УИД: 78RS0019-01-2021-015606-68
Дело № 2-5340/2022 (2-13891/2021;)
11 июля 2022 года
РЕШЕНИЕИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
Приморский районный суд города Санкт-Петербурга в составе:
Председательствующего судьи
ФИО6
<данные изъяты> При секретаре <данные изъяты>
<данные изъяты> ФИО17, <данные изъяты>
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к ФИО4 о взыскании кредитной задолженности,
УСТАНОВИЛ :
ФИО8 Т.А. обратилась в суд с иском к ФИО4 в котором, после уточнения заявленных требований в порядке ст. 39 ГПК РФ, просила о взыскании с ответчика задолженности по договору займа от ДД.ММ.ГГГГ в размере 8450000 руб., расходов по уплате госпошлины в размере 50450 руб., расходов на оплату услуг представителя в размере 300 000 руб.
В обоснование заявленных требований истец указала, что <данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ ФИО8 Т.А. и FILLIN <данные изъяты> ФИО1 заключили договор займа, по условиям которого ответчику были переданы денежные средства в размере <данные изъяты> 12 500 000 руб. на срок <данные изъяты> до ДД.ММ.ГГГГ. Ссылаясь на то обстоятельство, что <данные изъяты> ФИО1 умер <данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ и его наследником является ФИО4, которой обязательства по договору займа не исполняются, ФИО8 Т.А. обратилась в суд с заявленными требованиями.
Представитель ФИО8 Т.А. – ФИО18 в судебное заседание явился, поддержал заявленные требования в полном объеме, просил иск удовлетворить.
ФИО4 и представитель ФИО4 – ФИО19 в судебное заседание явились, возражали против удовлетворения заявленных требований по основаниям, изложенным в возражениях на исковое заявление.
Третье лицо – нотариус ФИО9 М.Е. в судебное заседание не явилась, просила о рассмотрении дела в отсутствие нотариуса (т.2, л.д. 96), вследствие чего суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившегося третьего лица.
Изучив материалы настоящего гражданского дела, оценив представленные доказательства в их совокупности по правилам статей 56, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к следующему.
В соответствии с п. 1 ст. 807 ГК РФ по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества. Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.
Согласно п. 1 ст. 808 ГК РФ договор займа между гражданами должен быть заключен в письменной форме, если его сумма превышает не менее чем в десять раз установленный законом минимальный размер оплаты труда, а в случае, когда займодавцем является юридическое лицо, - независимо от суммы.
В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему займодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей (п. 2 ст. 808 ГК РФ).
В соответствии с п. 1 ст. 810 ГК РФ заемщик обязан возвратить займодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа. В силу ст. 310 ГК РФ односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом.
Пунктом 1 статьи 1110 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что при наследовании имущество умершего (наследство, наследственное имущество) переходит к другим лицам в порядке универсального правопреемства, то есть в неизменном виде как единое целое и в один и тот же момент, если из правил настоящего Кодекса не следует иное.
В силу пункта 1 статьи 418 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательство прекращается смертью должника, если исполнение не может быть произведено без личного участия должника либо обязательство иным образом неразрывно связано с личностью должника.
В соответствии с правовой позицией, изложенной в пункте 58 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 года №9 «О судебной практике по делам о наследовании», под долгами наследодателя, по которым отвечают наследники, следует понимать все имевшиеся у наследодателя к моменту открытия наследства обязательства, не прекращающиеся смертью должника (статья 418 Гражданского кодекса Российской Федерации), независимо от наступления срока их исполнения, а равно от времени их выявления и осведомленности о них наследников при принятии наследства.
Согласно правовой позиции, содержащейся в пунктах 60, 61 вышеприведенного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, ответственность по долгам наследодателя несут все принявшие наследство наследники независимо от основания наследования и способа принятия наследства. Принявшие наследство наследники должника становятся солидарными должниками (статья 323 Гражданского кодекса Российской Федерации) в пределах стоимости перешедшего к ним наследственного имущества.
В силу пункта 1 статьи 1175 Гражданского кодекса Российской Федерации наследники, принявшие наследство, отвечают по долгам наследодателя солидарно (статья 323).
Каждый из наследников отвечает по долгам наследодателя в пределах стоимости перешедшего к нему наследственного имущества.
По смыслу положений приведенных правовых норм, обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора между кредитором и наследниками должника о взыскании задолженности по договору займа, являются принятие наследниками наследства, наличие и размер наследственного имущества, неисполнение или ненадлежащее исполнение заемщиком обязательств по договору.
Как установлено судом и подтверждено материалами дела, <данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ ФИО8 Т.А. и <данные изъяты> ФИО1 заключили нотариальный договор займа (бланк <адрес>7), по условиям которого <данные изъяты> ФИО1 получил от истца денежные средства на сумму <данные изъяты> 12 500 000 руб., без уплаты процентов со сроком возврата не позднее ДД.ММ.ГГГГ (т.1, л.д. 15).
Как следует из п. 3 договора займа, ФИО2 передала ФИО1 указанные в п. 1 настоящего договора деньги до подписания настоящего договора, что подтверждено соответствующей распиской ФИО1.
Как следует из представленного истцом в материалы дела свидетельства о смерти, <данные изъяты> ФИО1 умер <данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ (т.1, л.д. 14).
Из поступившего по запросу суда наследственного дела, заведенного после смерти заемщика, следует, что наследником ФИО1 является ФИО4, которой принято наследство в виде ? доли:
Автомобиля марки Mercedes-Benz GLE 350, модификация (тип) транспортного средства легковой универсал, 2021 года выпуска;
Прав на денежные средства, внесенные в денежные вклады, с причитающимися процентами и компенсациями;
Нежилого помещения, находящееся по адресу: г. <адрес>
1/30 (одной тридцатой) доли в праве общей долевой собственности на нежилое помещение, находящееся по адресу: <адрес> помещение 174-Н;
Квартиры, находящейся по адресу: <адрес>;
Нежилого здания, расположенного по адресу: <адрес>;
Нежилого здания, расположенного по адресу: <адрес>;
Земельного участка с кадастровым номером № находящегося по адресу: <адрес>
Нежилого помещения, находящегося по адресу: РФ, <адрес>;
Квартиры, находящейся по адресу: <адрес>;
Квартиры, находящейся по адресу: <адрес>;
Квартиры, находящейся по адресу: <адрес>;
Земельного участка с кадастровым номером-78:38:0011405:7, находящегося по адресу: <адрес>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
На оставшиеся ? доли в вышеуказанном имуществе выданы свидетельства о праве собственности на долю в общем имуществе супругов, выдаваемые пережившему супругу – ФИО3, которая наследство не принимала и наследником по закону не является.
Общая стоимость вышеуказанного имущества, принятого ФИО4, превышает 8 450 000 руб., что сторонами в ходе рассмотрения настоящего спора не оспаривалось.
Обращаясь в суд с настоящим иском, ФИО23. ссылается на то обстоятельство, что обязательства по договору займа частично ФИО1 исполнены, в период с января 2019 года по май 2021 года в общей сложности возвращены денежные средства на общую сумму 4 050 000 руб. (т. 1, л.д. 21-45). При этом после смерти ФИО1 обязательства по договору займа его наследником не исполняются, вследствие чего ФИО24. обратилась в суд с заявленными требованиями.
Возражая против удовлетворения заявленных требований, ответчик, в последней представленной суду редакции возражений на иск, ссылается на то обстоятельство, что денежные средства по договору займа истцом ответчику фактически не передавались, а сам договор займа является безденежным.
Вместе с тем, оценивая данный довод ответчика, суд не может с ним согласиться ввиду следующего.
В соответствии с п. 1 ст. 810 ГК РФ заемщик обязан возвратить займодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа.
Заемщик вправе оспаривать договор займа по его безденежности, доказывая, что деньги или другие вещи в действительности не получены им от займодавца или получены в меньшем количестве, чем указано в договоре (п. 1 ст. 812 ГК РФ).
Если в процессе оспаривания заемщиком договора займа по его безденежности будет установлено, что деньги или другие вещи в действительности не были получены от займодавца, договор займа считается незаключенным (п. 3 ст. 812 ГК РФ).
В соответствии со ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Согласно ст. 60 ГПК РФ обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.
В силу изложенных правовых норм в случае возникновения сомнений в достоверности договора займа, доказать факт его безденежности должен заемщик, при этом, п. 2 ст. 812 ГК РФ исключена возможность доказывания безденежности договора займа свидетельскими показаниями, за исключением указанных в законе случаев.
При таких обстоятельствах заемщик, в силу положений ст. 812 ГК РФ, возражать может, только оспаривая состоявшийся договор по его безденежности, доказывая письменными доказательствами, что деньги им фактически не получены.
При этом, суд обращает внимание, что согласно разъяснениям, изложенным в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации, N 3 (2015), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25 ноября 2015 г., в случае спора, вытекающего из заемных правоотношений, на кредиторе лежит обязанность доказать факт передачи должнику предмета займа и то, что между сторонами возникли отношения, регулируемые главой 42 Гражданского кодекса Российской Федерации, а на заемщике - факт надлежащего исполнения обязательств по возврату займа либо безденежность займа.
Таким образом, закон не возлагает на заимодавца обязанность доказать наличие у него денежных средств, переданных заемщику по договору займа, тогда как обязанность по доказыванию безденежности займа возлагается на заемщика.
С учетом изложенного, суд приходит к выводу, что, с учетом наличия подписанного сторонами договора займа, из которого следует, что ФИО1 подтвердил получение от ФИО25. денежных средств до заключения договора, у ФИО26 отсутствовала обязанность доказать наличие у нее денежных средств на момент заключения договора займа от ДД.ММ.ГГГГ и данный довод ответчика в любом случае не может быть принят во внимание.
Вместе с тем, суд обращает внимание, что, как следует из материалов дела, ФИО27. является опекуном ФИО28., бывшего бизнес-партнера ФИО1 Таким образом, у ФИО30. имелся доступ к счетам ФИО29. и возможность распоряжаться находившимися на них денежными средствами.
В подтверждение доводов о наличии возможности передачи в займ ФИО1 денежных средств, истцом представлены в материалы дела выписки по счетам ФИО31 из которых следует, что на счета супруга истца в течение нескольких лет регулярно поступали денежные средства от деятельности принадлежавших ему в равных долях со ФИО1 юридических лиц.
Общая сумма поступлений от деятельности ООО «Центр имплантологии доктора ФИО8» и ООО «СолоДент-плюс» в качестве распределения прибыли на основании протоколов общих собраний за период с 2015 по 2018 год составила 20 575 500 руб., что подтверждается платежными поручениями ЗАО «Райффайзенбанк» (т.1, л.д. 185-202), а сумма поступлений от ООО «Центр имплантологии доктора ФИО8» и ООО «СолоДент-плюс» за период с 2016 по 2018 год в качестве ежемесячных платежей по лицензионным договорам и по договору № от ДД.ММ.ГГГГ (как указано в выписках по счетам) составила 9 000 000 руб., что подтверждается представленными истцом в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ выписками по счетам ФИО8 С.Л. в ПАО «Сбербанк ФИО5».
Кроме того, как следует из пояснений сторон и подтверждается материалами дела, в один и тот же день, а именно ДД.ММ.ГГГГ, между ФИО8 Т.А. и ФИО1 были заключены договоры купли-продажи долей в уставных капиталах ООО «СолоДент-плюс» и ООО «СолоДент» и которые были проданы истцом ФИО1 за 6 400 000 руб. и 1 500 000 руб. соответственно (7 900 000 рублей в общей сложности).
Таким образом, вопреки доводам ответчика об отсутствии у истца денежных средств на момент заключения договора займа, из представленных истцом документов следует, что за 3 года до заключения спорного договора займа, а также непосредственно в день заключения договора займа, истцом были получены денежные средства на общую сумму 37 475 500 руб. (20 576 500 руб. – распределение прибыли, 9 000 000 руб. – лицензионные и иные отчисления, 7 900 000 руб. – доход от продажи долей в ООО «СолоДент-плюс» и ООО «СолоДент»), то есть значительно превышающую размер спорного займа – 12 500 000 руб.
При этом, в нарушение положений ст. 56 ГПК РФ, ответчиком не представлено доказательств, достоверно подтверждающих, что истцом за тот же самый период (с 2015 по 2018 год) были потрачены как на лечение ФИО8 С.Л., так и на личную жизнь денежные средства на сумму, превышающую 24 975 500 рублей (37 475 500 – 12 500 000 руб.), что исключало бы возможность передачи истцом в заем ФИО1 денежных средств на сумму 12 500 000 руб.
Учитывая тот факт, что ФИО8 Т.А. по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ являлась официальным опекуном ФИО8 С.Л., то есть имела право, с согласия Органа опеки и попечительства, распоряжаться его имуществом, суд приходит к выводу, что довод ответчика о финансовой несостоятельности ФИО8 Т.А. и отсутствии у нее возможности передать в займ ФИО1 денежные средства в размере 12 500 000 рублей не может быть признан обоснованным.
Довод ФИО4 о том, что из выписок по счетам ФИО1 не усматривается поступление к нему денежных средств от ФИО8 Т.А. на общую сумму 12 500 000 руб. также не может быть принят во внимание, поскольку из содержания договора займа не усматривается, каким именно способом денежные средства были переданы ФИО1 При этом, в случае передачи денежных средств в наличной форме, поступление денежных средств отражаться на счетах ФИО1 не будет, вследствие чего данный довод ответчика доказательством не получения ее отцом денежных средств по спорному договору займа быть признан не может.
Указание ответчика на то обстоятельство, что по условиям договора займа факт получения ФИО1 денежных средств должен подтверждаться соответствующей распиской ФИО1, тогда как таковая расписка истцом не представлена и в материалах дела отсутствует, также не может быть признан обоснованным ввиду следующего.
Суд обращает внимание, что при подписании договора займа ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 своей подписью в присутствии нотариуса засвидетельствовал, что денежные средства в размере 12 500 000 рублей он получил от ФИО8 Т.А. до подписания настоящего договора вне стен нотариальной конторы (пункт 3 договора от ДД.ММ.ГГГГ).
Таким образом, довод ответчика об отсутствии правовых оснований для материальной ответственности ФИО1 (и, как следствие, ответчика, как его правопреемника) перед истцом, не согласуется с установленными по делу обстоятельствами, в частности с содержанием договора займа от ДД.ММ.ГГГГ, которым подтверждено получение денежных средств истцом от ответчика.
При этом из материалов дела усматривается, что все существенные условия договора займа, заключенного между сторонами были изложены четко, ясно и понятно; возражений по вопросу заключения данного договора ФИО1 не высказывалось; он добровольно подписал указанный договор, понимая его содержание, условия и суть сделки; согласился со всеми условиями; доказательств того, что истец заключил договор под видом притворной сделки, в нарушение ст. 56 ГПК РФ в материалы дела представлено не было.
Таким образом, ответчиком, в соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, не представлено достаточных и бесспорных доказательств безденежности совершенной сделки в опровержение имеющимся в деле доказательствам в виде договора займа, по условиям которого расчет между сторонами был произведен.
Кроме того, суд обращает внимание, что в случае утраты истцом расписки о получении денежных средств вследствие исполнения обязательств по договору заемщиком (ФИО1), как на это ссылается сторона ответчика в возражениях на исковое заявление, данная расписка должна находиться у заемщика (или его правопреемников).
Как установлено п. 2 ст. 408 ГК РФ, кредитор, принимая исполнение, обязан по требованию должника выдать ему расписку в получении исполнения полностью или в соответствующей части.
Если должник выдал кредитору в удостоверение обязательства долговой документ, то кредитор, принимая исполнение, должен вернуть этот документ, а при невозможности возвращения указать на это в выдаваемой им расписке. Расписка может быть заменена надписью на возвращаемом долговом документе. Нахождение долгового документа у должника удостоверяет, пока не доказано иное, прекращение обязательства.
Вместе с тем, несмотря на соответствующий довод ответчика, спорная расписка, наличие которой у заемщика подтверждало бы факт возврата ФИО1 денежных средств, представлена ФИО4 не была, вследствие чего данный довод ответчика также не может быть принят во внимание.
Кроме того, суд принимает внимание, что стороной ответчика, по существу, так и не было представлено доказательств, достоверно свидетельствующих об ином, нежели заемном, характере спорной расписки.
Из материалов дела следует, что в начале рассмотрения спора сторона ответчика ссылалась на то обстоятельство, что денежные средства в размере 12 500 000 руб. являлись действительной стоимостью долей ФИО32. в ООО «СолоДент-плюс» и ООО «СолоДент», то есть внесенные по заключенным в один день с договором займа договорам купли-продажи долей денежные средства являлись одновременным возвратом части долга (7 900 000 рублей из 12 500 000 рублей) и общая сумма задолженности ФИО1 составила 4 600 000 рублей, из которых 4 050 000 руб. уже возвращены и, как следствие, общая сумма долга составляет 550 000 рублей, которые ответчик была готова погасить в добровольном порядке (т.1, л.д. 163-165).
В дальнейшем сторона ответчика изменила свою позицию и стала ссылаться на то обстоятельство, что денежные средства в размере 12 500 000 рублей были добровольным обязательством ФИО1 финансово поддерживать супругу своего бизнес-партнера ФИО33 однако, данное обязательство являлось личным обязательством ФИО1 и не могло наследоваться.
Вместе с тем, суд обращает внимание, что с учетом вышеуказанных обстоятельств заключения договора; принимая во внимание, что ФИО1 являлся предпринимателем и не мог не понимать юридические последствия заключения договора займа на сумму 12 500 000 рублей; учитывая, что никаких доказательств, свидетельствующих о том, что договор займа был притворной сделкой и, заключая его, ФИО1 подразумевал, что у него имеется только моральное (но не юридическое) обязательство поддерживать ФИО34., не имеется; вследствие чего основания полагать, что договор займа является притворной сделкой, отсутствуют.
При этом ссылки ответчика на представленную в материалы дела переписку между ФИО35 и ФИО1 (т. 2, л.д. 112-125) суд находит необоснованными, поскольку из данной переписки напрямую не следует к каким именно договоренностям пришли ФИО36 и ФИО1 при заключении ДД.ММ.ГГГГ договоров купли-продажи долей и договора займа. Более того, суд обращает внимание, что из данной переписки неоднократно следует, что ФИО1 планирует возвращать денежные средства по договору займа, в том числе из прибыли приобретаемых Обществ или из личных денежных средств (сообщение от ДД.ММ.ГГГГ 17:35:33 (т.2, л.д. 122). Указания на то, что ФИО1 ничего не должен ФИО37. (фактически, ссылки на безденежность договора займа) начинаются уже после подписания договора займа (сообщение от ДД.ММ.ГГГГ, 12:38:38, т.2, л.д. 124), тогда как ранее ФИО1 неоднократно указывал на то, что денежные средства на основании договора займа он возвращать собирается в полном объеме, вследствие чего никакого имущественного обеспечения (на котором настаивала ФИО38.) не требуется (сообщение от ДД.ММ.ГГГГ, 20:55:25, т.2, л.д. 116; сообщение от ДД.ММ.ГГГГ, 21:21:25 т.2, л.д. 119).
В целом, суд обращает внимание, что из переписки сторон не усматривается, что денежные средства на сумму 12 500 000 рублей ФИО1 собирался передавать ФИО39. в качестве добровольной материальной помощи. Напротив, из данной переписки косвенно усматривается, что спорный договор займа мог быть составлен с целью занижения стоимости долей ООО «СолоДент-плюс» и ООО «СолоДент» в договорах купли-продажи и дальнейшей выплаты действительной стоимости организаций в рассрочку до ДД.ММ.ГГГГ.
Вместе с тем, даже в случае квалификации договора займа как обязательства ФИО1 выплатить ФИО41. действительную стоимость долей в ООО «СолоДент-плюс» и ООО «СолоДент» (на что ответчик, уточнив свои возражения на исковое заявление, больше не ссылается), данное обстоятельство в любом случае не освобождало бы ФИО4 от обязательств по выплате денежных средств.
Как установлено п. 2 ст. 170 ГК РФ, притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.
Таким образом, даже в случае установления того факта, что спорный договор займа прикрывал собой договор купли-продажи долей в ООО «СолоДент-плюс» и ООО «СолоДент» за большую, чем указано в договорах, стоимость, к данному договору в любом случае должны были бы быть применены правила договора купли-продажи долей в ООО.
При этом, поскольку:
стоимость долей в ООО «СолоДент-плюс» и ООО «СолоДент» была оценена сторонами в 20 400 000 рублей (12 500 000 рублей по договору займа + 7 900 000 по договорам купли-продажи долей);
данные доли фактически перешли в собственность ФИО1 (и унаследованы ФИО4);
при этом ФИО1 были выплачены только 4 050 000 рублей;
суд приходит к выводу, что у ФИО1 (и, как следствие, его наследника – ФИО4) в любом случае имеется задолженность перед ФИО43 на сумму 8 450 000 рублей, вне зависимости от юридической квалификации данной задолженности – как долга по договору займа или долга по договору купли-продажи долей в ООО «СолоДент-плюс» и ООО «СолоДент».
При этом суд обращает внимание, что в случае, если бы доли в ООО «СолоДент-плюс» и ООО «СолоДент» были оценены сторонами именно в 12 500 000 рублей, то и размер договора займа для покрытия разницы в действительной и выплачиваемой стоимости долей составил бы 4 600 000 рублей (12 500 000 рублей – 7 900 000 рублей по заключенным договорам купли-продажи долей в Обществах). При этом пояснить, с какой целью ФИО1 подписал договор займа на сумму именно 12 500 000 рублей и одновременно договоры купли-продажи долей на сумму 7 900 000 рублей, если действительная стоимость долей, по мнению стороны ответчика, составляла только 12 500 000 рублей, а не 20 400 000 рублей, представители ответчика в судебных заседаниях не смогли.
Вместе с тем, анализируя как заявленные ФИО44. требования, так и возражения ФИО4, которая на притворность договора займа в своих последних возражениях не ссылалась, суд приходит к выводу о необходимости квалификации спорного договора займа именно по его титульному наименованию, поскольку достоверных доказательств, подтверждающих притворность договора займа от ДД.ММ.ГГГГ сторонами не представлено.
Оценивая заявленные истцом требования в части размера подлежащих взысканию денежных средств, суд приходит к следующему.
Как следует из п. 4 договора займа, возврат займа будет осуществляться в ФИО9 следующим образом: равными частями, в виде ежеквартальных платежей в размере 625 000 рублей в последний календарный день последнего месяца квартала, начиная с ДД.ММ.ГГГГ путем передачи наличных денежных средств ФИО1 ФИО2, с выдачей ФИО2 расписки, подтверждающей факт их получения или путем перечисления денежных средств на счет, открытый на имя ФИО2 в ПАО «Сбербанк» (т.1, л.д. 15).
Как предусмотрено п. 2 ст. 811 ГК РФ, если договором займа предусмотрено возвращение займа по частям (в рассрочку), то при нарушении заемщиком срока, установленного для возврата очередной части займа, займодавец вправе потребовать досрочного возврата всей оставшейся суммы займа вместе с процентами за пользование займом, причитающимися на момент его возврата.
Как следует из представленных истцом документов, ФИО1 условия договора займа в части оплаты ежеквартальных платежей в размере 625 000 рублей надлежащим образом не исполнялись, на момент последней оплаты задолженность по договору составила 2 200 000 рублей (т.2, л.д. 149-150). Факт просрочки оплаты ежеквартальных платежей ответчиком в ходе судебного разбирательства не оспаривался.
При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу, что у истца возникло право требовать со ФИО4 (как правопреемника ФИО1) досрочного взыскания всей суммы задолженности по договору займа в связи с нарушением заемщиком срока, установленного для возврата очередной части займа.
С учетом изложенного, поскольку доказательств погашения задолженности в размере, превышающем 4 050 000 рублей, ответчиком не представлено, суд приходит к выводу, что заявленная ко взысканию ФИО45. денежная сумма в размере 8 450 000 рублей (12 500 000 – 4 050 000) является обоснованной.
Разрешая заявленные требования, суд, оценив представленные доказательства в порядке ст. 67 ГПК РФ; принимая во внимание, что материалами дела достоверно подтверждается как факт заключения договора займа, так и факт передачи ФИО1 денежных средств по данному договору; учитывая, что ответчиком достоверных доказательств как безденежности, так и притворности договора займа представлено не было; принимая во внимание, что ФИО4, как наследник заемщика, приняла наследство и его размер превышает размер заявленных требований; проверив расчет задолженности и признав его обоснованным; приходит к выводу, что требования ФИО46. в части взыскания задолженности по договору займа являются обоснованными, вследствие чего подлежат удовлетворению в полном объеме.
Вместе с тем, разрешая требования истца о взыскании расходов на оплату услуг представителя, суд приходит к следующему.
Согласно положениям ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.
Согласно п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 г. N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела", разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (ч. 3 ст. 111АПК РФ, ч. 4 ст. 1 ГПК РФ, ч. 4 ст. 2 КАС РФ).
Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 ГПК РФ, статьи 3, 45 КАС РФ, статьи 2, 41 АПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.
Согласно п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 г. N 1 расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (ч. 1 ст. 100 ГПК РФ, ст. 112 КАС РФ, ч. 2 ст. 110 АПК РФ).
Как разъяснено в пункте 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 N 1 разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.
Из указанных выше положений следует, что определение разумного размера расходов на оплату услуг представителя является оценочной категорией, четкие критерии ее определения законом не предусматриваются.
Суд вправе определить такие пределы с учетом обстоятельств дела, сложности и продолжительности рассмотрения дела, характера и объема оказанных услуг представителем.
Таким образом, судебные расходы на оплату услуг представителя присуждаются выигравшей по делу стороне, если они понесены фактически, являлись необходимыми и разумными. Суд может ограничить взыскиваемую в возмещение соответствующих расходов сумму, если сочтет ее чрезмерной с учетом конкретных обстоятельств.
Оценивая соразмерность стоимости оказанных услуг обычно взимаемым по аналогичным делам расходам, суд, с учетом положений Постановления Правительства РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 1240, согласно которым максимальная стоимость участия адвоката в одном судебном заседании по гражданскому делу по назначению в порядке ст. 50 ГПК РФ в будний день по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ составляла 1200 рублей в сутки;
принимая за основу расчет стоимости услуг по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ как:
1200 рублей – консультация перед составлением искового заявления и обращением в суд;
3600 рублей за составление искового заявления;
825 рублей за ознакомление с материалами дела;
1800 рублей за составление иных сложных процессуальных документов (в том числе возражений на иск, отзыва на возражение и тому подобных);
учитывая изменение стоимости данных услуг на момент взыскания судебных расходов, рассчитываемое на основании индекса потребительских цен за услуги в целом по Российской Федерации, публикуемого на сайте Росстата, с ДД.ММ.ГГГГ (следующий месяц за месяцем принятия Постановления Правительства РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 1240) по момент вынесения настоящего решения, а также сложность настоящего спора, суд полагает необходимым взыскать с ответчика в пользу истца расходы на оплату услуг представителя в размере 60 000 рублей исходя из следующего расчета:
Процессуальные действия
Количество действий
Расценка за 1 действие с учетом индексации
Итоговая цена за действие
Консультации перед подачей иска
1
2164
2164
Составление иска
1
6493
6493
Составление иных документов (в том числе возражений на иск)
6
3247
19480
Участие в судебном заседании
5
2164
10822
ИТОГО
38959
При этом суд обращает внимание, что в ходе рассмотрения дела, помимо искового заявления, представителями истца были составлены следующие процессуальные документы (п. 3 Таблицы):
Ходатайство о принятии обеспечительных мер;
Заявление об уточнение иска в связи с позицией ответчика;
Возражения на отзыв ответчика;
Пояснения на возражения ответчика;
Уточнение иска от ДД.ММ.ГГГГ;
Уточнение иска от ДД.ММ.ГГГГ.
Кроме того, представителем истца также неоднократно подавались ходатайства о принятии дополнительных обеспечительных мер, однако, поскольку данные ходатайства не были непосредственно связаны с поданными ответчиком возражениями и процессуальными документами, в отличие от вышеуказанных документов, суд приходит к выводу, что данные ходатайства составлялись исключительно по инициативе самого истца и оснований для возложения на ответчика обязанности по возмещению расходов на их составление не имеется.
С учетом вышеизложенного, суд полагает, что заявленная истцом ко взысканию сумма расходов на оплату услуг представителя в размере 300 000 рублей не может быть признана обоснованной и, поскольку стоимость фактически оказанных услуг составляет 38959 руб., суд, учитывая объем оказанных истцу юридических услуг, участие представителя в судебных заседаниях, фактические обстоятельства спора, длительность нахождения дела в производстве суда, степень сложности рассматриваемого спора, а также принципы разумности и справедливости, полагает возможным взыскать с ответчика в пользу истца расходы на оплату услуг представителя в размере 60 000 руб.
В соответствии со ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.
Как следует из материалов дела, при обращении в суд с настоящим иском ФИО2 понесены расходы по оплате государственной пошлины в размере 50450 руб.. Учитывая тот факт, что исковые требования удовлетворены в полном объеме, суд приходит к выводу, что с ответчика в пользу истца также подлежат взысканию расходы по оплате государственной пошлины в размере 50450 руб.
На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.12, 56, 67, 167, 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ :
Исковые требования ФИО2 удовлетворить частично.
Взыскать со ФИО4 в пользу ФИО2 задолженность по договору займа от ДД.ММ.ГГГГ в размере
8 450 000 рублей, расходы на оплату услуг представителя в размере 60 000 рублей, расходы по оплате государственной пошлины в размере 50 450 рублей, а всего
ФИО47восемь миллионов пятьсот шестьдесят тысяч четыреста пятьдесят ФИО48 рублей. ФИО49
В удовлетворении исковых требований в остальной части – отказать.
Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Приморский районный суд Санкт-Петербурга.
В окончательной форме решение изготовлено ДД.ММ.ГГГГ.
Судья