Судья Савинова С.В. дело № 33-1679/2023

дело № 2-3-28/2023 (12RS0008-03-2022-000536-91)

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Йошкар-Ола 3 августа 2023 г.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Марий Эл в составе:

председательствующего Гринюк М.А.,

судей Клюкиной О.В. и Протасовой Е.М.,

при секретаре Муравьевой А.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе ФИО1, ФИО2 на решение Медведевского районного суда Республики Марий Эл от 19 апреля 2023 года, которым постановлено:

исковое заявление ФИО2 к ФИО1, ФИО3, ФИО4 о включении в наследственную массу недвижимого имущества, об установлении факта принятия наследства и признании права собственности в порядке наследования на жилой дом и земельный участок удовлетворить частично.

Включить в состав наследственного имущества, оставшегося после смерти ФИО5, <дата> года рождения, умершей <дата>, ? доли в праве собственности на земельный участок, расположенный в <адрес> Республики Марий Эл. Признать право собственности в порядке наследования ФИО2, имеющей паспорт <№>, выданный <...>, на наследственное имущество ФИО5, <дата> года рождения, умершей <дата>, в виде ? доли в праве собственности на земельный участок, расположенный в <адрес> Республики Марий Эл. Считать ФИО2, имеющую паспорт <№>, выданный <...>, принявшей наследство после смерти ФИО5, <дата> года рождения, умершей <дата>, в виде ? доли в праве собственности на земельный участок, расположенный в <адрес> Республики Марий Эл.

В удовлетворении исковых требований ФИО2 к ФИО1, ФИО3, ФИО4 о включении в наследственную массу жилого дома, об установлении факта принятия наследства в виде жилого дома и признании права собственности в порядке наследования на жилой дом отказать.

В удовлетворении исковых требований ФИО2 к муниципальному образованию «Визимьярское сельское поселение» в лице администрации муниципального образования «Визимьярское сельское поселение», администрации Килемарского муниципального района Республики Марий Эл о включении в наследственную массу недвижимого имущества, об установлении факта принятия наследства и признании права собственности в порядке наследования на жилой дом и земельный участок отказать.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Республики Марий Эл Гринюк М.А., судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО2 обратилась в суд с исковым заявлением к муниципальному образованию «Визимьярское сельское поселение» в лице администрации муниципального образования «Визимьярское сельское поселение», администрации Килемарского муниципального района Республики Марий Эл, в котором просила включить в наследственную массу ФИО5, <дата> года рождения, умершей <дата>, жилой дом и земельный участок по адресу: Республика Марий Эл, <адрес>; установить факт принятия ею наследства, открывшегося со смертью ФИО5, и состоящего из указанного выше имущества, признать за ней право собственности на жилой дом и земельный участок.

В обоснование требований указано, что данное имущество принадлежало ее матери ФИО5, умершей <дата>. ФИО5 завещала жилой дом и земельный участок по указанному выше адресу своей дочери ФИО2, которая в установленный законом шестимесячный срок обратилась к нотариусу с заявлением о принятии наследства, но свидетельство в отношении данного имущества выдано не было. ФИО2 указывает, что совершила действия по фактическому принятию наследства, так как пользуется земельным участком, оплачивает земельный налог, следит за сохранностью жилого дома.

Определением Медведевского районного суда Республики Марий Эл от 10 марта 2023 года к участию в деле в качестве соответчиков привлечены ФИО1, ФИО3 – наследники первой очереди после смерти ФИО6 (бывшего супруга ФИО5), а также ФИО4 – наследник ФИО6 по праву представления.

Судом постановлено вышеуказанное решение.

В апелляционной жалобе ФИО2 просит решение отменить в части, в которой ей отказано в удовлетворении иска, принять по делу в данной части новое решение, которым удовлетворить заявленные ею требования в полном объеме. Выражает несогласие с выводом суда об отнесении жилого дома по адресу: Республика Марий Эл, <адрес> личному имуществу ФИО6 – супруга ФИО5 умершего <дата>. Приводит доводы о том, что суд не учел то обстоятельство, что в период брака с ФИО6 наследодатель ФИО5 за счет личных денежных средств произвела вложения, значительно увеличивающие стоимость личного имущества другого супруга. Ссылаясь на положения пункта 1 статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации, указывает, что у суда имелись правовые основания для признания за ФИО5 права собственности на спорные жилой дом и земельный участок в порядке приобретальной давности. Также полагает, что судом первой инстанции были допущены нарушения норм процессуального права, выразившиеся в непринятии мер по примирению сторон. Указывает, что суд не допросил в качестве свидетеля ФИО7 – дочь ФИО8, которая могла бы подтвердить возмездность договора дарения, на основании которого право собственности на спорное домовладение перешло к ФИО6 Приводит доводы о том, что суд в резолютивной части решения не привел сведений о том, какая именно ? часть земельного участка подлежит передаче в ее собственность.

В апелляционной жалобе ФИО1 просит решение суда отменить в части, в которой судом удовлетворены требования ФИО2, принять по делу в данной части новое решение об отказе в удовлетворении иска. В обоснование жалобы приводит доводы о том, что суд не установил основание выделения спорного земельного участка предыдущему собственнику – ФИО8 Полагает, что при переходе к ее отцу ФИО6 права собственности на спорное домовладение к нему также перешло и право пользования земельным участком, что свидетельствует об отсутствии оснований для признания земельного участка совместно нажитым имуществом супругов М-ных.

В письменных возражениях ФИО2 просит в удовлетворении апелляционной жалобы ФИО1 отказать.

Проверив материалы дела, обсудив доводы жалобы, возражений, судебная коллегия не находит оснований для отмены решения суда.

В состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности (пункт 1 статьи 1112 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 1 статьи 1152 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьей 1154 Гражданского кодекса Российской Федерации для приобретения наследства наследник должен его принять в течение шести месяцев со дня открытия наследства.

Исходя из положений статьи 1153 Гражданского кодекса Российской Федерации наследство может быть принято как путем подачи наследником нотариусу заявления о принятии наследства (о выдаче свидетельства о праве на наследство), так и путем осуществления наследником действий, свидетельствующих о фактическом принятии наследства.

Как разъяснено в пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 года № 9 «О судебной практике по делам о наследовании», при отсутствии надлежаще оформленных документов, подтверждающих право собственности наследодателя на имущество, судами до истечения срока принятия наследства (статья 1154 Гражданского кодекса Российской Федерации) рассматриваются требования наследников о включении этого имущества в состав наследства, а если в указанный срок решение не было вынесено, - также требования о признании права собственности в порядке наследования.

Как установлено судом первой инстанции, ФИО6 и ФИО5 состояли в зарегистрированном браке с 1 июля 1989 года. Брак между ними расторгнут 2 августа 1996 года.

В период брака 27 мая 1990 года между ФИО8 (дарителем) и ФИО6 (одаряемым) заключен договор дарения, зарегистрированный Визимьярским поселковым Советом народных депутатов, по которому ФИО8 подарил ФИО6, а ФИО6 принял в дар от ФИО8 домовладение общей полезной площадью 46,9 кв.м служебных строений и сооружений, расположенных на участке земли размером 2608,3 в поселке Визимьяры по <адрес> (том 1, л.д. 14).

ФИО6 умер <дата>. Наследниками первой очереди по закону к его имуществу являются его дочь ФИО1, его сын ФИО3 и мать ФИО9, умершая <дата>. После смерти матери ФИО6 наследником является ее дочь и сестра ФИО6 - ФИО4

Из наследственного дела к имуществу ФИО6, умершего <дата>, следует, что наследником, принявшим наследство, является его дочь ФИО1, которая 16 сентября 2003 года в установленный законом шестимесячный срок со дня смерти ФИО6 обратилась к нотариусу Мари-Турекского нотариального округа Республики Марий Эл с заявлением о принятии наследства. Свидетельство о праве на наследство наследнику не выдавалось.

2 июня 1995 года ФИО5 составила завещание, согласно которому все свое имущество, которое ко дню смерти окажется ей принадлежащим, в том числе домовладение по адресу: Республика Марий Эл, <адрес>, завещала своей дочери ФИО2

ФИО5 умерла <дата>. Наследником первой очереди по закону и по завещанию является ФИО2, других наследников не имеется.

Из наследственного дела к имуществу ФИО5, умершей <дата>, следует, что наследником, принявшим наследство, является ее дочь ФИО2, которая 11 января 2022 года в установленный законом шестимесячный срок со дня смерти ФИО5 обратилась к нотариусу с заявлением о принятии наследства (том 1, л.д. 64, оборотная сторона). ФИО2 выданы свидетельства о праве на наследство, состоящее из недополученной пенсии по старости, а также из прав на денежные средства, находящиеся на счете в банке.

Разрешая спор, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о частичном удовлетворении исковых требований ФИО2 к ФИО1, ФИО3, ФИО4 о включении в наследственную массу недвижимого имущества и признании права собственности в порядке наследования на жилой дом и земельный участок. Установив, что ФИО2 в установленный законом срок обратилась к нотариусу с заявлением о принятии наследства, суд посчитал требование истца об установлении факта принятия наследства излишне заявленным.

Оснований для удовлетворения требований, предъявленных к муниципальному образованию «Визимьярское сельское поселение» в лице администрации муниципального образования «Визимьярское сельское поселение», администрации Килемарского муниципального района Республики Марий Эл суд правомерно не усмотрел, поскольку указанные лица надлежащими ответчиками по делу не являлись.

Согласно пункту 1 статьи 36 Семейного кодекса Российской Федерации (далее – СК РФ) имущество, принадлежавшее каждому из супругов до вступления в брак, а также имущество, полученное одним из супругов во время брака в дар, в порядке наследования или по иным безвозмездным сделкам (имущество каждого из супругов), является его собственностью.

Аналогичное положение было закреплено в статье 22 Кодекса о браке и семье РСФСР, действующей на дату заключения договора дарения, согласно которой имущество, принадлежавшее супругам до вступления в брак, а также полученное ими во время брака в дар или в порядке наследования, является собственностью каждого из них.

Разрешая исковые требования ФИО2 о включении в наследственную массу ФИО5, умершей <дата>, жилого дома по указанному выше адресу и признании права собственности на указанное имущество в порядке наследования, суд руководствовался приведенным правовым регулированием и исходил из того, что данное имущество было получено ее супругом ФИО6 в дар, в связи с чем является его личной собственностью, не подлежит разделу между супругами и по этой причине не входит в наследственную массу после смерти ФИО5 Поскольку ФИО5 собственником данного имущества не являлась, она не имела права распорядиться им на случай своей смерти путем совершения завещания.

Доводы ФИО2 о том, что фактически между ФИО8 и ФИО6 состоялась сделка купли-продажи домовладения, при этом денежные средства на покупку дома принадлежали ФИО5, а договор дарения был заключен по причине отсутствия у ФИО5 денежных средств на регистрацию договора купли-продажи, были обоснованно отклонены судом первой инстанции.

Ссылаясь на указанные обстоятельства, истец фактически оспаривала договор дарения домовладения от 27 мая 1990 года. Между тем, требований о признании данной сделки недействительной либо о применении последствий недействительности ничтожной сделки ФИО2 заявлено не было. С учетом обстоятельств, входящих в предмет доказывания по настоящему спору, факт возмездности договора дарения, для подтверждения которого истцом было заявлено ходатайство о допросе свидетелей, не подлежал установлению судом. Таким образом, вопреки доводам жалобы, у суда первой инстанции отсутствовали основания для удовлетворения ходатайства ФИО2 о допросе свидетеля ФИО7

В соответствии со статьей 22 Кодекса о браке и семье РСФСР, действовавшей на дату заключения договора дарения, имущество каждого из супругов может быть признано их общей совместной собственностью, если будет установлено, что в течение брака были произведены вложения, значительно увеличившие стоимость этого имущества (капитальный ремонт, достройка, переоборудование и т.п.).

Отклоняя доводы ФИО2 о наличии оснований для признания спорного домовладения совместно нажитым имуществом супругов ФИО6 и ФИО5, суд первой инстанции обоснованно исходил из недоказанности того обстоятельства, что ФИО5 в период брака были произведены вложения, значительно увеличившие стоимость этого имущества (капитальный ремонт, достройка, переоборудование и т.п.).

Вопреки доводам жалобы, в материалах дела отсутствуют какие-либо письменные доказательства, подтверждающие факт производства ФИО5 в период брака с ФИО6 вложений в недвижимое имущество, расположенное на спорном земельном участке. Показания свидетелей в отсутствие иных письменных доказательств правомерно не были приняты судом для подтверждения данных обстоятельств.

При этом у суда апелляционной инстанции отсутствуют основания для принятия в качестве нового доказательства технического паспорта, ссылка на который содержится в апелляционной жалобе ФИО2, подтверждающего, по мнению истца, обстоятельства возведения на спорном земельном участке новых строений – летнего дома, бани, дровенника, сарая и т.п. В соответствии с абзацем вторым части 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации дополнительные доказательства принимаются судом апелляционной инстанции, если лицо, участвующее в деле, обосновало невозможность их представления в суд первой инстанции по причинам, не зависящим от него, и суд признает эти причины уважительными. Приведенные заявителем доводы, в частности, о наличии оснований полагать, что суд истребовал данный документ по собственной инициативе, не свидетельствуют об уважительности причин, препятствовавших его представлению в суд первой инстанции. Судебная коллегия также отмечает, что ФИО2 заявлено было требование только о разделе дома.

Доводы стороны истца о том, что во время брака между ФИО5 и ФИО6 состоялась договоренность о разделе приобретенного в период брака имущества, передаче в собственность ФИО5 спорных жилого дома и земельного участка, а ФИО6 - автомобиля, о чем 16 апреля 1992 года была составлена доверенность, суд первой инстанции также признал несостоятельными, поскольку данной доверенностью не подтверждается волеизъявление ФИО6 на передачу спорного имущества ФИО5

Суд апелляционной инстанции признает данный вывод правильным, отмечая при этом, что Кодекс о браке и семье РСФСР, действовавший на дату выдачи ФИО6 указанной выше доверенности от 16 апреля 1992 года, не предусматривал иного порядка раздела имущества, являющегося общей совместной собственностью супругов, помимо судебного одновременно с вынесением решения о расторжения брака (статья 36 Кодекса о браке и семье РСФСР). Сведений о заключении между ФИО6 и ФИО5 соглашения о разделе совместно нажитого имущества в порядке, установленном пунктом 2 статьи 38 СК РФ, вступившим в силу 1 марта 1996 года, в материалах дела также не содержится.

В силу пункта 1 статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо - гражданин или юридическое лицо, - не являющееся собственником имущества, но добросовестно, открыто и непрерывно владеющее как своим собственным недвижимым имуществом в течение пятнадцати лет либо иным имуществом в течение пяти лет, приобретает право собственности на это имущество (приобретательная давность).

Отклоняя доводы ФИО2 о наличии оснований для признания за ФИО5 права собственности на спорный жилой дом в порядке приобретальной давности и, как следствие, для включения данного имущества в наследственную массу, суд фактически исходил из несоблюдения такого обязательного установленного законом условия, как добросовестность давностного владения.

Судебная коллегия с указанным выводом соглашается, полагает его законным и обоснованным.

Как разъяснено в пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 года № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», при разрешении споров, связанных с возникновением права собственности в силу приобретательной давности, судам необходимо учитывать следующее:

- давностное владение является добросовестным, если лицо, получая владение, не знало и не должно было знать об отсутствии основания возникновения у него права собственности;

- давностное владение признается открытым, если лицо не скрывает факта нахождения имущества в его владении. Принятие обычных мер по обеспечению сохранности имущества не свидетельствует о сокрытии этого имущества;

- давностное владение признается непрерывным, если оно не прекращалось в течение всего срока приобретательной давности. В случае удовлетворения иска давностного владельца об истребовании имущества из чужого незаконного владения имевшая место ранее временная утрата им владения спорным имуществом перерывом давностного владения не считается. Передача давностным владельцем имущества во временное владение другого лица не прерывает давностного владения. Не наступает перерыв давностного владения также в том случае, если новый владелец имущества является сингулярным или универсальным правопреемником предыдущего владельца (пункт 3 статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации);

- владение имуществом как своим собственным означает владение не по договору. По этой причине статья 234 Гражданского кодекса Российской Федерации не подлежит применению в случаях, когда владение имуществом осуществляется на основании договорных обязательств (аренды, хранения, безвозмездного пользования и т.п.).

Судом первой инстанции установлено, ФИО5 было известно о наличии наследников у ФИО6 Истец ФИО2 указанное обстоятельство в суде первой инстанции не оспаривала. При этом проживание ФИО5 в жилом доме по указанному выше адресу допускалось с молчаливого согласия семьи ФИО6, в частности, его детей.

Таким образом, поскольку брак между ФИО6 и ФИО5 был расторгнут, в связи с чем у последней отсутствовали основания для призвания ее к наследованию после смерти бывшего супруга, при этом спорное имущество в виде жилого дома было приобретено ФИО6 по безвозмездной сделке, в связи с чем являлось его личной собственностью, право на которую подлежало переходу в порядке наследования к его наследникам, ФИО5 должна была знать об отсутствии основания возникновения у нее права собственности на спорный жилой дом.

При таких обстоятельствах исключается возможность для вывода о добросовестном владении ФИО5 спорным жилым домом, несмотря на его длительность, непрерывность и открытость.

Разрешая исковые требования ФИО2 о включении в наследственную массу земельного участка и признании на него права собственности в порядке наследования, суд правомерно исходил из того, данное имущество было предоставлено ФИО6 на основании акта органа местного самоуправления в период брака с ФИО5, в связи с чем является совместно нажитым имуществом супругов и подлежит разделу между ними в равных долях с последующим включением указанной доли в состав наследства ФИО5

Судебная коллегия полагает данный вывод законным и обоснованным.

Как установлено судом, 11 июля 1992 года, то есть после заключения договора дарения спорного дома, Визимьярским поселковым Советом ФИО6 было выдано свидетельство на право собственности на землю, владения, бессрочного (постоянного) пользования землей, согласно которому ФИО6 для ведения личного подсобного хозяйства был предоставлен земельный участок, площадь которого совпадает с площадью спорного земельного участка (том 1, л.д. 93, 94). При этом сведений о предоставлении ФИО6 иных земельных участков, равных спорному по площади и расположенных в пределах того же населенного пункта, в материалах дела не имеется.

Оценив содержание договора дарения домовладения, расположенного в <адрес> совокупности с иными собранными по делу доказательствами, в частности, с похозяйственной книгой Визимьярской сельской администрации, суд пришел к обоснованному выводу, что на основании договора дарения ФИО8 передал ФИО6 дом, находящийся на земельном участке по вышеуказанному адресу, а не сам участок, собственником которого даритель не являлся.

Судебная коллегия признает несостоятельными доводы жалобы ФИО1 о том, что при переходе к ее отцу ФИО6 права собственности на спорное домовладение к нему также перешло и право пользования земельным участком, что свидетельствует об отсутствии оснований для признания земельного участка совместно нажитым имуществом супругов.

В соответствии с Земельным кодексом РСФСР, утвержденным Законом РСФСР от 1 июля 1970 года «Об утверждении Земельного кодекса РСФСР» и действовавшем на момент заключения договора дарения между ФИО8 и ФИО6, земля состояла в исключительной собственности государства и предоставлялась только в пользование (статья 3).

Статьей 87 Земельного кодекса РСФСР действительно было определено, что при переходе права собственности на строение переходит также и право пользования земельным участком или его частью.

Вместе с тем, в соответствии с подпунктами 1, 2 пункта 1 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают, в том числе из договоров или иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему, а также из актов государственных органов и органов местного самоуправления, которые предусмотрены законом в качестве основания возникновения гражданских прав и обязанностей.

Аналогичные положения были закреплены в статье 4 Гражданского кодекса РСФСР в редакции, действовавшей на дату выдачи свидетельства на право собственности на землю, владения, бессрочного (постоянного) пользования землей.

Таким образом, законодатель разграничивает в качестве оснований возникновения гражданских прав и обязанностей договоры (сделки) и акты государственных органов, органов местного самоуправления и не относит последние к безвозмездным сделкам. Бесплатная передача земельного участка одному из супругов во время брака на основании акта органа местного самоуправления не может являться основанием его отнесения к личной собственности этого супруга. Данная правовая позиция отражена в пункте 8 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 4 июля 2018 года.

С учетом изложенного, поскольку право собственности на спорный земельный участок возникло у ФИО6 на основании акта органа местного самоуправления, а не на основании сделки, не имеет значения факт перехода к ФИО6 права пользования землей при заключении договора дарения.

Приведенные ФИО2 в жалобе доводы о том, что суд не указал, какая именно часть земельного участка подлежит передаче в ее собственность, не свидетельствуют о незаконности обжалуемого решения. Положениями статьи 252 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрена возможность раздела имущества, находящегося в общей долевой собственности, и выдела из него доли. Поскольку таких требований в рамках настоящего спора сторонами заявлено не было, суд обоснованно принял решение о признании за ФИО2 права собственности на идеальную долю в спорном имуществе.

Вопреки доводам жалобы ФИО2, нарушений норм процессуального права судом не допущено. Предусмотренное статьей 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации право сторон окончить дело мировым соглашением неоднократно разъяснялось судом лицам, участвующим в деле, однако стороны данным правом не воспользовались.

Решение постановлено судом без нарушения норм материального и процессуального права, является законным и обоснованным. Жалоба удовлетворению не подлежит.

В соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации законность и обоснованность решения суда проверены исходя из доводов апелляционной жалобы.

Руководствуясь статьей 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Медведевского районного суда Республики Марий Эл от 19 апреля 2023 года оставить без изменения, апелляционные жалобы ФИО2, ФИО1 – без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в срок, не превышающий трёх месяцев, в Шестой кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции.

Председательствующий М.А. Гринюк

Судьи О.В. Клюкина

Е.М. Протасова

Апелляционное определение изготовлено в окончательной форме 10 августа 2023 года.