Дело № 2-213/2022
УИД: 61RS0046-01-2022-000471-57
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
12 июля 2022 года ст. Обливская Ростовской области
Обливский районный суд Ростовской области в составе:
председательствующего судьи Устиновой С.Г. единолично,
с участием представителя истца – адвоката Федоровой Ю.В., предоставившей ордер № 102220 от 31.05.2022 года и удостоверение № 5049 от 06.09.2010 года,
старшего помощника прокурора Обливского района Любимовой О.В.,
при ведении протокола помощником судьи Гришковой С.В.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Государственному бюджетному учреждению города Москвы «Автомобильные дороги Административного округа» о возмещении морального вреда, причиненного преступлением,
УСТАНОВИЛ:
истец ФИО1 обратился в суд с требованием о взыскании компенсации морального вреда, указав в его обоснование, что 14.02.2021 года, примерно в 07 часов 30 минут, ФИО2 управляя автомобилем КАМАЗ 65115-А4 государственный регистрационный знак №, принадлежащим Государственному бюджетному учреждению города Москвы «Автомобильные дороги Административного округа» и перевозя в качестве его пассажира, двигался по приезжей части ул. Лужники г. Москвы в направлении от Аллеи Славы в сторону Лужнецкого моста, нарушил правила дорожного движения, в результате чего произошло дорожно-транспортное происшествие. При указанном дорожно-транспортном происшествии ФИО2 по неосторожности причинил ФИО1 телесные повреждения, которые составили сочетанную травму тела, которая квалифицирована как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для человека. Приговором Хамовнического районного суда г. Москвы от 22.10.2021 года ФИО2 был признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ. 14.02.2021 года ФИО2 находился при исполнении должностных обязанностей, состоял в трудовых отношениях с ответчиком. С 14.02.2021 года по 18.02.2021 года он находился на излечении в ГКБ г. Москвы в отделении анестезиологии-реанимации, с 18.02.2021 года по 10.03.2021 года в нейрохирургическом отделении № 49 ГКБ имени С.П. Боткина. 28.07.2021 года ему была впервые установлена первая группа инвалидности. После выписки из ГКБ имени С.П. Боткина г. Москвы он находился на стационарном излечении в ГБУ «Ростовской областной клинической больнице № 2», МБУЗ ЦРБ Обливского района Ростовской области, в центре медицинской реабилитации «Мир». До настоящего времени он находится на амбулаторном лечении в МБУЗ ЦРБ Обливского района Ростовской области по месту жительства. В результате преступных действий ФИО2 ему был нанесен физический и моральный вред, выразившийся в претерпевании сильных физических и нравственных страданий. В результате причиненных ему физических страданий он испытывал сильные физические боли, страх за свою жизнь. Его нравственные страдания связаны с продолжительным стационарным и амбулаторным лечением, необходимостью до настоящего времени испытывать физическую боль, с переносом хирургических вмешательств, изменением повседневного образа жизни, ограничениями в передвижении. До настоящего времени у него не до конца зажили травмы, он нуждается в длительном амбулаторном и стационарном лечении, он не ожжет жить полноценной жизнью, прикован к постели. Всю оставшуюся жизнь он не сможет содержать свою семью, он остался без средств к существованию, находится на полном иждивении своей жены, так как не может работать из-за травм, полученных в результате ДТП. Ссылаясь на указанные обстоятельства, истец просит суд взыскать с ответчика в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 2 000 000 рублей.
В судебное заседание истец ФИО1 не явился, о времени и месте рассмотрения дела был уведомлен надлежащим образом, что подтверждается отчетом об извещении с помощью СМС-сообщения (том 1 л.д. 247), в материалах дела имеется заявление о рассмотрении дела в его отсутствие (том 1 л.д. 185), в котором истец указал, на то, что исковые требования поддерживает. В отсутствие истца дело рассмотрено в силу ч. 5 ст. 167 ГПК РФ.
Представитель истца адвокат Федорова Ю.В. в судебном заседании поддержала исковые требования своего доверителя по основаниям, изложенным в иске, просила их удовлетворить. Представитель истца указала, что группа инвалидности ФИО1 была установлена именно в связи с травмами, полученными в результате ДТП, он не обходится без посторонней помощи, испытывает постоянные физические боли, страх за свою жизнь, страдает от осознания того, что уже не сможет стать на ноги, вернуться к прежней жизни, не может обеспечивать свою семью. Истец испытывает нравственные страдания и в связи с отношением ответчика к случившейся с ним ситуации. Настаивала на удовлетворении требований за счет указанного истцом ответчика, который являлся работодателем причинителя вреда ФИО2 и непосредственным собственником транспортного средства.
Представитель ответчика ГБУ «Автомобильные дороги ЦАО», будучи надлежащим образом уведомленным о времени и месте рассмотрения дела (том 1 л.д. 248), в судебное заседание не явился, об уважительности причин неявки сведений в суд не представлено. В отсутствие представителя ответчика суд рас смотрел дело в силу ч. 4 ст. 167 ГПК РФ.
По существу исковых требований представителем ответчика подан отзыв на исковое заявление (том 1 л.д. 123-127), в соответствии с содержанием которого ответчик требования ФИО1 не признает, считая себя ненадлежащим ответчиком, поскольку как юридическое лицо не может быть субъектом преступления, случай, произошедший с ФИО2, ФИО1, не признан связанным с производством, просит в удовлетворении требований ФИО1 отказать полностью. Обращает внимание суда, что в данном случае вред причинен не деятельностью, создающей опасность для окружающих, не вредоносными свойствами самого транспортного средства, а деяниями ФИО2, в связи с чем положения ст. 1068 ГК РФ к сложившимся правоотношениям между истцом и ответчиком не применимы. Истец ФИО1 на дату ДТП являлся работником ответчика, принят на работу 01.12.2016 года в Дорожно-эксплуатационный комплекс Управления по комплексному содержанию объектов содержания дорожного хозяйства на должность машиниста дорожно-транспортных машин на основании трудового договора № 2600. Дополнительным соглашением от 06.07.20202 года работник переведен на должность водителя автомобиля в Дорожно-эксплуатационный участок № 8 Дорожно-эксплуатационного комплекса № 4. 13.02.2021 года закрепленное за ФИО3 транспортное средство поступило в авторемонтную мастерскую по заявке № 1399/576 для выполнения работ по ремонту сцепления. При этом в соответствии с Порядком постановки техники в ремонт и участия водителя в ремонте, водитель, закрепленный за ТС, направленным в ремонт, принимает участие в ремонте и поступает в распоряжение мастера авторемонтной мастерской. Пунктом 2.19 должностной инструкции водителя автомобиля установлено, что при постановке закрепленного за водителем автомобиля в ремонтную зону и отсутствии возможности закрепления за другим автомобилем, водитель должен принимать участие в ремонтных работах. В этой связи, отмечает ответчик, 14.02.2021 года истец должен был находиться в ремонтной зоне в распоряжении мастера авторемонтной мастерской, обеспечивая участие в ремонте закрепленного транспортного средства. Истец принял самостоятельное решение о сопровождении своего земляка и коллеги ФИО2, с которым находился в дружеских отношениях, в связи с чем незаконно оказался в момент ДТП в кабине автомобиля КАМАЗ-65115-А4 в качестве пассажира. Кроме того, приговором установлено, что истец не пристегнулся ремнями безопасности, допустив грубую неосторожность, приведшую к увеличению вреда здоровью, в связи с чем имеются основания утверждать, что в причинении вреда здоровью истца имеется его собственная вина. Вина же Учреждения в причинении вреда здоровью истца отсутствует полностью, ответственность Учреждения как владельца источника повышенной опасности была застрахована, в связи с чем истец вправе предъявить требования о компенсации морального вреда к страховщику АО «Богородицкое страховое общество».
Третье лицо ФИО2 в судебное заседание не явился, судебная корреспонденция, направленная как по адресу места его жительства в Московской области, так и по месту его регистрации по месту жительства в ст. Обливской, возвратилась в суд ввиду истечения срока хранения (том 1 л.д. 239, 243), в связи с чем дело в отсутствие третьего лица рассмотрено в силу ч. 3 ст. 167 ГПК РФ с учетом положений ст. 165.1 ГК РФ.
Заслушав представителя истца Федорову Ю.В., заключение старшего помощника прокурора Обливского района Любимовой О.В., полагавшей требования истца подлежащими удовлетворению, оценив представленные сторонами доказательства по правилам ст. 67 ГПК РФ, суд пришел к следующим выводам.
Как усматривается из материалов дела и установлено судом, 14.02.2021 года произошло ДТП с участием транспортного средства марки «КАМАЗ 65115-А47» государственный регистрационный знак № под управлением ФИО2, в результате которого пассажиру указанного транспортного средства истцу ФИО1 причинены телесные повреждения, которые составили комплекс сочетанной травмы тела, которая квалифицируется как тяжкий вред здоровью.
ФИО2 привлечен к уголовной ответственности по ч. 1 ст. 264 УК РФ. Обстоятельства преступления установлены вступившим в законную силу приговором Хамовчнического районного суда города Москвы от 22.10.2021 года, вступившим в законную силу 02.11.2021 года.
Потерпевшими по уголовному делу признан ФИО1 – истец по рассматриваемому гражданскому делу.
Указанные обстоятельства не оспариваются сторонами, подтверждаются копией приговора Хамовнического районного суда города Москвы от 22.10.2021 года (том 1 л.д. 231-233).
Управляемое виновником в момент ДТП транспортное средство КАМАЗ 65115-А4 принадлежит на праве собственности ГБУ «Автомобильные дороги ЦАО», что подтверждается информацией, представленной по запросу суда МРЭО ГИБДД ГУ МВД России по Ростовской области и карточкой учета транспортного средства (том 1 л.д. 240, 241).
В обоснование заявленных требований истец указывает, что в связи с полученными травмами причинен вред его здоровью, он претерпевает физическую боль, проходил длительное медицинское лечение, которое продолжает получать до настоящего времени, изменился уклад его жизни, он утратил способность самостоятельно обслуживать себя, утратил способность трудиться, ему установлена первая группа инвалидности. До настоящего времени моральные негативные последствия полученных травм для истца не окончены.
К числу наиболее значимых человеческих ценностей относится жизнь и здоровье, а их защита должна быть приоритетной (статья 3 Всеобщей декларации прав человека и статья 11 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах). Право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, относится к числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека, поскольку является непосредственно производным от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленных в Конституции Российской Федерации.
В соответствии со статьями 151, 1100, 1101 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размера денежной компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Степень и характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего, физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, требований разумности и справедливости.
Результатом телесных повреждений, полученных ФИО1 в произошедшем ДТП, явилось повреждение его здоровья, в связи с которым с 14.02.2021 года он проходил лечение в отделении анестезиологии-реанимации ГКБ имени С.П. Боткина, МБУЗ «ЦРБ» Обливского района, ООО «Центр детских и юношеских программ «МИР», о чем в материалы дела представлены копии медицинских документов (том 1 л.д. 18-67), период нетрудоспособности составил 164 дня: с 14.02.2021 года по 27.07.2021 года.
27.07.2021 года ФИО1 на основании решения врачебной комиссии медицинской организации был направлен на медико-социальную экспертизу (том 1 л.д. 53-56). В разделе II «Клинико-функциональные данные гражданина» отражено, что 14.02.2021 года пациент находился на пассажирском сидении в автомобиле КамАЗ, принадлежащем ГБУ «Автомобильные дороги ЦАО», который попал в ДТП (с поднятым кузовом врезался в эстакаду метромоста). В ДТП пациент получил позвоночно-спинальную травму; осложненный нестабильный компрессионно-оскольчатый перелом Th12 с ушибом спинного мозга, нижним парапарезом до 1-го балла. Больной основное время находится в постели, передвигается по комнате в груднопоясничном корсете в коляске, себя не обслуживает, нуждается в постороннем уходе. Указано на наличие стойких остаточных явлений после перенесенной позвоночно-спинальной травмы, которые привели к социальной дезадаптации.
28.07.20221 года ФИО1 установлена первая группа инвалидности (том 1 л.д. 17).
Законодатель, закрепив в ст. 151 ГК РФ общие правила компенсации морального вреда, не установил ограничений в отношении случаев, когда допускается такая компенсация. При этом, согласно п. 2 ст. 150 ГК РФ, нематериальные блага защищаются в соответствии с этим кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и тех пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12 ГК РФ) вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения.
В абзаце втором пункта 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вред» разъяснено, что моральный вред может заключаться, в частности, в нравственных переживаниях в связи невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.
Отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не всегда означает, что потерпевший не имеет права на возмещение морального вреда (абзац третий пункта 4 указанного выше постановления).
При определении размера компенсации морального вреда с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.
Об обстоятельствах претерпеваемых истцом нравственных страданий в судебном заседании была допрошена в качестве свидетеля ФИО4 – супруга истца, которая дала показания о том, что 14.02.2021 года ее муж попал в ДТП, 16.02.2021 года его прооперировали в больнице им. Боткина в Москве, где находился на излечении до 10.03.2021 года. От сильных болей ему был прописан наркотический пластырь. Первое время после ДТП они уговаривали его, что все пройдет, со временем здоровье и прежняя жизнь наладятся, боли уйдут, он поднимется на ноги и снова будет ходить. Первый год после ДТП у него была в это вера, но потом к супругу пришло осознание, что на поправку он не идет, несколько курсов лечения, два курса реабилитации стойкой положительной динамики не дают, врачи уже ничего не обещают, от чего у него стали случаться нервные срывы, он осознает, что ничего не может сделать самостоятельно, а ему только 50 лет. Вся его жизнь сошла до приема лекарств, уколов, купирования болевого синдрома, хотя раньше он вел активную жизнь, все время проработал водителем, это было его призвание, а сейчас его с трудом усаживают в автомобиль в качестве пассажира, чтобы довезти до больницы. На лечение требуется много денежных средств, с этим их семья пока справляется, но для супруга это еще один больной вопрос – откуда она взяла деньги на лекарства и поездки в больницы и реабилитационные центры. Их сын обучается в педагогическом колледже, требуются средства на обучение, муж сильно переживает, что ничего не может теперь дать сыну, обеспечить его и их семью в целом. Супруг нуждается в постоянной помощи, самостоятельно подняться с постели он не может, он находится в подавленном состоянии, которое отражается на всей их семье. Материальную помощь в связи с ДТП получал их сын, который также работает в ГБУ «Автомобильные дороги ЦАО», мужу только оплачивались больничные листы, выплатили какие-то деньги, когда его увольняли 28.07.2021 года после получения группы инвалидности.
Таким образом, в судебном заседании достоверно установлено, что истцу ФИО1 причинены нравственные страдания в результате ДТП, произошедшего по вине водителя ФИО2, управлявшего автомобилем, принадлежащим ответчику.
Доводы ответчика о том, что ГБУ «Автомобильные дороги ЦАО» непосредственным участником дорожно-транспортного происшествия не являлось, следовательно, не может быть применена норма п. 3 ст. 1079 ГК РФ, а сам ответчик является ненадлежащим, основаны на ошибочном толковании норм материального права.
Так, согласно подп. 1 п. 1 ст. 1068 ГК РФ, юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.
Ответственность юридического лица или гражданина, предусмотренная п. 1 ст. 1068 ГК РФ, наступает за вред, причиненный его работником при исполнении им своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании заключенного трудового договора (служебного контракта).
В пункте 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 года № 1 разъяснено, что, согласно статьям 1068, 1079 ГК РФ не признается владельцем источника повышенной опасности лицо, управляющее им в силу исполнения своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании трудового договора (служебного контракта) или гражданско-правового договора с собственником или иным владельцем источника повышенной опасности.
Следовательно, на работодателя как на владельца источника повышенной опасности в силу закона возлагается обязанность по возмещению не только имущественного, но и морального вреда, причиненного его работником при исполнении трудовых обязанностей. Таким образом, компенсация морального вреда должна быть взыскана с владельцев источников повышенной опасности, а не с водителя, управлявшего автомобилем в связи с трудовыми отношениями с его владельцем.
В соответствии с п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.
Ответчиком в материалы дела представлены копии: трудового договора № 1493 от 31.08.2020 года, приказа (распоряжения) о приеме работника на работу № 1493 от 31.08.2020 года, приказа (распоряжения) о переводе работника на другую работу № 472 от 15.09.20202 года, дополнительных соглашений к трудовому договору от 31.08.2020 года № 1493 (том 1 л.д. 215-216, 218, 219, 220, 221, 222), из которых следует, что 14.02.2021 года ФИО2 состоял с ответчиком в трудовых отношениях, исполнял свои должностные обязанности, что подтверждается копиями путевых листов (том 1 л.д. 197-203).
В этой связи именно на ответчике лежит обязанность возместить причиненный истцу моральный вред.
Доводы представителя ответчика о том, что в действиях истца имеет место быть грубая неосторожность, в связи с тем, что он не был пристегнут ремнем безопасности, суд находит несостоятельными по следующим основаниям.
Согласно ст. 1083 ГК РФ, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.
Согласно разъяснению, данному в п. 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 года «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», основанием для уменьшения размера возмещения вреда применительно к требованиям п. 2 ст. 1083 ГК РФ являются только виновные действия потерпевшего, при доказанности его грубой неосторожности и причинной связи между такими действиями и возникновением или увеличением вреда.
Кроме того, понятие грубой неосторожности применимо лишь в случае возможности правильной оценки ситуации, которой потерпевший пренебрег, допустив действия либо бездействие, приведшие к неблагоприятным последствиям. Грубая неосторожность предполагает предвидение потерпевшим большой вероятности наступления вредоносных последствий своего поведения и наличие легкомысленного расчета, что они не наступят.
В рассматриваемом случае доказательств тому, что ДТП произошло в результате умышленных действий истца ФИО1, материалы дела не содержат и ответчиком в соответствии со ст. 56 ГПК РФ таких доказательств не представлено.
Из материалов дела не следует, что в действиях истца имела место именно грубая неосторожность, вред его здоровью причинен не вследствие каких-либо его действий, а в результате взаимодействия управляемого ФИО2 источника повышенной опасности – автомобиля КАМАЗ, пассажиром которого являлся истец, с препятствием.
При указанных обстоятельствах, суд приходит к выводу о недоказанности наличия грубой неосторожности в действиях истца, что исключает возможность применения к спорным правоотношениям положений п. 2 ст. 1083 ГК РФ.
Доводы ответчика о том, что ФИО1 не должен был 14.02.2021 года находиться в автомобиле под управлением ФИО2, оказался там в результате нарушения трудовой дисциплины, правового значения для разрешения спора по основаниям, заявленным истцом, не имеют, поскольку требования истца ФИО1 вытекают не из норм трудового права, регламентирующего отношения работодателя ГБУ «Автомобильные дороги ЦАО» и работника ФИО1, а регулируются нормами гражданского права об ответственности владельца источника повышенной опасности.
При установлении размера компенсации морального вреда суд исходит из требований разумности и справедливости, предусмотренных положениями п. 2 ст. 151 и ст. 1101 ГК РФ, полагая, что требования истца подлежат частичному удовлетворению, и с ответчика в его пользу надлежит взыскать 500 000 рублей, отказав в удовлетворении остальной части исковых требований.
Истец при подаче иска был освобожден от уплаты государственной пошлины, в связи с чем, в соответствии с требованиями ст. 103 ГПК РФ с ответчика подлежат взысканию издержки, понесенные судом в виде государственной пошлины в размере 300 рублей.
Руководствуясь ст. ст. 12, 56, 194-199, 209 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.
Взыскать с Государственного бюджетного учреждения города Москвы «Автомобильные дороги Центрального административного округа» (ОГРН <***>) в пользу ФИО1 Р.В. (№) компенсацию морального вреда в размере 500 000 рублей.
В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.
Взыскать с Государственного бюджетного учреждения города Москвы «Автомобильные дороги Центрального административного округа» (ОГРН <***>) государственную пошлину в доход бюджета муниципального образования «Обливский район» в размере 300 рублей.
Решение может быть обжаловано в Ростовский областной суд через Обливский районный суд Ростовской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.
Председательствующий судья
Решение в окончательной форме принято 19 июля 2022 года.