Решение по делу № 2-2164/2022 от 17.08.2022 - о взыскании неосновательного обогащения, расходов по оплате госпошлины.

Дело № 2-2164/2022

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Клин Московской области 17 августа 2022 года

Клинский городской суд Московской области в составе:

председательствующего судьи Вороновой Т.М.,

при секретаре судебного заседания Баламутовой А.Д.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ООО «Клинский институт охраны и условий труда» к ФИО1 о взыскании неосновательного обогащения, расходов по оплате госпошлины,

УСТАНОВИЛ:

ООО «Клинский институт охраны и условий труда», уточнив исковые требования в порядке ст. 39 ГПК РФ, обратился в суд с иском к ФИО1 о взыскании неосновательного обогащения, расходов по оплате госпошлины.

В обоснование заявленных требований истец указывал на то, что перечислил ИП ФИО1 денежные средства на общую сумму 2 400 000 рублей в счет исполнения обязательств по договору /номер/ от /дата/ за услуги по составлению рекламных объявлений.

Однако, договор, указанный в платежных поручениях, заключен не был. Доказательства выполнения ответчиком в пользу истца каких-либо работ или оказания услуг отсутствуют.

Претензии, направленные истцом в адрес ответчика о возврате перечисленных денежных средств оставлены без ответа.

Учитывая указанные обстоятельства, истец просил суд взыскать с ФИО1 в пользу ООО «КИОУТ» неосновательное обогащение в размере 2 400 000 рублей, расходы на уплату государственной пошлины в сумме 20 200 рублей.

Представитель ООО «Клинский институт охраны и условий труда» по доверенности ФИО2 исковые требования поддержала, пояснила, что договору № 01 от 13.05.2019 года был заключен не с ответчиком, а с ИП ФИО3, которому не были перечислены денежные средства в счет оказанных услуг. ФИО1 была в списках потенциальных исполнителей работ, но с ней договор не заключался, услуги по договору не оказывались. Денежные средства ошибочно перечислены бухгалтером, что выяснилось при проведении проверки в 2020 году.

Ответчик ФИО1 в судебное заседание не явилась, извещена, ее представитель по доверенности ФИО4 возражала против удовлетворения иска по основаниям, изложенным в письменных возражениях на иск и дополнительных возражениях.

Третье лицо ИП ФИО3 в судебное заседание не явился, извещен, извещение вручено 05.08.2022 года.

Проверив материалы дела, с учетом представленных сторонами доказательств, оценив представленные доказательства в совокупности на основании ст.67 ГПК РФ по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, заслушав объяснения явившихся лиц, суд приходит к следующему выводу.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принципы состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Согласно ст. 12 ГК РФ, защита гражданских прав осуществляется способами, предусмотренными законом.

В соответствии со ст. 1102 ГК РФ, лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

В силу статьи 1103 ГК РФ, поскольку иное не установлено настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами и не вытекает из существа соответствующих отношений, правила, предусмотренные настоящей главой, подлежат применению также к требованиям:

1) о возврате исполненного по недействительной сделке;

2) об истребовании имущества собственником из чужого незаконного владения;

3) одной стороны в обязательстве к другой о возврате исполненного в связи с этим обязательством;

4) о возмещении вреда, в том числе причиненного недобросовестным поведением обогатившегося лица.

Согласно статье 1107 ГК РФ лицо, которое неосновательно получило или сберегло имущество, обязано возвратить или возместить потерпевшему все доходы, которые оно извлекло или должно было извлечь из этого имущества с того времени, когда узнало или должно было узнать о неосновательном обогащении.

Согласно статье 1109 ГК РФ не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения, в том числе: имущество, переданное во исполнение обязательства до наступления срока исполнения, если обязательством не предусмотрено иное; имущество, переданное во исполнение обязательства по истечении срока исковой давности; денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности.

Условиями возникновения неосновательного обогащения являются следующие обстоятельства: приобретение (сбережение) имущества имело место, приобретение произведено за счет другого лица (за чужой счет), приобретение (сбережение) имущества не основано ни на законе, ни на сделке, прежде всего договоре, то есть произошло неосновательно. При этом указанные обстоятельства должны иметь место в совокупности.

Таким образом, исходя из особенности предмета доказывания по делам о взыскании неосновательного обогащения и распределения бремени доказывания, истец должен доказать факт получения приобретателем имущества, которое принадлежит истцу, отсутствие предусмотренных законом или сделкой оснований для такого приобретения, размер неосновательно полученного приобретателем.

Обращаясь в суд с иском, истец указывал на то, что Акционерное общество «Клинский институт охраны и условий труда» (АО «КИОУТ») перечислило ИП ФИО1 следующие суммы:

- 250 000 рублей платежным поручением № 1641 от 14.06.2019 г. на расчетный счет <***> в ПАО «Сбербанк России» г. Москва; - 250 000 рублей платежным поручением № 1642 от 04.07.2019 г. на расчетный счет <***> в МОСКОВСКИЙ ФИЛИАЛ АО КБ «МОДУЛЬБАНК» г. Москва;

- 350 000 рублей платежным поручением № 2061 от 30.07.2019 г. на расчетный счет <***> в МОСКОВСКИЙ ФИЛИАЛ АО КБ «МОДУЛЬБАНК» г. Москва;

- 200 000 рублей платежным поручением № 2062 от 30.07.2019 г. на расчетный счет <***> в ПАО «Сбербанк России» г. Москва;

- 150 000 рублей платежным поручением № 2063 от 30.07.2019 г. на расчетный счет <***> в ПАО «Сбербанк России» г. Москва;

- 250 000 рублей платежным поручением № 2064 от 30.07.2019 г. на расчетный счет <***> в ТОЧКА ПАО БАНКА «ФК ОТКРЫТИЕ» г. Москва;

- 250 000 рублей платежным поручением № 2065 от 30.07.2019 г. на расчетный счет <***> в КБ «ЛОКО-БАНК» (АО) г. Москва;

- 350 000 рублей платежным поручением № 2111 от 06.08.2019 г. на расчетный счет <***> в МОСКОВСКИЙ ФИЛИАЛ АО КБ «МОДУЛЬБАНК» г. Москва;

- 200 000 рублей платежным поручением № 2112 от 06.08.2019 г. на расчетный счет <***> в ПАО «Сбербанк России» г. Москва;

- 150 000 рублей платежным поручением № 2113 от 06.08.2019 г. на расчетный счет <***> в ПАО «Сбербанк России» г. Москва.

Сумма задолженности на дату подачи искового заявления составила 2 400 000 рублей.

Акционерное общество «Клинский институт охраны и условий труда» (АО «КИОУТ») 15 января 2021 года было реорганизовано в форме преобразования в ООО «Клинский институт охраны и условий труда» (сокращенное наименование - ООО «КИОУТ»).

Однако, договор, указанный в платежных поручениях № 01 от 13.05.2019 года об оказании услуг по составлению рекламных объявлений, заключен не был. Указание в платежных поручениях договора № 01 от 13.05.2019 г. является ошибочным. Оформление платежных поручений произошло в результате технического сбоя. Ошибка вызвана причинами технического характера. Платежные реквизиты ИП ФИО1 были внесены в платежные поручения в результате технической ошибки.

Кроме того, отсутствуют доказательства выполнения ответчиком в пользу истца каких-либо работ или оказания услуг.

Претензии, направленные истцом в адрес ответчика (исх. № 028 от 09.03.2022 г., вручена 15.03.2022 г.; исх. № 029 от 09.03.2022 г., вручена 15.03.2022 г.; исх. № 030 от 10.03.2022 г., вручена 15.03.2022 г.; исх. № 032 от 11.03.2022 г., вручена 15.03.2022 г.; исх. № 035 от 15.03.2022 г., вручена 17.03.2022 г.; исх. № 036 от 15.03.2022 г., вручена 17.03.2022 г.; исх. № 037 от 15.03.2022 г., вручена 17.03.2022 г.; исх. № 038 от 16.03.2022 г.,) о возврате перечисленных денежных средств оставлены без ответа.

Вместе с тем, истец указал на то, что ответчик не доказала законность и обоснованность сбережения денежных средств.

Ссылка в возражениях на отсутствие документов, подтверждающих обоснованность денежных средств, по причине ликвидации ИП ФИО1, не может быть принята судом во внимание, так как договоры и контракты подлежат хранению в течение 5 лет (ч. 1 ст. 29 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» и п. 292 Приказа Росархива от 20.12.2019 г. № 236 «Об утверждении Перечня типовых документов, образующихся в процессе деятельности государственных органов, органов местного самоуправления и организаций, с указанием сроков их хранения»).

Также истец указал, что ликвидация ИП не влечет за собой уничтожение финансовых документов. Согласно выписки из ЕГРЮЛ ИП ФИО1 прекратила деятельность 29.05.2020 года, однако в силу положений статей 23 и 24 ГК РФ, утрата гражданином государственной регистрации в качестве индивидуального предпринимателя лишает его права осуществлять предпринимательскую деятельность, но не освобождает от обязанности отвечать по своим обязательствам всем принадлежащим ему имуществом, за исключением имущества, на которое в соответствии с законом не может быть обращено взыскание.

Согласно п. 55 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.11.2015 № 50 «О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства» указанная норма закрепляет полную имущественную ответственность физического лица независимо от наличия статуса индивидуального предпринимателя и не разграничивает имущество гражданина как физического лица либо как индивидуального предпринимателя.

Как усматривается из материалов дела, АО «Клинский институт охраны и условий труда» перечислял ИП ФИО1 денежные средства систематически, на разные счета на основании выставленных счет-фактур и во исполнение существующих между ними обязательств по договорам, что отражено в платежных поручениях.

АО «Клинский институт охраны и условий труда» был осведомлен о счетах ответчика в разных банках, на которые перечислялись денежные средства, что свидетельствует об оплате услуг на основании выставленных ответчиком как ИП счетов. В платежных поручениях отражены основания для перечисления денежных средств: за услуги по аудиту рыночной среды, за услуги по разработке рекламной концепции, за услуги по сбору семантического ядра, за услуги по составлению рекламных объявлений.

При этом, как указывает ответчик, ее основным видом деятельности как ИП являлась «Деятельность рекламных агентств» (код ОКВЭД 73.11), что подтверждается Выпиской из ЕГРИП и что соответствует услугам, оказанным АО «Клинский институт охраны и условий труда».

Систематичность и периодичность перечисления денежных средств, поступление средств на расчетные счета в разных банках, указание в платежных поручениях в качестве назначения платежа гражданско-правовых договоров по оказанию услуг, вид которых соответствует основному виду деятельности ИП, исключают ошибочность перечисления денежных средств истцом.

Доказательств того, что правоотношения, указанные в качестве оснований платежа, не являются такими основаниями, а денежные средства были перечислены ошибочно, истец в нарушение ст. 56 ГПК РФ не представил.

Вместе с тем, представленные стороной истца копии договора оказания услуг №01 от 13.05.2019 года, заключенного между ООО «Клинский институт охраны и условий труда» и ИП ФИО3 и дополнительные соглашения к нему, не могут быть приняты в качестве доказательств, поскольку оригиналы указанных документов суду не представлены, правовой статус документов - «дубликатов договоров» в качестве источников доказательств не определен.

Представителем ответчика заявлялось суду о подложности представленной копии договора и приложений к нему, а также копии акта о якобы произошедшем заливе помещения, где хранилась документация истца и утрате оригинала договора и приложений к нему в результате залива.

Как указал ответчик в возражениях на иск, сторона истца намеренно не представила оригиналы данных документов, понимая о том, что со стороны ответчика поступило бы ходатайство о назначении судебной экспертизы.

Приобщенные к материалам дела копии договора и дополнительные соглашения прошиты и заверены представителем ООО «Клинский институт охраны и условий труда», не гарантируют их тождественность оригиналам.

Представленный стороной истца акт № 1 от 22 октября 2021 года о последствиях залива нежилых помещений также не может быть принят судом в качестве доказательства уважительности непредставления оригиналов документов, поскольку он подписан лицами, аффилированными с ООО «Клинский институт охраны и условий труда».

Кроме того, истцом не указано, выполнены ли были ИП ФИО3 обязательства по договору №01 от 13 мая 2019 года и дополнительным соглашениям к нему, если нет, то выяснялись ли истцом причины неисполнения обязательств по договору, тогда как договор действовал до 31.12.2019 года, а сроки окончания работ по дополнительным соглашениям к нему июнь-август 2019 года и очевидно, у истца возникли бы вопросы к ИП ФИО3 об исполнении обязательств по нему, а у ИП ФИО3 вопросы к истцу о не перечислении денежных средств в счет оплаты по договору в значительной сумме 2 400 000 рублей.

Соответственно, исходя из позиции истца, вопрос об ошибочности перечисления денежных средств по указанному выше договору возник бы уже в сентябре 2019 года, однако по какой-то причине ООО «Клинский институт охраны и условий труда» не спешил выяснять данный вопрос, при этом с очевидностью отразил в налоговой отчетности наличие расходов на взыскиваемую с ФИО1 сумму за 2019 год.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что согласно пункту 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборот от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (статья 56 ГПК РФ).

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной сторон или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 11 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Установлено, что 29.05.2020 года ФИО1 прекратила свою деятельность в качестве индивидуального предпринимателя, в связи с чем, как пояснил представитель ответчика, бухгалтерские документы по финансовой деятельности ИП до настоящего момента не сохранились.

В данном случае предъявление ООО «Клинский институт охраны и условий труда» обусловлено исключительно тем, чтобы за счет ответчика обогатиться, и вернуть денежные средства за оказанные услуги по договорам.

С учетом указанных обстоятельств, суд приходит к выводу, что между ФИО1 и ООО «Клинский институт охраны и условий труда» сложились договорные отношения, денежные средства, перечисленные на ее счета АО «Клинский институт охраны и условий труда» переданы в счет исполненных обязательств по договорам, в связи с чем совокупность необходимых условий для взыскания с нее неосновательного обогащения отсутствует, а потому не имеется оснований для удовлетворения исковых требований ООО «Клинский институт охраны и условий труда» о взыскании с ФИО1 неосновательного обогащения в сумме 2 400 000 рублей.

В связи с отказом в удовлетворении исковых требований, в соответствии со ст. 98 ГПК РФ, оснований для возмещения истцу расходов по оплате государственной полшины в сумме 20 200 рублей у суда не имеется.

Руководствуясь ст. ст. 194 - 199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

исковые требования ООО «Клинский институт охраны и условий труда» к ФИО1 о взыскании неосновательного обогащения, расходов по оплате госпошлины оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Московский областной суд через Клинский городской суд в течение месяца со дня составления мотивированного решения.

Судья подпись Т.М. Воронова

Мотивированное решение составлено 24 августа 2022 года.

Копия верна

Решение не вступило в законную силу

Судья Т.М. Воронова