Судья Коротыч А.В. № 2-37/2022

№ 33-3-5261/2022

УИД: 26RS0017-01-2019-003842-68

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Ставрополь 10.08.2023

Судебная коллегия по гражданским делам Ставропольского краевого суда в составе:

Председательствующего Берко А.В.

Судей Тепловой Т.В., Евтуховой Т.С.

с участием секретаря Фатневой Т.Е.

рассмотрев в открытом судебном заседании 10.08.2023 в г. Ставрополе по докладу судьи Тепловой Т.В. гражданское дело

по апелляционному представлению заместителя прокурора г. Кисловодска Кузьменко П.А. на решение Кисловодского городского суда Ставропольского края от 21.01.2022

по исковому заявлению прокурора (заместителя прокурора) г. Кисловодска к Общероссийскому союзу «Федерация Независимых Профсоюзов России», Территориальному союзу «Федерация профсоюзов Ставропольского края», обществу с ограниченной ответственностью «Курортное управление (холдинг) г. Кисловодск», ФИО1, ФИО3 и акционерному обществу «Прасковейское» о признании прекращенным право собственности на объекты недвижимости, признании недействительными (ничтожными) договоров купли-продажи объектов недвижимости и признании права собственности Российской Федерации на объекты недвижимости,

УСТАНОВИЛА:

Прокурор (заместитель прокурора) г. Кисловодска обратился в Кисловодский городской суд Ставропольского края с исковым заявлением, содержащим требования прекратить право собственности АО «Прасковейское», ФИО3, ООО «Курортное управление (холдинг) г. Кисловодск» (ИНН <***>, ОГРН <***>) на указанные в исковом заявлении объекты недвижимости, признать недействительными (ничтожными) договор купли-продажи 27.04.2015, заключенный между ООО «Курортное управление (холдинг) г. Кисловодск» и ФИО1 и применить последствия его недействительности (ничтожности) в виде прекращения права собственности ФИО1 на указанные в исковом заявлении объекты недвижимого имущества, договор купли продажи от 13.06.2018, заключенный между ФИО1 и АО «Прасковейское» (ИНН: <***>, ОГРН <***>), и применить последствия его недействительности (ничтожности) в виде прекращения права собственности АО «Прасковейское» в отношении объекта <адрес>, договор купли-продажи от 30.06.2006, заключенный между ООО «Курортное управление (холдинг) г. Кисловодск» (ИНН <***>, ОГРН <***>) и ФИО4, действующим на основании доверенности от 01.06.2006 в интересах ФИО3 и применить последствия его недействительности (ничтожности) в виде прекращения права собственности ФИО3 в отношении указанных в исковом заявлении объектов недвижимости, признать право собственности Российской Федерации на указанные в исковом заявлении объекты недвижимого имущества.

К участию в деле в качестве ответчиков были привлечены Общероссийский союз «Федерация Независимых Профсоюзов России», Территориальный союз «Федерация профсоюзов Ставропольского края», ООО «Курортное управление (холдинг) г. Кисловодск», ФИО3, ФИО1, Акционерное общество «Прасковейское».

В качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, к участию в деле были привлечены Территориальное управление Федерального агентства по управлению государственным имуществом по Ставропольскому краю (далее – ТУ Росимущества в СК), Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Ставропольскому краю (далее – Управление Росреестра по СК), Администрация города-курорта Кисловодска, Комитет имущественных отношений Администрации города – курорта Кисловодска (далее – КИО г. Кисловодска).

Определением Кисловодского городского суда от 17.12.2019 было принято к рассмотрению заявление прокурора об изменении исковых требований от 29.11.2019 № 8-1-2019.

Определением Кисловодского городского суда от 16.01.2020 были приняты к рассмотрению уточненные исковые требования прокурора, изложенные в заявлении от 26.12.2019 № 8-1-2019.

Определением Кисловодского городского суда от 20.02.2020 дело передано в Арбитражный суд Ставропольского края по подсудности.

Апелляционным определением Ставропольского краевого суда от 30.04.2020, оставленным без изменения определением Пятого кассационного суда общей юрисдикции от 18.08.2020, определение Кисловодского городского суда от 20.02.2020 о передаче дела в Арбитражный суд Ставропольского края по подсудности отменено, дело направлено в Кисловодский городской суд для рассмотрения по существу.

Решением Кисловодского городского суда от 08.12.2020 в удовлетворении исковых требований отказано.

Апелляционным определением Ставропольского краевого суда от 09.04.2021 решение Кисловодского городского суда от 08.12.2020 оставлено без изменения.

Определением Пятого кассационного суда общей юрисдикции от 07.09.2021 решение Кисловодского городского суда от 08.12.2020 и Апелляционное определение Ставропольского краевого суда от 09.04.2021 отменены, гражданское дело направлено на новое рассмотрение в Кисловодский городской суд.

Обжалуемым решением Кисловодского городского суда Ставропольского края от 21.01.2022 отказано в удовлетворении исковых требований прокурора (заместителя прокурора) г. Кисловодска к Общероссийскому союзу «Федерация Независимых Профсоюзов России», Территориальному союзу «Федерация профсоюзов Ставропольского края», обществу с ограниченной ответственностью «Курортное управление (холдинг) г. Кисловодск», ФИО1, ФИО3, акционерному обществу «Прасковейское» о признании прекращенным право собственности ООО «Курортное управление» (холдинг) г. Кисловодск на неиспользуемое имущество:

здание бензоправки-складское, литер Б, кадастровый № по <адрес>;

здание бензоправки - производственной, литер А, кадастровый №, по <адрес>;

здание административное литер Ж кадастровый №; здание гараж-клуб литер Н, кадастровый №; здание гаража литер С, кадастровый №; здание кузницы литер Г, кадастровый №; здание конторы литер В, кадастровый №; здание котельной литер О, кадастровый №; здание проходной литер Е, кадастровый №; склад литер Р, кадастровый № по <адрес>;

мастерская литер В, кадастровый №; нарзанохранилище, литер И, кадастровый №; проходная ФИО13 кадастровый №; здание спального корпуса, литер А, кадастровый №; раздевалка литер К, кадастровый №; склад, литер 3, кадастровый №; склад, литер М, кадастровый №; здание спального корпуса, литер Б, кадастровый № по <адрес>.

здание лаборатории ФИО13 по <адрес>;

здания производственные: литер А, кадастровый №; литер Б, кадастровый №; литер В, кадастровый №; литер Ж, кадастровый №; литер Н, кадастровый №; литер X,

кадастровый №; здания складские литеры Г, кадастровый №; ФИО13, кадастровый №; литер Е, кадастровый №; литер К, кадастровый №; литер Л, кадастровый № по <адрес>;

здание сборочного цеха литер Г, кадастровый №; здание складское литер К, №; здание сборочного цеха литер Е, № здание шлифовочного цеха литер 3, кадастровый №; здание производственное литер Ж, кадастровый №; отделочный цех литер Б, кадастровый №; производственное литер В, кадастровый № по <адрес>,

лечебный корпус, литер А, кадастровый № по <адрес>;

клуб, литер Л, кадастровый № по <адрес>;

спальный корпус №, литер И, кадастровый № по <адрес>;

лечебный корпус, литер А, кадастровый № по адресу: <адрес>

о признании недействительными (ничтожными):

договора купли-продажи 27.04.2015, заключенного между ООО «Курортное управление» (холдинг) г. Кисловодск и ФИО1 и о применении последствий его недействительности (ничтожности) в виде прекращения права собственности ФИО1 на объекты недвижимого имущества с кадастровым номером №: нежилое здание, площадью 1567.10 кв.м., Литер А, Учебное строение, этажность 3, <адрес>; объект недвижимого имущества с кадастровым номером №Б: нежилое здание, площадью 100.50 кв.м., Литер Б, Буфет, этажность 2, <адрес>; объект недвижимого имущества с кадастровым номером № нежилое здание, площадью 32.30 кв.м., Литер В, подсобное, этажность 2, <адрес>;

договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО2 и АО «Прасковейское» и применении последствий его недействительности (ничтожности) в виде прекращения права собственности АО «Прасковейское» в отношении объекта по адресу <адрес>;

договора купли-продажи 30.06.2006, заключенного между ООО «Курортное управление» (холдинг) г. Кисловодск и ФИО4, действующим на основании доверенности от 01.06.2006 в интересах ФИО3 и применении последствий его недействительности (ничтожности) в виде прекращения права собственности ФИО3 в отношении объекта с кадастровым номером 26:34:020302:0001:8524/1777:1000/Б: нежилое здание, площадью 1138.20 кв.м., Литер Б, клуб, объект с кадастровым номером 26:34:020302:0001:8524/1777:1000/Д: нежилое здание, площадью 146.30 кв.м., Литер Д, слесарня-склад по <адрес>;

о признании права собственности Российской Федерации на недвижимое имущество на:

здание бензоправки-складское, литер Б, кадастровый № по <адрес>;

здание бензоправки - производственной, литер А, кадастровый №, по <адрес>;

здание административное литер Ж, кадастровый №; здание гараж-клуб литер Н, кадастровый №; здание гаража литер С, кадастровый №; здание кузницы литер Г, кадастровый №; здание конторы литер В, кадастровый №; здание

котельной литер О, кадастровый №; здание проходной литер Е, кадастровый №; склад литер Р, кадастровый № по <адрес>;

мастерскую, литер В, кадастровый №; нарзанохранилище, литер И, кадастровый №; проходную ФИО13 кадастровый №; здание спального корпуса, литер А, кадастровый №; раздевалка литер К, кадастровый №; склад, литер 3, кадастровый №; склад, литер М, кадастровый №; здание спального корпуса, литер Б, кадастровый №; по <адрес>;

здание лаборатории ФИО13 по <адрес>;

зданий производственных: литер А, кадастровый №; литер Б, кадастровый №; литер В, кадастровый №; литер Ж, кадастровый №; литер Н, кадастровый №; литер X, кадастровый №; зданий складских литеры Г, кадастровый №; ФИО13, кадастровый №; литер Е, кадастровый №; литер К, кадастровый №; литер Л, кадастровый № по адресу: <адрес>;

здание сборочного цеха литер Г, кадастровый №; здание складское литер К, 26:34:000000:5211; здание сборочного цеха литер Е, 26:34:000000:5210; здание шлифовочного цеха литер 3, кадастровый №; здание производственное литер Ж, кадастровый №; отделочный цех литер Б, кадастровый №; производственное литер В, кадастровый № по <адрес>,

лечебный корпус литер А, кадастровый № по <адрес>;

клуб литер Л, кадастровый № по <адрес>;

спальный корпус №, литер И, кадастровый № по адресу: гора Пикет, 12, <адрес>;

лечебный корпус литер А, кадастровый № по адресу: бульвар Курортный, 15.

В апелляционном представлении заместитель прокурора г. Кисловодска Кузьменко П.А. просит решение Кисловодского городского суда г. Ставрополя от 21.01.2022 отменить, мотивируя тем, что суд необоснованно пришел к выводу о том, что Российская Федерация узнала или должна была узнать о заявленном прокурором нарушении не позднее даты государственной регистрации права собственности на спорные объекты. Судом не учтено, что до заключения Соглашения от 11.03.2002 № 01-160 спорное имущество являлось государственным, и находилось именно в ведении профессиональных союзов. Исходя из содержания требований Закона № 26-ФЗ и ст. 2 Соглашения следует о возложении именно обязанности на стороны использовать все имущество, указанное в Соглашении, в том числе в приложении № 3, по предусмотренному целевому назначению. Суд пришел к неправильному выводу о пропуске срока исковой давности. Судом сделан неправильный вывод о том, что Российская Федерация никогда не владела спорными объектами, что противоречит материалам дела. Судом неправомерно отклонено ходатайство о выездном судебном заседании с целью совместного осмотра на месте спорных объектов по месту их нахождения, а так же не приняты во внимание акты осмотров спорных объектов от 15.11.2021 о от 21.12.2021. Специалистом ФИО5 даны подробные пояснения о неудовлетворительном техническом состоянии спорных объектов, ряда непригодных к эксплуатации ввиду их аварийного состояния. Незаконное отчуждение имущества, полученного профсоюзами в рамках реализации соглашения, в собственность Холдинга, является основанием для прекращения права собственности. Судом не дано оценки тому, что часть исковых требований являются негаторными и в данном случае подлежат применению ст.304-305 ГК РФ во взаимосвязи со ст. 167,208 ГК РФ.

В возражениях на апелляционное представление представитель ФПСК – ФИО6 просит решение Кисловодского городского суда г. Ставрополя от 21.01.2022 оставить без изменения, апелляционное представление без удовлетворения.

Исследовав материалы гражданского дела, заслушав лиц, участвующих в деле, судебная коллегия приходит к следующему.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела Постановлением Верховного Совета Российской Федерации от 02 июля 1992 года № 3182-1 «Об особо охраняемом эколого-курортном регионе Российской Федерации – Кавказских Минеральных Водах Ставропольского края» определено, что санаторно-курортные учреждения, находящиеся в ведении профессиональных союзов, являются объектами государственной (федеральной) собственности и собственности общественных организаций (профессиональных союзов).

Указом Президента Российской Федерации от 07 сентября 1995 года № 904 «О мерах по рациональному использованию природных минеральных лечебных ресурсов курортного региона Кавказских Минеральных Вод» было предписано создать комиссию по вопросу разграничения прав на имущество санаторно-курортных учреждений курортного региона Кавказских Минеральных Вод, находящихся в ведении профсоюзов. Такая комиссия была создана Распоряжением Президента Российской Федерации от 09 ноября 1995 года № 502-РМ.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 18 февраля 2002 года № 112, установлено, что Правительством Российской Федерации одобрена проведенная Министерством имущественных отношений Российской Федерации совместно с Общероссийским Союзом «Федерация Независимых Профсоюзов России» (далее – ФНПР), в соответствии с Указом Президента Российской Федерации от 07 сентября 1995 года № 904 работа по разграничению прав собственности на имущество санаторно-курортных учреждений, расположенных в курортном регионе Кавказских Минеральных Вод, согласно приложениям №№ 1, 2, 3 и поручено Министерству имущественных отношений Российской Федерации подписать с ФНПР соответствующее соглашение о разграничении прав собственности.

Во исполнение Постановления № 112 между Правительством Российской Федерации в лице Министра имущественных отношений Российской Федерации и ФНПР было подписано Соглашение от 11 марта 2002 года № 01-160 о разграничении прав собственности на имущество санаторно-курортных объектов, расположенных в курортном регионе Кавказских Минеральных Вод.

В соответствии со статьей 2 Соглашения от 11 марта 2002 года № 01-160 стороны берут на себя обязательство использовать имущество, являющееся предметом соглашения, в целях организации санаторно-курортного лечения и отдыха граждан с соблюдением требований законодательства Российской Федерации об охране и использовании памятников истории и культуры.

На основании Постановления № 112 и Соглашения от 11 марта 2002 года № 01-160 Российская Федерация и ФНПР на основании статей 252 и 254 Гражданского кодекса Российской Федерации произвели определение и выдел своих долей из общего имущества по соглашению сторон (сособственников).

01 августа 2002 года на все спорные объекты, указанные в приложении №3 к указанному Соглашению, было зарегистрировано право долевой собственности Общероссийского союза «Федерация независимых профсоюзов России» и Территориального союза «Федерация профсоюзов Ставропольского края».

Основаниями для регистрации прав послужили договор о закреплении прав по владению, пользованию и распоряжению профсоюзным имуществом от 17 июля 1992 года, договор о разграничении прав владения, пользования и распоряжения собственностью профсоюзов на территории Ставропольского края между Советом ФНПР и Ставропольским крайсовпрофом от 22 декабря 1992 года, договор об утверждении новой редакции договора о разграничении прав владения, пользования и распоряжения собственностью профсоюзов на территории Ставропольского края между ФНПР и Ставропольской краевой организацией профсоюзов от 10 декабря 1996 года, Постановление Правительства Российской Федерации №112 от 18 февраля 2002 года, Соглашение между Правительством Российской Федерации и ФНПР о разграничении прав собственности на имущество санаторно-курортных объектов, расположенных в курортном регионе Кавказских Минеральных Вод номер 01-160 от 11 марта 2002 года.

На основании протокола общего собрания участников общества с ограниченной ответственностью «Курортное управление» (холдинг) от 07 сентября 2005 года, участниками ФНПР и ФПСК учреждено ООО «Курортное управление» (холдинг) г. Кисловодск», с распределением долей в следующем порядке ФНПР - 85 %, ФПСК - 15 %. ООО «Курортное управление» (холдинг) г. Кисловодск» 17 ноября 2005 года поставлено на учет в ФНС России. Юридическое лицо - ООО «Курортное управление» (холдинг) г. Кисловодск ИНН <***>, ОГРН <***> зарегистрировано в ЕГРЮЛ 17 ноября 2005 года, юридический адрес: <...> основным видом экономической деятельности является: аренда и управление собственным или арендованным нежилым недвижимым имуществом

17 ноября 2005 года общество поставлено на учет в ФНС России, основным видом экономической деятельности является: аренда и управление собственным или арендованным нежилым недвижимым имуществом (ОКВЭД -68.20.2).

На основании решений ФНПР и ФПСК об увеличении уставного капитала ООО «Курортное управление (холдинг) г. Кисловодск», между ФНПР, ФПСК и ООО «Курортное управление (холдинг) г. Кисловодск» заключены договоры о передаче недвижимого имущества в уставной капитал ООО «Курортное управление (холдинг) г. Кисловодск».

01 марта 2006 года на основании договора о передаче имущества в уставный капитал во исполнение постановления исполкома ФНПР от 14 сентября 2005 года № 5-23 «Об увеличении уставного капитала ООО «Курортное управление» (холдинг) г. Кисловодск, ФНПР и ФПСК передали в уставный капитал ООО «Курортное управление (холдинг) г. Кисловодск» (далее – Холдинг) вышеуказанные спорные объекты недвижимого имущества. ООО «Курортное управление (холдинг) г. Кисловодск» зарегистрировало право собственности на вышеуказанные переданные обьекты недвижимости по г. Кисловодску.

30.06.2006г. между ООО «Курортное управление (холдинг) г. Кисловодск» заключен договор купли-продажи с ФИО4, действующим по доверенности в интересах ФИО3 ( покупатель) обьекта недвижимости с кадастровым номером № – нежилое здание площадью 1138,20 кв.м Литер Б, Клуб, обьекта с кадастровым номером №Д, нежилое здание площадью 146,30 кв.м Литер Д, Слесарня-Склад, <адрес>

27.04.2015 года между ООО «Курортное управление (холдинг) г. Кисловодск» заключен договор купли-продажи с ФИО1 (покупатель) обьектов недвижимости: с кадастровым номером №, нежилое здание площадью 1567,10 кв.м, Литер А, Учебное строение, этажность 3, <адрес>; с кадастровым номером №, нежилое здание площадью 100,50 кв.м, Литер Б, Буфет, этажность 2, <адрес>; с кадастровым номером №, нежилое здание площадью 32,30 кв.м, Литер В, Подсобное, этажность 2, <адрес>..

13.06.2018 года между ФИО1 и АО «Прасковейское» был заключен договор купли-продажи на вышеуказанные обьекты недвижимости: Учебное строение, буфет, подсобное и зарегистрировано право собственности за АО «Прасковейское» на указанные обьекты.

Разрешая спор и отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции, оценив представленные сторонами доказательства по правилам статьи 67 ГПК РФ, руководствуясь ст.ст. 10, 125, 166,167,168,169, 181 195, 196, 199, 200, 208, 213, 223, 235, 302, 401, 421, 431, 432, 454, 549, 551, 1102, 1103, а также разъяснениями Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 года №25, Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 №43, Постановлении Пленума Верховного Суда РФ №10 и Пленума ВАС РФ №22 от 29.04.2010, исходил из того, что спорные объекты недвижимости изначально были отнесены к собственности ФНПР на основании Постановления № 112 и Соглашения от 11 марта 2002 года, по результатам определения и выдела Российской Федерацией и ФНПР, как двумя субъектами права общей совместной собственности на основании статей 252 и 254 Гражданского кодекса Российской Федерации своих долей из общего имущества по соглашению сторон (сособственников), а затем стали собственностью Холдинга в результате их внесения ФНПР и ФПСК, как участниками Холдинга в уставный капитал Холдинга.

Кроме того, руководствуясь положениями статей 181, 196, 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд 1 инстанции пришел к выводу о пропуске срока исковой давности по заявленным исковым требованиям.

Постановлением Правительства Российской Федерации №12от 18.02.2002 «О разграничении прав собственности на имущество санаторно-курортных учреждений, расположенных в курортном регионе Кавказских Минеральных Вод, разграничено право собственности на объекты, отнесенные к собственности Российской Федерации (Приложение №1) на объекты, являющиеся памятниками исторического и культурного наследия федерального (общероссийского) значения, относимые к собственности Российской Федерации (Приложение№2 к Постановлению ), и объекты отнесенные к собственности Федерации независимых профсоюзов России (Приложение №3 к Постановлению).

Во исполнение указанного Постановления Правительства Российской Федерации№12 от 18.02.2002, между Правительством Российской Федерации в лице Министерства имущественных отношений Российской Федерации и Федерацией независимых профсоюзов России было заключено Соглашение№160от 11.03.2002 о разграничении прав собственности на имущество санаторно-курортных объектов, расположенных в курортном регионе Кавказских Минеральных Вод.

В соответствии с пунктом 3 статьи 1 названного Соглашения, объекты санаторно-курортного значения, указанные в приложении№, относятся к собственности Федерации независимых профсоюзов России.

Согласно статье 2 Соглашения от 11.03.2002, стороны берут на себя обязательство использовать имущество, являющееся предметом настоящего Соглашения, в целях организации санаторно-курортного лечения и отдыха граждан с соблюдением требований законодательства Российской Федерации об охране и использовании памятников истории и культуры.

На все обьекты 01.08.2002 года было зарегистрировано право долевой собственности Общероссийского союза «Федерация независимых профсоюзов России (ФНПР) и Территориального союза «Федерация профсоюзов Ставропольского края (ФПСК).

На основании протокола общего собрания участников общества с ограниченной ответственностью «Курортное управление» (холдинг) от 07.09.2005, участниками ФНПР и ФПСК учреждено «Курортное управление» (холдинг г. Кисловодска, с распределением долей : ФНПР-85%, ФПСК-15%.

Юридическое лицо – ООО «Курортное управление (холдинг) г. Кисловодска зарегистрировано в ЕГРЮЛ 17.11.2005 года

Предметом спора по настоящему делу являлись объекты, указанные в Приложении№3Постановлению Правительства РФ№от 18.02.2002 и соглашения№от 11.03.2002, часть которых была внесена Федерацией независимых профсоюзов России и Федерацией профсоюзов Ставропольского края в уставный капитал созданного профсоюзами общества с ограниченной ответственностью «Курортное управление» (холдинг) г. Кисловодска по договорам от 01.03.2006 (3 б\н), от 22.05.2006г б\н, от 08.08.2006 б\н, от 24.05.2007 №6, от 25.06.2007 №7, от 01.08.2007 №8, от 22.10.2007 №9, от 18.01.2008 №10, от 26.02.2008 №11, от 21.04,2008 №12, от 12.05.2008 №13, от 26.05,2008 №14, от 20.08.2008 №15, от 01.10.2008 №16, от 13.10. 2008 №17, от 23.03.2009 №18, №19,№20,№22, от 22.05.2009 №23, от 10.06.2009 №25, от 07.09.2009 №26, №27, №28, от 18.12.2009 №30, от 26,01.2010 №29, от 19.02.2010 №24,№31, от 01.03.2010 №32, от 01.07.2010 №33, от 01.09.2010 №34, от 01.11.2010 №35, от 01.04.2011 №36, от 28.10.2011 №38, от 17.11.2011 №39, от 30.01.2012 №40, от 05.04.2012 №41, от 07.11.2012 №44, от 11.07. 2013 ;45, от 10.09.2013 №47, от 10.11.2013 №49, от 17.12.2013 №48, от 22.05.2014 №50, от 19.06.2015 №52, №53, от 26.06.2015 №54, от 094.09.2015 №55, от 22.12.2015 №56, от 12.01. 2018 №57.

В обоснование недействительности указанных сделок, а также совершенных в последующем сделок по отчуждению имущества, прокурор ссылался на нарушение статьи 2 Соглашения от 11.03.2002, а именно, на то, что имущество, переданное по Соглашению, не используется в целях организации санаторно-курортного лечения и отдыха граждан. Этот же довод приводился в обоснование того, что прокурором не был пропущен срок исковой давности, поскольку он узнал о нецелевом использовании имущества только в 2019 году.

Вместе с тем, в силу прямого указания, содержащегося в подпункте 1 пункта 2 статьи 450 ГК РФ, существенное нарушение условий соглашения одной из его сторон является основанием для его расторжения по требованию другой стороны.

Таким образом, приведенное прокурором основание иска, а именно, использование имущества, поступившего в собственность Федерации независимых профсоюзов России по соглашению№от 11.03.2002, в нарушение условий данного соглашения, является основанием для заявления требования о расторжении данного соглашения.

Именно указанный способ защиты подлежит применению при существенном нарушении условий соглашения, что прямо следует из подпункта 1 пункта 2 статьи 450 ГК РФ и соответствует абзацу двенадцатому статьи 12 ГК РФ.

По смыслу статей 11, 12 ГК РФ в их совокупности, выбор способа защиты нарушенного права принадлежит лицу, обратившемуся в суд за такой защитой.

Избранный способ защиты гражданского права должен соответствовать содержанию нарушенного права и характеру его нарушения.

Ненадлежащим способом защиты нарушенного права является способ, который не соответствует императивно предписанному нормами закона для данного вида правоотношений.

С учетом приведенных норм, заявив иск о признании сделок по внесению в уставный капитал ООО «Курортное управление» (холдинг)г. Кисловодска» имущества, а также последующих сделок об отчуждении данного имущества ответчикам, по основанию нарушения Федерацией независимых профсоюзов России существенных условий соглашения№от 11.03.2002, указанных в статье 2 соглашения, прокурор избрал ненадлежащий способ защиты, которые не соответствует императивно предписанному способу защиты, прямо указанному в подпункте 1 пункта 2 статьи 450 ГК РФ.

С учетом вышеуказанных норм материального права, заявив иск о признании сделок по внесению в уставный капитал ООО «Курортное управление» (холдинг)г. Кисловодска» имущества, а также последующих сделок об отчуждении данного имущества ответчикам, по основанию нарушения Федерацией независимых профсоюзов России существенных условий соглашения№от 11.03.2002, указанных в статье 2 соглашения, прокурор избрал ненадлежащий способ защиты, которые не соответствует императивно предписанному способу защиты, прямо указанному в подпункте 1 пункта 2 статьи 450 ГК РФ.

Таким образом, по смыслу действующего законодательства факт нарушения условий названного соглашения№от 11.03.2002, не влечет отмену либо изменение названного соглашения№160от 11.03.2002, не может повлечь признание оспариваемых сделок недействительными.

Кроме того, в обоснование иска указывалось на то, что все сделки по отчуждению имущества ООО «Курортное управление (холдинг)г. Кисловодска»» не соответствуют требованиям закона, поскольку основаны на ничтожных сделках по передаче этого имущества в уставный капитал Холдинга, так как передача имущества профсоюзов в уставный капитал ООО «Курортное управление (холдинг)г. Кисловодска» является недействительной, ничтожной сделкой.

В соответствии с пунктом 1 статьи 166 ГК РФ, сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно разъяснениям, данным в пунктах 7, 8 постановления Пленума №25, если совершение сделки нарушает запрет, установленный пункт 1 статьи 10 ГК РФ, то в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункт 1 или пункт 2 статьи 168 ГК РФ).

К сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 ГК РФ. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по правилам статьи 170 ГК РФ).

На основании пункта 1 статьи 422 ГК РФ договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения.

В нарушение приведенных норм и разъяснений, прокурором не указано в силу каких именно установленных законом оснований оспоренные им сделки по передаче имущества в уставный капитал Общества, созданного профсоюзами, являются недействительными, каким требованиям закона, действовавшего в момент совершения сделок, они не соответствуют, чему противоречат, какие императивные законодательные запреты при их совершении были нарушены профсоюзами, которые являлись собственниками, вносимого в уставный капитал имущества.

Кроме того, прокурором не приведено каких-либо норм закона, на основании которых подлежит удовлетворению заявленное им требование о признании права собственности Российской Федерации на все спорное имущество, тогда как, в соответствии с Постановлением Правительства Российской Федерации№от 18.02.2002 и названным соглашением№от 11.03.2002, указанное имущество отнесено к собственности Федерации независимых профсоюзов России, а также, принимая во внимание то, что признание сделок с данным имуществом недействительными и применение последствий их недействительности может повлечь только приведение сторон в первоначальное положение, существовавшее до заключения этих сделок.

Кроме того, суд первой инстанции обоснованно указал на то, что положения статьи 2 Соглашения от 11 марта 2002 года № 01-160 нельзя толковать буквально, то есть в том смысле, что каждый объект должен использоваться только стороной этого Соглашения и исключительно в целях организации санаторно-курортного лечения и отдыха граждан.

Соответственно, поскольку Российская Федерация фактически на момент заключения спорных сделок купли-продажи собственником спорного имущества не являлась, законных оснований для признания оспариваемых сделок купли-продажи недействительными и применении последствий их недействительности в рассматриваемом случае по существу заявленных исковых требований не имеется.

Таким образом, поскольку нарушений статьи 2 Соглашения от 11 марта 2002 года № 01-160, как и нарушений требований закона со стороны ФНПР и ФПСК допущено не было, законных оснований для признания ничтожными оспариваемых договоров купли-продажи по отчуждению спорных объектов недвижимости в рассматриваемом случае не имеется, как и отсутствуют законные основания для признания права собственности за Российской Федерацией.

Судебная коллегия с вышеуказанными выводами суда первой инстанции соглашается, находит их соответствующими фактическим обстоятельствам дела и требованиям действующего законодательства.

Разрешая требование о признании прекратившим право собственности ООО «Курортное управление (Холдинг) г. Кисловодск» на имущество, переданное ему в уставный капитал, суд первой инстанции исходил из того, что статья 235 Гражданского кодекса Российской Федерации содержит исчерпывающий перечень случаев принудительного изъятия имущества и расширительному толкованию не подлежит.

Как верно указал суд первой инстанции, консервация объекта недвижимости собственником этого объекта недвижимости не является основанием для прекращения права собственности.

По общему правилу, собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник осуществляет права владения, пользования и распоряжения принадлежащим им жилым помещением в соответствии с его назначением (пункт 1 статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Принудительное изъятие у собственника имущества не допускается, кроме случаев, когда по основаниям, предусмотренным законом, производятся: обращение взыскания на имущество по обязательствам (статья 237); отчуждение имущества, которое в силу закона не может принадлежать данному лицу (статья 238); отчуждение недвижимого имущества в связи с изъятием участка (статья 239); выкуп бесхозяйственно содержимых культурных ценностей, домашних животных (статьи 240 и 241); реквизиция (статья 242); конфискация (статья 243); отчуждение имущества в случаях, предусмотренных пунктом 4 статьи 252, пунктом 2 статьи 272, статьями 282, 285, 293, пунктами 4 и 5 статьи 1252 настоящего Кодекса; обращение по решению суда в доход Российской Федерации имущества, в отношении которого не представлены в соответствии с законодательством Российской Федерации о противодействии коррупции доказательства его приобретения на законные доходы; обращение по решению суда в доход Российской Федерации денег, ценностей, иного имущества и доходов от них, в отношении которых в соответствии с законодательством Российской Федерации о противодействии терроризму лицом не представлены сведения, подтверждающие законность их приобретения.

Ни одного из предусмотренных законом оснований в настоящем деле места не имеет.

При таком положении, у суда первой инстанции отсутствовали законные основания для удовлетворения заявленного прокурором требования о признании прекратившим право собственности ООО «Курортное управление (Холдинг) г. Кисловодск» на имущество, переданное ему в уставный капитал.

Кроме того, отказывая в удовлетворении заявленных исковых требований прокурора, суд, удовлетворяя заявленное ходатайство о применении срока исковой давности к заявленным требованиям, исходил из того, что к моменту предьявления прокурором заявленных исковых требований в 2019 году не менее 4( четырех), а в основном более 10 (десяти) лет прошло с момента внесения в уставный капитал Холдинга спорных обьектов недвижимости, а также со дня государственной регистрации в ЕГРП (ЕГРН) права собственности Холдинга на спорные обьекты недвижимости ( с 2007 по 2013 годы).

В соответствии со статьей 208 ГК РФ исковая давность не распространяется, в том числе на требования собственника или иного владельца об устранении всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения не были соединены с лишением владения (статья 304 ГК РФ).

Ссылка в представлении на неприменение судом положений статьи 208 ГК РФ во внимание судебной коллегией не принимается, поскольку к спорным правоотношениям данные положения закона применены быть не могут. Ни прокурор, ни Российская Федерация, собственником спорного недвижимого имущества не являются и не являлись на момент совершения спорных сделок, следовательно, заявленные процессуальным истцом требования под действие статьи 304 ГК РФ не подпадают.

В части срока исковой давности надлежит учитывать, что в основание иска истец сослался на то, что оспариваемые сделки нарушают требования закона, следовательно, в соответствии с положениями пункта 2 статьи 168 ГК РФ сделки ничтожны.

На момент заключения оспариваемых договоров купли-продажи действовала норма пункта 1 статьи 181 ГК РФ (в редакции Федерального закона от 21 июля 2005 года № 109-ФЗ), предусматривающая, что срок исковой давности по требованию о применении последствий недействительности ничтожной сделки составляет три года. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда началось исполнение этой сделки.

С 01 сентября 2013 года эта норма действует в иной редакции (в редакции Федерального закона от 07 мая 2013 года № 100-ФЗ), согласно которой срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки. В силу пункта 9 статьи 3 Федерального закона от 07 мая 2013 года № 100-ФЗ "О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации", установленные положениями Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции настоящего Федерального закона) сроки исковой давности и правила их исчисления применяются к требованиям, сроки предъявления которых были предусмотрены ранее действовавшим законодательством и не истекли до 01 сентября 2013 года.

С учетом изложенных правовых норм, как по ранее действовавшей редакции пункта 1 статьи 181 ГК РФ, так и по ныне действующей редакции данной нормы (Федеральный закон от 07 мая 2013 года № 100-ФЗ), исчисление срока исковой давности производится с момента начала исполнения сделки.

Согласно п. 101 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 "О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" для требований сторон ничтожной сделки о применении последствий ее недействительности и о признании такой сделки недействительной установлен трехлетний срок исковой давности, который исчисляется со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, то есть одна из сторон приступила к фактическому исполнению сделки, а другая - к принятию такого исполнения (пункт 1 статьи 181 ГК РФ).

Поскольку право на предъявление иска в данном случае связано с наступлением последствий исполнения ничтожной сделки и имеет своей целью их устранение, именно момент начала исполнения такой сделки, когда возникает производный от нее тот или иной не правовой результат, в действующем гражданском законодательстве избран в качестве определяющего для исчисления срока исковой давности.

Судебная коллегия считает правильным исчисление судом первой инстанции сроков исковой давности для предъявления требования прокурора о признании ничтожными заключенных сделок, оснований не согласиться с выводом суда первой инстанции о пропуске сроков исковой давности не усматривает.

С учетом положений статьи 200 ГПК РФ, а также разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации №10/22 от 29 апреля 2010 года, материальный истец - Российская Федерация, в чьих интересах действует процессуальный истец – прокурор г. Кисловодска, должна была знать о нарушении своих прав с момента государственной регистрации оспариваемых сделок, а также с момента государственной регистрации за Холдингом и другими ответчиками прав на спорное недвижимое имущество.

Кроме того, судебная коллегия обращает внимание на следующее.

Согласно пункту 2 статьи 166 ГК РФ требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия. В случаях, когда в соответствии с законом сделка оспаривается в интересах третьих лиц, она может быть признана недействительной, если нарушает права или охраняемые законом интересы таких третьих лиц.

Из смысла вышеприведенных положений закона следует, что лицо, заявившее такие требования должно иметь охраняемый законом интерес в признании сделки недействительной.

Такой интерес должен носить материально-правовой характер и, соответственно, должен быть подтвержден соответствующими доказательствами, как, собственно, должно быть доказано нарушение конкретного, а не абстрактного права заинтересованного лица.

В силу части 1 статьи 45 ГПК РФ прокурор вправе обратиться в суд с заявлением в защиту прав, свобод и законных интересов граждан неопределенного круга лиц или интересов Российской Федерации, субъектов Российской Федерации муниципальных образований.

При этом, прокурор является процессуальным истцом и инициирует иск в интересах лиц, имеющих материально-правовой интерес.

По настоящему делу прокурор предъявил иск в интересах неопределенного круга лиц и при этом просил суд признать сделки недействительными и вернуть стороны сделок в первоначальное положение.

Между тем, прокурор, заявляя требования, в том числе в интересах неопределенного круге лиц, не указал, какое именно нарушение конкретного, а не абстрактного права неопределенного круга лиц должно быть восстановлено.

Именно это обстоятельство в силу статьи 56 ГПК РФ было определено судом в качестве имеющего юридическое значение и поставлено на обсуждение сторон, а не то, когда о нарушениях стало известно прокурору.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 года № 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности", согласно которому, по смыслу пункта 1 статьи 200 указанного кодекса, при обращении в судорганов государственной власти, органов местного самоуправления, организаций или граждан с заявлением в защиту прав, свобод и законных интересов других лиц в случаях, когда такое право им предоставлено законом (часть 1 статьи 45 и часть 1 статьи 46 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), начало течения срока исковой давности определяется исходя из того, когда с нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права, узнало или должно было узнать лицо, в интересах которого подано такое заявление.

Суд первой инстанции обоснованно указал, что если Российская Федерация в лице ТУ Росимущество в СК полагало, что ФНПР и ФПСК не имели права передавать в уставный капитал Холдинга спорные обьекты, то они вправе были контролировать нахождение данных обьектов в собственности ФНПР и ФПСК.

Судом также обоснованно указано, что договор купли-продажи спорных обьектов от 30.06.2006г. между Холдингом и ФИО3, договор купли-продажи от 27.04..2015 года между Холдингом и ФИО1, договор купли-продажи от 13.06.2018г между ФИО1 и АО «Прасковейское» были заключены после того, как указанные в них обьекты недвижимости были внесены в уставный капитал Холдинга, после того, как право собственности Холдинга на указанные обьекты недвижимости зарегистрированы в ЕГРП, а поскольку прокурор полагает, что данные обьекты не могли вноситься в уставный капитал Холдинга, то даты заключения этих договора не имеют значение для исчисления сроков исковой давности по требованиям, направленным на признание права собственности Российской Федерации на данные обьекты, поскольку последующие сделки с недвижимостью не приводят к восстановлению или новому течению сроков исковой давности по требованиям лица, полагающим себя собственником этих обьектов.

В рассматриваемом случае, судебная коллегия также не усматривает нарушение прав и законных интересов неопределенного круга лиц совершением ответчиками оспариваемых прокурором сделок купли-продажи.

Учитывая, что о совершении сделок купли-продажи, в том числе, неопределенному кругу лиц, должно было стать известно с момента внесения записей о регистрации данных сделок, срок исковой давности неопределенным кругом лиц в рассматриваемом случае также является пропущенным.

При таких обстоятельствах, судебная коллегия считает, что судом первой инстанции верно был исчислен срок исковой давности по каждому договору купли-продажи, выводы суда о пропуске процессуальным истцом срока исковой давности основаны на всестороннем, полном и объективном исследовании имеющихся в деле доказательств, правовая оценка которым дана судом по правилам статьи 67 ГПК РФ и соответствует нормам материального права, регулирующим спорные правоотношения, кроме того, судом дана обоснованная оценки всем другим доводам и основанию иска прокурора, а также представленным доказательствам.

Таким образом, доводы апелляционного представления и дополнения к нему в целом направлены на иное толкование норм закона, правовых оснований к отмене решения суда не содержат, по существу сводятся к изложению обстоятельств, являвшихся предметом исследования и оценки суда первой инстанции, и к выражению несогласия с действиями суда, связанными с установлением фактических обстоятельств, имеющих значение для дела, и оценкой представленных по делу доказательств.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст. ст. 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Кисловодского городского суда Ставропольского края от 21.01.2022 – оставить без изменения, апелляционное представление заместителя прокурора г. Кисловодска Кузьменко П.А.– без удовлетворения.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено – 10.08.2023.

Председательствующий:

Судьи: