Апелляционное постановление по делу № 22К-538/2023 от 10.07.2023

Судья Ожев М.А. дело №

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Майкоп 10 июля 2023 года

Верховный суд Республики Адыгея в составе:

председательствующего – судьи Панеш Х.Е.,

при секретаре судебного заседания Цеевой Д.К.,

с участием прокурора Чуяко Т.М.,

обвиняемого ФИО1 с использованием средств видеоконференц-связи, его защитника – адвоката Иванова А.Ш.,

рассмотрел в открытом судебном заседании 10 июля 2023 года материалы дела по апелляционной жалобе защитника обвиняемого ФИО1 – адвоката Казьмина Ю.В. на постановление Майкопского районного суда Республики Адыгея от 01 июля 2023 года, которым постановлено:

- обвиняемому ФИО1 избрать меру пресечения в виде заключения под стражу, сроком на 2 месяца, то есть до 29 августа 2023 года, включительно.

Доложив обстоятельства дела, доводы апелляционной жалобы, выслушав объяснения обвиняемого ФИО1 и его защитника – адвоката Иванова А.Ш., поддержавших доводы апелляционной жалобы и просивших избрать более мягкую меру пресечения, мнение прокурора Чуяко Т.М., возражавшего против удовлетворения апелляционной жалобы и полагавшего постановление Майкопского районного суда Республики Адыгея от 01.07.2023 подлежащим оставлению без изменения, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ :

01.07.2023 старший следователь следственного отдела по Майкопскому району СУ СК России по Республике Адыгея ФИО2, с согласия руководителя следственного органа, обратился в Майкопский районный суд Республики Адыгея с постановлением о возбуждении перед судом ходатайства об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении обвиняемого ФИО1 на 02 месяца 00 суток, то есть до 29.08.2023, включительно.

В обоснование ходатайства указал, что 29.06.2023 возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 171.2 УК РФ.

29.06.2023 в 22 часа 42 минут за совершение вышеуказанного преступления в порядке ст. 91 УПК РФ задержан ФИО1

30.06.2023 ФИО1 предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 171.2 УК РФ. Допрошенный в качестве обвиняемого, ФИО1 вину в инкриминируемом ему преступлении, предусмотренном ч. 3 ст. 171.2 УК РФ не признал.

По мнению следствия, объективность и обоснованность обвинения ФИО1 в совершении инкриминируемого ему деяния подтверждается собранными на первоначальном этапе расследования доказательствами, а именно: результатами осмотра места происшествия, результатами проведенных оперативно-розыскных мероприятий, показаниями свидетелей, иными материалами уголовного дела.

Следователь указал, что анализ личности ФИО1 показывает, что он состоит в официальном браке, на иждивении малолетних детей не имеет, ранее не судим, по месту жительства характеризуется положительно.

Полагал, что ФИО1 не может быть избрана мера пресечения, не связанная с изоляцией от общества, поскольку избрание более мягкой меры пресечения не сможет обеспечить его надлежащего поведения; в случае нахождения на свободе у ФИО1 будет иметься реальная возможность повлиять на ход предварительного следствия, препятствовать установлению истины по делу, он может скрыться от органов предварительного следствия и суда, может продолжить заниматься преступной деятельностью.

В судебном заседании следователь ФИО3 поддержал ходатайство об избрании обвиняемому ФИО1 меры пресечения в виде заключения под стражу.

Помощник прокурора Майкопского района Аутлев О.А. поддержал ходатайство следователя, просил избрать обвиняемому ФИО1 меру пресечения в виде заключения под стражу.

Обвиняемый ФИО1 и его защитник – адвокат Казьмин Ю.В. возражали против удовлетворения ходатайства следователя, просили отказать в его удовлетворении и избрать меру пресечения в виде запрета определенных действий или домашнего ареста.

Суд вынес обжалуемое постановление.

В апелляционной жалобе защитник обвиняемого ФИО1 – адвокат Казьмин Ю.В. просит постановление Майкопского районного суда от 01.07.2023 отменить, как незаконное и необоснованное, и избрать в отношении ФИО1 иную, более мягкую меру пресечения.

Считает, что суд первой инстанции в своем решении не указал никаких конкретных, основанных на материалах дела, обоснований отсутствия возможности избрания в отношении ФИО1 более мягкой меры пресечения, чем заключение под стражу.

По мнению адвоката, имелись основания для избрания ФИО1 более мягкой меры пресечения, не связанной с лишением свободы.

Полагает, что выводы суда о наличии оснований полагать, что, оставаясь на свободе, ФИО1 может продолжать совершать противоправные действия, а также, опасаясь возможного наказания за содеянное, скрыться от органов предварительного следствия и суда, оказать воздействие на свидетелей, тем самым воспрепятствовать осуществлению предварительного расследования, не имеют под собой реальной доказательственной и правовой основы и носят субъективный характер.

Отмечает, что, указывая о риске побега, суд не привел в ходатайстве и не подтвердил материалами дела какие – либо действия ФИО1, направленные на подготовку, попытку побега, наличие у него загранпаспорта, возможности выезда за границу и проживания там, подготовку к такому побегу, продажу имущества, аккумулирование денежных средств для проживания вне постоянного места жительства, наличие фальсифицированных документов, удостоверяющих личность и т.д.

Таких действий ФИО1 не совершал. Он имеет постоянное и единственное место жительства в г. Майкопе совместно со своей семьей и покидать его не собирается. В его доме проживает тяжело больной брат, за которым ФИО1 осуществляет постоянный уход, заботу и организацию медицинской помощи, что также указывает на отсутствие возможности скрыться. Об отсутствии намерения и возможности скрыться от следствия и суда и желании доказать свою невиновность исключительно законными методами ФИО1, несколько раз заявил при рассмотрении ходатайство о заключении его под стражу, однако данные заявления судом проигнорированы.

Считает, что предположения суда о возможности ФИО1 продолжить противоправные действия, оказать воздействие на свидетелей и тем самым воспрепятствовать осуществлению предварительного расследования прямо опровергаются данными о его личности и другими объективными сведениями: ранее ФИО1 никаких преступлений не совершал, к уголовной ответственности не привлекался, не судим, решения об отказе в возбуждении уголовного дела или прекращении уголовного преследования по нереабилитирующим основаниям в отношении него не принимались; в деле нет никаких объективных данных о склонности ФИО1 к противоправному поведению или незаконному противодействию правоохранительным органам; он имеет постоянное место жительства и работы; характеризуется исключительно положительно; активно участвует в общественной и спортивной жизни Республики Адыгея, о чем свидетельствуют многочисленные награды и грамоты ФИО1 за спортивные достижения в соревнованиях среди ветеранов.

Также указывает, что в материалах дела нет доказательств агрессивного, противоправного поведения ФИО1 по отношению к свидетелям, направленного на их склонение к даче ложных показаний.

Полагает, что следствие в своем ходатайстве не привело и не представило в материалах дела, а суд первой инстанции в своем постановлении не привел никаких объективных и подтвержденных сведений о реальной возможности совершения ФИО1 действий, указанных в статье 97 УПК РФ, и невозможности беспрепятственного осуществления уголовного судопроизводства посредством применения в отношении него иной меры пресечения.

Кроме того, отмечает, что суд оставил без внимания и оценки обоснованное ходатайство защиты об отказе в удовлетворении ходатайства следствия об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу. Однако, при избрании меры пресечения в виде домашнего ареста или запрета определенных действий суд уполномочен запретить обвиняемому выходить в определенные периоды времени за пределы жилого помещения, в котором он проживает; находиться в определенных местах, а также ближе установленного расстояния до определенных объектов, посещать определенные мероприятия и участвовать в них; общаться с определенными лицами; отправлять и получать почтово-телеграфные отправления; использовать средства связи и информационно- телекоммуникационную сеть "Интернет"; управлять автомобилем или иным транспортным средством, если совершенное преступление связано с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств и др. Полагает, что перечисленные запреты полностью исключают возможность ФИО1 скрыться, продолжить заниматься преступной деятельностью, воздействовать на свидетелей и иных участников уголовного судопроизводства, уничтожить доказательства либо иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу.

Считает, что материалы дела прямо свидетельствуют о том, что орган предварительного следствия искусственно создает видимость причастности ФИО1 к совершению тяжкого преступления, что дает формальные основания для возбуждения ходатайства об избрании в отношении него меры пресечения в виде заключения под стражу. ФИО1 следствием вменяется создание организованной группы с целью незаконной организации и проведения азартных игр, что повлекло предъявление обвинения по ч. 3 ст. 171.2 УК РФ, предусматривающей наказание в виде лишения свободы до 6 лет без установления его минимального предела. Ни один из мнимых участников так называемой организованной преступной группы: ни ФИО1, ни ФИО9, ни ФИО10, ни ФИО11 не дают показаний и никак не подтверждают выводы следствия о наличии между ними сговора, лидирующей роли ФИО1 в их взаимоотношениях, распределении ролей в якобы имевшей место преступной деятельности. Об этом не имеется показаний свидетелей, равно как и результатов оперативно-розыскной деятельности. На абсолютно бездоказательный и предположительный характер выводов о создании и деятельности организованной группы указывают размытые, неконкретные формулировки в постановлении о привлечении ФИО1 в качестве обвиняемого о том, что он «в неустановленные следствием время и месте» он создал организованную группу для совершения преступлений. Вместе с тем, время и место совершения преступления, то есть создания организованной группы, имеет ключевое значение в вопросе установления причастности к нему ФИО1, так как составляет основу объективной стороны преступления. Нет никаких объективных доказательств поиска ФИО1 помещений, указанных в привлечении в качестве обвиняемого, для организации азартных игр, заключения с их владельцами договоров аренды в каком-либо виде, выплат ФИО1 арендной платы за них. Непосредственное участие ФИО1 в проведении азартных игр также ничем не подтверждается. Нет никаких объективных данных о его общении с игравшими лицами, получения от них денежных средств, обеспечения им доступа к игровому оборудованию и использованию сети Интернет. Ни в одном из помещений, якобы использовавшихся для организации и проведения азартных игр, ФИО1 непосредственно в процессе осуществления такой деятельности правоохранительными органами не задержан.

Также считает, что органом предварительного следствия не представлено суду никаких доказательств того, что ФИО1 получал какой-либо доход от деятельности, которая рассматривается как незаконная организация и проведение азартных игр. Указанный в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого вывод о том, что ФИО1 наряду со ФИО9, ФИО10 и ФИО11 получал прибыль от незаконной игорной деятельности, не имеет никаких доказательств, является предположительным и неконкретным.

Таким образом, доказательствами причастности ФИО1 к созданию и руководству организованной группой, а также непосредственном участии в организации и проведении азартных игр, следствие не располагает. Однако судом данное нарушение норм УПК РФ и Постановления Пленума ВС РФ № 41 проигнорированы и сделан ничем не подтвержденный и необоснованный вывод о наличии такой причастности; единственным основанием для применения судом в отношении ФИО1 меры пресечения в виде заключения под стражу является тяжесть вменяемого ему органом следствия преступления, что прямо противоречит положениям законодательства, а также обязательным для судов разъяснениям и позиции Верховного Суда Российской Федерации.

В суде апелляционной инстанции обвиняемый ФИО1 и его защитник – адвокат Иванов А.Ш. поддержали доводы апелляционной жалобы. Просили обжалуемое постановление отменить и избрать в отношении обвиняемого ФИО1 меру пресечения в виде запрета определенных действий или домашнего ареста.

Прокурор Чуяко Т.М. возражал против удовлетворения апелляционной жалобы защитника обвиняемого. Считал, что суд обоснованно удовлетворил ходатайство следователя об избрании ФИО1 меры пресечения в виде заключения под стражу. Просил постановление Майкопского районного суда Республики Адыгея от 01.07.2023 оставить без изменения.

Выслушав мнение участников процесса, проверив доводы апелляционной жалобы и материалы дела, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Как следует из материалов дела, 29.06.2023 возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 171.2 УК РФ.

29.06.2023 в 22 часа 42 минут за совершение вышеуказанного преступления в порядке ст. 91 УПК РФ задержан ФИО1

Согласно ст. 389-9 УПК РФ суд апелляционной инстанции проверяет по апелляционным жалобам, представлениям законность, обоснованность и справедливость приговора, законность и обоснованность иного решения суда первой инстанции.

В силу ст. 97 УПК РФ суд вправе избрать обвиняемому одну из мер пресечения, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом РФ, при наличии достаточных оснований полагать, что обвиняемый, скроется от предварительного следствия или суда; может продолжить заниматься преступной деятельностью; может угрожать свидетелям, иным участникам уголовного судопроизводства, уничтожить доказательства либо иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу.

Согласно ст. 99 УПК РФ при решении вопроса о необходимости избрания меры пресечения в отношении обвиняемого в совершении преступления и определения ее вида при наличии оснований, предусмотренных ст. 97 УПК РФ, должны учитываться также тяжесть преступления, сведения о личности обвиняемого, его возраст, состояние здоровья, семейное положение, род занятий и другие обстоятельства.

В соответствии с ч. 1 ст. 108 УПК РФ заключение под стражу в качестве меры пресечения применяется по судебному решению в отношении обвиняемого в совершении преступлений, за которые уголовным законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше трех лет при невозможности применения иной, более мягкой, меры пресечения.

Ходатайство следователя ФИО2 об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении обвиняемого ФИО1 подано в суд с согласия надлежащего должностного лица и соответствует требованиям ст. 108 УПК РФ.

Из представленных материалов видно, что решение вопроса об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу ФИО1 проходило в рамках возбужденного уголовного дела, при наличии достаточных данных, подтверждающих обоснованность его подозрения в причастности к совершению инкриминируемого преступления.

Суд первой инстанции, без вхождения в обсуждение вопросов, подлежащих разрешению при рассмотрении уголовного дела по существу, надлежаще проверил обоснованность выдвинутого против ФИО1 обвинения.

По мнению суда апелляционной инстанции, в материалах дела содержатся достаточные данные об имевшем место событии преступления и наличии разумных оснований полагать о возможной причастности к нему ФИО1

Представленные материалы свидетельствуют о том, что при рассмотрении ходатайства следователя об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении обвиняемого ФИО1 судом исследованы предусмотренные ст.ст. 97, 99, 108 УПК РФ обстоятельства, необходимые для принятия законного решения по указанному ходатайству.

Принимая решение по ходатайству следователя, суд первой инстанции учел, что ФИО1 является гражданином Российской Федерации, имеет регистрацию и постоянное место жительства на территории Республики Адыгея, где характеризуется положительно, женат, не имеет на иждивении несовершеннолетних детей, трудоустроен, не судим.

Вместе с тем, судом также учтено, что он обвиняется в совершении преступления, относящегося к категории тяжких, что дало основания полагать, что ФИО1, оставаясь на свободе, может продолжить совершать противоправные действия, опасаясь возможного наказания за содеянное, скрыться от органов предварительного следствия и суда, оказать воздействие на свидетелей, тем самым воспрепятствовать осуществлению предварительного расследования.

Исходя из исследованных материалов, с учетом тяжести преступления, в совершении которого обвиняется ФИО1, конкретных обстоятельств дела, суд апелляционной инстанции полагает правильным вывод суда первой инстанции о необходимости удовлетворения ходатайства следователя об избрании ФИО1 меры пресечения в виде заключения под стражу.

Оценивая возможность применения альтернативных мер пресечения, в том числе таких, как запрет определенных действий или домашний арест, суд апелляционной инстанции также приходит к выводу, что более мягкие меры пресечения, не предполагают непрерывного контроля за поведением подсудимого, поэтому не способны исключить вышеуказанные риски.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, согласно разъяснениям, содержащимся в абз. 3 п. 21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 41 от 19.12.2013 «О практике применения судами мер пресечения в виде заключения под стражу, залога и домашнего ареста» (в редакции от 11.06.2020), на первоначальных этапах производства по уголовному делу, тяжесть предъявленного обвинения и возможность назначения по приговору суда наказания в виде лишения свободы на длительный срок, могут служить основанием для заключения подозреваемого или обвиняемого под стражу, ввиду того, что он может скрыться от дознания, предварительного следствия.

Каких-либо данных о наличии у обвиняемого ФИО1 заболеваний, препятствующих его содержанию под стражей, суду первой и апелляционной инстанции представлено не было.

Суд первой инстанции обсуждал возможность избрания ФИО1 иной, более мягкой меры пресечения, в том числе и в виде запрета определенных действий или домашнего ареста, о чем просила сторона защиты, однако, пришел к выводу о нецелесообразности их избрания.

С учетом приведенных выше обстоятельств, оснований для изменения меры пресечения ФИО1 на иную, не связанную с заключением под стражу, в том числе домашний арест, о чем просила сторона защиты, суд апелляционной инстанции также не находит.

Доводы апелляционной жалобы адвоката о том, что доказательствами причастности ФИО1 к созданию и руководству организованной группой, а также непосредственном участии в организации и проведении азартных игр, следствие не располагает, направлены на оспаривание доказанности вины и квалификации действий обвиняемого, иной оценке доказательств по делу, а потому не могут быть предметом рассмотрения в данном судебном заседании, поскольку при рассмотрении ходатайства, связанного с избранием меры пресечения, суд не вправе входить в обсуждение вопросов о виновности или невиновности лица в совершении преступления, а также о доказанности вины и квалификации действий обвиняемого.

При изложенных обстоятельствах, доводы апелляционной жалобы адвоката Казьмина Ю.В. не могут явиться основанием для отмены обжалуемого судебного решения.

Вместе с тем, в резолютивной части постановления судом первой инстанции ошибочно указано об избрании ФИО1 меры пресечения в виде заключения под стражу до 29.08.2023, тогда как срок в 2 месяца, с учетом положений ч.ч. 9 и 10 ст. 109, ч. 3 ст. 128 УПК РФ, истекает 28.08.2023, в связи с чем постановление суда в данной части подлежит изменению.

На основании изложенного, руководствуясь, ст.ст. 108, 389-13, 389-20, 389-28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ :

Постановление Майкопского городского суда Республики Адыгея от 01 июля 2023 года в отношении обвиняемого ФИО1 изменить, уточнив в резолютивной части постановления об избрании меры пресечения до 28.08.2023 включительно.

В остальном постановление оставить без изменения, а апелляционную жалобу адвоката – без удовлетворения.

Апелляционное постановление вступает в законную силу с момента его провозглашения и может быть обжаловано в вышестоящий суд в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ.

Председательствующий по делу,

Судья Верховного суда

Республики Адыгея Х.Е. Панеш