу №№№№.

/////// в отношении ФИО1 избрана мера процессуального принуждения о том, что до окончания предварительного расследования и судебного разбирательства по подозрению ее в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 160 УК РФ, последняя будет своевременно являться по вызовам следователя или в суд, а в случае перемены места жительства и (или) регистрации незамедлительно сообщить об этом. Ей разъяснено, что при нарушении данного обязательства к ней может быть применена мера пресечения.

/////// ФИО1 дополнительно допрошена следователем в качестве подозреваемой по уголовному делу.

/////// ФИО1 привлечена в качестве обвиняемой по уголовному делу, ей предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 160 УК РФ.

/////// ФИО1 допрошена в качестве обвиняемой по уголовному делу и уведомлена в соответствии со ст. 215 УПК РФ об окончании следственных действий по уголовному делу.

/////// ФИО1 и ее защитник Рау М.Е. ознакомлена с материалами уголовного дела.

///////, ///////, ///////, ///////, ///////, ///////, ///////, ///////, ///////, ///////, /////// в Кулундинском районном суде проводились судебные заседания по рассмотрению уголовного дела по существу.

Приговором Кулундинского районного суда Алтайского края от ///////, ФИО1 признана не виновной в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.160 УК РФ, и оправдать на основании п.1 ч.2 ст.302 УПК РФ, то есть в связи с неустановлением события преступления.

Также, вышеуказанным приговором, в отношении истца отменена мера процессуального принуждения – обязательство о явке.

Апелляционным определением Суда апелляционной инстанции Алтайского краевого суда от ///////, приговор Кулундинского районного суда Алтайского края от /////// оставлен без изменения, апелляционное представление прокурора и апелляционная жалоба представителя потерпевшего – без удовлетворения.

В названном апелляционном определении указано, что судом достоверно установлено выполнение ФИО3 полной нормы труда (ставки) по должности мастера производственного обучения МБОУ КСОШ № 5, допущенные ФИО1 нарушения трудового законодательства не являются уголовно-наказуемыми, и не свидетельствуют о совершении ею хищения чужого имущества, поскольку отсутствуют такие признаки хищения как корыстная цель, безвозмездность и причинение ущерба собственнику. В связи с этим суд пришел к обоснованному выводу о том, что ФИО1 не было совершено общественно-опасное деяние, подпадающее под признаки преступления, предусмотренного ч.3 ст.160 УК РФ и о ее оправдании. Доводы представления и жалобы о том, что в период предварительного расследования ФИО1 в полном объеме возместила причиненный МБОУ «Кулундинская СОШ № 5» ущерб, не свидетельствуют о виновности последней в хищении денежных средств школы, поскольку согласно ее показаниям она внесла на счет школы денежные средства в сумме 164180 рублей 68 копеек, поскольку допустила нарушение трудового законодательства, приняв на работу ФИО3 по совместительству на полную ставку.

В силу ст. 1071 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 настоящего Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

Поскольку моральный вред в данном случае подлежит возмещению за счет средств казны Российской Федерации, то Министерство финансов Российской Федерации является надлежащим ответчиком по делу.

Учитывая установленные обстоятельства, руководствуясь приведенными правовыми нормами, суд приходит к выводу о наличии оснований для взыскания в пользу истца компенсации морального вреда с Министерства финансов Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации.

Разрешая вопрос о размере компенсации морального вреда, суд приходит к следующему.

Согласно пункту 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2011 г. № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости. Мотивы принятого решения о компенсации морального вреда должны быть указаны в решении суда.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» в пункте 25 разъяснил, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (пункт 26 названного Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации).

В пункте 27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

В пункте 28 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» указано, что под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего.

При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ).

В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.

Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении (пункт 30 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

В пункте 38 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» указано, что моральный вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста или исправительных работ, в силу пункта 1 статьи 1070 и абзаца третьего статьи 1100 ГК РФ подлежит компенсации независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда.

Кроме того, также независимо от вины указанных должностных лиц судом может быть взыскана компенсация морального вреда, причиненного гражданину незаконным применением любых иных мер государственного принуждения, в том числе не обусловленных привлечением к уголовной или административной ответственности (статья 2, часть 1 статьи 17 и часть 1 статьи 21 Конституции Российской Федерации, пункт 1 статьи 1070, абзацы третий и пятый статьи 1100 ГК РФ). Так, суд вправе взыскать компенсацию морального вреда, причиненного, например, в результате незаконного задержания в качестве подозреваемого в совершении преступления (статья 91 УПК РФ), или в результате незаконного административного задержания на срок не более 48 часов как меры обеспечения производства по делу об административном правонарушении (часть 3 статьи 27.5 КоАП РФ), или в результате признания незаконным помещения несовершеннолетнего в центр временного содержания для несовершеннолетних правонарушителей органов внутренних дел (статья 22 Федерального закона от 24 июня 1999 г. № 120-ФЗ «Об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних»), или в результате производства в жилище обыска или выемки, признанных незаконными (статья 12 УПК РФ), и др.

Судам следует учитывать, что нормами статей 1069 и 1070, абзацев третьего и пятого статьи 1100 ГК РФ, рассматриваемыми в системном единстве со статьей 133 УПК РФ, определяющей основания возникновения права на возмещение государством вреда, причиненного гражданину в результате незаконного и необоснованного уголовного преследования, возможность взыскания компенсации морального вреда, причиненного уголовным преследованием, не обусловлена наличием именно оправдательного приговора, вынесенного в отношении гражданина, или постановления (определения) о прекращении уголовного дела по реабилитирующим основаниям либо решения органа предварительного расследования, прокурора или суда о полной реабилитации подозреваемого или обвиняемого. Поэтому не исключается принятие судом в порядке гражданского судопроизводства решения о взыскании компенсации морального вреда, причиненного при осуществлении уголовного судопроизводства, с учетом обстоятельств конкретного уголовного дела и на основании принципов справедливости и приоритета прав и свобод человека и гражданина (например, при отмене меры пресечения в виде заключения под стражу в связи с переквалификацией содеянного на менее тяжкое обвинение, по которому данная мера пресечения применяться не могла, и др.) (пункт 39 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Из искового заявления и пояснений истца ФИО1, ее представителя следует, что моральный вред был причинен в результате незаконного привлечения ФИО1 к уголовной ответственности, в том числе: в связи с проведением следственных действий с участием ФИО1, предъявлением ей обвинения в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 160 УК РФ, проведением обысков по месту ее работы, изъятием вещественных доказательств из здания школы, избранием меры пресечения в виде обязательства о явке, предъявлением ФИО1 следственными органами обвинения в преступлении, которого она не совершала, участие истца в многочисленных судебных заседаниях при рассмотрении уголовного дела, последующим оправданием Кулундинским районным судом, с приговором с которым согласился суд апелляционной инстанции.

Принимая во внимание совокупность установленных по делу обстоятельств, руководствуясь критериями, предусмотренными статьями 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, оценив в соответствии со статьей 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации все представленные по делу доказательства, исходя из фактических обстоятельств дела, характера причиненных истцу физических и нравственных страданий, вызванных незаконным уголовным преследованием, установлением ограничений в виде обязательства о явке, личности истца (возраста, отсутствия судимости, рода ее занятий, характеристики личности, семейного положения), а также требований разумности и справедливости, необходимость соблюдения баланса частных и публичных интересов, суд полагает необходимым взыскать в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 250 000 руб., полагая, что данный размер компенсации соответствует требованиям разумности и справедливости, и тем нравственным и физическим страданиям, которые истец вынуждена была претерпевать в результате уголовного преследования.

Незаконное уголовное преследование и применение меры пресечения в виде обязательства о явке, явились психотравмирующим фактором, что не могло не вызвать у ФИО1 эмоциональные переживания и душевное потрясение, повлекшие стрессовое состояние, учитывая то, что истец была лишена привычных условий жизни и ограничена в правах, что повлекло ухудшение состояния здоровья, ежемесячные медицинские обследования, постановку диагноза – смешанное тревожное и депрессивное расстройство, что также повлекло за собой принятие антидепрессивных медицинских препаратов.

Судом также принята во внимание длительность уголовного преследования, осуществляемого в отношении ФИО1 с момента возбуждения уголовного дела и до момента вынесения оправдательного приговора с апелляционным определением (с /////// по ///////), в связи с чем, она испытывала на себе ограничение прав и свобод личности, связанные с необходимостью принятия участия в следственных действиях, ограничения свободы передвижения, что могло причинить дополнительные нравственные страдания.

Суд также учитывает, что ФИО4 в системе образования работает на протяжении многих лет (42 года), трудовую деятельность выполняла профессионально и качественно, имеет прекрасную репутацию, как педагог и директор школы. Неоднократно поощрялась грамотами администраций района и Алтайского края. Является почетным работников в сфере образования Российской Федерации. В 2017 году она была избрана депутатом собрания депутатов Кулундинского района на всенародных выборах, занимала должность заместителя председателя районного собрания депутатов.

Данные обстоятельства свидетельствует о том, что вследствие незаконного уголовного преследования пострадал авторитет ФИО1 как среди родственников, так и коллег, друзей, односельчан, учеников школы и их родителей.

При определении размера компенсации морального вреда суд также учитывает, что ФИО1 привлекалась к уголовной ответственности по ч. 3 ст. 160 УК РФ, которое относится к преступлениям небольшой тяжести.

Суд считает, что размер денежной компенсация 250 000 руб. является соразмерным степени нарушения прав истца и отвечающий требованиям разумности и справедливости. Основания для взыскания компенсации морального вреда в большем размере, в том числе в размере, заявленном истцом, суд не усматривает.

Доказательств, причинения морального вреда в меньшем размере стороной ответчика не представлено.

Согласно ч. 1 ст. 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В силу положений ч. 1 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

К издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся расходы на оплату услуг представителей; другие признанные судом необходимыми расходы (ст. 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах (ч. 1 ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

В пункте 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 г. № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разъяснено, что после принятия итогового судебного акта по делу лицо, участвующее в деле, вправе обратиться в суд с заявлением по вопросу о судебных издержках, понесенных в связи с рассмотрением дела, о возмещении которых не было заявлено при его рассмотрении.

Лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек (п. 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 г. № 1).

Как следует из разъяснений, содержащихся в абзаце втором пункта 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 г. № 1 в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 ГПК РФ), суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Оплата услуг представителя составляет наиболее значительную часть всех судебных расходов, как правило, намного превышающую все остальные расходы. Установление размера и порядка оплаты услуг представителя относится к сфере усмотрения доверителя и поверенного и определяется договором.

Обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя и тем самым - на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Именно поэтому в ч. 1 ст. 100 ГПК РФ речь идет, по существу, об обязанности суда установить баланс между правами лиц, участвующих в деле.

Таким образом, суд может ограничить взыскиваемую в счет возмещения сумму соответствующих расходов, если сочтет ее чрезмерной с учетом конкретных обстоятельств, используя в качестве критерия разумность понесенных расходов. Неразумными могут быть признаны значительные расходы, не оправданные ценностью подлежащего защите права либо несложностью дела.

В ходе рассмотрения дела интересы истца ФИО1 на основании ордера представлял адвокат Рау М.Е., которая участвовала в двух судебных заседаниях (///////, ///////), составила исковое заявление.

Согласно представленному чеку по операциям от ///////, за оказанные юридические услуги адвокатом Рау М.Е., ФИО1 произведена оплата в размере 20 000 руб.

Согласно положениям ч. 1 ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации расходы на оплату услуг представителя взыскиваются в разумных пределах.

Разумность размера суммы, как оценочная категория, определяется индивидуально, с учетом особенностей конкретного дела, при оценке разумности заявленных расходов на оплату услуг представителя необходимо обращать внимание на сложность, характер рассматриваемого спора и категорию дела, на объем доказательной базы по данному делу, количество судебных заседаний, продолжительность подготовки к рассмотрению дела, и т.д.

Оценка разумности произведенных судебных расходов на представителя, их сопоставимость, определение справедливого размера, в том числе, с учетом сложности рассматриваемого гражданского дела, количества судебных заседания и других обстоятельств, входят в компетенцию суда.

Положения процессуального законодательства о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек (ст.ст.98, 102, 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, ст.111 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, ст.110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) не подлежат применению при разрешении: иска неимущественного характера, в том числе имеющего денежную оценку требования, направленного на защиту личных неимущественных прав; иска имущественного характера, не подлежащего оценке (п.21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года №№№№).

Одновременно следует отметить, что определение пределов разумности судебных издержек, связанных с получением юридической помощи, закрепленное в статье 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, является оценочной категорией и относится на судебное усмотрение.

С учетом, объема фактически понесенных интеллектуальных и организационных затрат представителем, длительности и количества судебных заседаний - двух, в которых представитель принимал участие, активной позиции представителя при рассмотрении дела, продолжительность рассмотрения дела, соотношение судебных расходов с объемом защищаемого права, результат рассмотрения дела, принцип разумности и справедливости, объем, категорию спора, невысокую сложность дела, в соответствии с принципом разумности и справедливости, необходимости соблюдения баланса интересов сторон, суд считает возможным удовлетворить требования о взыскании расходов на оплату услуг представителя в размере 20 000 руб.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ,

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить.

Взыскать в пользу ФИО1 с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации (ИНН <***>) за счет средств казны Российской Федерации компенсацию морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием, в размере 250 000 руб., расходы на оплату услуг представителя в размере 20 000 руб.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Алтайский краевой суд через Кулундинский районный суд в течение месяца со дня изготовления его в окончательной форме

Председательствующий А.О. Лебедева

Мотивированное решение изготовлено – 15 октября 2025 года.