11RS0020-01-2025-000021-09
2-127/2025
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
с.Айкино
18 февраля 2025 г.
Усть-Вымский районный суд Республики Коми в составе председательствующего судьи Ермакова А.Е., при секретаре Злобине Р.Е., с участием прокурора Ефремовой Г.В., с участием истца ФИО1, представителя истцов Ф., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, ФИО2 к Обществу с ограниченной ответственностью "Строительство объектов топливно-энергетического комплекса" о взыскании компенсации морального вреда,
установил:
ФИО1, ФИО2 обратились в суд с иском к ООО "СтройТЭК" о взыскании компенсации морального вреда в размере 1000000 руб. в пользу каждой.
В обоснование иска указали, что 30.09.2019 по вине работника ответчика произошло дорожно-транспортное происшествие, в результате которого погиб их брат, из-за чего они понесли невосполнимую потерю близкого и любимого человека, который всегда был рядом.
Судом к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, на стороне ответчика привлечен ФИО3
Возражая против удовлетворения иска, ответчик в письменном отзыве просил применить последствия пропуска срока исковой давности, при этом указал, что наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда, в случае удовлетворения иска просил снизить размер компенсации до 10000 руб., ссылаясь на тяжелое финансовое положение общества.
В судебном заседании истец ФИО1, участвующая посредством ВКС, пояснила, что брат переехал в другой город и проживал отдельно более 20 лет, при этом они продолжали поддерживать близкие, семейные отношения, несколько раз приезжали друг другу в гости, встречалась с братом на перроне, когда он был проездом на вахту, созванивались, брат периодически оказывал ей материальную помощь. Она материально помогала в подготовке похорон, длительное время не обращалась в суд с иском, так как не знала о наличии такого права.
Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля мать погибшего Д показала, что погибший проживал отдельно с конца 90-х годов, при этом дети продолжали поддерживать семейные отношения, общались по телефону, приезжали друг другу в гости. Наличие у ФИО4 и ФИО2 разных отцов, на отношения не влияло, между детьми были одинаково близкие отношения. По уголовному делу она была признана потерпевшей, в ее пользу была взыскана компенсация морального вреда 1500000 руб., о том, что дочери имеют также право на выплату компенсации морального вреда, не знали.
Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля супруга погибшего Д показала, что погибший поддерживал теплые родственные отношения с сестрами, поддерживал их материально, не реже одного раза в месяц общался с ними по телефону, а также в социальных сетях. В период с 2005 года они пять раз ездили в гости к ФИО2 в <Адрес>, погибший по дороге на вахту, заезжал к матери и сестре в <Адрес>, сестры несколько раз приезжали с семьями к ним в гости.
Представитель истцов в заседании суда предъявленные требования поддержал.
Истец ФИО2, ответчик и третье лицо в судебное заседание не явились, извещены надлежаще, об отложении рассмотрения дела не просили, на основании ст.167 ГПК РФ суд определил рассмотреть дело в их отсутствие.
Заслушав участников, исследовав материалы дела, выслушав заключение прокурора, полагавшего иск обоснованным, суд приходит к следующему.
В соответствии с абз.2 ст.208 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) исковая давность не распространяется на требования о защите личных неимущественных прав и других нематериальных благ, в том числе на требования о компенсации морального вреда (п.11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 №33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда").
Поскольку истцами заявлены требования о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате гибели брата, постольку доводы ответчика о пропуске срока исковой давности, являются несостоятельными.
Установлено, что 30.09.2019 на 2-м км автодороги "Айкино-Кослан" водитель ФИО3, управляя автомобилем "марка" г.р.з. <Номер>, в нарушение п.22.8, п.2.1.2, п.10.1, п.10.3, п.1.4, п.9.1, п.1.3, п.1.5 ПДД РФ, не выбрал безопасную скорость движения, и при возникновении опасности для движения, в виде припаркованного на правой обочине и частично на проезжей части, предназначенной для движения в сторону <Адрес>, автомобиля "марка" г.р.з. <Номер>, с выключенными световыми приборами, не принял необходимых и действенных мер к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства, в результате чего по неосторожности совершил на него наезд, после которого, не справившись с управлением, выехал на полосу, предназначенную для встречного движения, где по неосторожности совершил столкновение с движущимся во встречном направлении автомобилем "марка" г.р.з. <Номер>.
В результате столкновения автомобилей пассажиру автомобиля "марка" г.р.з. <Номер> Д1 был причинен тяжкий вред здоровью и от полученной сочетанной травмы тела, он скончался 06.10.2019.
Обстоятельства дорожно-транспортного происшествия установлены вступившим в законную силу приговором Усть-Вымского районного суда от 09.02.2021 по делу <Номер> в отношении ФИО3, признанного виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.5 ст.264 УК РФ и согласно ч.4 ст.61 ГПК РФ не требуют доказывания.
В соответствии с п.1 ст.1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.
Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).
Как отмечается в п.19 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 №1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни, здоровью гражданина" согласно ст.1068 и ст.1079 ГК РФ не признается владельцем источника повышенной опасности лицо, управляющее им в силу исполнения своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании трудового договора (служебного контракта) или гражданско-правового договора с собственником или иным владельцем источника повышенной опасности.
На лицо, исполнявшее свои трудовые обязанности на основании трудового договора (служебного контракта) и причинившее вред жизни или здоровью в связи с использованием транспортного средства, принадлежавшего работодателю, ответственность за причинение вреда может быть возложена лишь при условии, если будет доказано, что оно завладело транспортным средством противоправно (п.2 ст.1079 ГК РФ).
Из материалов дела следует, что на момент ДТП ФИО3 состоял в трудовых отношениях с ООО "ГазЭнергоСервис-Север" в должности водителя автомобиля.
На основании приказа от 06.09.2019 <Номер> ФИО3 был направлен в командировку на транспортный участок в <Адрес> на период с 16.09.2019 по 30.09.2019.
Согласно путевому листу от 16.09.2019 <Номер> ФИО3 на момент ДТП 30.09.2019 по заданию ООО "ГазЭнергоСервис-Север" управлял автомобилем "марка" г.р.з. <Номер>.
Таким образом, именно ООО "ГазЭнергоСервис-Север" по смыслу п.1 ст.1079 ГК РФ в момент ДТП являлось владельцем источника повышенной опасности.
В соответствии с договором от 22.07.2019, заключенным между ООО "ГазЭнергоСервис-Север" и ООО "СтройТЭК", стороны договорились осуществить реорганизацию путем присоединения первого к последнему.
25.12.2019 ООО "ГазЭнергоСервис-Север" прекратило свою деятельность путем реорганизации в форме присоединения. Правопреемником ООО "ГазЭнергоСервис-Север" является ООО "СтройТЭК", о чем внесена соответствующая запись в ЕГРЮЛ.
Согласно п.2 ст.58 ГК РФ и п.4 ст.53 Федерального закона от 08.02.1998 №14?ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" при присоединении юридического лица к другому юридическому лицу, к последнему переходят права и обязанности присоединенного юридического лица.
Следовательно, на сегодняшний день ООО "СтройТЭК" является надлежащим ответчиком по требованию о возмещении вреда, причиненного в результате взаимодействия источников повышенной опасности.
Указанные выводы также подтверждаются вступившими в законную силу решениями Усть-Вымского районного суда от 22.03.2021 по делу <Номер> и от 29.03.2021 по делу <Номер>, согласно которым с ООО "СтройТЭК" в пользу Д (мать Д1), и в пользу Д (супруга Д1 взыскано по 1500000 руб. в счет компенсации морального вреда.
Согласно абз.2 п.3 ст.1079 ГК РФ вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (ст.1064 ГК РФ), то есть лицом, причинившим вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. В случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда (абз.2 ст.1100 ГК РФ)
В силу положений п.1 ст.1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными гл.59 (ст.1064 -1101 ГК РФ) и ст.151 ГК РФ.
В соответствии с п.2 ст.1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
Под нравственными страданиями исходя из разъяснений, содержащихся в п.14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 №33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" следует понимать страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).
При рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела (абзацы 3 и 4 п.32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 №1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни, здоровью гражданина").
Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий должна оцениваться с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни (п.27 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 №33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда").
Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего. Моральный вред, причиненный лицу, не достигшему возраста восемнадцати лет, подлежит компенсации по тем же основаниям и на тех же условиях, что и вред, причиненный лицу, достигшему возраста восемнадцати лет (п.28 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 №33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда").
В числе иных заслуживающих внимания обстоятельств могут быть учтены тяжелое имущественное положение ответчика-гражданина, подтвержденное представленными в материалы дела доказательствами, однако тяжелое имущественное положение ответчика не может служить основанием для отказа во взыскании компенсации морального вреда (п.29 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 №33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда").
При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (п.2 ст.1101 ГК РФ). В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (ст.151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту. Вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем, исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении (п.30 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 №33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда").
Из материалов дела следует, что Д1 и ФИО1 являются полнородными родственниками (брат с сестрой), ФИО2 является неполнородной сестрой (имеют общую мать с Д1.), при этом из показаний Д следует, что наличие у Д1. и ФИО2 разных отцов, на семейные отношения не влияло, между всеми детьми были одинаково близкие отношения.
Из пояснений истца ФИО1 и показаний свидетеля Д., а также материалов дела следует, что между Д1 и истцами близкие отношения, характеризующиеся систематическим общением, общими интересами, а также глубоким духовным и эмоциональным родством, отсутствовали, так как сестры проживали своими семьями в других городах более 20 лет, за это время Д1. пять раз ездил с семьей в гости к ФИО2, по дороге на вахту, заезжал к матери и сестре в <Адрес>, сестры несколько раз приезжали с семьями к нему в гости.
Данных о том, что смерь брата вызвала у истцов глубокое потрясение, либо состояние тяжелого эмоционального расстройства, препятствующего социальному функционированию, которое они глубоко и длительное время переживали, пояснения участников и показания свидетелей не содержат.
Вместе с тем, в результате смерти Д1 были нарушены принадлежащие истцам нематериальные блага, такие как здоровье (ввиду нарушения психического благополучия в связи с переживаниями по поводу смерти брата), а также необратимо разрушены семейные связи, основа которых была заложена в раннем детстве, что, безусловно, свидетельствует о наличии оснований для взыскания компенсации морального вреда.
Действия ответчика являлись неумышленными, носили единичный характер, мер, направленных на снижение тяжести вреда, со стороны ответчика не предпринималось.
Согласно отчетам о финансовых результатах, выручка ООО "СтройТЭК" за 2022 год составил (СУММА) тыс. руб., за 2023 год – (СУММА) тыс. руб.
С учетом указанных выше фактических обстоятельств дела иск подлежит удовлетворению, при этом суд определяет размер компенсации морального вреда в сумме 300000 руб. в пользу каждого из истцов, данная сумма в полной мере компенсирует перенесенные ФИО1 и ФИО2 нравственные страдания, соразмерна последствиям допущенного ответчиком нарушения, и отвечает требованиям разумности и справедливости.
В свою очередь предъявленный истцами к взысканию размер компенсации морального вреда в сумме 1000000 руб. не соразмерно превышает степень их нравственных страданий, а также может поставить ответчика в чрезмерно тяжелое имущественное положение.
В соответствии со ст.103 ГПК РФ суд взыскивает с ответчика государственную пошлину доход бюджета в сумме 6 000 руб.
Руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ, суд
решил:
Иск ФИО1, ФИО2 – удовлетворить.
Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью "Строительство объектов топливно-энергетического комплекса" (ИНН <Номер>) в пользу ФИО1 (паспорт <Номер>) компенсацию морального вреда в размере 300000 (Триста тысяч) руб. 00 коп.
Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью "Строительство объектов топливно-энергетического комплекса" (ИНН <Номер>) в пользу ФИО2 (паспорт <Номер>) компенсацию морального вреда в размере 300000 (Триста тысяч) руб. 00 коп.
Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью "Строительство объектов топливно-энергетического комплекса" (ИНН <Номер>) в доход бюджета муниципального образования муниципальный район "Усть-Вымский" государственную пошлину в размере 6 000 (Шесть тысяч) руб. 00 коп.
На решение может быть подана апелляционная жалоба в Верховный суд Республики Коми через Усть-Вымский районный суд Республики Коми в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.
Председательствующий
подпись