Судья 1 инстанции Полканова Ю.В. дело № 22-3428/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Иркутск 27 сентября 2023 г.

Судебная коллегия по уголовным делам Иркутского областного суда в составе:

председательствующего Носкова П.В.,

судей Осипова Д.Ю. и Сенькова Ю.В.,

при секретаре Бронниковой А.А.,

с участием прокурора Альхименко Ю.В., оправданной ФИО1, защитника – адвоката Орешкина М.И.,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя Поляковой Е.А. на приговор Куйбышевского районного суда г. Иркутска от 12 мая 2023 года, которым

ФИО1, (данные изъяты) не судимая,

оправдана по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, ч. 4 ст. 159 УК РФ, на основании п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ, в связи с отсутствием в её деянии состава преступления.

В соответствии с гл. 18 УПК РФ за оправданной ФИО1 признано право на реабилитацию.

Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении отменена.

Приговором разрешена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Носкова П.В., выступление прокурора Альхименко Ю.В, поддержавшей доводы, изложенные в апелляционном представлении, выступления оправданной ФИО1 и её защитника Орешкина М.И., возражавших против удовлетворения апелляционного представления, предлагавших приговор оставить без изменения, судебная коллегия

установил а:

Органами предварительного следствия ФИО1 обвинялась в том, что, будучи генеральным директором Общества с ограниченной ответственностью (данные изъяты), используя свое служебное положение, путем обмана должностных лиц инспекции ФНС России по Октябрьскому округу г. Иркутска в период времени и обстоятельствах, изложенных в обвинительном заключении, умышленно из корыстных побуждений покушалась на хищение денежных средств при возмещении НДС за 1 квартал 2018 года в размере 7 783 429 рублей, но не смогла довести свои действия до конца ввиду отказа налогового органа в возмещении НДС на указанную сумму.

Предъявляя ФИО1 обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, ч. 4 ст. 159 УК РФ, - покушения на мошенничество, то есть хищения чужого имущества путем обмана с использованием служебного положения в особо крупном размере, орган предварительного расследования исходил из применении ФИО1 схемы "дробление бизнеса", влиянии взаимозависимости на принятие управленческих решений и построение хозяйственных связей особым образом, а также о фактическом осуществлении налогоплательщиком не облагаемой НДС деятельности через подконтрольное лицо с целью получения формального права на возмещение НДС из бюджета.

В судебном заседании ФИО1 по предъявленному обвинению виновной себя не признала, при этом пояснила, что решение о создании ООО (данные изъяты) было принято учредителями ООО (данные изъяты) с целью сохранения активов Общества. Такое разделение (одна организация является держателем активов, другая - дочерняя, осуществляющая медицинскую деятельность на основании медицинской лицензии) представлялось в тот момент разумным и эффективным, не противоречащим действующему законодательству. ООО (данные изъяты) никогда не скрывало факт аффилированности данных организаций. Варианты учреждения юридического лица без прямого участия ООО (данные изъяты) не рассматривались. Поскольку ООО (данные изъяты) являлось плательщиком НДС, то обратилось в налоговый орган с уточненной налоговой декларацией по НДС за 1 квартал 2018 года, в которой отражена сумма НДС, исчисленная к возмещению из бюджета РФ с деятельности ООО (данные изъяты). Все предоставленные в налоговой орган документы являются достоверными, работы и услуги ООО (данные изъяты) были оказаны реально. В процессе проведения проверки по требованию налогового органа она предоставила достоверные документы, дала правдивые пояснения.

Проанализировав представленные сторонами доказательства, суд первой инстанции оправдал ФИО1 по предъявленному обвинению в связи с отсутствием в её деянии состава указанного преступления, указав, что наличие умысла на хищение денежных средств в действиях ФИО1 не установлено.

В апелляционном представлении (основном и дополнительном) государственный обвинитель Полякова Е.А., ссылаясь на положения ст.297 УПК РФ, находит приговор суда не отвечающим требованиям уголовно-процессуального и уголовного законов.

Полагает, что суд неверно дал оценку представленным доказательствам, которые в своей совокупности подтверждают то, что ФИО1 умышленно создала схему получения необоснованной налоговой выгоды через распределение ресурсов между взаимозависимыми юридическими лицами, а также создания видимости самостоятельности участников посредством оформления искусственных договорных отношений.

По мнению обвинителя, судом неверно оценены показания налоговых инспекторов З. и Ф., которые полностью изобличили ФИО1 в умышленной схеме, направленной на неправомерное получение НДС из бюджета РФ.

Указывает, что заключенные договоры аренды медицинского оборудования, а также здания и земельного участка между взаимозависимыми ООО (данные изъяты) и ООО (данные изъяты) (с обеих сторон подписанный самой ФИО1) свидетельствуют об отсутствии экономической целесообразности такой деятельности, и о применении незаконной схемы оптимизации налогов. При этом, ООО (данные изъяты) получает доходы, которые не подлежат налогообложению по НДС, используя здание и медицинское оборудование, принадлежащее ООО (данные изъяты), которое несет все расходы по содержанию и обслуживанию данного медицинского центра. Вместе с тем, у ООО (данные изъяты) формируется необлагаемая НДС выручка, и одновременно все расходные операции как по ремонту и приобретению оборудования, так и по содержанию и обслуживанию медицинского центра отражаются в вычетах ООО (данные изъяты). Разделение производимых расходов и получаемой выручки между двумя налогоплательщиками, фактически являющимися одним хозяйствующим субъектом, привели к получению необоснованной налоговой экономии ООО (данные изъяты) в виде предъявления к возмещению НДС из бюджета.

Считает, что судом не дана надлежащая оценка заключению специалиста от 10.03.2021, из которого следует, что размер ежемесячных арендных платежей, получаемых ООО (данные изъяты)» от подконтрольной ему ООО (данные изъяты), значительно ниже рыночной, не отвечает признакам экономической целесообразности сделки, и что при подобной работе самостоятельной и не взаимозависимой организации теряется экономический смысл ведения предпринимательской деятельности.

Указывает, что материалами дела достоверно установлено, что формальное разделение медицинской деятельности между ООО (данные изъяты) и вновь созданным взаимозависимым и аффилированным юридическим лицом ООО (данные изъяты), позволило ФИО1 создать видимость наличия у ООО (данные изъяты) права на возмещение НДС со строительства и приобретения товаров, приобретения льготы по НДС в процессе оказания медицинских услуг ООО (данные изъяты).

Полагает, что судом дана ненадлежащая оценка переписке в мессенджере «Вайбер» между ФИО1 и бухгалтером С., из которой явно следует, что именно ФИО1 выступила инициатором возмещения НДС, и кроме того, переписка указывает на то, что решения относительно налоговой отчетности ООО (данные изъяты) принимались ФИО1; также эта переписка свидетельствует о взаимозависимости ООО (данные изъяты) и ООО (данные изъяты), что оказывает существенное влияние на условия и экономические результаты деятельности с целью снижения своих налоговых обязательств путем формального соблюдения действующего законодательства.

Автор представления не соглашается с выводами суда относительно оценки подачи ФИО1 в налоговый орган уточненной декларации от 22.07.2020, в которой исключена сумма, подлежащая возмещению из бюджета РФ по НДС, отмечает, что подача этой декларации произошла после составления акта налоговой проверки, в которой установлена схема незаконного возмещения НДС из бюджета РФ и возбуждения в отношении ФИО1 уголовного дела, сам факт предоставления этой декларации не свидетельствует об отсутствии в действиях ФИО1 состава инкриминируемого ей преступления.

Полагает, что судом оставлено без внимания «фиктивное дробление бизнеса», характеризующееся экономической несамостоятельностью юридических лиц, их аффилированностью, подконтрольностью, общей производственной базой, которое было обусловлено стремлением минимизировать налоговые обязательства и получить возмещение НДС, а не хозяйственной необходимостью организации.

Указывает, что разделение бизнеса произведено только для создания видимости действий нескольких юридических лиц, которая прикрывает фактическую деятельность одного налогоплательщика - ООО «(данные изъяты), которое не имеет права на возмещение НДС ввиду осуществления медицинской деятельности. Об отсутствии самостоятельной деятельности указанных юридических лиц свидетельствуют показания свидетеля Б., который сообщил, что был трудоустроен в ООО «(данные изъяты) (данные изъяты)» главным врачом и занимался проектированием и строительством медицинского центра, а в последующем был трудоустроен главным врачом ООО (данные изъяты), свидетеля В., которая сообщила, что будучи трудоустроенной в ООО (данные изъяты), она осуществляла подбор и принятие на работу персонала в ООО (данные изъяты), свидетеля П., согласно которым он был трудоустроен в качестве системного администратора в ООО (данные изъяты), осуществлял работы, в том числе по созданию информационных сетей для медицинского центра. Указанные свидетели, а также свидетели Р., Л., Д. до момента создания ООО (данные изъяты) были трудоустроены в ООО «(данные изъяты) и выполняли работу по профилю своей деятельности исключительно в целях обеспечения будущей деятельности ООО (данные изъяты), после создания которого они были трудоустроены туда, т.е. произошло формальное перераспределение между участниками схемы персонала без изменения их должностных обязанностей. Об аффелированности ООО (данные изъяты) и ООО (данные изъяты) свидетельствует тот факт, что в данных юридических лицах единоличным исполнительным органом являлась генеральный директор – ФИО1, т.е. фактически деятельностью данных участников схемы управляло одно лицо. Взаимная подконтрольность деятельности этих юридических лиц и их общая производственная база выражена в том, что данные субъекты несут расходы друг друга. Фактически ООО (данные изъяты) выполнены все действия, направленные на обеспечение функционирования ООО (данные изъяты) как медицинской организации. Кроме того, указанные организации фактически зарегистрированы и осуществляют свою деятельность по одному адресу. Дробление было обусловлено стремлением минимизировать налоговые обязательства и получить возмещение НДС, а не хозяйственной необходимостью организации.

В связи с изложенным, просит оправдательный приговор в отношении ФИО1 отменить, уголовное дело направить на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе суда.

В возражениях на апелляционное представление адвокат Орешкин М.И. и защитник Н. выражают несогласие с доводами представления, просят оставить их без удовлетворения, а приговор суда – без изменения.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционного представления и возражений на него, выслушав участников процесса, судебная коллегия находит приговор суда законным и обоснованным.

Исследовав представленные сторонами обвинения и защиты доказательства, в частности, показания свидетелей – представителей налогового органа З., Ф., свидетелей – учредителей ООО (данные изъяты) Ч., Ж., Э., Х., М., Т., Я., Ш., Г., а также Б., Ю. и других свидетелей, письменные доказательства, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии по делу совокупности доказательств, достаточной для вывода о виновности ФИО1 в совершении инкриминируемого ей преступления.

Суд установил, что ООО (данные изъяты) было создано для осуществления различных видов деятельности, в том числе для получения дохода от медицинской деятельности, сдачи имеющегося у него имущества в аренду. После регистрации Общество за счет денежных средств уставного капитала приобрело здание, заказало проект многопрофильного медицинского центра, с целью производства ремонта и оснащения имеющегося здания необходимым оборудованием заключило договоры выполнения работ, оказания услуг, приобретения товаров с различными юридическими лицами, в том числе ООО (данные изъяты), ООО (данные изъяты), ООО (данные изъяты), ООО (данные изъяты), оплатило выполненные работы, услуги, товары, в том числе НДС. Факт выполнения указанных работ, оказания услуг, приобретения товаров был признан налоговым органом, который проводил проверку финансово-хозяйственной деятельности ООО (данные изъяты) и ее контрагентов. Никаких замечаний относительно недостоверности предоставленных сведений, а именно их подложности либо фиктивности установлено не было, что следует из акта проверки и решения налогового органа от 07.08.2020, а также показаний свидетеля З.

Решение о создании медицинского центра (данные изъяты) обсуждалось на общих собраниях учредителей ООО (данные изъяты) и было принято ими. При создании ООО «(данные изъяты) в налоговый орган для регистрации было предоставлено решение о создании данного юридического лица, подписанное директором материнского общества. Указанное юридическое лицо было зарегистрировано налоговым органом в установленном законом порядке, поскольку был предоставлен полный пакет документов для регистрации/создания юридического лица. Никто из учредителей не высказывал претензий относительно этого.

После подготовки здания медицинского центра к эксплуатации, само здание и находящееся в нем оборудование и прочее имущество в составе имущественного комплекса переданы ООО (данные изъяты) по договорам аренды ООО (данные изъяты), которое впоследствии приступило к оказанию медицинских услуг с использованием собственного персонала и арендуемой материально-технической базы медицинского центра на основании собственных лицензий на осуществление медицинской деятельности, от данного вида деятельности получает доход.

Оценив представленные в дело доказательства в их совокупности, суд первой инстанции пришел к выводу о фактическом самостоятельном ведении ООО (данные изъяты) медицинской деятельности, несмотря на наличие отношений аффилированности с ООО (данные изъяты) и использование на условиях аренды созданной им материально-технической базы медицинского центра для ведения данной деятельности, поскольку было установлено наличие у данной медицинской организации собственных источников доходов (преимущественно от оказания медицинских услуг), за счет которых покрываются расходы медицинской организации на заработную плату, оказание медицинских услуг, аренду, перечисление налогов и т.д., наличие у ООО (данные изъяты) собственного персонала, осуществляющего профильную медицинскую деятельность.

С другой стороны судом установлено, что ООО (данные изъяты) медицинской организацией не является, медицинскую деятельность не осуществляло, лицензии, персонала, необходимых для оказания медицинских услуг, не имеет, а фактически осуществляет деятельность по сдаче в аренду имущественного комплекса медицинского центра, его выручка формируется преимущественно из платежей за аренду медицинского центра.

По результатам рассмотрения уголовного дела, установив, что ООО (данные изъяты) медицинскую деятельность не ведет и не может вести, указанный вид деятельности действительно фактически осуществляется медицинской организацией - ООО (данные изъяты), которая получает собственный доход от данного вида деятельности, суд первой инстанции признал ошибочным вывод налогового органа и органа предварительного расследования о применении ФИО1 схемы "дробление бизнеса" путем формального разделения между аффилированными лицами видов деятельности по созданию медицинского центра и осуществлению медицинской деятельности исключительно в целях получения заявителем права на налоговые вычеты (возмещение) по НДС при строительстве и оснащении оборудованием медицинского центра.

Более того, судом установлено, что ООО (данные изъяты), единственным учредителем которого выступало ООО (данные изъяты), в проверяемом периоде (1 квартал 2018 года) также не занималось медицинской деятельностью, то есть не осуществляло не облагаемых НДС видов деятельности, в связи с чем довод апелляционного представления об отсутствии раздельного учета облагаемых и не облагаемых НДС хозяйственных операций является несостоятельным.

Как правильно отмечено судом, подписание договоров аренды со стороны обоих контрагентов ФИО1 как генеральным директором ООО (данные изъяты) и ООО (данные изъяты) не является нарушением действующего законодательства; то, что ФИО1 была одновременно генеральным директором обоих организаций не запрещено законом.

Довод апелляционного представления об экономической нецелесообразности деятельности ООО (данные изъяты) по сдаче в аренду имущественного комплекса медицинского центра не влияет на решение суда об оправдании ФИО1 При этом судебная коллегия исходит из отсутствия у суда полномочий по проверке экономической целесообразности решений, принимаемых субъектами предпринимательской деятельности, которые в сфере бизнеса обладают самостоятельностью и широкой дискрецией (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 24.02.2004 N 3-П).

Вопреки доводам апелляционного представления судебное разбирательство проведено в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, нарушений уголовно-процессуального закона при исследовании доказательств, повлиявших на правильность установленных судом фактических обстоятельств дела и влекущих отмену оправдательного приговора, не установлено.

Выводы суда не содержат предположений, неустранимых противоречий и основаны исключительно на исследованных материалах дела, все представленные сторонами доказательства, в том числе перечисленные в апелляционном представлении, были проверены судом и оценены в приговоре в соответствии с требованиями ст. ст. 17, 87 и 88 УПК РФ с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а в совокупности - достаточности.

Оправдательный приговор постановлен в отношении ФИО1 в соответствии с требованиями гл. 39 УПК РФ, его описательно-мотивировочная часть в соответствии со ст. 305 УПК РФ содержит существо предъявленного обвинения, установленные судом обстоятельства дела, основания оправдания подсудимой, доказательства, их подтверждающие, обоснование по другим вопросам, указанным в ст. 299 УПК РФ.

Изучение материалов уголовного дела показало, что приведенная в апелляционном представлении оценка доказательств носит односторонний характер, не отражает в полной мере существо показаний допрошенных лиц и письменных материалов, которые оценены стороной обвинения в отрыве от других имеющихся по делу доказательств.

Между тем, именно всесторонний анализ и основанная на законе оценка исследованных в судебном заседании доказательств в их совокупности позволили суду правильно установить фактические обстоятельства дела и с учетом требований ч. 4 ст. 302 УПК РФ прийти к выводу о том, что по настоящему уголовному делу доказательств, бесспорно опровергающих позицию ФИО1, стороной обвинения не представлено.

Имеющиеся сомнения в виновности ФИО1 судом обоснованно истолкованы в пользу оправданной (ч. 3 ст. 14 УПК РФ).

Правильность оценки доказательств сомнений не вызывает.

Дело рассмотрено судом первой инстанции объективно и беспристрастно.

Как видно из материалов дела, судом соблюдался установленный уголовно-процессуальным законом порядок рассмотрения дела и принцип состязательности и равноправия сторон, которым предоставлялась возможность исполнения их процессуальных функций и реализации гарантированных законом прав на представление доказательств, заявление ходатайств, а также иных прав, направленных на отстаивание своей позиции.

Несогласие с состоявшимся судебным решением стороны обвинения, доводы которой сводятся к просьбе дать иную оценку доказательствам, исследованным в судебном заседании, не является основанием для отмены или изменения судебного решения, поскольку тот факт, что данная судом оценка доказательств не совпадает с позицией кого-либо из участников процесса, на правильность выводов суда об оправдании ФИО1 по предъявленному ей обвинению не влияет.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.24, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

определил а:

Приговор Куйбышевского районного суда г. Иркутска от 12 мая 2023 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционное представление государственного обвинителя Поляковой Е.А. – без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано через суд первой инстанции в порядке главы 47.1 УПК РФ в судебную коллегию по уголовным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции.

Председательствующий П.В. Носков

Судьи Д.Ю. Осипов

Ю.В. Сеньков