Председательствующий по делу Дело №

судья Большакова Т.В.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

26 июля 2023 года г. Чита

Судебная коллегия по уголовным делам Забайкальского краевого суда в составе:

председательствующего судьи Дугаржапова Б.Б.,

судей Горюновой Н.Г., Жукова А.В.,

при секретаре судебного заседания Корбут Е.И.,

с участием прокурора отдела прокуратуры <адрес> Дашабальжировой И.С.,

адвокатов Касатеева А.А., Григорьева Р.А.,

осужденного ФИО1,

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционные жалобы осужденного ФИО1 на постановления <адрес> от 14 февраля 2023 года, от 1 марта 2023 года, от 16 марта 2023 года о частичном удостоверении замечаний на протокол судебного заседания, апелляционное представление <адрес> межрайонного прокурора Хохлова Д.Н., апелляционные жалобы адвокатов Григорьева Р.А., Абраменко А.А., Касатеева А.А., осужденного ФИО1 на приговор <адрес> от 19 января 2023 года, которым

ФИО1, родившийся <Дата> в <адрес>, несудимый,

осужден п.п. «б», «в» ч.5 ст.290 УК РФ к 9 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима, со штрафом в размере пятикратного размера суммы взятки - 1 400 000 рублей и с лишением права занимать должности на государственной службе и в органах местного самоуправления, связанные с осуществлением функций представителя власти либо выполнением организационно-распорядительных и административно-хозяйственных функций на срок 3 года.

Срок наказания в виде лишения свободы исчислен со дня вступления приговора в законную силу.

В соответствии с ч.2 ст.71 УК РФ назначенное наказание в виде штрафа в размере пятикратной суммы взятки - в размере 1 400 000 рублей постановлено исполнять самостоятельно.

Указано, что в соответствии с ч.4 ст.47 УК РФ срок дополнительного наказания в виде лишения права занимать должности на государственной службе и в органах местного самоуправления, связанные с осуществлением функций представителя власти либо выполнением организационно-распорядительных и административно-хозяйственных функций, распространяется на все время отбывания основного наказания в виде лишения свободы, а его срок исчисляется с момента отбытия основного наказания в виде лишения свободы.

Мера пресечения в виде заключения под стражу.

В соответствии п. «а» ч.3.1 ст.72 УК РФ зачтено в срок отбывания наказания время содержания под стражей в период с 28 апреля 2022 года до дня вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Сохранен арест, наложенный 13 мая 2022 года на основании решений <адрес> от 6 мая 2022 года, на денежные средства, хранящиеся на банковских счетах, открытых на имя осужденного ФИО1, указанных в мотивировочной части приговора, а также на сотовый телефон марки «Samsung», модель <данные изъяты> IMEI: <данные изъяты>, IMEI: <данные изъяты>, стоимостью 137 999 рублей, до момента исполнения приговора в части назначенного наказания в виде штрафа.

На основании п. «а» ч.1 ст.104.1, ч.1 ст.104.2 УК РФ взыскано с ФИО1 в доход государства 280 000 рублей в счет конфискации денежных средств, полученных им в результате совершения преступления.

Отменен арест, наложенный постановлением <адрес> от 15 июля 2022 года на принадлежащее Р. имущество – автомобиль марки «Лексус LX 570», с государственным регистрационным знаком «№».

Приговором разрешен вопрос относительно вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Дугаржапова Б.Б., выслушав осужденного ФИО1, адвокатов Касатеева А.А., Григорьева Р.А., поддержавших доводы апелляционных жалоб, мнение прокурора Дашабальжировой И.С., поддержавшей апелляционное представление, судебная коллегия

УСТАНОВИЛ

А:

ФИО1 осужден за получение должностным лицом лично взятки в виде денег, за совершение действий в пользу взяткодателя, когда указанные действия входят в служебные полномочия должностного лица и оно в силу должностного положения может способствовать указанным действиям, совершенное главой органа местного самоуправления, с вымогательством взятки, в крупном размере.

Согласно приговору преступление совершено в период с 26 января 2021 года по 17 июня 2021 года в <адрес> при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционном представлении <адрес> межрайонный прокурор Хохлов Д.Н., не оспаривая фактические обстоятельства преступления, квалификацию действий осужденного и доказанности его вины, считает приговор подлежащим изменению. Считает, что судом нарушены требования пп.4 ст.307 УПК РФ, допущены противоречия в выводах. Так, в описательно-мотивировочной части приговора на листе 40 ошибочно указано о необходимости назначения ФИО1 дополнительного наказания в виде штрафа в десятикратном размере относительно суммы взятки, при этом в резолютивной части приговора справедливо назначено данное наказание в пятикратном размере суммы взятки. Также обращает внимание, что согласно пп.3 п.1 ст.309 УПК РФ в резолютивной части приговора, в том числе, должно содержаться решение о распределении процессуальных издержек, однако, суд при наличии таковых не указал решение о их распределении. Указывает, что по уголовному делу имеются процессуальные издержки в виде оплаты расходов в размере 25000 рублей ИП П., связанных с транспортировкой вещественного доказательства - автомобиля марки «TOYOTA LAND CRUISER 200», а также оплаты расходов в размере 2200 рублей свидетелю Свидетель №3, понесенных им в связи с явкой в Читу для производства следственных действий. По мнению прокурора, с учетом возраста и трудоспособности указанные процессуальные издержки подлежат взысканию с осужденного ФИО1

Просит приговор изменить, исключить из описательно-мотивировочной его части указание на необходимость назначения в качестве дополнительного наказания ФИО1 штрафа в десятикратном размере суммы взятки и указать на необходимость его назначения в пятикратном размере суммы взятки. Исключить из описательной мотивировочной части приговора указание на то, что суд не входит в обсуждение вопроса о взыскании процессуальных издержек с подсудимого ФИО1, в связи с тем, что его защиту осуществляли адвокаты по соглашению, дополнить описательно-мотивировочную и резолютивные части приговора указанием на необходимость возмещения процессуальных издержек в виде оплаты расходов в размере 25000 рублей ИП П., связанных с транспортировкой вещественного доказательства-автомобиля марки «TOYOTA LAND CRUISER 200», а также оплаты расходов в размере 2200 рублей свидетелю Свидетель №3, понесенных им в связи с явкой в Читу для производства следственных действий, с осужденного ФИО1 В остальной части приговор оставить без изменения.

В апелляционной жалобе адвокаты Абраменко А.А., Касатеев А.А. выражают несогласие с приговором, считают, что выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, доказательствам дана неверная оценка. Высказывают несогласие с оценкой суда доводов их подзащитного о возможности негативных последствий в случае невыполнения работ как угрозу в адрес ААГ, обращая внимание, что ФИО1 в силу своих служебных полномочий разъяснял ААГ последствия невыполнения принятых договорных обязательств.

Не соглашаясь с квалификацией действий ФИО1, указывают, что он не отрицал получение денежных средств от ААГ, поясняя о их получении путем обмана, обращают внимание на схожесть показаний ФИО1 и ААГ в части передачи денежных средств «наверх в Министерство», ввиду отсутствия у ФИО1 полномочий для ускорения оплаты, установленные судом сведения, что денежные средства их подзащитный никому не передавал. По мнению адвокатов, судом за основу приговора приняты противоречивые показания свидетеля ААГ, который указывал разные основания для передачи денег ФИО1, показания последнего, наоборот, считают последовательными, стабильными и согласующимися с другими доказательствами. Приводят доводы об отсутствии в действиях ФИО1 признаков преступления, предусмотренного ст.290 УК РФ, ввиду отсутствия у него как у должностного лица полномочий, указанных в обвинительном заключении и положенных в основу приговора. В подтверждение приводят установленные судом обстоятельства, что в состав комиссии по приемке объектов ФИО1 не входил, акт КС-2 подписан не им, а Свидетель №3, акт КС-3 подписан до договоренности о передаче денежных средств и ФИО1 не мог его не подписать, так как КС-2 уже подписан, процедура оплаты работ по контракту ему не была подконтрольна, поскольку относится к исключительной компетенции государственных органов <адрес>, в материалах дела отсутствуют доказательства способствования ФИО1 в силу своего служебного положения интересам ААГ, суд признал состоятельным довод защиты о том, что ФИО1 не имел полномочий по включению ААГ в реестр недобросовестных поставщиков. Указанное подтверждено материалами дела и показаниями свидетелей Свидетель №4, Свидетель №3, Свидетель №9, Свидетель №10, Свидетель №8, ААГ, которые суд отнес к допустимым и относим доказательствам, при этом дал им неверную юридическую оценку. Материалами ОРД также подтверждено, что ФИО1 вводил в заблуждение ААГ для того, чтобы завладеть его деньгами, без намерений что-либо сделать для него или в его интересах.

Также приводят доводы о неверном установлении места и времени передачи денежных средств ФИО1, в подтверждение приводят его показания в судебном заседании, показания свидетелей Свидетель №16 и Свидетель №17 Суд необоснованно отверг данные показания, поскольку заинтересованности в даче ложных показаний у свидетелей не имелось, их показания согласуются с другими доказательствами, в том числе с показаниями ФИО1, также оперативно-розыскными мероприятиями, признанными судом допустимыми. Также ссылаются на показания Свидетель №17X. в судебном заседании о наличии в его телефоне видеозаписи нахождения спорного автомобиля на СТО в конкретную дату. Судом без приведения мотивов отказано в исследовании и оценке данного доказательства. Обращая внимание на отсутствие в предъявленном обвинении даты достигнутой договоренности о передаче ААГ денежных средств ФИО1, указывают, что в ходе судебного заседания эта дата - 15 апреля 2021 года была установлена, исходя из показаний ФИО1, ААГ, результатов ОРМ. Приводят доводы о том, что на эту дату все договорные отношения между администрацией городского поселения «<адрес>» в лице главы ФИО1 и индивидуальным предпринимателем ААГ были исполнены. В связи с изложенным не соглашаются с выводами суда о том, что хронология действий заказчика в лице ФИО1 не влияет на квалификацию. По мнению адвокатов, данные доводы подтверждают наличие у ФИО1 умысла на мошенничество, и отсутствие в его действиях преступления, предусмотренного статьей 290 УК РФ. Также приводят доводы о суровости наказания, недостаточном учете совокупности смягчающих наказание обстоятельств при отсутствии отягчающих. Просят переквалифицировать действия ФИО1 на ч.3 ст.159 УК РФ и назначить наказание применением положений ст.73 УК РФ.

В апелляционной жалобе и дополнениях адвокат Григорьев Р.А. считает приговор незаконным в связи с несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам дела, неправильным применением уголовного закона. Приводит доводы об отсутствии доказательств виновности ФИО1, построении приговора только на показаниях ААГ, без проверки и анализа других доказательств и значимых обстоятельств дела, без учета доводов стороны защиты. Указывает об отсутствии у ФИО1 объективной возможности реализовать меры, направленные на расторжение контракта в одностороннем порядке ввиду выполнения подрядчиком значительной части работ и принятии их заказчиком, обращая также внимание на возможность расторжения контракта только по согласию сторон, то есть с ведома и согласия самого подрядчика ААГ, отсутствии полномочий по расторжению контракта в одностороннем порядке и включении подрядчика в реестр недобросовестных поставщиков, поскольку глава поселения не является лицом, могущим внести поставщика в данный реестр, подобная прерогатива законом возложена на антимонопольную службу края, куда глава поселения может лишь обратиться с заявлением о включении подрядчика в указанный реестр. Находит немотивированным вывод суда о вымогательстве взятки, указывая, что для квалификации деяния по этому признаку необходимо установить, что взяткодателю мог быть причинен вред только его законным интересам. Считает, что подрядчик ААГ, заключивший заведомо невыполнимый контракт, впоследствии принял попытки его выполнить посредством выполнения работ, не основанных на условиях контракта, и, спасая финансовое положение своего предприятия, совершил преступление - передал взятку. По мнению адвоката, при таких обстоятельствах, невозможно сделать вывод о том, что подрядчик передал взятку опасаясь наступления негативных последствий именно для его законных интересов. Суд, излагая данный квалифицирующий признак в приговоре, не привел ни одного мотивированного вывода. Кроме того, находит необоснованным, противоречивым вывод суда о передаче ААГ взятки за заключение дополнительного соглашения о расторжении контракта по соглашению сторон. Обращает внимание на указание в обвинении и в приговоре о передаче ААГ взятки в виде денег ФИО1 для достижения целей и соблюдения своих интересов, при этом указание в приговоре в абзаце 3 ст.4 о даче ААГ вынужденного согласия на заключение дополнительного соглашения из-за опасений и предотвращения наступления для себя негативных последствий. Приводит доводы об отсутствии у ААГ необходимости подкупа должностного лица с целью совершения последним действий, которые могут ему навредить. Также считает, что судом в приговоре не дана оценка показаниям ААГ в суде о даче им взятки не за заключение дополнительного соглашения, а, напротив, за признание его незаконным, чтобы не платить штраф, а также за своевременное финансирование исполнение контракта. Указывает, что данные показания подрядчика подтверждаются стенограммой видеозаписи разговора между ААГ и ФИО1, полученной в результате ОРМ. В применение к изложенному обращает внимание, что действия по признанию незаконным дополнительного соглашения не могут быть совершены главой поселения, поскольку это возможно только по решению суда, а своевременность финансирования работ регулируется краевыми финансовыми органами, а не главой городского поселения, так как средства выделяются не из местного бюджета. При таких обстоятельствам полагает подлежащим исключению из приговора указания суда о получении взятки ФИО1 за действия в интересах взяткодателя - заключения дополнительного соглашения о расторжении контракта по соглашению сторон. Кроме того, по мнению защитника, о передаче ААГ ФИО1 денег за совершение им в его пользу иных действий, чем те, которые указаны в обвинении и установочной части приговора, свидетельствуют установленные судом обстоятельства о подписании актов КС-2 и КС-3. Анализируя указанные в приговоре обстоятельства и показания ААГ, считает, что целесообразность передачи денег за уже совершенные действия отсутствовала. Также полагает, что результатами судебного следствия не подтверждаются выводы суда о способствовании ФИО1 подписанию справки КС-2, что он отрицал, а свидетели Свидетель №3, Свидетель №8, Свидетель №4 и другие по этим обстоятельствам не допрашивались. Ссылается на наличие в материалах уголовного дела документов, свидетельствующих о независимости от главы поселения комиссии по приему выполненных работ, ее составе. Полагает, что в приговоре не мотивированы выводы суда о способствовании ФИО1 подписанию справки КС-2, его способности в силу должностного положения повлиять на процесс оплаты фактически выполненных работ. В целом не оспаривая фактические обстоятельства дела, считает действия ФИО1 подлежащими иной оценке, чем получение взятки, поскольку он получил деньги от ААГ путем обмана, якобы для должностных лиц краевых министерств, за совершение действий в интересах дающего, которые в силу закона или должностных полномочий он не мог осуществить.

Наряду с изложенным приводит доводы о нарушении принципа справедливости наказания, полагая, что с учетом личности осужденного, состояния его семьи, обстоятельств дела, назначенное наказание является излишне суровым. Считает, что суд не принял во внимание доводы стороны защиты при назначении наказания, необоснованно сделал вывод о том, что ФИО1 являлся должностным лицом органа местного самоуправления, не учел, что данное обстоятельство является квалифицирующим признаком ч.4 ст.290 УК РФ с санкцией существенно мягче, чем у ч.5 ст.290 УК РФ по которой ФИО1 осужден. Просит приговор изменить, переквалифицировать действия ФИО1 на ч.3 ст.159 УК РФ со смягчением наказания - применением ст.73 УК РФ.

В апелляционной жалобе и дополнениях осужденный ФИО1 приводит доводы, аналогичные доводам жалоб адвокатов об отсутствии доказательств его виновности, построении обвинения только на показаниях ААГ, отсутствие в его действиях состава преступления, предусмотренного статьей 290 УК РФ, наличии в его действиях мошенничества, суровости назначенного наказания. Приводит доводы об отсутствии умысла на получение взятки от ААГ за выполнение действий в его интересах, о признании вины по ч.3 ст.159 УК РФ, в деталях излагая цель своих действий и обстоятельства взаимодействия с подрядчиком ААГ, указывая, что они подтверждаются материалами уголовного дела, показаниями свидетелей. Указывает, что материалами ОРМ, показаниями свидетелей ААГ, Свидетель №3 подтверждается, что между ними была одна лишь договоренность о передаче денежных средств в <адрес>. Указывает, что действовал исключительно в интересах муниципалитета и населения, не совершал действий, способных причинить ущерб государству и городскому поселению «<адрес>». Высказывает мнение о несправедливости приговора, суровости назначенного наказания, отсутствии доказательств его вины в предъявленном обвинении, обвинительном уклоне суда. Полагает ошибочными выводы суда о наличии в его действиях вымогательства взятки, наличии угроз с его стороны законным интересам подрядчика, указывает, что действовал законно и добросовестно исполнял свои должностные обязанности, суд не дал оценку фактическим обстоятельствам, не учел показания свидетеля ААГ, показания которого подробно приводит и анализирует в жалобе, считая, что суд основал приговор исключительно на его показаниях, которые являются предположением. Указывая о намерении подрядчика использовать некачественный материал при работах, подробно описывает его ответственность, необходимость строгого соблюдения качества применяемых материалов и право заказчика отказать в приемке работ, выполненных из некачественного материала, потребовать замены материала, о чем ААГ был уведомлен. Приводит доводы о законности предъявляемых к подрядчику требований, их соответствии контракту, указывая, что в ходе предварительного следствия прямой вопрос о законности требований администрации по поводу планируемых к применению подрядчиком материалов задавался только свидетелю Свидетель №3, который подтвердил, что качество асфальта будет проверяться в независимости от его поставщика. Указывает, что законность предъявляемых ААГ требований подтверждается письменными доказательствами, признанными судом достоверными и допустимыми. В обоснование довода о наличии у ААГ плана на применение на объекте более дешевого, чем предусмотрено сметой, материала в целях экономии средств ввиду значительного снижения начальной цены контракта ссылается на показания свидетеля Свидетель №7, приводит доводы о наличии у последнего и ААГ умысла на хищение таким образом бюджетных средств при исполнении муниципального контракта, недобросовестности подрядчика. Указывает, что в связи с действиями подрядчика он потребовал качественного выполнения работ. Указывает, что ему с февраля 2021 года было известно о преступном характере действий подрядчика, который предлагал ему взятку, в связи с чем он просил ААГ использовать предусмотренный сметой материал и выполнить работы в полном объеме, отказался от предложенной взятки за использование некачественного асфальта и сокращение объема работ, при этом ААГ не делал работы, попросив досрочно расторгнуть контракт. Считает, что судом не принята во внимание информация ААГ о предложенной им взятке, не имеющей отношения к той, которая указана в обвинительном заключении и о попытке дачи которой ААГ не заявлял в добровольном порядке в компетентные органы. Указывает, что о недостаточности для выполнения контракта суммы, предложенной им в аукционе, ААГ знал заранее и говорил в своих показаниях, которые, по мнению автора жалобы, проигнорированы судом, и они противоречат обвинению. Высказывает мнение о том, что подрядчик, зная о невозможности исполнения контракта, сам, начиная с аукциона, создал ситуацию, при которой был не способен исполнить контракт и, осознавая это, пытался решить проблему путем хищений и взятки, но, получив от него отказ, испугавшись внесения в реестр недобросовестных подрядчиков, сам попросил его расторгнуть. В данном случае они расторгли с ним контракт, предусмотрев в дополнительном соглашении от <Дата> штрафные санкции для подрядчика в размере 919250 рублей, таким образом, не имея иных законных инструментов для привлечения недобросовестного подрядчика к ответственности, решили его наказать за срыв ремонта приоритетного объекта. Приводит доводы о том, что наличие преступного умысла ААГ и Свидетель №7 подтверждается также показаниями свидетелей по делу. Указывает, что отказавшись от взятки от ААГ, не позволил ему похитить бюджетные средства, обманул его, сообщив о передаче в <адрес> 280 тысяч рублей в качестве взятки краевым чиновникам, кроме того, предъявил ему требование о выплате штрафа. Считает, что причинение серьезного материального ущерба вынудило ААГ оговорить его, чтобы избавиться от части понесенных им убытков в размере 919250 рублей. Указывает, что подтверждением данному обстоятельству является предъявленный им иск к администрации городского поселения «<адрес>» о расторжении (признании незаконным) дополнительного соглашения от <Дата>, якобы заключенного под принуждением. Обращает внимание, что указанные обстоятельства подтверждены материалами уголовного дела, которые опровергают выводы суда о наличии у него умысла на получение взятки. Считает положенные в основу обвинительного приговора выводы суда ошибочными.

Также, подробно анализируя доказательства по уголовному делу, обстоятельства дела, приводит доводы о нарушении уголовно-процессуального закона в период предварительного следствия, в том числе при возбуждении уголовного дела, неполноте предварительного следствия, необоснованности освобождения ААГ от уголовной ответственности за дачу взятки, нахождении последнего в оперативной разработке правоохранительных органов с октября 2019 года, даче ему взятки под оперативным контролем УФСБ России по <адрес>, провокационных действиях ААГ не только в отношении него, но и в отношении иных должностных лиц, отсутствии в материалах уголовного дела решения о возбуждении либо об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении него (ФИО1) по ч.2 ст.285 УК РФ, что является основанием для возвращения уголовного дела прокурору, наличии у ААГ пособников дачи взятки, ошибочности отождествления судом ААГ с ИП ААГ, нарушении ААГ прав ИП ААГ Полагает, что суд не оценил фактические обстоятельства и имеющиеся в деле доказательства, опровергающие позицию обвинения, не указал, в приговоре в чем выразилось нарушение прав ААГ, не указал в связи с чем принял одни доказательства и отверг другие. По делу ни следствием, ни судом не истребованы документы и не проверено фактическое состояние финансовой и технической состоятельности ИП ААГ Кроме того, приводит довод о нарушении судом прав свидетеля Свидетель №16, выразившихся в неразъяснении ему права на обжалование приговора в части выводов суда о ложности его показаний, считает, что суд незаконно признал показания данного свидетеля ложными. Наряду с изложенным приводит доводы о несправедливости приговора и оценки его личности, предвзятости суда, суровости назначенного наказания, не соглашаясь с выводами суда в данной части. В доказательство суровости назначенного наказания ссылается на уголовные дела по аналогичным преступлениям в отношении иных лиц. Просит проверить фактические обстоятельства, приговор отменить, вынести справедливое решение, с учетом его личности назначить наказание не связанное с реальным лишением свободы, либо уголовное дело направить прокурору в порядке ст.237 УПК РФ для устранения обстоятельств, препятствующих всестороннему и объективному рассмотрению дела.

В апелляционных жалобах на постановления о частичном удостоверении замечаний на протокол судебного заседания осужденный ФИО1 выражает несогласие с постановлениями, выводами суда, полагая, что удостоверению подлежали все внесенные им замечания, которые подтверждаются аудиозаписью судебного заседания. Обосновывая мнение, указывает, что поданными замечаниями хотел обратить внимание суда на отсутствие в протоколе судебного заседания важной информации о фактических обстоятельствах дела, которые могли повлиять на принимаемое судом решение. Считает, что суд намеренно скрыл данную информацию от вышестоящих инстанций. Приводит доводы о том, что судом допускались подсказки ответов свидетелям, наиболее удобные для обвинения, оказывалось давление, задавались наводящие вопросы, в протокол внесены ответы, которые свидетели не давали. Также, с точки зрения автора жалобы, суд не устанавливал факты, а создавал картину преступления, которого не было. Высказывается об обвинительном уклоне, нарушении принципа беспристрастности суда, неприязненном отношении к подсудимому, подробно приводит доводы о наличии доказательств, опровергающих предъявленное ему обвинение, наличии в его действиях иного преступления. Просит постановления изменить, удостоверить его замечания на протокол судебного заседания, либо отменить и направить в суд первой инстанции с указание о необходимости принятия новых постановлений и удостоверения всех замечаний.

Проверив материалы дела, выслушав мнение участников судебного разбирательства, обсудив доводы апелляционных представления и жалоб, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Как установлено судом, ФИО1, являясь главой городского поселения «<адрес>» муниципального района «<адрес>, то есть, являясь главой местного самоуправления, 5 мая 2021 года получил лично в качестве взятки денежные средства в размере 280 000 рублей от индивидуального предпринимателя ААГ за совершение действий в виде заключения дополнительного соглашения о расторжении контракта № от <Дата>, за своевременное подписание справки по форме КС-3 о стоимости фактически выполненных работ по установке ААГ дорожного освещения, а также за способствование совершению действий в пользу ААГ подчиненными сотрудниками администрации в виде беспрепятственного подписания акта по форме КС-2 о приемке фактически выполненных работ и по своевременной и беспрепятственной оплате ААГ фактически выполненных работ в сумме 2 498 102,40 рубля.

Как усматривается из приговора, вина ФИО1 в содеянном подтверждена совокупностью собранных по делу доказательств, исследованных судом.

Исходя из показаний осужденного в судебном заседании и доводов жалоб, позиция защиты заключается в том, что ФИО1 совершил мошенничество.

Между тем, суд первой инстанции, анализируя доводы осужденного и его адвокатов, обоснованно с ними не согласился и правильно указал, что они опровергаются совокупностью собранных по делу доказательств, и с этим выводом нельзя не согласиться. Из фактических обстоятельств дела следует, что действуя, как должностное лицо – глава органа местного самоуправления, ФИО1 потребовал от ААГ денежные средства за не совершение в отношении него действий, которые могли причинить вред его законным интересам в виде отказа в принятии планируемых к выполнению работ по ремонту асфальтового покрытия, расторжения в связи с этим с ним в одностороннем порядке заключенного контракта, что повлечет включение в реестр недобросовестных поставщиков и наличие в связи с этим возможности заключения дополнительного соглашения о расторжения заключенного контракта по соглашению сторон и получения оплаты фактически выполненных работ.

Сам ФИО1 частично признал вину в совершении преступления и показал, что после того, как он явно дал понять ААГ о том, что асфальт с завода Свидетель №7 не должен быть им использован при выполнении работ, ААГ предложил ему денежные средства в качестве взятки, с целью скорейшего финансирования выполненных ААГ по контракту работ по освещению. В этот момент он решил, что обманным путем завладеет денежными средствами ААГ, пообещав тому, что денежные средства передаст в министерство строительства. ААГ передал ему пачку денег купюрами по одной тысяче рублей, которую он убрал в карман, позже их пересчитал, в пачке находилось 280 000 рублей. Далее ААГ стал требовать от него помощи в разрешении вопроса об оплате штрафных санкций, в связи с заключением дополнительного соглашения по контракту, указывая на то, что им были переданы 280 000 рублей, на что он пояснял ААГ, что данные деньги предназначались для целей скорейшего финансирования выполненных работ по освещению улиц.

Свидетель ААГ в ходе предварительного следствия показал, что в 2021 году по итогам аукциона он заключил муниципальный контракт с администрацией городского поселения «<адрес>» в лице главы ФИО1, на выполнение работ по ремонту улицы в <адрес>, стоимостью 18 385 002 рубля. При встрече ФИО1 стал говорить ему, что он «залез на чужую территорию» и почему перед тем как участвовать в аукционе не позвонил ему и не спросил о возможности участия в аукционе, и потребовал передавать ему десять процентов от стоимости заключенного контракта. С предложенными ФИО1 условиями он согласился. Однако в феврале-марте 2021 года при очередной встрече ФИО1 сообщил, что в случае использования при выполнении работ асфальта, изготовленного на заводе Свидетель №7, администрация не будет принимать выполненные работы. ФИО1 стал давить на него тем, что необходимо приобретать асфальт у других производителей, у которых он стоил значительно дороже, и в случае приобретения которого, а также уплате ФИО1 ранее оговоренных десяти процентов, контракт становился для него невыгодным. С этого момента ФИО1 стал угрожать ему негативными последствиями, а именно включением его в реестр недобросовестных поставщиков, путем подведения к срыву сроков исполнения контракта. Также ФИО1 отказывался перечислить предусмотренный контрактом аванс для начала работ. Он сообщил ФИО1, что не сможет исполнить контракт, приобретая асфальт у других поставщиков, соблюдая имеющуюся договоренность о передаче взятки. ФИО1, потребовал, чтобы он пошел на расторжение заключенного контракта, что ФИО1 даст ему выполнить работы по установке освещения и будет заключено дополнительное соглашение. Он вынужден был согласиться. После этого, между ним и ФИО1 на улице состоялся разговор, в ходе которого ФИО1 сказал, что за то, что он дает ему возможность выполнить работы по установке освещения, то есть за заключение дополнительного соглашения и за обоюдное расторжение контракта без внесения его в реестр недобросовестных поставщиков, а также за то, чтобы в дальнейшем эти выполненные работы были приняты и оплачены, ему необходимо передать ФИО1 взятку в размере 280 000 рублей. Он согласился, поскольку поступить по другому он не мог, и отказ повлек бы для него наступлением еще больших негативных последствий. После заключения дополнительного соглашения, ему позвонил ФИО1, спросил когда он приедет, он понял, что ФИО1 ждет от него 280 000 рублей, кроме того он уже выполнил объем работ по установке освещения и необходимо было их сдавать заказчику. Он занял деньги для передачи ФИО1 купюрами по одной тысяче рублей, по приезду в <адрес> передал ФИО1 как он просил деньги в размере 280 000 рублей. В дальнейшем выполненные работы были приняты администрацией города, и в течение нескольких дней ему были перечислены денежные средства в сумме 2 498 102,40 рубля.

Данные показания свидетель ААГ подтвердил в ходе очной ставки с ФИО1 и при проверке показаний на месте.

Суд обоснованно принял во внимание доказательства, полученные в ходе проведения оперативно-розыскного мероприятия, а именно записи разговоров, состоявшихся между ФИО1 и ААГ, представленных сотрудниками УФСБ России по <адрес>, где в ходе разговора ФИО1 неоднократно указывает ААГ о том, что благодаря передаче ему 280 000 рублей, ААГ не был включен в реестр недобросовестных поставщиков и своевременно получил финансирование за фактически выполненные работы.

Также, вина осужденного подтверждается показаниями свидетелей Свидетель №6, Свидетель №7, Свидетель №11, Свидетель №12, Свидетель №3 о том, что в рамках заключенного контракта на выполнение ремонта дороги в <адрес>, ФИО1 вымогал у ААГ взятку, что стало им известно со слов ААГ

Помимо приведенных доказательств, вина осужденного подтверждается протоколом осмотра телефонных соединений ФИО1 и ААГ, подтверждающих, что они общались между собой по сотовым телефонам, в том числе 5 мая 2021 года в день получения взятки; протоколом осмотра документов: муниципального контракта на выполнение работ № по ремонту участков автомобильной дороги <адрес> в <адрес>, заключенный <Дата> между администрацией ГП «<адрес>» в лице главы ФИО1 и индивидуальным предпринимателем ААГ, дополнительное соглашение о расторжении муниципального контракта на выполнение работ № и других документов изъятых в ходе обыска в администрации ГП «<адрес>»; решением Совета ГП «<адрес>» от <Дата>, которым ФИО1 избран на должность главы городского поселения «<адрес>»; распоряжением администрации ГП «<адрес>» от <Дата> о вступлении в должность главы городского поселения «<адрес>»ФИО1 и рядом других доказательств, исследованных судом первой инстанции и подробно изложенных в приговоре.

Всем доказательствам по делу суд дал оценку в соответствии с требованиями ст.88 УПК РФ и обоснованно указал, что доказательства, положенные в основу приговора, являются допустимыми, достоверными, относимыми, а их совокупность достаточной для выводов о виновности осужденного.

На основании совокупности доказательств суд обоснованно квалифицировал действия осужденного ФИО1 по п.п. «б», «в» ч.5 ст.290 УК РФ и правильно признал доказанной вину осужденного в том, что он, являясь должностным лицом, лично получил взятку в виде денег в крупном размере за совершение действий в пользу взяткодателя, когда указанные действия входят в служебные полномочия должностного лица и оно в силу должностного положения может способствовать указанным действиям, совершенное главой органа местного самоуправления, с вымогательством взятки.

Суд обоснованно признал несостоятельными доводы защиты о том, что ФИО1 не мог получить взятку, с учетом хронологии действий ФИО1 по принятию работ по освещению улицы, дате подписания дополнительного соглашения и действий ААГ в виде передачи денежных средств ФИО1, обоснованно указав, что необходимым признаком получения взятки является ее обусловленность определенными ответными действиями должностного лица, при этом не имеет значения, предшествует ли передача денег желательным для взяткодателя действиям (бездействию) должностного лица, либо такая передача осуществляется должностному лицу уже после совершения им указанных действий (бездействия) в интересах взяткодателя.

Судом первой инстанции, бесспорно, установлено, что являясь должностным лицом - главой органа местного самоуправления ФИО1 получил от ААГ денежные средства за действия в пользу взяткодателя.

В судебном заседании исследованы все существенные для исхода дела доказательства, представленные сторонами, разрешены все заявленные ходатайства.

Нарушений принципа состязательности сторон, необоснованных отказов подсудимому и его защитникам в исследовании доказательств, которые могли бы иметь существенное значение для исхода дела, судом не допущено.

Органами предварительного расследования и судом при рассмотрении дела в судебном заседании каких-либо нарушений закона, влекущих отмену приговора или могущих повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, допущено не было, дело расследовано и рассмотрено всесторонне, полно и объективно.

Все доводы апелляционных жалоб аналогичны доводам защиты в суде первой инстанции, и все, без исключения, они получили оценку в приговоре, которая признается правильной.

При назначении наказания суд апелляционной инстанции в полной мере учел характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности виновного, смягчающие наказание обстоятельства, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи, и пришел к правильному выводу о назначении наказания в виде лишения свободы с его реальным отбыванием, а также назначения дополнительных наказаний в виде штрафа и лишения права занимать определенные должности. Данный вывод должным образом мотивирован в приговоре, и оснований не согласиться с ним у судебной коллегии не имеется.

Отягчающие наказание обстоятельства по делу не установлены.

Каких-либо обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности содеянного, дающих право при назначении осужденному наказания на применение положений ч.6 ст.15, ст.64, ст.73 УК РФ, обоснованно не установлено судом первой инстанции. Не находит таких оснований и судебная коллегия.

Вид исправительного учреждения определен верно в соответствии с п. «в» ч.1 ст.58 УК РФ.

Таким образом, назначенное ФИО1 наказание соответствует требованиям закона, поскольку все заслуживающие внимания обстоятельства были учтены судом при решении вопроса о виде и размере наказания, которое является справедливым и соразмерным содеянному, отвечает задачам исправления осужденного, предупреждения совершения новых преступлений и не может быть признано чрезмерно суровым.

Доводы жалоб судебная коллегия находит необоснованными в связи с чем причин для изменения приговора по приведенным в них основаниям не усматривает.

Уголовное дело рассмотрено в соответствии с требованиями ст.ст. 14, 15 и 16 УПК РФ. Каких-либо данных, свидетельствующих о предвзятом отношении к осужденному и нарушении его прав, не имеется, что подтверждается материалами дела и протоколами судебных заседаний, соответствующих требованиям ст.259 УПК РФ, каких-либо данных указывающих на искажение их содержания, не имеется.

Судебной коллегией при подготовке к разбирательству по делу, аудиозапись протокола была изучена, в том числе по проверки точности, полноты и правильности протокола судебного заседания, судебная коллегия пришла к выводу о том, что оснований не доверять изложенным в протоколе судебного заседания сведениям не имеется.

Кроме того, все замечания осужденного на протокол судебного заседания рассмотрены председательствующим судьей в установленном законом порядке. Оснований не согласиться с принятыми решениями у судебной коллегии не имеется.

В соответствии с уголовно-процессуальным законом протокол не является стенограммой судебного заседания и не требует дословного воспроизводства всего сказанного участниками судебного разбирательства.

Вместе с тем, судебная коллегия приходит к выводу об изменении приговора по доводам апелляционного представления прокурора.

Так, суд в описательно-мотивировочной части приговора указал о необходимости назначения ФИО1 дополнительного наказания в виде штрафа в десятикратном размере суммы взятки, однако назначил осужденному дополнительное наказание в виде штрафа в пятикратном размере суммы взятки, в связи с чем описательно-мотивировочную часть приговора следует уточнить, внеся в приговор соответствующие изменения.

Вопреки доводам апелляционного представления, судебная коллегия не усматривает оснований для внесения изменений в приговор в части исключения выводов суда относительно судебных издержек, а также в части дополнения описательно-мотивировочной и резолютивной частей приговора выводами о необходимости возмещения процессуальных издержек, со взысканием процессуальных издержек с осужденного, поскольку вопросы по распределению судебных издержек по делу подлежат разрешению судом в порядке исполнения приговора.

Каких-либо существенных нарушений уголовно-процессуального и уголовного законов, повлиявших на исход дела, и которые являлись бы основаниями для отмены или изменения приговора, судом первой инстанции не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛ

А:

приговор <адрес> от 19 января 2023 года в отношении ФИО1 изменить.

Уточнить в описательно-мотивировочной части приговора о необходимости назначения ФИО1 дополнительного наказания в виде штрафа в пятикратном размере суммы взятки, а не десятикратном размере суммы взятки.

В остальном приговор оставить без изменения, апелляционное представление удовлетворить частично, апелляционные жалобы оставить без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции (г. Кемерово) через суд, постановивший приговор.

Кассационная жалоба, представление подаются в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу приговора, а осужденным, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии такого судебного решения, вступившего в законную силу.

Лицо, подавшее кассационную жалобу (представление) вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции, о чем необходимо указать в кассационной жалобе (представлении).

В случае пропуска срока обжалования или отказа в его восстановлении кассационная жалоба, представление на приговор подаются непосредственно в суд кассационной инстанции.

Председательствующий, судья

Судьи