Решение по делу № 2А-2997/2023 от 21.06.2023

№2а-2997/2023

11RS0005-01-2023-003265-61

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Ухтинский городской суд в составе:

председательствующий судья Утянский В.И.,

при секретаре Евсевьевой Е.А.,

рассмотрев в отрытом судебном заседании 21 июня 2023г. в г. Ухте дело по административному исковому заявлению ФИО1 к МВД Российской Федерации, МВД по Республике Коми, ИВС ОМВД России по г. Ухте и ОМВД России по г. Ухте о признании действий (бездействия) незаконным, взыскании компенсации за нарушение условий содержания,

установил:

Административный истец обратился в суд с указанным заявлением, в котором указал, что 14.08.2016г. был арестован по подозрению в совершении преступления и помещен в ИВС ОМВД России по г. Ухте. После избрании меры пресечения 16.08.2016г. был этапирован в СИЗО-2. Был осужден Ухтинским городским судом 26.04.2017г. и 05.09.2017г. этапирован в ИК-1 (г. Сыктывкар). В период с 14.08.2016г. по 05.09.2017г. находился в камерах ИВС: 15-16 августа 2016г. – избрание меры пресечения, 13 октября 2016г. – продление ареста, 05 октября 2016г. – продление ареста, 9 ноября 2016г. 0 ознакомление с материалами уголовного дела, 29 декабря 2016г. – предварительное судебное заседание, 10 января 2017г., 16 февраля 2017г., 28 марта 2017г., 11 апреля 2017г. – судебные заседания, 26.04.2017г. – вынесение приговора, а также еще несколько раз (даты не помнит). За весь указанный период в камерах ИВС отсутствовало горячее водоснабжение. Камеры находятся в подвальном помещении здания по ул. Бушуева, 4, окна камер находятся ниже уровня дороги, в углубленных нишах, в связи с чем на стекла попадает грязь и брызги дождя, а зимой завалены снегом. В результате в камеры не попадает естественный свет. В окнах отсутствуют открывающие конструкции. В камерах отсутствует вентиляция. В связи с нарушениями условий содержания в части отсутствия горячего водоснабжения, отсутствия свежего воздуха, недостаточного размера оконных проемов, просит признать нарушением незаконных действия (бездействие) ответчика в части условий содержания в ИВС, взыскать компенсацию в размере 20 000 руб.

Определениями суда к участию в деле в качестве административного ответчика привлечены МВД РФ, ОМВД России по г. Ухте.

Административный истец ФИО1, будучи опрошенным в соответствии со ст. 142 КАС РФ с использованием системы видеоконференц-связи, на удовлетворении заявленных требований настаивает.

Представитель административного ответчика ОМВД России по г. Ухте ФИО2 исковые требования не признала.

Представитель административного ответчика МВД по РК в письменном отзыве с исковыми требованиями не согласился.

Исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно ст. 21 Конституции Российской Федерации никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию.

В соответствии со ст. 1069 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

В соответствии со ст. 4 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации каждому заинтересованному лицу гарантируется право на обращение в суд за защитой нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов, в том числе в случае, если, по мнению этого лица, созданы препятствия к осуществлению его прав, свобод и реализации законных интересов либо на него незаконно возложена какая-либо обязанность, а также право на обращение в суд в защиту прав других лиц или в защиту публичных интересов в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом и другими федеральными законами.

Согласно ст. 218 КАС РФ гражданин, организация, иные лица могут обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями (включая решения, действия (бездействие) квалификационной коллегии судей, экзаменационной комиссии), должностного лица, государственного или муниципального служащего, если полагают, что нарушены или оспорены их права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению их прав, свобод и реализации законных интересов или на них незаконно возложены какие-либо обязанности. Гражданин, организация, иные лица могут обратиться непосредственно в суд или оспорить решения действия (бездействие) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, в вышестоящие в порядке подчиненности орган, организацию, у вышестоящего в порядке подчиненности лица либо использовать иные внесудебные процедуры урегулирования споров.

Согласно п. 1 ст. 227.1 КАС РФ лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном настоящей главой, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.

Согласно ст. 4 Федерального закона от 15 июля 1995 года №103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией Российской Федерации, принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей.

Изоляторы временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел относятся к местам содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых, предназначены для содержания под стражей задержанных по подозрению в совершении преступлений, являются подразделениями полиции и финансируются за счет средств федерального бюджета (ст. 7 и 9 Федерального закона от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений»).

Права подозреваемых и обвиняемых закреплены в ст. 17 Федерального закона от 15 июля 1995 года №103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений».

В силу ст. 17.1 Федерального закона от 15 июля 1995 года№103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» подозреваемый, обвиняемый в случае нарушения предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий их содержания под стражей имеют право обратиться в порядке, установленном Кодексом административного судопроизводства Российской Федерации, в суд с административным исковым заявлением к Российской Федерации о присуждении за счет казны Российской Федерации компенсации за такое нарушение.

Компенсация за нарушение условий содержания под стражей присуждается исходя из требований заявителя, с учетом фактических обстоятельств допущенных нарушений, их продолжительности и последствий и не зависит от наличия либо отсутствия вины органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих.

В соответствии с пунктами 42, 43 и 45 Правил внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, утвержденных Приказом Министерства внутренних дел Российской Федерации от 22 ноября 2005 года №950, подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, пожарной безопасности, нормам санитарной площади в камере на одного человека, установленным Федеральным законом. Подозреваемые и обвиняемые обеспечиваются для индивидуального пользования: спальным местом; постельными принадлежностями: матрацем, подушкой, одеялом; постельным бельем: двумя простынями, наволочкой. Камеры ИВС, помимо прочего, оборудуются индивидуальными нарами или кроватями; санитарным узлом с соблюдением необходимых требований приватности; краном с водопроводной водой; бачком для питьевой воды; радиодинамиком для вещания общегосударственной программы; светильниками дневного и ночного освещения закрытого типа; приточной и (или) вытяжной вентиляцией.

В силу п. 8.1.1 СанПиН 2.1.2.2645-10. Санитарно-эпидемиологических требований к условиям проживания в жилых зданиях и помещениях. Санитарно-эпидемиологические правила и нормативы, утвержденных постановлением Главного государственного санитарного врача Российской Федерации от 10 июня 2010г. №64 (утратил силу с 01 марта 2021 года в связи с изданием Постановления Правительства Российской Федерации от 8 октября 2020г. №1631, но действовавшего в рассматриваемый период), в жилых зданиях следует предусматривать хозяйственное, питьевое и горячее водоснабжение, а также канализацию и водостоки.

Организация деятельности учреждений, осуществляющих принудительное содержание, должна осуществляться таким образом, чтобы она обеспечивала уважение достоинства заключенных независимо от финансовых и материально-технических трудностей. Ответчик не может ссылаться на финансовые трудности в оправдание невозможности надлежащей организации условий содержания в изоляторах временного содержания.

Материалами дела установлено, что административный истец ФИО1 помещен в ИВС ОМВД России по г. Ухте 15 августа 2016г. в 08.40 (камера №10), 16 августа 2016г. в 17.55 этапирован в СИЗО-2 (г. Сосногорск).

Доставлялся в ИВС ОМВД России по г. Ухте:

-13.10.2016г. – с 10.05 до 18.10 (камера №2);

-27.10.2016г. – с 09.25 до 16.55 (камера №9);

-09.11.2016г. – с 09.40 до 16.45 (камера №6);

-09.12.2016г. – с 08.45 до 14.35 (камера №7);

-29.12.2016г. – с 09.50 до 17.40 (камера №1);

-10.01.2017г. – с 09.40 до 17.10 (камера №7);

-31.01.2017г. – с 10.10 до 17.25 (камера №2);

-16.02.2017г. – с 10.05 до 16.30 (камера №12);

-28.03.2017г. – с 09.30 до 17.00 (камера №2);

-03.04.2017г. – с 09.35 до 16.10 (камера №7);

-11.04.2017г. – с 09.50 до 17.15 (камера №7);

-26.04.2017г. – с 09.30 до 17.35 (камера №1).

Всего административный истец содержался в ИВС ОМВД России по г. Ухте в течение 14 дней.

Изолятор временного содержания расположен в здании ОМВД России по г. Ухте (<...>), год постройки 1975, расположен в цокольном, полуподвальном помещении, имеет 12 камер. Каждая камера оборудована окном, снаружи окна оборудованы противопомеховыми козырьками, помимо естественного освещения в камерах установлены светильники дневного и ночного освещения.

Согласно акта проверки санитарно-эпидемиологического состояния помещений и лицензионного ведомственного контроля медицинской деятельности в ОМВД России по г. Ухте от 19.10.2022г. №20, в камерах ИВС имеется естественное освещение; искусственное освещение соответствует требованиям п. 143 СанПин 1.2.3685-21 «Гигиенические нормативы и требования к обеспечению безопасности и безвредности для человека факторов среды обитания»; в камерах имеется механическая вытяжная вентиляция в рабочем состоянии; имеются условия для проведения естественного проветривания в камерах (форточки на окнах).

Тем самым доводы иска о ненадлежащем оборудовании оконных проемов, недостаточности естественного освещения, вентиляции отклоняются судом как необоснованные.

Рассматривая доводы иска об отсутствии горячего водоснабжения суд учитывает следующее.

Пунктом 48 Правил внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, утвержденных Приказом Министерства внутренних дел Российской Федерации от 22 ноября 2005 года N 950, предусмотрено, что при отсутствии в камере системы подачи горячей водопроводной воды горячая вода (температурой не более +50 °C), а также кипяченая вода для питья выдаются ежедневно с учетом потребности.

Камеры оборудованы индивидуальными спальными местами, умывальниками с подводом холодной воды. В связи с отсутствием подведения горячей воды, лицам, содержащимся в камерах, горячая вода выдается по требованию (при потребности). Санитарный пропускник оборудован котлом для подогрева холодной воды. Не реже одного раза в неделю предоставляется помывка в душе продолжительностью не менее 15 минут.

Вышеизложенное подтверждается отзывом ответчика, справками должностных лиц, фотографиями, иными сведениями и документами.

У суда не имеется оснований не доверять предоставленным сведениям.

Третий кассационный суд общей юрисдикции в определении от 01.09.2021г. №88-13754/2021 в подобной ситуации не усмотрел нарушений прав истца, отбывающего наказание в ФКУ ИК-24 (г. Ухта), в связи с отсутствием горячего водоснабжения в отряде.

В постановлении по делу «Торреджиани и другие против Италии» (Torreggiani and Others v. Italy) от 8 января 2013г., жалоба №43517/09 и шесть других) Европейский суд по правам человека пришел к выводу о том, что серьезная нехватка пространства, которой семь заявителей подвергались в течение периодов от 14 до 54 месяцев, что само по себе составляет обращение, противоречащее Конвенции, по-видимому, усугублялось иными условиями. Отсутствие горячей воды в обоих учреждениях в течение длительных периодов и плохое освещение и вентиляция в камерах тюрьмы хотя и не составляли сами по себе бесчеловечного и унижающего достоинство обращения, тем не менее причиняли заявителям дополнительные страдания. Если принять во внимание также длительность лишения свободы заявителей, условия содержания под стражей подвергли их страданиям, выходящим за рамки неизбежного уровня интенсивности страданий, присущего содержанию под стражей.

Между тем, суд учитывает, что истец содержался в ИВС в условиях отсутствия горячего водоснабжения в камерах в течение 14 дней. Следовательно, факт отсутствия горячего водоснабжения в помещениях ИВС в течение такого непродолжительного периода времени не является обстоятельством, влекущим необходимость взыскания компенсации за нарушение условий содержания. По делу не оспаривается, что данный недостаток компенсировался возможностью регулярной помывки истца. Доказательств наличия ограничений на помывку заявителем не представлено. В материалы дела истцом не представлено доказательств его обращения к администрации учреждения за предоставлением горячей воды для этих целей, и отказа администрации в удовлетворении его обращения. Заявитель не ссылался на ограничения его администрацией учреждения в правах на пользование баней и недостатка горячей воды, что соответствует ч. 3 ст. 101 УИК РФ и п. 48 ПВР в части принятия администрацией дополнительных компенсационных мер с учетом потребностей осужденных для поддержания удовлетворительной степени личной гигиены.

Суд приходит к выводу о не установлении нарушений, безусловно отличающихся по своему характеру от признанных выше в качестве нарушений условий содержания, учитывая, что истец обратился в суд за защитой своих прав по истечении длительного времени (спустя 6 лет). Обратное, по убеждению суда, приведет к возложению на ответчика неблагоприятных последствий невозможности представления сведений, подтверждающих соблюдение надлежащих условий содержания истца, в связи с уничтожением в установленном законом порядке ряда соответствующих документов.

В соответствии с пунктами 94, 95 ПВР ИВС при ежедневном обходе камер представители администрации ИВС принимают от подозреваемых и обвиняемых предложения, заявления и жалобы как в письменном, так и в устном виде. Не допускается преследование в любой форме подозреваемых и обвиняемых за обращение с предложениями, заявлениями или жалобами в связи с нарушением их прав и законных интересов. Должностные лица ИВС, виновные в таком преследовании, несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации. Предложения, заявления и жалобы, принятые в устной и письменной форме, записываются в соответствующий журнал регистрации, ведущийся в канцелярии территориальных органов МВД России или ИВС, и докладываются лицу, ответственному за их разрешение.

Суд принимает во внимание отсутствие со стороны административного истца жалоб на неисправность вентиляции, недостаточность естественного освещения в камерах и другие условия его содержания в изоляторе, которые обозначены им в качестве ненадлежащих.

Тем самым, истец, не обращаясь за судебной защитой предполагаемого нарушенного права в течение длительного срока, способствовал созданию ситуации невозможности представления стороной административного ответчика ряда доказательств по делу.

В соответствии с п. 1 ст. 227 КАС РФ решение об удовлетворении требования о признании оспариваемого решения, действия (бездействия) незаконным принимается при установлении двух условий одновременно: решение, действие (бездействие) не соответствует нормативным правовым актам и нарушает права, свободы и законные интересы административного истца.

Следовательно, признание незаконным действий (бездействия) и решений органов и должностных лиц возможно при несоответствии их нормам действующего законодательства одновременно с нарушением права, свобод и законных интересов административного истца.

Установленные обстоятельства, безусловно, свидетельствуют об отсутствии со стороны администрации учреждения нарушения прав административного истца на материально-бытовое санитарно-эпидемиологическое обеспечение и обеспечение ежедневной прогулкой.

С учетом изложенного, отсутствуют правовые основания для вывода о том, что приведенные выше отклонения унижали достоинство заявителя и причиняли ему расстройства и неудобства, степень которых превышала неизбежный уровень страдания, неотъемлемый для содержания в исправительных учреждениях с учетом режима места принудительного содержания, и являются основанием для компенсации за ненадлежащие условия содержания.

Согласно разъяснению, содержащемуся в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

Из приведенных правовых норм и акта их толкования следует, что в случае очевидного отклонения действий участников гражданского оборота от добросовестного поведения, в том числе путем предъявления надуманных исковых требований, суд обязан дать надлежащую правовую оценку таким действиям и при необходимости вынести этот вопрос на обсуждение сторон.

Следовательно, вышеперечисленные в исковом заявлении условия содержания не достигли той степени «суровости» и не причиняли истцу таких нравственных страданий, которые позволили бы вести речь о взыскании компенсации в размере, указанном самим заявителем в иске.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и взаимосвязи по правилам КАС РФ, руководствуясь нормами материального права, регулирующими спорные правоотношения, достоверно установив то обстоятельство, что материально-бытовое обеспечение истца соответствовало предъявляемым требованиям, что не противоречит установленным законом требованиям, суд полагает заявленные им требования о компенсации не обоснованными.

Как отметил Верховный Суд Россйской Федерации в определении от 14.11.2017г. №84-КГ17-6 процесс содержания лица под стражей или отбывания им наказания законодательно урегулирован, осуществляется на основании нормативно-правовых актов и соответствующих актов Министерства юстиции Российской Федерации, которыми регламентированы условия содержания, права и обязанности лиц, содержащихся под стражей или отбывающих наказание, а также права и обязанности лиц, ответственных за их содержание.

При этом Верховный Суд Российской Федерации указал, что содержание на законных основаниях лица под стражей или отбывание им наказания в местах, соответствующих установленным государством нормативам, заведомо не может причинить физические и нравственные страдания, поскольку такие нормативы создавались именно с целью обеспечить не только содержание в местах лишения свободы или под стражей, но и обеспечить при этом соблюдение прав лиц, оказавшихся в них вследствие реализации механизма государственного принуждения.

В п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ №5 от 10.10.2003г. «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации» в практике применения Конвенции о защите прав человека и основных свобод Европейским Судом по правам человека к «бесчеловечному обращению» относятся случаи, когда такое обращение, как правило, носит преднамеренный характер, имеет место на протяжении нескольких часов или когда в результате такого обращения человеку были причинены реальный физический вред либо глубокие физические или психические страдания.

Пребывание гражданина в пенитенциарных учреждениях неизбежно связано с различными лишениями и ограничениями, поэтому не всякие ссылки административного истца на подобные лишения и ограничения объективируются в утверждение о том, что он подвергся бесчеловечному или унижающему достоинство обращению со стороны государства. При установлении наличия или отсутствия физических и нравственных страданий, а также при оценке их характера и степени необходимо учитывать индивидуальные особенности потерпевшего и иные заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела.

Такими обстоятельствами могут являться длительность пребывания потерпевшего в местах лишения свободы или в местах содержания под стражей, однократность (неоднократность) такого пребывания; половая принадлежность лиц, присутствующих при осуществлении потерпевшим санитарно-гигиенических процедур в отсутствии приватности; состояние здоровья и возраст потерпевшего; иные обстоятельства.

Конституция Российской Федерации презюмирует добросовестное выполнение органами государственной власти возлагаемых на них Конституцией и федеральными законами обязанностей и прямо закрепляет их самостоятельность в осуществлении своих функций и полномочий (ст. 10).

Таким образом, у суда первой инстанции не имеется оснований не доверять представленным административными ответчиками доказательствам.

Согласно позиции вышестоящих судов меры, связанные с лишением свободы, зачастую включают в себя элемент неизбежного страдания или унижения, тем не менее государство должно обеспечить содержание лица в условиях, совместимых с уважением его человеческого достоинства, и способ и метод исполнения этой меры наказания не должны подвергать его душевным страданиям и трудностям в той степени, которая превышает неизбежный уровень страданий, свойственных лицу, содержащемуся под стражей, чтобы с учетом практических требований лишения свободы его здоровье и благополучие не подвергались угрозе.

Принимая во внимание сложившуюся судебную и межгосударственную практику, неправомерное обращение с человеком должно нести в себе некий минимум жестокости, чтобы на акт такого обращения распространялось действие ст. 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод. В своей практике суд относит обращение с тем или иным лицом к категории «бесчеловечного» только в случае преднамеренного характера такого обращения.

Суд отмечает, что ст. 3 Конвенции закрепляет одну из основополагающих ценностей демократического общества. Она в абсолютных выражениях запрещает пытки или бесчеловечное или унижающее достоинство обращение или наказание, независимо от обстоятельств или поведения жертвы. Для отнесения к сфере действия ст. 3 Конвенции жестокое обращение должно достигнуть минимального уровня суровости. Оценка указанного минимального уровня относительна и зависит от всех обстоятельств дела, таких как длительность обращения, его физические и психологические последствия и, в некоторых случаях, пол, возраст и состояние здоровья жертвы. Жестокое обращение, которое достигает такого минимального уровня суровости, обычно включает в себя реальные телесные повреждения или интенсивные физические или нравственные страдания.

По делу подобные обстоятельства не установлены.

При таких обстоятельствах именно истцу следует доказать, что условия содержания в исправительном учреждении, не обеспечивали нормальные условия для жизни, оказывая негативное воздействие на его здоровье или нормальный жизненный уровень, что сделано не было.

В нарушение требований ст. 62 КАС РФ доказательства, которые свидетельствовали бы о том, что условия содержания фактически не обеспечивали охрану здоровья или нормальный жизненный уровень в условиях отбывания уголовного наказания, суду не представлены.

Наличие признаков бесчеловечного обращения из материалов дела также не усматривается.

Поэтому даже признание судом ненадлежащими условия содержания в части отсутствия горячего водоснабжения и т.п. само по себе не означает констатацию нарушения личных неимущественных прав истца, включая право на гигиеническое обеспечение, охрану здоровья, поскольку установление одного лишь факта несоблюдения ответчиком утвержденных норм содержания осужденных к лишению свободы недостаточно для удовлетворения требований истца о взыскании компенсации морального вреда.

Оценивая доказательства в их совокупности, суд не находит оснований к удовлетворению заявленных требований, поскольку в дело не представлены доказательства того, что действия администрации исправительного учреждения противоречили действующему законодательству и рекомендациям Комитета Министров Rec(2006)2 государствам - членам Совета Европы о Европейских пенитенциарных правилах, нарушали права и свободы заявителя, в том числе причинили ему нравственные страдания.

Претерпевание осужденным, отбывающим наказание в исправительных учреждениях, либо лицом, заключенным под стражу, определенных нравственных и физических страданий, учитывая факт нахождения под стражей и наличие неизбежного элемента страдания и унижения, связанного с применением данной формы правомерного обращения, является неизбежным следствием исполнения уголовного наказания в виде лишения свободы и не может служить основанием применения положений ст. 1100 ГК РФ, определяющей основания компенсации морального вреда независимо от вины причинителя.

В нарушение ст. 62 КАС РФ административным истцом не представлены доказательства нарушения его прав и законных интересов вышеуказанными действиями администрацией исправительного учреждения.

При изложенных обстоятельствах основания удовлетворения заявленных требований отсутствуют.

Руководствуясь ст. ст. 175, 177, 227, 227.1 КАС РФ,

решил:

В удовлетворении административных исковых требований ФИО1 к МВД Российской Федерации, МВД по Республике Коми, ИВС ОМВД России по г. Ухте и ОМВД России по г. Ухте о признании действий (бездействия) незаконным, взыскании компенсации за нарушение условий содержания– отказать.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Коми через Ухтинский городской суд в течение месяца с момента изготовления мотивированного текста (мотивированное решение – 4 июля 2023г.).

Судья В.И. Утянский