Дело № 2-376/2025

74RS0002-01-2024-008225-77

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Челябинск 31 октября 2025 года

Центральный районный суд г. Челябинска в составе председательствующего Губка Н.Б.,

при секретаре Манаковой К.Э.,

рассмотрев в открытом судебном заседании с участием прокурора Задемьдько Д.Е., гражданское дело по иску ФИО1 ФИО19 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Районная больница города Касли», Министерству здравоохранения Челябинской области о взыскании морального вреда в связи ненадлежащим оказанием медицинской помощи,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ответчикам Государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Районная больница города Касли» (далее ГБУЗ «Районная больница города Касли»), Министерству здравоохранения Челябинской области о взыскании морального вреда в размере 3 000 000 и 1 рубля соответственно, указав в обосновании заявленных требований на то, что её сестра ФИО2 заболела ДД.ММ.ГГГГ, у неё повысилась температура тела до 39 градусов, появилась одышка, слабость, истец вызывала скорую помощь. ДД.ММ.ГГГГ по причине того, что ей лучше не становилось вызвала участкового терапевта, которым был выставлен диагноз ОРВИ. Острый трахеобронхит средней степени тяжести. ДД.ММ.ГГГГ бригадой скорой медицинской помощи ДД.ММ.ГГГГ сестру увезли на обследование (компьютерную томографию легких) в ГБУЗ «Районная больница города Касли», при обследовании были выявлены признаки 2-х сторонней полисегментарной пневмонии, высокая вероятность COVID-19, Кт2 (40%) поражения легких и она была госпитализирована в инфекционное отделение больницы. С 12:00 до 21:00 ФИО2 находилась в машине скорой помощи и никакого лечения не получала, не имела возможности принять пищу и воду. В период с ДД.ММ.ГГГГ в отделении никакой медицинской помощи не получала. ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 умерла. В результате неправомерных действий врачей истцу причинены нравственные страдания в виде нарушения сна, переживаний, беспокойства. Размер перенесенных моральных переживаний истица оценивает в 3 000 000 рублей. Также просят взыскать с Министерства здравоохранения компенсацию морального вреда в размере 1 рубль, поскольку последние являются учредителем Больницы и также несут ответственность в случае оказания ненадлежащей медицинской помощи.

Истец, представитель истца, представители ответчика, третьи лица, в судебное заседание не явились, будучи извещены о времени и месте его проведения.

Руководствуясь ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд счёл возможным рассмотреть дело в отсутствие лиц, участвующих в деле, извещенных о времени и месте судебного заседания, но не явившихся в судебное заседание.

Суд, заслушав заключение прокурора, полагавшего, что исковые требования подлежат частичному удовлетворению, исследовав письменные материалы дела, приходит к следующему.

Из материалов дела следует, что истец ФИО1 и ФИО2 являются сестрами.

ФИО2 в период с ДД.ММ.ГГГГ оказывалась медицинская помощь: участковым терапевтом, скорой медицинской помощью и стационаром ГБУЗ «Районная больница города Касли».

В протоколе патологоанатомического вскрытия № от 21 октября 2020 года, посмертном эпикризе (история болезни №) указан паталого -анатомический диагноз: основное заболевание –бронхиальная астма смешанная форма; осложнение основного заболевания -двусторонняя нижнедолевая серозная бактериальная пневмония (постмортальный бактер, биологический посев от 24 октября 2020 года), инфекционно –токсический шок (жидкое состояние крови в полостях сердца и просветах крупных сосудов, децентрализация крови с ее депонированием в микроциркулярном русле, гранулоцитарные стазь в капиллярах некронефроз, отек головного мозга. Причина смерти –септический шок; пневмония; бронхиальная астма много лет.

Клинико-патологоанатомический эпикриз: анализ медицинской карты стационарного больного ФИО2,, результатов патологоанатомического вскрытия и проведении клинико-анатомических сопоставлений в качестве первоначальной причины смерти в патологоанатомическом диагнозе является бронхиальная астма смешанная формы с развитием двусторонней нижнедолевой серозной бактериальной пневмонии. Итогом распространенных (тотальных) изменений в легких явились выраженное уменьшение дыхательной поверхности легочной ткани, снижение дыхательного объема органа. Вышеуказанные изменения способствовали развитию септического шока, что в данном случае выступило в роли ведущего смертельного осложнения и явилось непосредственной причиной смерти.

В акте экспертизы качества медицинской помощи № от 22 марта 2021 года, проведенной по поручению <данные изъяты> указано на выявленные результаты нарушения при оказании медицинской помощи ФИО2 в том числе, повлекшие вред ( код 3.2.1).

В Экспертном заключении (протоколе оценки качества медицинской помощи) от 22 марта 2021 года указано, что наиболее значимыми ошибками, повлиявшими на исход заболевания является факт того, что не собран эпид.анамнез в нарушение «Клинических рекомендаций по оказанию скорой медицинской помощи при лихорадках инфекционного генеза», утвержденных правлением Российского общества скорой медицинской помощи и профильной комиссией по специальности «Скорая медицинская помощь» Минздрава России, 2018 года и приказа Минздрава России от 19 марта 2020 № 198н «О временном порядке организации работы медицинских организаций в целях реализации мер по профилактике и снижению рисков распространения новой коронавирусной COVID-19. В карте вызова отсутствуют данные осмотра и описания неврологического статуса.

Из заключения (экспертизы по материалам дела №) Челябинского областного бюро судебно-медицинской экспертизы следует, что на момент обращения ФИО2 при поступлении в ГБУЗ «Районная больница города Касли», исходя из данных амбулаторной карты имели место гипертоническая болезнь 3 стадии, бронхиальная астма, не уточненная форма, персистирующая, дыхательная недостаточность. Кроме того, поводом для обращения за медицинской помощью стала внегоспитальная полисегментарная пневмония тяжелого течения. Этиологический фактор (конкретный возбудитель) пневмонии не установлен, однако, учитывая данные рентгенологического исследования органов грудной клетки от1 3 октября 2020 года, результаты гистологического исследования №, проведенного в рамках экспертизы. Пневмония у ФИО2 имела вирусную этимологию.

Что касается дефектов оказания медицинской помощи, то эксперты пришли к выводам о том, что:

- при анализе амбулаторной карты необходимо отметить недостаточную информативность записей врачей, неполное отражение объективных данных ( не везде отражен анамнез заболевания, не измерено АД, число дыхательных движений, индекс массы тела и т.д.)Нет записей диспансерного наблюдения, Диагноз выставлен не в соответствии с рекомендациями, не проведен анализ эффективности терапии бронхиальной астмы.

-при осмотре участковым терапевтом на дому ДД.ММ.ГГГГ нет указаний на исследование ПЦР на COVID-19, не определена сатурация крови кислородом, не собран эпиданамнез;

- ДД.ММ.ГГГГ до поступления в стационар имело место длительное нахождение пациентки в машине скорой помощи.

- при нахождении ФИО2 в стационаре ГБУЗ «Районная больница города Касли» позднее поступление в палату инфекционного отделения, отсутствие динамического наблюдения в инфекционном отделении, позднее начало лечения от момента поступления. Больная консультирована реаниматологом поздно, необходимо было госпитализировать в ОРИТ с первых часов поступления в стационар. Обследование проведено не в полном объеме. Не произведен подсчет бальности по шкале News, не проведен анализ на С-реактивный белок, не определялся ни один параметр гемостаза, Д димер и ферритин, КЩС, прокальцитонин; не исследована мокрота на бак.посев и чувствительность вторичной м микрофлоры к антибиотикам. Терапия не соответствует степени тяжести: проводился только ИВЛ, не назначены ингаляции кислорода; не указано и не назначено лечение тяжелого фонового заболевания бронхиальной астмы, не назначены эффективные антибиотики, не назначена упреждающая терапия цитокинового шторма, дозу дексаметазона необходимо было увеличить дл 20 мг/сут в/в, назначена неадекватно малая доза гепарина, медикаментозная терапия представлена введением адреналина при снижении артериального давления, не использована антиковидная плазма, не осуществлен областной телемедицинский консилиум, нет данных (не продолжена) по антибактериальной терапии и базовой терапии новой кофидной инфекции в реанимационной карте, не указаны полностью параметры вентиляции, нет данных об респираторном коэффициенте. Состояние ФИО4 ухудшилось ДД.ММ.ГГГГ в 21:00, однако терапия не была скорректирована, не был вызван реаниматолог, не проводилось наблюдение за больной ночью и утром ДД.ММ.ГГГГ.

Определением Центрального районного суда г. Челябинска от 11 февраля 2025 года по делу назначена комплексная судебно-медицинская экспертиза. Производство экспертизы поручено экспертам бюро судебно-медицинской экспертизы органа управления здравоохранения Челябинской области.

Согласно выводам экспертов м бюро судебно-медицинской экспертизы органа управления здравоохранения Челябинской области от 22 сентября 2025 года № В ходе проведения экспертизы выявлены следующие дефекты оказания медицинской помощи пациентке ФИО2 в рассматриваемый судом период времени в ДД.ММ.ГГГГ на амбулаторно-поликлиническом этапе при осмотре на дому ДД.ММ.ГГГГг. участковым терапевтом не собран эпиданамнез; отсутствовали указания на проведение ПЦР на коронавирусную инфекцию при наличии признаков ОРВИ у пациентки и повышения температуры тела до 39,5, а также, не исследована сатурация крови; на этапе оказания скорой медицинской помощи ДД.ММ.ГГГГг. выбрана верная тактика - госпитализация пациентки в стационар по показаниям, но до поступления в стационар имело место длительное нахождение пациентки в машине скорой помощи (с 12:15ч. до 20:25ч.). Причина такого длительного ожидания в карте не указана, но указана в объяснении фельдшера ГБУЗ «Районная больница <адрес>» ФИО5 от 11.01.2021г.: «в 12 часов 15 минут в течении 1 часа ФИО2 была проведена КТ легких после чего до 20 часов 25 минут мы ждали результата КТ» - то есть, из объяснения следует, что задержка госпитализации была обусловлена причинами со стороны принимающего пациентку стационара; на стационарном этапе с ДД.ММ.ГГГГ. -неудовлетворительное ведение медицинской документации, неполное описание эпиданамнеза при поступлении, неполное описание анамнеза жизни - не известна степень тяжести бронхиальной астмы, проводилась или нет базисная терапия бронхиальной астмы, нет даты и времени первичного осмотра при поступлении, в первичном осмотре отсутствует диагноз и не назначено лечение, не произведен подсчет балльности по шкале NEWS (подсчет необходим ежедневно при каждом осмотре пациента) и SOFA, неполный объем необходимых лабораторных исследований: не проведено определение С- реактивного белка (количественный метод), не определялся ни один параметр гемостаза, Д-димер, ферритин, прокальцитонин, отсутствуют показатели кислотно-щелочного состояния, нет общего анализа мокроты и бакпосева мокроты с определением чувствительности к антибиотикам, недооценка степени тяжести состояния больной и неправильный мониторинг степени тяжести заболевания, нет осмотра реаниматологом 15.10.2020г. в 21:00ч. при ухудшении состояния - при уровне сатурации 89% с кислородной поддержкой имелась необходимость дальнейшего перевода в ОРИТ, терапия основного заболевания не соответствует степени тяжести (неудовлетворительное ведение медицинской документации не позволяет оценить респираторную поддержку, отсутствие адекватной упреждающей терапии цитокинового шторма (тоцилизумаб), отсутствие адекватной антикоагулянтной терапии, дозу дексаметазона необходимо было увеличить до 20 мг/сут в/в, не использовалась антиковидная плазма), не проведено лечение тяжелого сопутствующего заболевания - бронхиальной астмы, не осуществлен областной телемедицинский консилиум, при снижении артериального давления медикаментозная терапия представлена введением адреналина, хотя в данной ситуации имелось прямое показание для введения норадреналина, нет данных (не продолжена) по антибактериальной терапии и базовой терапии новой ковидной инфекции в реанимационной карте, больная консультирована реаниматологом поздно, необходимо было госпитализировать в ОРИТ с первых часов поступления в лечебно-профилактическое учреждение.

Следует отметить, что в объяснениях медицинских работников указаны объективные причины для дефектов оказания медицинской помощи - отсутствие должной материальной базы, реактивов, соответствующих медикаментов и т.д. Новая коронавирусная инфекция на момент оказания пациентке медицинской помощи (в 2020 году) изучена недостаточно.

В любом случае, установленные в ходе экспертизы дефекты не стали причиной возникновения у ФИО2 пневмонии и ее последствий (так как они имели место уже на момент ее обращения за медицинской помощью), не оказали отрицательного влияния на закономерное течение патологического процесса (не усугубили его) и не стали причиной для возникновения новых патологических состояний (осложнений). Исходя из этого, установленные дефекты не состоят в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти пациентки в результате заболевания.

Однако, установленные дефекты диагностики и лечения (как в совокупности, так и по отдельности) могли способствовать бесконтрольному прогрессированию пневмонии и развитию ее закономерных осложнений, приведших к смерти ФИО2, поэтому, они состоят в косвенной (опосредованной) причинно-следственной связи с наступлением смерти пациентки (примечание - к дефектам диагностики и лечения относятся все дефекты, кроме неудовлетворительного ведения медицинской документации).

Бронхиальная астма и гипертоническая болезнь патогенетически связаны с пневмониями (в том числе, с пневмонией, вызванной вирусом COVID-19). Наличие бронхиальной астмы и гипертонической болезни у ФИО6 могло способствовать инфицированию короновирусной инфекцией и развитию осложнений, приведших к смерти пациентки. Данные хронические заболевания также состоят в косвенной (опосредованной) причинно-следственной связи с наступлением смерти ФИО2

Оценить экспертным путем вклад каждого из факторов, что способствовали наступлению неблагоприятного исхода в данном случае - лечебные и диагностические дефекты оказания медицинской помощи, хронические заболевания, возможно, и иные, неучтенные факторы - количественно невозможно.

Оснований сомневаться в выводах, изложенных в заключениях судебно- медицинской экспертизы, не имеется. Судебная экспертиза была проведена в соответствии с требованиями Федерального закона от 31 мая 2001 года №73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» на основании определений суда, заключения по их результатам основано на тщательном анализе представленных на экспертизу медицинских документов (медицинских карт, выписок из истории болезни, результатов проведенных медицинских исследований), содержат подробное описание проведенных исследований, сделанные в результате их выводы и ответы на поставленные судом вопросы, ссылки на законодательство и методическую литературу, примененные при производстве экспертизы, экспертам разъяснены права и обязанности, предусмотренные ст. 85 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, они также были предупреждены об уголовной ответственности, предусмотренной ст. 307 Уголовного кодекса Российской Федерации. Заключение составлено экспертами, имеющими право на проведение такого рода экспертизы. В обоснование сделанных выводов эксперты приводят соответствующие данные из представленных в их распоряжение материалов, указывают на применение методов исследований, основываются на исходных объективных данных. Выводы судебных экспертов мотивированы, не содержат неясностей, противоречий, исключают вероятностный характер заключения, основаны на результатах исследования медицинских документов, предоставленных экспертам вместе с материалами гражданского дела.

В соответствии со ст. 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья (ст. 41 Конституции Российской Федерации).

Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от 21 ноября 2011 года №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее также Федеральный закон от 21 ноября 2011 года №323-ФЗ, Федеральный закон «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

В соответствии с п. 1 ст.2 указанного Федерального закона здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

В силу ст. 4 Федерального закона от 21 ноября 2011 года №323-ФЗ к основным принципам охраны здоровья граждан отнесены соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.

Согласно ст. 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 года №323-ФЗ под медицинской помощью понимается комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; медицинской услугой признается медицинское вмешательство или комплекс медицинских вмешательств, направленных на профилактику, диагностику и лечение заболеваний, медицинскую реабилитацию и имеющих самостоятельное законченное значение; медицинским вмешательством - выполняемые медицинским работником и иным работником, имеющим право на осуществление медицинской деятельности, по отношению к пациенту, затрагивающие физическое или психическое состояние человека и имеющие профилактическую, исследовательскую, диагностическую, лечебную, реабилитационную направленность виды медицинских обследований и (или) медицинских манипуляций, а также искусственное прерывание беременности.

В соответствии с п.21 ст. 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 года №323-ФЗ качество медицинской помощи определяется совокупностью характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Одним из видов оказания медицинской помощи ненадлежащего качества является невыполнение, несвоевременное или некачественное выполнение необходимых пациенту диагностических, лечебных, профилактических, реабилитационных мероприятий (исследования, консультации, операции, процедуры, манипуляции, трансфузии, медикаментозные назначения и т.д.).

В силу ст. 79 Федерального закона от 21 ноября 2011 года №323-ФЗ медицинская организация обязана организовывать и осуществлять медицинскую деятельность в соответствии с законодательными и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, в том числе порядками оказания медицинской помощи, и на основе стандартов медицинской помощи; предоставлять пациентам достоверную информацию об оказываемой медицинской помощи, эффективности методов лечения, используемых лекарственных препаратах и о медицинских изделиях; вести медицинскую документацию в установленном порядке и представлять отчетность по видам, формам, в сроки и в объеме, которые установлены уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; обеспечивать учет и хранение медицинской документации, в том числе бланков строгой отчетности.

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно ч.2 ст. 64 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» формируются по группе заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 данного федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

В соответствии со ст.ст. 37,64 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» Министерством здравоохранения Российской Федерации издаются соответствующие приказы об утверждении стандарта медицинской помощи при соответствующих заболеваниях.

В силу ст. 98 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

П.1 ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу п.1 ст. 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 -1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно п.п. 1,2 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с п. 1 ст. 68 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

Из изложенного следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен.

К числу таких нематериальных благ относится жизнь, здоровье (состояние физического, психического и социального благополучия человека), семейные и родственные связи.

В случае причинения гражданину морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага, неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте первом Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" (далее - Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33), под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье).

Как разъяснено в п. 48 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (статья 19 и части 2,3 статью 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 года №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья.

При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода.

На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда.

Согласно п. 49 указанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации требования о компенсации морального вреда в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи могут быть заявлены членами семьи такого гражданина, если ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому гражданину лично им (то есть членам семьи) причинены нравственные или физические страдания вследствие нарушения принадлежащих лично им неимущественных прав и нематериальных благ. Моральный вред в указанных случаях может выражаться, в частности, в заболевании, перенесенном в результате нравственных страданий в связи с утратой родственника вследствие некачественного оказания медицинской помощи, переживаниях по поводу недооценки со стороны медицинских работников тяжести его состояния, неправильного установления диагноза заболевания, непринятия всех возможных мер для оказания пациенту необходимой и своевременной помощи, которая могла бы позволить избежать неблагоприятного исхода, переживаниях, обусловленных наблюдением за его страданиями или осознанием того обстоятельства, что близкого человека можно было бы спасти оказанием надлежащей медицинской помощи

По данному делу юридически значимым и подлежащим установлению с учетом правового обоснования ФИО1 заявленных исковых требований к ГБУЗ «Районная больница города Касли» положениями Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», ст.ст. 151,1064,1068 Гражданского кодекса Российской Федерации и иных норм права, регулирующих отношения сторон, являлось выяснение обстоятельств, касающихся того, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса в указанном медицинском Учреждении установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям; повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на течение заболевания ФИО2 в период с 10 по ДД.ММ.ГГГГ (способствовали развитию негативных последствий течения заболевания, ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход), а также определение степени нравственных страданий истца в результате ненадлежащего оказания медицинской помощи.

При этом суд учитывает, что закон не содержит указания на характер причинной связи (прямая или косвенная (опосредованная) причинная связь) между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим моральным вредом и не предусматривает в качестве юридически значимой для возложения на причинителя вреда обязанности возместить моральный вред только за прямую причинную связь.

Поскольку в соответствии с требованиями пункта 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вина ответчика презюмируется, доказательства отсутствия дефектов оказания медицинской помощи ФИО2 ответчиком ГБУЗ «Районная больница города Касли» не представлены, суд приходит к выводу о том, что выявленные дефекты медицинской помощи - дефекты диагностики и лечения (как в совокупности, так и по отдельности) способствовали бесконтрольному прогрессированию пневмонии и развитию ее закономерных осложнений, что привело к смерти ФИО2, поэтому, они состоят в косвенной (опосредованной) причинно-следственной связи с наступлением смерти пациентки, а значит повлекли причинение истцу моральный вреда в силу имеющихся родственных связей с ФИО2

Приняв во внимание характер допущенных ответчиком дефектов оказания помощи, а также то, что ответственность за некачественно оказанную помощь наступает не только при наличии прямой причинно-следственной связи, но и в случае, если такая связь являлась косвенной, руководствуясь положениями ст. ст. 150, 1064, 1068, 1101 Гражданского кодекса РФ, Федерального закона РФ от 21 ноября 2011 N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации", разъяснениями, содержащимися в Пленуме Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», суд приходит к выводу о необходимости частичного удовлетворения иска и взыскания с ГБУЗ «Районная больница города Касли» в пользу ФИО1 компенсации морального вреда, определив сумму такой компенсации в размере 600 000 руб.

Министерство здравоохранения Челябинской области не оказывает медицинские услуги, ГБУЗ «Районная больница города Касли» является юридическим лицом и может самостоятельно нести материальную ответственность, то суд не находит оснований для удовлетворения заявленных требований к Министерству здравоохранения Челябинской области.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 ФИО41 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Районная больница города Касли», Министерству здравоохранения Челябинской области о взыскании морального вреда в связи ненадлежащим оказанием медицинской помощи удовлетворить частично.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Районная больница города Касли» (ИНН<***>/КПП 745901001) в пользу ФИО1 ФИО42 (паспорт №) компенсацию морального вреда в размере 600 000 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 ФИО43 отказать.

На настоящее решение может быть подана апелляционная жалоба в Челябинский областной суд в течение одного месяца со дня его принятия в окончательной форме, через Центральный районный суд г. Челябинска.

Председательствующий: п/п Н.Б. Губка

Мотивированное решение изготовлено 17 ноября 2025 года

Копия верна

Судья

Секретарь