Решение по делу № 2-240/2024 от 24.07.2025 | Ленинский районный суд г.Тюмени (Тюменская область)

Краткое содержание дела Все четыре части решения кратко

Вводная частькто, когда и о чём судился

Истцы <ФИО>, <ФИО> обратились в суд с иском (том 1 л.д. 7-20) (с учетом увеличения требований, в порядке ст. 39 ГПК РФ (том 4 л.д. 165) к ответчикам ГАУЗ ТО «Городская поликлиника №17», ГБУЗ ТО «Областная клиническая больница

Описательная частьчто требовал истец и что отвечал ответчик

Истец <ФИО> в судебном заседании исковые требования, с учетом их уточнений, поддержала в полном объеме. Представитель истцов <ФИО> и <ФИО> - <ФИО>, действующая на основании нотариальной доверенности

Мотивировочная частьчем суд руководствовался и почему так решил

Заслушав объяснения лиц, участвующих в деле, изучив материалы гражданского дела, выслушав заключение прокурора, суд приходит к выводу о том, что исковые требования <ФИО>, <ФИО> подлежат удовлетворению частично

Резолютивная частьитоговое решение суда

Исковые требования <ФИО>, <ФИО> – удовлетворить частично.

УИД 72RS0014-01-2023-004317-44

дело № 2-41/2025

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Тюмень 10 июля 2025 года

Ленинский районный суд г. Тюмени в составе:

председательствующего судьи Седовой О.Г.,

с участием старшего помощника прокурора Ленинского АО г. Тюмени ФИО1,

при секретаре Сагитове А.Р.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2, ФИО3 к Государственному автономному учреждению здравоохранения Тюменской области «Городская поликлиника №17», Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Тюменской области «Областная клиническая больница №2», Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Тюменской области «Станция скорой медицинской помощи», Департаменту здравоохранения Тюменской области о взыскании компенсации морального вреда в связи с ненадлежащим оказанием медицинских услуг

УСТАНОВИЛ:

Истцы ФИО2, ФИО3 обратились в суд с иском (том 1 л.д. 7-20) (с учетом увеличения требований, в порядке ст. 39 ГПК РФ (том 4 л.д. 165) к ответчикам ГАУЗ ТО «Городская поликлиника №17», ГБУЗ ТО «Областная клиническая больница №2», ГБУЗ ТО «Станция скорой медицинской помощи», Департаменту здравоохранения ТО о взыскании компенсации морального вреда в связи с ненадлежащим оказанием медицинских услуг, мотивируя требования тем, что ДД.ММ.ГГГГ умер ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ года рождения. Смерть наступила в течение 4-х дней с момента появления симптомов заболевания: выраженная <данные изъяты> которые появились внезапно 01.08.2022 года. 01.08.2022 по номеру 112 ФИО3. вызвала скорую медицинскую помощь на дом, сообщив диспетчеру указанные симптомы, которые подтверждали необходимость оказания экстренной медицинской помощи. Также было указано на наличие у ФИО4 имеющегося <данные изъяты>. При наличии данных для оказания экстренной медицинской помощи, на указанный вызов бригада скорой помощи не приехала. При этом, из анализа детализации телефонных переговоров и аудиозаписи вызова скорой помощи прямо и не двусмысленно следует, что продолжительность разговора более продолжительная, чем в аудиозаписи, что подтверждает, что аудиозапись смонтирована и из нее удалена информация о сообщении в ССП всех симптомов и жалоб пациента ФИО4 Вместо бригады скорой помощи, для оказания медицинской помощи позднее приехал фельдшер из участковой поликлиники № 17 города Тюмени, ФИО5, который оценил состояние ФИО4, как <данные изъяты> и сделал укол (неизвестного препарата), выписал рецепт на препарат Нимесулид. При этом (кроме измерения сатурации), какая-либо диагностика и исследование не проводилось, в связи с чем был поставлен не верный диагноз и соответственно необходимое лечение не было назначено. На фоне отсутствия назначения необходимого лечения, без проведения соответствующих обследований, улучшения состояния у ФИО4 не наблюдалось. 03.08.2022 года, при ухудшении состояния у ФИО6. (<данные изъяты>), родители (истцы по делу) ФИО2 и ФИО3. самостоятельно обратились в приемное отделение областной клинической больницы №2 г. Тюмени. Поскольку ФИО4 самостоятельно передвигаться не мог, так как была <данные изъяты>, ему было предоставлено кресло-каталка. В приемном отделении ГБУЗ ТО «ОКБ № 2» ФИО6. был осмотрен врачом-неврологом ФИО7, которая назначила следующие обследования: измерение АД (ФИО3. указала, что показатели <данные изъяты> не характерны для <данные изъяты> сына, т.к. у них был постоянный мониторинг <данные изъяты> у сына), ЭКГ (где были описаны <данные изъяты>), рентген легких (<данные изъяты>), ОАК (<данные изъяты>), 6/х (<данные изъяты>), КТ-головного мозга и УЗИ брюшной полости, где нарушений не выявлено. При этом, согласно симптоматике ФИО6. (не смотря на просьбы родителей), не была проведена консультация терапевта, сосудистого хирурга, кардиолога, не взяты анализы на Д-димер, С-реактивный белок, не выполнено ЭХО-КГ, при этом врачом-неврологом ФИО7 была назначена (так как ей было известно о наличие у ФИО4 <данные изъяты> <данные изъяты>) коагулограмма, для определения состояния системы гемостаза (свертывание крови), но данный вид анализа не был выполнен. Также, в палате приемного покоя ГБУЗ ТО «ОКБ № 2», по назначению доктора была поставлена капельница с препаратом <данные изъяты> Улучшение состояния не наступило. При сохранении выраженной <данные изъяты>, ГБУЗ ТО «ОКБ № 2» невролог ФИО7 сказала, что это <данные изъяты>, вернее установила этот диагноз, выписала рецепт на препарат <данные изъяты> и отправила ФИО4, который находился на сидячей каталке домой, отказав в госпитализации. Мать, с помощью сотрудников «ОКБ № 2», на коляске транспортировала его до автомобиля. В тот же день, 03.08.2022 г., по приезду из ГБУЗ ТО «ОКБ № 2» домой, ФИО3. вызвала дежурного врача из поликлиники № 17 по месту жительства, так как 01.08.2022 г. фельдшер ФИО5 рекомендовал ФИО4 прийти 03.08.2022 г. в поликлинику и выписаться на работу. По вызову, 03.08.2022 г., из ГАУЗ ТО «Поликлиника № 17» явился сотрудник поликлиники, не представился и, не подходя к ФИО4, сфотографировал заключение из приемного отделения ОКБ № 2, после чего ушел. Вечером 03.08.22 ФИО4 принял таблетку Атаракс и проспал сутки. <данные изъяты> в 02.00 час. ФИО4 умер. Скорая приехала только на констатацию смерти после сообщения о смерти ФИО4 В данном случае специализированная медицинская помощь не была оказана ФИО4 своевременно. Фельдшером поликлиники № 17 и врачом областной больницы № 2 неверно установлен диагноз, не в полном объеме проведены исследования, а также не привлечены для осмотра узкие специалисты и, соответственно, неверно назначено лечение, что привело к летальному исходу. Истцы просят взыскать солидарно с ответчиков компенсацию морального вреда в размере 1 600 000 руб. в пользу каждого истца.

Истец ФИО2 в судебное заседание не явился, о дне слушания дела извещен надлежащим образом.

Истец ФИО3 в судебном заседании исковые требования, с учетом их уточнений, поддержала в полном объеме.

Представитель истцов ФИО2 и ФИО3 - ФИО8, действующая на основании нотариальной доверенности от 14.07.2021 (том 2 л.д. 186-187), а также на основании ч. 6 ст. 53 ГПК РФ соответственно, в судебном заседании исковые требования, с учетом их уточнений, поддержала в полном объеме.

Ответчик ГБУЗ ТО «ОКБ №2», в лице представителей ФИО9, действующей на основании доверенности от 22.05.2025 (том 5 л.д. 76), ФИО10, действующего на основании доверенности от 30.05.2025 (том 5 л.д. 85) в судебном заседании с исковыми требованиями не согласились, полагают, что исковые требования к ГБУЗ ТО «ОКБ №2» не подлежат удовлетворению, представили письменные возражения на исковые требования (том 5 л.д. 92-93).

Ответчик ГБУЗ ТО «ССМП», в лице представителей ФИО11, действующей на основании доверенности от 09.01.2025 (том 5 л.д. 43-45), ФИО12, действующего на основании доверенности от 17.10.2024 (том 5 л.д. 105-106), с исковыми требованиями не согласились, представили письменные возражения на исковые требования, дополнения к возражениям на исковые требования (том 3 л.д. 18-21, том 5 л.д. 87-88).

Ответчик ГАУЗ ТО «Городская поликлиника №17», в лице представителей ФИО13, действующей на основании доверенности от 24.11.2022 (том 3 л.д. 86-87), ФИО14, действующей на основании доверенности от 24.11.2022 (том 3 л.д. 84-85), ФИО15, действующей на основании доверенности от 11.10.2023 (том 5 л.д. 79-80), с исковыми требованиями не согласились, представили письменные возражения на исковые требования, дополнения к возражениям на исковые требования (том 2 л.д. 221-224, том 4 л.д. 119-123, том 5 л.д. 46-47, 56-58, 102).

Ответчик Департамент здравоохранения Тюменской области в лице представителя ФИО16, действующего на основании доверенности от 27.12.2024 (том 5 л.д. 86) с исковыми требованиями не согласился, представил письменные возражения, просил в иске отказать в полном объеме (том 3 л.д. 91-94).

Представитель третьего лица СПАО «Ингосстрах» ФИО17, действующая на основании доверенности от 07.02.2025 (том 5 л.д. 67), с исковыми требованиями не согласилась, представила письменные возражения, просила в иске отказать в полном объеме (том 4 л.д. 140-142, том 5 л.д. 65-66, 81-82).

Третье лицо ФИО7 в судебном заседании с исковыми требованиями не согласилась.

Третье лицо ФИО5, в судебное заседание не явился, о дне слушания дела извещен надлежащим образом.

Заслушав объяснения лиц, участвующих в деле, изучив материалы гражданского дела, выслушав заключение прокурора, суд приходит к выводу о том, что исковые требования ФИО2, ФИО3 подлежат удовлетворению частично, по следующим основаниям.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинён моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинён вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пунктах 1, 3, 4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 48 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (статья 19 и части 2, 3 статьи 98 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации"). Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья. При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода. На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда.

В судебном заседании от истцов ФИО2, ФИО3 было заявлено ходатайство о проведении комплексной судебно-медицинской экспертизы.

На основании определения суда от 13.06.2023 АНО «Научно-практический центр исследований и экспертиз» выполнено экспертное заключение №124/23 (том 2 л.д. 104-145).

В соответствие с которым, установлены следующие дефекты оказания медицинской помощи:

1. Жалобы, предъявленные ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ - <данные изъяты>.

Учитывая предъявленные жалобы, стабильную гемодинамику (<данные изъяты>), фельдшером поликлиники №17 ФИО5 был установлен диагноз: «Астеновегетативный <данные изъяты>».

Однако, в деле имеется запись телефонного разговора вызова СМП 01.08.2023 в ходе которого диспетчеру было сообщено, что ФИО4 тяжело <данные изъяты>, также было сообщено о <данные изъяты>, а также какие препараты принимает больной (<данные изъяты>). Данную информацию диспетчер должен был передать в поликлинику.

Исходя из вышеизложенного, комиссия экспертов считает, что диагноз ФИО4 фельдшером ГАУЗ ТО «Поликлиника №17» ФИО5 01.08.2022 г. установлен неправильно.

Фельдшером ФИО5 допущены следующие недостатки:

- не уточнено, какие препарата принимал ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ г.р.;

- в течение какого времени беспокоили указанные жалобы и их характер (усиливаются, уменьшаются, нарастают при нагрузке, сколько длятся, чем пытался снять эти проявления, применял ли какие-либо препараты, ранее не используемые);

- не перечислены плановые препараты, которые принимал ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ.р.;

- не указано, когда ФИО4 был установлен диагноз <данные изъяты>;

- не уточнил какую дозу и как долго ФИО18 принимал антикоагулянт - <данные изъяты>, и проводилось ли контрольное исследование <данные изъяты>) с целью определения состояния - <данные изъяты>;

- не известны анализы ФИО4 и как часто пациент обращался в поликлинику и/или вызывал СМП в последнее время.

Таким образом налицо недооценка состояния здоровья ФИО4, фельдшером ФИО5

Фельдшер мог вызвать CMП на себя или проконсультироваться с врачом неотложной службы поликлиники, тем более что данные амбулаторной карты в районных поликлиниках должны иметься в электронном виде.

Если возникает вопрос «Что с больным?», показана госпитализация в стационар для дообследования и верификации диагноза.

2. Установить достоверно наличие/отсутствие признаков изменения первоначального содержания основного печатного текста в Протоколе оказания неотложной помощи от 01.08.2022r. по представленной копии данного протокола не представляется возможным по причинам не отображения достаточной совокупности морфологических (идентификационных) признаков в одноименных штрихах и элементах печатного текста, утраченных в процессе копирования.

В протоколе оказания неотложной помощи от 01.08.2022 г. сведений о назначении <данные изъяты> не имеется.

3. Лечение, назначенное ФИО4 фельдшером ФИО5 (<данные изъяты>), оказалось не эффективным, симптомы продолжали беспокоить, мало того, эти симптомы нарастали: <данные изъяты>. По совокупности при таких симптомах можно предполагать наличие различных заболеваний: <данные изъяты> и др.

Таким образом комиссия экспертов считает, что лечение, назначенное ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ г.р. фельдшером ГАУЗ ТО «Поликлиника N 17» ФИО5 01.08.2022 г., с учетом состояния здоровья было неправильным.

4. Фельдшером ФИО5 допущены следующие недостатки:

- не уточнено, какие препараты принимал ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ г.р.;

- не перечислены плановые препараты, которые принимал ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ г.р.;

- не указано, когда ФИО4 был установлен диагноз тромбоз сосудов нижних конечностей;

- не уточнил какую дозу и как долго ФИО18 принимал антикоагулянт - <данные изъяты>, и проводилось ли контрольное исследование <данные изъяты> с целью определения состояния - <данные изъяты> или другое.

- не известны анализы ФИО4 и как часто пациент обращался в поликлинику и/или вызывал СМГІ в последнее время.

Таким образом комиссия экспертов считает, что медицинская помощь ФИО4 фельдшером ГАУЗ ТО «Поликлиника № 17» ФИО5 (диагностические и лечебные мероприятия) выполнены не в полном объеме.

5. Исходя из вышеизложенного комиссия экспертов считает, что лечение, назначенное ФИО19 фельдшером ГАУЗ ТО «Поликлиника № 17» ФИО5 01.08.2022 г., не соответствует установленным стандартам и правилам оказания неотложной медицинской, в том числе экстренной, помощи.

Фельдшер ФИО5 не до конца оценил состояние пациента ФИО4, не передал информацию об особенностях заболевания врачам.

6. При оказании медицинской помощи ФИО20 со стороны ГАУЗ ТО «Поликлиника №7» выявлены следующие дефекты:

- не уточнено, какие препараты принимал ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ г.р.;

- не перечислены плановые препараты, которые принимал ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ г.р.;

- не указано, когда ФИО4 был установлен диагноз <данные изъяты>;

- не известны анализы ФИО4 и как часто пациент обращался в поликлинику и/или вызывал CMП в последнее время.

7. 03.08.2022 ФИО2 в сопровождении родителей самостоятельно передвигаться не мог из-за <данные изъяты>, на кресле-каталке был осмотрен врачом ФИО7 «ОКБ №2» г. Тюмени: при оценке цифр АД - показатели в <данные изъяты>, по ЭКГ была отмечена <данные изъяты>, при рентгенологическом исследовании ОГК выявлено <данные изъяты> - не выявлено; по лабораторным показателям в OAK - <данные изъяты>, по биохимическим показателям - повышен <данные изъяты>. При КТ головного мозга и УЗИ органов брюшной полости - значимых изменений не выявлено.

НЕ УТОЧНЕНО: темп диуреза, не было ли затруднения мочеиспускания - не развивалась ли почечная недостаточность.

НЕ ВЫПОЛНЕНО: УЗИ вен нижних конечностей (о перенесенном <данные изъяты> врачу было доложено).

КОАГУЛОГРАММА не до конца отражает состояние пациента, т.к. ФИО4 получал <данные изъяты> (доза и длительность приема не известна). Анализ НЕ ВЫПОЛНЕН.

Не выполнена ЭХО-КГ.

Не понятно назначение <данные изъяты> внутривенно.

НЕ ПОНЯТНО, почему пациент не был осмотрен терапевтом или кардиологом, а только узким специалистом - неврологом.

Диагноз «<данные изъяты>» мог иметь место, однако диагностический поиск проведен не до конца.

При приеме препарата <данные изъяты> - пациент спал. Во сне экскурсия грудной клетки уменьшается, соответственно при наличии <данные изъяты> (выраженная <данные изъяты>, в том числе и в покое) мог усугубить состояние.

Ретроспективно оценивая историю болезни ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ г.р. можно утверждать, что диагноз, установленный в приемном отделении «ОКБ №2» г. Тюмени неврологом ФИО7 был неверным.

8. Лечение, назначенное ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ г.р. неврологом ГБУЗ ТО «ОКБ №2» ФИО7 (<данные изъяты>) 03.08.2022 при оценке состояния пациента было неправильным.

При приеме <данные изъяты> (доза не указана) - пациент спал. Во сне экскурсия грудной клетки уменьшается, соответственно при наличии <данные изъяты> (выраженная <данные изъяты>, в том числе и в покое) ног усугубить состояние ФИО4

Не понятно назначение <данные изъяты> внутривенно.

9. В медицине нет такого понятия как «экстренная специализированная медицинская помощь».

Согласно ст. 34 Федерального закона от 21.11.2011 №323-ФЗ (ред. От 25.12.2023) «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (с изм. и доп., вступ. в силу с 05.01.2024):

«1. Специализированная медицинская помощь оказывается врачами- специалистами и включает в себя профилактику, диагностику и лечение заболеваний и состояний (в том числе в период беременности, родов и послеродовой период), требующих использования специальных методов и сложных медицинских технологий, а также медицинскую реабилитацию.

2. Специализированная медицинская помощь оказывается в стационарных условиях и в условиях дневного стационара.

3. Высокотехнологичная медицинская помощь, являющаяся частью специализированной медицинской помощи, включает в себя применение новых сложных и (или) уникальных методов лечения, а также ресурсоемких методов лечения с научно доказанной эффективностью, в том числе клеточных технологий, роботизированной техники, информационных технологий и методов генной ииженерии, разработанных на основе достижений медицинской науки и смежных отраслей науки и техники».

Диагностические и лечебные мероприятия ФИО4 в ГБУЗ ТО «ОКБ № 2» выполнены не в полном объеме:

НЕ ВЫПОЛНЕНО: УЗИ вен нижних конечностей (о перенесенном тромбозе вен врачу было доложено).

КОАГУЛОГРАММА не до конца отражает состояние пациента, т.к. ФИО4 получал <данные изъяты> (доза и длительность приема - не известна). Анализ НЕ ВЫПОЛНЕН.

Не выполнена ЭХО-КГ.

Не понятно назначение <данные изъяты> внутривенно.

НЕ ПОНЯТНО, почему пациент не был осмотрен терапевтом или кардиологом, а только узким специалистом — неврологом.

Диагноз «<данные изъяты>» мог иметь место, однако диагностический поиск проведен не до конца.

При приеме препарата <данные изъяты> - пациент спал. Во сне экскурсия грудной клетки уменьшается, соответственно при наличии <данные изъяты> (выраженная <данные изъяты> в том числе и в покое) мог усугубить состояние.

10. Лечение, назначенное ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ г.р. неврологом ГБУЗ ТО «ОКБ №2» ФИО7 (<данные изъяты>) 03.08.2022 не соответствует установленным стандартам и правилам оказания специализированной медицинской, в том числе экстренной, помощи, в соответствии с его состоянием здоровья.

При приеме <данные изъяты> (доза не указана) - пациент спал. Во сне экскурсия грудной клетки уменьшается, соответственно при наличии <данные изъяты> (выраженная <данные изъяты>, в том числе и в покое) могли усугубить состояние ФИО4

Не понятно назначение <данные изъяты> внутривенно.

11. При оказании медицинской помощи ФИО4 в ГБУЗ ТО «ОКБ N 2» выявлены следующие дефекты:

НЕ ВЫПОЛНЕНО: УЗИ вен нижних конечностей (о перенесенном <данные изъяты> врачу было доложено).

Не выполнена ЭХО-КГ.

Не понятно назначение <данные изъяты> внутривенно.

Диагноз «<данные изъяты>» мог иметь место, однако диагностический поиск проведен не до конца.

При приеме препарата <данные изъяты> - пациент спал. Во сне экскурсия грудной клетки уменьшается, соответственно при наличии дыхательной недостаточности (выраженная одышка, в том числе и в покое) мог усугубить состояние.

12. При вызове CMП 01.08.2023 диспетчеру было сообщено, что ФИО4 тяжело <данные изъяты>, также было сообщено о поднятии <данные изъяты>, наличии в анамнезе <данные изъяты>, а также какие препараты принимает больной <данные изъяты>).

При наличии таких жалоб вызов должен был быть отнесен в экстренной форме.

Также диспетчером не выяснено время появления болей в сердце, интенсивность болевого синдрома, иррадиацию, наличие подобных болей ранее и как они купировались, эффект от принятых препаратов, не уточнено наличие (отсутствие) травмы грудной клетки.

15. Представленная на исследование Медицинская карта пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях №2019547695, содержит копии документов, выполненных в один временной период на одном типовом печатающем устройстве. Оригиналы документов в представленной Медицинской карте №2019547695 отсутствуют. Установить по копиям документов изменения в карту больного ФИО4 после даты приема 01.08.2022г. и после даты 05.08.2022г. не представляется возможным по причинам не отображения достаточной совокупности морфологических (идентификационных) признаков в одноименных штрихах и элементах печатного текста, утраченных в процессе копирования.

Копии документов в Медицинской карте №2019547695: Добровольного согласия пациента от 11.08.2020г.; Добровольного согласия пациента от 22.07.2020г.; Протокола оказания неотложной помощи от 25.01.2022г.; КОВИД-19 от 27.01.2022г.; КОВИД-19 от 05.02.2022г.; Протокола оказания неотложной помощи от 06.02.2022г., достоверность которых не подтверждена, заверены недействующей на тот момент электронной цифровой подписью (ЭПЦ) ФИО21 (с 13.04.2022 по 07.07.2023).

16. Электронная цифровая подпись (ЭЦП) от имени ФИО21, выполненная на оборотной стороне 9-го листа копии /Медицинской карты № 2109547695, не соответствует данным о заявленном лице, удостоверившего сведения электронной подписью мед.работника.

В судебном заседании от представителей ГАУЗ ТО «Городская поликлиника №17», ГБУЗ ТО «ОКБ №2», ГБУЗ ТО «Станция скорой медицинской помощи» было заявлено ходатайство о проведении дополнительной судебно-медицинской экспертизы.

Суд, оценивая вышеуказанное заключение, а также с учетом заявленного ходатайства от представителей ГАУЗ ТО «Городская поликлиника №17», ГБУЗ ТО «ОКБ №2», ГБУЗ ТО «Станция скорой медицинской помощи» о проведении дополнительной судебно-медицинской экспертизы, назначил по делу дополнительную судебно-медицинскую экспертизу, поскольку выводы заключения недостаточно ясны, заключение эксперта неполное.

На основании определения суда от 14.06.2024 Санкт-Петербургское государственное бюджетное учреждение здравоохранения «Бюро судебно-медицинской экспертизы» (Спб ГБУЗ «БСМЭ») выполнено экспертное заключение №172/ВР-П-ПК (том 5 л.д. 2-36).

В соответствие с вышеуказанным заключением, установлены следующие дефекты оказания медицинской помощи:

При ретроспективном анализе представленных на исследование материалов гражданского дела и копий медицинских документов на имя ФИО4 комиссия экспертов отмечает следующее:

Причиной смерти ФИО4 явилась <данные изъяты>. Данный вывод подтверждается результатами судебно-медицинского исследования трупа ФИО4: выявлены на разрезах в <данные изъяты>

Комиссия экспертов отмечает, что по результатам судебно-медицинского исследования трупа ФИО4 не был установлен источник <данные изъяты>). Тем не менее, наличие <данные изъяты>, что не позволяет подвергать сомнению установленную причину смерти ФИО4

Кpoмe того, при судебно-медицинском исследовании трупа ФИО4 у него была выявлена <данные изъяты>, на наличие которой указывали: <данные изъяты>). Однако, <данные изъяты> в данном случае не являлась патогенетически значимой в наступлении смерти ФИО4, поскольку <данные изъяты>.

Источником тромбоэмболов у мужчин, способных вызвать массивную тромбоэмболию, как правило, являются вены нижних конечностей. У ФИО4 имелась <данные изъяты>, что также подтверждается данными ультразвуковых исследований <данные изъяты>. То, что при судебно-медицинском исследовании трупа ФИО4 в <данные изъяты>, не исключает его наличия и может быть объяснено неполноценным исследованием, либо наличием <данные изъяты>.

1-2. Сотрудником ГАУЗ ТО «Городская поликлиника №17» ФИО4 оказывалась медицинская помощь 01.08.2022 и 03.08.2022 года.

01.08.2022 ФИО4 был осмотрен фельдшером отделения неотложной помощи ГАУЗ ТО «Городская поликлиника № 17». При осмотре ФИО4 предъявлял жалобы на <данные изъяты>. При осмотре фельдшером установлены следующие объективные данные: <данные изъяты>. ФИО4 был установлен диагноз: «<данные изъяты>» и назначен лекарственный препарат <данные изъяты> <данные изъяты> листьев экстракт.

Комиссия экспертов отмечает, что установленный ФИО4 диагноз является диагнозом исключения, когда пациенту проведено полное клиническое, лабораторное и инструментальное исследование, при которых не установлено каких-либо значимых отклонений в состоянии здоровья. ФИО4 какие-либо исследования 01.08.2022 года не проводились и не назначались из чего следует, что установленный ему диагноз являлся необоснованным и, в данном случае, неправильным. Однако, как предварительный (предположительный) данный диагноз мог быть установлен. ФИО4, но одновременно с этим ФИО4 необходимо было рекомендовать явку в поликлинику к участковому терапевту для обследования с целью установления окончательного клинического диагноза, что сделано не было и расценивается, как дефекты тактики оказания медицинской помощи и диагностики.

Также, комиссия экспертов отмечает, что фельдшеру отделения неотложной помощи ФИО4 01.08.2022 года не предъявлялись жалобы на <данные изъяты>, либо иные жалобы, свидетельствующие о наличии у него патологии со стороны <данные изъяты> из чего следует, что у фельдшера не имелось оснований для выполнения ФИО4 при его осмотре на дому <данные изъяты>. Так же 01.08.2022 года не имелось оснований для направления ФИО4 на стационарное лечение.

Анализируя данный клинический случай, с учетом наличия у ФИО4 <данные изъяты>, комиссия экспертов считает, что жалобы ФИО4 на <данные изъяты>, с учетом предшествующих, а также последующих жалобах на боли в <данные изъяты> могли являться атипичными проявлениями <данные изъяты>, что можно расценить, как «стертая» клиническая картина <данные изъяты>. Пpи этом комиссия экспертов отмечает, что единственным достоверным методом диагностики <данные изъяты> является морфологический - прижизненная <данные изъяты>. Остальные методы диагностики, включая эхокардиографию, компьютерную и магниторезонансную томографию являются не абсолютными, с чувствительностью лучшего из методов не выше 80%.

Таким образом, с учетом установленной причины смерти ФИО4 - <данные изъяты>, допущенные дефекты оказания медицинской помощи при осмотре ФИО4 фельдшером отделения неотложной помощи ГАУЗ ТО «Городская поликлиника №17» не находятся в причинно-следственной связи с наступлением его смерти, поскольку не повлияли и не могли повлиять на патогенетические механизмы танатогенеза.

03.08.2022, согласно записям в копии медицинской карты пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях №2019547695 ГАУЗ ТО «Городская поликлиника №17» (том 1 л.д. 91-93) ФИО4 был повторно осмотрен фельдшером отделения неотложной помощи ГАУЗ ТО «Городская поликлиника №17». При осмотре 03.08.2022 года ФИО4 предъявлял жалобы на <данные изъяты>. Объективно установлены следующие данные: <данные изъяты> С учетом диагноза, установленного ФИО4 03.08.2022 года в ГБУЗ ТО «ОКБ №2» (Вегетососудистая <данные изъяты>) и результатов проведенного обследования, пациенту был продлен лист нетрудоспособности и назначено соответствующее диагнозу лечение. Дефектов оказания медицинской помощи ФИО4 в ГAУЗ ТО «Городская поликлиника №17» 03.08.2022 года комиссией экспертов не установлено.

3-4. ФИО4 03.08.2022 (в 09-34) обратился за медицинской помощью в ГБУЗ ТО «ОКБ №2» с жалобами на ощущение <данные изъяты>. ФИО4 был осмотрен врачом-неврологом, которым был собран анамнез заболевания (болен около недели после <данные изъяты>) и анамнез жизни (отмечено наличие <данные изъяты>). При осмотре ФИО4 отмечены следующие объективные сведения: <данные изъяты> (со стороны нервной системы патологии выявлено не было).

Характер жалоб (<данные изъяты>) и объективные клинические сведения (наличие <данные изъяты>) могли свидетельствовать о наличии <данные изъяты> у ФИО4, что предполагали проведение комплекса исследований, направленных на диагностику состояния сердечно-сосудистой системы, в частности: консультация и осмотр врачом-кардиологом, выполнение электрокардиографии, эхокардиографии и ультразвукового исследования вен нижних конечностей (при наличии сведений о <данные изъяты>) и исследование уровня Д-димера (маркера тромбообразования и тромболизиса). Из указанных и необходимых исследований ФИО4 была выполнена только электрокардиография. Не выполнение ФИО4 иных (указанных выше) исследований комиссией экспертов оценивается вся, как дефект диагностики.

При этом, ФИО4 в ГБУЗ ТО «ОКБ №2» были выполнены следующие исследования: общий анализ крови, биохимический анализ крови, отдельные показатели коагулограммы, электрокардиография, компьютерная томография головного мозга, которые в целом были показаны ФИО4 в качестве проведения дифференциальной диагностики.

Таким образом:

- проведенное ФИО4 обследование в ГБУЗ ТО «ОКБ №2» являлось неполным, что вероятно, не позволило выявить (заподозрить) у него наличие <данные изъяты> и, возможно, <данные изъяты>);

- по результатам обследования ФИО4 был установлен неправильный диагноз: «<данные изъяты>» и назначено непоказанное лечение (<данные изъяты>).

На основании изложенного комиссия экспертов считает, что между допущенными при оказании медицинской помощи ФИО4 дефектами диагностики (не проведена консультация врача-кардиолога, не выполнены эхокардиографии и УЗИ вен нижних конечностей, не проведено исследование уровня Д-димера) и лечение (назначение <данные изъяты>) и наступлением его смерти может усматриваться непрямая (косвенная) причинно-следственная связь.

5. Комиссией экспертов не установлено показаний для госпитализации ФИО4 в стационар 01.08.2022 года.

6. Нормативно определено, что скорая медицинская помощь в РФ относится к самостоятельному виду оказания медицинской помощи (пп. 3 п. 2 cт. 32 ФЗ-323 «Об основах охраны здоровья граждан в Российской федерации» от 21.11.2011 года, с изменениями) и оказывается в экстренной и неотложной формах (пп. 1, 2, п. 4 ст. 32 и п. 2 ст. 35 ФЗ-323) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи (п. 6 ст. 32 ФЗ-323). В соответствии с п. 11 Порядка оказания скорой, в том числе скорой специализированной, медицинской помощи (Приказ Минздрава России от 20.06.2013 №388н, ред. от 21.02.2020г.) поводами для вызова CMП в экстренной форме являются внезапные острые заболевания, состояния, обострения хронических заболеваний, представляющие угрозу жизни пациента или в неотложной форме (п. 13) при внезапных острых заболеваниях, состояниях, обострениях хронических заболеваний, требующих срочного медицинского вмешательства, без явных признаков угрозы жизни (п. 11).

При обращении в ГБУЗ «Станция скорой медицинской помощи» 01.08.2022 для оказания скорой медицинской помощи ФИО4 с учетом имевшихся у него жалоб и данных анамнеза, повод был определен сотрудником отдела приёма вызовов от населения, как «25С (<данные изъяты>), в неотложной форме и передан диспетчеру направления», что комиссия считает надлежащими действиями. Однако, в «08:38 врачом оперативного отдела выполнен перезвон на вызов» и повод вызова определен как 290. Вызов передан для выполнения в неотложную помощь поликлиники» несмотря на то, что у пациента сохранялись «жалобы на <данные изъяты>. Боль не связана с <данные изъяты>. Отмечал уровень <данные изъяты>. Постоянно принимает <данные изъяты> (в том числе и сегодня)», т.е. состояние пациента отвечало критериям п. 13 Приказа Минздрава от 20.06.2013 №388н (ред. от 21.02.2020г.) и требовало направление на вызов общепрофильной бригады СМП для оказания скорой медицинской помощи в неотложной фopмe.

Передача вызова для исполнения «в неотложную помощь поликлиники», которая относится к системе первичной медико-санитарной помощи и организуется в виде отделения (кабинета) (п. 6 Прил., п. 8 Прил. 1 к Приказу Минздравсоцразвития России от 15.05.2012 №543н, ред. от 21.02.2020), могла быть осуществлена только в случае отсутствия свободных от вызова бригад скорой медицинской помощи в ГБУЗ «Станция скорой медицинской помощи». Изменение повода вызова старшим врачом ГБУ3 «Станции скорой медицинской помощи» 01.08.2022 г. на «290» и передача его для исполнения в «в неотложную помощь поликлиники» комиссия расценивает, как нарушение (дефект) оперативной работы, повлекший задержку оказания медицинской помощи ФИО4, обратившемуся в 06:42 (п. 7 Прил. 5 Приказа Минздравсоцразвития России от 15.05.2012 № 543н - «Неотложная медицинская помощь на дому осуществляется в течение не более 2 часов после поступления обращения больного или иного лица об оказании неотложной медицинской помощи на дому»). При этом, комиссия экспертов не располагает сведениями о наличии (отсутствии) свободных от вызова бригад скорой медицинской помощи в ГБУЗ «Станция скорой медицинской помощи».

Тем не менее, 01.08.2022 ФИО4 была оказана медицинская помощь фельдшером ГАУЗ ТО «Городская поликлиника №17» и показаний для его направления на стационарное лечение, при этом, установлено не было. Поэтому, между недостатком (дефектом) оперативной работы допущенным ГБУЗ «Станция скорой медицинской помощи» 01.08.2022 и неблагоприятным исходом заболевания у ФИО4 05.08.2022 (наступления смерти), причинно-следственная связь отсутствует.

Пунктом 2 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» (статьи 1064-1101) и статьёй 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причинённый личности или имуществу гражданина, а также вред, причинённый имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объёме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинён не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причинённый его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причинённых потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина» разъяснено, что по общему правилу, установленному статьёй 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьёй 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причинённого вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

При рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учётом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинён вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела (абзацы третий и четвёртый пункта 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина»).

Таким образом, по общему правилу необходимыми условиями для наступления гражданско-правовой ответственности за причинённый вред, в том числе моральный, являются: причинение вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда. При этом гражданское законодательство предусматривает презумпцию вины причинителя вреда: лицо, причинившее вред, освобождается от обязанности его возмещения, если докажет, что вред причинён не по его вине. Исключения из этого правила установлены законом, в частности статьёй 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Поскольку компенсация морального вреда, о взыскании которой в связи с некачественным оказанием медицинской помощи сотрудниками больниц заявлено истцом, является одним из видов гражданско-правовой ответственности, нормы Гражданского кодекса Российской Федерации (статья 1064), устанавливающие основания ответственности в случае причинения вреда, применимы как к возмещению имущественного, так и морального вреда.

Следовательно, для привлечения к ответственности в виде компенсации морального вреда юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенёс физические или нравственные страдания в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага, при этом на причинителе вреда лежит бремя доказывания правомерности его поведения, а также отсутствия его вины, то есть установленная законом презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Определяя размер денежной компенсации морального вреда, судом принимаются во внимание обстоятельства смерти ФИО4 характер и степень причиненных истцам (матери, отцу) нравственных страданий в связи с потерей близкого человека.

Судом так же принимается во внимание, что экспертным заключением №124/23, выполненного АНО «Научно-практический центр исследований и экспертиз» и экспертным заключением №172/ВР-П-ПК, выполненного Спб ГБУЗ «БСМЭ», в отношении трех учреждений ГАУЗ ТО «Городская поликлиника №17», ГБУЗ ТО «Областная клиническая больница 2», ГБУЗ ТО «Станция скорой медицинской помощи» установлена косвенная (опосредованная) причинно-следственная связь между медицинскими нарушениями и смертью ФИО4

В частности судом принимается во внимание, что ФИО2 и ФИО3, являются родителями умершего, из объяснений истцов следует, что они проживали с сыном, заботились о нем, посещали лечебные учреждения, до последнего надеялись на выздоровление ребенка, сразу после внезапного обнаружения симптомов заболевания у сына (выраженная <данные изъяты>) 01.08.2022 была вызвана бригада СМП, при ухудшении состояния здоровья 03.08.2022 обратились в медицинское учреждение, что свидетельствует о более сильном стремлении проявить заботу и, как следствие, более сильном эмоциональном переживании, потеря сына стала для семьи тяжелой, невосполнимой утратой.

Судом так же принято во внимании, что в качестве дефектов оказания медицинской помощи ФИО4 в ГАУЗ ТО «Городская поликлиника №17», выраженного в установке неправильного диагноза фельдшером ФИО5, а также неправильным назначением лечения с учетом состояния здоровья ФИО4, в связи с чем, медицинская помощь ФИО4 фельдшером ФИО5 (диагностические и лечебные мероприятия) выполнены не в полном объеме;

в качестве дефектов оказания медицинской помощи ФИО4 в ГАУЗ ТО «Областная клиническая больница №2», выраженного в установке неверного диагноза, а также неправильным назначением лечения с учетом состояния здоровья ФИО4;

в качестве дефектов оказания медицинской помощи ФИО4 в ГБУЗ ТО «Станция скорой медицинской помощи» при наличии вышеназванных жалоб вызов не был отнесен к экстренной форме, также диспетчером не выяснено время появления болей в <данные изъяты> интенсивность болевого синдрома, наличие подобных болей ранее и как они купировались, эффект от принятых препаратов, не уточнено наличие (отсутствие) травмы <данные изъяты>.

Дефекты как каждый в отдельности, так и в совокупности не явились причиной смерти (причина индивидуально обусловленной тяжелой инфекционный процесс) но послужили неблагоприятным условиям для течения заболеваний, в том числе снижали эффективность лечебных мероприятий, снижали вероятность наступления благоприятного исхода.

Судом также взят во внимание вывод экспертов с учетом установленной причины смерти ФИО4 - <данные изъяты>, допущенные дефекты оказания медицинской помощи при осмотре ФИО4 фельдшером отделения неотложной помощи ГАУЗ ТО «Городская поликлиника №17» не находятся в причинно-следственной связи с наступлением его смерти, поскольку не повлияли и не могли повлиять на патогенетические механизмы танатогенеза,

а также учтены дефекты оказания медицинской помощи ФИО4 в ГБУЗ ТО «ОКБ №1», допущенные при диагностике (не проведена консультация врача-кардиолога, не выполнены эхокардиографии и УЗИ вен нижних конечностей, не проведено исследование уровня Д-димера), лечении (назначение <данные изъяты>) и наступлением смерти ФИО4 может усматриваться непрямая (косвенная) причинно-следственная связь.

Согласно ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Суд оценивает степень физических и нравственных страданий с учетом фактических обстоятельств дела.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Исходя из установленных по делу обстоятельств, положений приведенных норм права (ст. ст. 150, 151, 1100, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации), с учетом всех перечисленных в законе обстоятельств, степени физических и нравственных страданий, суд считает возможным определить размер компенсации морального вреда, подлежащий взысканию:

- с ГАУЗ ТО «Городская поликлиника №17» в пользу ФИО2, ФИО3 компенсацию морального вреда в размере 50 000 руб. каждому, с ГБУЗ ТО «Областная клиническая больница №2» в пользу ФИО2, ФИО3 компенсацию морального вреда в размере 250 000 руб. каждому, с ГБУЗ ТО «Станция скорой медицинской помощи» в пользу ФИО2, ФИО3 компенсацию морального вреда в размере 35 000 руб. каждому, удовлетворив требования истцов в данной части.

Вместе с тем, рассматривая исковые требования в части взыскания компенсации морального вреда с Департамента здравоохранения Тюменской области, суд приходит к следующему выводу.

В соответствии с пунктом 3 статьи 123.21 Гражданского кодекса Гражданского кодекса Российской Федерации, учреждение отвечает по своим обязательствам находящимися в его распоряжении денежными средствами, а в случаях, установленных законом, также иным имуществом. При недостаточности указанных денежных средств или имущества субсидиарную ответственность по обязательствам учреждения в случаях, предусмотренных пунктами 4-6 статьи 123.22 Гражданского кодекса Российской Федерации, несет собственник соответствующего имущества.

Согласно пункту 4 статьи 123.22 Гражданского кодекса Российской Федерации, казенное учреждение отвечает по своим обязательствам находящимися в его распоряжении денежными средствами. При недостаточности денежных средств субсидиарную ответственность по обязательствам казенного учреждения несет собственник его имущества.

Пунктом 5 статьи 123.22 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что бюджетное учреждение отвечает по своим обязательствам всем находящимся у него на праве оперативного управления имуществом, в том числе приобретенным за счет доходов, полученных от приносящей доход деятельности, за исключением особо ценного движимого имущества, закрепленного за бюджетным учреждением собственником этого имущества или приобретенного бюджетным учреждением за счет средств, выделенных собственником его имущества, а также недвижимого имущества независимо от того, по каким основаниям оно поступило в оперативное управление бюджетного учреждения и за счет каких средств оно приобретено.

По обязательствам бюджетного учреждения, связанным с причинением вреда гражданам, при недостаточности имущества учреждения, на которое в соответствии с абзацем первым данного пункта может быть обращено взыскание, субсидиарную ответственность несет собственник имущества бюджетного учреждения.

В случае ликвидации бюджетного учреждения при недостаточности имущества бюджетного учреждения, на которое в соответствии с абзацем первым настоящего пункта может быть обращено взыскание, субсидиарную ответственность по обязательствам бюджетного учреждения, вытекающим из публичного договора, несет собственник имущества бюджетного учреждения.

Оснований возложения субсидиарной ответственности на Департамент здравоохранения Тюменской области нет, следовательно, к данному ответчику надлежит в иске отказать.

Исходя из положений ст. 103 Гражданского процессуального кодекса РФ, удовлетворенных исковых требований, суд приходит к выводу о взыскании с ответчиков ГАУЗ ТО «Городская поликлиника №17», ГБУЗ ТО «Областная клиническая больница №2», ГБУЗ ТО «Станция скорой медицинской помощи» в доход муниципального образования городской округ Тюмень государственной пошлины в размере 300 руб. с каждого.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 3, 12, 56, 67, 103, 167, 194- 199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО2, ФИО3 – удовлетворить частично.

Взыскать с Государственного автономного учреждения здравоохранения Тюменской области «Городская поликлиника №17» (ИНН <***>) в пользу ФИО2 (паспорт гражданина РФ серии №) компенсацию морального вреда в размере 50 000 руб.

Взыскать с Государственного автономного учреждения здравоохранения Тюменской области «Городская поликлиника №17» (ИНН <***>) в пользу ФИО3 (паспорт гражданина РФ серии №) компенсацию морального вреда в размере 50 000 руб.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Тюменской области «Областная клиническая больница № 2» (ИНН <***>) в пользу ФИО2 (паспорт гражданина РФ серии №) компенсацию морального вреда в размере 250 000 руб.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Тюменской области «Областная клиническая больница № 2» (ИНН <***>) в пользу ФИО3 (паспорт гражданина РФ серии №) компенсацию морального вреда в размере 250 000 руб.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Тюменской области «Станция скорой медицинской помощи» (ИНН <***>) в пользу ФИО2 (паспорт гражданина РФ серии №) компенсацию морального вреда в размере 35 000 руб.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Тюменской области «Станция скорой медицинской помощи» (ИНН <***>) в пользу ФИО3 (паспорт гражданина РФ серии №) компенсацию морального вреда в размере 35 000 руб.

В остальной части исковых требований ФИО2, ФИО3 – отказать.

В удовлетворении исковых требований ФИО2, ФИО3 к Департаменту здравоохранения Тюменской области – отказать.

Взыскать с Государственного автономного учреждения здравоохранения Тюменской области «Городская поликлиника №17» (ИНН <***>) в доход муниципального образования городской округ город Тюмень государственную пошлину в размере 300 руб.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Тюменской области «Областная клиническая больница № 2» (ИНН <***>) в доход муниципального образования городской округ город Тюмень государственную пошлину в размере 300 руб.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Тюменской области «Станция скорой медицинской помощи» (ИНН <***>) в доход муниципального образования городской округ город Тюмень государственную пошлину в размере 300 руб.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня вынесения мотивированного решения путем подачи апелляционной жалобы в Тюменский областной суд через Ленинский районный суд г. Тюмени.

Мотивированное решение изготовлено 24 июля 2025 года.

Председательствующий судья /подпись/ О.Г. Седова