Судья фио № 10-16037/23

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

адрес 26 июля 2023 года

Московский городской суд в составе председательствующего судьи фио, при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Луниной Г.Г., с участием

прокурора отдела управления прокуратуры адрес фио,

обвиняемого фио, его защитника – адвоката фио, представившего удостоверение и ордер,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу адвоката фио на постановление Тверского районного суда адрес от 22 июня 2023 года о продлении срока домашнего ареста в отношении

ФИО1, паспортные данные, гражданина Российской Федерации, имеющего среднее специальное образование, работающего генеральным директором ООО «Атлант», не женатого, зарегистрированного и проживающего по адресу: адрес, ранее не судимого, обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 210, ч. 4 ст. 159, ч. 4 ст. 159 УК РФ,

выслушав участников судопроизводства, исследовав представленные материалы, суд

УСТАНОВИЛ:

в производстве 01 отдела СЧ ГСУ ГУ МВД России по адрес находится уголовное дело, возбужденное 27 декабря 2020 года по признакам преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ.

С данным уголовным делом в одно производство соединено ряд уголовных дел, возбужденные в установленном законом порядке при наличии надлежащего повода и достаточных оснований.

Срок предварительного следствия продлен до 27 сентября 2023 года.

26 июля 2022 года ФИО1 задержан в порядке ст.ст.91 и 92 УПК РФ и в тот же день ему предъявлено обвинение в совершении преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 210, ч. 4 ст. 159, ч. 4 ст. 159 УК РФ.

28 июля 2022 года Люберецким городским судом адрес в отношении фио избрана мера пресечения в виде домашнего ареста сроком до 26 июня 2023 года, с возложением соответствующих запретов.

14 марта 2023 года ФИО1 предъявлено обвинение в новой редакции в совершении преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 210, ч. 4 ст. 159, ч. 4 ст. 159 УК РФ.

17 марта 2023 года с обвиняемым ФИО1 и его защитником выполнены требования ст. 215 УПК РФ, в этот же день данные лица приступили к ознакомлению с материалами дела в порядке ст. 217 УПК РФ.

Срок содержания обвиняемого фио под домашним арестом последовательно продлялся на основании постановлений судов в установленном законом порядке, предыдущий раз на основании постановления Тверского районного суда адрес от 22 июня 2023 года на 01 месяц 00 суток, а всего до 12 месяцев 00 суток, то есть до 26 июля 2023 года, с сохранением ранее установленных судом запретов.

Постановлением судьи Московского городского суда от 24 июля 2023 года отказано в удовлетворении ходатайства органа расследования о продлении срока домашнего ареста фио на 02 месяца, а всего до 14 месяцев, то есть до 26 сентября 2023 года.

В апелляционной жалобе адвокат фио оспаривает законность и обоснованность постановления Тверского районного суда адрес от 22 июня 2023 года и, ссылаясь на положения уголовно-процессуального законодательства и постановление пленума ВС РФ №41 от 19.12.2013 г., указывает, что в материалах дела отсутствуют доказательства того, что ФИО1, находясь на свободе может скрыться от органов предварительного следствия и суда, может продолжить заниматься преступной деятельностью, воспрепятствовать установлению истины по делу, оказать воздействие на свидетелей, потерпевших и иных лиц с целью изменения ими показаний. Суд первой инстанции в нарушение требований закона продлевает срок домашнего ареста фио для выполнения следственных действий, которые указывались в предыдущих ходатайствах следователя. Суд формально перечислил основания, указанные в ст.97 УПК РФ, не приводя при этом данных, на основании которых пришел к выводу, что находясь на свободе, обвиняемый может скрыться от органов предварительного следствия и суда, продолжить заниматься преступной деятельностью. Судом не учтена личность обвиняемого, который имеет место регистрации, место жительство на территории адрес, является участником боевых действия и ухаживает за матерью, инвалидом 2 группы. На основании изложенного адвокат просит постановление суда отменить и изменить меру пресечения на иную, не связанную с изоляцией от общества.

В судебном заседании обвиняемый и его защитник поддержали апелляционную жалобу в части требования об отмене постановления Тверского районного суда адрес от 22 июня 2023 года и не поддержали её в части требования об изменении меры пресечения на иную, более мягкую, поскольку постановлением судьи Московского городского суда от 24 июля 2023 года отказано в продлении срока домашнего ареста без избрания меры пресечения, применяемой судом на досудебной стадии производства по делу.

В судебном заседании прокурор фио возражал против удовлетворения апелляционной жалобы.

Выслушав мнение участников процесса, проверив представленные материалы, обсудив доводы апелляционной жалобы, суд не находит оснований для их удовлетворения.

Согласно ч.1 ст. 107 УПК РФ домашний арест в качестве меры пресечения избирается по судебному решению в отношении подозреваемого или обвиняемого при невозможности применения иной, более мягкой, меры пресечения.

Как следует из взаимосвязанных положений ч.21 ст.107 и ч.2 ст.109 УПК РФ, в случае невозможности закончить предварительное следствие в срок до двух месяцев и при отсутствии оснований для изменения или отмены меры пресечения этот срок может быть продлен по решению суда в порядке, установленном ст. 109 УПК РФ. При невозможности закончить предварительное следствие срок содержания под домашним арестом может быть продлен до 12 месяцев в случае особой сложности уголовного дела при обвинении лица в совершении тяжкого преступления и при наличии оснований для избрания этой меры пресечения.

Как показало изучение материалов, данные требования уголовно-процессуально закона соблюдены в полной мере.

Выводы судьи первой инстанции о необходимости продления срока домашнего ареста фио основаны на всестороннем, полном и объективном исследовании представленных материалов, фактических обстоятельств предъявленного обвинения и данных о личности обвиняемого, которые в совокупности являются достаточными для принятия законного и обоснованного решения.

Ходатайство следователя о продлении срока содержания под домашним арестом обвиняемому ФИО1 возбуждено перед судом следователем, в производстве которого находится уголовное дело, с согласия надлежащего лица в установленные уголовно-процессуальным законом сроки, и отвечает требованиям ст.ст. 107, 109 УПК РФ.

Обвинение ФИО1 было предъявлено в порядке и сроки, регламентированные законом. Исследовав представленные органом расследования материалы, судья пришел к правильному выводу, что указанные материалы, включая показания других обвиняемых, свидетелей, заключения строительно-технические экспертизы, данные в муниципальных контрактах, содержат достаточные данные, подтверждающие обоснованность подозрений органов предварительного расследования в причастности фио к совершению инкриминированных деяний, не предрешив вопросы виновности в предъявленном обвинении.

При решении вопроса о применении меры пресечения в виде домашнего ареста на испрошенный срок судья в соответствии со ст.99 УПК РФ также учел сведения о личности фио, его возраст, семейное положение, состояние здоровья.

Вместе с тем, оценив данные обстоятельства в совокупности с иными представленными следователем материалами, судья пришёл к обоснованному выводу, что приведённые сведения сами по себе не препятствуют совершению действий, указанных в статье 97 УПК РФ, и не обеспечат беспрепятственное осуществление уголовного судопроизводства, с учетом нижеследующих обстоятельств.

ФИО1 обвиняется в совершении тяжких преступлений, за которые предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше трех лет. В соответствии с предъявленным обвинением ему инкриминируются корыстные деяния, в т.ч. повлекшие причинение имущественного вреда.

Вопреки доводам защиты, фактические сведения об указанных обстоятельствах, являющихся основанием для содержания обвиняемого под арестом, содержатся в представленных материалах, исследованных судом первой инстанции, выводы которого, таким образом, основаны на оценке и анализе конкретных материалов и фактических обстоятельствах дела и являются обоснованными.

Суд отмечает доводы защиты об отсутствии намерения обвиняемого скрываться от следствия и суда и препятствовать производству по делу, однако исходит из того, что в по уголовному делу было допрошено большое количество лиц, свидетельствами которых обосновано предъявленное обвинение, в то время как анкетные и контактные данные указанных лиц достоверно известны обвиняемому, которому, в свою очередь, предъявлено обвинение в преступлениях, совершенных в составе организованной группой и преступного сообщества в соучастии с незадержанными до настоящего времени лицами, включая таких, которые скрылись от органа расследования и были объявлены в международный розыск.

Значимость данных обстоятельств обусловливается тем, что согласно п.5 постановления Пленума ВС РФ от 19 декабря 2013 года №41, подозрение в совершении деяния в составе организованной группы само по себе может свидетельствовать о том, что лицо может угрожать свидетелю, иным участникам уголовного судопроизводства, уничтожить доказательства либо иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу. При этом изученные материалы свидетельствует, что предполагаемые соучастники контролировали движение денежных средств, в хищении которых предъявлено обвинение, и, следовательно, могут их использовать для организации незаконного противодействия органам расследования.

Несмотря на то, что ФИО1 трудоустроен, суд учитывает, что в основу позиции органа расследования о совершении обвиняемым инкриминированных деяний положены фактические данные, полученные на основе собранных доказательств, которые позволили органам расследования утверждать, что свое фактическое положение в соответствующей организации ФИО1 использовал для осуществления противоправной деятельности, повлекшей причинение материального ущерба.

Изложенные в совокупности свидетельствует о наличии по делу конкретных фактических обстоятельств, предусмотренных ст.97 УПК РФ, подтверждающих выводы суда первой инстанции.

С учетом изложенного приведенные доводы и заверения сами по себе не свидетельствуют о том, что обвиняемый лишен возможности скрыться от предварительного следствия или суда, уничтожить доказательства по делу или оказать иное незаконное противодействие. Окончание следственных действий и выполнение по делу требований ст.217 УПК РФ не является столь существенным, свидетельствующим об изменении оснований и обстоятельств, предусмотренных ст. ст. 97, 99 УПК РФ, поскольку производство по уголовному делу не завершено и не прекращено, собранные по делу доказательства судом не изучены, а представители потерпевших и свидетели – не допрошены.

Исходя из этого, следует согласиться с выводами суда первой инстанции о необходимости пролонгации срока домашнего ареста, поскольку, с учетом вышеизложенного, изменение обвиняемому меры пресечения на иную, не связанную с ограничением свободы, повлечет существенное снижение эффективности мер контроля, позволит скрыться от органов следствия и суда, войти в контакт с предполагаемыми соучастниками, создаст условия для уничтожения доказательств и незаконного воздействия на участников уголовного судопроизводства, а также иным образом позволит противодействовать объективному разрешению уголовного дела (ч.1 ст.97 УПК РФ).

Представленные материалы свидетельствуют, что после предыдущего продления срока домашнего ареста по делу проведена совокупность процессуальных действий и к настоящему времени следственные действия окончены, о чем уведомлены обвиняемый и его защитники, с которыми выполняются требования ст.217 УПК РФ.

Оценивая доводы защиты о неэффективности организации ознакомления с делом, суд исходит из того, что согласно графика ознакомления в период материалы дела неоднократно предъявлялись ФИО1 и его защитнику и последние изучили не менее 50 томов уголовного дела, однако в ряде случаев предоставление материалов дела происходило со значительными перерывами.

Одновременно с этим суд учитывает значительный объем материалов уголовного дела и количество обвиняемых и их защитников, каждый из которых также имеет право на ознакомление с делом. При этом в данном случае, как это следует из ч.1 ст.217 УПК РФ, следователь самостоятельно устанавливает последовательность предоставления материалов уголовного дела. Оценивая данные обстоятельства, суд тем не менее отмечает, что они, хотя и носили объективный характер и влекли увеличение времени досудебного производства, но сами по себе не являлись безусловно уважительными для предъявления ФИО1 материалов дела со значительными перерывами. Анализ изложенных обстоятельств приводит суд к выводу об отсутствии должной распорядительности следственного органа, что явилось результатом недостаточно эффективной организации расследования на этапе ознакомления с материалами уголовного дела.

Отмечая данные факты, суд тем не менее исходит из того, что они могут являться лишь одним из обстоятельств, влекущих отказ в продлении срока домашнего ареста, то есть не выступали в качестве единственного и достаточного основания для отказа суду первой инстанции в удовлетворении ходатайства следователя.

В данном случае оснований для отказа в удовлетворении ходатайства следователя, равно как и для изменения обвиняемому меры пресечения на иную, более мягкую, не имелось, поскольку по делу были установлены вышеприведенные фактические обстоятельства, предусмотренные статьями 97 и 99 УПК РФ и свидетельствующие о высоком риске того, что, находясь на свободе, обвиняемый скроется от органов расследования и суда, окажет давление на участников судопроизводства и иным образом воспрепятствует производству по делу.

При таких данных следует согласиться с выводом судьи, что продление срока домашнего ареста, наряду с основаниями, предусмотренными ст.97 и 99 УПК РФ, обусловлено необходимостью выполнения процессуальных действий, обеспечивающих установленную законом процедуру разрешения уголовного дела. Следует признать правильность выводов судьи о наличии объективных причин для невозможности своевременного окончания процессуальных действий на досудебной стадии производства.

Исходя из изложенного, на момент принятия судом решения время не усматривалось признаков явной и существенной волокиты, влекущей отказа в продлении срока домашнего ареста, что не освобождает суд в дальнейшем в случае разрешения вопроса о пролонгации домашнего ареста на последующий период проверить эффективность организации производства процессуальных действий, оценить наличие или отсутствие признаков волокиты со стороны органов расследования и, исходя из результатов такой проверки и оценки, принять решение в соответствии с требованиями закона.

Удовлетворяя названное ходатайство, судья первой инстанции, обоснованно исходил из особой сложности уголовного дела, обусловленной числом расследуемых эпизодов противоправной деятельности, количеством обвиняемых и защитников, большим объемом следственных и процессуальных действий, допросами большого числа свидетелей, производством трудоемких экспертиз, общей продолжительностью досудебного производства по уголовному делу, и, с учетом этого и объема подлежащих выполнению процессуальных действий, признал разумным испрашиваемый срок дальнейшего содержания обвиняемого под домашним арестом.

С учетом изложенного, обстоятельства, исходя из которых в отношении обвиняемого была избрана мера пресечения в виде домашнего ареста, на момент принятия судом решения существенно не изменились и сохраняли свое значение, вследствие чего оснований для отмены или изменения меры пресечения на более мягкую отсутствовали.

Из протокола судебного заседания также следует, что суд исследовал все представленные сторонами материалы и выслушал мнение всех участников судопроизводства относительно как ходатайства органа расследования о продлении срока содержания под домашним арестом, так и встречного ходатайства стороны защиты об изменении данной меры пресечения на более мягкую, после чего суд удалился в совещательную комнату и вынес обжалуемое постановление, которым ходатайства по существу, с отражением соответствующих решений по ним в его резолютивной части. Таким образом, вопрос о возможности применения более мягкой меры пресечения был надлежащим образом рассмотрен и разрешен судьей, наряду с чем в постановлении приведены и обоснованы мотивы, по которым суд пришел к выводу об отсутствии оснований для применения более мягкой меры пресечения.

Какие-либо новые обстоятельства, которые могут повлиять на изложенные выводы, в том числе объективные данные о том, что по своему состоянию здоровья в связи с наличием заболеваний обвиняемый не мог содержаться в условиях домашнего ареста, в изученных материалах отсутствуют.

Нарушения уголовно-процессуального закона, которые путем лишения или ограничения гарантированных УПК РФ прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на законность и обоснованность обжалуемого постановления суда отсутствуют.

Постановление суда первой инстанции соответствует требованиям ч. 4 ст. 7 УПК РФ, основано на конкретных фактических обстоятельствах, на основании которых принято решение о продлении срока содержания обвиняемого под домашним арестом, и является законным, обоснованным и мотивированным.

Оснований для отмены или изменения судебного постановления не установлено.

Руководствуясь ст. ст. 38913, 38915, 38920, 38928 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Постановление Тверского районного суда адрес от 22 июня 2023 года о продлении срока домашнего ареста в отношении обвиняемого ФИО1 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в суд кассационной инстанции по правилам, установленным главой 471 УПК РФ.

Судья Гуров А.А.