Дело № 2-107/2022

УИД 58RS0033-01-2022-000203-73

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

28 июня 2022 года р.п. Тамала

Тамалинский районный суд Пензенской области

в составе председательствующего судьи Паншиной Ю.Л.

при секретаре Егоровой О.Н.,

с участием истца ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Тамалинского районного суда Пензенской области гражданское дело по иску ФИО3 к обществу с ограниченной ответственностью «СДК-РЕНТАЛ» о признании отношений трудовыми, взыскании заработной платы за отработанное время, компенсации за задержку выплаты заработной платы, компенсации морального вреда,

Установил:

Истец ФИО3 обратился в суд с иском (с учетом заявления об уточнении исковых требований от 15 июня 2022 года) к ООО «СДК-РЕНТАЛ» о признании отношений трудовыми, взыскании заработной платы за отработанное время, взыскании компенсации за задержку выплаты заработной платы, денежной компенсации морального вреда.

В обоснование заявленных требований ФИО3 ссылался на то, что трудоустроился к ответчику ООО «СДК-РЕНТАЛ» и начал работать на предприятии с 01 февраля 2022 года. Трудовой договор между истцом и ответчиком не был заключен, что нарушает права истца. За период с 01 февраля 2022 года по 20 марта 2022 года истцу не выплачена заработная плата 230 400 рублей (из расчета 12 часов х 400 руб. х 48 дней). Ссылаясь на ст.ст.16, 67, 135, 236, 237 ТК РФ, просит признать отношения между истцом и ответчиком трудовыми, взыскать с ответчика в пользу истца задолженность по заработной плате за период с 01 февраля 2022 года по 20 марта 2022 года в размере 230 400 рублей, денежную компенсацию за задержку выплат за каждый день задержки, начиная со следующего дня после установленного срока, рассчитанную на день вынесения решения судом, и денежную компенсацию морального вреда в размере 200 000 рублей.

В судебном заседании истец ФИО3 иск поддержал, суду пояснил, что имеет квалификацию по профессии машинист бульдозера 7-го разряда. 15 января 2022 года ему позвонил знакомый, сообщил, что в ООО «СДК-РЕНТАЛ» требуется машинист-оператор бульдозера с заработной платой 400 руб. за 1 рабочий час вахтовым методом работы – по 2 рабочих месяца через месяц отдыха, и дал для контакта номер сотового телефона представителя работодателя ООО «СДК-РЕНТАЛ» по имени ФИО2, являвшегося исполнительным директором и временно исполнявшего обязанности механика ООО «СДК-РЕНТАЛ». Он (ФИО3) согласился и приехал для трудоустройства 01 февраля 2022 года в (данное помещение арендовалось для проживания работников), предварительно созвонившись с представителем работодателя ФИО2 и обсудив условия трудоустройства в должности «машинист-оператор» бульдозера в ночную 12-тичасовую смену вахтовым методом (два месяца работы – месяц отдыха) с заработной платой 400 рублей за 1 рабочий час. ФИО2 запросил с истца трудовую книжку, медицинское освидетельствование и удостоверение машиниста для официального трудоустройства и заверил, что в течение 3-4 дней он приедет на строительный участок в г. Кашин Тверской области, заберет у истца документы для оформления трудового договора. В тот же день 01 февраля 2022 года в 17 часов он (ФИО3) приступил к работе в должности «машинист-оператор» бульдозера на строительном участке по строительству животноводческого комплекса в пригороде г. Кашина Тверской области. У него в пользовании находился бульдозер, государственный регистрационный №, LIEBHERR PR 736 LGP, год выпуска 2021, идентификационный №, в котором хранился подлинник свидетельства о государственной регистрации данного транспортного средства, согласно которому машина принадлежала ответчику, и бланки путевых листов. Он (ФИО3) работал по графику ежедневно в ночную смену по 10 рабочих часов (с 19 часов до 08 часов утра) с обеденным перерывом без выходных. Графиком был предусмотрен двухчасовой обеденный перерыв, который, как правило, не производился. Сменщиком в дневное время на данной технике работал в феврале 2022 года ФИО5 В обязанности машиниста бульдозера входило управление и техническое обслуживание данной самоходной техники при выполнении строительных работ на объекте (очищение строительной площадки от деревьев, буртование чернозема, пилоотходов для погрузки на самосвалы). Он (ФИО3) был занят при выполнении обязанностей по данной специальности в течение всей смены ежедневно по 20 марта 2022 года. Его выход на работу и выполнение обязанностей контролировали мастера строительного участка, являвшиеся представителями заказчика строительных работ. Представитель ООО «СДК-РЕНТАЛ» по имени ФИО2 приехал на строительный участок через 4 дня в дневное время, забрал путевые листы на машину. Он (ФИО3) отдыхал, поэтому с ФИО2 не встретился, но тот обещал составить трудовой договор позже. Им (ФИО3) ежедневно заполнялись путевые листы на бульдозер, начальник строительного участка осуществлял отметку в путевых листах о правильном внесении сведений. Первоначально подлинники путевых листов забирал ФИО2, но он (ФИО3) осуществлял их фотографирование. По договоренности с представителем работодателя оплата труда должна была осуществляться 2 раза в месяц (15 и 30 числа) с учетом 12-тичасового рабочего дня. Однако 15 февраля 2022 года заработная плата не была выплачена. 18-19 и 25-26 февраля 2022 года он звонил представителю работодателя ФИО2 с просьбой произвести оплату труда. Тот пояснил о задержке выплаты заработной платы в связи с отсутствием в организации денежных средств. 10 марта 2022 года ФИО2 в ходе телефонного разговора предложил обратиться к коммерческому директору организации по имени ФИО1 для решения финансовых вопросов. На следующий день он (ФИО3) позвонил представителю работодателя по имени ФИО1 с просьбой произвести оплату труда, на что тот пояснил о финансовых трудностях организации из-за специальной военной операции на Украине. Общение по телефону с представителями работодателя по поводу невыплаты заработной платы происходило до 20 марта 2022 года неоднократно, затем он (ФИО3) им сообщил, что 21 марта 2022 года он не выйдет на работу, поскольку работодатель не трудоустроил его официально. 23 марта 2022 года, когда он понял, что заработная плата не будет ему выплачена, с целью подтверждения факта трудовых отношений он забрал подлинники путевых листов и свидетельства о государственной регистрации на бульдозер, так как ему не было известно, кому их передать. После этого у него состоялись телефонные разговоры с представителями работодателя по имени ФИО2 и ФИО1, в ходе которых те, подтверждая факт трудовых отношений, отказались произвести выплату заработной платы. Указанные телефонные разговоры он (ФИО3) фиксировал на диктофон. Ответчиком были нарушены его трудовые права, в связи с чем ему был причинен моральный вред.

Считает, что ответчиком представлены недостоверные доказательства о допуске работника организации ФИО6 к бульдозеру, поскольку тот согласно представленному суду удостоверению является машинистом-трактористом и, поскольку в удостоверении нет отметки о наличии квалификации машиниста бульдозера, не может управлять бульдозером.

Просил признать отношения между истцом и ответчиком трудовыми, взыскать с ответчика в пользу истца задолженность по заработной плате за период с 01 февраля 2022 года по 20 марта 2022 года в размере 230 400 рублей, денежную компенсацию за задержку выплат за каждый день задержки, начиная со следующего дня после установленного срока, рассчитанную на день вынесения решения судом, и денежную компенсацию морального вреда в размере 200 000 рублей.

Представитель ответчика ООО «СДК-РЕНТАЛ», будучи надлежащим образом извещенный о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явился. В письменных возражением на исковое заявление, представленных в суд, представитель ООО «СДК-РЕНТАЛ» ФИО4, действующий на основании доверенности от 28 февраля 2022 года, просил в удовлетворении заявленных исковых требований отказать в полном объеме. При этом указал, что ответчик с заявленными требованиями не согласен, считает их незаконными, необоснованными, а потому не подлежащими удовлетворению. Истец никогда не осуществлял трудовые функции у ответчика, более того истец не вступал с ответчиком и в какие-либо иные отношения гражданско-правового характера. Заявленные исковые требования направлены на незаконное и необоснованное обогащение за счет ответчика путем введения суда в заблуждение и предоставления недостоверных сведений и документов: путевых листов без номеров и в отсутствие подписей уполномоченных лиц со стороны ответчика и оттисков печати ответчика; свидетельство о государственной регистрации самоходной машины. В то же время, представленные истцом документы не подтверждают обстоятельства, на которые ссылается истец. Путевые листы составлены с существенными изъянами и не позволяют их идентифицировать (отсутствуют номера, а в некоторых и даты их составления). Кроме того, в путевых листах отсутствуют подписи уполномоченных лиц со стороны ответчика и оттиски печати ответчика. Лишь в одном из путевых листов имеется подпись некоего «прораба ФИО8» (неразборчиво). Лицо с таким или схожим ФИО у ответчика никогда не работало. Путевые листы подписаны лишь самим истцом в одностороннем порядке, такие документы не могут свидетельствовать о том, что истец был принят на работу и осуществлял у ответчика трудовые функции. Истец завладел свидетельством незаконным путем и не в связи с осуществлением у ответчика трудовых функций. Данное свидетельство было утеряно работником ответчика - машинистом ФИО6, а затем, вероятнее всего, было найдено истцом либо иными третьим лицом и передано истцу с целью незаконного обогащения за счет ответчика. В связи с совершением машинистом самоходной строительной техники ФИО6 дисциплинарного проступка (нарушены положения трудового договора и Правила внутреннего трудового распорядка ООО «СДК-РЕНТАЛ») к последнему была применена мера дисциплинарного взыскания путем объявления выговора, что подтверждается приказом генерального директора ответчика от 25 февраля 2022 года. Истцом не доказан факт его допуска работодателем к выполнению трудовых обязанностей, нахождения с ответчиком в трудовых отношениях. Истцом не доказан заявленный размер заработной платы (400 руб. в час). На территории г. Москвы на период с 01 января 2022 года установлен минимальный размер оплаты труда в размере 21 371 руб. в месяц («Московское трехстороннее соглашение на 2022-2024 годы между Правительством Москвы, московскими объединениями профсоюзов и московскими объединениями работодателей» от 30 декабря 2021 года, постановление Правительства Москвы от 12 октября 2021 года № 1597-ПП). Кроме того, заявленное истцом количество отработанных часов (576 = 12 часов х 48 дней) противоречит представленным самим же истцом путевым листам, общее количество часов, отраженных в путевых листах, представленных самим истцом, составляет - 180 часов (21 день). Из вышесказанного следует, что требование истца о взыскании задолженности по заработной плате в любом случае не может превышать сумму - 22 897 руб. 50 коп. (180 часов х (21 371 руб. / 168). Ответчик, действительно, принимал участие в строительстве объекта, расположенного в Кашинском городском округе Тверской области, в феврале-марте 2022 года. Работы на строительной технике (бульдозер, государственный регистрационный №, LIEBHERR PR 736 LGP, год выпуска 2021, идентификационный №) в указанный период осуществлял исключительно работник ответчика - ФИО6, что подтверждается: табелями учета рабочего времени; штатным расписанием; трудовым договором; приказом о приеме на работу; отчетами об отчислениях в внебюджетные фонды (форма СЗВ-М); справками о доходах физического лица (форма 2-НДФЛ). Показания ФИО5 являются недостоверными и подлежат отклонению. Указанный свидетель (ФИО5), действительно, осуществлял трудовые функции у ответчика в период с 04 февраля 2022 года по 04 мая 2022 года (должность «машинист-оператор», с установленной заработной платой в размере 20 000 руб. 00 коп. в месяц), но на ином бульдозере. Представитель ответчика предполагает, что между истцом и указанным свидетелем имеется сговор с целью незаконного обогащения истца за счет ответчика.

Информация о деле размещена на официальном интернет-сайте Тамалинского районного суда Пензенской области http://tamalinsky.pnz.sudrf.ru.

При таких обстоятельствах неявившиеся лица в силу положений статьи 165.1 ГК РФ и разъяснений, содержащихся в пункте 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», считаются надлежащим образом извещенными о дате, времени и месте слушания дела.

Исследовав материалы дела, заслушав объяснения истца ФИО3, объяснения свидетеля ФИО5, принимая во внимание письменные возражения на исковое заявление представителя ответчика ООО «СДК-РЕНТАЛ» по доверенности ФИО4, суд приходит к следующему.

В соответствии с частью 1 статьи 37 Конституции Российской Федерации труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.

К основным принципам правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации статья 2 Трудового кодекса Российской Федерации относит, в том числе свободу труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается; право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности; обеспечение права каждого на защиту государством его трудовых прав и свобод, включая судебную защиту.

Трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. Заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем, не допускается (статья 15 Трудового кодекса Российской Федерации).

В силу части 1 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с этим кодексом.

Статья 16 Трудового кодекса Российской Федерации к основаниям возникновения трудовых отношений между работником и работодателем относит фактическое допущение работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен. Данная норма представляет собой дополнительную гарантию для работников, приступивших к работе с разрешения уполномоченного должностного лица без заключения трудового договора в письменной форме, и призвана устранить неопределенность правового положения таких работников (пункт 3 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2009 года № 597-О-О).

В статье 56 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя (часть 1 данной нормы).

Согласно части 1 статьи 61 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор вступает в силу со дня его подписания работником и работодателем, если иное не установлено названным кодексом, другими федеральными законами, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации или трудовым договором, либо со дня фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя.

Трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами (часть 1 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации).

Трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе, а если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии были признаны трудовыми отношениями, - не позднее трех рабочих дней со дня признания этих отношений трудовыми отношениями, если иное не установлено судом (часть 2 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце втором пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (часть 2 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации). При этом следует иметь в виду, что представителем работодателя в указанном случае является лицо, которое в соответствии с законом, иными нормативными правовыми актами, учредительными документами юридического лица (организации) либо локальными нормативными актами или в силу заключенного с этим лицом трудового договора наделено полномочиями по найму работников, поскольку именно в этом случае при фактическом допущении работника к работе с ведома или по поручению такого лица возникают трудовые отношения (статья 16 Трудового кодекса Российской Федерации) и на работодателя может быть возложена обязанность оформить трудовой договор с этим работником надлежащим образом.

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям» (далее также - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года № 15) в пунктах 20 и 21 содержатся разъяснения, являющиеся актуальными для всех субъектов трудовых отношений, о том, что отсутствие оформленного надлежащим образом, то есть в письменной форме, трудового договора не исключает возможности признания в судебном порядке сложившихся между сторонами отношений трудовыми, а трудового договора - заключенным при наличии в этих отношениях признаков трудового правоотношения, поскольку из содержания статей 11, 15, части 3 статьи 16 и статьи 56 Трудового кодекса Российской Федерации во взаимосвязи с положениями части 2 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации следует, что трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. Датой заключения трудового договора в таком случае будет являться дата фактического допущения работника к работе. Неоформление работодателем или его уполномоченным представителем, фактически допустившими работника к работе, в письменной форме трудового договора в установленный статьей 67 Трудового кодекса Российской Федерации срок, вопреки намерению работника оформить трудовой договор, может быть расценено судом как злоупотребление со стороны работодателя правом на заключение трудового договора (статья 22 Трудового кодекса Российской Федерации) (пункт 20 названного постановления).

При разрешении споров работников, с которыми не оформлен трудовой договор в письменной форме, судам исходя из положений статей 2, 67 Трудового кодекса Российской Федерации необходимо иметь в виду, что, если такой работник приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным. В связи с этим доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель - физическое лицо (являющийся индивидуальным предпринимателем и не являющийся индивидуальным предпринимателем) и работодатель - субъект малого предпринимательства, который отнесен к микропредприятиям (пункт 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года № 15).

Из приведенных выше нормативных положений трудового законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что к характерным признакам трудового правоотношения относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда; возмездный характер трудового отношения (оплата производится за труд).

Вместе с тем само по себе отсутствие оформленного надлежащим образом, то есть в письменной форме, трудового договора не исключает возможности признания сложившихся между сторонами отношений трудовыми, а трудового договора - заключенным при наличии в этих отношениях признаков трудового правоотношения, поскольку к основаниям возникновения трудовых отношений между работником и работодателем закон (часть 3 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации) относит также фактическое допущение работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

Согласно части 1 статьи 12 ГПК РФ, конкретизирующей положения статьи 123 (часть 3) Конституции Российской Федерации, правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

В развитие указанных принципов статья 56 ГПК РФ предусматривает, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (часть 1 статьи 67 ГПК РФ).

Согласно части 1 статьи 55 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

Допустимость доказательств в соответствии со статьей 60 ГПК РФ заключается в том, что обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

В пункте 18 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям» приведено разъяснение, являющееся актуальным для всех субъектов трудовых отношений, о том, что при разрешении вопроса, имелись ли между сторонами трудовые отношения, суд в силу статей 55, 59 и 60 ГПК РФ вправе принимать любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством. К таким доказательствам, в частности, могут быть отнесены письменные доказательства (например, оформленный пропуск на территорию работодателя; журнал регистрации прихода-ухода работников на работу; документы кадровой деятельности работодателя: графики работы (сменности), графики отпусков, документы о направлении работника в командировку, о возложении на работника обязанностей по обеспечению пожарной безопасности, договор о полной материальной ответственности работника; расчетные листы о начислении заработной платы, ведомости выдачи денежных средств, сведения о перечислении денежных средств на банковскую карту работника; документы хозяйственной деятельности работодателя: заполняемые или подписываемые работником товарные накладные, счета-фактуры, копии кассовых книг о полученной выручке, путевые листы, заявки на перевозку груза, акты о выполненных работах, журнал посетителей, переписка сторон спора, в том числе по электронной почте; документы по охране труда, как-то: журнал регистрации и проведения инструктажа на рабочем месте, удостоверения о проверке знаний требований охраны труда, направление работника на медицинский осмотр, акт медицинского осмотра работника, карта специальной оценки условий труда), свидетельские показания, аудио- и видеозаписи и другие.

Как следует из материалов дела и установлено судом, что ФИО3 в период с 01 февраля 2022 года по 20 марта 2022 года был допущен к работе вахтовым методом в качестве машиниста – оператора бульдозера в ООО «СДК-РЕНТАЛ» на строительном объекте в г. Кашин Тверской области с ведома уполномоченного представителя ООО «СДК-РЕНТАЛ» без надлежащего оформления трудовых отношений.

Объяснения истца в ходе судебного разбирательства свидетельствуют о том, что при приеме на работу уполномоченный представитель работодателя заверил в заключении трудового договора в установленный трудовым законодательством срок. На строительном объекте ФИО3 добросовестно исполнял трудовые обязанности, подчинялся правилам трудового распорядка.

Из удостоверения тракториста-машиниста № от 31 августа 2021 года, свидетельства ЧОУ ДПО УЦ «Промэнергобезопасность» г. Пензы № от 18 июня 2021 года следует, что ФИО3 имеет квалификацию по профессии машиниста бульдозера 6,7-го разряда.

В подтверждения факта трудовых отношений с ответчиком истцом ФИО3 суду представлены письменные доказательства:

заполненные и подписанные истцом копии путевых листов на строительную машину бульдозер, государственный регистрационный №, LIEBHERR, за период с 01 февраля 2022 года по 23 февраля 2022 года, путевые листы на указанную строительную технику за период с 01 марта по 20 марта 2022 года, из которых следует, что ФИО3 в период с 01 февраля 2022 года по 20 марта 2022 года ежедневно с 20 часов до 07-08 часов осуществлял выезд на данной строительной машине из гаража и возращение в гараж с отработкой по 10 часов рабочего времени в ночную смену на объекте «Кашин»,

свидетельство о государственной регистрации самоходной машины - бульдозер, государственный регистрационный №, LIEBHERR PR 736 LGP, год выпуска 2021, идентификационный №, владельцем которой является ООО «СДК Рентал»,

а также аудиозаписи телефонных разговоров в марте 2022 года с представителями ООО «СДК-РЕНТАЛ» по именам ФИО2 и ФИО1 по поводу невыплаты заработной платы, в ходе которых данными лицами не отрицался факт допуска ФИО3 к работе на бульдозере.

Кроме того, по ходатайству истца путем видеоконференцсвязи был допрошен в качестве свидетеля ФИО5, который показал, что он состоял в трудовых отношениях с ООО «СДК-РЕНТАЛ», работал машинистом-оператором бульдозера вахтовым методом (два месяца работы – месяц отдыха) с 10-тичасовым рабочим днем и заработной платой 400 руб. за рабочий час. Все возникавшие при выполнении трудовых обязанностей вопросы решались с представителем ООО «СДК-РЕНТАЛ» по имени ФИО2. С феврале 2022 года он работал на одной строительной технике – бульдозере вместе с ФИО3 на строительной площадке в г. Кашин Тверской области. Он (ФИО5) работал в дневную смену, ФИО3 в ночную смену. Ежедневно ставились отметки в путевых листах на бульдозер. После окончания вахты он (ФИО5) уехал домой, получив заработную плату, ФИО3 продолжил работу.

Оценив представленные истцом доказательства, суд приходит к выводу, что указанные доказательства в их совокупности подтверждают, что между ФИО3 и ООО «СДК-РЕНТАЛ» в период с 01 февраля 2022 года по 20 марта 2022 года сложились трудовые отношения в связи с фактическим допущением ответчиком истца к работе, что свидетельствует о заключении 01 февраля 2022 года трудового договора, не оформленного в письменной форме. Представителем работодателя в данном случае выступало неустановленное в ходе судебного разбирательства лицо. Однако, исходя из представленных стороной ответчика письменных доказательств: штатного расписания на период с 21 марта 2022 года, табелей учета рабочего времени за февраль-март 2022 года, сведений о застрахованных лицах за апрель-май 2022 года, где имеются сведения о наличии в штате организации должностей коммерческого директора и заместителя генерального директора, которые занимают ФИО1 и ФИО2, а также учитывая тот факт, что ФИО3 выполнял свои трудовые обязанности на строительной машине, принадлежащей ответчику, суд считает, что фактическое допущение истца к работе было произведено именно уполномоченным представителем ООО «СДК-РЕНТАЛ».

Суд признает несостоятельным довод ответчика об отсутствии трудовых отношений между сторонами со ссылкой на ненадлежащее оформление путевых листов, допуск к бульдозеру другого лица, недостоверность показаний свидетеля ФИО5 При этом суд учитывает, что истец является экономически более слабой стороной в трудовом правоотношении. По смыслу приведенным выше положениям Трудового кодекса Российской Федерации наличие трудового правоотношения между сторонами презюмируется, и, соответственно, трудовой договор считается заключенным, если работник приступил к выполнению своей трудовой функции и выполнял ее с ведома и по поручению работодателя или его уполномоченного лица. В связи с этим доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель. Однако вопреки данным требованиям закона ответчик не представил суду достоверные доказательства отсутствия трудовых отношений с ФИО3

Суд относится критически к представленным стороной ответчика доказательствам о допуске к бульдозеру другого машиниста ФИО6, не имеющего в удостоверении тракториста-машиниста отметки о квалификации бульдозериста, и о незаконном завладении истцом свидетельством о государственной регистрации самоходной техники при обстоятельствах, изложенных в возражениях на исковое заявление, считая данную версию надуманной. У суда не имеется оснований сомневаться в правдивости показаний свидетеля ФИО5, поскольку ответчиком суду представлен трудовой договор с данным работником от 04 февраля 2022 года, приказ о его приеме на работу в должности машинист-оператор с 04 февраля 2022 года и приказ о расторжении трудового договора на инициативе работника 04 мая 2022 года, из которых следует, что ФИО5 работал в ООО «СДК-РЕНТАЛ» в заявленный истцом ФИО3 период, и оснований для оговора ФИО5 работодателя судом не установлено.

Приведенные выше обстоятельства прежде всего свидетельствуют о допущенных нарушениях закона со стороны ООО «СДК-РЕНТАЛ» по надлежащему оформлению трудовых отношений с работником ФИО3, в связи с чем суд расценивает данные действия ответчика как злоупотребление со стороны работодателя правом на заключение трудового договора с работником, фактически допущенным к работе, вопреки намерению работника оформить трудовой договор.

Таким образом, суд приходит к выводу, что требования ФИО3 о признании сложившихся с ответчиком отношений трудовыми являются обоснованными и подлежащими удовлетворению.

Определяя размер заработной платы, подлежащей выплате ответчиком истцу за отработанный период, суд приходит к следующему.

Частью 3 статьи 133 Трудового кодекса предусмотрено, что месячная заработная плата работника, полностью отработавшего за этот период норму рабочего времени и выполнившего нормы труда (трудовые обязанности), не может быть ниже минимального размера оплаты труда.

Аналогичная норма приведена в п. 18 Положения об особенностях порядка исчисления средней заработной платы, утвержденного Постановлением Правительства РФ от 24 декабря 2007 года № 922 (ред. от 10 декабря 2016 года).

Согласно пункту 13 Положения об особенностях порядка исчисления средней заработной платы при определении среднего заработка работника, которому установлен суммированный учет рабочего времени, кроме случаев определения среднего заработка для оплаты отпусков и выплаты компенсации за неиспользованные отпуска, используется средний часовой заработок. Средний часовой заработок исчисляется путем деления суммы заработной платы, фактически начисленной за отработанные часы в расчетном периоде, включая премии и вознаграждения, учитываемые в соответствии с пунктом 15 настоящего Положения, на количество часов, фактически отработанных в этот период. Средний заработок определяется путем умножения среднего часового заработка на количество рабочих часов по графику работника в периоде, подлежащем оплате.

В пункте 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям» разъяснено, что при рассмотрении дел о взыскании заработной платы по требованиям работников, трудовые отношения с которыми не оформлены в установленном законом порядке, судам следует учитывать, что в случае отсутствия письменных доказательств, подтверждающих размер заработной платы, получаемой работниками, работающими у работодателя - физического лица (являющегося индивидуальным предпринимателем, не являющегося индивидуальным предпринимателем) или у работодателя - субъекта малого предпринимательства, который отнесен к микропредприятиям, суд вправе определить ее размер исходя из обычного вознаграждения работника его квалификации в данной местности, а при невозможности установления размера такого вознаграждения - исходя из размера минимальной заработной платы в субъекте Российской Федерации (часть 3 статьи 37 Конституции Российской Федерации, статья 133.1 Трудового кодекса Российской Федерации, пункт 4 статьи 1086 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Истцом ФИО3 суду не представлены письменные доказательства о размере заработной платы машиниста – оператора бульдозера у работодателя ООО «СДК-РЕНТАЛ» при суммированном учете рабочего времени.

Письменные доказательства о размере заработной платы такого работника, представленные стороной ответчика,: трудовые договоры на машинистов – операторов ФИО5 и ФИО6, справку о доходах и суммах налога физического лица ФИО6, суд не может взять за основу при определении размера задолженности заработной платы истца, поскольку установленный в трудовых договорах размер заработной платы в 20 000 рублей ниже минимального размера оплаты труда, установленного на территории г. Москвы на период с 01 января 2022 года в размере 21 371 рублей в месяц на основании «Московского трехстороннего соглашения на 2022-2024 годы между Правительством Москвы, московскими объединениями профсоюзов и московскими объединениями работодателей» от 30 декабря 2021 года, постановления Правительства Москвы от 12 октября 2021 года № 1597-ПП «Об установлении величины прожиточного минимума в городе Москве на 2022 год».

Из сообщения о статистической информации, представленного суду Управлением Федеральной службы государственной статистики по г. Москве и Московской области 15 июня 2022 года, усматривается, что информация о средней начисленной заработной плате работников организаций по профессиональным группам и категориям персонала формируется по данным выборочного обследования организаций (без субъектов малого предпринимательства), которое проводится с периодичностью 1 раз в 2 года за октябрь (по нечетным годам), и разрабатывается на основе Общероссийского классификатора занятий (ОКЗ ОК 010-2014) и Общероссийского классификатора видов экономической деятельности (ОКВЭД2). Информация по отдельным профессиям и должностям не формируется в связи с нерепрезентативностью данных выборки. Средняя начисленная заработная плата работников организаций города Москвы (без субъектов малого предпринимательства) по операторам землеройных и аналогичных машин за октябрь 2021 года составляет 63 740 рублей.

Таким образом, суд определяет размер заработной платы, подлежащей взысканию с ответчика в пользу истца, исходя из приведенной выше информационной справки Мосстата, в сумме 104 862 рублей 58 копеек (за февраль 2022 года – 63 740 рублей, за период с 01 по 20 марта 2022 года – 41 122 рубля 58 копеек (63 740/31 день в месяце/10 рабочих часов х 20 рабочих дней истца х 10 рабочих часов).

Вместе с тем, суд находит доводы истца о наличии у него права на взыскание компенсации за задержку выплаты заработной платы в соответствии со статьей 236 Трудового кодекса Российской Федерации основанными на неправильном толковании и применении к спорным отношениям норм материального права.

Так, в соответствии с частью 1 статьи 236 Трудового кодекса Российской Федерации при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной стопятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от не выплаченных в срок сумм за каждый день задержки начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно. При неполной выплате в установленный срок заработной платы и (или) других выплат, причитающихся работнику, размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных в срок сумм.

Из приведенных положений статьи 236 Трудового кодекса Российской Федерации следует, что материальная ответственность работодателя в виде выплаты работнику денежной компенсации в определенном законом размере наступает только при нарушении работодателем срока выплаты начисленной работнику заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику по трудовому договору, то есть начисленных, но не выплаченных работнику работодателем денежных сумм.

Поскольку заработная плата истцу не начислялась, факт трудовых отношений установлен решением суда, положения статьи 236 Трудового кодекса Российской Федерации к спорным правоотношениям применению не подлежат, а потому ответственность за задержку причитающихся выплат не может быть возложена на работодателя в данном случае, в связи с чем иск ФИО3 в этой части удовлетворению не подлежит.

Согласно статье 237 Трудового кодекса РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

Принимая во внимание, что со стороны ответчика имело место нарушение трудовых прав ФИО3, в пользу истца с ООО «СДК-РЕНТАЛ» подлежит взысканию денежная компенсация морального вреда, размер которой, с учетом обстоятельств дела, характера допущенного нарушения и принципа разумности и справедливости, суд определяет в сумме 10 000 руб. В этой части исковые требования ФИО3 подлежат частичному удовлетворению.

В соответствии со статьей 103 ГПК, издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

С ответчика в доход муниципального образования «Тамалинский район» Пензенской области подлежит взысканию госпошлина в размере 3297 рублей - в отношении требования имущественного характера, и 600 рублей - в отношении требования неимущественного характера и требования имущественного характера, не подлежащего оценке, (300 рублей х 2), а всего 3897 рублей.

Руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд

Решил:

ФИО7 Садиковича к обществу с ограниченной ответственностью «СДК-РЕНТАЛ» о признании отношений трудовыми, взыскании заработной платы за отработанное время, компенсации за задержку выплаты заработной платы, компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Признать отношения, сложившиеся между ФИО3 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженцем , зарегистрированным по адресу: ) и обществом с ограниченной ответственностью «СДК-РЕНТАЛ» (ОГРН <***>, ИНН <***>, КПП 773301001, адрес юридического лица: ) в период с 01 февраля 2022 года по 20 марта 2022 года, трудовыми.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «СДК-РЕНТАЛ» в пользу ФИО3 заработную плату за работу в должности «машинист-оператор» за период с 01 февраля 2022 года по 20 марта 2022 года в размере 104 862 (Сто четыре тысячи восемьсот шестьдесят два) рубля 58 копеек, денежную компенсацию морального вреда в размере 10 000 (Десять тысяч) рублей.

В остальной части в удовлетворении исковых требований о взыскании компенсации за задержку выплаты заработной платы, компенсации морального вреда ФИО3 отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «СДК-РЕНТАЛ» государственную пошлину в доход муниципального образования «Тамалинский район» Пензенской области в размере 3897 (Три тысячи восемьсот девяносто семь) рублей 00 копеек.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Пензенский областной суд через Тамалинский районный суд Пензенской области в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Судья Ю.Л. Паншина

СПРАВКА: мотивированное решение суда изготовлено 04 июля 2022 года

Судья Ю.Л. Паншина