Решение по делу № 2-3403/2024 от 28.02.2025 - об установлении факта трудовых отношений, взыскании заработной платы, компенсации за неиспользованный отпуск, процентов за задержку выплаты заработной платы и компенсации за неиспользованный отпуск, компенсации морального вреда, возложении обязанности.

Дело №2-342/2025

УИД 22RS0069-01-2024-006698-79

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

28 февраля 2025 года г.Барнаул

Ленинский районный суд г.Барнаула Алтайского края в составе:

председательствующего судьи Дегтяревой О.Е.,

при секретаре Лёвкиной Ю.П.,

с участием представителя истца ФИО1, ответчика ФИО8 и ее представителя ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО9 к индивидуальному предпринимателю ФИО8 об установлении факта трудовых отношений, взыскании заработной платы, компенсации за неиспользованный отпуск, процентов за задержку выплаты заработной платы и компенсации за неиспользованный отпуск, компенсации морального вреда, возложении обязанности,

УСТАНОВИЛ:

ФИО9 обратилась в суд с иском к индивидуальному предпринимателю ФИО8 (далее по тексту ИП ФИО8), в котором с уточнения просила

- установить факт наличия трудовых отношений между ней и ИП ФИО8 в должности бухгалтера в период с +++г. по +++г.;

- взыскать с ответчика заработную плату за период с +++. в сумме 27 586 рублей 20 копеек (с учетом НДФЛ 13%);

- проценты за задержку выплаты заработной платы за период с +++ по +++. в сумме 12 262 рублей 99 коп. и далее по дату фактического исполнения решения суда;

- компенсацию за неиспользованный отпуск за период с +++ по +++. в сумме 134 470 рублей 97 копеек;

- проценты за просрочку выплаты компенсации за неиспользованный отпуск за период с +++ по +++. в сумме 53 187 рублей 75 копеек и далее по дату фактического исполнения решения суда;

- компенсацию морального вреда в сумме 50 000 рублей;

- обязать ИП ФИО8 предоставить в Отделение Социального фонда РФ сведения о приеме на работу ФИО9 с +++. и увольнении +++. по п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса РФ;

- обязать ФИО8 произвести отчисления страховых взносов на обязательное пенсионное страхование в Отделение Социального фонда РФ в отношении ФИО9 и подать в указанный фонд сведения индивидуального персонифицированного учета.

Требования мотивированы тем, что в период времени с +++г. по +++г. истец работала у ИП ФИО8 в должности бухгалтера, осуществляла налоговый и банковский, бухгалтерский и статистический учет. ИП ФИО8 осуществляет предпринимательскую деятельность по производству хлеба и хлебобулочных изделий, розничную торговлю пищевыми продуктами, хлебобулочными, кондитерскими изделиями в магазине-пекарне «<данные изъяты>» по адресу: ///. Для ведения учета деятельности ИП ФИО8 в штате необходим специалист - сотрудник с соответствующим специальным образованием, которое у истца имеется. Ранее истец работала в ООО «<данные изъяты>», учредителем и директором которого являлась ФИО8, и после ее регистрации в качестве индивидуального предпринимателя продолжила свою трудовую деятельность у ИП ФИО8, виды экономической деятельности которой были идентичными с ООО «<данные изъяты>».

С момента регистрации ИП ФИО8 заработная плата истца к выдаче составляла 10 000 руб. (без учета НДФЛ 13%), впоследствии на основании устного соглашения с +++. размер заработной платы составил 12 000 руб. Заработную плату ИП ФИО8 выплачивала путем перечисления на банковскую карту либо наличными денежными средствами равными частями по 6 000 руб. два раза в месяц. Заработная плата имела регулярный и стабильный характер, выплачивалась ежемесячно, что является одним из признаков трудовых отношений. При этом работодателем ИП ФИО8 трудовые отношения с истцом надлежащим образом оформлены не были, трудовой договор в письменной форме не заключался, приказы о приеме на работу и впоследствии об увольнении ответчиком не издавались, записи в трудовую книжку не вносились.

Трудовая функция у ответчика заключалась в ведении налогового, банковского, бухгалтерского учета, приеме, составлении, обработке первичной документации, оформлении отношений с контрагентами - контроль поступлений, проведение сверок, формирование и сдача отчетности в налоговые органы, Пенсионный фонд РФ, Фонд Социального страхования, органы Статистики, начисление заработной платы, больничных листов работников, трудоустроенных у ИП, оприходование материалов и товаров, отпуск материалов в производство, в магазин, оформление продаж, списание товаров, перечисление налогов, взносов, оплат поставщикам.

В письменной форме трудовой договор между истцом и ответчиком не оформллялся, однако, фактически истец была допущена ответчиком к работе, приступила к работе, лично выполняла ее за плату в соответствии со своим профессиональным образованием в интересах работодателя ИП ФИО8, под ее управлением и контролем, в связи с чем полагает, что трудовой договор считается заключенным.

В связи с тем, что ИП ФИО8 не имела технических, финансовых ресурсов для обеспечения истца рабочим местом - кабинетом, оргтехникой (небольшая площадь магазина-пекарни «<данные изъяты>») по устной договоренности истец работала дистанционно (место работы дистанционного работника расположено вне места нахождения работодателя, что экономит денежные средства последнего на создание рабочего места) по совместительству по графику пятидневной рабочей недели с двумя выходными днями - суббота и воскресенье; работу истец выполняла ежедневно в рабочие дни преимущественно в первой половине дня - 09-00 до 13-00 час., при этом с 09-00 до 11-00 созванивались с ИП ФИО8 и обсуждали рабочие вопросы. С ИП ФИО8 была достигнута договоренность о том, что все ее поручения, в том числе ежедневный трудовой функционал, истец будет выполнять в первой половине дня, с 09-00 до 13-00 час. Однако, ФИО8 могла в течение дня и даже вечером позвонить по работе для получения консультации либо дачи поручений. Суммарно ежедневное рабочее время, затраченное на выполнение трудовых функций у ИП ФИО8 составляло не более 2 часов в день, не смотря на это для выполнения трудовых обязанностей истец периодически приезжала в магазин-пекарню «<данные изъяты>».

+++г. истец прекратила трудовую деятельность у ИП ФИО8 по собственной инициативе, заработная плата за +++. ей не выплачена. Кроме того, за весь период работы истцу не предоставлялся ежегодный отпуск, при увольнении компенсация за неиспользованный отпуск также не выплачена. В связи с просрочкой выплаты заработной платы и компенсации за неиспользованный отпуск истец просит взыскать проценты в соответствии со ст. 236 ТК РФ. Поскольку ответчиком нарушены права истца в ее пользу подлежит взысканию компенсация морального вреда, размер которого истец оценивает в 50 000 руб.

В судебном заседании истец ФИО9 настаивала на удовлетворении исковых требований в полном объеме, пояснив, что работала в ООО «<данные изъяты>», руководителем и учредителем которого являлась ответчик ФИО10, после регистрации последней в качестве индивидуального предпринимателя продолжила исполнять свои трудовые функции у ИП ФИО8

Представитель истца ФИО1 позицию своего доверителя по доводам, изложенным в исковом заявлении, поддержала, пояснив, что со стороны ответчика доказательств возникновения гражданско-правовых отношений между ФИО9 и ФИО8 не представлено, в письменном виде подобный договор не заключался.

Ответчик ФИО8 исковые требования не признала, пояснив, что работала с ФИО9 на условиях гражданско-правового договора, поскольку после ее регистрации в качестве индивидуального предпринимателя объем работы бухгалтера значительно сократился и она не нуждалась в услугах бухгалтера на постоянной основе, в связи с чем было принято решение пользоваться услугами бухгалтера на основании гражданско-правового договора.

Представитель ответчика ФИО2 также возражал против удовлетворения исковых требований, пояснив, что между сторонами сложились гражданско-правовые отношения, в штате ИП ФИО8 должность бухгалтера отсутствовала. При этом, в спорный период ФИО9 работала в должности бухгалтера у ИП ФИО3 и в ООО «<данные изъяты>», по последнему месту работы у истца и находилось рабочее место, с учетом официального трудоустройства истец не имела возможности в это же время осуществлять работу по совместительству у ИП ФИО8, что свидетельствует о наличии гражданско-правовых отношениях между сторонами. Кроме того, истец пропустила срок для обращения в суд, предусмотренный ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации.

Выслушав объяснения сторон и их представителей, исследовав материалы дела, выслушав показания свидетелей, и оценив представленные доказательства по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к следующему.

Часть 1 статьи 37 Конституции Российской Федерации устанавливает, что труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.

К основным принципам правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений статья 2 Трудового кодекса Российской Федерации относит в том числе свободу труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается; право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности; обеспечение права каждого на защиту государством его трудовых прав и свобод, включая судебную защиту.

Трудовые отношения - это отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. Заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем, не допускается (ст. 15 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с ч. 1 ст. 16 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с настоящим Кодексом.

В силу ст. 56 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

В соответствии с ч. 3 ст. 16 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

В силу ч. 2 ст. 67 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома работодателя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе.

Как следует из разъяснений, данных в п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (ч. 2 ст. 67 Трудового кодекса Российской Федерации). При этом следует иметь в виду, что представителем работодателя в указанном случае является лицо, которое в соответствии с законом, иными нормативными правовыми актами, учредительными документами юридического лица (организации) либо локальными нормативными актами или в силу заключенного с этим лицом трудового договора наделено полномочиями по найму работников, поскольку именно в этом случае при фактическом допущении работника к работе с ведома или по поручению такого лица возникают трудовые отношения (ст. 16 Трудового кодекса Российской Федерации) и на работодателя может быть возложена обязанность оформить трудовой договор с этим работником надлежащим образом.

При разрешении споров работников, с которыми не оформлен трудовой договор в письменной форме, судам исходя из положений ст. ст. 2, 67 Трудового кодекса Российской Федерации необходимо иметь в виду, что, если такой работник приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным. В связи с этим доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель.

В п. 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года N 15 "О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям" разъяснено, что в целях надлежащей защиты прав и законных интересов работника при разрешении споров по заявлениям работников, работающих у работодателей, судам следует устанавливать наличие либо отсутствие трудовых отношений между ними. При этом суды должны не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в ст. ст. 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации, был ли фактически осуществлен допуск работника к выполнению трудовой функции.

К характерным признакам трудовых отношений в соответствии со ст. 15 и ст. 56 Трудового кодекса Российской Федерации относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка, графику работы (сменности); обеспечение работодателем условий труда; выполнение работником трудовой функции за плату (абз. 3 п. 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года N 15).

О наличии трудовых отношений может свидетельствовать устойчивый и стабильный характер этих отношений, подчиненность и зависимость труда, выполнение работником работы только по определенной специальности, квалификации или должности, наличие дополнительных гарантий работнику, установленных законами, иными нормативными правовыми актами, регулирующими трудовые отношения (абз. 4 п. 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года N 15).

К признакам существования трудового правоотношения также относятся, в частности, выполнение работником работы в соответствии с указаниями работодателя; интегрированность работника в организационную структуру работодателя; признание работодателем таких прав работника, как еженедельные выходные дни и ежегодный отпуск; оплата работодателем расходов, связанных с поездками работника в целях выполнения работы; осуществление периодических выплат работнику, которые являются для него единственным и (или) основным источником доходов; предоставление инструментов, материалов и механизмов работодателем (абз. 5 п. 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года N 15).

При разрешении вопроса, имелись ли между сторонами трудовые отношения, суд в силу ст. ст. 55, 59 и 60 Гражданского-процессуального кодекса Российской Федерации вправе принимать любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством.

К таким доказательствам, в частности, могут быть отнесены письменные доказательства (например, оформленный пропуск на территорию работодателя; журнал регистрации прихода-ухода работников на работу; документы кадровой деятельности работодателя: графики работы (сменности), графики отпусков, документы о направлении работника в командировку, о возложении на работника обязанностей по обеспечению пожарной безопасности, договор о полной материальной ответственности работника; расчетные листы о начислении заработной платы, ведомости выдачи денежных средств, сведения о перечислении денежных средств на банковскую карту работника; документы хозяйственной деятельности работодателя: заполняемые или подписываемые работником товарные накладные, счета-фактуры, копии кассовых книг о полученной выручке, путевые листы, заявки на перевозку груза, акты о выполненных работах, журнал посетителей, переписка сторон спора, в том числе по электронной почте; документы по охране труда, как то: журнал регистрации и проведения инструктажа на рабочем месте, удостоверения о проверке знаний требований охраны труда, направление работника на медицинский осмотр, акт медицинского осмотра работника, карта специальной оценки условий труда), свидетельские показания, аудио- и видеозаписи и другие (п. 18 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года N 15).

Обязанность по надлежащему оформлению трудовых отношений с работником (заключение в письменной форме трудового договора) по смыслу ч. 1 ст. 67 и ч. 3 ст. 303 Трудового кодекса Российской Федерации возлагается на работодателя. При этом отсутствие оформленного надлежащим образом, то есть в письменной форме, трудового договора не исключает возможности признания в судебном порядке сложившихся между сторонами отношений трудовыми, а трудового договора - заключенным при наличии в этих отношениях признаков трудового правоотношения, поскольку из содержания ст. ст. 11, 15, ч. 3 ст. 16 и ст. 56 Трудового кодекса Российской Федерации во взаимосвязи с положениями ч. 2 ст. 67 Трудового кодекса Российской Федерации следует, что трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. Датой заключения трудового договора в таком случае будет являться дата фактического допущения работника к работе. Неоформление работодателем или его уполномоченным представителем, фактически допустившими работника к работе, в письменной форме трудового договора в установленный ст. 67 Трудового кодекса Российской Федерации срок, вопреки намерению работника оформить трудовой договор, может быть расценено судом как злоупотребление со стороны работодателя правом на заключение трудового договора (ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации) (п. 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года N 15).

Из приведенных выше нормативных положений трудового законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что к характерным признакам трудового правоотношения относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда; возмездный характер трудового отношения (оплата производится за труд).

Трудовые отношения между работником и работодателем возникают на основании трудового договора, заключаемого в письменной форме. Обязанность по надлежащему оформлению трудовых отношений с работником (заключение в письменной форме трудового договора, издание приказа (распоряжения) о приеме на работу) нормами Трудового кодекса Российской Федерации возлагается на работодателя. Вместе с тем, само по себе отсутствие оформленного надлежащим образом, то есть в письменной форме, трудового договора не исключает возможности признания сложившихся между сторонами отношений трудовыми, а трудового договора - заключенным при наличии в этих отношениях признаков трудового правоотношения, поскольку к основаниям возникновения трудовых отношений между работником и работодателем закон (ч. 3 ст. 16 Трудового кодекса Российской Федерации) относит также фактическое допущение работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

Таким образом, по смыслу ст. ст. 15, 16, 56, ч. 2 ст. 67 Трудового кодекса Российской Федерации в их системном единстве, если работник, с которым не оформлен трудовой договор в письменной форме, приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным.

Следовательно, суд должен не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в ст. 15 и ст. 56 Трудового кодекса Российской Федерации, был ли фактически осуществлен допуск работника к выполнению трудовой функции.

Установлено, что ФИО8 (ОГРИП ...) зарегистрирована в качестве индивидуального предпринимателя с +++., в качестве основного вида деятельности указано производство хлеба и хлебобулочных изделий недлительного хранения, а также розничная торговля преимущественно пищевыми продуктами.

Из пояснений сторон установлено, что истец ФИО9 работала в ООО «<данные изъяты>», руководителем и учредителем которого являлась ответчик ФИО8, в должности бухгалтера.

Из содержания искового заявления и объяснений истца следует, что с момента регистрации ФИО8 в качестве индивидуального предпринимателя ФИО9 продолжила выполнять свои трудовые функции в должности бухгалтера у ИП ФИО8, лично выполняла поручения последней, дважды в месяц ей выплачивалась заработная плата путем перевода на банковскую карту либо наличными денежными средствами.

Сторона ответчика в свою очередь ссылалась на то, что с момента регистрации ФИО8 в качестве индивидуального предпринимателя последняя в услугах бухгалтера на постоянной штатной основе не нуждалась, в связи с чем обращалась к ФИО9 за выполнением определенных работ на основе возмездного гражданско-правового договора.

В ходе рассмотрения дела установлено, что в период с +++ по +++г. истец ФИО9 и ответчик ИП ФИО8 состояли в трудовых отношениях, ФИО9 выполняла трудовую функцию в должности бухгалтера дистанционно неполный рабочий день под контролем ответчика, осуществляла у ответчика бухгалтерский, банковский, налоговый учет, выполняла поручения ИП ФИО8, занималась кадровыми вопросами. Указанные обстоятельства подтверждаются представленной стороной истца перепиской в месенджере «<данные изъяты>», из которой следует, что ИП ФИО8 дает ФИО9 поручения об оплате контрагентам с указанием их наименований и сумм, истцу выплачивается заработная плата два раза в месяц, стороны договариваются о повышении заработной платы с +++г., с указанного времени заработная плата истца составляет 12 000 руб. в месяц, которая перечисляется двумя равными платежами, из переписки за +++. следует, что заработная плата с +++. ответчиком истцу не выплачена. Из указанной переписки следует, что поручения ФИО9 выполняются лично по мере их поступления, ответчик ФИО8 контролирует выполнение поручений, истец уведомляет о выполнении поручений, отправляет подтверждающие документы (в том числе платежные поручения и т.п.).

Также факт наличия трудовых отношений между истцом и ответчиком подтверждается нахождением у истца документов на аренду помещения пекарни, номенклатуры товаров, выпиской по счету ИП ФИО8

Кроме того, в материалы дела представлена переписка из электронной почты <данные изъяты>, доступ к которой имелся у истца ФИО9 и посредством которой она сообщала ответчику на электронный адрес <данные изъяты> о повышении контрагентами цены, направляла реквизиты счета, документы.

Из объяснений истца следует, что заработная плата ей выплачивалась наличными денежными средствами, а также безналичными переводами, о чем ею представлены выписки по счету, свидетельствующие о том, что ФИО8 осуществлялись переводы в +++ (в количестве 10) в размере 6 000 руб., что так же следует из переписки в месенджере «<данные изъяты>» и выписок по счету, являлось заработной платой за половину месяца. До +++. размер заработной платы истца составлял 10 000 руб. в месяц и выплачивался также дважды в месяц равными платежами, о чем также представлены выписки по счету.

Из показаний свидетеля ФИО4 следует, что он занимается продажей онлайн-касс, к нему обратилась ФИО9 по поводу покупки онлайн-кассы и представилась бухгалтером ИП ФИО8, далее обе обращались к нему по поводу обслуживания онлайн-кассы, оплату услуг производила ФИО8

Свидетель ФИО5 суду показал, что работал с ФИО9 длительный период времени, их рабочее место находилось в офисе по адресу: ///, он является программистом, обслуживающим бухгалтерские программы. За период работы с +++. ИП ФИО8 неоднократно приезжала в офис и они с ФИО9 решали рабочие вопросы. Кроме того, на компьютер ФИО9 устанавливал программное обеспечение для ИП ФИО8

Свидетель ФИО6 суду показала, что является дочерью ФИО9, последняя работала у ИП ФИО8, свидетель неоднократно по просьбе ФИО9 привозила документы, систематизированные по папкам, в пекарню по адресу: ///. Кроме того, ИП ФИО8 в течение дня, в том числе и в выходные дни, звонила ФИО9 для решения рабочих вопросов.

Свидетель ФИО7 суду показала, что с момента регистрации ФИО8 в качестве индивидуального предпринимателя в штате последней должность бухгалтера отсутствовала и она пользовалась услугами ФИО9 на основании гражданско-правового договора. В конце +++ выяснилось, что за последние три года ФИО9 неверно подала декларации, образовалась задолженность по уплате налога, в результате чего ею в +++. подавались корректирующие сведения. При этом, у ФИО9 находился ключ от СБИСа и ЭЦП ФИО8 для сдачи отчетности в электронном виде.

Согласно письменным объяснениям ФИО8, данным в рамках проводимой прокуратурой <данные изъяты> проверки, последняя пояснила, что до ее регистрации в качестве индивидуального предпринимателя ФИО9 работала бухгалтером в ООО «<данные изъяты>», руководителем которой являлась ФИО8, после прекращения деятельности ООО все работники были уволены, а ФИО9 оказывала услуги по сдаче налоговой отчетности на основании устной договоренности, для чего ей передана электронная подпись, услуги оплачивались в среднем 12 000 руб. в месяц. В +++. ФИО8 стало известно о том, что ФИО9 неверно подана отчетность, в связи с чем образовалась налоговая задолженность в сумме 280 000 руб. В +++. в связи с отказом ФИО9 устранить допущенные нарушения, ответчиком принято решение о расторжении договоренности, о чем она сообщила ФИО9 и забрала у нее ЭЦП. Корректировку отчетности ФИО8 выполнила с помощью другого человека до конца +++ при этом первоначально ФИО9 была согласна исправить допущенные ошибки, но так ничего и не сделала.

На основании вышеизложенного суд приходит к выводу о том, что между Дехтеренко и ИП ФИО10 в период с +++ сложились трудовые правоотношения, ФИО9 лично выполняла трудовую функцию в соответствии с имеющимся у нее образованием, допущена к выполнению работы с ведома и по поручению ответчика, о чем свидетельствуют объяснения ответчика, а также факт передачи ЭЦП, по поручению и под контролем ИП ФИО8, за что последняя платила ей заработную плату два раза в месяц равными частями. При этом вознаграждение за труд ФИО9 в рамках переписки именовалось как заработная плата обеими сторонами.

Доводы стороны ответчика о том, что между сторонами сложились гражданско-правовые отношения, опровергаются исследованными в ходе рассмотрения дела доказательствами, в том числе свидетельствующими о том, что правоотношения между ИП ФИО8 и ФИО9 по поводу выполнения последней трудовой функции носили стабильный и устойчивый характер в течение длительного периода времени, с +++. по +++.

Ссылка стороны ответчика на то, что с учетом имеющихся у ФИО9 иных мест работы, последняя не могла физически выполнять трудовую функцию у ответчика ввиду недостаточности свободного времени, не может быть принята во внимание, поскольку в силу абз. 2 ст. 282 ТК РФ заключение трудовых договоров о работе по совместительству допускается с неограниченным числом работодателей, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Доводы стороны ответчика о злоупотреблении ФИО9 правом, подлежат отклонению, поскольку исходя из смысла п. 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", злоупотребление правом имеет место в том случае, когда работник умышленно скрывает какие-либо обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения вопроса. В рассматриваемом же деле требования истца сводятся к защите гарантированного Трудовым кодексом Российской Федерации права на труд и оплате работнику неполученного им заработка. В связи с чем, заявленные истцом требования могут быть расценены как реализация гарантируемых Трудовым кодексом Российской Федерации прав, которая не может признаваться злоупотреблением правом.

Кроме того, суд учитывает, что положениями ст. 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что все неустранимые сомнения о наличии трудовых отношений, хоть и возникших на основании гражданско-правового договора, связанного с трудом, следует трактовать в пользу работника.

При разрешении требований о взыскании невыплаченной заработной платы за январь и февраль 2024г. суд учитывает следующее.

В соответствии с абз. 5 ч. 1 ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, количеством и качеством выполненной работы.

Данному праву работника в силу абз. 7 ч. 2 ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации корреспондирует обязанность работодателя выплачивать в полном размере причитающуюся работнику заработную плату в установленные законом или трудовым договором сроки и соблюдать трудовое законодательство, локальные нормативные акты, условия коллективного договора и трудового договора.

Согласно ст. 132 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата каждого работника зависит от его квалификации, сложности выполняемой работы, количества и качества затраченного труда и максимальным размером не ограничивается, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом.

Часть 1 статьи 129 Трудового кодекса Российской Федерации определяет заработную плату работника как вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).

В соответствии с частью 1 статьи 135 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда.

Системы оплаты труда, включая размеры тарифных ставок, окладов (должностных окладов), доплат и надбавок компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, системы доплат и надбавок стимулирующего характера и системы премирования, устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права (часть 2 статьи 135 Трудового кодекса Российской Федерации).

В силу части шестой статьи 136 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата выплачивается не реже чем каждые полмесяца. Конкретная дата выплаты заработной платы устанавливается правилами внутреннего трудового распорядка, коллективным договором или трудовым договором не позднее 15 календарных дней со дня окончания периода, за который она начислена.

Согласно статье 140 Трудового кодекса Российской Федерации при прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, производится в день увольнения работника. Если работник в день увольнения не работал, то соответствующие суммы должны быть выплачены не позднее следующего дня после предъявления уволенным работником требования о расчете. В случае спора о размерах сумм, причитающихся работнику при увольнении, работодатель обязан в указанный в настоящей статье срок выплатить не оспариваемую им сумму.

Бремя доказывания факта отсутствия задолженности по заработной плате возлагается на работодателя, так как на работодателе лежит обязанность по оформлению документов об оплате труда работника, в том числе о размере его заработной платы и ее выплате работнику. Такие документы (доказательства) должны находиться у ответчика-работодателя, который в силу ст. 56 ГПК РФ, ч. 2 ст. 22 и ст. 136 Трудового кодекса Российской Федерации обязан доказать, что заработная плата выплачена истцу своевременно и в полном размере.

Из разъяснений, изложенных в п. 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2018 г. N 15 "О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям", следует, что при рассмотрении дел о взыскании заработной платы по требованиям работников, трудовые отношения с которыми не оформлены в установленном законом порядке, судам следует учитывать, что в случае отсутствия письменных доказательств, подтверждающих размер заработной платы, получаемой работниками, работающими у работодателя - физического лица (являющегося индивидуальным предпринимателем, не являющегося индивидуальным предпринимателем) или у работодателя - субъекта малого предпринимательства, который отнесен к микропредприятиям, суд вправе определить ее размер исходя из обычного вознаграждения работника его квалификации в данной местности, а при невозможности установления размера такого вознаграждения - исходя из размера минимальной заработной платы в субъекте Российской Федерации (ч. 3 ст. 37 Конституции Российской Федерации, ст. 133.1 ТК РФ, п. 4 ст. 1086 Гражданского кодекса РФ).

Исходя из представленной стороной истца переписки в месенджере «<данные изъяты>» следует, что за +++. заработная плата истцу ФИО9 не выплачена. Из письменных объяснений ФИО8, данных в рамках проводимой прокуратурой <данные изъяты> проверки, последняя указывала о том, что в +++. ею принято решение о расторжении договоренности с ФИО9, поскольку она отказалась устранять допущенные нарушения в отчетности. Со стороны ответчика в нарушение требований ст. 56 ГПК РФ доказательств выплаты заработной платы ФИО9 за +++. не представлено, в связи с чем в пользу истца подлежит взысканию заработная плата за указанный период.

Из содержания искового заявления и объяснений стороны истца, а также выписок по счету истца, следует, что в период с +++. она получала заработную плату в размере 12 000 руб., которая выплачивалась два раза в месяц равными частями. Следовательно, с ответчика ИП ФИО8 за +++ подлежит взысканию заработная плата с учетом НДФЛ в размере 27 586 рублей 20 копеек (12 000 руб. + 13% = 13 793,1 х 2 мес.).

Далее, истцом заявлено требование о взыскании компенсации за неиспользованный отпуск за период +++ по +++. в размере 134 470 руб.

Судом установлено, что истец состояла в трудовых отношениях с ИП ФИО8 в период с +++ по +++. (7 лет 2 мес. 7 дн.), отпуск в период работы истцу не предоставлялся.

В силу положений абзаца шестого части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на отдых, обеспечиваемый в том числе предоставлением оплачиваемых ежегодных отпусков.

В соответствии со статьей 114 Трудового кодекса Российской Федерации) работникам предоставляются ежегодные отпуска с сохранением места работы (должности) и среднего заработка.

Частью 1 статьи 122 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что оплачиваемый отпуск должен предоставляться работнику ежегодно.

В соответствии со статьей 115 Трудового кодекса Российской Федерации ежегодный основной оплачиваемый отпуск предоставляется работникам продолжительностью 28 календарных дней.

Согласно части 1 статьи 127 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что при увольнении работнику выплачивается денежная компенсация за все неиспользованные отпуска.

Положения части 1 статьи 127 и части 1 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации являлись предметом рассмотрения Конституционного Суда Российской Федерации.

Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 25 октября 2018 г. N 38-П "По делу о проверке конституционности части первой статьи 127 и части первой статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан" признал часть первую статьи 127 и часть первую статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации не противоречащими Конституции Российской Федерации, поскольку содержащиеся в них положения - по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования - не ограничивают право работника на получение при увольнении денежной компенсации за все неиспользованные отпуска и, если данная компенсация не была выплачена работодателем непосредственно при увольнении, не лишают работника права на ее взыскание в судебном порядке независимо от времени, прошедшего с момента окончания рабочего года, за который должен был быть предоставлен тот или иной неиспользованный (полностью либо частично) отпуск, при условии обращения в суд с соответствующими требованиями в пределах установленного законом срока, исчисляемого с момента прекращения трудового договора.

Согласно части 4 статьи 139 Трудового кодекса Российской Федерации средний дневной заработок для оплаты отпусков и выплаты компенсации за неиспользованные отпуска исчисляется за последние 12 календарных месяцев путем деления суммы начисленной заработной платы на 12 и на 29,3 (среднемесячное число календарных дней).

Средний дневной заработок истца ФИО9 составляет 470,75 руб. (13 793 руб. х 12 / 12 мес. / 29,3).

Количество дней неиспользованных отпусков 201 день (7 лет х 28 дн. + 2,33 х 2 мес. + 0,54 дн.).

Компенсация за неиспользованный отпуск составляет 94 620, 75 руб. (470,75 х 201 дн.), указанная сумма подлежит взысканию с ответчика ИП ФИО8 в пользу истца ФИО9, оснований для удовлетворения данного требования в большем размере не имеется исходя из представленного арифметического расчета.

Далее, часть 1 ст. 140 Трудового кодекса Российской Федерации определяет сроки расчета с работником при увольнении, что при прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, производится в день увольнения работника. Если работник в день увольнения не работал, то соответствующие суммы должны быть выплачены не позднее следующего дня после предъявления уволенным работником требования о расчете.

Согласно ч. 1 ст. 142 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель и (или) уполномоченные им в установленном порядке представители работодателя, допустившие задержку выплаты работникам заработной платы и другие нарушения оплаты труда, несут ответственность в соответствии с данным Кодексом и иными федеральными законами.

Правила материальной ответственности работодателя за задержку выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, содержатся в ст. 236 Трудового кодекса Российской Федерации.

Согласно ст. 236 Трудового кодекса Российской Федерации при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от не выплаченных в срок сумм за каждый день задержки начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно. При неполной выплате в установленный срок заработной платы и (или) других выплат, причитающихся работнику, размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных в срок сумм.

Размер выплачиваемой работнику денежной компенсации может быть повышен коллективным договором, локальным нормативным актом или трудовым договором. Обязанность по выплате указанной денежной компенсации возникает независимо от наличия вины работодателя.

Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 11.04.2023 г. N 16-П "По делу о проверке конституционности статьи 236 Трудового кодекса Российской Федерации и абзаца второго части первой статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина", часть первая статьи 236 Трудового кодекса Российской Федерации признана не соответствующей Конституции Российской Федерации, ее статьям 19 (части 1 и 2), 21 (часть 1), 45 (часть 1), 46 (часть 1), 55 (часть 3) и 75.1, в той мере, в какой по смыслу, придаваемому ей судебным толкованием, данная норма не обеспечивает взыскания с работодателя процентов (денежной компенсации) в случае, когда полагающиеся работнику выплаты - в нарушение трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, коллективного договора, соглашения, локального нормативного акта и трудового договора - не были начислены своевременно, а решением суда было признано право работника на их получение, с исчислением размера таких процентов (денежной компенсации) из фактически не выплаченных денежных сумм со дня, следующего за днем, когда в соответствии с действующим правовым регулированием эти выплаты должны были быть выплачены при своевременном их начислении.

При этом Конституционным Судом Российской Федерации указано, что федеральному законодателю надлежит, исходя из требований Конституции Российской Федерации и основанных на них правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, выраженных в приведенном постановлении, внести в часть первую статьи 236 Трудового кодекса Российской Федерации необходимые изменения, а впредь до внесения изменений в правовое регулирование предусмотренные частью первой статьи 236 Трудового кодекса Российской Федерации проценты (денежная компенсация) подлежат взысканию с работодателя и в том случае, когда причитающиеся работнику выплаты не были ему начислены и выплачены своевременно, а решением суда было признано право работника на их получение. При этом размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных денежных сумм со дня, следующего за днем, когда в соответствии с действующим правовым регулированием эти выплаты должны были быть выплачены при своевременном их начислении, по день фактического расчета включительно.

Учитывая, что суд пришел к выводу о том, что у ответчика имеется перед истцом задолженность по заработной плате - 27 586 рублей 20 копеек и компенсации за неиспользованный отпуск - 94 620 рублей 75 копеек, всего 122 206 рублей 95 копеек, то с ответчика ИП ФИО8 подлежит взысканию компенсация за нарушение сроков выплаты денежных средств работнику за период с +++ по +++ в размере 54 455,42 руб., и далее по день фактического исполнения обязательства по выплате указанных сумм ФИО9

Расчет компенсации за нарушение сроков выплаты денежных средств (122 206,95 руб.) работнику за период с +++ по +++ выгладит следующим образом:

+++ - +++ (150 дн.) - 122 206,95 руб. х 16%х 1/150 х 150 дн. + 19 553, 11 руб.

+++ - +++ (49 дн.) - 122 206,95 руб. х 18%х 1/150 х 49 дн. + 7185,77 руб.

+++ - +++ (42 дн.) - 122 206,95 руб. х 19%х 1/150 х 42 дн. + 6501,41 руб.

+++ - +++ (124 дн.) - 122 206,95 руб. х 21%х 1/150 х 124 дн. + 21 215, 13 руб., итого 54 455, 42 руб.

Доводы стороны ответчика о пропуске истцом срока для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора подлежат судом отклонению, поскольку нормы трудового законодательства, включая нормы, устанавливающие сроки обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора (ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации), в том числе о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, подлежат применению к отношениям, возникшим на основании гражданско-правового договора, только после признания судом таких отношений трудовыми, из чего следует, что срок для обращения в суд ФИО9 не пропущен (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 16.12.2024 N 64-КГ24-4-К9).

Статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (ч. 1).

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (ч. 2).

Статьей 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме, при этом размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда; при определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

При этом, учитывая, что Трудовой кодекс Российской Федерации не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в иных случаях нарушения трудовых прав работников, суд в силу ст. 21 (абз. 14ч. 1) и 237 ТК РФ вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав.

Такое правовое регулирование, возлагающее на работодателя дополнительную ответственность за нарушение трудовых прав работника, имеет целью защиту прав и законных интересов лиц, работающих по трудовому договору.

Из разъяснений, изложенных в п. 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", следует, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из ст. ст. 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

С учетом обстоятельств дела, неправомерных действий ответчика ИП ФИО8, выразившихся в неоформлении с истцом трудовых отношений, непредоставлении гарантий, предусмотренных нормами трудового права, в задержке выплат истцу причитающихся денежных средств, длительности периода задержки, суд приходит к выводу о наличии правовых оснований для взыскания с ответчика компенсации морального вреда, в размере 15 000 руб., указанный размер соответствует степени причиненных истцу нравственных страданий, отвечает требованиям разумности и справедливости, оснований для взыскания компенсации в меньшем размере суд не усматривает.

В соответствии с ч. 1 ст. 11 Федерального закона от 01.04.1996 N 27-ФЗ "Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системах обязательного пенсионного страхования и обязательного социального страхования" страхователи представляют предусмотренные пунктами 2 - 6 настоящей статьи сведения, в том числе сведения о трудовой деятельности, для индивидуального (персонифицированного) учета в органы Фонда по месту своей регистрации, а сведения, предусмотренные пунктом 8 настоящей статьи, - в налоговые органы в соответствии с законодательством Российской Федерации о налогах и сборах.

На основании вышеизложенного, подлежат удовлетворению требования истца о возложении на ответчика ИП ФИО8 обязанности представить сведения индивидуального персонифицированного учета в отношении ФИО9: о приеме на работу +++. и об увольнении +++. по п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации.

Согласно п. 1 ст. 419 Налогового кодекса Российской Федерации плательщиками страховых взносов признаются в том числе индивидуальные предприниматели, являющиеся страхователями в соответствии с федеральными законами о конкретных видах обязательного социального страхования.

В соответствии с п. 1 ст. 420 Налогового кодекса Российской Федерации объектом обложения страховыми взносами для плательщиков, указанных в абзацах втором и третьем подпункта 1 пункта 1 статьи 419 настоящего Кодекса, если иное не предусмотрено настоящей статьей, признаются выплаты и иные вознаграждения в пользу физических лиц, подлежащих обязательному социальному страхованию в соответствии с федеральными законами о конкретных видах обязательного социального страхования в рамках трудовых отношений

Согласно п. 1 ч. 1 ст. 6 Федерального закона от 15.12.2001 N 167-ФЗ "Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации" страхователями по обязательному пенсионному страхованию являются лица, производящие выплаты физическим лицам, в том числе индивидуальные предприниматели

Часть 1 ст. 7 Федерального закона от 15.12.2001 N 167-ФЗ "Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации" предусматривает, что застрахованные лица - лица, на которых распространяется обязательное пенсионное страхование в соответствии с настоящим Федеральным законом. Застрахованными лицами являются граждане Российской Федерации, постоянно или временно проживающие на территории Российской Федерации иностранные граждане или лица без гражданства, а также временно пребывающие на территории Российской Федерации иностранные граждане или лица без гражданства, работающие по трудовому договору.

Учитывая, что в период работы истца ФИО9 отчисления и уплата страховых взносов работодателем не производилась, при этом данная обязанность работодателя предусмотрена вышеперечисленными нормами действующего законодательства, суд приходит к выводу об удовлетворении требований истца о возложении на ИП ФИО8 обязанности произвести отчисление обязательных страховых взносов в налоговые органы.

В остальной части исковые требования не подлежат удовлетворению.

На основании ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ответчика ФИО8 в пользу ФИО9 подлежит взысканию государственная пошлина в размере 6 295 рублей 96 копеек за рассмотрение имущественных требований, и 6000 руб. за рассмотрение неимущественных требований, всего 12 295 рублей 96 копеек.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО9 удовлетворить частично.

Установить факт трудовых отношений между ФИО9 и индивидуальным предпринимателем ФИО8 в период с +++ по +++ в должности бухгалтера.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО8 (паспорт ...) в пользу ФИО9 (паспорт ...) заработную плату за период с +++ по +++ в сумме 27 586 рублей 20 копеек, компенсацию за неиспользованный отпуск за период с +++ по +++ в сумме 94 620 рублей 75 копеек, проценты за задержку выплаты заработной платы и компенсации за неиспользованный отпуск за период с +++ по +++ в сумме 54 325 рублей 07 копеек, компенсацию морального вреда в сумме 15 000 рублей, всего 191 532 рубля 02 копейки.

Начиная с +++г. взыскивать с индивидуального предпринимателя ФИО8 (паспорт ...) в пользу ФИО9 (паспорт ...) проценты за задержку выплаты заработной платы и компенсации за неиспользованный отпуск в размере одной сто пятидесятой ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации за каждый день просрочки, начисляемых на сумму остатка неисполненных обязательств по выплате заработной платы и компенсации за неиспользованный отпуск в размере 122 206 рублей 95 копеек до момента фактического исполнения обязательства.

Возложить на индивидуального предпринимателя ФИО8 обязанность представить в Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации в Алтайском крае сведения индивидуального персонифицированного учета в отношении ФИО9: о приеме на работу +++. и об увольнении +++. по п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации.

Возложить на индивидуального предпринимателя ФИО8 обязанность произвести отчисления обязательных страховых взносов в налоговые органы в отношении ФИО9.

В удовлетворении оставшейся части требований отказать.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО8 (паспорт ...) в доход местного бюджета государственную пошлину в сумме 12 295 рублей 96 копеек.

Решение может быть обжаловано сторонами в Алтайский краевой суд путем подачи апелляционной жалобы через Ленинский районный суд г.Барнаула в течение одного месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме.

Судья О.Е. Дегтярева

Мотивированное решение изготовлено 11 марта 2025 года