Решение по делу № 2-1619/2025 от 16.10.2025 - о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования.

Дело № 2-1619/2025 КОПИЯ

УИД 59RS0035-01-2025-001994-49

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г.Соликамск 16 октября 2025 года

Соликамский городской суд Пермского края

в составе: председательствующего судьи Новиковой Н.С.,

при секретаре судебного заседания Ждановой К.С.,

с участием истца ФИО1,

представителя ответчика ФИО2,

представителя третьего лица ФИО3,

прокурора Копытовой Е.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г.Соликамск гражданское дело по иску ФИО1 к Министерству Финансов Российской Федерации, Управлению Федерального казначейства по Пермскому краю о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования,

установил :

Истец ФИО1 со ссылкой на положения статей 151, 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации обратилась в Соликамский городской суд с иском к Министерству Финансов Российской Федерации, Управлению Федерального казначейства по Пермскому краю о взыскании компенсации морального вреда в результате реабилитации.

Исковые требования истец мотивировала следующими обстоятельствами.

Постановлением следователя СО ОМВД России по Соликамскому городскому округу старшего лейтенанта юстиции ФИО4 от <дата>, рассмотревшей сообщение о преступлении - заявление гражданки СТА, зарегистрированном в Книге регистраций сообщений о преступлениях № от <дата> по факту совершения истцом, ФИО1, преступления, предусмотренного ч. 4ст. 159 УК РФ и материалов проверки, возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 4ст. 159 УК РФ в отношении истца, ФИО1. Хищение денежных средств, принадлежащих СТА, по версии следствия, было совершено ФИО1 в период с <дата> по <дата> на территории <...> при оформлении договора купли-продажи недвижимого имущества. Должностным лицом уголовное дело было принято к своему производству, ему присвоен №.

Предварительное следствие осуществлялось СО ОМВД России по Соликамскому городскому округу. Срок предварительного следствия неоднократно продлевался. В ходе предварительного следствия истец ФИО1 неоднократно была допрошена, с ее участием проводились необходимые следственные действия: предъявлялось обвинение, ознакомление с назначениями экспертиз, с заключениями экспертов, очные ставки. Свою вину ФИО1 не признавала, всегда заявляя о непричастности к преступлению, о необоснованности уголовного преследования в отношении нее. В отношении нее была избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

Приговором Соликамского городского суда Пермского края от 07.03.2024 г. истец, ФИО1, была признана виновной в совершении преступления по ч. 4 ст. 159 УК РФ и ей было назначено наказание в виде лишения свободы на срок 5 лет со штрафом в размере 150000 рублей в доход государства. В силу ст. 73 УК РФ назначенное наказание являлось условным с испытательным сроком продолжительностью 3 года. Этим же приговором с ФИО1 взыскано в виде возмещения материального ущерба в пользу СТА 4050000 рублей, а так же возложен ряд обязанностей: один раз в месяц являться на регистрацию в специализированный государственный орган, осуществляющий исправление осужденных, не менять без уведомления данного органа место жительства и работы.

Апелляционным приговором судебной коллегии по уголовным делам Пермского краевого суда от 22.05.2024 г. приговор Соликамского городского суда Пермского края от 07.03.2024 г. в отношении истца ФИО1 был отменен, ФИО1 была признана невиновной и на основании п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ оправдана по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, за отсутствием в ее действиях состава преступления. Гражданский иск СТА о возмещении материального ущерба в размере 4050000 рублей оставлен без рассмотрения.

Кассационным определением Седьмого кассационного суда общей юрисдикции, рассмотревшего 07.11.2024 г. кассационную жалобу потерпевшей СТА, апелляционный приговор судебной коллегии по уголовным делам Пермского краевого суда от <дата> в отношении ФИО1 оставлен без изменения. кассационная жалоба СТА - без удовлетворения.

В связи с незаконным привлечением к уголовной ответственности ФИО1 тяжело пережила процедуры задержания, многочисленных следственных действий и допросов.

Предварительное следствие носило длительный характер более двух лет, 8 месяцев судебных разбирательств. За это время истец потеряла доверие со стороны партнеров и знакомых. ФИО1 ранее не судима и не совершала никаких противозаконных действий. Истец тяжело перенесла осознание того, что ее обвиняют в совершении тяжкого преступления, которое она не совершала. ФИО1 всегда давала правдивые показания, никогда не признавала себя виновной, надеялась, что следствие поверит ей и докажет ее невиновность. Однако истца подозревали в совершении тяжкого умышленного преступления, в связи с этим ФИО1 обоснованно полагала, что при направлении дела в суд и постановлении обвинительного приговора ее могут лишить свободы. Кроме того, она опасалась, что в любой момент может быть задержана и арестована.

В результате незаконного привлечения к уголовной ответственности истцу был причинен моральный вред действиями, посягающими на личные неимущественные права, и принадлежащие ей, как гражданину, нематериальные блага. Ее нравственные страдания выразились в виде переживаний, дискомфорта, ощущения полной беспомощности, утраты веры в справедливость. Кроме того, в связи с незаконным привлечением истца к уголовной ответственности по столь тяжкому преступлению, была подорвана деловая репутация ФИО1.

В период следствия были допрошены многие люди, и каждому сообщалась суть уголовного дела, что ФИО1 совершила тяжкое преступление.

В ходе предварительного расследования ФИО1 была избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, что в значительной степени ограничивало ее свободу. ФИО1 регулярно вызывалась на допросы и для участия в иных следственных действиях. В результате этого истец вынуждена была оставлять все личные дела и служебные обязанности по вызову следователя. При этом ФИО1 никогда не была уверена, что вернется домой, т.к. ей неоднократно разъяснялось, что ей может быть предъявлено обвинение и избрана меры пресечения, в том числе — содержание под стражей, только исходя из тяжести обвинения. Каждый раз, уезжая на следственные действия, ФИО1 должна была успокоить близких, дать им указания, как и на какие средства жить, в случае, если она не вернется.

ФИО1 не могла нормально работать. По данному уголовному делу допрошены ее знакомые и каждому из них разъяснялась суть уголовного дела. Сам факт привлечения ее к уголовной ответственности по такому преступлению, мошенничество, поставил под сомнение так же ее деловую репутацию. ФИО1 вынуждена была часто отлучаться с работы по вызовам следствия, что неизбежно отражалось на работе. За время расследования ФИО1 не была в отпуске, и ее семья так же была лишена этого.

Были испорчены ее доверительные отношения с прежними деловыми партнерами и знакомыми, многим ее знакомым стало известно, что она «под следствием» и у нее «проблемы с законом».

ФИО1 неоднократно приходилось отвечать на расспросы, связанные с расследованием уголовного дела, выслушивать нелицеприятные замечания с ним связанные. Совершенно незнакомые люди говорили о ней как о преступнике.

Истец ФИО1 была унижена создавшейся ситуацией, и знакомые и незнакомые люди обсуждали ее положение. Она вынуждена была объясняться перед людьми, не имеющими никакого отношения к инкриминируемому ей деянию, в связи с чем, испытывала стыд.

Процедура привлечения ее к уголовной ответственности, публичная огласка обвинения отразились и на ее отношениях с близкими. ФИО1 до сих пор опасается, что незаконное привлечение ее к уголовной ответственности отразилось негативно на репутации членов ее семьи, либо отразится в будущем.

Длительное расследование, задержание, сама процедура привлечения истца к уголовной ответственности полностью подорвали веру в правоохранительные органы.

Компенсацию причиненного морального вреда истец ФИО1 оценивает в I 000 000 рублей, что ни в коей мере не компенсирует ей потерю почти трех лет, фактически исключенных из ее жизни.

Истец просит взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов РФ за счет Казны Российской Федерации, в пользу ФИО1, в счет компенсации морального вреда, причиненного незаконным привлечением к уголовной ответственности, 1 000 000 (один миллион) рублей.

В судебном заседании истец ФИО1 на исковых требованиях настаивала по доводам искового заявления. Пояснила, что была сильно подавлена, испытывала дискомфорт в каждом моменте. Считает, что представленные ею документы подтверждают причинение морального вреда, который она оценивает в таком размере.

В судебное заседание представитель истца ФИО5, действующий на основании нотариальной доверенности, не явился, о дате судебного заседания извещен надлежащим образом, по техническим причинам и местом рассмотрения дела в транспортной доступности проведение видеоконференцсвязи не возможно, ранее в судебном заседании пояснил, что доводы искового заявления поддерживает.

В судебном заседании представитель Министерства финансов Российской Федерации, в лице Управления Федерального казначейства по Пермскому краю ФИО2, действующая на основании доверенности, пояснила, то с заявленными требованиями не согласны, при этом право на реабилитацию не оспаривают. Действительно было возбуждено уголовное дело, следствие носило длительный характер, сроки продлевались, в отношении истца была вынесена подписка о невыезде, но потом была снята и истец не была ограничена в свободе передвижения. Исковые требования в том размере, о котором заявил истец, не подлежат удовлетворению, более того, не будет соблюден баланс интересов, сумма завышена.

Представитель третьего лица Отдела МВД России по Соликамскому городскому округу ФИО3, действующая по письменной доверенности, полагает, что у истца имеется право на взыскание компенсации морального вреда в порядке реабилитации, но причинение морального вреда необходимо подтвердить.

Третьи лица ФИО6 и ФИО7, представитель третьего лица ГУ МВД России по Пермскому краю в судебное заседание не явились, о рассмотрении дела извещены судом надлежащим образом, об отложении рассмотрения дела не ходатайствовали.

Представитель третьего лица ГУ МВД России по Пермскому краю направил письменный отзыв, указав, что исходя из хронометража уголовного дела следует обратить внимание, что общий срок предварительного следствия составил 9 месяцев 13 суток, из которых в фазе «активного уголовного преследования», где истцу присвоен процессуальный статус подозреваемого и применены меры процессуального принуждения, составил 12 дней. Истец в порядке ст.ст.91, 92 УПК РФ не задерживался, с истцом проведено минимальное количество следственных действий. Процессуальное решение о возбуждении уголовного дела, принято в соответствии с требованиями ст.ст.144-145 УПК РФ, органами прокуратуры в порядке надзора не отменено, что свидетельствует о достаточности оснований для возбуждения данного уголовного дела, а судом первой инстанции истец осужден за совершение преступления. Полагает, что истцом не представлено обоснованных и неоспоримых доказательств наступления физических последствий, которые бы непосредственно находились в прямой причинной связи с уголовным преследованием, подлежащих удовлетворению в заявленном размере.

В судебном заседании свидетель ММП показала, что в период с 2021 по 2024 года она училась в колледже. Мама (ФИО1) находилась в психоэмоциональном неустойчивом состоянии, у нее был психоз, постоянные мысли о суициде, головные боли, она очень редко появлялась дома, постоянно на звонках, постоянно куда-то уезжала. Маме было плохо, пару раз вызывали скорую в том году и в этом, считает, что по поводу возбуждения уголовного дела. ММП маму постоянно поддерживала, вытаскивала из каких-то непонятных состояний, на грани жизни и смерти. Для свидетеля это был очень страшно, лично сама во все не вникала, краем уха слышала, что на маму завели уголовное дело и все. Маме было не до них, еще маленькая сестра. У свидетеля много спрашивали в колледже, даже незнакомые люди, это печатали в газете, было некомфортно, отразилось на душевном состоянии свидетеля. Обстановка в семье сложилась плохая, свидетелю было очень одиноко, ругань, спешка, не было времени провести с мамой, которая постоянно что-то решала. Это длится по сей момент.

В судебном заседании свидетель КЛВ показала, что является подругой ФИО1, которая до возбуждения уголовного дела была спокойная, не ожидала, что у нее будет такое неврологическое состояние, начнутся сильные головные боли, свидетель направляла ФИО1 в больницу и она ходила, постоянно была в истерике, слезах, иногда ночами не спала, пила успокоительные таблетки, это было на протяжении 3-4 лет. Она (ФИО1) не хотела жить, не выходила на улицу, все время сидела дома, ей было стыдно, что везде - по телевизору и в соц.сетях ее назвали мошенницей, ФИО не называли. Сейчас сохраняются сильные головные боли, она падала в обморок, ее увозили в больницу. Она не говорила, чтобы собиралась на отдых, море, но рассказывала об отмененных встречах, она в них отказывала, она не могла с ними общаться. Старшая дочь ФИО1 ничего не рассказывала, но стала плохо учиться. Младшая стала замкнутой, ни на кого не жаловалась. ФИО1 не могла работать. Думает, что от нее отказывались.

Дело рассмотрено в отсутствие неявившихся лиц в связи с надлежащим извещением, по правилам статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив доводы искового заявления, заслушав участников процесса, свидетелей ММП, КЛВ, проанализировав позицию представителей ответчика, третьих лиц, материалы уголовного дела в отношении ФИО1, проанализировав нормы материального и процессуального права, выслушав заключение прокурора, полагавшей исковые требования подлежащими удовлетворению, размер компенсации подлежащим снижению, суд приходит к следующему выводу.

В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями пункта 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации, и статей 12, 35 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно положениям статьи 59 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд принимает только те доказательства, которые имеют значение для рассмотрения и разрешения дела. Обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами (статья 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 17 Конституции РФ в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией.

Статьей 2 Конституции Российской Федерации закреплено, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

К способам защиты гражданских прав, предусмотренным статьей 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, относится, в частности компенсация морального вреда.

Абзацем 1 пункта 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, предусматривающим общие основания ответственности за причинение вреда, установлено, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 данного кодекса.

В пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

При рассмотрении требований о компенсации причиненного гражданину морального вреда необходимо учитывать, что размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального ущерба, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (пункт 8).

По смыслу приведенных выше нормативных положений, определение размера компенсации морального вреда в каждом деле носит индивидуальный характер и зависит от совокупности конкретных обстоятельств дела, подлежащих исследованию и оценке судом, и по смыслу действующего правового регулирования размер компенсации морального вреда определяется исходя из установленных при разбирательстве дела характера и степени понесенных потерпевшим физических или нравственных страданий, связанных с его индивидуальными особенностями, и иных заслуживающих внимания обстоятельств конкретного дела.

Согласно статье 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Под реабилитацией в уголовном производстве понимается порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному преследованию, и возмещения причиненного ему вреда (пункт 34 статьи 5 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации).

Реабилитированный - это лицо, имеющее в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с незаконным или необоснованным уголовным преследованием (пункт 35 статьи 5 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии с частью первой статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

Как следует из пунктов 1, 3 части второй статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеют, в частности, подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор, подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 и 6 части 1 статьи 24 и пунктами 1 и 4 - 6 части 1 статьи 27 этого кодекса (в частности, в связи с отсутствием события преступления (пункт 1 части 1 статьи 24), отсутствием в деянии состава преступления (пункт 2 части 1 статьи 24), наличием в отношении подозреваемого или обвиняемого неотмененного постановления органа дознания, следователя или прокурора о прекращении уголовного дела по тому же обвинению либо об отказе в возбуждении уголовного дела (пункт 5 части 1 статьи 27).

В силу части первой статьи 134 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации суд в приговоре, определении, постановлении, а следователь, дознаватель в постановлении признают за оправданным либо лицом, в отношении которого прекращено уголовное преследование, право на реабилитацию. Одновременно реабилитированному направляется извещение с разъяснением порядка возмещения вреда, связанного с уголовным преследованием.

Иски о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства (часть 2 статьи 136 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации).

Согласно положениям статьи 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе, в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны РФ, казны субъекта РФ или казны муниципального образования.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

В силу статьи 1071 Гражданского кодекса Российской Федерации, в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 Гражданского кодекса Российской Федерации эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

Согласно положениям статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда.

Как разъяснено в пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 года № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве», при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости. Мотивы принятого решения о компенсации морального вреда должны быть указаны в решении суда.

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» даны разъяснения о том, что моральный вред, причиненный в связи с незаконным или необоснованным уголовным или административным преследованием, может проявляться, например, в возникновении заболеваний в период незаконного лишения истца свободы, его эмоциональных страданиях в результате нарушений со стороны государственных органов и должностных лиц прав и свобод человека и гражданина, в испытываемом унижении достоинства истца как добросовестного и законопослушного гражданина, ином дискомфортном состоянии, связанном с ограничением прав истца на свободу передвижения, выбор места пребывания, изменением привычного образа жизни, лишением возможности общаться с родственниками и оказывать им помощь, распространением и обсуждением в обществе информации о привлечении лица к уголовной или административной ответственности, потерей работы и затруднениями в трудоустройстве по причине отказов в приеме на работу, сопряженных с фактом возбуждения в отношении истца уголовного дела, ограничением участия истца в общественно-политической жизни (абзац первый пункта 42 названного постановления).

При определении размера компенсации судам в указанных случаях надлежит учитывать, в том числе, длительность и обстоятельства уголовного преследования, тяжесть инкриминируемого истцу преступления, избранную меру пресечения и причины избрания определенной меры пресечения (например, связанной с лишением свободы), длительность и условия содержания под стражей, однократность и неоднократность такого содержания, вид и продолжительность назначенного уголовного наказания, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, личность истца (в частности, образ жизни и род занятий истца, привлекался ли истец ранее к уголовной ответственности), ухудшение состояния здоровья, нарушение поддерживаемых истцом близких семейных отношений с родственниками и другими членами семьи, лишение его возможности оказания необходимой им заботы и помощи, степень испытанных нравственных страданий (абзац второй пункта 42 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33).

Из приведенных норм материального права и разъяснений, содержащихся в постановлениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации, следует, что основания возникновения права гражданина на реабилитацию, порядок признания этого права и возмещения гражданину вреда, связанного с уголовным преследованием, закреплены в Уголовно-процессуальном кодексе Российской Федерации, устанавливающем в том числе, что иски за причиненный реабилитированному моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства. В Гражданском кодексе Российской Федерации содержатся положения об ответственности за вред, причиненный незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда, а также нормы, определяющие основания, способы и размеры компенсации морального вреда.

Ввиду того, что закон устанавливает лишь общие принципы определения размера компенсации морального вреда, суду при разрешении спора необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности, справедливости и соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон спорного правоотношения. Соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Судом установлено, что <дата> в отношении ФИО1 было возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного частью 4 статьи 159 УК РФ (л.д.9).

Основанием вынесения постановления о возбуждении уголовного дела явились материалы проверки по заявлению СТА о совершении в отношении нее хищения чужого имущества путем обмана и злоупотребления доверим в особо-крупном размере, поступившему в Отдел МВД России по Соликамскому городскому округу <дата>.

Ранее, до возбуждения уголовного дела, 22 июля 2021 по материалам проверки у ФИО1 были отобраны письменные объяснения.

19.12.2023 года следователем ОМВД России по Соликамскому городскому округу ФИО1 была допрошена по уголовному делу с участием защитника в качестве подозреваемой.

10.01.2024 года ФИО1 избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, в порядке ст.ст.91, 92 УПК РФ истца не задерживали.

Срок предварительного следствия неоднократно продлевался, составил 9 месяцев 13 суток, срок процессуального принуждения 12 дней, в ходе предварительного следствия истец ФИО1 была допрошена, с ее участием проводились необходимые следственные действия: очные ставки, предъявлялось обвинение.

Приговором Соликамского городского суда Пермского края от 07.03.2024 г. истец, ФИО1, была признана виновной в совершении преступления ч. 4 ст. 159 УК РФ и ей было назначено наказание в виде лишения свободы на срок 5 лет со штрафом в размере 150000 рублей в доход государства. В силу ст. 73 УК РФ назначенное наказание являлось условным с испытательным сроком продолжительностью 3 года. Этим же приговором с ФИО1 взыскано в виде возмещения материального ущерба в пользу СТА 4050000 рублей, а так же возложен ряд обязанностей: один раз в месяц являться на регистрацию в специализированный государственный орган, осуществляющий исправление осужденных, не менять без уведомления данного органа место жительства и работы.

Апелляционным приговором судебной коллегии по уголовным делам Пермского краевого суда от 22.05.2024 г. приговор Соликамского городского суда Пермского края от 07.03.2024 г. в отношении истца, ФИО1, был отменен, ФИО1 была признана невиновной и на основании п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ оправдана по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, за отсутствием в ее действиях состава преступления. Мера пресечения ФИО1 в виде подписки и надлежащем поведении отменена. Гражданский иск СТА о возмещении материального ущерба в размере 4050000 рублей оставлен без рассмотрения.

За ФИО1 признано право на реабилитацию на основании ст.134 УПК РФ, направив ей извещение с разъяснением порядка возмещения вреда, связанного с уголовным преследованием на основании ст.135-136 УПК РФ.

Кассационным определением Седьмого кассационного суда общей юрисдикции от 07.11.2024 г. апелляционный приговор судебной коллегии по уголовным делам Пермского краевого суда от 22.05.2024 г. в отношении ФИО1 оставлен без изменения, кассационная жалоба СТА - без удовлетворения.

Указанные обстоятельства подтверждаются имеющимися в деле письменными доказательствами, не опровергнуты и сомнения в достоверности не вызывают.

Материалами дела подтверждается, что ФИО1 была незаконно и необоснованно подвергнута уголовному преследованию по обвинению в совершении преступления, предусмотренного частью 4 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации, в связи с чем, суд приходит к выводу о наличии правовых оснований для удовлетворения исковых требований о взыскании компенсации морального вреда. Незаконное привлечение гражданина к уголовной ответственности умаляет широкий круг его прав и гарантий, предусмотренных Конституцией Российской Федерации. Лица, имеющие право на реабилитацию, во всех случаях испытывают нравственные страдания, в связи с чем, факт причинения им морального вреда предполагается.

Суд в рамках гражданского судопроизводства признает доказанным факт причинения истцу морального вреда в результате указанных в пункте 1 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации незаконных действий органов дознания, и приходит к выводу о необходимости присуждения в пользу ФИО1 денежной компенсации.

Разумность компенсации морального вреда является оценочной категорией, четкие критерии ее определения применительно к тем или иным видам дел не предусматриваются. В каждом конкретном случае суд вправе определить такие пределы с учетом конкретных обстоятельств дела.

Суд учитывает процессуальные особенности уголовного преследования, категорию уголовного дела, продолжительность периода следствия, то, что ФИО1 до возбуждения уголовного дела давала объяснения, один раз была допрошена в качестве подозреваемой, мера пресечения избиралась в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, иные меры принуждения к ней не применялись, проводились следственные действия с участием ФИО1, а также исходит из установленных при разбирательстве дела характера и степени понесенных истцом физических или нравственных страданий, связанных с её индивидуальными особенностями, и иных заслуживающих внимания обстоятельств конкретного дела.

Заявленный размер требования в сумме 1 000 000 рублей суд признает необоснованно завышенным, чрезмерным, и снижает его до 35 000 рублей, указанная сумма (35 000 рублей) соответствует требованиям статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации о разумности и справедливости, и тем нравственным и физическим страданиям истца, которые она вынуждена была претерпевать в связи с незаконным уголовным преследованием. Определенный размер компенсации морального вреда отвечает принципам и требованиям, закрепленным в статье 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, соответствует фактическим обстоятельствам, при которых был причинен моральный вред, является справедливым и соразмерным последствиям нарушения прав.

ФИО1 не представлено в суд доказательств перенесенных ею значительных нравственных страданий, причиненных ей в результате незаконного уголовного преследования, которые бы обосновывали размер заявленных требований о компенсации морального вреда в сумме 1 000 000 рублей.

Истцом не представлено доказательств существенного ограничения прав и того, что уголовное преследование отразилось на ее личной жизни или изменило привычный для нее образ жизни. Вопреки доводам истца, ФИО1 не была ограничена, кроме периода с 10.01.2024 по 22.05.2024, в праве на свободу передвижения, на выбор места проживания и пребывания, отдыха, не была лишена возможности общаться с родственниками и своими, детьми, информация о привлечении именно ФИО1 к уголовной ответственности не была распространена и не являлась предметом обсуждения в обществе, судом не установлено ограничений участия истца в общественно-политической жизни и трудовой деятельности.

Не представлено истцом и доказательств того, что уголовное преследование негативно отразилось на ее состоянии и здоровье, повлекло необходимость лечения. Представленные истцом в материалы дела медицинские документы не подтверждают доводы ФИО1 о наличии причинно-следственной связи между возбуждением в отношении нее уголовного преследования, производством процессуальных действий и нахождением ее на лечении, поскольку из медицинских документов следует, что истец обращалась за медицинской помощью в связи с наличием у нее хронических и гормональных заболеваний.

В материалы дела не представлено доказательств причинения в результате незаконного уголовного преследования ущерба здоровью истца, а также ее репутации в социальной жизни и по месту работы. Представленные истцом документы в виде переписки в социальной сети не подтверждают факты отказа конкретных заказчиков от заключения или исполнения каких-либо заключенных с истцом договоров по мотиву недоверия к истцу. Не подтверждены истцом факты невозможности продолжения заниматься трудовой деятельностью вызовом в органы полиции для проведения следственных действий. Показания свидетелей ММП, КЛВ в судебном заседании являются субъективными, не подтверждаются объективными доказательствами в подтверждение позиции истца о том, что именно в результате привлечения к уголовной ответственности должностными лицами органов внутренних дел ей причинены физические и нравственные страдания, наоборот, свидетельствуют о сохранении поддерживаемых истцом близких семейных отношений с родственниками и другими членами семьи, возможности оказания необходимой им заботы и помощи, но ФИО1 такой возможностью по своему усмотрению не воспользовалась.

Данная компенсация морального вреда, определенная судом в денежной форме (35 000 рублей), является соразмерной и адекватной обстоятельствам причинения морального вреда, она обеспечит баланс частных и публичных интересов, данная выплата компенсации морального вреда не нарушит права других категорий граждан, с учетом того, что казна Российской Федерации формируется в соответствии с законодательством за счет налогов, сборов и платежей, взимаемых с граждан и юридических лиц, которые распределяются и направляются как на возмещение вреда, причиненного государственными органами, так и на осуществление социальных и других значимых для общества программ, на оказание социальной поддержки гражданам, на реализацию прав льготных категорий граждан.

Взыскание компенсации морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием, следует произвести в пользу истца с Министерства финансов Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации.

Следует взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда, причиненного уголовным преследованием, в размере 35 000 рублей. В оставшейся части исковые требования удовлетворению не подлежат.

Руководствуясь ст.ст.194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда, причиненного уголовным преследованием, в размере 35 000 (тридцать пять тысяч) рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в Пермский краевой суд через Соликамский городской суд Пермского края в течение месяца со дня принятия мотивированного решения.

Председательствующий Новикова Н.С.

Мотивированное решение 30 октября 2025 года.