Апелляционное определение по делу № 22-3650/2023 от 20.07.2023.

Судья Есипов Д.И. Дело № 22-3650/2023

Докладчик – судья Лукаш Е.В.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Новосибирск 20 июля 2023 года

Судебная коллегия по уголовным делам Новосибирского областного суда

в составе:

председательствующего Лукаш Е.В.,

судей Ефремовой О.В., Костогладова С.В.,

при секретарях Ермолаевой А.В., Соколовой Н.А., Ильиной Ю.В.,

с участием:

государственного обвинителя Богера Д.Ф.,

осужденного БЕП,

защитника - адвоката Конкина И.В.,

потерпевшей ФИО1 №2,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционное представление государственного обвинителя Сидоровой Ю.Н. и апелляционную жалобу потерпевшей ФИО1 №2 на приговор <данные изъяты> районного суда Новосибирской области от 03 мая 2023 года в отношении

БЕП, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес>, гражданина РФ, не судимого,

установил а:

по настоящему приговору БЕП осужден:

-по ч.1 ст.109 УК РФ к 1 (одному) году исправительных работ с удержанием 5 % из заработной платы осужденного в доход государства, на основании п. «а» ч.1 ст.78 УК РФ, п.3 ч.1 ст.24 УПК РФ БЕП освобожден от назначенного наказания в связи с истечением срока давности привлечения к уголовной ответственности;

-по ч.1 ст. 166 УК РФ к 2 (двум) годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Зачтено в срок отбывания наказания, назначенного по ч.1 ст.166 УК РФ время нахождения БЕП под домашним арестом с 29.12.2020 до 14.05.2021 из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день лишения свободы (ч.3.4. ст.72 УК РФ), время содержания под стражей с 03.11.2020 по 28.12.2020, с 14.05.2021 по 03.05.2023 из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима (п. «б» ч.3.1 ст.72 УК РФ).

Приговором суда БЕП от отбывания наказания в виде лишения свободы освобожден ввиду поглощения срока назначенного наказания временем нахождения под домашним арестом и содержания под стражей, засчитанным на основании ч. 3.1 и 3.4 ст. 72 УК РФ.

Мера пресечения БЕП в виде заключения под стражу отменена, БЕП освобожден из-под стражи в зале суда.

Взыскано с БЕП в пользу ФИО1 №2 500 000 рублей в счет компенсации морального вреда, причиненного преступлением.

Взыскано в пользу ФИО1 №2 из федерального бюджета в счет возмещения расходов на оплату услуг представителя 160 000 рублей.

Разрешен вопрос о судьбе вещественных доказательств и процессуальных издержках.

Обжалуемым приговором БЕП признан виновным и осужден за то, что в период с 11 часов 00 минут 27 октября 2020 года до 09 часов 00 минут 28 октября 2020 года в помещении бытовки, расположенной на территории пилорамы, находящейся в 250 метрах юго-восточного направления от <адрес>, из личных неприязненных отношений, причинил по неосторожности смерть БНИ, а именно нанес стоящему около дивана БНИ один удар рукой в жизненно важную часть тела - голову, от чего БНИ упал на диван и перестал подавать признаки жизни, чем причинил БНИ телесное повреждение в виде изолированного перелома костей носа с подвывихом или переломом хрящевого отдела носовой перегородки (легкий вред здоровью), в результате чего смерть потерпевшего БНИ наступила от аспирации (вдыхания) крови, осложнившейся острым респираторным дистресс-синдромом.

Кроме этого, БЕП осужден за то, что после смерти БНИ совершил угон, то есть неправомерное завладение автомобилем марки «КИА Спортейдж», с государственным регистрационным знаком <данные изъяты>, 154 регион, принадлежащим БНИ, без цели хищения, а именно подошел к месту парковки указанного автомобиля на территории пилорамы, сел на водительское сидение, завел двигатель и управляя указанным автомобилем, совершил поездку от пилорамы, расположенной в 250 метрах юго-восточного направления от <адрес> по территории <адрес>, доехав до <адрес> <адрес>, где оставил автомобиль.

Действия БЕП по первому преступлению квалифицированы судом по ч. 1 ст. 109 УК РФ, как причинение смерти по неосторожности; по второму преступлению - по ч.1 ст. 166 УК РФ, как неправомерное завладение автомобилем без цели хищения (угон).

В ходе судебного следствия БЕП вину по предъявленному обвинению не признал, показав, что к совершению указанных преступлений он непричастен.

На приговор суда государственным обвинителем Сидоровой Ю.Н. подано апелляционное представление и дополнение к нему, а потерпевшей ФИО1 №2 подана апелляционная жалоба.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Сидорова Ю.Н. просит приговор в отношении БЕП отменить, в связи с несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам дела, существенным нарушением уголовно-процессуального закона, неправильным применением уголовного закона, назначением чрезмерно мягкого, несправедливого наказания.

По доводам государственного обвинителя, суд необоснованно переквалифицировал действия БЕП с ч.1 ст.105 УК РФ на ч.1 ст.109 УК РФ, дал неверную оценку доказательствам, исследованным в ходе судебного следствия, назначил незаконное и мягкое наказание.

Ссылается на показания БЕП в качестве подозреваемого от 7 ноября 2020 года, согласно которым 27 октября 2020 около 20-00ч. в бытовке он ладонью руки оттолкнул БНИ в лицо, от чего тот присел на диван, из носа потекла кровь, он (БЕП) проверил пульс у БНИ, пульс не прощупывался, после чего он отвез тело БНИ на его автомобиле в овраг, где и оставил его. Аналогичные обстоятельства Б рассказывал свидетелям Свидетель №22, Свидетель №23, Свидетель №31 В своих показаниях БЕП не отрицал, что 27 октября 2020 года распивал спиртное с БНИ, который был сильно пьян.

Обращает внимание на заключение комиссии экспертов № 722/21, согласно выводам которого для пациентов с инплантированным однокамерным электростимулятором и диагнозом как у БНИ неожиданное спонтанное обильное кровотечение из носа не характерно, смерть БНИ наступила в результате аспирации крови, которая является последствием травмы носа от удара тыльной стороной ладони. Аспирация (вдыхание) крови произошла в результате суммарного действия факторов – носового кровотечения, алкогольного опьянения и положения пострадавшего сидя с запрокинутой головой.

Ссылается на совокупность исследованных и приведенных в приговоре доказательств, подтверждающих причастность БЕП к преступлениям, а также на то, что получение потерпевшим БНИ телесных повреждений и наступление его смерти при иных обстоятельствах, не связанных с действиями БЕП, материалами дела не установлено.

Указывает на то, что версии БЕП об обстоятельствах исчезновения БНИ, обнаружения крови Б и Бат в помещении бытовки, в автомобиле «Киа Спортейдж», о принадлежности обнаруженных фрагментов одежды, были проверены в ходе предварительного и судебного следствия и не нашли своего подтверждения, при том, что в ходе следствия БЕП давал противоречивые показания, относительно инкриминируемых ему деяний, а также выдвигал различные версии причастности иных лиц к исчезновению потерпевшего, не представив никаких данных, подтверждающих его доводы.

Указывает на то, что показания БЕП в качестве подозреваемого от 07.11.2020 подтверждаются показаниями потерпевших ФИО1 №2, ФИО1 №1, свидетелей Свидетель №2, Свидетель №6, Свидетель №32, Свидетель №15, Свидетель №21, Свидетель №19, Свидетель №18, Свидетель №28, Свидетель №17, Свидетель №16, Свидетель №31, Свидетель №20, Свидетель №22, Свидетель №23, Свидетель №30, Свидетель №35, Свидетель №36, Свидетель №34, а также заключениями экспертов, протоколами осмотра места происшествия, предметов и документов, в которых зафиксированы обстоятельства, подтверждающие показания БЕП, а также наличие крови БЕП в автомобиле потерпевшего в районе водительского сидения, крови потерпевшего на обуви БЕП, в бытовке на диване, в багажнике автомобиля.

Полагает, что к своим действиям и наступлению смерти БНИ БЕП относился безразлично, в связи с чем его действия следует квалифицировать по ч.1 ст.105 УК РФ.

Кроме того, судом при назначении наказания по обоим преступлениям в полном объеме не учтены обстоятельства преступления, а именно то, что БЕП, убедившись в смерти БНИ, отвез тело потерпевшего на автомобиле, принадлежащем потерпевшему в овраг, где оставил его.

Обращает внимание на личность БЕП, который участковым уполномоченным, администрацией сельсовета и жителями села характеризуется отрицательно, как агрессивный, мстительный человек.

По мнению автора представления о наличии у БЕП умысла на убийство свидетельствуют действия осужденного: осознавая, что потерпевший БНИ находится в состоянии алкогольного опьянения, наносит ему удар рукой в жизненно важную часть тела - голову, от которого Бат сел на диван, у него потекла кровь из носа. При этом оснований полагать о случайном характере причиненного потерпевшему повреждения не имеется, учитывая возраст и состояние здоровья потерпевшего, нахождение потерпевшего в состоянии алкогольного опьянения. Б не пытался оказать помощь Бат, спасти его. Проверив, что пульс у Бат не прощупывался, переместил Бат в багажник автомобиля, предпринял все действия по сокрытию тела Бат, которые привели к тому, что тело не обнаружено органами предварительного следствия до настоящего времени.

Указывает на то, что между противоправными действиями БЕП по нанесению удара в область головы, повлекшего причинение изолированного перелома костей носа с подвывихом или переломом хрящевого отдела носовой перегородки, и наступившими последствиями в виде аспирации (вдыхания) крови, осложнившейся острым респираторным дистресс-синдромом, повлекшей смерть потерпевшего, установлена прямая причинно - следственная связь.

Полагает, что действия БЕП необходимо правильно квалифицировать по ч.1 ст. 105 УК РФ, как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку. Указывает на то, что с учетом необоснованной квалификацией действий осужденного, суд назначил БЕП незаконное, мягкое наказание, освободив от наказания. Полагает, что судом при назначении наказания по 1 и 2 преступлениям в полном объеме не учтены обстоятельства преступлений, то, что БЕП нанес удар потерпевшему в голову и убедившись в смерти, отвез тело потерпевшего на его автомобиле в овраг, где оставил его, а также личность БЕП, который характеризуется отрицательно, вину БЕП не признал, вводил органы предварительного расследования и суд в заблуждение относительно обстоятельств исчезновения БНИ и обнаружения следов преступления, полагает назначенное ему наказание несправедливым.

В апелляционной жалобе потерпевшая ФИО1 №2 просит приговор суда отменить, квалифицировать действия БЕП по ч.1 ст. 105 УК РФ, назначить ему максимальное наказание, либо направить материалы дела на новое судебное разбирательство.

По доводам жалобы, органами следствия фактические обстоятельства пропажи БНИ установлены верно, поскольку БЕП был последним, кто видел БНИ, из его же показаний, данных в присутствии адвоката, следует, что именно от его действий наступила смерть БНИ При этом БЕП не только пытался скрыть свое преступление, но и представить все в выгодном для себя свете, он вывез тело БНИ в овраг, назвал место, однако каких-либо доказательств этому не имеется. Поиски БНИ на местности не дали никаких результатов. Части одежды БНИ были обнаружены в поле свидетелем Свидетель №25 при производстве посевных работ. В багажнике автомобиля обнаружены носки БНИ со следами крови. Указанные факты свидетельствуют о том, что БЕП пытался скрыть следы преступления, что, по мнению автора жалобы, свидетельствует о совершении им умышленного убийства.

При этом потерпевшая ставит под сомнение показания БЕП в части того, что он испугался внезапной смерти БНИ, поскольку после убийства БНИ совершил последовательные, продуманные и хладнокровные действия.

Обращает внимание на то, что без ответа остался ряд вопросов: почему одежда БНИ обнаружена в разных местах, а тело вовсе не найдено, почему БЕП не обратился за помощью, когда БНИ стало плохо.

Ссылаясь на показания свидетелей Свидетель №23, С, Свидетель №22 и Свидетель №29, которым БЕП сообщил о том, что вывез труп подальше от деревни, чтобы его не нашли, полагает, что данные показания свидетельствуют об умысле БЕП на совершение преступления.

Указывает на несостоятельность показаний БЕП о его непричастности к преступлениям, учитывая, что биологические следы и кровь БНИ и БЕП обнаружены по всему помещению бытовки, на сапогах БЕП, в машине, на других предметах. О том, что накануне произошедшего БНИ поранился, членам семьи ничего не известно.

Обращает внимание на то, что БЕП пытался скрыть следы преступления: накрыл диван, прибрал посуду, топил печь (очевидно, что что-то сжигал), версии БЕП не подтверждались объективными данными, чему не дана оценка судом при квалификации его действий.

С учетом указанных обстоятельств, потерпевшая полагает, что действия БЕП не являлись неосторожными, а напротив он действовал умышленно и продуманно.

Указывает на то, что на голове БЕП обнаружена рана, которая была, вероятно, получена в результате защиты БНИ от противоправных действий БЕП, в связи с чем не согласна с выводами суда о признании смягчающим наказание БЕП – противоправного поведения потерпевшего, учитывая также, что БНИ по характеру был спокойный, не агрессивный, оснований ему первому наносить удар БЕП не имелось. Тогда как БЕП характеризуется исключительно отрицательно, как агрессивный, мстительный, вспыльчивый человек.

Обращает внимание на то, что по причине того, что БЕП спрятал тело БНИ, семья лишена возможности достойно его похоронить. Полагает необоснованной переквалификацию судом действий БЕП на ст. 109 УК РФ, что повлекло назначение ему несправедливого и чрезмерно мягкого наказания.

В возражениях на апелляционное представление и апелляционную жалобу адвокат ЕЮА и осужденный БЕП указывают на то, что суд на основе материалов дела пришел к обоснованному выводу об отсутствии доказательств наличия у БЕП умысла на убийство БНИ, указывают на то, что достоверных и достаточных доказательств, подтверждающих причину смерти БНИ не установлено, в виду отсутствия трупа потерпевшего, ссылаются на непричастность БЕП к совершению преступлений, просят приговор суда оставить без изменения, а апелляционное представление и апелляционную жалобу потерпевшей - без удовлетворения.

В судебном заседании прокурор БДФ и потерпевшая ФИО1 №2 поддержали доводы апелляционного представления и апелляционной жалобы; осужденный БЕП и адвокат КИВ просили оставить приговор без изменения, а апелляционное представление и апелляционную жалобу без удовлетворения.

Заслушав участников судебного заседания, проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционного представления и апелляционной жалобы, судебная коллегия не усматривает основания к их удовлетворению по следующим основаниям.

Расследование уголовного дела проведено в рамках установленной законом процедуры, с соблюдением прав всех участников уголовного судопроизводства. Рассмотрение уголовного дела проведено судом в соответствии с положениями главы 36 УПК РФ, определяющей общие условия судебного разбирательства, и глав 37-39 УПК РФ, определяющих процедуру рассмотрения уголовного дела.

Все обстоятельства, при которых БЕП совершил вышеуказанные преступления и подлежащие доказыванию по настоящему уголовному делу установлены судом правильно.

Вина БЕП в причинении БНИ смерти по неосторожности, а также в неправомерном завладении автомобилем без цели хищения, установлена в судебном заседании и подтверждается совокупностью приведенных в приговоре доказательств, полученных в установленном законом порядке, которые являются относимыми, допустимыми и достоверными.

Данные доказательства были объективно исследованы и проверены в судебном заседании и получили оценку в соответствии с требованиями ст.ст. 17, 87, 88 УПК РФ, подробно приведены в приговоре.

Все выводы суда о доказанности вины осужденного в инкриминируемом ему деянии соответствуют фактическим обстоятельствам дела, мотивированы.

Какие-либо не устраненные судом существенные противоречия в доказательствах, которые могли бы повлиять на выводы суда о доказанности вины осужденного или на иную квалификацию действий БЕП по делу отсутствуют. Всем исследованным судом доказательствам дана надлежащая оценка.

Как следует из материалов дела, все доводы стороны обвинения, в том числе о доказанности умысла БЕП на совершение убийства БНИ, были предметом тщательного исследования и проверки в ходе судебного следствия, эти доводы не соответствуют исследованным доказательствам, а потому обоснованно отвергнуты судом в приговоре с приведением убедительных мотивов принятого решения, не согласиться с которыми у судебной коллегии оснований не имеется.

Вопреки утверждениям авторов апелляционного представления и жалобы, фактические обстоятельства происшедшего, как они установлены судом, изложены в приговоре, который в своей описательной части содержит все необходимые сведения о месте, времени, способе совершения преступлений, причастности к ним осужденного и его виновности, о действиях БЕП, направленных на их совершение, а также об иных обстоятельствах, достаточных для правильной правовой оценки содеянного.

Приговор соответствует положениям ст.ст. 304 - 309 УПК РФ, в нем указаны обстоятельства преступного деяния, признанного судом доказанным, проанализированы доказательства и мотивированы выводы относительно квалификации преступлений и виновности БЕП

Содержание апелляционного представления по существу повторяет процессуальную позицию стороны обвинения в судебном заседании, которая была в полном объеме проверена при рассмотрении дела судом первой инстанции и отвергнута как несостоятельная после исследования всех юридически значимых обстоятельств с приведением выводов, опровергающих доводы государственного обвинителя.

Доводы апелляционного представления и жалобы в основном сводятся к переоценке исследованных судом доказательств, установленных фактических обстоятельств дела и выводов суда относительно юридической оценки действий осужденного БЕП, для чего оснований не имеется.

В подтверждение вины БЕП в причинении смерти потерпевшему по неосторожности, а также в неправомерном завладении автомобилем без цели хищения (угоне), суд обоснованно сослался на показания БЕП, данные им в ходе предварительного следствия и в ходе судебного заседания в части, не противоречащей установленным судом обстоятельствам дела, показания потерпевших ФИО1 №2 и ФИО1 №1, свидетелей Свидетель №2, Свидетель №3, Свидетель №14, Свидетель №5, Свидетель №6, Свидетель №4, Свидетель №9, Свидетель №10, Свидетель №11, Свидетель №32, Свидетель №15, Свидетель №25, Свидетель №26, Свидетель №21, Свидетель №19, Свидетель №18, Свидетель №28, Свидетель №17, Свидетель №16, Свидетель №31, Свидетель №20, Свидетель №27, Свидетель №22, Свидетель №23, ССП, Свидетель №30, Свидетель №33, Свидетель №38, Свидетель №37, Свидетель №35, Свидетель №36, Свидетель №34, Свидетель №39, материалы дела: заключения экспертов, протоколы следственных и процессуальных действий, вещественные доказательства, содержание которых подробно приведено в приговоре.

Виновность БЕП в совершении преступлений установлена также на основании его показаний, данных в ходе предварительного расследования 07.11.2020 в качестве подозреваемого и оглашенных в судебном заседании, из которых следует, что 27.10.2020 утром ему звонил потерпевший БНИ, после чего он пришел на территорию пилорамы, вместе с потерпевшим они поехали на машине БНИ в магазин, где купили бутылку коньяка «Барклай», после чего вернулись на пилораму, где в бытовке вместе с Бат распили коньяк, около 16 часов они на машине потерпевшего снова ездили в магазин, где купили торт, который потом ели в бытовке на пилораме. Около 20 часов он находился вместе с потерпевшим в бытовке на территории пилорамы, где БНИ, когда он растапливал печь, ударил его по голове пустой бутылкой, отчего у него образовалась рана и пошла кровь из головы, а когда он встал, потерпевший вновь замахнулся и он тыльной стороной ладони оттолкнул БНИ от себя, ладонью попал ему в лицо, отчего БНИ стал пятиться назад и присел на диван, а из носа у БНИ текла кровь. Он подошел к потерпевшему и проверил пульс, который не прощупывался. После чего он, сильно испугавшись, вышел на улицу, посидел в машине БНИ около 10 минут, вернулся в бытовку, пульса у БНИ не было, тогда он вытащил потерпевшего из бытовки, подтащил к багажнику автомобиля потерпевшего, загрузил в багажник и отвез к оврагу, где и оставил тело. После этого, он уехал обратно в <адрес>, где поставил автомобиль БНИ на неогороженный участок сына Бат.

По убеждению судебной коллегии, суд обоснованно признал достоверными показания осужденного БЕП, данные им в ходе предварительного расследования 07.11.2020, поскольку они согласуются с совокупностью исследованных и изложенных в приговоре доказательств.

При этом, протокол допроса БЕП в качестве подозреваемого составлен в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, заверен подписями участвующих лиц без каких-либо замечаний и заявлений. БЕП был допрошен с участием защитника, перед началом допроса ему были разъяснены предусмотренные законом права, а также ст. 51 Конституции РФ, он был предупрежден о том, что его показания могут быть использованы в качестве доказательств по уголовному делу и в случае его отказа от них.

Доводы осужденного БЕП о недостоверности данных им показаний и об оговоре им себя в связи с оказанным на него психологическим и физическим давлением со стороны сотрудников полиции, а также потерпевшей ФИО1 №2, являлись предметом проверки суда первой инстанции и обоснованно отвергнуты, в том числе показаниями допрошенных в качестве свидетелей Свидетель №33, Свидетель №38, Свидетель №37, Свидетель №35, Свидетель №36, Свидетель №34, Свидетель №39, следователей Свидетель №41, Свидетель №1, из показаний которых следует, что ими либо в их присутствии сотрудниками полиции физическая сила и специальные средства в отношении БЕП не применялись, угрозы не высказывались. БЕП давал показания добровольно, в протоколах зафиксировано все с его слов, давление на него не оказывалось, он лично и его защитник ознакомились с протоколом следственного действия и удостоверили правильность сделанных в нем записей своими подписями.

Показания указанных свидетелей были судом надлежащим образом исследованы, проанализированы и получили надлежащую оценку в приговоре, не согласиться с которой оснований не имеется.

Изменению БЕП своих показаний судом дана надлежащая оценка, с которой нельзя не согласиться. Показания БЕП о том, что он к причинению смерти и неправомерному завладению автомобилем БНИ непричастен, верно отвергнуты судом как не нашедшие своего подтверждения материалами дела и правильно оценены как избранный им способ защиты своих интересов.

Оказание на БЕП давления, а также недозволенных методов ведения следствия в ходе производства по уголовному делу своего подтверждения не нашли, учитывая, что его допросы осуществлялись следователем в присутствии защитника – адвоката, что исключало оказание на него какого-либо воздействия. Из показаний свидетелей Свидетель №35, Свидетель №36, Свидетель №34 следует, что 29.10.2020, еще до доставления в отдел полиции, во время нахождения на территории пилорамы у БЕП уже имелось телесное повреждение на голове.

Следует учесть, что приговор суда не основан исключительно на показаниях осужденного БЕП, подтвердившего факт совместного нахождения с БНИ в бытовке, нанесения ему удара рукой по лицу, от которого у БНИ пошла кровь, тот сел на диван и перестал подавать признаки жизни, после чего он погрузил труп БНИ в багажник автомобиля потерпевшего и отвез его в овраг, поскольку помимо его показаний его причастность и виновность в совершении преступлений подтверждается также рядом других объективных доказательств, подробно приведенных в приговоре.

Так, придя к выводу о виновности БЕП в совершении преступлений, за которые он осужден, суд верно сослался на показания, в том числе:

- потерпевшей ФИО1 №1, из которых следует, что 27.10.2020 около 12 часов БНИ поехал на своем автомобиле «Киа» на пилораму, телесных повреждений у него не было, на здоровье он не жаловался, самопроизвольно кровь у него не шла, одет он был в серую утепленную рубашку и трикотажную пятнистую зеленую куртку. Пользоваться автомобилем потерпевший никому не разрешал. 28.10.2020 утром недалеко от огорода сына она обнаружила автомобиль потерпевшего, в котором находились все документы. ФИО1 на длительное время никуда не уезжал;

- потерпевшей ФИО1 №2, согласно которым 28.10.2020 от матери ФИО1 №1 ей стало известно, что ее отец БНИ не вернулся домой. Она с братом Свидетель №2 поехали в деревню искать отца, видели его машину, в которой находились его телефон и документы. Они искали отца, но так и не нашли. При этом, БНИ никому не разрешал управлять принадлежащим ему автомобилем. В ходе поисковых мероприятий были обнаружены вещи, принадлежащие ее отцу БНИ, которые и она и ФИО1 №1 опознали, также на диване в бытовке была обнаружена лужа крови. ФИО1 надолго и на дальние расстояния никогда не уезжал;

- аналогичные показания свидетелей Свидетель №2, Свидетель №26 и Свидетель №27, при этом из показаний Свидетель №2 следует, что при последней встрече он не видел телесных повреждений у БНИ и на здоровье тот не жаловался;

- свидетеля Свидетель №3, подтвердившей, что она видела БНИ в 20-х числах октября и телесных повреждений у него не было, потерпевший на длительное время и дальние расстояния не уезжал, своим автомобилей «Киа Спортейдж» никому не разрешал пользоваться, а если и разрешал, то только в его присутствии;

- свидетеля Свидетель №5, которая подтвердила, что потерпевшего БНИ она видела за неделю до исчезновения и телесных повреждений у него не было, на здоровье он не жаловался;

- свидетеля Свидетель №6, согласно которым в последний раз она видела БНИ 26.10.2020 в 15 часов и у него не было телесных повреждений, на здоровье он не жаловался, при этом потерпевший телефон и документы всегда носил с собой, за руль своего автомобиля никого не пускал;

- свидетеля Свидетель №17, из которых следует, что 27.10.2020 в период с 11 часов до 11.40 часов он находился на пилораме, где видел БЕП и БНИ и слышал их разговор о дне рождения, при этом телесных повреждений и крови у потерпевшего он не видел, на здоровье тот не жаловался;

- свидетеля Свидетель №16, подтвердившего, что по его указанию Свидетель №17 ездил на пилораму к БНИ;

- свидетелей Свидетель №21 и Свидетель №18, из которых следует, что 27.10.2020 до обеда к ним в магазин приходил БЕП, который искал коньяк, также он приходил в магазин около 16-17 часов, купил бутылку водки «Абсолют» и торт, при этом заходил в магазин один, но приезжал на автомобиле, за рулем которого был БНИ;

- аналогичные показания свидетеля Свидетель №19, которая подтвердила посещение БЕП магазина 27.10.2022 около 16 часов, и свидетеля Свидетель №20, показавшей, что 27.10.2020 к ней в магазин приходил БЕП и купил бутылку коньяка «Барклай»;

- свидетеля Свидетель №28 показавшего, что 31.10.2020 к нему в ночное время приезжал БЕП и рассказывал, как 27.10.2020 они вместе с БНИ вдвоем на пилораме отмечали его (БЕП) день рождения, он взял торт и коньяк. Телесных повреждений и травм у БЕП он не видел и тот по этому поводу ему ничего не говорил. Кроме того, на его вопрос о произошедшем, БЕП сказал, что это недоразумение;

- свидетеля Свидетель №22, согласно которым со слов БЕП ему известно, что 27.10.2020 БЕП и БНИ встретились на пилораме и после погрузки материала вместе поехали и купили в магазине коньяк, около 14 часов вернулись и распили его на пилораме, после чего снова съездили в магазин и купили торт, а около 17.30 часов БЕП ушел домой, а БНИ уехал, около 20 часов БЕП вновь пошел на пилораму, где в бытовке БНИ, сидя на диване, говорил, что хочет выпить, находился в состоянии сильного алкогольного опьянения, после чего БНИ нанес БЕП удар по голове пустой бутылкой, из головы БЕП обильно текла кровь. Когда БНИ снова замахивался рукой с пустой бутылкой, то БЕП ударил БНИ ладонью руки по лицу в область носа, отчего тот выронил бутылку и упал спиной на диван, схватившись за сердце, а потом развел руки в стороны. БЕП какое-то время стоял на месте, потом проверил пульс у БНИ, но пульс не прощупывался. После этого БЕП вывез труп БНИ на автомобиле потерпевшего, вернувшись, оставил автомобиль на участке сына БНИ;

- свидетеля Свидетель №23, согласно которым со слов БЕП ему известно, что в день произошедшего БЕП совместно с БНИ распивали спиртное, между ними произошел конфликт и БЕП ударил БНИ в область головы, после этого удара потерпевший упал, и у него была кровь. В помещении они были вдвоем. Увидев, что БНИ мертв, БЕП испугался, и на машине БНИ увез куда-то его труп;

- свидетеля ССП, который показал, что БЕП ему говорил, что если труп найдут, то он во всем сознается сам, а если нет, то ничего говорить не будет. Как он понял со слов БЕП, убитый жил у них в селе и имел пилораму;

- свидетеля Свидетель №31, показавшей, что от БЕП ей известно, что у него с БНИ произошел конфликт, в ходе которого БЕП ударил потерпевшего в нос и у того пошла кровь из носа;

- свидетеля Свидетель №32 о том, что со слов БЕП ей известно, что тот выпивал в свой день рождения с потерпевшим БНИ Она знает, что это БЕП совершил убийство, в котором его подозревали, но без подробностей;

- свидетеля Свидетель №30, согласно которым со слов БЕП ему известно, что тот праздновал свой день рождения 27.10.2020 в <адрес> с коллегой по работе, они выпивали, были вместе в магазине в <адрес>, после того, как отметили день рождения, коллега куда-то пропал;

- свидетеля Свидетель №15, согласно которым в конце октября он видел БЕП и потерпевшего БНИ вместе на автомобиле БНИ При этом, потерпевший был в камуфлированной куртке, автомобилем всегда управлял только потерпевший;

- свидетелей Свидетель №14, Свидетель №9, Свидетель №11, Свидетель №25, Свидетель №10, подтвердивших, что у потерпевшего БНИ был автомобиль, которым управлял только сам БНИ;

-свидетеля Свидетель №40, который показал, что представленные на обозрение одежда и предметы, изъятые в ходе осмотра места происшествия, ему не принадлежат.

Кроме этого, в подтверждение выводов о причастности осужденного БЕП к совершению преступлений и о его виновности, суд верно сослался в приговоре на материалы уголовного дела, в том числе:

- протоколы осмотров места происшествия от 29.10.2020, от 01.11.2020, от 09.12.2020, от 19.01.2021 с фототаблицами, согласно которым произведены осмотры бытовки на пилораме, расположенной в 250 м. юго-восточного направления от <адрес>Б по <адрес>, в ходе осмотров зафиксирована обстановка на пилораме и в бытовке, в ходе осмотра помещения бытовки обнаружены:

при входе в бытовку на одном из деревянных упоров (столбов) пятна вещества бурого цвета,

в комнате № 1 (кухне) в углу на полу молоток с деревянной ручкой, на которой обнаружено пятно вещества бурого цвета в виде брызги,

к стене прислонены два листа ДСП с пятнами вещества бурого цвета, диван в сложенном виде, который застелен и на верхней части матраца дивана обнаружены многочисленные следы вещества бурого цвета в виде брызг, капель, помарок,

в комнате №1 (кухне) обнаружена пустая стеклянная бутылка из-под коньяка «Барклай», объемом 0,5 литра, без видимых следов вещества бурого цвета,

на передней части печи чуть ниже топки обнаружены следы вещества бурого цвета в виде потеков,

в 2-х метрах от крыльца в снегу обнаружена и изъята пустая бутылка из-под водки «Абсолют», объемом 0,5 литра, без видимых следов вещества бурого цвета,

в топливнике печи-буржуйки обнаружена зола,

на столе обнаружена кепка светлого цвета со следами вещества бурого цвета, с загрязнениями ткани, со слов Свидетель №2 обнаруженную кепку он ранее видел у БЕП,

на ткани подушки дивана обнаружены следы вещества бурого цвета в виде потеков,

в 11 м. от крыльца в северном направлении пролегает дорога, выезд с территории пилорамы, начиная с 3-х м. от крыльца северного направления до указанной дороги обнаружены четкие следы волочения по земле в виде непрерывных борозд, вдавленных в землю, длина следов волочения 8 метров, следы заканчиваются на дороге,

справа от крыльца бытовки, на улице напротив бытовки, на досках обнаружен мобильный телефон марки LG (т.1 л.д.67-71, 72-74, т.1 л.д.96-100, 101-121, т.2 л.д.158-162, 163, 164-167, т.2 л.д.221-226, 227-232);

-протоколы осмотра места происшествия от 01.11.2020, от 29.10.2020, от 09.12.2020, от 04.03.2021 с фототаблицами, согласно которым произведены осмотры гаража, расположенного в ограде <адрес>Б по <адрес>, в ходе осмотра зафиксирована обстановка в гараже, указано, что в гараже стоит легковой автомобиль марки «Киа Спортейдж» белого цвета, государственный регистрационный знак <данные изъяты> регион, 2016 года выпуска, автомобиль опечатан следователем, свободного доступа к автомобилю нет,

-при открытии водительской двери на внутренней ее части на рамке кузова данной двери обнаружены пятна вещества бурого цвета;

-над водительским местом, под крышей расположен козырек, на котором обнаружены пятна вещества бурого цвета;

-на подлокотнике между водительским и пассажирским сидениями со стороны водительского места обнаружены пятна вещества бурого цвета;

-на переднем бампере по всей его площади имеются загрязнения, а также остатки травы;

-на пластике арки водительской двери сверху обнаружены пятна вещества бурого цвета;

-при осмотре задней части автомобиля под ручкой двери багажника с внешней стороны обнаружен смазанный грязевой след, под номерной рамкой на дверке багажника обнаружены пятна вещества бурого цвета,

-в багажнике обнаружен резиновый коврик,

-на полу багажника из ДСП, обитом ворсом обнаружена пластиковая ручка с пятном вещества бурого цвета, обнаружены пара вязаных носков со следами вещества бурого цвета, со слов ФИО1 №2 данные носки принадлежат ее отцу БНИ;

-на водительском месте обнаружен резиновый коврик под ногами с частицами почвы;

-на заднем сидении обнаружены подушка из ткани с рисунком в виде цветов с пятнами вещества бурого цвета, книга с пятнами вещества бурого цвета на поверхности (т.1 л.д.75-80, 81-83, т.1 л.д.122-126, 127-140, т.2 л.д.168-171, 172-174, т.3 л.д. 149-155, 156-163);

- протокол осмотра места происшествия от 30.10.2020 с фототаблицей, согласно которому произведен осмотр <адрес>, в ходе которого БЕП добровольно выдана одежда, в которой он был одет 27.10.2020: штаны темного цвета, пара сапог, кофта, шапка сине-бело-черного цвета, меховой жилет черного цвета. На сапогах и штанах обнаружены пятна вещества бурого цвета (т.1 л.д.84-88, 89-95);

- справку об исследовании № 2/1076 от 04.11.2020, согласно которой кровь на срезах дерева бруска упора крыльца, вырезе ткани с матраца дивана (объекты №№3, 5), смывах вещества бурого цвета с арки водительской двери произошла от БЕП, кровь на вырезе ткани с матраца дивана (объект №4) произошла от неустановленного мужчины, вероятно являющегося родственником ФИО1 №2, след, содержащий кровь, на пластиковой ручке пола багажника является смешанным и произошел от того же мужчины, что и кровь на вырезе ткани с матраца дивана (объект № 4) в совокупности с генетическим материалом, вероятно произошедшим от БЕП (т.1, л.д.178-181);

- справку об исследовании № 2/1083 от 05.11.2020 и заключение эксперта № 8007 от 15.12.2020, согласно выводам которых, на двух сапогах, представленных на исследование, обнаружены следы крови человека, которые произошли от неустановленного мужчины, вероятно являющегося родственником ФИО1 №2 по типу «родитель-ребенок» (т.1 л.д.183-184, т.4, л.д.37-46).

- справку об исследовании № 2/1085 от 05.11.2020, согласно которой кровь с рамки кузова водительской двери с внутренней части (объект № 1), кровь с козырька со стороны водительского места (объект № 2), кровь с переднего подлокотника со стороны водительского места (объект № 3) произошла от БЕП (т.1 л.д.186-189);

- заключение эксперта № 8006 от 15.12.2020, согласно выводам которого, вещество бурого цвета на марлевых тампонах со смывами: с рамки кузова водительской двери с внутренней части; с козырька со стороны водительского места; с переднего подлокотника со стороны водительского места, является кровью человека, которая произошла от БЕП (т.4, л.д.18-29).

-заключение эксперта № 8008 от 11.12.2020, согласно выводам которого на фрагментах древесины (в постановлении следователя «срез дерева с бруска упора крыльца»); на фрагменте ткани (в постановлении следователя «вырез ткани с матраца дивана») (объекты №№ 3, 5); на марлевом тампоне (в постановлении следователя «смыв вещества бурого цвета с арки водительской двери»), обнаружена кровь человека, которая произошла от БЕП; на фрагменте ткани (в постановлении следователя «вырез ткани с матраца дивана») (объект №4) обнаружена кровь человека, которая произошла от неустановленного мужчины, вероятно являющегося родственником ФИО1 №2 по типу «родитель-ребенок»; на ручке (в постановлении следователя «пластиковая ручка пола багажника») обнаружен смешанный след, содержащий кровь человека, который произошел от БЕП и того же мужчины, что и кровь на фрагменте ткани (объект №4) (т.4, л.д.54-72);

-заключение эксперта № 8558 от 30.06.2021, согласно выводам которого на шапке, изъятой у БЕП, на коврике багажника, на рабочей части молотка, на марлевом тампоне (в постановлении старшего следователя «смыв вещества бурого цвета»), условно обозначенном экспертом №1, представленных на исследование, крови человека не обнаружено,

-на носках БНИ, на штанах, кофте, жилете, изъятых у БЕП, представленных на исследование, обнаружена кровь человека, определить генетический профиль которой не представляется возможным по причине значительной деградации и низкой концентрации ДНК;

- на листе ДСП, условно обозначенном экспертом №1, обнаружена кровь человека, которая произошла от БЕП, совпадение с ДНК-профилем ФИО1 №2 по типу «родитель – ребенок» не установлено;

-на листе ДСП, условно обозначенном экспертом №2, обнаружена кровь человека, которая произошла от неустановленного мужчины, который, является родственником ФИО1 №2 по типу «родитель-ребенок». Происхождение следа от БЕП исключается.

-на марлевом тампоне (в постановлении следователя «смыв вещества бурого цвета»), условно обозначенном экспертом №2, обнаружена кровь человека, которая произошла от неустановленного мужчины, который, вероятно, является родственником ФИО1 №2 по типу «родитель-ребенок», происхождение следа от БЕП исключается;

-на рукояти молотка обнаружен смешанный след, содержащий кровь человека, который произошел от БЕП и неустановленного мужчины, чья кровь обнаружена на листе ДСП, условно обозначенном экспертом №2 и марлевом тампоне, условно обозначенном экспертами №2;

- на десяти срезах ногтевых пластин, изъятых у БЕП, обнаружен пот, с входящими в его состав эпителиальными клетками и кровь человека, которые произошли от БЕП (т.4, л.д.98-119);

- заключение эксперта № 9561 от 22.06.2021, согласно выводам которого, на бутылке из-под коньяка «Барклай» обнаружен пот с входящими в его состав эпителиальными клетками, которые произошли от неустановленного мужчины, вероятно, являющегося родственником ФИО1 №2 по типу «родитель-ребенок» (т.4, л.д.136-143);

- заключение эксперта № 913 от 30.06.2021, согласно выводам которого, на козырьке кепки обнаружена кровь человека, которая произошла не от БЕП, а от неустановленного мужчины, вероятно являющегося родственником ФИО1 №2 по типу «родитель-ребенок». На подушке с дивана из помещения бытовки пилорамы, обнаружена кровь человека, которая произошла от БЕП (т.4, л.д.165-179);

- заключение эксперта № 282 от 12.07.2021, согласно выводам которого, на «пластиковой ручке пола багажника», на фрагменте ткани с матраца дивана, на левом сапоге (объект № 7) обнаружена кровь человека (т.5, л.д.49-52);

- протоколы осмотров места происшествия от 16.04.2021, от 26.04.2021, от 28.04.2021, согласно которых произведены осмотры участков местности в <адрес>, в ходе которых обнаружены и изъяты фрагменты олимпийки, рубашка, данные фрагменты одежды потерпевшая ФИО1 №2 опознала как вещи своего отца, а свидетель Свидетель №15 показал, что в аналогичной олимпийке он ранее неоднократно видел БНИ в <адрес>, а также когда БНИ и БЕП совместно ехали в автомобиле БНИ (т.6, л.д.43-47, 48-53, т.6, л.д.69-74, 75-81, т.6, л.д.92-97, 98-105);

-заключение эксперта № 2104 от 13.05.2021, согласно выводам которого, на фрагменте одежды, названном в постановлении «фрагмент одежды (олимпийки)», представленном на исследование, обнаружена кровь человека, установить генетические признаки которой не представилось возможным (т.5, л.д.7-10);

-заключение эксперта № 2303 от 25.05.2021, согласно выводам которого, на фрагментах одежды №1-3, представленных на исследование, обнаружена кровь человека, определить генетические признаки которой не представляется возможным (т.5, л.д.18-25);

-заключение эксперта № 2525 от 24.05.2021, согласно выводам которого, на рубашке, предоставленной на исследование, обнаружена кровь человека, определить генетические признаки которой не представляется возможным по причине низкой концентрации и значительной деградации ДНК (т.5, л.д.33-38);

-протоколы осмотров изъятых предметов и документов, а также другие доказательства, полное содержание которых приведено в приговоре и которые, в соответствии с требованиями ст. ст. 87, 88 УПК РФ, суд проверил, сопоставив их между собой, и каждому из них, а также их совокупности дал надлежащую оценку, которая подробно изложена в приговоре и не вызывает сомнений в своей объективности и правильности.

При таких обстоятельствах, показания осужденного БЕП о том, что вечером БНИ он не видел, автомобилем потерпевшего не управлял, к смерти потерпевшего не причастен, его кровь и кровь БНИ могла появиться в бытовке и в автомобиле из-за ранее полученных ими ран, а имеющееся у него повреждение головы причинено ему сотрудниками полиции, верно отвергнуты судом как не нашедшие своего подтверждения материалами уголовного дела.

Исходя из совокупности исследованных в судебном заседании доказательств, причастность иных лиц к инкриминируемым БЕП деяниям, а также возможность получения потерпевшим БНИ повреждений, а также его смерть при иных обстоятельствах материалами дела не установлены.

Версии БЕП об обстоятельствах исчезновения БНИ, обнаружения крови БЕП и БНИ в помещении бытовки, в автомобиле «КИА Спортейдж», о принадлежности обнаруженных фрагментов одежды, были проверены как в ходе предварительного следствия, так и судебного следствия, и не нашли своего подтверждения.

Факт отсутствия трупа потерпевшего БНИ не свидетельствует об отсутствии в действиях осужденного состава преступления, поскольку его причастность к причинению смерти потерпевшему БНИ установлена совокупностью доказательств, исследованных в судебном заседании.

Правильно установив фактические обстоятельства дела на основе совокупности исследованных доказательств, вопреки доводам апелляционного представления и жалобы, суд дал верную юридическую оценку его действиям.

При этом, осуждая БЕП по ч. 1 ст. 109 УК РФ, суд верно учел выводы заключения комиссии экспертов №722/21 от 17.08.2021, согласно которым, в большинстве случаев кровотечение из носа не является симптомом какого-либо заболевания и возникает вследствие травматического воздействия на структуры носа с нарушением целостности сосудистой стенки. Наиболее вероятной является травма носа – изолированный перелом составляющих его костей с подвывихом или переломом хрящевого отдела носовой перегородки.

Для наступления смерти одного перелома костей носа и носового кровотечения недостаточно, смерть в данном случае может наступить в результате аспирации крови, которая невозможна без наличия обязательных условий: бессознательного состояния пострадавшего с угнетением рвотного и кашлевого рефлексов, а также положения тела, обеспечивающего затекание крови в терминальные отделы дыхательных путей (в данном случае затекание крови в дыхательные пути возможно произошло при положении потерпевшего сидя с запрокинутой назад головой). Для затекания крови в дыхательные пути необходимо наличие у него угнетения сознания. Одной из причин такого состояния может являться наличие у пострадавшего выраженной алкогольной интоксикации, что вероятнее всего, имело место в ситуации, описанной БЕП при допросе от 07.11.2020.

При этом, прямого влияния на работу электрокардиостимулятора полученные повреждения и состояние алкогольного опьянения оказать не могли. Для пациентов с подобным диагнозом и имплантированным однокамерным электрокардиостимулятором неожиданное спонтанное обильное кровотечение из носа не характерно.

В связи с чем, смерть пострадавшего БНИ наступила в результате аспирации (вдыхания) крови, осложнившейся острым респираторным дистресс-синдромом, который и явился непосредственной причиной смерти.

Аспирация (вдыхание) крови произошла в результате суммарного действия ряда факторов – носового кровотечения, алкогольного опьянения и положения пострадавшего сидя с запрокинутой головой.

Перелом костей носа по признаку кратковременного расстройства здоровья на срок не свыше 21 дня (п.8.1 Приказа Минздравсоцразвития России №194н от 24.04.2008 «Об утверждении Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека») относится к повреждениям, причинившим легкий вред здоровью.

Наступление смерти БНИ при обстоятельствах, изложенных подозреваемым БЕП при допросе 07.11.2020 возможно.

При развитии событий по указанному варианту, возможность совершать активные целенаправленные действия у потерпевшего терялась бы с объемом излившейся крови. Также следует отметить, что состояние потерпевшего усугублялось наличием вероятно имевшегося у него алкогольного опьянения, которое угнетает сознание и напрямую воздействует на координационный центр (т.5 л.д.144-202).

Анализируя представленные стороной обвинения доказательства, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу, что положенные в основу приговора доказательства получены в полном соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства, то есть являются допустимыми для доказывания обстоятельств, предусмотренных ст. 73 УПК РФ, имеют непосредственное отношение к предъявленному БЕП обвинению и в своей совокупности являются достаточными для постановления обвинительного приговора.

Сопоставив вышеуказанные доказательства между собой и с другими доказательствами, приведенными в приговоре, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что оснований не доверять вышеприведенным показаниям потерпевших и свидетелей, нет, поскольку они последовательны, непротиворечивы, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, оснований для оговора осужденного судом не установлено, и, по убеждению суда апелляционной инстанции, такие основания объективно отсутствуют.

Допрос потерпевших и свидетелей в ходе производства по уголовному делу проведен в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства, потерпевшие и свидетели были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний. Каких-либо существенных противоречий в показаниях потерпевших и свидетелей, способных повлиять на выводы суда о виновности осужденного в совершении преступлений, квалификацию его действий, а также на оценку показаний потерпевших и свидетелей, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Осмотры места происшествия проведены следователем в соответствие с требованиями ст.ст.170, 176, 177 УПК РФ, а составленные по их результатам протоколы соответствуют требованиям ст.ст.166, 180 УПК РФ.

Оперативно-розыскные мероприятия по уголовному делу были проведены в соответствии с требованиями ст.89 УПК РФ, для решения задач, при наличии оснований и с соблюдением условий, предусмотренных Федеральным законом РФ «Об оперативно-розыскной деятельности» от 12 августа 1995 года № 144-ФЗ. Документы, фиксирующие результаты оперативно-розыскных мероприятий, составлены в соответствии с требованиями закона. Результаты оперативно-розыскной деятельности в установленном порядке были предоставлены органу предварительного расследования надлежащим должностным лицом и закреплены путем производства следственных действий.

Нарушений уголовно-процессуального закона и прав осужденного, в том числе Федерального закона РФ от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», при назначении и производстве экспертиз по уголовному делу не допущено. Заключения экспертов соответствуют требованиям ст. 204 УПК РФ, согласуются с другими исследованными в судебном заседании доказательствами, экспертизы проведены обладающими специальными познаниями, компетентными, квалифицированными специалистами, имеющими необходимый стаж экспертной деятельности и соответствующие познания, с применением обоснованных методик проведения судебной экспертизы, на все поставленные вопросы экспертами даны исчерпывающие и научно обоснованные ответы, оснований не доверять выводам, изложенным в заключениях экспертов, не имеется.

Все приведенные в приговоре доказательства получены в установленном законом порядке, всесторонне, полно и объективно оценены в совокупности, согласуются между собой, не имеют существенных противоречий, не противоречат обстоятельствам совершения преступлений, установленным в судебном заседании, и подтверждают вывод суда о виновности осужденного БЕП в совершении тех действий, за которые он осужден.

Каких-либо противоречивых доказательств, которые могли бы существенно повлиять на выводы суда о виновности БЕП в совершении преступлений, за которые он осужден, и которым суд не дал оценки в приговоре, не имеется. Тот факт, что эта оценка не совпадает с позицией авторов представления и жалобы, не ставит под сомнение законность судебного решения.

Вопреки доводам апелляционного представления и жалобы, в приговоре доказательства получили надлежащую оценку в соответствии с положениями ст. 7 УПК РФ с точки зрения их относимости, допустимости, достоверности, а все собранные доказательства в совокупности - достаточности для разрешения уголовного дела.

Тщательный анализ и основанная на законе оценка исследованных в судебном заседании доказательств, в их совокупности, позволили суду правильно установить фактические обстоятельства совершенных БЕП преступлений, и прийти к правильному выводу о его виновности и о квалификации его действий по ч. 1 ст. 109 УК РФ, как причинение смерти по неосторожности, и по ч.1 ст.166 УК РФ, как неправомерное завладение автомобилем без цели хищения (угон).

Оснований для иной квалификации действий БЕП, в том числе по ч. 1 ст. 105 УК РФ, для его оправдания, прекращения уголовного дела, либо возвращения его прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ, судебная коллегия не усматривает.

Согласно закону, преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 105 УК РФ, с субъективной стороны характеризуется как совершенное с прямым или косвенным умыслом.

Как верно установлено судом в приговоре, наличие у осужденного БЕП умысла на причинение смерти БНИ исследованными в судебном заседании доказательствами не подтверждается.

Доводы апелляционного представления о том, что действия БЕП по нанесению одного удара рукой в жизненно важную часть тела – голову, причинившее телесное повреждение в виде изолированного перелома костей носа с подвывихом или переломом хрящевого отдела носовой перегородки, свидетельствует об умысле осужденного на причинение смерти потерпевшего БНИ, а также то, что осужденный предвидел возможность наступления общественно опасных последствий от своих действий в виде смерти потерпевшего, но к своим действиям и к наступлению смерти потерпевшего относился безразлично, судебная коллегия находит несостоятельными.

Как следует из заключения комиссии экспертов №722/21 от 17.08.2021 перелом костей носа по признаку кратковременного расстройства здоровья на срок не свыше 21 дня (п.8.1 Приказа Минздравсоцразвития России №194н от 24.04.2008 «Об утверждении Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека») относится к повреждениям, причинившим легкий вред здоровью, в то время как смерть потерпевшего БНИ наступила в результате аспирации (вдыхания) крови, осложнившейся острым респираторным дистресс-синдромом. При этом аспирация (вдыхание) крови, согласно указанному заключению экспертов, произошла в результате суммарного действия ряда факторов – носового кровотечения, алкогольного опьянения, которое угнетало сознание потерпевшего и напрямую воздействовало на координационный центр, а также положения пострадавшего сидя с запрокинутой головой.

При таких обстоятельствах, доказательств, свидетельствующих об умысле осужденного БЕП на причинение смерти потерпевшему, а равно на приведение его в состояние, угрожающее жизни, материалы дела не содержат и таких обстоятельств по делу объективно не установлено.

Исходя из установленных обстоятельств дела, суд пришел к правильному выводу о том, что осужденный БЕП, нанося удар рукой в жизненно важную часть тела – голову потерпевшему БНИ, не предвидел возможности наступления общественно опасных последствий в виде наступления смерти потерпевшего, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия, учитывая возраст и состояние здоровья потерпевшего, нахождение потерпевшего в состоянии алкогольного опьянения, что указывает на совершение БЕП преступления по неосторожности в форме небрежности.

При таких обстоятельствах, суд обоснованно переквалифицировал действия БЕП с ч. 1 ст. 105 УК РФ на ч. 1 ст. 109 УК РФ как причинение смерти по неосторожности.

Доводы апелляционного представления и жалобы в обоснование неверной квалификации действий БЕП о его последующем поведении, выразившемся в том, что БЕП, не оказав потерпевшему помощь и убедившись в том, что у БНИ отсутствует пульс и он перестал подавать признаки жизни, принял меры к сокрытию трупа потерпевшего, нельзя признать состоятельными, поскольку сами по себе перечисленные обстоятельства не свидетельствуют о наличии в действиях осужденного состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ.

Отрицательная характеристика личности осужденного БЕП по месту жительства также не может свидетельствовать именно об умышленном причинении смерти БНИ

Истолковав имеющиеся относительно обоснованности предъявленного по части 1 статьи 105 УК РФ обвинения сомнения в пользу БЕП и оценив все показания осужденного, потерпевших, свидетелей, заключения экспертов и письменные материалы с точки зрения относимости, допустимости, достоверности и в целом достаточности для разрешения дела по существу, суд правильно переквалифицировал действия виновного на часть 1 статьи 109 УК РФ, судебная коллегия с этим соглашается, не находит оснований для дачи содеянному иной правовой оценки и отмечает, что направленные на переоценку доказательств доводы государственного обвинителя и потерпевшей не свидетельствуют о несоответствии выводов суда установленным в ходе судебного заседания фактическим обстоятельствам дела.

Мотивом совершения преступления, следствием которого явилась смерть потерпевшего, суд верно установил наличие личных неприязненных отношений осужденного к потерпевшему БНИ, в связи с нанесением потерпевшим ему удара бутылкой по голове в ходе произошедшей между находящимися в состоянии алкогольного опьянения потерпевшим и осужденным ссоры.

Вопреки доводам жалобы потерпевшей, суд верно пришел к выводу, что действия осужденного БЕП были спровоцированы противоправным поведением потерпевшего, ударившего его бутылкой по голове, что подтверждается как показаниями осужденного БЕП, данными в ходе предварительного расследования и положенными в основу приговора, так и заключением эксперта № 142 от 27.04.2021, согласно выводам которого у БЕП обнаружена ссадина волосистой части лобной области, при этом давность ее образования не исключена 27.10.2020 (т. 5 л.д. 228-229). Исходя из показаний эксперта МДФ, данное телесное повреждение причинено тупым твердым предметом, каким могла быть и стеклянная бутылка.

При этом, доводы жалобы потерпевшей о том, что БЕП характеризовался отрицательно, а БНИ характеризовался положительно, как спокойный и неагрессивный человек, выводы суда о неправомерном поведении потерпевшего, явившегося поводом для совершения БЕП преступления, не опровергают.

Доводы потерпевшей о том, что БНИ причинил БЕП телесное повреждение в виде раны на голове, защищаясь от его противоправных действий, не могут быть признаны состоятельными, поскольку доказательств этому материалы дела не содержат.

Вместе с тем, исходя из анализа показаний осужденного, а также письменных материалов дела, судом верно установлено, что каких-либо посягательств, сопряженных с насилием, опасным для жизни и здоровья, либо создававших угрозу применения такого насилия, потерпевший БНИ в отношении БЕП не совершал, угроз причинения вреда жизни и здоровью в адрес БНИ не высказывал. Тем самым потерпевший не представлял реальной опасности для БЕП и оснований так полагать у осужденного не имелось.

В связи с чем, учитывая исследованные в ходе судебного разбирательства доказательства, суд пришел к правильному выводу о том, что БЕП не находился в состоянии необходимой обороны, а также при превышении ее пределов.

При этом, как видно из содержания приговора, судом было принято во внимание и учтено при назначении наказания осужденному противоправное поведение потерпевшего БНИ, явившееся поводом для преступления.

Как следует из протокола судебного заседания, против окончания судебного следствия в рамках исследованных доказательств стороны не возражали, каких-либо дополнений либо заявлений от них не поступило.

По второму преступлению суд верно установил, что об умысле осужденного БЕП на неправомерное завладение автомобилем потерпевшего без цели хищения свидетельствуют характер и направленность его действий, поскольку он против воли потерпевшего осуществил движение на автомобиле потерпевшего от пилорамы до <адрес>, где оставил автомобиль.

Не устраненных противоречий в доказательствах, вызывающих сомнение в правильности выводов суда о наличии в действиях БЕП составов преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 109 УК РФ и ч. 1 ст. 166 УК РФ, материалы дела не содержат.

Нарушений уголовно-процессуального закона, которые бы путем лишения или ограничения прав участников уголовного судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора судами не допущено.

Уголовное дело рассмотрено с соблюдением принципов состязательности сторон и презумпции невиновности. Из протокола судебного заседания видно, что суд создал сторонам все необходимые условия для исполнения ими процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных прав. Сторона обвинения и сторона защиты активно пользовались правами, предоставленными им законом, в том числе исследуя представляемые доказательства, участвуя в разрешении процессуальных вопросов.

Все заявленные сторонами ходатайства были разрешены судом в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и в зависимости от их значения для правильного разрешения дела, с принятием по ним должных решений и их убедительной мотивацией.

В момент инкриминируемого деяния БЕП расстройства психики не обнаруживал, мог осознавать фактический характер своих действий и руководить ими, сомневаться в обоснованности заключении судебно-психиатрической экспертизы оснований не имеется.

С доводами апелляционного представления и апелляционной жалобы потерпевшей о чрезмерной мягкости назначенного наказания суд апелляционной инстанции согласиться не может.

Наказание БЕП назначено справедливое, соразмерно содеянному им, с соблюдением требований ст. 6, 60, 61 УК РФ и с учетом целей наказания, установленных ст. 43 ч. 2 УК РФ.

Вопреки доводам апелляционного представления и жалобы потерпевшей, судом были учтены все предусмотренные законом обстоятельства: характер и степень общественной опасности совершенных преступлений, данные о личности осужденного, влияние назначенного наказания на его исправление, условия жизни его семьи и все конкретные обстоятельства дела.

В качестве смягчающих наказание БЕП обстоятельств по обоим преступлениям суд обоснованно учел: признание вины в ходе предварительного расследования, состояние здоровья БЕП По первому преступлению судом также обоснованно в качестве смягчающего наказание обстоятельства учтена противоправность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления.

Оснований для исключения из числа смягчающих наказание указанного обстоятельства судебная коллегия не усматривает.

Обстоятельств, отягчающих наказание, судом не установлено.

Кроме того, судом первой инстанции учтены все сведения о личности осужденного, которые нашли документальное подтверждение в материалах уголовного дела, следуют из показаний свидетелей и имеют значение при решении вопроса о наказании.

Иных обстоятельств, которые бы не были известны суду первой инстанции, не учтены в приговоре и имели бы значение для определения вида и размера наказания осужденному БЕП, не установлено.

При таких данных, в целях восстановления социальной справедливости, а также исправления осужденного и предупреждения совершения им новых преступлений, суд обоснованно назначил осужденному БЕП наказание, по ч. 1 ст. 109 УК РФ в виде исправительных работ, учитывая положения ч. 1 ст. 56 УК РФ, а по ч. 1 ст. 166 УК РФ - в виде реального лишения свободы, не усмотрев оснований для применения ст. 73 УК РФ, либо назначения более мягкого вида наказания с применением ст. 64 УК РФ, поскольку каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступлений, поведением осужденного, которые бы существенно уменьшали степень общественной опасности содеянного, судом объективно не установлено. Не усматривает таковых и суд апелляционной инстанции.

Учитывая фактические обстоятельства совершения преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 166 УК РФ, степень его общественной опасности, суд обоснованно не усмотрел оснований для изменения категории преступления на менее тяжкую, в соответствии с положениями части 6 ст.15 УК РФ.

Вопреки доводам жалобы и представления, не признание БЕП своей вины в совершении преступлений, а также характер его действий после совершения преступлений, не предусмотрены ст. 60 и ст. 63 УК РФ в качестве обстоятельств, подлежащих учету при назначении наказания и не могут являться основанием для назначения ему более строгого наказания, так как перечень отягчающих наказание обстоятельств, предусмотренных ст. 63 УК РФ, является исчерпывающим и расширительному толкованию не подлежит.

Вместе с тем, как следует из приговора, характер и степень общественной опасности совершенных БЕП преступлений, а также все конкретные обстоятельства данного дела в полной мере учтены судом при назначении наказания осужденному, в связи с чем назначенное наказание не может быть признано излишне мягким.

Назначенное осужденному наказание является справедливым, соразмерным содеянному им и оснований к его усилению не имеется.

Руководствуясь положениями ч. 2 ст. 15 УК РФ, согласно которым преступление, предусмотренное ч.1 ст.109 УК РФ относится к категории преступлений небольшой тяжести, а также положений п. «а» ч. 1 ст. 78 УК РФ, суд обоснованно пришел к выводу об освобождении БЕП от назначенного наказания в связи с истечением срока давности уголовного преследования, о чем принял законное и обоснованное решение в соответствии с ч. 8 ст. 302 УПК РФ.

Вид исправительного учреждения БЕП определен судом верно в соответствии с п. «а» ч. 1 ст. 58 УК РФ, как исправительная колония общего режима, учитывая обстоятельства совершения преступления, данные о личности осужденного и его поведение после совершения преступления.

Принимая решение по гражданскому иску потерпевшей ФИО1 №2 о взыскании с БЕП компенсации морального вреда, суд правильно руководствовался требованиями ст. ст. 151, 1101 ГК РФ и исходил из степени нравственных страданий, переживаний потерпевшей в связи с утратой отца, характера причиненного вреда, степени вины осужденного, его материального и семейного положения, а также требований разумности и справедливости.

С учетом изложенного, апелляционное представление государственного обвинителя СЮН и апелляционная жалоба потерпевшей ФИО1 №2 удовлетворению не подлежат.

Вместе с тем, состоявшийся приговор суда подлежит изменению по следующим основаниям.

Решение о зачете времени содержания осужденного под стражей принято судом в соответствии с положениями ст. 72 УК РФ, однако, суд не учел того обстоятельства, что в соответствии с п. 9 ч. 1 ст. 308 УПК РФ в резолютивной части обвинительного приговора должно быть указано решение о зачете времени, когда обвиняемый помещался в медицинскую организацию, оказывающую медицинскую помощь в стационарных условиях, или в медицинскую организацию, оказывающую психиатрическую помощь в стационарных условиях.

Время принудительного нахождения по решению суда подозреваемого или обвиняемого, в отношении которого мера пресечения в виде заключения под стражу не избиралась, в медицинской организации, оказывающей медицинскую или психиатрическую помощь в стационарных условиях, засчитывается в срок лишения свободы без применения повышающих коэффициентов кратности, указанных в ч. 3.1 ст. 72 УК РФ, то есть из расчета один день за один день, поскольку в этот период подозреваемый или обвиняемый не находился в условиях изоляции от общества, предусмотренных для лиц, содержащихся под стражей.

Как следует из материалов дела, осужденный БЕП до вынесения приговора по постановлению суда при отсутствии избрания ему меры пресечения в виде содержания под стражей находился в медицинской организации, оказывающей психиатрическую помощь в стационарных условиях, в связи с проведением судебно-психиатрической экспертизы в период с 10 февраля 2021 года по 09 марта 2021 года (т. 4 л.д. 215-220).

Между тем судом не произведен зачет этого периода в срок лишения свободы, при том, что зачет в приговоре этого же периода в соответствии с ч. 3.4 ст. 72 УК РФ как времени нахождения осужденного под домашним арестом из расчета два дня домашнего ареста за один день лишения свободы ухудшает положение осужденного. При таких обстоятельствах, приговор суда в указанной части подлежит изменению.

Нарушений уголовно-процессуального законодательства, влекущих отмену приговора или внесение в приговор иных изменений, из материалов дела не усматривается.

Руководствуясь ст.389.20, ст. 389.28 УПК РФ, судебная коллегия

определил а:

приговор <данные изъяты> районного суда Новосибирской области от 03 мая 2023 года в отношении БЕП изменить:

- зачесть в срок отбывания наказания, назначенного по ч.1 ст.166 УК РФ, время нахождения БЕП под домашним арестом с 29 декабря 2020 года до 10 февраля 2021 года и с 10 марта 2021 года до 14 мая 2021 года из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день лишения свободы в соответствии с ч.3.4. ст.72 УК РФ, а также время нахождения БЕП в психиатрическом стационаре для проведения судебной психиатрической экспертизы с 10 февраля 2021 года по 09 марта 2021 года из расчета один день нахождения в психиатрическом стационаре за один день лишения свободы.

В остальной части этот же приговор оставить без изменения, апелляционное представление государственного обвинителя СЮН и апелляционную жалобу потерпевшей ФИО1 №2 - без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу приговора, вступившего в законную силу, через суд первой инстанции и рассматриваются в порядке, предусмотренном статьями 401.7, 401.8 УПК РФ.

Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий

Судьи