11RS0020-01-2023-001481-59

2а-1001/2023

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

с.Айкино

24 августа 2023 г.

Усть-Вымский районный суд Республики Коми в составе председательствующего судьи Ермакова А.Е., при секретаре Злобине Р.Е., рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по иску ФИО1 к Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказаний, Федеральному казенному учреждению "Исправительная колония №31 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Республике Коми", Управлению Федеральной службы исполнения наказаний по Республике Коми о признании условий содержания ненадлежащими, взыскании компенсации,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к УФСИН России по Республике Коми о признании условий содержания в ИУ ненадлежащими, взыскании компенсации за нарушение установленных условий содержания в ИУ в сумме 200000 руб.

В обоснование указал, что в период с августа 2005 г. по ноябрь 2007 г. отбывал наказание в виде лишения свободы в ИК-31, где условия содержания не соответствовали установленным требованиям.

Нарушения требований к условиям содержания выражались в том, что по прибытии в колонию ему не были выданы гигиенические наборы, вещевое довольствие и постельные принадлежности, в отряде отсутствовало горячее водоснабжение, туалет находился на улице.

Судом к участию в деле в качестве административных соответчиков привлечены Российская Федерация в лице ФСИН России, ФКУ ИК-31 УФСИН России по Республике Коми (далее – ИК-31).

Возражая против удовлетворения иска, административный ответчик ИК-31 в письменном отзыве указал, что условия содержания административного истца соответствовали нормативным требованиям, нарушения прав истца в период его содержания в ИК-31 допущено не было.

Стороны в судебное заседание не явились, извещены надлежаще, их явка не является обязательной и не признана судом обязательной, административный истец просил рассмотреть дело без его участия, суд на основании ст.150 КАС РФ определил рассмотреть дело в их отсутствие.

Исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии с ч.2 ст.10 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации (далее – УИК РФ) при исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации.

Таким образом, процесс отбывания осужденными наказания в виде лишения свободы законодательно урегулирован и осуществляется на основании уголовно-исполнительного законодательства Российской Федерации, которым регламентированы условия содержания, права и обязанности лиц, отбывающих наказание, а также права и обязанности лиц, ответственных за их содержание.

Отбывание осужденным наказания в местах лишения свободы, соответствующих законодательно установленным нормативам, заведомо не может нарушать прав осужденных, поскольку такие нормативы создавались именно с целью обеспечить не только содержание в местах лишения свободы, но и обеспечить при этом соблюдение прав лиц, оказавшихся в них вследствие реализации механизма государственного принуждения.

Как отмечается в абзацах 1 и 8 пункта 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 №47 "О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания" (далее – Постановление от 25.12.2018 №47) под условиями содержания лишенных свободы лиц следует понимать условия, в которых с учетом установленной законом совокупности требований и ограничений (далее - режим мест принудительного содержания) реализуются закрепленные Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами Российской Федерации, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации права и обязанности указанных лиц, в том числе право на материально-бытовое обеспечение, обеспечение жилищно-бытовых и санитарных условий.

В свою очередь существенные отклонения от требований, установленных уголовно-исполнительным законодательством Российской Федерации, с учетом режима места принудительного содержания, должны рассматриваться в качестве нарушений условий содержания лишенных свободы лиц (абз.1 п.14 Постановления от 25.12.2018 №47).

Установлено, что ФИО1 приговором Эжвинского районного суда г.Сыктывкара Республики Коми от 28.11.2001 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного п."а" ч.2 ст.162 УК РФ и подвергнут наказанию в виде лишения свободы на срок 7 лет 6 мес. в ИК общего режима.

Осужденный ФИО1 в периоды с 24.08.2005 по 28.07.2007 и с 08.08.2007 по 21.11.2007 отбывал наказание в ИК-31 в условиях общего режима, освободился из мест лишения свободы 21.11.2007 по отбытии срока наказания, в настоящее время ФИО1 содержится в <Адрес>

По общему правилу, установленному ч.1.1 ст.219 КАС РФ административное исковое заявление об оспаривании бездействия организации, наделенной отдельными государственными или иными публичными полномочиями может быть подано в суд в течение срока, в рамках которого у указанных лиц сохраняется обязанность совершить соответствующее действие, а также в течение трех месяцев со дня, когда такая обязанность прекратилась.

Учитывая, что заявленные истцом требования затрагивают защиту личных неимущественных прав и других нематериальных блага, суд приходит к выводу, что срок для обращения в суд с данным административным иском не пропущен.

В соответствии с ч.2 ст.99 УИК РФ осужденные обеспечиваются индивидуальными средствами гигиены (как минимум мылом, зубной щеткой, зубной пастой (зубным порошком), туалетной бумагой, одноразовыми бритвами (для мужчин), средствами личной гигиены (для женщин). Минимальные нормы материально-бытового обеспечения осужденных устанавливаются Правительством Российской Федерации (ч.3 ст.99 УИК РФ).

Выдача вещевого довольствия для осужденных мужчин, отбывающих наказание в исправительных колониях строгого режима, осуществляется на основании Приказа Минюста России от 09.06.2005 №85 "Об утверждении норм вещевого довольствия осужденных и лиц, содержащихся в следственных изоляторах".

Срок хранения ведомостей на выдачу гигиенических принадлежностей согласно ст.239 Перечня документов, образующихся в деятельности федеральной службы исполнения наказаний, органов, учреждений и предприятий уголовно-исполнительной системы, с указанием сроков хранения, утвержденного Приказом ФСИН России от 21.07.2014 №373, составляет 5 лет.

По данным ИК-31 ведомости на выдачу гигиенических принадлежностей, вещевого довольствия за период с 22.10.2004 по 21.11.2007 не могут быть представлены в связи с истечением сроков их хранения.

Вместе с тем, сам по себе факт невозможности представить в суд указанные ведомости не свидетельствует о том, что административный истец в период с 24.08.2005 по 28.07.2007, с 08.08.2007 по 21.11.2007 не обеспечивался гигиеническими наборами и вещевым довольствием.

В пользу данного вывода свидетельствуют представления Косланского прокурора по надзору за соблюдением законов в ИУ за период с 24.08.2005 по 21.11.2007, из которых следует, что нарушений права осужденных в части обеспечения гигиеническими принадлежностями и вещевым довольствием, в ходе проверок не выявлялось.

При таком положении суд приходит к выводу, что ФИО1 в период с 24.08.2005 по 28.07.2007, с 08.08.2007 по 21.11.2007 был обеспечен индивидуальными гигиеническими наборами и вещевым довольствием в установленном порядке, при этом суд учитывает, что рассматриваемые события имели место более шестнадцати лет назад, до этого истец с жалобами на необеспечение гигиеническими принадлежностями, вещевым довольствием не обращался.

В соответствии с п.3 ст.101 УИК РФ администрация исправительных учреждений несет ответственность за выполнение установленных санитарно-гигиенических и противоэпидемических требований, обеспечивающих охрану здоровья осужденных.

Как отмечается в абз.2 п.14 Постановления от 25.12.2018 №47 невозможность поддержания удовлетворительной степени личной гигиены, может указывать на наличие нарушений условий содержания лишенных свободы лиц.

По информации ИК-31, административный истец обеспечивался помывкой поотрядно в бане (душевая) согласно утвержденному графику. Данный факт истцом не оспаривается.

Следовательно, ФИО1 находясь в ИК-31, имел возможность поддержания удовлетворительной степени личной гигиены, в связи с чем, суд не усматривает нарушений условий его содержания в ИК-31 в данной части.

Кроме того, по информации ИК-31, в помещениях отрядов в спорный период холодное и горячее водоснабжение функционировало круглосуточно, было подведено ко всем умывальникам санитарной комнаты и душевым кабинкам и было доступно осужденным жилых отрядов. Горячее водоснабжение подготавливалось от собственной котельной, также имелись водонагреватели объемом от 50 до 100 литров, которые функционировали как резервный источник горячего водоснабжения.

Сведения, изложенные в справке ИК-31, подтверждаются схемой горячего и холодного водоснабжения объектов колонии, из которой видно, что к помещениям отрядов было подведено холодное и горячее водоснабжение, а также копиями инвентарных карточек, подтверждающих наличие котлов на балансе ИК-31 в спорный период.

Указанные обстоятельства также подтверждаются представлениями Косланского прокурора по надзору за соблюдением законов в ИУ за период с 24.08.2005 по 21.11.2007, из которых следует, что нарушений права осужденных на поддержание удовлетворительной степени личной гигиены, в ходе проверок не выявлялось.

Следовательно, нарушений со стороны администрации ИК-31 жилищно-бытовых и санитарных условий, вследствие отсутствия непосредственно в отрядах ИК-31 горячего водоснабжения, не нашли своего подтверждения в ходе рассмотрения дела.

По информации ИК-31 туалет находился вне отряда в отдельном здании, оборудованном санитарными узлами огороженными стенками и дверьми. Данное здание отапливалось от собственной котельной учреждения, имело освещение.

Таким образом, доводы истца об отсутствии в отрядах туалетов, суд находит несостоятельными, поскольку туалет являлся отдельно стоящим сооружением, обеспечивающим необходимую приватность.

Кроме того, из актов прокурорского реагирования, принятых Косланским прокурором по надзору за соблюдением законов в ИУ в отношении ИК-31 за 2005-2007 гг., следует, что сведений о нарушениях прав осужденных при использовании туалетов выявлено не было. Жалоб от ФИО1 на условия отбывания наказания в ИК-31 не поступало, доказательств обратному истцом не представлено.

В соответствии с ч.5 ст.227.1 КАС РФ при рассмотрении административного искового заявления, поданного в соответствии с частью 1 настоящей статьи, суд устанавливает, имело ли место нарушение предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, а также характер и продолжительность нарушения, обстоятельства, при которых нарушение допущено, его последствия.

С учетом установленных обстоятельств дела суд приходит к выводу, что нарушений предусмотренных уголовно-исполнительным законодательством Российской Федерации условий содержания ФИО1 в исправительном учреждении, не имеется, в связи с чем, суд не усматривает оснований для присуждения административному истцу компенсации за нарушение установленных условий содержания в исправительном учреждении в сумме 200 000 руб.

Руководствуясь ст.ст.175-180, 227, 227.1 КАС РФ, суд

решил:

Административный иск ФИО1 к Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказаний, Федеральному казенному учреждению "Исправительная колония №31 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Республике Коми", Управлению Федеральной службы исполнения наказаний по Республике Коми о признании ненадлежащими условий содержания в исправительном учреждении в период с 24 августа 2005г. по 28 июля 2007г. и с 08 августа 2007г. по 21 ноября 2007г., взыскании компенсации за нарушение установленных условий содержания в исправительном учреждении в размере 200000 руб. – оставить без удовлетворения.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Верховный суд Республики Коми через Усть-Вымский районный суд Республики Коми в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Председательствующий

подпись