Дело № 2-3006/2025 (УИД 22RS0013-01-2025-003359-82)

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

20 августа 2025 года Бийский городской суд Алтайского края в составе:

председательствующего: Т.Ю. Балаба,

при секретаре: М.С. Тайдаковой,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к МУП г. Бийска «Бийскгортранс» о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с указанным иском, просила взыскать с ответчика МУП г. Бийска «Бийскгортранс» компенсацию морального вреда в сумме 1 500 000 руб.

В обоснование исковых требований истец ФИО1 указала на то, что 04.12.2024 судом рассмотрено уголовное дело № 1-1090/2024, постановлен приговор по ч. 3 ст. 264 Уголовного кодекса РФ в отношении ФИО2, который является работником ответчика МУП г. Бийска «Бийскгортранс».

Происшествие произошло при исполнении трудовых обязанностей работником ответчика при следующих обстоятельствах:

02.09.2024 водитель ФИО2 на территории г. Бийска Алтайского края управлял пассажирским трамваем КТМ 71-605, бортовой №, двигался по трамвайным путям, расположенным по <адрес> в направлении движения от ул. ФИО6 к ул. Кутузова, где около здания № <адрес> совершил наезд на пешехода ФИО3

В результате дорожно-транспортного происшествия (далее – ДТП) пешеход ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, скончался на месте из-за полученных травм.

Истец ФИО1 приходится дочерью потерпевшему ФИО3

Полученные ФИО3 телесные повреждения в результате ДТП относятся к тяжким вследствие наличия угрозы жизни, подробно описаны в результатах СМЭ, данные телесные повреждения стоят в прямой причинно-следственной связи со смертью указанного лица. Смерть ФИО3 наступила от травматического отчленения головы, этиловый спирт в крови ФИО3 не был обнаружен.

При разрешении вопросов при рассмотрении настоящего дела необходимо обратиться к видеозаписи регистратора момента рассматриваемого ДТП, а именно - водитель ФИО2 за дорожной обстановкой не следил, о чем свидетельствует отсутствие подачи звукового сигнала вообще (согласно ПДД - с момента обнаружения опасности, то есть в данном случае водитель заблаговременно опасность не обнаружил в отсутствие объективных уважительных причин), водитель обнаружил пешехода только в момент столкновения с ним трамвая, после чего и началось торможение трамвая, сопровождающееся характерным кивком трамвая вперед и звуком тормозов, до столкновения трамвая с пешеходом признаков обнаружения водителем пешехода не имелось.

Дорога трамвайных путей в месте ДТП расположена вдоль массива деревьев, прямая, видимость хорошая, и объективных препятствий, затрудняющих видимость трамвайных путей водителем трамвая, не имелось.

В основе причин ДТП, полагает истец, усматривается грубая неосторожность водителя трамвая, допустившего столкновение с пешеходом только по зависящим от водителя трамвая обстоятельствам, поскольку обзор пешехода не был ничем закрыт и аварийную обстановку создал сам водитель трамвая.

При иных обстоятельствах водитель трамвая мог предотвратить данное ДТП, если бы следил за дорожной обстановкой.

С момента обнаружения опасности водитель предпринял экстренное торможение согласно ПДД, которое не помогло в данном случае, поскольку по времени совпало со столкновением с пешеходом и само торможение началось и продолжалось уже после момента падения пешехода под трамвай от столкновения.

Водитель трамвая, управляя им, не убедился в безопасном движении трамвая, не смотрел на проезжую часть (трамвайные пути) и не видел, двигаются или нет пешеходы, имеются ли препятствия для движения, а при должной осмотрительности водителя данного ДТП возможно было бы избежать, поскольку водитель дорожную обстановку не контролировал, не смотрел и не убедился в безопасности, то есть действовал в данной дорожной ситуации крайне неосторожно.

Водителем ФИО2 был причинен вред пешеходу в результате управления им источником повышенной опасности. При движении на приведенном участке дороги водитель трамвая отвлекся на телефон, предположительно, переписывался с супругой, которая вела встречный трамвай на данном участке дороги.

Видеозапись ДТП длится 46 секунд, пешеход стал виден с четвертой секунды записи, на 26-й секунде записи произошло столкновение с пешеходом. До ДТП с пешеходом у водителя имелось 22 секунды, и за это время не был подан звуковой сигнал, не было применено экстренное торможение, и только после того, как трамвай ударил пешехода и пешеход залетел от удара под трамвай, водитель применил торможение. После остановки тело погибшего пешехода лежало на трамвайных путях в нескольких метрах позади вагона трамвая, то есть водитель за 22 секунды, учитывая длину вагона трамвая, имел возможность избежать ДТП с пешеходом, подать сигнал и затормозить, но не сделал этого. Анализ данной видеозаписи говорит о преступной грубой неосторожности водителя, повлекшей смерть пешехода.

ФИО2 на момент ДТП являлся работником (водителем трамвая) МУП г. Бийска «Бийскгортранс» на основании трудового договора № от 05.06.2019, приказа о приеме на работу № от 05.06.2019.

В судебном заседании представитель истца ФИО1 ФИО4 исковые требования поддержала, просила удовлетворить их в полном объеме, по изложенным в иске основаниям.

Представитель ответчика МУП г. Бийска «Бийскгортранс» ФИО5 в судебном заседании исковые требования не признала, не оспаривала обстоятельств, изложенных в иске, считала завышенной заявленную сумму компенсации морального вреда, просила учесть грубую неосторожность потерпевшего при определении размера компенсации морального вреда.

Истец ФИО1, представители третьих лиц Администрации г. Бийска, МКУ «Управление муниципальным имуществом Администрации города Бийска», третье лицо ФИО2 в судебное заседание не явились, о месте и времени судебного разбирательства были извещены надлежаще, каких-либо ходатайств не заявляли, при таких обстоятельствах суд находит возможным рассмотрение дела в отсутствие указанных лиц.

Выслушав пояснения представителя истца ФИО1 ФИО4, представителя ответчика МУП г. Бийска «Бийскгортранс» ФИО5, заключение участвующего в деле прокурора Сухомесова М.В., изучив материалы дела, материалы дела № 2-1179/2025, суд приходит к следующим выводам:

На основании ч. 4 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса РФ вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Установлено, что вступившим в законную силу приговором Бийского городского суда Алтайского края от 04.12.2024 по уголовному делу № 1-1090/2024 ФИО2 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 головного кодекса РФ, ему назначено наказание в виде лишения свободы сроком 2 года с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 года; в соответствии с частями 1-4 ст. 73 Уголовного кодекса РФ наказание в виде лишения свободы назначено условно с испытательным сроком 2 года, на осужденного возложены обязанности: не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденного; являться для регистрации в указанный специализированный государственный орган один раз в месяц в установленный данным органом день.

Указанным приговором суда установлено, что 02.09.2024 в период времени с 16 часов 30 минут до 17 часов 11 минут водитель ФИО2, управляя трамваем - четырехосным трамвайным вагоном «71-605», бортовой номер «194», двигался по трамвайным путям по ул. Э. Гейдека г. Бийска Алтайского края в направлении от ул. имени Героя Советского Союза ФИО6 к ул. М. Кутузова со скоростью около 24-25 км/ч и в пути следования проявил преступную небрежность, не предвидя возможность наступления общественно-опасных последствий своих действий, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия, действуя в нарушение требований пункта 1.5 абзац 1 Правил дорожного движения РФ (далее – ПДД РФ), утвержденных постановлением Совета Министров Правительства РФ от 23.10.1993 № 1090, предписывающего, что участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда, в указанное время, имея возможность заблаговременно обнаружить движущегося по трамвайным путям по ул. Э. Гейдека в попутном направлении с трамваем пешехода ФИО3, при возникновении ситуации «опасность для движения», предусмотренной понятием п. 1.2 ПДД РФ, согласно которому продолжение движения в том же направлении и с той же скоростью создает угрозу возникновения ДТП, а также в нарушение требований п. 10.1 абзац 2 ПДД РФ, согласно которому при возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства, продолжил движение в указанном направлении, мер к снижению скорости и остановке управляемого им трамвая не принял, в результате чего совершил наезд на пешехода.

В результате ДТП пешеходу ФИО3 причинены телесные повреждения, повлекшие наступление смерти, в том числе травматическое отчленение головы от туловища, которые причинили тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни (подпункт 6.1.4 Медицинских критериев определения степени тяжести причиненного вреда здоровью человека, приложения к приказу Минздравсоцразвития № 194н от 24.04.2008) и стоят в прямой причинной связи со смертью. Смерть ФИО3 наступила от травматического отчленения головы.

Причиной ДТП послужило нарушение водителем трамвая ФИО2 требований вышеуказанных пунктов ПДД РФ, которое состоит в прямой причинной связи с наступившими последствиями в виде смерти ФИО3

При этом установлено, что у водителя ФИО2 не имелось препятствий для соблюдения требований ПДД РФ, поскольку на момент ДТП погодные условия были благоприятными, видимость неограниченной, освещение достаточным, трамвайные пути, как и сам трамвай, повреждений не имели.

Согласно видеозаписи регистратора, установленного в трамвае, от 02.09.2024 и протокола ее выемки и осмотра от 03.09.2024, явившихся одними из доказательств по уголовному делу, на ней зафиксирован наезд на пешехода ФИО3, движущегося по трамвайным путям попутного направления, а также факт того, что скорость трамвая до наезда не снижается и начинает снижаться только после наезда на пешехода, что отражено в приговоре суда.

ФИО2 был принят на работу в отдел эксплуатации МУП г. Бийска «Бийскгортранс» на должность водителя трамвая (смена 3) переводом из МУП г. Бийска «Трамвайное управление» в соответствии с приказом № от 05.06.2019 и трудовым договором №. На момент ДТП ФИО2 находился при исполнении своих должностных обязанностей, что сторонами по делу не оспаривалось.

С учетом данных норм, вина ФИО2, управлявшего трамваем, в совершении ДТП и причинении вреда жизни и здоровью ФИО3 установлена на момент рассмотрения настоящего дела в предусмотренном законом порядке.

Как указано в п. 1 ст. 1068 Гражданского кодекса РФ, юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Применительно к правилам, предусмотренным настоящей главой, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ (п. 2 ст. 1068 Гражданского кодекса РФ).

В п. 19 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина» разъяснено, что под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности).

Согласно статьям 1068 и 1079 Гражданского кодекса РФ не признается владельцем источника повышенной опасности лицо, управляющее им в силу исполнения своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании трудового договора (служебного контракта) или гражданско-правового договора с собственником или иным владельцем источника повышенной опасности.

На лицо, исполнявшее свои трудовые обязанности на основании трудового договора (служебного контракта) и причинившее вред жизни или здоровью в связи с использованием транспортного средства, принадлежавшего работодателю, ответственность за причинение вреда может быть возложена лишь при условии, если будет доказано, что оно завладело транспортным средством противоправно (п. 2 ст. 1079 Гражданского кодекса РФ).

В данном случае отсутствуют доказательства, свидетельствующие о том, что ФИО2 противоправно завладел трамваем, управляя которым, он исполнял свои трудовые обязанности водителя в МУП г. Бийска «Бийскгортранс».

При таких обстоятельствах МУП г. Бийска «Бийскгортранс» является надлежащим ответчиком по настоящему делу - владельцем источника повышенной опасности, отвечающим за вред, причиненный его работником, который имеет право регрессного требования к ФИО2, являющемуся причинителем вреда.

Каких-либо оснований, освобождающих ответчика МУП г. Бийска «Бийскгортранс» от ответственности по возмещению морального вреда, установленных ст. 1079 Гражданского кодекса РФ, в частности, причинения вреда в результате воздействия непреодолимой силы или умысла потерпевшего на причинение вреда, в ходе судебного разбирательства не установлено.

Истец ФИО1 является дочерью погибшего ФИО3

В силу пунктов 1, 2 ст. 1064 Гражданского кодекса РФ, определяющей общие основания ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Пунктом 1 ст. 1079 Гражданского кодекса РФ предусмотрено, что юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 данного кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

В соответствии с абзацем первым п. 2 ст. 1083 Гражданского кодекса РФ, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.

Согласно правовой позиции в определении Конституционного Суда РФ от 21.02.2008 № 120-О-О использование в ст. 1083 Гражданского кодекса РФ такого оценочного понятия, как «грубая неосторожность», в качестве требования, которым должен руководствоваться суд при определении размера возмещения потерпевшему, не свидетельствует о неопределенности содержания данной нормы, поскольку разнообразие обстоятельств, допускающих возможность уменьшения размера возмещения или отказа в возмещении, делает невозможным установление их исчерпывающего перечня в законе, а использование федеральным законодателем в данном случае такой оценочной характеристики преследует цель эффективного применения нормы к неограниченному числу конкретных правовых ситуаций.

Вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.) (абзац третий п. 17 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина»).

Статья 1083 Гражданского кодекса РФ, предусматривающая учет вины потерпевшего и имущественного положения лица, причинившего вред, как основания для возможного уменьшения размера причиненного вреда, носит общий характер в отношении положений о возмещении вреда (параграф 1 гл. 59 Гражданского кодекса РФ) и позволяет учесть указанные обстоятельства при определении размера подлежащего возмещению вреда как меры ответственности в отношении его причинителя.

Более того, как следует из приговора по уголовному делу, суд усмотрел «грубую неосторожность потерпевшего, который в нарушение требований ПДД РФ и без необходимости передвигался по трамвайным путям», что было учтено судом в качестве одного из обстоятельств, смягчающих наказание подсудимому (стр. 6 приговора Бийского городского суда Алтайского края от 04.12.2024).

В данном случае, как следует из фактических обстоятельств произошедшего, пешеход ФИО3 в момент ДТП шел по трамвайным путям попутного направления, где на него и произошел наезд трамваем ответчика под управлением ФИО2

Между тем, разделом 4 ПДД РФ предусмотрены обязанности пешеходов, которые те должны соблюдать для обеспечения безопасности своего движения по дорогам.

В соответствии с п. 4.1 ПДД РФ пешеходы должны двигаться по тротуарам, пешеходным дорожкам, велопешеходным дорожкам, а при их отсутствии - по обочинам. При отсутствии тротуаров, пешеходных дорожек, велопешеходных дорожек или обочин, а также в случае невозможности двигаться по ним пешеходы могут двигаться по велосипедной дорожке или идти в один ряд по краю проезжей части (на дорогах с разделительной полосой - по внешнему краю проезжей части). В этом случае при движении по велосипедным дорожкам, а также при пересечении таких дорожек пешеходы должны уступать дорогу велосипедистам и лицам, использующим для передвижения средства индивидуальной мобильности. При движении по краю проезжей части пешеходы должны идти навстречу движению транспортных средств.

На пешеходных переходах пешеходы могут выходить на проезжую часть (трамвайные пути) после того, как оценят расстояние до приближающихся транспортных средств, их скорость и убедятся, что переход будет для них безопасен. При переходе дороги вне пешеходного перехода пешеходы, кроме того, не должны создавать помех для движения транспортных средств и выходить из-за стоящего транспортного средства или иного препятствия, ограничивающего обзорность, не убедившись в отсутствии приближающихся транспортных средств (п. 4.5 ПДД РФ).

Выйдя на проезжую часть (трамвайные пути), пешеходы не должны задерживаться или останавливаться, если это не связано с обеспечением безопасности движения. Пешеходы, не успевшие закончить переход, должны остановиться на островке безопасности или на линии, разделяющей транспортные потоки противоположных направлений. Продолжать переход можно лишь убедившись в безопасности дальнейшего движения и с учетом сигнала светофора (регулировщика) (п. 4.6 ПДД РФ).

Учитывая вышеприведенные положения Правил и установленные обстоятельства ДТП, суд приходит к выводу о том, что в данном случае в действиях пешехода ФИО3 усматривается грубая неосторожность, поскольку он не просто пересекал трамвайные пути, а шел по ним в попутном (не во встречном) направлении на протяжении достаточного времени (что само по себе не предусмотрено ПДД РФ), не убедившись при этом в отсутствии приближающегося трамвая и безопасности своего передвижения, а также не предпринимая мер к этому на протяжении всего времени передвижения до момента столкновения (как минимум с 4 секунды записи видеорегистратора, когда он стал отчетливо виден для водителя трамвая, и по 22 секунду в момент столкновения).

Действительно, вина водителя трамвая, отвлекшего свое внимание от дороги, по сути, полагаясь на ровный характер участка путей в этой их части, в данном случае имеет решающее значение для определения причинно-следственной связи с последствиями ДТП в виде смерти пешехода.

Однако и в действиях пешехода, нарушившего требования вышеперечисленных пунктов ПДД РФ, имеются признаки грубой неосторожности, которая способствовала причинению вреда, поскольку при движении пешехода в соответствии с п. 4.1 ПДД РФ по пешеходной дорожке, обочине (либо хотя бы по трамвайным путям встречного направления), а также при осуществлении им должного контроля за безопасностью собственного передвижения (который должен был быть особо повышенным в данных конкретных обстоятельствах с учетом избранного пешеходом способа передвижения по трамвайным путям попутного направления) ДТП с такими тяжелыми последствиями не произошло бы.

В силу п. 1 ст. 1099 Гражданского кодекса РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными гл. 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса РФ) и ст. 151 Гражданского кодекса РФ.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (п. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса РФ).

В абзаце первом п. 14 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под нравственными страданиями следует понимать страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (в том числе переживания в связи с утратой родственников).

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни (п. 27 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Пpи определении размеров компенсации причиненного истцу морального вреда суд, руководствуясь статьями 151, 1099-1101 Гражданского кодекса РФ, принимает во внимание фактические обстоятельства дела, характер физических и нравственных страданий истца, с учетом ее индивидуальных особенностей, а также требования разумности и справедливости.

То обстоятельство, что ФИО1, являвшаяся дочерью погибшего, до настоящего времени переживает утрату в связи с преждевременной трагической гибелью отца, поскольку потеряла близкого и дорогого человека, является общеизвестным и не требует доказывания, поскольку сам по себе факт смерти человека не может не причинить его родным и близким глубоких нравственных страданий. Смерть близкого человека является невосполнимой утратой, необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие человека, а также неимущественное право на родственные и семейные связи.

Принимая решение о размере причиненного морального вреда, суд учитывает индивидуальные особенности истца, которая до настоящего времени тяжело переживает утрату отца, что негативно отразилось на состоянии ее здоровья, с учетом раздельного в течение нескольких лет проживания с родителями, общалась с ними ежедневно, они являлись дружной семьей, погибший активно участвовал в воспитании детей истца, внуки часто находились у бабушки и дедушки.

Изложенное также подтверждается показаниями свидетелей ФИО7, ФИО8, оснований не доверять которым не имеется.

Оценивая материальное положение ответчика, суд принимает во внимание, что МУП г. Бийска «Бийскгортранс» является действующим юридическим лицом, основным видом деятельности которого являются регулярные перевозки пассажиров трамваями в городско и пригородном сообщении, осуществляет транспортные услуги по перевозке пассажиров городским электрическим транспортом на основании муниципального контракта.

С учетом изложенного, суд, учитывая нравственные и физические страдания истца в связи с гибелью отца, приходит к выводу, что имеются основания для определения размера компенсации морального вреда с учетом установленной по делу грубой неосторожности самого потерпевшего, которая также содействовала причинению вреда и привела к столь тяжелым последствиям, в связи с чем полагает возможным определить размер компенсации, подлежащей взысканию в пользу истца ФИО1, в сумме 350 000 руб.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 следует отказать.

В силу требований ст. 103 ГПК РФ с ответчика в доход бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в сумме 3 000 руб.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 (СНИЛС №) удовлетворить частично.

Взыскать с МУП г. Бийска «Бийскгортранс» (ОГРН <***>) в пользу ФИО1 (СНИЛС №) компенсацию морального вреда в сумме 350 000 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 (СНИЛС №) отказать.

Взыскать с МУП г. Бийска «Бийскгортранс» (ОГРН <***>) государственную пошлину в доход городского округа муниципального образования город Бийск в сумме 3 000 рублей.

На решение может быть подана апелляционная жалоба, представление прокурора в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме в Алтайский краевой суд через Бийский городской суд Алтайского края.

Судья Т.Ю. Балаба

Мотивированное решение составлено 03.09.2025.