Судья Дмитриевский Дело № 22-4324/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Новосибирск 31 июля 2023 года

Судебная коллегия по уголовным делам Новосибирского областного суда в составе:

председательствующего Бурда Ю.Ю.,

судей: Костогладова С.В., Паршуковой Е.В.,

при секретаре Носковой М.В.,

с участием государственного обвинителя Богера Д.Ф.,

адвоката Патерик А.О.,

осужденного ФИО1,

рассмотрев в апелляционном порядке в открытом судебном заседании материалы уголовного дела по апелляционным жалобам адвоката Патерик А.О. в защиту интересов осужденного ФИО1 и осужденного ФИО1 на приговор Ленинского районного суда г. Новосибирска от 04 мая 2023 года, которым

ФИО1, родившийся ДД.ММ.ГГГГ на <адрес>, гражданин РФ, ранее не судимый,

установил а:

ФИО1 признан виновным и осужден за совершение покушения на незаконный сбыт наркотических средств в крупном размере, не доведенное до конца по независящим от него обстоятельствам.

Осужден по ч. 3 ст. 30 - п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ к лишению свободы сроком на 10 лет с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, взят под стражу в зале суда.

Срок отбывания наказания исчислен со дня вступления приговора в законную силу, зачтены в срок отбывания наказания период содержания под стражей с 04 мая 2023 года по день вступления приговора в законную силу, время содержания под стражей по приговору от 12 ноября 2014 года с 21 апреля 2014 года по 20 февраля 2022 года из расчета один день содержания под стражей, нахождения в исправительной колонии за один день отбывания наказания в виде лишения свободы.

Преступление совершено им до 21 апреля 2014 года на территории Ленинского района города Новосибирска при обстоятельствах, установленных приговором суда.

В судебном заседании ФИО1 вину в содеянном не признал.

В апелляционной жалобе адвокат Патерик А.О. просит приговор суда отменить, вынести в отношении ФИО1 оправдательный приговор.

В обоснование своих доводов адвокат обращает внимание на пояснения ФИО1 о том, что наркотические средства он приобрел исключительно для личного употребления, так как являлся активным потребителем наркотических средств, что подтверждается выводами судебно-наркологической экспертизы.

Считает, что выводы суда о доказанности вины ФИО1 в покушении на незаконный сбыт наркотических средств в крупном размере не обоснованы.

Указывает, что суд при повторном рассмотрении дела не проверил обстоятельства, на которые указал Президиум Верховного Суда Российской Федерации, а именно доводы о провокации при проведении в отношении ФИО1 оперативно-розыскного мероприятия «проверочная закупка», не дал оценки нарушениям ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» и УПК РФ, допущенным при производстве оперативно-розыскных мероприятий и следственных действий по уголовному делу, всячески препятствовал стороне защиты в предоставлении и исследовании доказательств, подтверждающих нарушения закона со стороны оперативных сотрудников. В судебном заседании не были допрошены ключевые свидетели ШСП и ДОВ, не исполнен принудительный привод в отношении ШСП, который находился на связи и просил предоставить повестку, свидетель ДОВ в связи с удаленностью проживания просил организовать видеоконференцсвязь с Карасукским районным судом; вопреки мнение стороны защиты огласил показания данных свидетелей, чем нарушил право ФИО1 на защиту. Необоснованно суд отказал в приобщении копии приговора в отношении ДОВ, запросе и исследовании уголовного дела в отношении ДОВ, осужденного по событиям 17.04.2014 года, содержащее сведения о вынужденности участия ШСП в роли «закупщика»

По мнению стороны защиты, необоснованно в основу приговора положены показания свидетелей СЮН, и ПАЕ в части поступления информации о том, что ФИО1 занимается сбытом наркотических средств, так как никаких документов, подтверждающих эту информацию, в суд представлено не было.

Считает, что действия оперативных сотрудников и свидетеля ШСП в части проведения «проверочной закупки» являются незаконными и провокационными.

В дополнениях к жалобе указывает на незаконность и провокационность действий оперативных сотрудников при проведении проверочной закупки в отношении ФИО1, ОРМ «проверочная закупка» просит признать недопустимым доказательством. Рапорт о проведении проверочной закупки не содержит ссылки на то, что послужило основанием для ее проведения, в отношении мужчины М не проводилось какие-либо оперативно-розыскные мероприятия, в частности, наблюдение, контроль и запись переговоров и др., не были задержаны лица, которые пояснили бы о сбыте мужчиной по имени М наркотических средств, предварительно не был допрошен и ШСП Оперативно-розыскные мероприятия проводились в отношении неустановленного круга лиц, не имеется доказательств идентификации мужчины по имени М с ФИО1

В приговоре не приведены, в материалах дела отсутствуют, данные, позволяющие утверждать, что ФИО1 готовился совершить преступление, связанное с незаконным оборотом наркотических средств, и совершил бы его без вмешательства оперативных сотрудников.

Полагает, что ОРМ «проверочная закупка» была санкционирована и проведена произвольно, в отсутствии предварительной информации о какой-либо преступной деятельности со стороны ФИО1, проводилась в отношении некоего «неустановленного лица». Действия сотрудников полиции и ШСП в рамках ОРМ «проверочная закупка» следует признать провокацией совершения преступления, а доказательства, полученные в ходе этого мероприятия - недопустимыми.

Кроме того, постановление о предоставлении результатов ОРД следователю от 21.04.2014 и постановление о рассекречивании сведений, составляющих государственную тайну и их носителей от 21.04.2014 вынесены незаконно. Так, указанные постановления составлены 21.04.2014, вместе с тем, рассекречены и переданы следователю, в числе прочих, документы, составленные после вынесения указанных постановлений, а именно 22.04.2014; объяснения НАВ, ЮМИ, ПАВ, ФИО1, КМГ, справка № об исследовании наркотического вещества (т.1 л.д. 63), справка № об исследовании наркотического вещества, справка № об исследовании наркотического вещества. Таким образом, указанные обстоятельства свидетельствуют о формальном составлении вышеуказанных постановлений «задним числом» и влекут их недопустимость, как и иных, производных от них доказательств.

В дополнениях к апелляционной жалобе адвоката Патерик А.О. осужденный ФИО1 просит приговор суда отменить, вынести в отношении него оправдательный приговор.

В обоснование своих доводов осужденный указывают на незаконность, необоснованность приговора, несоответствие фактических обстоятельств обстоятельствам дела.

Считает, что оперативные сотрудники своими действиями и действиями своего «агента» подтолкнули его на совершение преступления, искусственно создав условия для его совершения.

Ссылаясь на требования закона, полагает, что «проверочная закупка» проводилась без должных на то оснований, и его причастность к сбыту до проведения мероприятия ничем не подтверждается, у сотрудников полиции не было фактических оснований для проведения закупки.

Судом проигнорировано, что показания сотрудников полиции не подтверждаются показаниями иных свидетелей; не усмотрел факта заинтересованности закупщика ШСП; не допросив его в суде первой инстанции.

По мнению осужденного необоснованно суд отказал в удовлетворении ходатайства о запросе и исследовании в судебном заседании уголовного дела по обвинению ФИО2, где ШСП является свидетелем по делу, лишив сторону защиты установлению истинных обстоятельств дела, в том числе о действиях ШСП под напором оперативных сотрудников, а также его действий совершения преступления по инициативе ШСП, его умысел был направлен именно на помощь в приобретении наркотического средства, а не на сбыт, что также подтверждается детализацией телефонных переговоров.

В дополнениях осужденный ФИО1 указывает, что сама процедура «проверочная закупка» и результаты ее проведения в последующем подвергли его к действиям, его неоднократные заявление о подстрекательстве со стороны оперативных сотрудников судом не проверялись и вообще не рассматривались.

Отказав удовлетворении ходатайства о допросе свидетелей ШСП и ДОВ, судом нарушено его право на защиту, суд и самостоятельно не проверил факт заключения ШСП сделки со следствием на участие в проверочной закупке с целью избежать уголовной ответственности за хранение наркотических средств, так как был задержан вместе с ДОВ

Считает, что действия оперативных сотрудников, «агента» ШСП при проведении ОРМ «проверочная закупка» являлись незаконными, необоснованными и провокационными.

При назначении наказания суд необоснованно в качестве смягчающих наказание обстоятельств не учел активное способствование раскрытию преступления, учитывая что при допросах о произошедшем он давал подробные показания, затем их подтверждал, органам следствия сообщил информацию, которая не была им известна, указав на роли всех участников событий.

Признавая в качестве смягчающего наказание обстоятельства – состояние здоровья, суд не учел его заболевания, не указал об этом в приговоре; не учтено его состояние психического здоровья, согласно заключению судебно-психиатрической экспертизы, которое ранее по приговору было учтено в качестве смягчающего наказания обстоятельства.

Необоснованно судом не применены положения ст. 64 УК РФ, не устранены противоречия между его показаниями и показаниями свидетелей, понятых, сотрудников полиции органов полиции.

Ссылаясь на показания свидетеля ШСП, оглашенных в судебном заседании по обстоятельствам произошедшего, ФИО1 указывает, что суд необоснованно отказал в допросе свидетеля ШСП в судебном заседании, лишив его права на защиту.

Показания свидетеля СЮН являются противоречивыми, не соответствуют показаниям данного свидетеля, изложенным в предыдущем приговоре, оценка по данному факту не дана в приговоре; суд лишил его права на защиту, отказав в удовлетворении ходатайства о допросе в судебном заседании данного свидетеля.

Необоснованно судом признаны достоверными показания свидетелей РЛВ и ДАВ, так как согласно показаниям ШСП «проверочная закупка» им осуществлялась недобровольно, с принуждения оперативных сотрудников, о чем ШСП рассказывал РЛВ

Необоснованно суд указал, сославшись на показания оперативных сотрудников, что они располагали информацией о сбыте мужчиной по имени М наркотического средства – героин, так как согласно показаниям оперативных сотрудников информация была о сбыте наркотических средств, про героин никто не говорил.

Считает, что суд, при постановлении приговора и давая в нем правовую оценку его действиям, не исходил из доказательств в полной мере, приняв сторону обвинения, отвергнув его показания, показания свидетелей в части его невиновности.

В дополнениях указывает на наличие у него заболеваний, просит смягчить назначенное наказание.

В возражениях государственный обвинитель Гавриленко И.О. указывает на необоснованность доводов апелляционной жалобы адвоката Патерик А.О., законность и обоснованность принятого судебного решения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, заслушав объяснения осужденного ФИО1 и адвоката Патерик А.О., поддержавших доводы жалоб, мнение государственного обвинителя Богера Д.Ф., полагавшего необходимым приговор суда оставить без изменения, судебная коллегия считает приговор суда законным и обоснованным и оснований для его отмены не усматривает.

Все обстоятельства, при которых ФИО1 совершил указанное умышленное преступление, и подлежащие доказыванию по настоящему уголовному делу, установлены.

По существу доводы жалоб сводятся к предложению переоценить оцененные судом первой инстанции доказательства, что не может служить безусловным основанием для отмены приговора, поскольку в силу ст. 17 УПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на совокупности имеющихся в деле доказательств, руководствуясь при этом законом и совестью.

Всем приведённым в апелляционных жалобах доказательствам, включая показания свидетелей, судом дана оценка, обоснованность которой у суда апелляционной инстанции сомнений не вызывает.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, суд в приговоре привёл убедительную и всестороннюю оценку показаниям свидетелей, касающихся события преступления и с такой оценкой апелляционный суд согласен, поскольку она основана на правильно установленных фактических обстоятельствах дела и отвечает правилам оценки доказательств, установленным уголовно-процессуальным законом.

Виновность осужденного в содеянном установлена совокупностью доказательств, тщательно исследованных судом, которым суд дал надлежащую оценку в приговоре в соответствии с требованиями ст. ст. 87, 88 УПК РФ, привел мотивы, по которым принял одни доказательства и отверг другие, обоснованно признав их относимыми и допустимыми, а в совокупности - достаточными для разрешения дела по существу.

Все доказательства по уголовному делу, как в совокупности, так и каждое в отдельности получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона. При этом каких-либо нарушений при сборе либо исследовании доказательств, которые могли бы стать основанием для признания их недопустимыми, в соответствии со ст. 75 УПК РФ допущено не было.

Все выводы суда о доказанности вины осужденного в инкриминируемом ему деянии соответствуют фактическим обстоятельствам дела, мотивированы, и поэтому являются объективными, а не предположительными, не основаны на предположениях.

Доводы апелляционных жалоб повторяют позицию осужденного и его защитника, выраженную ими в суде первой инстанции, по существу сводятся к изложению обстоятельств, являвшихся предметом исследования и оценки суда, им дана надлежащая правовая оценка, подробно мотивированная в приговоре.

Несогласие осужденного и адвоката с той оценкой, которую суд дал исследованным доказательствам, субъективно и основанием для изменения или отмены приговора не является. Основания для переоценки исследованных судом и приведенных в приговоре доказательств отсутствуют.

В подтверждение виновности ФИО1 в покушении на незаконный сбыт наркотических средств в крупном размере, суд обоснованно сослался в приговоре на следующие доказательства.

Так, из показаний оперативных сотрудников полиции ПАЕ и СЮН следует, что в отдел полиции поступала оперативная информация о том, что мужчина по имени М в Ленинском районе г. Новосибирска занимается незаконным сбытом курительных смесей, в связи с чем проведено оперативно-розыскное мероприятие «проверочная закупка». В качестве покупателя наркотического средства на добровольных началах привлечен ШСП, которому вручены денежные средства, все действия проводились в присутствии понятых, которые также засвидетельствовали данные обстоятельства. В ходе проверочной закупки информация подтвердилась, добровольно выступивший в качестве покупателя ШСП, на врученные ему деньги в сумме 1000 рублей, приобрел у осужденного наркотическое средство.

Из показаний свидетеля ШСП следует, что участвовал в «проверочной закупке» он добровольно в качестве покупателя, на врученные ему сотрудниками полиции деньги в сумме 1000 рублей приобрел у осужденного два пакетика с курительной смесью, которые затем добровольно выдал в отделе полиции.

Данные показания ШСП объективно подтверждаются актом добровольной выдачи наркотических средств, согласно которому 21.04.2014 в период времени с 21 часа 10 минут по 21 час 20 минут ШСП добровольно выдал два полиэтиленовых пакетика на рельсовой застежке с веществом растительного происхождения желтого и коричневого цвета и пояснил, что приобрел пакетики с веществами у мужчины по имени М в автомобиле Опель Астра у дома 18 на улице Троллейная за 1000 рублей, врученных ему ранее для проведения проверочной закупки.

Исследовав данное вещество, эксперт пришел к выводу о том, что вещество темно-коричневого цвета, массой 0,750 грамма, добровольно выданное ШСП, содержит в своем составе 1-(5-фторпентил)-1Н- индол-3 - ил)(2,2,3,3-тетраметилциклопропил) метанон (ТМСР-2201), который является производным наркотического средства З-Бутаноил-1-метилиндол [ 1-(1-метил-1 Н-индол-3- ил) бутан-1-он]. Представленное на исследование вещество светло-коричневого цвета, массой 0,220 грамм, добровольно выданное ШСП, содержит в своем составе Хинолин-8- ил-1-(5-фторпентил)-1Н-индол-3-карбоксилат (PB-22-F), который является производным наркотического средства Хинолин-8-ил-1-пентил-1Н-индол-3-карбоксилата.

Из показаний свидетеля ПАА следует, что ШСП позвонил ФИО1 и попросил у него помощи в приобретении наркотиков, позже находясь в автомобиле, он понял, что осужденный и ШСП обменялись курительной смесью и деньгами, которые осужденный взял у ШСП за два пакетика смеси.

Из показаний свидетелей МВВ и ФИО3 следует, что ШСП действительно договаривался с осужденным о покупке у него курительной смеси, после чего на врученные ему денежные средства приобрел у него эту смесь и впоследствии выдал ее сотрудникам полиции.

Объективность обстоятельств, при которых ШСП добровольно согласился участвовать в «проверочной закупке» и ему были выданы денежные средства для этого, а так же добровольность выдачи им приобретенного вещества, подтвердили свидетели ЮМИ и НАВ

Из показаний свидетеля КМГ следует, что купля-продажа курительной смеси между ШСП и осужденным произошла в салоне автомобиля.

Объективно показания вышеназванных свидетелей подтверждаются актом личного досмотра КСА, в соответствии с которым 21.04.2014 в период времени с 21 часа 50 минут по 22 часа 05 минут у него в левом кармане куртки обнаружен пакетик на рельсовой застежке с веществом растительного происхождения коричневого цвета, который упакован, опечатан; протоколом осмотра автомобиля «Опель Астра», в ходе которого изъяты мобильные телефоны марки «Самсунг Дуос» и «Самсунг», принадлежащие ФИО1, а также за водительским сидением на коврике на полу обнаружена и изъята денежная купюра достоинством 1000 рублей, номер и серия которой совпали с номером и серией купюры, переданной ШСП для приобретения наркотического средства в ходе «проверочной закупки»; заключением эксперта, в соответствии с которым вещество, изъятое у осужденного, содержит 1-(5- фторпентил)-1Н-индол-3-ил)(2,2,3,3-тетраметилциклопропил) метанон (ТМСР-2201), который является производным наркотического средства 3-Бутаноил-1-метилиндол [1-(1- метил-1 Н-индол-3-ил)бутан-1 -он].

Представленные в судебное разбирательство доказательства всесторонне, полно и объективно исследованы судом, правильно оценены в соответствии с положениями ст. ст. 87, 88 и 307 УПК РФ. При этом суд обоснованно пришел к выводу о достоверности показаний свидетелей обвинения, в том числе, и данных ими в ходе предварительного расследования, учитывая, что давали они логичные, последовательные показания, которые не имеют таких существенных противоречий, которые влияли бы на правильность установления судом обстоятельств совершения осужденным преступления, и доказанность вины ФИО1, согласуются между собой, и подтверждаются материалами дела, дополняют друг друга и содержат исчерпывающие сведения относительно обстоятельств, подлежащих доказыванию по уголовному делу, в связи с чем, судебная коллегия, находя правильной оценку, данную судом собранным по делу доказательствам, как с точки зрения относимости, допустимости и достоверности каждого из них, так и с точки зрения достаточности всей их совокупности для принятия правильного решения по делу, считает обоснованным вывод суда о виновности ФИО1 в совершении преступления.

Суд, проанализировав показания указанных свидетелей, обоснованно признал их достоверными доказательствами и положил в основу приговора, поскольку данные показания являются последовательными и не содержат противоречий, которые могли бы повлиять на выводы суда о виновности ФИО1 в совершении инкриминируемого ему преступления.

При этом показания оперативных сотрудников суд первой инстанции принял только по обстоятельствам проведения оперативно-розыскных мероприятий и следственных действий, проводимых с их участием. По смыслу закона, оперуполномоченный, следователь, иные сотрудники полиции могут быть допрошены только по обстоятельствам проведения того или иного следственного или процессуального действия при решении вопроса о допустимости доказательства, а не в целях выяснения содержания показаний допрошенного лица. Оснований сомневаться в правдивости показаний свидетелей ПАЕ и СЮН как и наличие у них причин для оговора ФИО1, судом первой инстанции не установлено. Не усматривает таковых и судебная коллегия.

Показания свидетелей, которые были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, суд оценил, мотивировал свои выводы о том, по какой причине и в какой части кладет их в основу приговора, и оснований не согласиться с этими выводами суда у судебной коллегии не имеется.

Фактов заинтересованности свидетелей ПАЕ и СЮН., в исходе дела не установлено, а выполнение ими служебной обязанности не может свидетельствовать об их личной заинтересованности. Наряду с этим, фактов недозволенных методов работы со стороны указанных лиц, судом первой инстанции не установлено, не усматривает и судебная коллегия.

Доводы жалоб о том, что ШСП участвовал в оперативно-розыскных мероприятиях под принуждением сотрудников полиции, заинтересован в исходе дела, проверены судом первой инстанции и мотивировано отклонены. Оснований для иной оценки показаний ШСП суд апелляционной инстанции не усматривает.

Вопреки доводам стороны защиты ШСП в день проведения оперативно-розыскного мероприятия не задерживался, а получение от него объяснений 17.04.2014 в рамках проверки причастности ДОВ к совершению преступления на виновность ФИО1 не влияет, не может свидетельствовать о том, что участие ШСП в проверочной закупке 21.04.2014 было не добровольным.

Привлечение ДОВ к уголовной ответственности за совершение преступления 17.04.2014 (приговор Ленинского районного суда г. Новосибирска от 11.06.2014), предусмотренного ч.2 ст.228 УК РФ, не связано с виновностью ФИО1 в совершенном преступлении.

При этом, судом первой инстанции также дана оценка показаниям свидетелей РЛВ и ДОВ о вынужденности участия ШСП в проверочной закупки, данные показания обоснованно опровергнуты совокупностью вышеприведенных допустимых доказательств.

Оценив в совокупности приведенные доказательства, суд пришел к обоснованному выводу о доказанности вины осужденного в покушении на незаконный сбыт наркотических средств в крупном размере, которое он не довел до конца в связи с проведением «проверочной закупки». При этом суд правильно указал на то, что о намерении осужденного сбыть эти вещества свидетельствуют не только показания свидетелей, но и вес наркотического средства, а так же его действия, направленные на попытку сбыть часть наркотического средства ШСП Учитывая приведенные доказательства, суд пришел к обоснованному выводу о несостоятельности доводов осужденного ШСП о хранении наркотических средств для личных нужд.

Вопреки доводам защиты судом дана надлежащая оценка указанным Президиумом Верховного суда Российской Федерации доводам о провокации при проведении в отношении ФИО1 оперативно-розыскного мероприятия о «проверочная закупка».

Так, результаты оперативно-розыскного мероприятия могут быть положены в основу приговора, если они получены в соответствии с требованиями закона и свидетельствуют о наличии у виновного умысла на незаконный оборот наркотических средств, сформировавшегося независимо от деятельности сотрудников оперативных подразделений, а также о проведении лицом всех подготовительных действий, необходимых для совершения противоправного деяния.

Необходимыми условиями законности осуществления проверочной закупки наркотических средств или психотропных веществ являются соблюдение оснований для проведения оперативно-розыскных мероприятий, предусмотренных ст. 7 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности», и требований ч. 7 ст. 8 указанного закона, в соответствии с которыми проверочная закупка наркотических веществ проводится на основании постановления, утвержденного руководителем органа, осуществляющего оперативно-розыскную деятельность.

Согласно материалам дела, проверочная закупка у осужденного ФИО1 наркотического вещества осуществлялась в соответствии с требованиями вышеназванного закона и на основании постановления о проведении оперативно-розыскного мероприятия «проверочная закупка», утвержденного начальником отделения полиции 21.04.2014.

В связи с этим считать использование результатов данного оперативно-розыскного мероприятия в судебном разбирательстве недопустимым доказательством оснований не имеется.

Кроме того, по смыслу закона преступление может считаться спровоцированным действиями агентов или оперативных работников, представляющими собой подстрекательство к совершению преступления, только в том случае, если ничто не предполагает, что оно было бы совершено и без какого-либо вмешательства. Как установлено судом, работники полиции располагали информацией о том, что лицо по имени М занимается сбытом наркотических веществ, в связи с чем было принято решение о проверке этой информации. Обещая приобретателю сбыть курительную смесь, осужденный не был связан какими-то обязательствами или рамками, в силу которых был обязан совершить этот сбыт и не мог бы отказаться от этого.

Суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что умысел ФИО1 на совершение преступления сформировался вне зависимости от действий сотрудников полиции, проверочная закупка проведена на законных основаниях, в отсутствии провокации со стороны сотрудников полиции. Оперативные сотрудники не вмешивались в совершаемые ШСП и ФИО1 действия, они лишь наблюдали за происходящим со стороны, произвели досмотр и задержание, зафиксировали полученные результаты.

Не доверять показаниям ПАЕ и СЮН, поскольку они являются работниками полиции у суда так же не имелось, поскольку в соответствии со ст. 74 УПК РФ доказательствами по уголовному делу являются любые сведения, на основе которых суд устанавливает обстоятельства, подлежащие доказыванию. В качестве таких доказательств допускаются и показания свидетелей. Каких-либо изъятий, запрещающих допрашивать работников полиции в качестве свидетелей, закон не содержит. Показания вышеназванных свидетелей суд проанализировал и дал им оценку в совокупности с другими доказательствами, признав достоверными, исходя из того, что они не внесли каких-либо сомнений в судебное следствие.

Не признавать показания свидетелей ПАЕ и СЮН достоверными в связи с тем, что они не указали на источник оперативной информации, у суда так же не имелось оснований, поскольку в соответствии со ст. 12 Федерального закона «Об оперативной деятельности» предание гласности сведений о негласных сотрудниках органов, осуществляющих оперативно-розыскную деятельность, о лицах, оказывающих содействие на конфиденциальной основе, допускается лишь с согласия этих лиц в письменной форме. Такого согласия в материалах дела не имеется.

При таких обстоятельствах доводы жалоб осужденного и адвокатов о том, что суд необоснованно сослался на показания свидетелей СЮН и ПАЕ, которые являются работниками полиции и не смогли указать на источник информации, согласиться нельзя.

Нельзя согласиться с доводами авторов жалоб и о нарушениях закона, допущенных при проведении «проверочной закупки», рассекречивании информации и передаче ее следователю.

Как видно из материалов дела, постановление о проведении «проверочной закупки» было принято на основании оперативной информации о том, что лицо по имени М сбывает наркотические средства. Вопреки доводам жалоб, указанное ОРМ было проведено в соответствии с требованиями ст. 8 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности», и доказательства, полученные в результате этого мероприятия, отвечают требованиям уголовно-процессуального закона и обоснованно признаны судом допустимыми. При этом правильность выводов суда об этом не опровергается рапортом оперативного работника ПАЕ, составленным 22 апреля 2014 года, и на который ссылаются в жалобах осужденный и адвокат, поскольку указанный документ составлен работником по результатам осмотра одежды осужденного, имевшего место в 21-00 часов 21 апреля 2014 года, о чем прямо указано в тексте рапорта.

Не проведение полного спектра оперативно-розыскных мероприятий (прослушка, наблюдение, контроль и запись телефонных переговоров и др.) с целью установления причастности ФИО1, на которые ссылается сторона защиты, не могут свидетельствовать о невиновности ФИО1, с учетом представленной и исследованной совокупности доказательств.

Кроме того, как установлено судом, никто из участников сделки купли-продажи наркотического вещества – осужденный ФИО1, свидетели ШСП, КМГ и ПАА, не отрицали того, что 21 апреля 2014 года все установленные следствием события имели место, а свидетели ПАЕ, СЮН, НАВ, ЮМИ, ЕАС и МВВ указали на то, что все обстоятельства, при которых ШСП дал согласие на участие в проведении ОРМ и ему были вручены для этого деньги, приобрел наркотическое вещество и затем его выдал, были зафиксированы в соответствующих протоколах. Объективность отраженных в процессуальных документах сведений, подтверждена указанными лицами в связи с тем, что они принимали в них участие как оперативные работники или в качестве понятых.

Приведенные обстоятельства свидетельствуют о том, что ни во время проведения ОРМ, ни во время рассекречивания и передачи материалов следователю, каких-либо нарушений закона допущено не было, и ссылки на иную дату составления документов, на которые ссылаются сторона защиты, не влияют на фактические хронологические события, при которых ФИО1 совершил преступление.

При этом доводы жалоб адвоката и дополнений к ней осужденного ФИО1 о том, что ФИО1 является лицом, употребляющим наркотические средства, не влияют на правильность выводов суда, поскольку к выводам о том, что все наркотические средства он покушался сбыть, суд пришел из совокупности доказательств, достаточной для таких выводов и свидетельствующей о том, что он занимался сбытом запрещенных в обороте средств.

Доводы жалоб адвоката и осужденного ФИО1 о несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам дела и их противоречивости и предположительности, являются необоснованными.

Как видно из приговора, оценивая приведенные доказательства в совокупности, суд пришел к обоснованному выводу о том, что они достоверны, допустимы и относимы. При этом суд исходил из того, что показания свидетелей последовательны, подробны и объективно подтверждаются письменными доказательствами, а письменные доказательства получены в соответствии с требованиями закона.

Таким образом, виновность осужденного ФИО1 в содеянном им установлена совокупностью доказательств, полученных в установленном законом порядке, всесторонне, полно и объективно исследованных в судебном заседании и получивших оценку в соответствии с требованиями ст. 88 УПК РФ, и все выводы суда о доказанности вины осужденного соответствуют фактическим обстоятельствам дела, мотивированны и поэтому являются объективными и последовательными, но не предположительными. Оснований не согласиться с этими выводами у судебной коллегии не имеется.

С доводами жалоб осужденного и адвоката о том, что суд проявил крайнюю необъективность при рассмотрении дела по существу, отдав предпочтение доказательствам обвинения, судебная коллегия так же согласиться не может.

Как следует из протоколов судебных заседаний, при рассмотрении дела по существу, суд обеспечил равенство прав сторон, сохраняя объективность и беспристрастие, создал необходимые условия для всестороннего и полного исследования обстоятельств дела. При этом суд исследовал все представленные доказательства и разрешил все заявленные ходатайства в установленном законом порядке, не ограничивая никого из участников процесса, в том числе осужденного и его защиту, указывая на основания удовлетворения или отказа в удовлетворении ходатайств. Приведя в приговоре доказательства, суд указал основания, в силу которых он положил их в основу приговора, и мотивы, по которым отверг другие доказательства. Все возникшие противоречия во время судебного следствия суд устранил, и оснований для толкования их в пользу осужденного не нашел.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, судом не нарушены положения п. 5 ч. 2 ст. 281 УПК РФ при оглашении в ходе судебного следствия показаний свидетелей ШСП, так как в ходе судебного разбирательства были предприняты полные и исчерпывающие меры по установлению его местонахождения: судом в течение продолжительного времени запрашивались сведения из регистрирующих, правоохранительных органов, данные о месте жительства, направлялись извещения по всем имеющимся в материалах дела адресам, истребовались данные из медицинских учреждений и органов ЗАГС в различных регионах РФ, а также ШСП подвергался принудительным приводам, направлялись поручения об установлении его местонахождения, однако в результате принятых мер установить фактическое местопребывание ШСП для вызова в судебное заседание не представилось возможным. Общение со свидетелем ШСП по мобильному телефону не свидетельствовало о возможности установить его местоположение, сам свидетель от явки в суд отказался.

При этом условия для исследования показаний ШСП, предусмотренные ч. 2.1 ст. 281 УПК РФ, соблюдены, так как при предыдущем рассмотрении уголовного дела в суде первой и апелляционной инстанциях данный свидетель был неоднократно допрошен с участием осужденного ФИО1 и его защитника. В связи с чем осужденному ФИО1 предоставлялась возможность оспорить его показания ШСП

Довод о том, что суд первой инстанции о нарушении права на защиту осужденного, не допросе ДОВ в судебном заседании, также являются несостоятельными. Суд сбором доказательств не занимается, а лишь способствует сторонам в их сборе. Так, судом организовывались приводы ДОВ, выяснялось его место жительства, но в ходе предварительного следствия его местонахождения установлено не было. Суд апелляционной инстанции по ходатайству стороны защиты о допросе ДОВ организовал видеоконференцсвязь с Карасукским районным судом Новосибирской области, куда по информации стороны защиты мог явиться ДОВ, однако судебное заседание ДОВ не явился, на связь со стороной защиты не выходил. При этом, ранее ДОВ допрашивался при участии ФИО4, который реализовал свое право допросить свидетеля.

Кроме этого, суд обязан соблюдать требования ст.6.1 УПК РФ о разумных сроках уголовного судопроизводства, в том числе и в интересах осужденных.

Указанные обстоятельства свидетельствуют об объективности и беспристрастности суда, проявленной при слушании дела.

Таким образом, тщательно исследовав все обстоятельства дела и правильно оценив все доказательства в их совокупности, суд пришел к правильному выводу о доказанности вины ФИО1 в покушении на незаконный сбыт наркотических средств в крупном размере, не доведенном до конца по обстоятельствам, независящим от него, верно квалифицировал его действия и осудил по ч.3ст.30 - п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, не усмотрев иной квалификации. Выводы суда о квалификации действий осужденного мотивированны и соответствуют установленным обстоятельствам дела.

Наказание осужденному ФИО1 назначено в соответствии с требованиями ст. 60 УК РФ, соразмерно содеянному им, с учетом общественной опасности и тяжести преступления, конкретных обстоятельств дела и всех данных о его личности, а также с учетом влияния назначенного наказания на его исправление.

При этом, суд обоснованно признал обстоятельствами, смягчающими наказание: частичное признание вины, молодой возраст, состояние здоровья и отсутствие судимости. Оснований для учета в качестве смягчающих обстоятельств иных обстоятельств, в том числе активного способствования расследованию преступления, суд первой инстанции не усмотрен, с таким выводом соглашается и судебная коллегия.

Вопреки доводам осужденного ФИО1 в качестве смягчающего обстоятельства судом учтено его состояние здоровья.

Обстоятельств, отягчающих наказание, судом не установлено.

Учитывая степень тяжести совершенного преступления, его общественную опасность, суд нашел обстоятельства, смягчающие наказание, недостаточным для назначения наказания с учетом правил, предусмотренных ст. 64 УК РФ, не усмотрев исключительных обстоятельств. С учетом фактических обстоятельств дела и степени общественной опасности совершенного осужденным преступления, не усмотрел суд оснований и для изменения категории преступления на менее тяжкую, а так же для назначения наказания с применением положений ст. 73 УК РФ. Указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что суд в полной мере учел все данные о личности осужденного и назначил справедливое наказание, оснований для смягчения которого не имеется.

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену, либо изменение приговора, из материалов дела не усматривается.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.20 ч. 1 п. 1 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

определил:

приговор Ленинского районного суда г. Новосибирска от 04 мая 2023 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, а апелляционные жалобы адвоката Патерик А.О., осужденного ФИО1 – без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в восьмой кассационный суд общей юрисдикции в порядке, установленном главой 47-1 УПК РФ.

Кассационные жалобы, представление, подлежащие рассмотрению, в порядке, предусмотренном статьями 401.7 и 401.8 УПК РФ, могут быть поданы в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу приговора или иного итогового судебного решения, а для лиц, содержащихся под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии такого судебного решения, вступившего в законную силу через суд первой инстанции.

Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий судья: (подпись)

Судьи: (подписи)

Копия верна

Судья Новосибирского областного суда Ю.Ю. Бурда