Дело №2-189/2025

УИД: 23RS0052-01-2024-002265-92

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

город Тихорецк 05 мая 2025 года

Тихорецкий городской суд Краснодарского края в составе:

судьи Гончаровой О.Л.,

секретаря судебного заседания Юрченко Ю.И.,

с участием представителя ответчика ФИО1 – адвоката ФИО4, действующего на основании ордера № от ДД.ММ.ГГГГ,

рассмотрев в отрытом судебном заседании гражданское дело по иску страхового публичного акционерного общества «Ингосстрах» к ФИО1 о взыскании ущерба в порядке регресса,

установил:

СПАО «Ингосстрах» обратилось в суд с иском к ФИО1 о возмещении ущерба в порядке регресса.

В обоснование заявленных требований истцом указано, что ДД.ММ.ГГГГ произошло дорожно-транспортное происшествие, в результате которого были причинены механические повреждения транспортному средству Haval F7, государственный регистрационный знак № Водитель ФИО11 нарушил Правила дорожного движения РФ, управляя транспортным средством FAW Bestune B70520i, государственный регистрационный знак №, что привело к дорожно-транспортному происшествию. На момент ДТП гражданская ответственность водителя (виновника) была застрахована по договору ТТТ № в СПАО «Ингосстрах». Владелец транспортного средства Haval F7, государственный регистрационный знак №, обратился с заявлением о выплате страхового возмещения в САО «ВСК», которое признало данный случай страховым и выплатило страховое возмещение. Во исполнение условий договора страхования ОСАГО (полис ТТТ №), СПАО «Ингосстрах» в счет возмещения вреда транспортному средству, выплатило страховое возмещение в размере 50904,87 рублей.

Согласно заявлению страхователя ФИО1 при заключении договора ОСАГО от ДД.ММ.ГГГГ, транспортное FAW Bestune B70520i, государственный регистрационный знак №, должно было использоваться в личных целях. Однако указанное транспортное средство использовалось в качестве такси.

Согласно указанию ЦБ РФ «О страховых тарифах по обязательному страхованию гражданской ответственности владельцев транспортных средств» базовая ставка на транспортные средства, используемые в качестве такси 15 756 рублей. При указании страхователем достоверных данных о цели использования транспортного средства в качестве «такси», расчет полиса выглядел бы следующим образом: ТБ 5722 КТ 0,84КБМ 1,17* КВС 1*КО1,97*КС 1*КП 1*КМ 1,6* КПР 1*КН 1= 17725,53 рублей (цель использования «личная»). ТБ 15756 КТ 0,84*КБМ 1,17* КВС 1* КО 1,97*КС 1*КП 1*КМ 1,6 КПР 1*КН 1=48808,70 рублей (цель использовании «такси»).

Таким образом, страхователем ФИО1 при заключении договора ОСАГО ТТТ № были предоставлены недостоверные сведения относительно цели использования транспортного средства, что привело к необоснованному уменьшению размера страховой премии.

Истец, указывая на обязанность ответчика возместить страховщику убытки, просит суд взыскать с ФИО1 в пользу СПАО «Ингосстрах» в порядке регресса 50904,87 рублей, а также уплаченную государственную пошлину в размере 4 000 рублей.

Представитель истца СПАО «Ингосстрах», надлежаще извещенный о времени и месте судебного разбирательства, в суд не явился, в исковом заявлении просил рассмотреть дело в его отсутствие.

Ответчик ФИО1 в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещался надлежащим образом.

Представитель ответчика ФИО1 – адвокат ФИО4 в судебном заседании исковые требования не признал, просил отказать в их удовлетворении. Пояснил, что ФИО1 не является и не являлся владельцем транспортного средства FAW Bestune B70520i, а также не является причинителем вреда. В письменных возражениях на иск указал о том, что редакция пункта «к» части 1 статьи 14 ФЗ об ОСАГО, на которую ссылается истец, была изменена и не действовала в отношении договора ОСАГО, на который ссылается истец. Более того, согласно содержанию искового заявления, а также материалам дела, заявление о заключении договора ОСАГО датировано ДД.ММ.ГГГГ, лицензия на использование автомобиля в качестве такси действует с ДД.ММ.ГГГГ.

Представитель привлеченного судом к участию в деле третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, ООО «ЛИКСМН», в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела надлежаще извещен. Предоставил возражение на исковое заявление, в котором просил отказать в удовлетворении исковых требований, рассмотреть дело в их отсутствие.

В судебное заседание не явились привлеченные к участию в качестве третьих лиц ФИО10, а также водитель ФИО11 Суд признает их надлежащим образом извещенными о времени и месте рассмотрения дела в соответствии с положениями статьи 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку направленные в их адрес повестки были возвращены в связи с истечением срока хранения на почте.

На основании положений частей 3 и 5 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд рассмотрел дело в отсутствие не явившихся лиц.

Выслушав доводы представителя ответчика, исследовав представленные письменные доказательства в материалах дела, суд принимает во внимание следующее.

В силу части 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

По общему правилу части 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

В соответствии со статьей 1081 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, возместившее вред, причиненный другим лицом, имеет право обратного требования (регресса) к этому лицу в размере выплаченного возмещения, если иной размер не установлен законом.

Согласно пункту «к» части 1 статьи 14 Федерального закона от 25.04.2002 №40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (в редакции Федерального закона от 01.05.2019 №88-ФЗ) (далее – Закон об ОСАГО), к страховщику, осуществившему страховое возмещение, переходит право требования потерпевшего к лицу, причинившему вред, в размере осуществленного потерпевшему страхового возмещения, если владелец транспортного средства при заключении договора обязательного страхования предоставил страховщику недостоверные сведения, что привело к необоснованному уменьшению размера страховой премии.

В пункте 6 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 08.11.2022 № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» разъяснено, что ложными или неполными сведениями считаются представленные страхователем сведения, которые не соответствуют действительности или не содержат необходимой для заключения договора страхования информации, при надлежащем представлении которых договор не был бы заключен или был бы заключен на других условиях. Обязанность по представлению полных и достоверных сведений относится к информации, влияющей на размер страховой премии: технических характеристик, конструктивных особенностей, о собственнике, назначении и (или) цели использования транспортного средства и иных обязательных сведений, определяемых законодательством об ОСАГО (например, стаж вождения, использование легкового автомобиля в качестве такси, а не для личных семейных нужд и т.п.).

В случае представления страхователем заведомо ложных сведений страховщик также вправе требовать признания договора недействительным на основании пункта 3 статьи 944 ГК РФ и применения последствий, предусмотренных статьей 179 ГК РФ.

В этом случае выплаченное потерпевшему страховое возмещение не возвращается, а причиненные вследствие этого убытки страховщику возмещаются страхователем.

На основании изложенного, для привлечения ответчика к гражданско-правовой ответственности в порядке регресса необходимо установить совокупность следующих обстоятельств: представление страхователем сведений, которые не соответствуют действительности или не содержат необходимой для заключения договора страхования информации, при надлежащем представлении которых договор не был бы заключен или был бы заключен на других условиях, вина ответчика в сокрытии обстоятельств или предоставления ложных сведений относительно цели использования транспортного средства, имеющих существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления, как и обстоятельств того, что на момент заключения договора страхования и в период его действия транспортное средство использовалось в качестве такси, то есть в иных целях, отличных от указанных в договоре ОСАГО.

Обязанность доказывания факта умышленного представления страхователем недостоверных сведений лежит на страховщике.

Из материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ произошло ДТП с участием автомобиля Haval F7, государственный регистрационный знак № и автомобиля FAW Bestune B70520i, государственный регистрационный знак № под управлением ФИО11, который нарушил Правила дорожного движения РФ.

В результате ДТП автомобилю Haval F7, государственный регистрационный знак №, были причинены механические повреждения.

На момент ДТП гражданская ответственность водителя (виновника) была застрахована по договору ТТТ № в СПАО «Ингосстрах».

Во исполнение условий договора страхования ОСАГО (полис ТТТ №), Правил ОСАГО, статьи 12 Закона об ОСАГО, истец СПАО «Ингосстрах» в счет возмещения вреда транспортному средству выплатило страховое возмещение в размере 50 904,87 рублей, что подтверждается платежным поручением № от ДД.ММ.ГГГГ.

По данным ФИС Госавтоинспекции МВД России транспортное средство FAW Bestune B70520i, государственный регистрационный знак №, зарегистрировано за ООО «ЛИКСМН», что подтверждается карточкой учета транспортного средства.

В материалах дела имеется копия заявления о заключении договора обязательного страхования гражданской ответственности транспортных средств от ДД.ММ.ГГГГ и копия страхового полиса ТТТ № от ДД.ММ.ГГГГ.

Из представленной истцом в материалы дела копии заявления о заключении договора ОСАГО следует, что страхователем в нем указан ФИО1, транспортное средство FAW Bestune B70520i, идентификационный номер ТС № будет использоваться с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, цель использования ТС прочее. В этом же заявлении указано, что собственником транспортного средства является ООО «ЛИКСОН», ИНН <***>, адрес: Россия, <адрес>, <адрес>, <адрес>.

Указанное заявление принято представителем страховщика СПАО «Ингосстрах» ФИО10 ДД.ММ.ГГГГ, в тот же день выдан страховой полис №ТТТ №.

Предъявляя требование о возмещении убытков в порядке регресса, истец ссылается на положения подпункта «к» пункта 1 статьи 14 Федерального закона об ОСАГО, устанавливающие право регрессного требования страховщика к страхователю в случае предоставления последним при заключении договора недостоверных сведений, что привело к необоснованному уменьшению страховой премии.

В соответствии с пунктом 3 статьи 944 Гражданского кодекса Российской Федерации страховщик вправе требовать признание договора недействительным и применения последствий, предусмотренных пунктом 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации, если после заключения договора страхования будет установлено, что страхователь сообщил страховщику заведомо ложные сведения об обстоятельствах, имеющих существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления.

При этом обязательным условием для применения нормы о недействительности сделки (статья 179 ГК РФ) является именно наличие умысла страхователя.

Как следует из пункта 10.1. статьи 15 Федерального закона от 25.04.2002 №40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» при заключении договора обязательного страхования в целях расчета страховой премии и проверки данных о наличии или отсутствии случаев страхового возмещения страховщик использует информацию, содержащуюся в автоматизированной информационной системе обязательного страхования, созданной в соответствии со статьей 30 настоящего Федерального закона. Заключение договора обязательного страхования без внесения сведений о страховании в автоматизированную информационную систему обязательного страхования, созданную в соответствии со статьей 30 настоящего Федерального закона, и проверки соответствия представленных страхователем сведений содержащейся в автоматизированной информационной системе обязательного страхования информации не допускается.

В случае недостаточности сообщенных страхователем существенных обстоятельств либо сомнений в их достоверности страховщик, являясь лицом, осуществляющим профессиональную деятельность на рынке страховых услуг, не был лишен возможности при заключении договора выяснить обстоятельства, влияющие на степень риска, в связи с чем бремя истребования и сбора информации о риске лежит на страховщике, который должен нести риск последствий заключения договора без соответствующей проверки сведений.

Из сведений, представленных истцом, следует, что лицензия такси на вышеуказанное транспортное средство выданаДД.ММ.ГГГГ, то есть после выдачи страхового полиса.

Из анализа указанных норм права следует, что договор страхования может быть признан недействительным при доказанности прямого умысла в действиях страхователя, направленного на введение в заблуждение страховщика, в том числе относительно сведений о страхуемом имуществе, а также того, что заведомо ложные сведения касаются обстоятельств, имеющих существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления.

Обязанность доказывания наличия прямого умысла страхователя при сообщении страховщику заведомо ложных сведений лежит на страховщике, обратившемуся в суд с иском о признании сделки недействительной и взыскании ущерба в результате ДТП.

Предоставление страхователем заведомо ложной информации страховщику судом не установлено.

В соответствии с пунктом 14 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28.11.2003 №75 «Обзор практики рассмотрения споров, связанных с исполнением договоров страхования» страховщик при осуществлении профессиональной деятельности на рынке страховых услуг вправе использовать любые допускаемые законом способы для восполнения недостаточности предоставленных страхователем сведений, проверки их достоверности, в том числе путем натурного осмотра и запроса дополнительных документов.

Истцом не представлено доказательств, что им запрашивались сведения о наличии каких-либо сведений в отношении предметов страхования, кроме того, сведения о транспортных средствах и сведения о юридических лицах размещены в сети Интернет и являются общедоступными.

Заключение договора в электронном виде не влияет на наличие у страховщика обязанности проверять наличие и характер страхуемого интереса при заключении договора. Неисполнение страховщиком этой обязанности, как и неиспользование права на осмотр, лишают страховщика возможности ссылаться на несоответствие действительности указанных страхователем сведений о застрахованном объекте.

Поскольку страховщик не выяснил обстоятельства, влияющие на степень риска, а страхователь не сообщил страховщику заведомо ложные сведения о застрахованном имуществе, страховщик согласно пункту 2 статьи 944 Гражданского кодекса Российской Федерации не может требовать признания недействительным договора страхования как сделки, совершенной под влиянием обмана.

Пунктом 7.2 статьи 15 Федерального закона об ОСАГО предусмотрено, что в случае, если предоставление страхователем при заключении договора обязательного страхования в виде электронного документа недостоверных сведений привело к необоснованному уменьшению размера страховой премии, страховщик вправе предъявить в установленном порядке требование о взыскании денежных средств в размере суммы, неосновательно сбереженной в результате предоставления недостоверных сведений, вне зависимости от наступления страхового случая.

В соответствии с подпунктом "к" пункта 1 статьи 14 Федерального закона ОСАГО (в действующей редакции Федерального закона от 01.05.2019 №88-ФЗ) к страховщику, осуществившему страховое возмещение, переходит право требования потерпевшего к лицу, причинившему вред, в размере осуществленного потерпевшему страхового возмещения, если владелец транспортного средства при заключении договора обязательного страхования предоставил страховщику недостоверные сведения, что привело к необоснованному уменьшению размера страховой премии.

Таким образом, законом установлен субъект ответственности – лицо, причинившее вред.

В соответствии с подпунктом "к" пункта 1 статьи 14 Закона об ОСАГО право регресса у страховщика к причинителю вреда, каковым, по смыслу статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьи 1 Закона об ОСАГО, является владелец транспортного средства как источника повышенной опасности, при использовании которого причинен вред, возникает в случае осуществления страхового возмещения по договору ОСАГО, при заключении которого владельцем транспортного средства представлены недостоверные данные, которые привели к уменьшению размера страховой премии.

Из представленных суду доказательств следует, что ФИО1 законным владельцем автомобиля FAW Bestune B70520i ни на дату заключения договора страхования, ни в момент причинения вреда потерпевшему не являлся, указанным транспортным средством в момент ДТП не управлял, а действовавшие ранее положения абзаца 6 пункта 7.2 статьи 15 Федерального закона об ОСАГО утратили силу с ДД.ММ.ГГГГ, в то время как договор страхования был заключен ДД.ММ.ГГГГ.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что заявленные исковые требования удовлетворению не подлежат.

Истцом указано, что по заявлению страхователя ФИО1 при заключении договора ОСАГО от ДД.ММ.ГГГГ, транспортное средство FAW Bestune B70520i, государственный регистрационный знак №, должно было использоваться в личных целях. Истцом в обосновании требований представлена распечатка сведений, где указано, что лицензия на использование автомобиля в качестве такси действует с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

Таким образом, на момент заключения договора обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств страхователем не предоставлялись в СПАО «Ингосстрах» недостоверные сведения о цели использования транспортного средства, поэтому у истца отсутствует право регрессного требования.

СПАО «Ингосстрах» как лицо, осуществляющее профессиональную деятельность на рынке страховых услуг, будучи более осведомленным как в определении объектов страхования, так и действующего законодательства в сфере страхования, определил и принял указанную ФИО1 в заявлении о заключении договора обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств отДД.ММ.ГГГГ информацию без дополнительного требования и сбора данных, не воспользовался предусмотренной законом возможностью проверить предоставленные ФИО1 на стадии заключения договора ОСАГО данные и сообщить страхователю о несоответствии сведений в заявлении на страхование и в представленных документах.

Оформление и выдача страхового полиса страховщиком, а также отсутствие претензий к страхователю в период действия договора, фактически подтверждают согласие страховщика с достаточностью и достоверностью представленных ответчиком сведений, достижение соглашения об отсутствии дополнительных факторов риска.

Тем самым, при заключении договора обязательного страхования у страховщика СПАО «Ингосстрах» имелись все необходимые достоверные сведения для правильного определения собственника транспортного средства, цели использования транспортного средства и применения соответствующего коэффициента посредством использования информационного сервиса «предоставление сведений из ЕГРЮЛ в электронном виде», свободный и неограниченный доступ к которым предоставляется бесплатно неопределенному кругу лиц на официальном сайте ФНС России в сети «Интернет».

Из пояснений представителя ответчика ФИО4 следует, что ответчик ФИО1 в трудовых отношениях с собственником транспортного средства не состоял, не заключал гражданско-правовых договоров, заявление о заключение договора обязательного страхования не подавал, его подпись в представленном истцом заявлении отсутствует.

Согласно ответу СПАО «Ингосстрах» на судебный запрос в отношении представителя страховщика ФИО10 действовал договор от ДД.ММ.ГГГГ №УАД8445811-8/21 об оказании агентских услуг по заключению договоров страхования. На основании уведомления от ДД.ММ.ГГГГ договор об оказании агентских услуг по заключению договоров страхования расторгнут в одностороннем порядке. По условиям договора об оказании агентских услуг по заключению договоров страхования агент должен проверить корректность заполнения клиентом заявления на страхование на основании представленных клиентом документов. В период времени с декабря 2023 по январь 2024 агентом ФИО10 было заключено 403 договора ОСАГО с ООО «Ликсон». Страхователями по всему количеству договоров являются: ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8 В СПАО Ингосстрах отсутствуют доверенность, наделяющая ФИО1 полномочиями при заключении договора страхования в отношении транспортных средств, принадлежащих на праве собственности юридическому лицу. Согласно имеющиеся информации транспортное средство FAW Bestune B70520i, государственный регистрационный знак №, идентификационный номер №, имеет лицензию такси с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, регистрационный номер разрешения 2-10244.

Принимая во внимание, что договор об оказании агентских услуг по заключению договоров страхования с ФИО10 расторгнут в одностороннем порядке ДД.ММ.ГГГГ, СПАО «Ингосстрах», обращаясь в суд (ДД.ММ.ГГГГ), уже располагало информацией относительно лица, которым были внесены недостоверные сведения в страховой полис.

Суд полагает, что обстоятельства, указанные СПАО «Ингосстрах», не могут являться бесспорными доказательствами предоставления страхователем страховщику недостоверных сведений при заключении договора страхования, обстоятельствами, имеющими значение для разрешения настоящего спора, являются наличие условий, предусмотренных пунктом «к» части 1 статьи 14 Закона об ОСАГО, бремя доказывания которых в силу статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации лежит на истце.

Согласно статье 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями пункта 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепившими принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В материалы дела не представлено достаточных и допустимых доказательств подачи ответчиком заявления о заключении договора обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств. В судебном заседании установлено и не оспаривалось сторонами, что доверенность, наделяющая ФИО1 полномочиями при заключении договора страхования в отношении транспортных средств, принадлежащих на праве собственности юридическому лицу, в СПАО «Ингосстрах» отсутствует, доказательств того, что ответчик был вправе действовать от имени юридического лица, в суд не было представлено.

Также истцом не представлено достаточных и допустимых доказательств наличия у ответчика при заключении договора страхования умысла на обман страховщика или введения его в заблуждение, сообщения заведомо ложных сведений, имеющих существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера страховой премии.

Суд также принимает во внимание отсутствие у ФИО1 экономической выгоды в предоставлении недостоверных сведений о цели использования транспортного средства при заключении договора ОСАГО.

При этом поведение страховщика свидетельствует о злоупотреблении правом при оформлении полиса ОСАГО, поскольку, исходя из требований законодательства, страховщик выдает полис ОСАГО только после проверки предоставленных ему сведений, что в силу пункта 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации является основанием для отказа в защите принадлежащего истцу права.

Согласно части 2 статьи 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд основывает решение только на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании.

В силу части 3 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд принимает решение по заявленным истцом требованиям, в данном случае оснований для выхода за пределы заявленных требований, не имеется.

С учетом изложенного, поскольку в судебном заседании не установлено оснований для удовлетворения требований по заявленным основаниям, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении иска.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

В удовлетворении исковых требований страхового публичного акционерного общества «Ингосстрах» к ФИО1 о взыскании ущерба в порядке регресса – отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке путем подачи апелляционной жалобы в Краснодарский краевой суд через Тихорецкий городской суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Судья Тихорецкого

городского суда: Гончарова О.Л.

Мотивированное решение изготовлено 15 мая 2025 года.

Судья Тихорецкого

городского суда: Гончарова О.Л.