Решение по делу № 2-4904/2023 от 16.10.2023 - о признании незаконными заключения служебной проверки, приказов о временном отстранении и о привлечении к дисциплинарной ответственности, взыскании денежного довольствия за период временного отстранения, премии за добросовестное исполнение служебных обязанностей, компенсации морального вреда.

Дело № 2-4904/2023

УИД 39RS0002-01-2023-004326-23

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

16 октября 2023 года г. Калининград

Центральный районный суд г. Калининграда в составе:

председательствующего судьи Крутик Ю.А.,

при секретаре Моздыган М.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Управлению Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации по Калининградской области о признании незаконными заключения служебной проверки, приказов о временном отстранении и о привлечении к дисциплинарной ответственности, взыскании денежного довольствия за период временного отстранения, премии за добросовестное исполнение служебных обязанностей, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к Управлению Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации по Калининградской области (далее – Управление Росгвардии по Калининградской области, Управление):

- о признании незаконным заключения по результатам служебной проверки, проведенной в период с 06.03.2023 по 18.04.2023 по факту утечки (разглашения) персональных данных из отделения делопроизводства и режима, в части выводов об установлении ее вины в разглашении персональных данных;

- о признании незаконным и отмене приказа врио начальника Управления от < Дата > № о временном отстранении от выполнения служебных обязанностей и выплате денежного довольствия исходя из размера должностного оклада по последней замещаемой должности, оклада по специальному званию, а также ежемесячной надбавки к окладу денежного содержания за стаж службы (выслугу лет), начиная с выхода с больничного до окончания служебной проверки;

- о признании незаконным и отмене приказа от < Дата > № о привлечении к дисциплинарной ответственности и невыплате премии за добросовестное исполнение служебных обязанностей в течение одного месяца со дня привлечения к дисциплинарной ответственности;

- о взыскании денежного довольствия за период временного отстранения от выполнения служебных обязанностей в полном объеме, премии за добросовестное исполнение служебных обязанностей в течение одного месяца со дня привлечения к дисциплинарной ответственности, компенсации морального вреда в размере 100000 руб.

В обоснование иска указала, что в период с 10.10.2016 по 05.07.2023 проходила службу в Управлении Росгвардии по Калининградской области в должности начальника отделения делопроизводства и режима.

Решением врио начальника Управления полковника полиции ФИО2 от < Дата > назначено проведение служебной проверки по факту утечки (разглашения) персональных данных из возглавляемого ею отделения.

Приказом врио начальника Управления полковника полиции ФИО2 от < Дата > № истец с 10.04.2023 (даты выхода с больничного) временно отстранена от выполнения служебных обязанностей с возложением на нее отдельных служебных поручений начальника отделения государственного контроля Управления, не связанных с исполнением обязанностей по секретному (несекретному) делопроизводству и материалам, до окончания служебной проверки (18.04.2023); денежное довольствие установлено в размере должностного оклада и оклада по специальному званию, а также надбавки к окладу денежного содержания за выслугу лет.

По результатам служебной проверки врио начальника Управления полковником полиции ФИО2 < Дата > издан приказ №, которым ФИО1 привлечена к дисциплинарной ответственности в виде наложения дисциплинарного взыскания - предупреждения о неполном служебном соответствии, лишена премии за добросовестное исполнение служебных обязанностей в течение одного месяца со дня привлечения к дисциплинарной ответственности.

В приказе указано, что к дисциплинарной ответственности истец привлечена за грубое нарушение служебной дисциплины, выразившееся в разглашении персональных данных (утечке служебной информации) из возглавляемого режимно-секретного подразделения, нарушение требований п. 5 ч. 2 ст. 49 Федерального закона от 30.11.2011 № 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел…», Федерального закона «О персональных данных», п. п. 3, 4, 5 и 9 Дисциплинарного устава органов внутренних дел Российской Федерации, утвержденного Указом Президента РФ от 14.10.2012 № 1377, п. п. 7, 9.1, 9.2, 9.4, 9.7, 9.48 и 9.49 должностного регламента.

Однако заключение по результатам служебной проверки и вышеназванные приказы истец считает незаконными и подлежащими отмене.

Так, перечисленные в приказе от < Дата > № нормы ею не нарушались, соответственно, не могли явиться основанием для привлечения к дисциплинарной ответственности, поскольку какие-либо сведения, составляющие государственную и иную охраняемую законом тайну, а также сведения, ставшие ей известными в связи с выполнением служебных обязанностей, ею не разглашались.

Более того, считает, что утечка служебной информации из Отделения в ходе служебного разбирательства не установлена, так как к поступившему документу имели доступ иные лица, в том числе, врио начальника Управления ФИО2, которому он был представлен на рассмотрение, что не исключало его прямой заинтересованности в результатах проводимой проверки.

Вопреки информации, изложенной в приказе, прямая причинно-следственная связь между ее действиями и разглашением персональных данных отсутствует, а их утечка не относится к перечню грубых нарушений служебной дисциплины, перечисленных в ч. 2 ст. 49 Федерального закона от 30.11.2011 № 342-ФЗ, который расширительному толкованию не подлежит.

Помимо этого, в ходе проверки не установлен, как сам факт разглашения персональных данных, так и наступление каких-либо негативных последствий; не подтверждены документально дата и время совершения дисциплинарного проступка, характер проступка, обстоятельства, при которых он был совершен, прежнее поведение сотрудника, отношение его к службе, знание им правил ее несения и другие обстоятельства, имеющие значение для проведения служебной проверки.

При наложении дисциплинарного взыскания не учтены тяжесть совершенного проступка и степень вины.

При проведении служебной проверки были допущены нарушения порядка ее проведения.

Приказ о временном отстранении не содержит указание на конкретную норму Федерального закона от 30.11.2011 № 341-ФЗ, в соответствии с которой сотрудник временно отстраняется от выполнения служебных обязанностей.

Такими неправомерными действиями ответчика истцу причинен моральный вред.

В частности, с учетом оказываемого на нее в ходе служебной проверки психологического воздействия, создания в коллективе обстановки недоверия, состояние ее здоровья ухудшилось, в связи с чем 16.03.2023 она с места службы на машине скорой медицинской помощи была доставлена в ГБУЗ КО «Городская больница № 3», где ей поставлен диагноз: «Гипертоническая болезнь» и, как следствие, освобождена от выполнения служебных обязанностей в период с 16.03.2023 по 27.03.2023; впоследствии была госпитализирована в ФКУЗ «МСЧ МВД России по Калининградской области», где находилась на стационарном лечении по 07.04.2023. В условиях нагнетания вокруг нее обстановки приняла вынужденное решение об увольнении со службы, что повлекло за собой необходимость поиска нового места работы в ограниченный период времени.

В судебное заседание истец ФИО1 не явилась, о времени и месте слушания дела извещена надлежащим образом. При подаче иска ходатайствовала о рассмотрении дела в ее отсутствие.

Представитель истца ФИО3 в судебном заседании требования поддержал по изложенным в иске основаниям, уточнив размер взыскиваемого денежного довольствия за период временного отстранения от выполнения служебных обязанностей – 16814,76 руб. и премии за добросовестное исполнение служебных обязанностей – 9339,50 руб. Также просил взыскать с ответчика в пользу истца судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 58000 руб., расходы на оформление нотариальной доверенности в размере 1700 руб. и почтовые расходы в сумме 259 руб., а всего – 59959 руб.

Дополнительно указал, что в нарушение положений ст. ст. 48, 49, 50 Федерального закона от 30.11.2011 № 342-ФЗ ФИО1 привлечена к дисциплинарной ответственности и лишена части денежного довольствия без установления не только факта грубого нарушения ею служебной дисциплины, то есть совершения дисциплинарного проступка, но и ее вины в этом. В ходе проведения служебной проверки не установлен, как сам факт распространения либо предоставления персональных данных работниками возглавляемого ею Отделения, так и наступление негативных последствий. При наложении дисциплинарного взыскания тяжесть совершенного проступка и степень содеянного не учтены. Данных о привлечении ФИО1 к дисциплинарной ответственности ранее не представлено, это обстоятельство не учитывалось. Однако на нее наложено одно из самых строгих видов дисциплинарной ответственности, несмотря на имеющиеся награждения.

Из приказа от < Дата > №, представленного стороной истца, следует, что ФИО1 привлечена к ответственности именно за грубое нарушение служебной дисциплины, выразившееся в разглашении персональных данных из возглавляемого ею отделения, в то время как ответчиком представлена копия приказа, в котором указание на «грубое» нарушение служебной дисциплины отсутствует.

Положениями ч. 2 ст. 49 Федерального закона от 30.11.2011 № 342-ФЗ предусмотрен исчерпывающий перечень грубых нарушений служебной дисциплины, в п. 5 которой имеется указание на «разглашение сотрудником сведений, составляющих государственную и иную охраняемую законом тайну, конфиденциальной информации (служебной тайны), ставших ему известными в связи с выполнением служебных обязанностей, если это не влечет за собой уголовную ответственность». Между тем, понятие «утечка» служебной информации в данный перечень, который расширительному толкованию не подлежит, не включено.

При этом вина истца в совершении действий, направленных на распространение или раскрытие персональных данных Г.Р.Г., содержащихся в поступившем документе от < Дата >, в ходе служебной проверки не установлена. Служебной проверкой установлены только косвенные факты, которых недостаточно для категоричного утверждения вины ФИО1 в том, что она лично сфотографировала документ, содержащий персональные данные кандидата для назначения на должность, и распространила его третьим лицам.

Приведенные в заключении доводы об отсутствии доступа к документу других сотрудников Управления являются несостоятельными, поскольку установлен факт ознакомления с содержанием документа Ф.Е.А., при получении объяснения у которой, вопрос о наличии у нее смартфона не выяснялся. Детализация телефонных переговоров у всех сотрудников не получалась и не исследовалась.

Причастность к фотографированию документа и его передачи другим лицам Ш.С.В., К.Е.С., Б.А.О. и Б.Е.А. по результатам психофизических исследований не установлена. Более того, данные исследования отсутствуют в материалах служебной проверки.

Полагает, что в оспариваемом заключении о результатах служебной проверки содержатся взаимоисключающие друг друга основания для привлечения к дисциплинарной ответственности: «разглашение сведений…» и «неудовлетворительная организация и выполнение мероприятий по сохранности и не разглашению служебной тайны в Отделении».

Должностные обязанности ФИО1 не возлагают на нее функции контроля за распространением и раскрытием персональных данных третьих лиц подчиненными ей сотрудниками при ведении несекретного делопроизводства.

Не соответствуют фактическим обстоятельствам дела утверждения стороны ответчика о том, что в результате доступа к персональным данным Г.Р.Н. был нанесен ущерб репутации Росгвардии, поскольку сведений о том, что данные события стали известны широкому кругу посторонних лиц, не работающих в данной структуре, в ходе служебного разбирательства не установлено. Сам Г.Р.Г. более 12 лет не работает в правоохранительных структурах Калининградской области и более 8 лет его работа не связана с борьбой с преступностью. Само по себе обращение Г.Р.Н. спустя 1,5 месяца после привлечения истца к дисциплинарной ответственности об этом не свидетельствует, в основу оспариваемого приказа положено не было.

В нарушение положений ч. 2 ст. 52 Федерального закона от 30.11.2011 № 342-ФЗ решение о проведении служебной проверки принято врио начальника Управления ФИО2 – заинтересованным лицом в ее результатах, поскольку последний имел доступ к спорному документу наряду с иными сотрудниками.

Сама служебная проверка назначена по факту утечки персональных данных, однако в отношении конкретного должностного лица, в частности, ФИО1 не назначалась.

Срок проведения служебной проверки нарушен, так как истекал 04.04.2023; продлен ФИО2 на 30 суток по причине анализа полученных данных, а также длительного нахождения на больничном ФИО1 безосновательно, поскольку какие-либо мероприятия с участием истца после 30.03.2023 не проводились.

Таким образом, заключение по результатам проведения служебной проверки утверждено за пределами сроков, предусмотренных ч. 5 ст. 52 Федерального закона от 30.11.2011 № 342-ФЗ и п.п. 26.2, 33 Порядка.

Более того, начало проверки осуществлено не с 06.03.2023, а фактически со 02.03.2023, когда были проведены мероприятия по опросу сотрудников, а также проверка детализации телефонных переговоров Ш.С.В. и ФИО1

Заключением по результатам служебной проверки не подписано Г.А.В., как лицом ее проводившим, в то же время согласовано майором Б.Т.В., которая сама рассматривалась как лицо, допустившее распространение персональных данных Г.Р.Н.

Несмотря на удовлетворение ходатайства ФИО1 от < Дата > об осмотре ее мобильного телефона специалистом ФСБ России в ее присутствии, оно не было реализовано. Специалист не привлекался.

Приказ от < Дата > о временном отстранении ФИО1 от выполнения служебных обязанностей не содержит ссылок на конкретный пункт ч. 2 ст. 73 Федерального закона от 30.11.2011 № 342-ФЗ, подписан неуполномоченным должностным лицом, поскольку врио начальника Управления не является для ФИО1 прямым или непосредственным начальником. Достаточных данных полагать, что истцом были допущены грубые нарушения служебной дисциплины, при издании приказа не имелось, а потому он не основан на законе.

Каких-либо убедительных доказательств, указывающих на то, что истцом было оказано давление на своих подчиненных, материалы служебной проверки не содержат. Рапорт майора ФИО4, сообщившего о ставших ему известными фактах давления ФИО1 на Б.А.О. и вовсе следует рассматривать, как нарушение Порядка проведения служебной проверки, поскольку было допущено разглашение информации о ходе проведения проверки.

При определении размера компенсации морального вреда дополнительно просил учесть, что ФИО1 самостоятельно воспитывает сына.

Представители Управления Росгвардии по Калининградской области ФИО4, ФИО5 в судебном заседании против удовлетворения иска возражали по основаниям, приведенным в письменных возражениях на иск и дополнениях к ним.

Указали, что основанием для проведения служебной проверки явилась необходимость выявления причин, условий и обстоятельств, способствовавших утечке персональных данных (служебной тайны) из отделения делопроизводства и режима Управления на кандидата на должность заместителя начальника Управления – начальника Центра лицензионно-разрешительной работы – Г.Р.Г.

В ходе проверки установлено, что из разглашенного (утекшего) в интернет служебного документа с ограниченным доступом, а именно письма командующего СЗО ВНГ РФ от < Дата > вход. №, раскрыты персональные данные Г.Р.Г.: адрес места жительства, его дата рождения и личный номер телефона, что создало для него и членов его семьи реальную опасность для жизни и здоровья, поскольку он долгое время возглавлял в регионе оперативные службы по борьбе с преступностью, и такая информация стала доступной лицам, привлеченным к уголовной ответственности, в том числе, тем, которые были в его оперативной разработке.

Решение о временном отстранении ФИО1 от выполнения служебных обязанностей принято начальником территориального органа на основании того, что в ходе служебной проверки был установлен факт оказания истцом психологического давления на своих подчиненных, советовавшей не проходить психофизическое исследование, а также в связи с тем, что имелись достаточные данные полагать, что действия ФИО1 подпадают под категорию грубых дисциплинарных проступков – разглашение сведений, составляющих конфиденциальную информацию (служебную тайну), ставших ей известными в связи с выполнением служебных обязанностей. В ходе проверки было установлено, что служебный документ от 28.02.2023 другим должностным лицам и в другие подразделения в день его поступления не уходил. Более того, ни у кого, кроме ФИО1, смартфонов на рабочих местах не было, поскольку их использование в служебное время запрещено. Поступившей детализацией звонков и выхода в интернет установлено, что 28.02.2023 истцом в рабочее время осуществлялись выходы в сеть Интернет и отправка файлов, которые впоследствии были удалены. Более того, несмотря на то, что ФИО1 представила согласие на прохождение в добровольном порядке психофизического исследования на полиграфе, впоследствии от его прохождения она отказалась. Такие действия сотрудника и установленные ко дню принятия решения об отстранении ФИО1 обстоятельства в совокупности давали работодателю основания для издания приказа от < Дата > №.

Нарушений Порядка отстранения не допущено, поскольку о принятом решении истец уведомлена в установленные сроки; решение принято непосредственным руководителем истца. Несмотря на то, что по результатам проведения служебной проверки не был установлен факт грубого нарушения служебной дисциплины, на обоснованность принятого решения о временном отстранении сотрудника от выполнения служебных обязанностей данное обстоятельство не влияет.

Материалами служебной проверки был подтвержден факт нарушений действующих правовых актов и законодательства в области обеспечения сохранности сведений, составляющих иную охраняемую законом тайну (персональные данные) режимно-секретным подразделением, возглавляемым ФИО1, со стороны которой не была надлежащим образом организована работа по недопущению утечки персональных данных Г.Р.Г. Проверкой установлен факт неудовлетворительной организации и выполнении мероприятий по сохранности служебной тайны и неразглашении персональных данных.

Указание в приказе от < Дата > № на привлечение истца к дисциплинарной ответственности за нарушение служебной дисциплины, выразившееся в разглашении персональных данных, подразумевает также утерю и передачу информации из служебного документа посторонним лицам, который был передан ей вышестоящим органом Управления на ее ответственное хранение и надлежащую обработку.

Указали, что при принятии решения о привлечении ее к дисциплинарной ответственности учитывалось предшествующее поведение ФИО1 и ее отношение к выполнению служебных обязанностей. В частности, установлено, что ранее ФИО1 уже допускала нарушение режима работы с секретными документами; в июне 2022 года проводилась служебная проверка по аналогичным фактам, по результатам которой за ненадлежащее исполнение служебных обязанностей и слабый должностной контроль, слабый уровень знаний руководящих документов истцу было указано на упущение по службе, она была предупреждена о недопущении подобных нарушений в дальнейшем. При этом конкретное дисциплинарное взыскание применяется по усмотрению руководителя.

Выслушав пояснения представителей сторон, исследовав материалы дела, оценив собранные по делу доказательства в соответствии со ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ), суд приходит к следующему.

Правоотношения, связанные с поступлением на службу в войска национальной гвардии, ее прохождением и прекращением, регулируются Федеральным законом от 03.07.2016 № 226-ФЗ «О войсках национальной гвардии Российской Федерации», Федеральным законом от 30.11.2011 № 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее - Федеральный закон от 30.11.2011 № 342-ФЗ).

В соответствии с ч. 1 ст. 44 Федерального закона от 03.07.2016 № 227-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации и признании утратившими силу отдельных законодательных актов (положений законодательных актов) Российской Федерации в связи с принятием Федерального закона «О войсках национальной гвардии Российской Федерации» на лиц, проходящих службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации и имеющих специальные звания полиции, граждан, уволенных со службы в войсках национальной гвардии Российской Федерации, членов их семей и лиц, находящихся (находившихся) на их иждивении, распространяются положения частей 3 - 10 статьи 43 и части 6 статьи 46 Федерального закона от 07.02.2011 № 3-ФЗ «О полиции», Федерального закона от 19.07.2011 № 247-ФЗ «О социальных гарантиях сотрудникам органов внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» и Федерального закона от 30.11.2011 № 342-ФЗ (за исключением положений ч. 4 ст. 10, п. 21 ч. 1, ч. 2 и ч. 3 ст. 11, ч. 2 ст. 12, ч. 3 ст. 13, ст. ст. 28, 76 указанного Федерального закона).

В силу положений п. п. 1, 2, 4, 7 ч. 1 ст. 12 Федерального закона от 30.11.2011 № 342-ФЗ сотрудник органов внутренних дел обязан знать и соблюдать Конституцию Российской Федерации, законодательные и иные нормативные правовые акты Российской Федерации в сфере внутренних дел, обеспечивать их исполнение; знать и исполнять должностной регламент (должностную инструкцию) и положения иных документов, определяющие его права и служебные обязанности, исполнять приказы и распоряжения прямых руководителей (начальников); соблюдать при выполнении служебных обязанностей права и законные интересы граждан, общественных объединений и организаций; не разглашать сведения, составляющие государственную и иную охраняемую законом тайну, а также сведения, ставшие ему известными в связи с выполнением служебных обязанностей, в том числе сведения, касающиеся частной жизни и здоровья граждан или затрагивающие их честь и достоинство.

Сотрудник органов внутренних дел обязан знать и соблюдать основные и служебные обязанности, порядок и правила выполнения служебных обязанностей и реализации предоставленных ему прав; соблюдать требования к служебному поведению; не разглашать сведения, составляющие государственную и иную охраняемую законом тайну, а также сведения, ставшие ему известными в связи с выполнением служебных обязанностей, в том числе сведения, касающиеся частной жизни и здоровья граждан или затрагивающие их честь и достоинство (подп. «а», «в», «ж» п. 5 Дисциплинарного устава органов внутренних дел Российской Федерации, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 14.10.2012 № 1377).

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что ФИО1 в период с 10.10.2016 по 05.07.2023 проходила службу в Управлении Росгвардии по Калининградской области в должности начальника отделения делопроизводства и режима, имеет специальное звание «подполковник полиции».

Также установлено, что 06.03.2023 на имя врио начальника Управления Росгвардии по Калининградской области ФИО2 начальником отдела правового обеспечения Управления Д.А.К. подан рапорт, в котором последний сообщил, что 02.03.2023 ему поступила информация о передаче посредством одного из интернет-мессенджеров служебного документа с входящим номером Управления № от < Дата >, раскрывающего персональные данные Г.Р.Г.

В рапорте указано, что проведенным анализом установлено, что данное письмо поступило из Северо-Западного округа войск национальной гвардии РФ около 13.40 27.02.2023, затем 28.02.2023 было зарегистрировано в отделении делопроизводства и режима Управления, после чего врио начальника Управления списано в отдел кадров. В этот же день фото данного документа неустановленным сотрудником Управления было направлено третьим лицам, не связанным с Управлением, и приобрело массовую рассылку, что привело к утечке персональных данных Г.Р.Г.

В рапорте приведен круг должностных лиц Управления, кто работал с указанным документом 28.02.2023 и 01.03.2023: полковник Ш.С.В., подполковник ФИО1, майор Б.Т.В., старший лейтенант В.О.В., старший лейтенант К.Е.С., сержанты Б.А.О., Б.Е.А., Ф.Е.А.

К рапорту приложен скриншот сообщения, содержащего спорный документ, от абонента «Витя» 02.03.2023 в 8:35 с припиской: «Интересно у Вас».

На рапорте имеется резолюция врио начальника Управления ФИО2 от 06.03.2023 с поручением Н.А.А. провести служебную проверку во взаимодействии с сотрудником СБ Росгвардии по Калининградской области.

18.04.2023 врио начальника Управления ФИО2 утверждено заключение по результатам служебной проверки по факту утечки (разглашения) персональных данных из отделения делопроизводства и режима Управления Росгвардии по Калининградской области на кандидата на назначение на должность заместителя начальника Управления – начальника Центра лицензионно-разрешительной работы Г.Р.Г. (полковника полиции в отставке).

Из заключения следует, что основанием для проведения служебной проверки явилась необходимость выявления причин, условий и обстоятельств, способствовавших утечке персональных данных (служебной тайны) из отделения делопроизводства и режима Управления Росгвардии по Калининградской области (далее-ОдиР) на кандидата к назначению на должность заместителя начальника Управления - начальника Центра разрешительной работы Г.Р.Г.

Из информационной записки начальника группы собственной безопасности (по Калининградской области) отдела собственной безопасности управления Северо-Западного округа войск национальной гвардии Российской Федерации (далее - ОСБ) подполковника Г.А.В. от < Дата > было установлено, что < Дата > в < ИЗЪЯТО > на его личный номер телефона посредством мессенджера «WhatsApp» от абонента «неизвестный» поступила информация в виде фотофайла со служебным документом Управления Росгвардии по Калининградской области (вх. № от < Дата >). Содержание данного документа раскрывает данные Г.Р.Г., являющегося кандидатом для поступления на службу в войска национальной гвардии РФ.

Проведенными ОСБ в период с 01.03.2023 по 02.03.2023 мероприятиями установлено, что письмо с входящим номером № от < Дата > поступило по системе электронного документооборота «СЭД» из Северо-Западного округа войск национальной гвардии Российской Федерации вечером 27.02.2023 в ОдиР Управления. 28.02.2023 в ОдиР Управления документ был выведен на печать, зарегистрирован в установленном порядке. После регистрации указанное письмо с иной корреспонденцией было передано врио начальника Управления ФИО2 на резолюцию, которое им было списано для исполнения начальнику отдела кадров Управления Ш.С.В. и организации открытия допуска к государственной тайне начальнику ОдиР ФИО1 В тот же день, фото данного письма неустановленным сотрудником (военнослужащим) Управления направлено третьим лицам, не связанным с Управлением, и приобрело массовую рассылку, что привело к утечке персональных данных.

Всем должностным лицам, которые каким-то образом в период с 28.02.2023 по 01.03.2023 знакомились с этим документом, было предложено в добровольном порядке пройти психофизическое исследование на полиграфе на предмет достоверности представленной информации и сверки ее объективности с отобранными в ходе расследования объяснениями. Также согласие на техническое и визуальное исследование своих телефонов (смартфонов) дали начальник отдела кадров Управления Ш.С.В. и начальник ОдиР ФИО1, ими же представлены в добровольном порядке распечатки детализаций своих телефонных звонков и выходов в сеть интернет, датированные 28.02.2023, то есть в день утечки персональных данных Г.Р.Г. посредством сети интернет.

В ходе проведения служебной проверки все сотрудники и военнослужащие (которым было предложено), давшие свое согласие пройти психофизическое исследование на полиграфе, данную процедуру прошли, за исключением начальника ОдиР ФИО1, которая сначала убыла на больничный в период, когда была назначена дата ее проведения, затем, по выходу с больничного написала отказ от прохождения данной процедуры, сославшись на то, что она уже в достаточной степени представила все необходимые данные для объективного расследования, и к тому же неважно себя чувствует.

В ходе анализа истребованных и представленных документов, в том числе объяснений сотрудников, установлено, что в большинстве своем показания сотрудников ОдиР не соответствуют по хронологии события материалам проверки и установленным на их основе фактическим обстоятельствам.

Так, в ходе изучения информации из сервиса электронного документооборота «СЭД» установлено, что вышеназванное письмо с персональными данными Г.Р.Г. (исх. № от < Дата >) пришло на оператора Б.Е.А. из Северо-Западного округа войск национальной гвардии Российской Федерации в ОдиР Управления не 28.02.2023, как об этом утверждают в своих объяснениях сотрудники ОдиР, а примерно в послеобеденное время 27.02.2023 и зарегистрировано 28.02.2023. Документ из ОдиР никуда, кроме как на подпись врио начальника Управления 28.02.2023, не выходил, никто, кроме сотрудников ОдиР и врио начальника Управления, его фактически не видел и не мог видеть. Согласно Журналу учета входящих несекретных документов Управления (том II) от < Дата > №, вопреки утверждениям сотрудников ОдиР о том, что представителем отдела кадров Управления данный документ был получен 28.02.2023, документ на самом деле был получен сержантом Ф.Е.А. только 01.03.2023, о чем свидетельствует запись в журнале за ее подписью под фамилией Ш.С.В., датированная 01.03.2023, что фактически исключает возможность распространения персональных представителями отдела кадров Управления через различные мессенджеры 28.02.2023.

В ходе проведения служебной проверки также был выявлен факт оказания психологического давления со стороны ФИО1 на своих подчиненных. Так, 20.03.2023 в адрес ФИО4 обратилась за правовой помощью Б.А.О. и сообщила, что на нее оказывается давление со стороны ее непосредственного начальника - ФИО1, которая советует ей не проходить психофизическое исследование на полиграфе, поскольку военнослужащие не должны его проходить, при этом сама Б.А.О. выглядела эмоционально подавленной. Данный факт частично был подтвержден свидетелями К.Д.С., О.П.А.

Анализ представленной ФИО1 распечатки детализации истории транзакций с ее абонентского номера от 03.03.2023 подтвердил показания ее подчиненных сотрудников о том, что в рабочее время ФИО1 периодически выходит в сеть интернет в виде передачи файлов и интернет-звонков из рабочего режимного кабинета, создает предпосылки утечки информации. На вопрос ФИО1, может ли она добровольно показать на своем смартфоне, какой файл она отправляла в < ИЗЪЯТО > < Дата > из мобильного интернета размером (100 Кб), примерно схожим по объему файла с документом о персональных данных Г.Р.Г., который значится в представленной распечатке детализации, она ответила, что ничего не отправляла, и показала свой телефон, где данный файл отсутствовал (скорее всего был удален). Данный факт в совокупности с уклонением и отказом от прохождения психофизического исследования на полиграфе, оказания давления на своих подчиненных, введения в заблуждение относительно даты получения документа и передачи его в отдел кадров, наличие единственного смартфона среди сотрудников ОдиР, позволил проверяющему прийти к выводу о недобросовестном подходе ФИО1 к содействию в установлении объективной картины по рассматриваемому делу, и рассмотрен как злоупотребление правом и злонамеренное противодействие объективному проведению расследования, а также установлению виновного должностного лица, связанного с утечкой персональных данных третьим лицам.

14.04.2023 по результатам назначенных психофизических и технических исследований установлено, что проведенные психофизические исследования вышеуказанных лиц на полиграфе не показали расхождений с их объяснениями.

Техническое и визуальное исследование телефонов показали, что у Ш.С.В. 28.02.2023 не зафиксированы данные о наличии и передаче информации вышеупомянутого документа (все файлы за 28.02.2023 без удалений). Исследования телефона ФИО1 показали, что 28.02.2023 данные об отправке файлов через интернет были удалены, в связи с чем установить достоверно отправку документа с персональными данными Г.Р.Г. не представилось возможным.

Таким образом, отсутствие 28.02.2023 смартфонов (телефонов) у подчиненных ФИО1 сотрудников ОдиР на рабочем месте, (ввиду их запрета на использование в Управлении солдатам и сержантам), наличие только у Валовой Ю.Н технического средства для фотографирования (смартфон) и возможности передачи по сети интернет данных в кабинете ОдиР, установление факта выхода 28.02.2023 на рабочем месте в сеть интернет, а также то, что документ, кроме сотрудников ОдиР, никто другой больше не мог видеть, позволили прийти к выводу о том, что, кроме как у ФИО1, не было такой возможности, как сфотографировать этот документ и передать его в интернет.

Однако в заключении указано, что в ходе служебной проверки установлена совокупность только лишь косвенных аргументов, которые недостаточны для категоричного утверждения прямой вины ФИО1 в том, что она лично сфотографировала документ, содержащий персональные данные и по мессенджерам передала его третьим лицам, не связанным с Управлением.

Вместе с тем ФИО1 своими действиями (бездействиями), как начальник режимно-секретного подразделения, допустила утечку (разглашение служебной тайны) содержания вверенного под ее персональную ответственность служебного документа из своего рабочего режимного кабинета с персональными данными кандидата для поступления на службу, что создало предпосылки к угрозе жизни и здоровью Г.Р.Г.

При этом указано, что ФИО1 ранее допускала нарушение режима работы с секретными документами, в июне 2022 года в отношении нее проводилась служебная проверка, в ходе которой за ненадлежащее исполнение служебных обязанностей и слабый должностной контроль, слабый уровень знаний руководящих документов ей было указано на упущение по службе, и она была предупреждена о недопущении подобных нарушений в дальнейшем.

Приняв во внимание установленные служебной проверкой факты нарушений действующих правовых актов и законодательства в области обеспечения сохранности сведений, составляющих иную охраняемую законом тайну (персональные данные) режимно-секретным подразделением, проверяющий пришел к выводу о том, что со стороны ФИО1 не была организована надлежащая работа по недопущению утечки персональных данных Г.Р.Г.

Указано, что материалами служебной проверки установлена прямая причинно-следственная связь между действиями (бездействиями) ФИО1, выразившимися в неудовлетворительной организации и выполнении мероприятий по сохранности служебной тайны и неразглашению сведений (персональных данных), и наступившими негативными последствиями, выраженными в нарушении требований законодательства о персональных данных, что является недопустимым, поскольку был нанесен ущерб репутации Росгвардии и была создана предпосылка к реальной угрозе жизни и здоровью полковника полиции в отставке Г.Р.Г. (и его семьи), посвятившего длительный период своей жизни активной борьбе с преступностью.

В качестве причин произошедшего указано на личную недисциплинированность, низкий уровень правовой культуры и правосознания ФИО1, а также низкий должностной контроль с ее стороны за деятельностью своих подчиненных.

По результатам служебной проверки заместитель начальника центра лицензионно-разрешительной работы Управления Н.А.А. пришел к выводу о том, что факты нарушения служебной дисциплины со стороны ФИО1 нашли свое подтверждение; за допущенные нарушения служебной дисциплины необходимо рассмотреть вопрос о привлечении ее к дисциплинарной ответственности.

Приказом врио начальника Управления Росгвардии по Калининградской области полковника полиции ФИО2 от < Дата > № за нарушение служебной дисциплины, выразившееся в разглашении персональных данных (утечке служебной информации) из возглавляемого режимно-секретного подразделения, нарушение требований п. 5 ч. 2 ст. 49 Федерального закона от 30.11.2011 № 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел…», Федерального закона «О персональных данных», п. п. 3, 4, 5 и 9 Дисциплинарного устава органов внутренних дел Российской Федерации, утвержденного Указом Президента РФ от 14.10.2012 № 1377, п. п. 7, 9.1, 9.2, 9.4, 9.7, 9.48 и 9.49 должностного регламента ФИО1 привлечена к дисциплинарной ответственности в виде наложения дисциплинарного взыскания - предупреждения о неполном служебном соответствии, лишена премии за добросовестное исполнение служебных обязанностей в течение одного месяца со дня привлечения к дисциплинарной ответственности.

Проверяя законность порядка проведения служебной проверки, принятого по ее результатам заключения и приказа о применении к истцу дисциплинарного взыскания, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 47 Федерального закона от 30.11.2011 № 342-ФЗ служебной дисциплиной признается соблюдение сотрудником органов внутренних дел установленных законодательством Российской Федерации, Присягой сотрудника органов внутренних дел Российской Федерации, дисциплинарным уставом органов внутренних дел Российской Федерации, контрактом, приказами и распоряжениями руководителя федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел, приказами и распоряжениями прямых и непосредственных руководителей (начальников) порядка и правил выполнения служебных обязанностей и реализации предоставленных прав.

Согласно ч. 1 ст. 49 Федерального закона от 30.11.2011 № 342-ФЗ нарушением служебной дисциплины (дисциплинарным проступком) признается виновное действие (бездействие), выразившееся в нарушении сотрудником органов внутренних дел законодательства Российской Федерации, дисциплинарного устава органов внутренних дел Российской Федерации, должностного регламента (должностной инструкции), правил внутреннего служебного распорядка федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел, его территориального органа или подразделения, либо в несоблюдении запретов и ограничений, связанных со службой в органах внутренних дел, и требований к служебному поведению, либо в неисполнении (ненадлежащем исполнении) обязательств, предусмотренных контрактом, служебных обязанностей, приказов и распоряжений прямых руководителей (начальников) и непосредственного руководителя (начальника) при выполнении основных обязанностей и реализации предоставленных прав.

На основании п. 4 ч. 1 ст. 50 Федерального закона от 30.11.2011 № 342-ФЗ на сотрудника органов внутренних дел в случае нарушения им служебной дисциплины, а также в иных случаях, предусмотренных настоящим Федеральным законом, могут налагаться дисциплинарные взыскания, к которым также относится предупреждение о неполном служебном соответствии.

До наложения дисциплинарного взыскания от сотрудника органов внутренних дел, привлекаемого к ответственности, должно быть затребовано объяснение в письменной форме. В случае отказа сотрудника дать такое объяснение составляется соответствующий акт. Перед наложением дисциплинарного взыскания по решению руководителя федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел или уполномоченного руководителя в соответствии со ст. 52 настоящего Федерального закона может быть проведена служебная проверка (ч. 8 ст. 51 Федерального закона от 30.11.2011 № 342-ФЗ).

Порядок проведения служебной проверки регламентирован ст. 52 Федерального закона от 30.11.2011 № 342-ФЗ.

Служебная проверка проводится по решению руководителя федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел или уполномоченного руководителя при необходимости выявления причин, характера и обстоятельств совершенного сотрудником органов внутренних дел дисциплинарного проступка, подтверждения наличия или отсутствия обстоятельств, предусмотренных статьей 14 названного закона, а также по заявлению сотрудника (ч. 1 ст. 52 Федерального закона от 30.11.2011 № 342-ФЗ).

Согласно ч. 3 ст. 52 Федерального закона от 30.11.2011 № 342-ФЗ при проведении служебной проверки в отношении сотрудника органов внутренних дел должны быть приняты меры по объективному и всестороннему установлению: фактов и обстоятельств совершения сотрудником дисциплинарного проступка; вины сотрудника; причин и условий, способствовавших совершению сотрудником дисциплинарного проступка; характера и размера вреда, причиненного сотрудником в результате совершения дисциплинарного проступка; наличия или отсутствия обстоятельств, препятствующих прохождению сотрудником службы в органах внутренних дел.

В заключении по результатам служебной проверки указываются установленные факты и обстоятельства, предложения, касающиеся наложения на сотрудника органов внутренних дел дисциплинарного взыскания (ч. 7 ст. 52 Федерального закона от 30.11.2011 № 342-ФЗ).

Порядок проведения служебной проверки устанавливается федеральным органом исполнительной власти в сфере внутренних дел (ч. 9 ст. 52 Федерального закона от 30.11.2011 № 342-ФЗ).

Во исполнение данной части ст. 52 Федерального закона от 30.11.2011 № 342-ФЗ приказом Росгвардии от 30.01.2018 № 25 утвержден Порядок проведения служебной проверки в войсках национальной гвардии Российской Федерации (далее - Порядок от 30.01.2018 № 25).

Пунктом 3 Порядка от 30.01.2018 № 25 предусмотрено, что служебная проверка проводится по решению директора Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации - главнокомандующего войсками национальной гвардии Российской Федерации, первых заместителей директора, заместителей директора, статс-секретаря - заместителя директора, начальника (руководителя) структурного подразделения Росгвардии, командующего округом войск национальной гвардии, начальника территориального органа Росгвардии, заместителя начальника территориального органа Росгвардии, а также командира (начальника) подразделения (организации) войск национальной гвардии, имеющего в непосредственном подчинении кадровый орган.

Служебная проверка назначается уполномоченным руководителем в отношении подчиненного ему по службе сотрудника (п. 4 Порядка от 30.01.2018 № 25).

В силу п. 9 Порядка от 30.01.2018 № 25 основанием для проведения служебной проверки является необходимость выявления причин, характера и обстоятельств совершенного сотрудником дисциплинарного проступка, подтверждения наличия или отсутствия обстоятельств, предусмотренных ст. 14 Федерального закона от 30.11.2011 № 342-ФЗ, а также заявление сотрудника.

Служебная проверка проводится в течение тридцати дней со дня принятия решения о ее проведении. Срок проведения служебной проверки по решению уполномоченного руководителя может быть продлен, но не более чем на тридцать дней (п. 17).

При этом в срок проведения служебной проверки не включаются периоды временной нетрудоспособности сотрудника, в отношении которого проводится служебная проверка, нахождения его в отпуске или в командировке, а также время отсутствия сотрудника на службе по иным уважительным причинам, подтвержденным документально (п. 18).

По результатам служебной проверки на основании имеющихся в материалах служебной проверки данных составляется заключение, которое состоит из трех частей: вводной, описательной и резолютивной.

В вводной части указываются: должность, специальное (воинское) звание, инициалы, фамилия должностного лица (или состав комиссии), проводившего служебную проверку; должность, специальное звание, фамилия, имя, отчество (последнее - при наличии), год рождения сотрудника, в отношении которого проведена служебная проверка, а также сведения о его образовании, времени службы в органах внутренних дел Российской Федерации, войсках национальной гвардии и в замещаемой должности, количестве поощрений, взысканий, наличии (отсутствии) у него неснятых дисциплинарных взысканий.

Описательная часть должна содержать основания проведения служебной проверки; объяснение сотрудника, в отношении которого проведена служебная проверка; факт совершения сотрудником дисциплинарного проступка; обстоятельства и последствия совершения сотрудником дисциплинарного проступка; наличие либо отсутствие обстоятельств, предусмотренных ст. 14 Федерального закона от 30.11.2011 № 342-ФЗ; факты и обстоятельства, установленные в ходе рассмотрения заявления сотрудника; материалы, подтверждающие (исключающие) вину сотрудника; причины и условия, способствовавшие совершению сотрудником дисциплинарного проступка; характер и размер вреда, причиненного сотрудником в результате совершения дисциплинарного проступка (если он имеется).

С учетом изложенной в описательной части информации в резолютивной части указываются: вывод о завершении служебной проверки и наличии или отсутствии вины в действиях сотрудника, в отношении которого проведена служебная проверка; предложения о применении (неприменении) к сотруднику, в отношении которого проведена служебная проверка, мер дисциплинарной ответственности; выводы о наличии или отсутствии обстоятельств, предусмотренных ст. 14 Федерального закона от 30.11.2011 № 342-ФЗ; предложения о мерах по устранению выявленных недостатков или о прекращении служебной проверки в связи с отсутствием факта нарушения служебной дисциплины или обстоятельств, предусмотренных ст. 14 Федерального закона от 30.11.2011 № 342-ФЗ и прочее.

Как указывалось выше, порядок наложения на сотрудников органов внутренних дел дисциплинарных взысканий установлен ст. 51 Федерального закона от 30.11.2011 № 342-ФЗ.

В частности, дисциплинарное взыскание должно быть наложено не позднее чем через две недели со дня, когда прямому руководителю (начальнику) или непосредственному руководителю (начальнику) стало известно о совершении сотрудником органов внутренних дел дисциплинарного проступка, а в случае проведения служебной проверки или возбуждения уголовного дела - не позднее чем через один месяц со дня утверждения заключения по результатам служебной проверки или вынесения окончательного решения по уголовному делу. В указанные сроки не включаются периоды временной нетрудоспособности сотрудника, нахождения его в отпуске или в командировке (ч. 6 ст. 51 Федерального закона от 30.11.2011 № 342-ФЗ).

Дисциплинарное взыскание не может быть наложено на сотрудника органов внутренних дел по истечении шести месяцев со дня совершения дисциплинарного проступка, а по результатам ревизии или проверки финансово-хозяйственной деятельности - по истечении двух лет со дня совершения дисциплинарного проступка. В указанные сроки не включаются периоды временной нетрудоспособности сотрудника, нахождения его в отпуске или в командировке, а также время производства по уголовному делу (ч. 7 ст. 51 Федерального закона от 30 ноября 2011 № 342-ФЗ).

Таким образом, исходя из анализа вышеприведенных нормативных правовых актов, законодателем определен специальный порядок проведения служебной проверки в войсках национальной гвардии Российской Федерации, но с соблюдением условий, установленных Федеральным законом от 30.11.2011 № 342-ФЗ.

Оценив представленные в материалы дела письменные доказательства в совокупности с приведенными нормами права, оснований для вывода о том, что ответчиком были допущены нарушения порядка проведения служебной проверки, влекущие признание ее результатов, оформленных заключением от 18.04.2023, незаконными, суд не усматривает.

Так, служебная проверка в отношении ФИО1 назначена по решению уполномоченного лица, проведена в предусмотренный ст. 52 Федерального закона от 30.11.2011 № 342-ФЗ срок, заключение по результатам ее проведения оформлено в соответствии с законом и в установленные сроки.

Утверждения стороны истца о том, что служебная проверка в отношении ФИО1 не назначалась, а проведена лишь по факту утечки персональных данных, опровергаются вводной частью заключения от 18.04.2023, из которого прямо следует, что проверка проводится в отношении ФИО1

При этом указаны ее должность, специальное звание, фамилия, имя, отчество, дата рождения, сведения об образовании, времени службы в органах внутренних дел Российской Федерации, войсках национальной гвардии и в замещаемой должности, а также сведения об отсутствии у нее действующих дисциплинарных взысканий.

Все эти данные приведены во исполнение требований п. 29.2 Порядка от 30.01.2018 № 25, возлагающих на проверяющее лицо обязанность по указанию таких сведений о сотруднике, в отношении которого проводится служебная проверка.

Вопреки доводам представителя истца об обратном, решение о проведении служебной проверки принято уполномоченным лицом, указанным в п. 3, 4 Порядка от < Дата > №, поскольку ФИО2 в указанный период занимал должность врио начальника Управления Росгвардии по Калининградской области, соответственно, исполнял обязанности начальника территориального органа Росгвардии и являлся уполномоченным руководителем в отношении подчиненного ему по службе сотрудника ФИО1

Сама по себе осведомленность ФИО2 о содержании письма от < Дата > вх. № в ходе исполнения им своих должностных обязанностей, в результате которых ему стало известно о персональных данных Г.Р.Г., о его прямой или косвенной заинтересованности в результатах служебной проверки, проведенной впоследствии по факту их распространения, свидетельствовать не может.

При таком положении нарушений положений ч. 2 ст. 52 Федерального закона от 30.11.2011 № 342-ФЗ и п. 12 Порядка от 30.01.2018 № 25 по мотивам личной заинтересованности Б.А.Е. в результатах служебной проверки суд не усматривает.

Сроки проведения служебной проверки не нарушены, так как в период с 17.03.2023 по 07.04.2023 ФИО1 была временна нетрудоспособна, что следует из представленного ею же листка нетрудоспособности № от < Дата >, в связи с чем данный период подлежит исключению из срока проведения служебной проверки на основании п. 18 Порядка от 30.01.2018 № 25.

Более того, продление срока проведения служебной проверки отнесено к компетенции уполномоченного руководителя, что имело место в рассматриваемом случае. Отсутствие каких-либо мероприятий с истцом по факту проводимой проверки после 30.03.2023 на выводы суда об отсутствии допущенных нарушений не влияет, так как основанием для продления срока проверки явилась, в том числе, необходимость дополнительного анализа представленных в материалы документов.

Не нашли своего подтверждения и доводы истца о том, что заключение по результатам служебной проверки не подписано Г.А.В., как лицом ее проводившим, поскольку распорядительного акта о создании комиссии и включении в ее состав Г.А.В. наряду с другими членами комиссии руководителем территориального органа не принималось.

Напротив, как следует из резолюции врио начальника Управления ФИО2 на рапорте начальника отдела правового обеспечения Д.А.К. от < Дата >, проведение служебной проверки было поручено единолично Н.А.А., однако разрешено взаимодействие с сотрудником СБ Росгвардии по Калининградской области, при этом фамилия, имя, отчество данного сотрудника не указано.

Согласование заключения по результатам служебной проверки с майором Б.Т.В. обусловлено исполнением п. 32 Порядка от 30.01.2018 № 25, предусматривающим, что должностными лицами, проводившими служебную проверку, проект заключения по результатам служебной проверки с прилагающимися материалами, как правило, согласовывается с кадровым и правовым подразделениями войск национальной гвардии.

В день согласования заключения от < Дата > Б.Т.В. временно исполняла обязанности начальника отдела кадров Управления.

То обстоятельство, что Б.Т.В. в числе других сотрудников рассматривалась как лицо, допустившее распространение персональных данных Г.Р.Н., при проведении служебной проверки именно в отношении ФИО1 правового значения не имеет. К тому же в ходе анализа ее объяснений и других представленных документов факт ее причастности к распространению персональных данных Г.Р.Г. был опровергнут.

Не влекут признания незаконными результатов служебной проверки и суждения стороны истца о том, что начало проверки осуществлено не с 06.03.2023, а фактически со 02.03.2023, когда были проведены мероприятия по опросу сотрудников, а также проверка детализации телефонных переговоров Ш.С.В. и ФИО1

Как следует из материалов служебной проверки, все объяснения даны сотрудниками, в том числе ФИО1, в период с 10.03.2023 по 16.03.2023, то есть в рамках проводимой служебной проверки.

При этом суд обращает внимание на то, что опрос сотрудников Отдела кадров и Отделения делопроизводства и режима Управления на предмет их причастности к допущенному нарушению служебной дисциплины до начала проведения служебной проверки, свидетельствуют лишь о выяснении наличия оснований для ее проведения по данным обстоятельствам, а потому о каких-либо нарушениях порядка проведения служебной проверки не свидетельствует.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу о том, что заключение по результатам служебной проверки от 18.04.2023 отвечает принципам законности и могло быть положено в основу изданного приказа от < Дата > № о привлечении истца к дисциплинарной ответственности.

Разрешая требования ФИО1 в части признания данного приказа незаконным, суд также не находит оснований с ними согласиться в силу следующего.

Судом установлено и не оспаривалось стороной ответчика, что к дисциплинарной ответственности в виде наложения дисциплинарного взыскания - предупреждения о неполном служебном соответствии ФИО1 привлечена за нарушение служебной дисциплины, выразившееся в разглашении персональных данных (утечке служебной информации) из возглавляемого режимно-секретного подразделения, нарушение требований п. 5 ч. 2 ст. 49 Федерального закона от 30.11.2011 № 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел…», Федерального закона «О персональных данных», п. п. 3, 4, 5 и 9 Дисциплинарного устава органов внутренних дел Российской Федерации, утвержденного Указом Президента РФ от 14.10.2012 № 1377, п. п. 7, 9.1, 9.2, 9.4, 9.7, 9.48 и 9.49 должностного регламента.

Как следует из п. 7 должностной инструкции начальника отделения и режима Управления (ОДИР), с которой истец ознакомлена 07.11.2022, начальник ОДИР осуществляет непосредственное управление деятельностью режимно-секретных подразделений Управления и подчиненной организации на основе единоначалия, несет персональную ответственность за выполнение возложенных задач на режимно-секретные подразделения Управления и подчиненной организации.

Пунктами 9.1, 9.2, 9.4 предусмотрены обязанности начальника ОДИР, которые включают в себя знание и соблюдение Конституции Российской Федерации, законодательных и иных нормативных правовых актов Российской Федерации, касаемые войск национальной гвардии Российской Федерации, обеспечение их исполнения, прохождение регулярных проверок знания данных нормативных правовых актов; знание и исполнение должностного регламента и положений иных документов, определяющих права и служебные обязанности, исполнение приказов и распоряжений прямых начальников; соблюдение при выполнении служебных обязанностей прав и законных интересов граждан.

Кроме того, п. 9.7 должностного регламента на ФИО1 была возложена обязанность не разглашать сведения, составляющие государственную и иную охраняемую законом тайну, а также сведения, ставшие ей известными в связи с выполнением служебных обязанностей, в том числе сведения, касающиеся частной жизни и здоровья граждан или затрагивающие их честь и достоинство.

В соответствии с п. 9.48 и 9.49 начальник ОДИР обязан организовывать и вести секретное делопроизводство, а также выполнять иные функции, связанные с обеспечением режима секретности, ведением секретного делопроизводства.

Указом Президента Российской Федерации от 06.03.1997 № 188 утвержден перечень сведений конфиденциального характера, который, в том числе включает в себя сведения о фактах, событиях и обстоятельствах частной жизни гражданина, позволяющие идентифицировать его личность (персональные данные), за исключением сведений, подлежащих распространению в средствах массовой информации в установленных федеральными законами случаях.

Конфиденциальность информации представляет собой обязательное для выполнения лицом, получившим доступ к определенной информации, требование не передавать такую информацию третьим лицам без согласия ее обладателя.

В соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 12 Федерального закона от 30.11.2011 № 342-ФЗ сотрудник органов внутренних дел также обязан знать и исполнять должностной регламент (должностную инструкцию) и положения иных документов, определяющие его права и служебные обязанности.

Соответственно, обязанность сотрудника Росгвардии (в данном случае начальника отделения делопроизводства и режима) не разглашать сведения, составляющие государственную и иную охраняемую законом тайну, а также сведения, ставшие ему известными в связи с выполнением служебных обязанностей, в том числе сведения, касающиеся частной жизни и здоровья граждан или затрагивающие их честь и достоинство, прямо установлена, как специальными нормами законодательства, так и непосредственно предусмотрена должностным регламентом ФИО1, с которым она была ознакомлена лично под роспись.

В силу положений ст. 3 Федерального закона от 27.07.2006 № 152-ФЗ «О персональных данных» персональные данные - любая информация, относящаяся к прямо или косвенно определенному или определяемому физическому лицу (субъекту персональных данных); обработка персональных данных - любое действие (операция) или совокупность действий (операций), совершаемых с использованием средств автоматизации или без использования таких средств с персональными данными, включая сбор, запись, систематизацию, накопление, хранение, уточнение (обновление, изменение), извлечение, использование, передачу (распространение, предоставление, доступ), обезличивание, блокирование, удаление, уничтожение персональных данных.

Под распространением (разглашением) персональных данных понимается их передача определённому кругу лиц или ознакомление с ними неограниченного круга лиц, включая обнародование в СМИ, размещение в Интернете или предоставление доступа иным способом.

Суд полагает, что действия (бездействие) Валовой Ю.Н, выразившиеся в разглашении служебного документа, содержащего персональные данные кандидата на руководящую должность, и предназначенного для ограниченного пользования, в виде непринятия мер по обеспечению сохранности изложенных в нем сведений, свидетельствуют о нарушении ею служебной дисциплины, что, в свою очередь, явилось основанием для привлечения ее к дисциплинарной ответственности.

Доводы о том, что ответчиком не доказано, что именно истец распространила сведения, составляющие иную охраняемую тайну, ставшие ей известными в связи с выполнением служебных обязанностей, и что именно она опубликовала фотографию документа, не заслуживают внимания, поскольку к дисциплинарной ответственности истец привлечена за неудовлетворительную организацию и невыполнение мероприятий по сохранности служебной тайны, нарушение действующих правовых актов и законодательства в области обеспечения сохранности сведений, составляющих иную охраняемую законом тайну (персональные данные).

При этом утверждения представителя истца, что это могли сделать иные сотрудники, неубедительны.

Из объяснения начальника отдела кадров Управления Ш.С.В. от < Дата > следует, что документ для исполнения он получил и ознакомился с ним визуально лишь 01.03.2023, о чем свидетельствует запись в Журнале принимаемой корреспонденции, которая ведется в ОдиР Управления, и его виза на данном документе, проставленная 01.03.2023,

Таким образом, вывод служебной проверки, что он фактически никак не мог осуществить фото данного документа на свой смартфон и направить третьему лицу, не связанному с Управлением 28.02.2023, обоснован.

Более того, в целях снятия с себя любых подозрений, он настаивал исследовать его смартфон с распечаткой звонков и отправления файлов по сети интернет, а также подвергнуть его психофизическому исследованию на полиграфе, что и было реализовано.

На вопрос о том, кто из его подчиненных мог видеть этот документ, он пояснил, что видела его лишь находящаяся с ним в кабинете подчиненный ему сотрудник К.Е.С., он дал задание отработать по этому документу, и это было лишь 01.03.2023, смартфона у нее нет, так как пользование им запрещено в Управлении, она пользуется кнопочным телефоном. Все остальные подчиненные офицеры - майор Б.Т.В., старший лейтенант В.О.В. сидят в другом кабинете и не могли его физически видеть, и только Ф.Е.А. по его указанию получала в ОдиР под роспись 01.03.2023 этот документ со всей остальной корреспонденцией кадров, но визуально его не видела, а тем более не могла сфотографировать и отправить по сети интернет, так как ни у кого в Управлении из отдела кадров не было в пользовании смартфонов в связи с запретом их использовать.

Описывая события < Дата >, Ш.С.В. указал, что 28.02.2023 в послеобеденное время к нему в кабинет зашла ФИО1 в эмоциональном состоянии, как ему показалось, со словами: «Вы представляете, кто к нам идет на начальника ЦЛРР, я знаю этого человека и служила с ним». При этом указал, что из общения с ФИО1 он понял, что она негативно отзывается об этом кандидате.

В своем объяснении ответственный исполнитель отдела кадров Управления сержант Ф.Е.А. от < Дата > пояснила, что по указанию Ш.С.В. в послеобеденное время 01.03.2023 она пошла получать в ОдиР поступившую на отдел кадров корреспонденцию, выдала ей ее сержант Б.А.О., она расписалась за получение данной корреспонденции и сразу же передала ее своему начальнику - Ш.С.В., не вникая в содержание данных документов. В Управлении она не пользуется смартфоном в связи с запретом его использовать, в этой связи физически не имела возможности его сфотографировать и переслать.

С учетом данных пояснений Ш.С.В. и Ф.Е.А., не опровергнутых истцом, утверждения о том, что к распространению документа могла быть причастна Ф.Е.А., безосновательны, так как с документом она была ознакомлена уже после того, как произошла его утечка (28.02.2023).

В своих объяснениях старший специалист отдела кадров К.Е.С. от < Дата > подтвердила обстоятельства, изложенные ФИО6 о том, что с документом она ознакомилась только 01.03.2023; в Управлении она не пользуется смартфоном. В целях снятия с себя любых сомнений добровольно согласилась пройти психофизическое исследование.

Из объяснений офицеров отдела кадров Управления майора Б.Т.В. и старшего лейтенанта В.О.В. от < Дата > следует, что документ они не видели вовсе, так как не являлись по нему исполнителями, они сидят в другом кабинете, и о случившемся узнали только лишь 02.03.2023 от подполковника Г.А.В. В связи с запретом смартфонами не пользовались.

В своих объяснениях ответственные исполнители ОдиР Б.А.О. и Б.Е.А. от 15.03.2023 сообщили, что указанный документ поступил в отделение по системе электронного документооборота «СЭД» из Северо-Западного округа войск национальной гвардии Российской Федерации 28.02.2023, время поступления не помнят. В этот же день документ был выведен на печать Б.Е.А., а Б.А.О. зарегистрирован в установленном порядке. После регистрации в ОдиР указанное письмо вместе с иной корреспонденцией было передано врио начальника Управления ФИО2 на резолюцию, а в последующем им письмо было списано для исполнения начальнику отдела кадров Управления полковнику Ш.С.В. и для контроля начальнику ОдиР. На вопрос, выходили ли они в сеть интернет из рабочего кабинета (режимного) 28.02.2023, то есть в день утечки персональных данных Г.Р.Г., ответили, что пользуются только кнопочным телефоном без выхода в интернет, никаких данных они не отправляли, вышеуказанный документ не фотографировали. Об утечке данных узнали только 02.03.2023 от подполковника Г.А.В. На вопрос, кто из находящихся в их кабинете мог это сделать, ответили, что не знают. Признали, что ФИО1 периодически пользуется своим смартфоном и выходит в сеть интернет в своем режимном кабинете в рабочее время.

Допрошенная в ходе судебного разбирательства по делу в качестве свидетеля Б.А.О. дала аналогичные пояснения о движении спорного документа.

Таким образом, содержащийся в заключении служебной проверки вывод о том, что никому, кроме сотрудников ОДИР, 28.02.2023 не было известно о наличии спорного документа, нашел свое подтверждение и стороной истца не оспорен.

При этом из объяснения ФИО1 от < Дата > следует, что она получила указанный документ по системе электронного документооборота «СЭД» из Северо-Западного округа войск национальной гвардии Российской Федерации 28.02.2023, время поступления не помнит. В этот же день документ был выведен на печать, зарегистрирован в установленном порядке. После регистрации в ОдиР указанное письмо с иной корреспонденцией было передано врио начальника Управления ФИО2 на резолюцию. Сколько времени этот документ был у него на рассмотрении, не помнит, а в последующем им же письмо было списано для исполнения начальнику кадров Управления полковнику Ш.С.В. и контроля начальнику ОдиР. На заданный вопрос, выходила ли она в сеть интернет из рабочего кабинета (режимного) 28.02.2023, то есть в день утечки персональных данных Г.Р.Г., в рабочее время, она пояснила, что телефон находится в кабинете в сумке и она им не пользуется рабочее время, а пользуется им только в обеденное время, никаких данных она в тот день со своего смартфона не отправляла, не фотографировала вышеуказанный документ. Об утечке данных узнала только 02.03.2023 от подполковника Г.А.В. На вопрос, кто из находящихся в ОдиР ее подчиненных мог это сделать, она не ответила.

Кроме того, ФИО1 признала, что периодически пользуется своим смартфоном и выходит в сеть интернет в своем режимном кабинете, в рабочее время для личных потребностей (просмотра лекарств и для контроля выполнения домашнего задания ребенком). Признала она в объяснении и тот факт, что периодически пересылает через различные мессенджеры служебные документы для исполнения подразделениям тыла и ЦЛРР, которые располагаются от Управления на удалении. На вопрос, знает ли она, что в режимных помещениях категорически запрещено использовать любые технические средства передачи информации (смартфон, телефон), она конкретно не ответила, сослалась лишь на то, что ознакомлена с запретом использования отдельной категории лиц смартфонов с выходом в сеть интернет. В объяснении она согласилась представить распечатку звонков и выходов в сеть интернет с 10.02.2023 по 02.03.2023, также согласилась добровольно на техническое исследование ее смартфона и пройти психофизическое исследование на полиграфе.

Вместе с тем последующее поведение ФИО1, в частности, отказ от прохождения психофизического исследования, даже по причине плохого самочувствия, которое она имела возможность пройти и в другой день, установленный факт удаления 28.02.2023 файлов из смартфона, наличие которых в этот день она и вовсе отрицала в ходе дачи объяснений, не позволяют суду ставить под сомнение содержащиеся в заключении выводы о недобросовестном поведении сотрудника, в отношении которого были инициирована служебная проверка.

По результатам служебной проверки было принято решение о наличии в действиях истца факта нарушения ею служебной дисциплины и наличии по этой причине оснований для привлечения ее к дисциплинарной ответственности.

Тем самым в рамках компетенции руководителя определена соразмерность применяемого к сотруднику дисциплинарного взыскания с учетом тяжести совершенного им проступка, в результате которого наступили последствия, негативно отразившиеся на репутации и авторитете Росгвардии.

Не могут быть приняты во внимание и доводы истца о том, что приказ от < Дата > №, представленный ответчиком, не содержит сведений о грубом нарушении ФИО1 служебной дисциплины, поскольку из содержания обжалуемого истцом приказа усматривается указание обстоятельств совершенного ФИО1 проступка, основания, послужившие поводом к его принятию, и нормы закона, в соответствии с которыми истец привлечена к дисциплинарной ответственности.

Какие-либо обстоятельства, которые бы свидетельствовали о явной несоразмерности принятого решения о виде дисциплинарного взыскания при привлечении ФИО1 к дисциплинарной ответственности в виде неполного служебного соответствия, не приведено.

Более того, грубое нарушение служебной дисциплины является самостоятельным основанием для применения дисциплинарного взыскания в виде увольнения со службы в соответствии с п. 6 ч. 2 ст. 82 Федерального закона от 30.11.2011 № 342-ФЗ, которое, однако, применено не было.

Право выбора меры дисциплинарного взыскания принадлежит руководителю, правомочному принимать соответствующее решение.

Следует также отметить, что доводы истца о том, что ответчиком при выборе дисциплинарного взыскания «предупреждение о неполном служебном соответствии» не учитывались обстоятельства проступка, его тяжесть, отношение истца к службе, не соответствуют установленным обстоятельствам дела, поскольку работодателем произведен выбор не самой строгой меры дисциплинарного взыскания для сотрудника Росгвардии.

Вопреки доводам истца, в материалах служебной проверки имеется служебная характеристика на истца, выписка о наложенных ранее дисциплинарных взысканиях, которые при этом не учитывались, поскольку были погашены.

Отсутствие в заключении служебной проверки указания на положительную характеристику в качестве смягчающего вину обстоятельства не опровергает факта совершения истцом дисциплинарного проступка и не может служить основанием для признания незаконными заключения служебной проверки, приказа о привлечении к дисциплинарной ответственности.

Сроки и порядок наложения на истца дисциплинарного взыскания соблюдены.

Что касается требований истца о неправомерности временного отстранения ее от выполнения служебных обязанностей и, как следствие, взыскании недополученного денежного довольствия, суд приходит к следующим выводам.

Так, приказом врио начальника Управления Росгвардии по Калининградской области от < Дата > № ФИО1 была временно отстранена от выполнения служебных обязанностей начальника отделения делопроизводства и режима на период с даты выхода с больничного до срока окончания производства служебной проверки.

Материалами дела подтверждается и не оспаривалось сторонами, что данный период составил с 10.04.2023 по 18.04.2023.

Этим же приказом установлено, что на указанный период ФИО1 привлекается к выполнению отдельных служебных поручений начальника отделения государственного контроля Управления, ее рабочим местом является место дислокации указанного отделения: < адрес >.

Денежное довольствие постановлено выплачивать на условиях и в порядке, установленных ст. 25 Федерального закона от 17.07.2021 № 247-ФЗ «О социальных гарантиях сотрудникам органов внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», а также с учетом пунктов 34, 80 Порядка обеспечения денежным довольствием лиц, имеющих специальные звания полиции и проходящих службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, а также предоставления им отдельных выплат, утвержденного приказом Росгвардии от 26.09.2017 № 406.

Как следует из справки врио начальника финансово-экономического отдела Управления Росгвардии по Калининградской области от < Дата > на период временного отстранения ФИО1 от выполнения служебных обязанностей ей не выплачена надбавка за работу со сведениями, составляющими гостайну, - 3510,72 руб., премия за добросовестное выполнение служебных обязанностей – 7160,28 руб., надбавка за классную квалификацию – 1755,36 руб., надбавка за стаж работы по защите гостайны – 2633,04 руб., надбавка за особые условия военной службы – 1755,36 руб., а всего – 16814,76 руб.

Из приказа следует, что основанием для отстранения ФИО1 от выполнения служебных обязанностей явилось проведение в Управлении Росгвардии по Калининградской области служебной проверки по факту нарушения требований Федерального закона от 27.07.2006 № 152-ФЗ «О персональных данных» и поступивший на имя врио начальника Управления рапорт проводящего служебную проверку Н.А.А. о временном отстранении ФИО1 на период проведения служебной проверки. Согласно рапорту причинами временного отстранения ФИО1 является установление в ходе проведения служебной проверки обстоятельств, свидетельствующих о совершении ею действий (бездействий) с признаками разглашения (утечки) сведений, составляющих конфиденциальную информацию (служебную тайну) из возглавляемого ею режимно-секретного подразделения, ставших ей известными в связи с выполнением служебных обязанностей, что в соответствии с требованиями п. 5 ч. 2 ст. 49 Федерального закона от 30.11.2011 № 342-ФЗ характеризуется, как грубое нарушение служебной дисциплины.

Также в приказе указано, что в ходе служебной проверки установлено, что ФИО1 оказывает противодействие установлению всех причин, условий и обстоятельств, необходимых для завершения служебной проверки, путем воздействия на подчиненных военнослужащих отделения делопроизводства и режима Управления.

В соответствии с ч. 2 ст. 73 Федерального закона от 30.11.2011 № 342-ФЗ сотрудник органов внутренних дел может быть временно отстранен от выполнения служебных обязанностей в случае:

1) уголовного преследования сотрудника без применения мер, указанных в пунктах 1 и 2 части 1 настоящей статьи, - до прекращения уголовного преследования по основаниям, дающим право на реабилитацию в соответствии с законодательством Российской Федерации;

2) назначения служебной проверки по факту совершения сотрудником грубого нарушения служебной дисциплины, исключающего возможность выполнения им служебных обязанностей, - на период проведения служебной проверки и исполнения наложенного по ее результатам дисциплинарного взыскания;

3) возникновения конфликта интересов - до его урегулирования.

Сотрудник органов внутренних дел, временно отстраненный от выполнения служебных обязанностей по одному из оснований, предусмотренных ч. 2 настоящей статьи, по решению руководителя федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел или уполномоченного руководителя может быть привлечен к выполнению обязанностей по иной должности в органах внутренних дел или к выполнению отдельных служебных поручений, если это не помешает проведению полной и объективной служебной проверки или урегулированию конфликта интересов (ч. 6).

Денежное довольствие сотруднику органов внутренних дел, временно отстраненному от выполнения служебных обязанностей, выплачивается на условиях и в порядке, которые установлены законодательством Российской Федерации (ч. 8).

Частью 4 ст. 73 Федерального закона от 30.11.2011 № 342-ФЗ предусмотрено, что порядок временного отстранения сотрудника органов внутренних дел от выполнения служебных обязанностей определяется федеральным органом исполнительной власти в сфере внутренних дел.

Во исполнение указанных требований федерального законодательства приказом Росгвардии от 31.07.2017 № 240 утвержден Порядок временного отстранения лиц, проходящих службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации и имеющих специальные звания полиции, от выполнения служебных обязанностей (далее – Порядок от 31.07.2017 № 240).

В силу п. 3.1 Порядка от 31.07.2017 № 240 основанием для временного отстранения сотрудника в случаях, предусмотренных п. 4 ч. 4 ст. 33, ч. 2 ст. 73 Федерального закона № 342-ФЗ, является рапорт прямого или непосредственного начальника, содержащий ходатайство о временном отстранении сотрудника.

Решение о временном отстранении сотрудника в случаях, предусмотренных п. 4 ч. 4 ст. 33, ч.ч. 1, 2 и 7 ст. 73 Федерального закона № 342-ФЗ, оформляется приказом (п. 4).

На основании п. 7.4 Порядка от 31.07.2017 № 240 приказ о временном отстранении сотрудника издается в течение суток с момента принятия начальником, указанным в п. 2 настоящего Порядка, решения о временном отстранении - в случаях, предусмотренных ч. 2 ст. 73 Федерального закона № 342-ФЗ.

Приказ о временном отстранении сотрудника должен содержать основание для временного отстранения сотрудника и указание на норму Федерального закона № 342-ФЗ, в соответствии с которой сотрудник временно отстраняется от выполнения служебных обязанностей, а также дату, с которой сотрудник временно отстраняется от выполнения служебных обязанностей (п. 8).

Пунктом 9 Порядка от 31.07.2017 № 240 предусмотрено, что в случае, если сотрудник привлекается к выполнению служебных обязанностей по иной должности или к выполнению отдельных служебных поручений на основании ч.ч. 5 и 6 ст. 73 Федерального закона № 342-ФЗ, в приказ о временном отстранении сотрудника включаются указание на должность, к выполнению служебных обязанностей по которой привлекается сотрудник, или на содержание отдельных служебных поручений; указание на служебное место сотрудника; дата, с которой сотрудник привлекается к выполнению обязанностей по иной должности или отдельных служебных поручений; срок привлечения к выполнению служебных обязанностей по иной должности или отдельных служебных поручений.

Согласно п. 11 Порядка от 31.07.2017 № 240 рапорт о временном отстранении сотрудника должен содержать факты, подтверждающие основание для временного отстранения сотрудника, указание на норму Федерального закона № 342-ФЗ, в соответствии с которой предлагается временно отстранить сотрудника от выполнения служебных обязанностей, а также дату, с которой предлагается отстранить сотрудника от выполнения служебных обязанностей.

По смыслу вышеприведенных правовых положений временное отстранение сотрудника Росгвардии является правом руководителя и применяется в случаях, когда его нахождение в определенной должности будет противоречить закону и интересам службы в целях установления истины в рамках проводимой служебной проверки, в том числе на предмет его причастности к проверяемым событиям.

Поскольку основанием для издания оспариваемого приказа послужило назначение служебной проверки в отношении истца по факту совершения грубого нарушения служебной дисциплины, исключающего возможность выполнения ею служебных обязанностей по занимаемой должности, решение об отстранении от выполнения сотрудником служебных обязанностей принято врио начальника Управления ФИО2 в рамках предоставленных ему полномочий и на основании рапорта Н.А.А., вопреки мнению истца об обратном, приходящемуся ей непосредственным руководителем, при этом существенного нарушения Порядка от 31.07.2017 № 240 при отстранении не установлено, суд приходит к выводу о том, что требования ФИО1 о признании приказа от < Дата > № незаконным удовлетворению не подлежат.

Так, из рапорта врио заместителя начальника Управления Росгвардии по Калининградской области – начальника ЦЛРР Н.А.А. от < Дата > следует, что в его производстве находится служебная проверка по факту нарушения требований Федерального закона от 27.07.2006 № 152-ФЗ «О персональных данных». В ходе проведения данной проверки имеются достаточные основания полагать, что ФИО1 допустила разглашение сведений, составляющих конфиденциальную информацию (служебную тайну), ставших ей известными в связи с выполнением служебных обязанностей, что в соответствии с требованиями п. 5 ч. 2 ст. 49 Федерального закона от 30.11.2011 № 342-ФЗ характеризуется, как грубое нарушение служебной дисциплины.

В этом же рапорте указано, что в ходе служебной проверки в его (Н.А.А.) адрес поступила информация о том, что ФИО1 может повлиять на подчиненных ей военнослужащих отделения, с целью оказания противодействия установлению всех причин, условий и обстоятельств, необходимых для завершения служебной проверки.

На рапорте имеется резолюция врио начальника Управления Б.А.Е.. от < Дата > о необходимости подготовить проект приказа о временном отстранении ФИО1 от выполнения служебных обязанностей на период проведения служебной проверки.

В этот же день ФИО1 уведомлена о временном отстранении от выполнения служебных обязанностей.

Доводы стороны истца о том, что Н.А.А. не является уполномоченным лицом на подачу рапорта об отстранении, а ФИО2 - уполномоченным лицом для принятия решения о временном отстранении сотрудника, суд отклоняет как несостоятельные, поскольку в п. 3 должностного регламента ФИО1 указано, что начальник отделения делопроизводства и режима находится в непосредственном подчинении начальника Управления, заместителя начальника Управления – начальника штаба, который имеет организационно-распорядительные полномочия в части отдачи соответствующих распоряжений в отношении Отделения.

Как следует из материалов служебной проверки, к моменту принятия руководителем решения о временном отстранении ФИО1 уже были опрошены сотрудники возглавляемого ею Отделения, а также отдела кадров, собраны данные о детализации звонков, совершенных ею и Ш.С.В. < Дата >.

Исходя из чего при наличии достаточных данных полагать, что именно ФИО1 было допущено разглашение сведений, составляющих конфиденциальную информацию (служебную тайну), ставших ей известными в связи с выполнением служебных обязанностей, что в соответствии с требованиями п. 5 ч. 2 ст. 49 Федерального закона от 30.11.2011 № 342-ФЗ характеризуется, как грубое нарушение служебной дисциплины, решение о временном отстранении нельзя признать не основанным на законе.

При этом суд соглашается с доводами представителей ответчика о том, что, несмотря на то, что по результатам проведения служебной проверки не был установлен факт грубого нарушения служебной дисциплины, на обоснованность принятого решения о временном отстранении сотрудника от выполнения служебных обязанностей данное обстоятельство не влияет.

Отсутствие ссылки на конкретный пункт ч. 2 ст. 73 Федерального закона от 30.11.2011 № 342-ФЗ при установленном факте проводимой в отношении ФИО1 служебной проверки основанием для признания оспариваемого приказа незаконным не является.

По обстоятельствам факта оказания ФИО1 давления на своих подчиненных в суде в качестве свидетеля допрошена Б.А.О.

Несмотря на то, что в отношении себя психологическое давление ФИО1 свидетель не подтвердила, указав, что истец лишь советовала ей не проходить исследование на полиграфе, по обстоятельствам правомерности чего она и консультировалась с майором ФИО4, в то же время указала на имевшиеся факты таких действий со стороны ФИО1 в отношении иных сотрудников отделения. Пояснила, что в целом ФИО1 позволяла себе оскорбления в адрес подчиненных, а также эмоциональное поведение.

Между тем, учитывая, что основной причиной временного отстранения истца от выполнения служебных обязанностей явились достаточные основания полагать, что ФИО1 допустила разглашение сведений, составляющих конфиденциальную информацию, то есть в ее действиях усматривалось грубое нарушение служебной дисциплины, приказ от < Дата > № является законным и обоснованным.

В соответствии с п. 4 ч. 1 ст. 11 Федерального закона от 30.11.2011 № 342-ФЗ сотрудник органов внутренних дел имеет право на денежное довольствие, являющееся основным средством его материального обеспечения и стимулирования выполнения им служебных обязанностей.

В соответствии с п. п. 34, 80 Порядка обеспечения денежным довольствием лиц, имеющих специальные звания полиции и проходящих службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, а также предоставления им отдельных выплат, утвержденным приказом Росгвардии от 26.09.2017 № 406, действующим на момент издания оспариваемого приказа о временном отстранении истца, в случаях временного отстранения сотрудника от выполнения служебных обязанностей на основании приказа руководителя премия такому сотруднику не выплачивается. В период временного отстранения сотрудника от должности ему выплачивается денежное довольствие в размере должностного оклада и оклада по специальному званию, а также надбавки к окладу денежного содержания за стаж службы (выслугу лет).

При таком положении нарушений прав истца на получение денежного довольствия ответчиком допущено не было.

Кроме того, п. 35 Порядка, утвержденного приказом Росгвардии от 26.09.2017 № 406, предусмотрено, что на основании приказа руководителя сотрудникам, имеющим дисциплинарное взыскание «строгий выговор», «предупреждение о неполном служебном соответствии», «перевод на нижестоящую должность», премия не выплачивается в течение одного месяца со дня их привлечения к дисциплинарной ответственности.

В указанной связи требования иска в части взыскания с ответчика денежного довольствия за период временного отстранения от выполнения служебных обязанностей в размере 16814,76 руб., а также премии за добросовестное исполнение служебных обязанностей в размере 9339,50 руб. удовлетворению не подлежат.

Абзацем 16 ч. 2 ст. 22 ТК РФ предусмотрено, что работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены ТК РФ, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Согласно положениям ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В соответствии с разъяснениями, данными в пунктах 46, 47 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», работник в силу ст. 237 ТК РФ имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя (незаконным увольнением или переводом на другую работу, незаконным применением дисциплинарного взыскания, нарушением установленных сроков выплаты заработной платы или выплатой ее не в полном размере, неоформлением в установленном порядке трудового договора с работником, фактически допущенным к работе, незаконным привлечением к сверхурочной работе, задержкой выдачи трудовой книжки или предоставления сведений о трудовой деятельности, необеспечением безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, и др.).

Из изложенного следует, что работник имеет право на компенсацию морального вреда только при установленном судом факте нарушения его трудовых прав неправомерными действиями или бездействием работодателя.

Принимая во внимание, что нарушений трудовых прав ФИО1 действиями ответчика не установлено, оснований для удовлетворения требований иска в этой части суд также не находит.

Согласно ч. 1 ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В силу ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе, расходы на оплату услуг представителей.

На основании ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных ч. 2 ст. 96 ГПК РФ.

В соответствии с ч. 1 ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Поскольку в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказано в полном объеме, не имеется оснований и для взыскания с ответчика в ее пользу судебных расходов в сумме 59959 руб., состоящих из расходов на оплату услуг представителя в размере 58000 руб., расходов на оформление нотариальной доверенности в размере 1700 руб. и почтовых расходов в сумме 259 руб.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1, < Дата > года рождения, уроженки < адрес > Калининградской области (паспорт №, выдан < ИЗЪЯТО > < Дата >) к Управлению Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации по Калининградской области (ИНН <***>, ОГРН <***>) о признании незаконными заключения служебной проверки, приказов о временном отстранении и о привлечении к дисциплинарной ответственности, взыскании денежного довольствия за период временного отстранения, премии за добросовестное исполнение служебных обязанностей, компенсации морального вреда оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Калининградский областной суд через Центральный районный суд г. Калининграда в течение месяца со дня составления мотивированного решения суда.

Мотивированное решение суда изготовлено 23 октября 2023 года.

Судья: подпись Ю.А. Крутик