Дело № 2-158/2025

УИД 54RS0004-01-2024-004906-49

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

«13» мая 2025 года г. Новосибирск

Калининский районный суд г. Новосибирска в составе:

председательствующего судьи Наваловой Н.В.,

при секретаре Василенко И.Е.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием,

установил:

ФИО2 обратился в суд с иском к Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием.

В обоснование заявленных требований ФИО2 указал, что в период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в отношении него осуществлялось уголовное преследование по обвинению в совершении особо тяжкого преступления, предусмотренного п. «б» ч.3 ст. 228.1 УК РФ.

ДД.ММ.ГГГГ следователем СО ОМВД России по городу Ноябрьску лейтенантом полиции ФИО3 вынесено постановление о прекращении уголовного преследования в отношении ФИО2, по основанию, предусмотренному п.1 ч.1 ст. 27 УПК РФ, в связи с чем у него возникло право на реабилитацию, в том числе на возмещение компенсации морального вреда.

Поскольку уголовное преследование связано с обвинением в совершении особо тяжкого преступления, срок наказания в виде лишения свободы за которое составляет до 15 лет, то это повлекло за собой причинение истцу сильных нравственных страданий, выраженных в ощущении гнева, обиды, чувства несправедливости, унижения, беспокойства и других эмоциональных переживаниях, связанных с посягательством на принадлежащие истцу нематериальные блага, в виде свободы и угрозы привлечения истца, как заведомо невиновного к уголовной ответственности.

С учетом указанных обстоятельств истец просит взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в сумме 1 000 000 руб.

Истец ФИО2 в судебном заседании, принимающий участие посредством ВКС на базе ФКУ ИК-8 ГУФСИН России по <адрес>, требования иска поддержал, указав, что копия постановления о прекращении в отношении него уголовного преследования от ДД.ММ.ГГГГ ему не вручалась, о том, что уголовное дело по его обвинению в совершении преступления по п. «б» ч.3 ст. 228.1 УК РФ прекращено, он узнал в мае-июне 2023 года. Дополнительно указал, что несмотря на то, что в этот же период времени в отношении него было возбуждено уголовное дело по обвинению в совершении девяти преступлений, предусмотренных ч.3 ст. 30 п.п. «а», «б» ч.3 ст. 228.1 УК РФ, и в связи с которыми в отношении него была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, страдал и переживал он именно в связи с возбуждением в отношении него уголовного дела по подозрению в совершении преступления, предусмотренного п. «б» ч.3 ст. 228.1 УК РФ. Нравственные переживания, страхи негативно сказались на его здоровье, в связи с чем он обращался за медицинской помощью, находясь в следственном изоляторе.

Представитель ответчика Министерства финансов Российской Федерации в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом, просил о рассмотрении дела в свое отсутствие, представив заявление. (т.2 л.д.8). Ранее в представленных письменных возражениях на иск указал, что требования иска не подлежат удовлетворению ввиду следующего. Так, общий срок уголовного преследования в отношении истца составил 1 месяц 18 дней. Истцом не приложено документов, устанавливающих сроки уголовного преследования и подтверждающих признание за ним права на реабилитацию. Степень морального вреда (физические и нравственные страдания) оцениваются истцом в сумме 1 000 000 руб., что не может расцениваться как соизмеримое с фактическими обстоятельствами дела, следовательно, требуются доказательства для установления правомерности требований. Истцом не представлено доказательств, свидетельствующих о наступлении негативных последствий или перенесенных переживаний из-за уголовного преследования, кроме самого факта незаконного уголовного преследования. (т.1 л.д.125-129).

Представитель третьих лиц УМВД России по <адрес>, ОМВД России по <адрес> ФИО4 в судебном заседании, принимающая участие посредством ВКС, полагала, что требования истца не подлежат удовлетворению, т.к. истцом не представлены доказательства, подтверждающие, что ему на самом деле причинены физические или нравственные страдания в связи с незаконным уголовным преследованием. Так, истец находился в статусе подозреваемого менее двух месяцев, что является непродолжительным периодом, с участием ФИО2 за весь период осуществлено 2 следственных действия (допрос, очная ставка), что также свидетельствует о том, что ФИО2 не понесены какие-либо моральные страдания. В протоколах допроса от ДД.ММ.ГГГГ не содержится каких-либо жалоб на неправомерные действия сотрудников ОМВД России по <адрес> со стороны ФИО2, либо иной информации, что объяснения даются им под оказанием чьего-либо давления, при этом объяснения даны в присутствии защитника. В целом приведённые истцом доводы в обоснование исковых требований являются голословными, и не подтверждают того, что действия государственных органов привели к каким-либо негативным изменениям в жизни истца. (т.1 л.д. 82-84).

Представитель третьего лица Министерства внутренних дел Российской Федерации ФИО5 в судебном заседании полагала, что требования истца не подлежат удовлетворению, полностью поддерживая позиция Министерства финансов Российской Федерации.

Представитель прокуратуры <адрес> ФИО6 в судебном заседании указала, что требования ФИО2 не подлежат удовлетворению, поскольку сам факт уголовного преследования при отсутствии соответствующих доказательств несения нравственных страданий, не является основанием для компенсации морального вреда.

Изучив материалы настоящего дела, выслушав стороны, суд приходит к выводу о частичном удовлетворении заявленных исковых требований.

На основании ст. 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

В силу ч. 1 и п. 1 ч. 2 ст. 133, ч. 2 ст. 136 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда. Право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеет подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 и 6 части первой статьи 24 и пунктами 1 и 4 - 6 части первой статьи 27 УПК РФ. Иски о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства.

Согласно ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина (п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда")

В соответствии с п. 1 ст. 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, возмещается за счет казны Российской Федерации в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

Как видно из положений п. 3 ст. 125 и ст. 1071 Гражданского кодекса Российской Федерации, в случаях и в порядке, предусмотренных федеральными законами, указами Президента Российской Федерации и постановлениями Правительства Российской Федерации, по их специальному поручению от их имени могут выступать государственные органы, органы местного самоуправления, а также юридические лица и граждане. В случаях, когда в соответствии с упомянутым Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

Компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде; в иных случаях, предусмотренных законом. Компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (ст. 1100 и 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" даны разъяснения о том, что обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда. Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред. В случаях, предусмотренных законом, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда (пункт 1 статьи 1070, статья 1079, статьи 1095 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации) (абзацы первый, второй и четвертый пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 33).

Моральный вред, причиненный в связи с незаконным или необоснованным уголовным преследованием, может проявляться, например, в возникновении заболеваний в период незаконного лишения истца свободы, его эмоциональных страданиях в результате нарушений со стороны государственных органов и должностных лиц прав и свобод человека и гражданина, в испытываемом унижении достоинства истца как добросовестного и законопослушного гражданина, ином дискомфортном состоянии, связанном с ограничением прав истца на свободу передвижения, выбор места пребывания, изменением привычного образа жизни, лишением возможности общаться с родственниками и оказывать им помощь, распространением и обсуждением в обществе информации о привлечении лица к уголовной или административной ответственности, потерей работы и затруднениями в трудоустройстве по причине отказов в приеме на работу, сопряженных с фактом возбуждения в отношении истца уголовного дела, ограничением участия истца в общественно-политической жизни (абзац первый пункта 42 ранее названного постановления).

При определении размера компенсации судам в указанных случаях надлежит учитывать в том числе длительность и обстоятельства уголовного преследования, тяжесть инкриминируемого истцу преступления, избранную меру пресечения и причины избрания определенной меры пресечения (например, связанной с лишением свободы), длительность и условия содержания под стражей, однократность и неоднократность такого содержания, вид и продолжительность назначенного уголовного наказания, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, личность истца (в частности, образ жизни и род занятий истца, привлекался ли истец ранее к уголовной ответственности), ухудшение состояния здоровья, нарушение поддерживаемых истцом близких семейных отношений с родственниками и другими членами семьи, лишение его возможности оказания необходимой им заботы и помощи, степень испытанных нравственных страданий (абзац второй пункта 42 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 33).

По смыслу разъяснений, содержащихся в п. п. 14, 20 и 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 17 "О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве", к участию в делах по требованиям реабилитированных о возмещении имущественного вреда в качестве ответчика от имени казны Российской Федерации привлекается Министерство финансов Российской Федерации. Интересы Министерства финансов Российской Федерации в судах представляют по доверенности (с правом передоверия) управления Федерального казначейства по субъектам Российской Федерации. Иски о компенсации морального вреда в денежном выражении в соответствии со ст. 136 УПК РФ предъявляются в порядке гражданского судопроизводства. При определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости. Мотивы принятого решения о компенсации морального вреда должны быть указаны в решении суда.

В Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" также разъяснено, что определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда. Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

Из приведенных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что действующее законодательство исходит из обязанности государства возместить лицу причиненный моральный вред в случае незаконного привлечения этого лица к уголовной ответственности, причем самим фактом незаконного привлечения к уголовной ответственности презюмируется причинение морального вреда. Определение размера компенсации морального вреда в каждом деле носит индивидуальный характер и зависит от совокупности конкретных обстоятельств дела, подлежащих исследованию и оценке судом.

Компенсация морального вреда подлежит взысканию в пользу реабилитированного гражданина за счет казны Российской Федерации и независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда. Реабилитированный гражданин (истец по делу о компенсации морального вреда в связи с незаконным уголовным преследованием) должен доказать характер и степень нравственных и (или) физических страданий, причиненных ему в результате незаконного уголовного преследования, то есть само по себе незаконное уголовное преследование не может служить безусловным основанием для взыскания в пользу реабилитированного лица заявленной им суммы компенсации морального вреда.

Поскольку закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы определения размера компенсации морального вреда, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда в связи с незаконным уголовным преследованием необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда и конкретные обстоятельства, связанные с незаконным уголовным преследованием гражданина, соотнести их с тяжестью причиненных гражданину физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности, справедливости и соразмерности компенсации последствиям нарушения прав.

Следовательно, исходя из цели присуждения компенсации морального вреда реабилитированному гражданину размер этой компенсации должен быть индивидуализирован, то есть определен судом применительно к личности реабилитированного гражданина, к понесенным именно им нравственным и (или) физическим страданиям в результате незаконного уголовного преследования с учетом длительности и обстоятельств уголовного преследования, тяжести инкриминируемого ему преступления, избранной в отношении его меры процессуального принуждения, причины избрания такой меры и иных обстоятельств, сопряженных с фактом возбуждения в отношении гражданина уголовного дела.

Вместе с тем размер компенсации морального вреда должен быть адекватным обстоятельствам причинения морального вреда лицу, подвергнутому незаконному уголовному преследованию, и должен обеспечить баланс частных и публичных интересов, с тем чтобы выплата компенсации морального вреда одним категориям граждан не нарушала бы права других категорий граждан, поскольку казна Российской Федерации формируется в соответствии с законодательством за счет налогов, сборов и платежей, взимаемых с граждан и юридических лиц, которые распределяются и направляются как на возмещение вреда, причиненного государственными органами, так и на осуществление социальных и других значимых для общества программ, для оказания социальной поддержки гражданам, на реализацию прав льготных категорий граждан. (Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №-КГ24-51-К1).

Как установлено судом, в производстве отдела дознания ОМВД России по <адрес> находилось уголовное дело №, возбужденное по ч.1 ст. 228 УК РФ по факту незаконного приобретения наркотических средств в ходе расследования которого установлено, что в период времени предшествовавший 21 часам 30 минут ДД.ММ.ГГГГ, неустановленное лицо, находясь в первом подъезде <адрес>, путем закладки, осуществило сбыт ФИО7 наркотического средства в значительном размере. (т.1 л.д.48 оборот).

Постановлением ОД ОМВД России по <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ материалы по вышеуказанному факту из уголовного дела № выделены в отдельное производство. (т.1 л.д.49).

Постановлением следователя СО ОМВД России по <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ по признакам состава преступления, предусмотренного п. «б» ч.3 ст. 228.1 УК РФ возбуждено уголовное дело № в отношении неустановленного лица (т.1 л.д.49 оборот).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 был допрошен в качестве свидетеля по уголовному делу №, где изложил обстоятельства передачи своей супруге пакетика с наркотическим средством, указав, что в содеянном раскаялся (т.1 л.д. 50-51).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 допрошен следователем СО ОМВД России по <адрес> в статусе подозреваемого в присутствии защитника Кузнецовой Ю.Н., который полностью подтвердил ранее данные им показания, признав вину в сбыте наркотических средств своей супруге. Продолжительность допроса составила 30 минут. (т.1 л.д. 51 оборот-53).

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2 и ФИО7 проведена очная ставка, в ходе которой ФИО2 отказался от ранее даваемых им показаний в качестве свидетеля и подозреваемого. Продолжительность следственного действия составила 42 мин.) (т.1 л.д.53 оборот-54).

ДД.ММ.ГГГГ постановлением следователя СО ОМВД России по <адрес> уголовное преследование в отношении подозреваемого ФИО2 прекращено по основанию, предусмотренному п.1 ч.1 ст. 27 УПК РФ, за непричастностью к совершению преступления.

За все время предварительного расследования по уголовному делу № в отношении ФИО2 мера пресечения либо мера процессуального принуждения не избирались.

При этом, в период с ДД.ММ.ГГГГ до дня вступления приговора Ноябрьского городского суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ (дата вступления приговора в законную силу ДД.ММ.ГГГГ) ФИО2 находился под стражей в связи с обвинением в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст. 30-п.п. «а», «б» ст. 228.1 УК РФ. На основании указанного приговора суда ФИО2 признан виновным в совершении девяти преступлений, предусмотренных ч.3 ст. 30 – п. «а.б» ч.3 ст. 228.1 УК РФ, с применением ч.2 ст.69 УК РФ, ч.1 ст. 70 УК РФ, ФИО2 окончательно назначено наказание в виде лишения свободы на срок 7 лет с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением механическими транспортными средствами, сроком на 1 год 5 месяцев 13 дней, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима. (т.1 л.д. 71-79).

Таким образом, в период незаконного уголовного преследования ФИО2 находился под стражей в связи с обвинением в совершении иного преступления. (т.1 л.д.103 оборот-105).

Положения ч. 1 ст. 134 УПК РФ предусматривают, что суд в приговоре, определении, постановлении, а следователь, дознаватель в постановлении признают за оправданным либо лицом, в отношении которого прекращено уголовное преследование, право на реабилитацию.

Поскольку право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеет подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основанию, предусмотренным пунктом 1 части 1 статьи 27 УПК РФ, истец ФИО2 обоснованно обратился в суд с иском о компенсации морального вреда в связи с незаконным уголовным преследованием.

Вместе с тем, доводы истца о том, что в результате незаконного уголовного преследования он испытывал нравственные страдания, выразившиеся в нарушении его личных неимущественных прав, а именно, свободы и угрозы привлечения к ответственности как заведомо невиновного, проявления чувства гнева, обиды, чувства несправедливости, унижения, беспокойства, объективного подтверждения в ходе судебного разбирательства не нашли.

Довод ФИО2, высказанный в ходе судебного заседания, о возникших у него проблемах со здоровьем ввиду незаконного уголовного преследования является голословным, поскольку допустимых доказательств, бесспорно свидетельствующих о том, что ухудшение состояния его здоровья непосредственно было связано с возбуждением в отношении него уголовного дела и его расследования, в последующем прекращенного, материалы дела не содержат, суду не представлено.

В ходе рассмотрения дела причинно-следственной связи между ухудшением здоровья ФИО2 в период содержания под стражей, в том числе и в период незаконного уголовного преследования (ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ), на что ссылался обвиняемый ФИО2 в ходе рассмотрения ходатайства следователя о продлении срока содержания под стражей (т.1 л.д. 68-70), не установлено.

Факт обращения истца за психологической помощью при отбывании наказания в ФКУ ИК-8 ГУФСИН России по <адрес> не свидетельствует и не подтверждает факт перенесенных страданий и переживаний истца именно по причине незаконного уголовного преследования. Большая часть обращений носит профилактический характер при отбывании осужденным наказания в колонии. (т.1 л.д.209).

То обстоятельство, что истец именно таким образом воспринимал происходящие события, является его особенностью характера и само по себе не может свидетельствовать о необходимости взыскания в его пользу компенсации морального вреда в таком значительном размере, в котором он ее оценивает.

Учитывая изложенное, суд считает, что ФИО2 имеет право на компенсацию морального вреда только в связи с самим фактом необоснованного уголовного преследования.

При определении размера подлежащего возмещению морального вреда, суд учитывает обстоятельства уголовного преследования в отношении ФИО2, основание его прекращения, категорию преступления, в котором он подозревался, конкретные обстоятельства данного уголовного дела, длительность уголовного преследования, которая составляет 1 месяц 18 дней, личность истца, степень нравственных страданий, причиненных ему незаконным уголовным преследованием, а также отсутствие факта применения в отношении него какой-либо мер пресечения либо меры процессуального принуждения.

Допрос органами предварительного расследования ФИО2 в качестве подозреваемого и проведение с ним следственного действия – очная ставка, занимавших непродолжительное время, в соответствии с положениями УПК РФ, сами по себе право истца на свободу передвижения не ограничивали, однако ФИО2 в указанный период времени была избрана мера пресечения в виде содержания под стражей по обвинению в совершении иного преступления, в связи с чем указанные процессуальные действия следователя существенного влияния на изменение привычного образа жизни истца оказать не могли.

Данные обстоятельства существенно снижают степень причиненных истцу нравственных страданий, в связи с чем, заявленный истцом размер компенсации морального вреда в размере 1 000 000 рублей не является в полной мере обоснованным и справедливым, и подлежит снижению, с учетом требования разумности, справедливости и соразмерности компенсации последствиям нарушения прав, до 3 000 рублей.

Таким образом, исходя из обстоятельств дела, данных о личности истца, суд считает иск подлежащим частичному удовлетворению и взыскивает компенсацию морального вреда в пользу истца в размере 3 000 рублей.

В остальной части сумма компенсации морального вреда, заявленная истцом, признается судом завышенной, доказательств перенесенных ФИО2 значительных нравственных страданий, причиненных ему в результате незаконного уголовного преследования, которые бы обосновывали размер заявленных требований о компенсации морального вреда в сумме 1 000 000 руб., как отмечено ранее, не представлено.

Отсутствие доказательств о своевременном вручении следователем ФИО2 постановления о прекращении уголовного преследования от ДД.ММ.ГГГГ не свидетельствует о том, что истцу не было известно о прекращении в отношении него уголовного преследования по п. «б» ч.3 ст. 228.1 УК РФ, поскольку ДД.ММ.ГГГГ ФИО2, как обвиняемый, был ознакомлен с материалами уголовного дела в порядке ст. 217 УПК РФ, в котором в том числе содержится постановление от ДД.ММ.ГГГГ.(т.1 л.д.199).

Данное постановление, в том числе представлено по запросу суда Ноябрьским городским судом <адрес> из материалов уголовного дела № (№) (т.1 л.д.195).

При рассмотрении дела сторонами не заявлено требований о распределении судебных расходов.

Учитывая вышеизложенное, руководствуясь ст. ст. 193 - 199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с Министерства финансов Российской Федерации (ОГРН <***>) за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО1 (паспорт №) компенсацию морального вреда в сумме 3 000 руб.

В удовлетворении остальной части требований ФИО1 – отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Новосибирский областной суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме с подачей жалобы через Калининский районный суд г. Новосибирска.

Мотивированное решение изготовлено 30.05.2025.

Судья подпись Н.В. Навалова

Подлинник решения находится в материалах гражданского дела №2-158/2025 Калининского районного суда г. Новосибирска. УИД 54RS0004-01-2024-004906-49

Решение суда «____»_________2025 года не вступило в законную силу.

Судья Н.В. Навалова

Помощник судьи Ш.Н. Черикчиева