Решение по делу № 2-330/2023 от 04.09.2023 - о взыскании компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием, судебных расходов.

Дело №2-330/2023

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

04 сентября 2023 года г. Колпашево Томской области

Колпашевский городской суд Томской области в составе:

председательствующего судьи Шачневой А.А.,

при секретаре Тишкиной К.А.,

помощник судьи Ледовских Ю.Н.

с участием истца ФИО1, его представителя ФИО2, действующей на основании нотариальной доверенности от ДД.ММ.ГГГГ,

представителя ответчика ООО Авиапредприятие «Газпром авиа» ФИО3, действующей на основании доверенности № от ДД.ММ.ГГГГ,

старшего помощника Колпашевского городского прокурора Дамаскиной Ю.В.,

рассмотрев в судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью Авиапредприятие «Газпром авиа» <данные изъяты>, акционерному обществу «Русские Вертолетные Системы» о взыскании компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием, судебных расходов,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в Колпашевский городской суд <адрес> с исковым заявлением с учетом привлечения к участию в деле соответчика и увеличения размера требований к обществу с ограниченной ответственностью Авиапредприятие «Газпром авиа» (далее – ООО Авиапредприятие «Газпром авиа»), акционерному обществу «Русские Вертолетные Системы» (далее – АО «Русские Вертолетные Системы») о взыскании с ООО Авиапредприятие «Газпром авиа» <данные изъяты> компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием в размере <данные изъяты> рублей, взыскании с АО «Русские Вертолетные Системы» компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием в размере <данные изъяты> рублей, взыскании с ответчиков судебных расходов, связанных с выдачей нотариально удостоверенной доверенности в размере <данные изъяты> рублей, оплатой услуг представителя в размере <данные изъяты> рублей.

В обоснование заявленных исковых требований с учетом их последующего увеличения указано, что в воздействие на истца в период работы в ООО Авиапредприятие «Газпром авиа» с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в должности авиатехника по П и Д вредных производственных факторов - шума превышающего ПДУ привело к возникновению у него профессионального заболевания - хроническая двусторонняя нейросенсорная тугоухость. В последствии в период работы в АО «Русские Вертолетные Системы» состояние его здоровья по профессиональному заболеванию ухудшилось.

Истец ФИО1 в судебном заседании исковые требования с учетом увеличения поддержал, дополнительно пояснив, что в ДД.ММ.ГГГГ году проходил обследование в НИИ фармакологии, говорил лору о посторонних шумах в ушах, боли головы, на что он дал ему направление на аудиограмму, после чего сурдолог поставил диагноз. <данные изъяты>. После этого он выписку представил работодателю в лабораторию заведующей ФИО8, который о предпосылках к профзаболеванию проинформировал Роспотребнадзор, вследствие чего была составлена санитарно-гигиеническая характеристика ДД.ММ.ГГГГ. При составлении санитарно-гигиенической экспертизы, затем при составлении акта в комиссию входил руководитель, заведующая и инженер по технике безопасности. Предполагает, что данные Роспотребнадзору передавал начальник по охране труда. Он ежегодно с ДД.ММ.ГГГГ года проходил в профцентре обследование и лечение, ему выдавался акт о прохождении обследовании и лечении, такой же акт передавался профцентром работодателю. При прохождении периодических медицинских осмотров в ОГАУЗ «<данные изъяты> РБ» в то время, когда он работал в <данные изъяты> «Газпром авиа», начало медкомиссии проходило с аудиограммы, надевались наушники и подавался сигнал постепенно в каждое ухо, выходило два графика, с этими данными он шел к лору, который высчитывал степень потери слуха, иногда врач смотрел документы и просто писал, не спрашивая о жалобах. С ДД.ММ.ГГГГ года по ДД.ММ.ГГГГ год ежегодно проходил всех врачей, сдавал все анализы. Он созванивался с заведующей профцентра после нового года, она назначала ему время, к этому времени он начальника цеха предупреждал о том, что у него будет больничный лист и он едет в профцентр. Ездил самостоятельно, поскольку в заключении профцентра указано о прохождении ежегодного обследования. В ДД.ММ.ГГГГ году обратился к сурдологу на договорной основе. Кроме того один раз в шесть месяцев он проходил дневной стационар. С кодом <данные изъяты> (<данные изъяты>) ему выписывался больничный лист, который он передавал работодателю. Работодатель знал о его профзаболевании, но вопросов о том, может ли он работать, не поднимал. В ООО Авиапредприятие «Газпром авиа» у него были наушники как средство индивидуальной защиты, но они не эффективны, очень не удобные: зимой их не наденешь на шапку или под шапку, а летом не спасают от шума. Заболевание у него развивалось постепенно. Несмотря на то, что медицинским заключением было установлено снижение слуха, врач его допустил, он ему доверился и продолжил трудовую деятельность в должности <данные изъяты>. Продолжая работать, не думал, что будет ухудшаться состояние здоровья. Он с ДД.ММ.ГГГГ года работал в <данные изъяты> и сейчас бы работал, но со снижением слуха <данные изъяты> степени это противопоказано. В его должностные обязанности во время работы <данные изъяты> входило обслуживание планера и силовой установки. Он работал по выпуску и встрече вертолетов. С условиями труда на рабочем месте был ознакомлен, расписывался. При трудоустройстве инструктажи по охране труда проходил. Его должностные обязанности во время работы <данные изъяты> в <данные изъяты> «Газпром авиа» и обязанности по обслуживанию воздушных судов и двигателей в АО «РВС» по Ми-8 не отличались. В АО «РВС» получил 2 тип воздушных судов в обслуживание. Наушники он не применял иногда, потому что они не очень удобные. Слуховой аппарат получил в ДД.ММ.ГГГГ году. На работе его не носил, пользовался вне работы. При трудоустройстве в АО «Русские Вертолетные Системы» вопрос о снижении слуха не ставился, он представил медицинское заключение. Рабочая степень была <данные изъяты>, а <данные изъяты> степень была ему поставлена в ДД.ММ.ГГГГ году. Трудовой договор с АО «РВС» был прекращен в связи с его истечением, а потом из-за <данные изъяты> степени врачи запретили работать. Он ощущает постоянный шум и свист в ушах, головные боли, его беспокоит бессонница. Если не поспал, голова вообще не соображает, сосредоточенности нет. Потеря слуха мешает в общении с людьми, ему приходится переспрашивать постоянно, из-за этого стали часто ругаться с женой. Физически он чувствует себя неполноценным. Когда переходит через дорогу, имеется вероятность не услышать автомобиль. Группа инвалидности не устанавливалась. На работу с таким заболеванием его никто не примет.

Представитель истца – ФИО2, действующая на основании доверенности, в судебном заседании исковые требования ФИО1 поддержала с учетом увеличения их размера. Ранее в судебном заседании от ДД.ММ.ГГГГ указала, что с учетом разъяснений, данных в Постановлении Верховного Суда РФ от 15.11.2022 №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» исковая давность не распространяется на моральный вред. Обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований. Потерпевшим является истец по делу о компенсации морального вреда. Он должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав. Вина в причинении морального вреда предполагается на стороне ответчика, пока ответчик не докажет обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред. Истец состоял в трудовых отношениях с ответчиками ООО Авиапредприятие «Газпром авиа» и АО «Русские Вертолетные Системы». В период работы в ООО Авиапредприятие «Газпром авиа» у него было установлено профессиональное заболевание, что подтверждается актом от ДД.ММ.ГГГГ и санитарно-гигиенической характеристикой условий труда от ДД.ММ.ГГГГ. В указанном акте отражено, что оценка СОУТ подтверждает превышение шума. Работодателю предписывают, что он должен улучшить условия труда работника. При этом согласно проведенной позже оценке СОУТ уровень шума на работе ухудшился на <данные изъяты> дБА. Систематически он проходил лечение в профпатологии по направлению, медицинскую комиссию, где ему проверялась и устанавливалась потеря трудоспособности. Это засвидетельствовано актами, у него происходило снижение слуха. Профпатолог ОГАУЗ «<данные изъяты> РБ» ФИО14 непосредственно направляла и устанавливала профзаболевание через комиссию по имеющимся данным. При прохождении установленных врачей по медицинской комиссии вопрос по его жалобах не возникал. Изначально на протяжении работы у ответчика ООО Авиапредприятие «Газпром авиа» была установлена у истца потеря трудоспособности <данные изъяты>%. Полагает, что работодатель не мог не знать об этом. После того, как он работал в АО «Русские Вертолетные Системы» - состояние его здоровья ухудшалось. На момент увольнения составляло <данные изъяты> % утраты. В ДД.ММ.ГГГГ году установлено уже <данные изъяты> % утраты трудоспособности. В процессе рассмотрения дела установлено <данные изъяты> % бессрочно. При работе в ООО «Авиапредприятие «Газпром авиа» проводили специальные оценки условий труда: в ДД.ММ.ГГГГ году, по результатам которой установлено, что уровень шума на <данные изъяты> дБА превышал допустимую норму и в ДД.ММ.ГГГГ году, где уровень шума уже превышал на <данные изъяты> дБА. То есть шум стал больше, чем ранее. Именно эти факторы вредно влияли на состояние истца. Судмедэкспертиза подтвердила данный факт. Со стороны ответчика АО «Русские Вертолетные Системы» предоставлен документ от ДД.ММ.ГГГГ года о специальной оценке условий труда, то есть она актуальна именно с того периода. Трудовые правоотношения на основании трудового договора возникли в ДД.ММ.ГГГГ года, то есть на протяжении года не видно в каких условиях труда работал истец. При этом к материалам дела приобщены сведения индивидуального лицевого счета, в которых ответчик АО «Русские Вертолетные Системы» отчитывается, что в ДД.ММ.ГГГГ году истец работал по п.15 ст.30 ФЗ № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», которым предусмотрена досрочная пенсия мужчинам по достижению 55 лет, проработавших в инженерно-техническом составе на работах по непосредственному обслуживанию воздушных судов. В ДД.ММ.ГГГГ году после оценки СОУТ АО «Русские Вертолетные Системы» отчитываются по п.1 ч.1 ст.30. Вышеуказанный пункт регламентирует, что работа проходила во вредных условиях труда, то есть изменились условия труда. Таким образом, в ДД.ММ.ГГГГ году и в ДД.ММ.ГГГГ году наблюдаются у истца на рабочем месте разные условия труда. При назначении досрочной пенсии работодатель оплачивает дополнительные взносы по вредным условиям труда. Оценка СОУТ проводится с ДД.ММ.ГГГГ года, однако, у работодателя АО «Русские Вертолетные Системы» она появляется только в ДД.ММ.ГГГГ году. Считает, что без карты аттестации рабочего места не было бы дополнительных взносов, так как именно карта аттестации указывает на вредность. При этом ухудшение состояния здоровья истца за период работы в АО «РВС» прослеживается по медицинской документации. Так, медицинским заключением № от ДД.ММ.ГГГГ у истца установлено <данные изъяты>. В ДД.ММ.ГГГГ году медицинские документы свидетельствуют о том, что у него <данные изъяты> степень. В ДД.ММ.ГГГГ году по медицинским документам ФИО1 диагностирована <данные изъяты>. То есть, учитывая, что изначально <данные изъяты> была диагностирована <данные изъяты> степени, ежегодно у истца слух снижался. При установлении профессионального заболевания, зафиксированного в соответствующем акте, по медицинским документам, ежегодно проходя медицинскую комиссию, противопоказаний для работы <данные изъяты> выявлено не было. Законом не предусмотрена обязанность извещать работодателя при трудоустройстве о наличии профессионального заболевания. При поступлении на работу в АО «РВС» истец проходил медицинскую комиссию, которой противопоказания к работе соответствующего вида не установлены. Соответствующее медицинское заключение он предоставил работодателю. Более того, он трудоустроился в АО «РВС», так как ему предоставили сведения о допустимом уровне шума на рабочем месте. Впервые о противопоказаниях к работе было указано ОГАУЗ «<данные изъяты> РБ» в ДД.ММ.ГГГГ году, о чем и было сообщено работодателю АО «РВС», вследствие чего истец был отстранен от работы. Полагает, что ухудшение слуха работника произошло в период с момента его трудоустройства в АО «РВС» и до ДД.ММ.ГГГГ года. Заболевание прогрессирует, слух не улучшается, не восстанавливается. Считает, что работодатель этот год не соблюдал требований к данному виду деятельности и, соответственно, условия работы в АО «РВС» негативно влияли на состояние здоровья ФИО1

Представитель ответчика ООО Авиапредприятие «Газпром авиа» <данные изъяты> ФИО3, действующая на основании доверенности в судебном заседании возражала против удовлетворения увеличенных исковых требований, пояснив, что по материалам дела, по медицинским заключениям от ДД.ММ.ГГГГ годов видно, что истец указывает недостоверные сведения, касающиеся места работы. В это время истец уже не работал у них, но указывает это место работы. Также полагает заявленную сумму расходов на оплату услуг представителя завышенной и подлежащей снижению.

В проведенном ДД.ММ.ГГГГ судебном заседании представитель ответчика ООО Авиапредприятие «Газпром авиа» <данные изъяты> ФИО3, не согласившись с исковыми требованиями, пояснила, что истец работал в <данные изъяты> Авиапредприятие «Газпром авиа» в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в должности <данные изъяты> в <адрес>. Договор был расторгнут по его инициативе. Полагает, что в период работы ФИО1 в Авиапредприятии «Газпром авиа» данным предприятием были созданы все необходимые условия для обеспечения безопасности условий труда работника. Кроме того, проводятся периодически инструктажи, предусмотренные законодательством. Все сотрудники инженерно-авиационной службы, в том числе и <данные изъяты> обеспечиваются всем необходимым оборудованием, средствами индивидуальной защиты в соответствии с установленными нормами, в том числе они обеспечиваются и противошумными наушниками. В экспертизе указано о том, что эксперты не могут ответить на вопрос, было ли возможно возникновение заболевания, если бы сотрудник не применял противошумные наушники, поскольку оценка эффективности наушников не проводилась, поэтому в данном случае со стороны работодателя были предприняты все меры для создания безопасных условий труда. Поскольку эффективность не проверялась, полагает, это не вина ответчика. При проведении оценки СОУТ рабочего места данный фактор не проверялся. При прохождении периодических медицинских осмотров после ДД.ММ.ГГГГ года у ФИО1 никаких медицинских противопоказаний не выявлено, несмотря на то, что в акте было отражено: профессиональное заболевание возникло в ДД.ММ.ГГГГ году. При прохождении периодических медицинских осмотров в ДД.ММ.ГГГГ году ФИО1 какие-либо жалобы именно на слух отоларингологу не высказывались. В связи с этим никакие медицинские противопоказания не были выявлены, акты предоставлялись в адрес работодателя, где не было отражено, что ему противопоказан шум. Дополнительного обследования также не было рекомендовано, нуждаемости в лечении также не было, причем акты были заверены врачом профпатологом ФИО13. Заключительные акты от ДД.ММ.ГГГГ годов, то есть в период фиксации профзаболевания, указано, что у ФИО1 каких-либо противопоказаний, нуждаемости в дополнительном обследовании, лечении, санаторно-курортном лечении не имеется. После увольнения из Авиапредприятия «Газпром авиа» в ДД.ММ.ГГГГ года практически сразу же ДД.ММ.ГГГГ истец прошел медико-социальную экспертизу, которой установлено <данные изъяты> % утраты трудоспособности. При этом при прохождении периодических медосмотров никаких противопоказаний у него не выявляется. Возникает вопрос к ФИО1, как так, работая у них, у него не было никаких противопоказаний, но как только он уволился - сразу возникает утрата трудоспособности. Кроме того истец в ДД.ММ.ГГГГ года устраивается на работу в АО «Русские Вертолетные Системы», при этом проходит первичный медицинский осмотр в ОГАУЗ «<данные изъяты> РБ», где указано, что у него отсутствуют какие-либо медицинские противопоказания, не указано на наличие профессионального заболевания. В связи чем возникает противоречие, поскольку медицинское учреждение располагает сведениями о том, что у истца установлено профессиональное заболевание. Указанные обстоятельства свидетельствуют, по ее мнению, об умышленном сокрытии ФИО1 данных о действительном состоянии здоровья, то есть безразличном отношении к своему здоровью, что приводит к динамике развития заболевания. Кроме того ФИО1 в ДД.ММ.ГГГГ году, когда актом зафиксировано профзаболевание, продолжает работать в этой должности, то есть безразлично относится, обладая всеми сведениями о своем здоровье. Истец самостоятельно принимает решения о трудовой деятельности в условиях, связанных именно с шумом, превышающем предельно-допустимые условия, будучи осведомленным у него о наличии профессионального заболевания. Указанные действия свидетельствуют о недобросовестном поведении работника, в том числе и при прохождении медосмотров в период работы в Авиапредприятии «Газпром авиа», поскольку в заключении судебно-медицинской экспертизы в части изучения медицинских документов указано, что в ДД.ММ.ГГГГ году говорится о том, что у ФИО1 были жалобы на снижение слуха. При этом медицинские противопоказания также не выявлены. В ДД.ММ.ГГГГ годах жалобы отсутствуют при прохождении осмотров. В ДД.ММ.ГГГГ году периодический медосмотр ФИО1 не проходил, поскольку он был уволен. В ДД.ММ.ГГГГ года, работая в АО «РВС» проходит периодический медосмотр, где указано, что отоларингологу жалоб нет и противопоказаний для работы с вредными факторами он не имеет. Когда буквально проходит 25 дней, ФИО1 обратился в ДД.ММ.ГГГГ года к отоларингологу, жалуется на снижение слуха на оба уха и далее уже имеется медицинское заключение о том, что он не пригоден к работе. В данном случае полагает, что истцом недобросовестно принимались решения, когда ему выгодно указать на наличие у него профзаболевания и снижение слуха, иногда он указывал, что у него отсутствуют жалобы. Все изложенные факты, по ее мнению, свидетельствуют об умышленном сокрытии истцом своего фактического состояния здоровья.

В письменном отзыве на исковое заявление представителем ответчика ООО Авиапредприятие» Газпром авиа» <данные изъяты> ФИО3, указано, что ответчик полагает факт причинения им истцу физических и нравственных страданий не доказанным.

Представитель ответчика АО «Русские Вертолетные системы», надлежащим образом извещенный о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явился, ходатайствовал о рассмотрении дела в его отсутствие. На основании положений ч.5 ст. 167 ГПК РФ суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившегося представителя ответчика.

Ранее в проведенном с использованием систем видеоконференц-связи судебном заседании от ДД.ММ.ГГГГ представитель ответчика АО «Русские Вертолетные Системы» ФИО4, действующий на основании доверенности, не согласившись с увеличенными исковыми требованиями, пояснил, что ФИО1 работал в <данные изъяты> с ДД.ММ.ГГГГ года. У них работал чуть больше полутора лет. При трудоустройстве и в исковом заявлении представитель истца указывает на то, что в период работы в ООО Авиапредприятие «Газпром авиа» у него развилось профзаболевание, но представитель истца никак не указывает, как это заболевание связано с АО «РВС». Его заболевание прогрессировало в период работы в «Газпром авиа», после чего он уволился по собственному желанию. Из доводов истца следует, что в тот период, когда у них не было специальной оценки условий труда, АО «РВС» причинило вред истцу. Согласно медицинскому заключению от ДД.ММ.ГГГГ года, в котором уже указано, что имеются противопоказания при работе с шумом, и до ДД.ММ.ГГГГ года ФИО1 ответчику об этом не сообщалось. При трудоустройстве истцом было предоставлено только медицинское заключение от ДД.ММ.ГГГГ о том, что противопоказаний к работе у ФИО1 не имеется, в связи с чем он и был принят на работу. Согласно Постановлению Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 № 10 и Постановлению Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 № 2 размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя. Обязанность по компенсации морального вреда может быть возложена на работодателя при наличии его вины в причинении вреда. Если не представляется возможным установить непосредственного причинителя вреда, а также его вину, то основания для компенсации морального вреда по правилам норм главы 59 ГК РФ отсутствуют. Экспертизой установлено, что нет никакой причинно-следственной связи между работой истца в АО «РВС» и причинением ему профессионального заболевания. Соответственно, полагает, что оснований для предъявления требований к АО «РВС» не усматривается. Полагает, что для того, чтобы совершать виновные действия, они должны были знать о наличии профессионального заболевания у истца. Оценка СОУТ была произведена только в ДД.ММ.ГГГГ года, поскольку ответчик открывает много филиалов и точек базирования и проводить оценку сразу по всем точкам базирования нет возможности. АО «РВС» предоставляло сведения в пенсионный орган о разных условиях труда ФИО1 в ДД.ММ.ГГГГ году и в ДД.ММ.ГГГГ году, так как до ДД.ММ.ГГГГ года начисления производились по общему основанию, указанному в законе для всех без исключения работников: мужчина старше 50 лет, работающий на обслуживании воздушной техники, без конкретных указаний. После того как была проведена оценка СОУТ, которой выявлено, что вредные факторы отсутствуют, они внесли свои корректировки в начисления.

В письменных возражениях на исковое заявление и дополнительных пояснениях указанным представителем ответчика АО «РВС» отмечено, ответчик считает, что истец, действуя недобросовестно, скрыл информацию о наличии профессионального заболевания от работодателя, не представлял документы о периодических медосвидетельствованиях. Причинно- следственной связи между установленным профзаболеванием истца и работой в АО «РВС» установлено не было, доказательств обратного истцом не представлено. Медицинские комиссии по проведению периодических медицинских осмотров в период действия трудового договора ФИО1 не проводились на основании Порядка, утвержденного приказам Минтранса № 41 от 11.02.2022. Специальная оценка условий труда по должности <данные изъяты> в обособленном подразделении «Томск» АО «РВС» была проведена в ДД.ММ.ГГГГ года. По результатам проведения СОУТ была составлена карта специальной оценки условий труда № от ДД.ММ.ГГГГ. До данного момента специальная оценка условий труда в данном обособленном подразделении по данной должности не проводилась. Карта оценки рабочего места на составлялась. До ДД.ММ.ГГГГ года начисление пенсионных страховых взносов осуществлялось на общих основаниях в соответствии ч. 2 ст. 428 НК РФ - в отношении выплат и иных вознаграждений в пользу физических лиц, занятых на видах работ, указанных в пунктах 2-18 части 1 статьи 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 года N 400-ФЗ "О страховых пенсиях", применяется дополнительный тариф страховых взносов на обязательное пенсионное страхование в размере 6 процентов.

Заслушав лиц, участвующих в деле, исследовав представленные доказательства, в том числе показания свидетеля, принимая во внимание заключение прокурора, полагавшего заявленные исковые требования подлежащими частичному удовлетворению, суд приходит к следующим выводам.

Согласно части 2 статьи 17 Конституции Российской Федерации основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения.

В соответствии со статьей 18 Конституции Российской Федерации права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием.

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации).

Частью 3 статьи 37 Конституции Российской Федерации установлено, что каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены.

Положения Конституции Российской Федерации о праве на труд согласуются и с международными правовыми актами, в которых раскрывается содержание права на труд.

Так, Всеобщая декларация прав человека (принята Генеральной Ассамблеей ООН 10 декабря 1948 г.) предусматривает, что каждый человек имеет право на труд, на свободный выбор работы, на справедливые и благоприятные условия труда (пункт 1 статьи 23 названной декларации).

В статье 7 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах (принят 16 декабря 1966 г. Резолюцией 2200 (XXI) на 1496-м пленарном заседании Генеральной Ассамблеи ООН; документ вступил в силу для СССР с 3 января 1976 г.; Российская Федерация является участником указанного международного договора в качестве государства - продолжателя Союза ССР) указано, что участвующие в настоящем пакте государства признают право каждого на справедливые и благоприятные условия труда, включая в том числе условия работы, отвечающие требованиям безопасности и гигиены.

Из приведенных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи с нормами международного права следует, что право на труд относится к числу фундаментальных неотчуждаемых прав человека, принадлежащих каждому от рождения. Реализация этого права предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав, в частности, права на условия труда, отвечающие требованиям безопасности.

В целях защиты прав и законных интересов лиц, работающих по трудовому договору, в Трудовом кодексе Российской Федерации введено правовое регулирование трудовых отношений, возлагающее на работодателя дополнительную ответственность за нарушение трудовых прав работника.

В силу положений абзацев 4 и 14 части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.

Этим правам работника корреспондируют обязанности работодателя соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абзацы 2, 4, 15 и 16 части 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абзац 2 части 1 статьи 210 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью 1 статьи 214 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов; организацию контроля за состоянием условий труда на рабочих местах, соблюдением работниками требований охраны труда, а также за правильностью применения ими средств индивидуальной и коллективной защиты (абзацы 2 и 12 части 2 статьи 214 Трудового кодекса Российской Федерации).

Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (абзацы 2 и 13 части 1 статьи 219 Трудового кодекса Российской Федерации).

Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (статья 237 Трудового кодекса Российской Федерации).

В Трудовом кодексе Российской Федерации не содержится положений, касающихся понятия морального вреда и определения размера компенсации морального вреда. Такие нормы предусмотрены гражданским законодательством.

Пунктом 2 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что неотчуждаемые права и свободы человека и другие нематериальные блага защищаются гражданским законодательством, если иное не вытекает из существа этих нематериальных благ.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В силу пункта 1 статьи 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 ГК РФ, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

На основании пункта 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ).

Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ).

В силу положений статьи 216.1 Трудового кодекса Российской Федерации в случае причинения вреда жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей возмещение указанного вреда осуществляется в рамках обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний.

Возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, в силу абзаца 2 пункта 3 статьи 8 Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» осуществляется причинителем вреда.

Согласно положениям статьи 209 Трудового кодекса Российской Федерации охрана труда - система сохранения жизни и здоровья работников в процессе трудовой деятельности, включающая в себя правовые, социально-экономические, организационно-технические, санитарно-гигиенические, лечебно-профилактические, реабилитационные и иные мероприятия. Безопасные условия труда - условия труда, при которых воздействие на работающих вредных и (или) опасных производственных факторов исключено либо уровни воздействия таких факторов не превышают установленных нормативов.

В соответствии с абзацем 11 статьи 3 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» под профессиональным заболеванием понимается хроническое или острое заболевание застрахованного, являющееся результатом воздействия на работника вредного (вредных) производственного (производственных) фактора (факторов) и повлекшее временную или стойкую утрату профессиональной трудоспособности и (или) его смерть.

Следовательно, возникновение профессионального заболевания возможно лишь при условиях труда, которые характеризуются наличием на рабочем месте вредных производственных факторов, превышающих гигиенические нормативы и способных оказывать неблагоприятное воздействие на здоровье работника.

По смыслу изложенных правовых норм и разъяснений порядка их применения в их взаимной связи лицом, ответственным за возмещение вреда в связи с профессиональным заболеванием работника, является работодатель во время исполнения работником трудовых обязанностей, не обеспечивший работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. По общему правилу необходимыми условиями для возложения обязанности на работодателя по компенсации морального вреда работнику являются: наступление вреда, противоправность деяния причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда. При этом потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред, а работодатель – ответчик должен доказать отсутствие вины в причинении такого вреда.

Судом установлено и следует из материалов дела, что ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ принят на работу в ООО Авиапредприятие «Газпром авиа» <данные изъяты> на участок технического обслуживания воздушных судов инженерно-авиационной службы в <адрес> <данные изъяты>, трудовой договор расторгнут по инициативе работника ДД.ММ.ГГГГ.

Факт работы ФИО1 в ООО Авиапредприятие «Газпром авиа» <данные изъяты> подтвержден также трудовым договором № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.10-11), записями в трудовой книжке № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.7-9).

Кроме того в трудовой книжке ФИО1 отражены следующие сведения о периодах его трудовой деятельности: в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ работал в Колпашевском авиаотряде в качестве <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты>. В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ проходил военную службу по контракту. В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ работал в МУЗ <данные изъяты> ЦРБ <данные изъяты>, <данные изъяты> (л.д.7-8).

Из представленных доказательств усматривается, что на рабочем месте <данные изъяты> ООО Авиапредприятие «Газпром авиа» специальная оценка условий труда проводилась ООО <данные изъяты>» ДД.ММ.ГГГГ и ООО «<данные изъяты>» ДД.ММ.ГГГГ, по результатам которых в отношении поименованной должности работника в подразделении ООО Авиапредприятие «Газпром авиа» <данные изъяты> составлены карты специальной оценки условий труда № от ДД.ММ.ГГГГ и № от ДД.ММ.ГГГГ соответственно, которые содержат также сведения об ознакомлении работников, в том числе ФИО1 с результатами проведенных специальных оценок труда на рабочем месте.

По данным указанных карт специальной оценки условий труда на поименованных в них рабочих местах ООО Авиапредприятие «Газпром авиа» <данные изъяты> установлен итоговый класс условий труда по вредным (опасным) факторам -<данные изъяты> и <данные изъяты> соответственно (из которых шум определен по <данные изъяты> и <данные изъяты> классам соответственно), то есть определены как вредные условия труда. При этом в карте № специальной оценки условий труда от ДД.ММ.ГГГГ даны рекомендации <данные изъяты> ООО Авиапредприятие «Газпром авиа» по улучшению условий труда, в частности, при выполнении работ в зоне действий вредного производственного фактора - шума обеспечить применение средств индивидуальной защиты органов слуха (для снижения воздействий акустического фактора) (л.д.43-52, 60-65). Измерения указанного параметра приведены в соответствующих протоколах измерения и оценки условий труда при воздействии шума от ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.48,63).

Протокол оценки эффективности средств индивидуальной защиты на рабочем месте от ДД.ММ.ГГГГ отражает сведения об обеспеченности работников СИЗ (л.д.46).

Согласно санитарно-гигиенической характеристике условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания (отравления) от ДД.ММ.ГГГГ №, утвержденной руководителем Управления федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по <адрес>, основанием для составления которой послужило извещение № от ДД.ММ.ГГГГ об установлении предварительного диагноза работнику ФИО1, занимающего в ООО Авиапредприятие «Газпром авиа» <данные изъяты> должность <данные изъяты>: <данные изъяты>, выданное Амбулаторией ТФ ООО Авиапредприятие «Газпром aвиа». Общий стаж работы <данные изъяты> лет <данные изъяты> месяцев. Стаж работы в данной профессии (должности) <данные изъяты> лет <данные изъяты> месяцев. Стаж работы в условиях воздействия опасных, вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов, которые могли вызвать профзаболевание <данные изъяты> лет <данные изъяты> месяц. Определяющими вредными основными производственными факторами по должностям работника (<данные изъяты>) указаны шум, тяжесть трудового процесса. В настоящем случае установлено, что уровень шума на рабочем месте ФИО1 превышает нормативное значение на <данные изъяты>. ФИО1 регулярно в должности <данные изъяты> проходил периодические медицинские осмотры. С ДД.ММ.ГГГГ г. по ДД.ММ.ГГГГ г. периодический осмотр проводился в ЛДЦ «<данные изъяты>». В ДД.ММ.ГГГГ г. <данные изъяты>. В амбулатории имеются копии паспортов здоровья за эти годы. Был признан годным к работе <данные изъяты>. С ДД.ММ.ГГГГ г. по ДД.ММ.ГГГГ г. периодические осмотры проводились в ОГБУЗ «<данные изъяты> РБ». В ДД.ММ.ГГГГ г. при прохождении периодического медосмотра были отмечены изменения на тональной аудиограмме. ДД.ММ.ГГГГ проконсультирован ЛOP-врачом НИИ фармакологии <адрес>. По данным аудиометрии выявлена <данные изъяты>. ЛОР-врачом рекомендована консультация профпатолога для установления связи заболевания с профессией, рекомендаций по дальнейшей профессиональной деятельности. Ранее установленное профессиональное заболевание не имелось, направляется на консультацию профпатолога для установлении связи заболевания. В заключение о состоянии условий труда специалистом-экспертом сделаны выводы, что при работе <данные изъяты> ФИО1 подвергался воздействию вредных производственных факторов: шум, тяжесть трудового процесса. Влияние совокупности вредных производственных факторов во время работы могло привести к профессиональному заболеванию (л.д.12-19).

Изложенное по медицинским осмотрам подтверждено выпиской из медицинской книжки <данные изъяты> ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ, выданной Амбулаторией ООО «Авиапредприятие «Газпром авиа» <данные изъяты>, выпиской из истории болезни № ФИО1 клиники НИИФиРМ им ФИО10 ФГБНУ «<данные изъяты>».

Актом о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ, утвержденным начальником территориального отдела Управления Роспотребнадзора по <адрес> в <адрес>, установлено, что общий стаж работы составляет <данные изъяты> год <данные изъяты> месяц, стаж работы в данной профессии <данные изъяты> лет <данные изъяты> месяца, стаж работы в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов – <данные изъяты> лет <данные изъяты> месяца. Заболевание: <данные изъяты>, выявленное у ФИО1 при его медицинском осмотре, является профессиональным и возникло в результате длительного воздействия повышенного шума, связанного с конструктивными недостатками воздушных судов, в инженерно-авиационной службе ООО Авиапредприятие «Газпром авиа» <данные изъяты>. При этом фактов несоблюдения технологических регламентов, производственного процесса, эксплуатации технологического оборудования, нарушений режима труда не выявлено, вина работника не установлена (л.д.20-23).

При этом врачебной подкомиссией по первичной экспертизе связи заболевания с профессией ДД.ММ.ГГГГ в отделении «<данные изъяты>» ОГАУЗ <данные изъяты>» с учетом установленного вышеуказанного диагноза ФИО1, очередное переосвидетельствование по профессиональному заболеванию перед МСЭ проведено с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, в заключении № указано о противопоказанности ему труда с шумом, превышающим ПДУ, даны рекомендации, в частности, реабилитационное лечение в РЦ ФСС, наблюдение и лечение у сурдолога курсами, препаратами: сосудистые и ноотропные, витаминотерапия, биостимуляторы, физиолечение. Также указано о необходимости прохождения МСЭ с целью решения вопроса о трудоспособности и определения степени утраты трудоспособности. Специализированное плановое лечение в отделении «Центр профпатологии» 1 раз в год (л.д.24).

В указанный период обследования ФИО1 также был на приеме (осмотр,консультация) врача сурдолога-отариноларинголога Цетра профпатологии ДД.ММ.ГГГГ, которым выставлен клинический диагноз: <данные изъяты>, даны рекомендации: <данные изъяты>.

По выписному эпикризу из истории болезни № Центра пропатологии ОГАУЗ <данные изъяты>» ФИО1 находился на стационарном лечении в <данные изъяты> отделении (на койках <данные изъяты> профиля <данные изъяты>) с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с диагнозом клиническим: <данные изъяты>, по окончанию которого даны рекомендации (л.д.133).

Согласно выписному эпикризу ОГАУЗ «<данные изъяты> РБ» от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с диагнозом: <данные изъяты>, по окончании которого даны рекомендации о продолжении лечения.

Из медицинского заключения о наличии профессионального заболевания врачебной подкомиссии отделения «Центр профпатологии» ОГАУЗ «<данные изъяты>» от ДД.ММ.ГГГГ № следует, что причинно-следственная связь хронического заболевания с профессиональной деятельностью по указанному месту работы имеется. Ранее установленный диагноз хронического профессионального заболевания оставлен без изменения. Проведено очередное переосвидетельствование по профессиональному заболеванию перед МСЭ в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Противопоказан труд с шумом превышающим ПДУ. Показано реабилитационное (санаторно-курортное) лечение, наблюдение и лечение у сурдолога курсами, препаратами: сосудистые и ноотропные, витаминотерапия, биостимуляторы, физиолечение. Специализированное плановое лечение в отделении «Центр профпатологии» 1 раз в год. Пройти МСЭ с целью решения вопроса о трудоспособности и определения степени утраты трудоспособности. Срок повторного осмотра в ЦПП через 1 год, с целью обследования в динамике (л.д.25).

Нахождение на стационарном лечении и обследовании ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с указанным диагнозом подтверждено также выписным эпикризом из истории болезни № в <данные изъяты> отделении на <данные изъяты> койках Центра профпатологии ОГАУЗ «<данные изъяты>» (л.д.134).

Как следует из выписного эпикриза ОГАУЗ «Колпашевская РБ» от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с диагнозом: <данные изъяты>, по завершении курса указанного лечения даны рекомендации о продолжении лечения

В медицинском заключении о наличии профессионального заболевания, составленном врачебной подкомиссией отделения «Центр профпатологии» ОГАУЗ «<данные изъяты>», от ДД.ММ.ГГГГ № указано, что экспертиза связи заболевания с профессией <данные изъяты> по месту работы ООО Авиапредприятие «Газпром авиа» <данные изъяты> проведена в отношении диагноза заболевания ФИО1: <данные изъяты>. Причинно-следственная связь хронического заболевания с профессиональной деятельностью имеется. Ранее установленный диагноз хронического профессионального заболевания изменен ДД.ММ.ГГГГ. Подавалась динамика по случаю профессионального заболевания. Проведено очередное переосвидетельствование по профессиональному заболеванию перед МСЭ в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Противопоказан труд с шумом превышающим ПДУ. Показания прежние. Специализированное плановое лечение в отделении «Центр профпатологии» 1 раз в год. Пройти МСЭ с целью решения вопроса о трудоспособности и определения степени утраты трудоспособности. Срок повторного осмотра в ЦПП через 1 год, с целью обследования в динамике (л.д.26).

Нахождение на стационарном лечении и обследовании ФИО1 в <данные изъяты> отделении на <данные изъяты> койках с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с основным/клиническим диагнозом: <данные изъяты> с последующими рекомендациями подтверждено выписным эпикризом из истории болезни № Центра профпатологии ОГАУЗ «<данные изъяты>» (л.д.135).

В указанный период обследования ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 обращался к врачу сурдологу-оториноларингологу с жалобой о том, что <данные изъяты>, даны рекомендации (лист приема (осмотр, консультация) врача сурдолога-оториноларинголога от ДД.ММ.ГГГГ).

По медицинскому заключению о наличии профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ №, составленному врачебной подкомиссией той же медицинской организации, причинно-следственная связь хронического заболевания с профессиональной деятельностью по указанному месту работы имеется. Ранее установленный диагноз хронического профессионального заболевания изменен ДД.ММ.ГГГГ (Подавалась динамика по случаю профессионального заболевания). Проведено очередное переосвидетельствование по профессиональному заболеванию перед МСЭ в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Противопоказан труд с шумом превышающим ПДУ. Показания прежние. Рекомендовано <данные изъяты>. Специализированное плановое лечение в отделении «Центр профпатологии» 1 раз в год. Пройти МСЭ с целью решения вопроса о трудоспособности и определения степени утраты трудоспособности. Срок повторного осмотра в ЦПП через 1 год, с целью обследования в динамике (л.д.27).

Нахождение на стационарном лечении и обследовании ФИО1 в <данные изъяты> отделении на <данные изъяты> койках с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с клиническим диагнозом: <данные изъяты> с последующими рекомендациями подтверждено выписным эпикризом из истории болезни № Центра профпатологии ОГАУЗ «<данные изъяты>» (л.д.136).

В этот период на приеме (осмотр, консультации) врача сурдолога-оториноларинголога Центра профпатологии ОГАУЗ «<данные изъяты>» ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 высказывал жалобы аналогичные жалобам в ДД.ММ.ГГГГ году. По результатам проведения исследования (диагностики) слуха, в том числе аудиометрии установлены признаки <данные изъяты> в сравнении с аудиометрией от ДД.ММ.ГГГГ года без отрицательной динамики, даны рекомендации.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 был принят на основное место работы в АО «Русские Вертолетные Системы» по срочному трудовому договору № от ДД.ММ.ГГГГ, с учетом дополнительного соглашения к нему от ДД.ММ.ГГГГ действующему с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, в Обособленное подразделение «<данные изъяты>» в <адрес> на участок технического обслуживания на должность <данные изъяты>, что подтверждается приказом о приеме работника на работу №-к от ДД.ММ.ГГГГ, срочным трудовым договором № от ДД.ММ.ГГГГ, дополнительным соглашением к трудовому договору от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.119-120, 117,7-9).

Как указано в судебном заседании и не оспаривалось сторонами при приеме на работу ФИО1 АО «<данные изъяты> Вертолетные Системы» было предоставлено медицинское заключение ОГАУЗ «ФИО16 РБ» № от ДД.ММ.ГГГГ, из которого следует, что ФИО1, работающий в инженерно-авиационной службе ООО Авиапредприятие «Газпром авиа» в должности <данные изъяты>, прошел в ОГАУЗ <данные изъяты> РБ» обязательный периодический медицинский осмотр работника, занятого на работе с вредными условиями труда, по результатам которого медицинские противопоказания не выявлены, группа здоровья <данные изъяты>. Данное заключение подписано врачом профпатологом ФИО11 и председателем (членом) врачебной комиссии (л.д.123 – на обороте).

Согласно справке серии № Бюро №-филиал ФКУ «ГБ МСЭ по <адрес>» Минтруда России от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 в связи с профессиональным заболеванием от ДД.ММ.ГГГГ по акту о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ установлено <данные изъяты>% утраты профессиональной трудоспособности на год - с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ. Дата очередного освидетельствования ДД.ММ.ГГГГ (л.д.92). По результатам медико-социальной экспертизы указанным учреждением с учетом установленной степени утраты профессиональной трудоспособности разработана программа реабилитации пострадавшего в результате профессионального заболевания на указанный срок, заключающаяся <данные изъяты>, и даны соответствующие рекомендации, в частности о противопоказанных и доступных видах труда (может выполнять работу со снижением объема профессиональной деятельности на <данные изъяты> часть прежней загрузки) (л.д.88-91).

Приказом ГУ – Томское региональное отделение Фонда социального страхования РФ от ДД.ММ.ГГГГ № в связи с указанными результатами освидетельствования медико-социальной экспертизы ФИО1 по установлению <данные изъяты>% утраты профессиональной трудоспособности предписано назначить ему единовременную страховую выплату в сумме <данные изъяты> рублей и произвести ее ДД.ММ.ГГГГ (л.д.155).

Согласно медицинскому заключению о наличии профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ № экспертиза связи заболевания с профессией <данные изъяты> по месту работы ООО Авиапредприятие «Газпром авиа» <данные изъяты> проведена в отношении диагноза заболевания ФИО1: <данные изъяты>. Причинно-следственная связь хронического заболевания с профессиональной деятельностью имеется. Ранее установленный диагноз хронического профессионального заболевания изменен ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ. Подавалась динамика по случаю профессионального заболевания. Проведено очередное переосвидетельствование по профессиональному заболеванию перед МСЭ в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Противопоказан труд с шумом превышающим ПДУ. Показания, рекомендации прежние. Специализированное плановое лечение в отделении «Центр профпатологии» 1 раз в год. Пройти МСЭ с целью решения вопроса о трудоспособности и определения степени утраты трудоспособности. Срок повторного осмотра в ЦПП через 1 год, с целью обследования в динамике (л.д.28).

Нахождение на стационарном лечении и обследовании ФИО1 в <данные изъяты> отделении на <данные изъяты> койках с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с клиническим диагнозом: <данные изъяты> с последующими рекомендациями подтверждено выписным эпикризом из истории болезни № Центра профпатологии ОГАУЗ «<данные изъяты>» (л.д.136).

В этот период на приеме (осмотр, консультации) врача сурдолога-оториноларинголога Центра профпатологии ОГАУЗ «<данные изъяты>» ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 высказывал жалобы аналогичные жалобам в ДД.ММ.ГГГГ годах. По результатам проведения диагностики слуха, в том числе аудиометрии установлены признаки <данные изъяты>, выставлен вышеуказанный клинический диагноз, даны рекомендации.

Установление заключительного диагноза хронического профессионального заболевания ФИО1, его уточнение подтверждены также соответствующими извещениями ОГАУЗ «Томская <данные изъяты>» отд. «Центр профпатологии» № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.57), № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.58), № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.59).

Согласно справке серии №, выданной ФИО1 Бюро №-филиал ФКУ «ГБ МСЭ по <адрес>» Минтруда России ДД.ММ.ГГГГ, степень утраты его профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием от ДД.ММ.ГГГГ установлена в <данные изъяты>% на срок с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ, дата очередного освидетельствования определена ДД.ММ.ГГГГ (л.д.94). По результатам медико-социальной экспертизы указанным учреждением с учетом установленной степени утраты профессиональной трудоспособности разработана программа реабилитации пострадавшего в результате профессионального заболевания на указанный срок и даны соответствующие рекомендации (л.д.93).

В письменных пояснениях представителем ответчика АО «Русские Вертолетные системы» указано, что специальная оценка условий труда по должности <данные изъяты> в обособленном подразделении «<данные изъяты>» АО «РВС» была проведена в ДД.ММ.ГГГГ года. По результатам проведения СОУТ была составлена карта специальной оценки условий труда. До данного момента специальная оценка условий труда в данном обособленном подразделении по данной должности не проводилась. Карта оценки рабочего места не составлялась. В подтверждение указанных обстоятельств в материалы была представлена копия карты специальной оценки условий труда № от ДД.ММ.ГГГГ, составленной по занимаемой ФИО1 должности, в соответствии с которой такой вредный (опасный) производственный фактор как шум, превышающий ПДУ, не установлен, в данной части условия труда определены по <данные изъяты> классу как допустимые. С результатами специальной оценки условий труда ФИО1 ознакомлен, о чем проставлена его подпись (л.д.122-123). Стороной истца факты проведения оценки условий труда в ДД.ММ.ГГГГ году по указанному месту работы и ознакомления с ее результатами не оспаривались.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 прошел периодический медицинский осмотр в ОГАУЗ «Колпашевская РБ», о чем оформлены протокол врачебной комиссии (подкомиссии) и медицинское заключение по нему работника, занятого на тяжелых работах и работах с вредными или опасными условиями труда согласно Приказу МЗ РФ от ДД.ММ.ГГГГ № № от ДД.ММ.ГГГГ, подписанные, в частности, ФИО11 как председателем врачебной комиссии по проведению указанного периодического медицинского осмотра и врачом-профпатологом, в которых работодателем указано АО «РВС», должность <данные изъяты> специалист. Согласно данным документам указанного учреждения у ФИО1, имеющего диагноз: <данные изъяты>, по такому вредному производственному фактору как шум выявлены медицинские противопоказания, в связи с чем он направлен на экспертизу профпригодности. Группа здоровья ФИО1 обозначена <данные изъяты>. (л.д.95-96).

ДД.ММ.ГГГГ вышеуказанные протокол врачебной комиссии (подкомиссии) и медицинское заключение от ДД.ММ.ГГГГ наряду с медицинским заключением о наличии профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ № были представлены ФИО1 работодателю АО «РВС». На основании представленных протокола и медицинского заключения от ДД.ММ.ГГГГ приказом АО «РВС» № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 был отстранен от работы до получения результатов на профпригодность.

ДД.ММ.ГГГГ трудовой договор № от ДД.ММ.ГГГГ по приказу АО «РВС» №-к от ДД.ММ.ГГГГ с ФИО1 в должности <данные изъяты> в обособленном подразделении «<данные изъяты>» на Участке технического обслуживания в связи с истечением его срока расторгнут (л.д.7,9).

Медицинским заключением о наличии или отсутствии профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ № также установлено наличие причинно-следственной связи хронического заболевания с профессиональной деятельностью в ООО Авиапредприятие «Газпром авиа». Ранее установленный диагноз хронического профессионального заболевания изменен ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ (Подавалась динамика по случаю профессионального заболевания). Проведено очередное переосвидетельствование по профессиональному заболеванию перед МСЭ в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Противопоказания, показания и рекомендации прежние. Специализированное плановое лечение в отделении «Центр профпатологии» 1 раз в год. Пройти МСЭ с целью решения вопроса о трудоспособности и определения степени утраты трудоспособности. Срок повторного осмотра в ЦПП через 1 год, с целью обследования в динамике (л.д.29).

Нахождение на стационарном лечении и обследовании ФИО1 в <данные изъяты> отделении на <данные изъяты> койках с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с клиническим диагнозом: <данные изъяты> подтверждено выписным эпикризом из истории болезни № Центра профпатологии ОГАУЗ «<данные изъяты>» (л.д.136).

При обращении ДД.ММ.ГГГГ к врачу-сурдологу ООО «<данные изъяты>» ФИО1 высказывались вышеуказанные жалобы на снижение слуха, проведена диагностика нарушения слуха посредством аудиометрии, в результате которой сформирована аудиограмма, отражающая признаки установленного ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ диагноза.

По данным справки серии №, выданной ФИО1 Бюро №-филиал ФКУ «ГБ МСЭ по <адрес>» Минтруда России ДД.ММ.ГГГГ, ему установлено <данные изъяты>% утраты профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием от ДД.ММ.ГГГГ на срок с ДД.ММ.ГГГГ (л.д.187).

Согласно выводам заключения комиссии экспертов № от ДД.ММ.ГГГГ отдела сложных судебно-медицинских экспертиз ОГБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы <адрес>», составленного на основании определения суда от ДД.ММ.ГГГГ о назначении судебно-медицинской экспертизы по ходатайству стороны истца, согласно Акта о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ. (л.д. №), причиной развития <данные изъяты> у ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ.р., работающего в должности <данные изъяты> в ООО Авиапредприятие «Газпром авиа», является длительное воздействие повышенного шума (превышение предельно-допустимых норм на <данные изъяты> дБА), то есть воздействие шумового фактора. Данное заболевание является профессиональным, выявлено при прохождении периодического медицинского осмотра, ранее профессионального заболевания установлено не было. Таким образом, имеющееся у ФИО1 профессиональное заболевание «<данные изъяты>» находится в причинно- следственной связи с воздействием на организм вредных производственных факторов при выполнении работы истца в ООО Авиапредприятие «Газпром авиа», <данные изъяты>.

Впервые <данные изъяты> у ФИО1 выявлена в ДД.ММ.ГГГГ. при прохождении периодического медицинского осмотра (изменения в тональной аудиограмме), т.е. во время его трудовой деятельности <данные изъяты> в ООО Авиапредприятие «Газпром авиа» <данные изъяты>. Работа ФИО1 в гражданской авиации в <данные изъяты> авиаотряде в период с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ. не могла повлиять на возникновение данного заболевания, т.к. в течении длительного времени отсутствует воздействие производственного шума (с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ. не работал в условиях повышенного шума).

Отсутствие оценки защищенности работников СИЗ (в данном случае наушники противошумовые) и оценка их эффективности в Протоколе оценки эффективности СИЗ (средств индивидуальной защиты) на рабочем месте № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 46) не позволяет ответить на вопрос о возможности получения заболевания: «<данные изъяты>», при осуществлении профессиональной деятельности ФИО1 в должности авиационного техника по планеру и двигателям, при условии применения работником средств индивидуальной защиты (противошумных наушников отраженных в указанном Протоколе оценки эффективности средств индивидуальной защиты на рабочем месте.

Согласно имеющейся в материалах дела карте специальной оценки условий труда <данные изъяты> № от ДД.ММ.ГГГГ. из АО «Русские вертолетные системы» и ответа из указанной организации от ДД.ММ.ГГГГ., по специальности ФИО1 установлен <данные изъяты> класс производственного фактора (шум). В соответствии со ст. 14 Федерального закона №- ФЗ от ДД.ММ.ГГГГг. «О специальной оценке условий труда», <данные изъяты> класс относится к допустимым условиям труда - это условия труда, при которых на работника воздействуют вредные и (или) опасные производственные факторы, уровни воздействия которых не превышают уровни, установленные гигиеническими нормативами условий труда, а измененное функциональное состояние организма работника восстанавливается во время регламентированного отдыха или к началу следующего рабочего дня/смены. Таким образом, динамика развития профессионального заболевания ФИО1- «<данные изъяты>» не состоит в причинно-следственной связи с выполнением работы и условиями труда, в которых ФИО1 работал в <данные изъяты> АО «Русские вертолетные системы» в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно Справке № от ДД.ММ.ГГГГ., ФИО1 в связи с профессиональным заболеванием от ДД.ММ.ГГГГ. (Акт о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ) установлена степень утраты профессиональной трудоспособности в размере <данные изъяты> (<данные изъяты>) процентов. Срок установления степени утраты профессиональной трудоспособности с ДД.ММ.ГГГГ (л.д.213-231).

Оценивая экспертное заключение по правилам статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу о том, что данное заключение составлено экспертами, имеющему необходимые образование, квалификацию, значительный стаж работы, предупрежденными об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации. В экспертном заключении даны однозначные ответы на все поставленные судом вопросы, выводы, изложенные в экспертном заключении являются ясными, в достаточной степени мотивированы и обоснованы ссылками на конкретные обстоятельства, сделаны на основании представленных материалов и медицинской документации, с сопоставлением с указанными в заключении нормативными документами. Рассматриваемое заключение проведено в соответствии с требованиями Федерального закона от 31 мая 2001 года № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации». Сторонами результаты данного экспертного исследования не оспаривались, ходатайства о назначении дополнительной или повторной экспертиз не заявлялись.

Допрошенная в качестве свидетеля ФИО11 в судебном заседании показала, что работает врачом общей практики в ОГАУЗ «<данные изъяты> РБ». Истца ФИО1 знает, в связи с прохождением им медицинской комиссии. Предполагает, что он при прохождении периодических медицинских осмотров высказывал жалобы отоларингологу, она лишь выносит заключение по результатам всех осмотров. Насколько ей известно, у него давно идет снижение слуха, он обращался с этим, естественно, он высказывал такие жалобы. В заключительном акте не отражается состояние здоровья каждого пациента. Медицинские противопоказания при их наличии должны быть там написаны. В актах ее подпись. Если выявляются противопоказания к вредным факторам, которые указываются в направлении от работодателя, то выдается на руки гражданину медицинское заключение о том, что выявлены противопоказания и он подлежит экспертизе профпригодности, на которую работодатель должен его направить. Экземпляр результатов заключения после прохождения медицинского осмотра в отделении Центра профпатологии поступает в больницу. В профцентр работника направляет работодатель по их рекомендациям. При выявлении противопоказаний, они пишут заключение работодателю, работник предоставляет это заключение работодателю, работодатель на период обследования должен отстранить работника, так как работник считается не прошедшим медицинский осмотр. Далее готовится пакет документов для предоставления в профцентр. Работник должен в профцентре пройти медицинскую комиссию, они не окончательная инстанция. Направление для прохождения медико-социальной экспертизы подает отоларинголог. Аудиометрия не проводится на расстоянии, это делается прибором. Аудиограмма-это показания прибора. Показания могут меняться в зависимости от шумовых факторов, допустим, могут в коридоре помешать человеку, слух же также может меняться. В медицинском заключении № ее подпись. Это направительные документы на разработку программ реабилитации, она была здесь как направитель от больницы, это не документ профпатолога, она там как член комиссии. Там указан диагноз «<данные изъяты>» Является ли данное заболевание противопоказанием к работе с вредными факторами в виде шума на данный момент сказать не может, но <данные изъяты> степень заболевание точно является противопоказанием. При прохождении периодических медицинских осмотров имеется указание о том, что истцу противопоказан шум. Однако шум бывает разной степени, в каких-то степенях <данные изъяты> пациент еще допускается к работе с шумом. Все зависит от критериев, профцентр должен написать, годен пациент к работе или нет. Предельно допустимые условия допускают по характеристике условий труда. У работодателей различные условия труда и именно по каким-то характеристикам работник должен допускаться либо нет. Врач, производящий осмотр, не обязан указывать, что пациент при наличии у него определенного заболевания как в данном случае заболевания, связанного со слухом, состоит на учете у другого специалиста, врач по своему профилю смотрит. Даже, если у работника есть заболевания, но они не препятствуют работе, пишется, что противопоказаний нет. Сопоставимость заболевания и трудовой функции смотрится по конкретным приказам Минздрава. Они не могут выставить стадию самостоятельно, состояние здоровья сопоставляется с критериями, которые зафиксированы. Действует Приказ Минздрава России от ДД.ММ.ГГГГ №н, где указаны диагнозы и с какими факторами работник не может работать, а с какими- может. Отоларинголог написал бы, что пациент не годен, если бы от пациента были жалобы. В данном случае, он проходил медицинскую комиссию только по вопросу может он работать или нет в данных условиях.

Обращаясь в суд с требованием о взыскании с ответчика ООО Авиапредприятие «Газпром авиа» Томский филиал суммы компенсации морального вреда, истец ссылается на получение и развитие в результате трудовой деятельности в условиях воздействия вредного производственного фактора профессионального заболевания.

Совокупностью представленных суду доказательств подтверждено, что истец с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ работал в ООО Авиапредприятие «Газпром авиа» <данные изъяты> в должности авиационного <данные изъяты> в условиях длительного воздействия вредного физического фактора – шума, превышающего предельно-допустимые условия, послужившего причиной выявленного у него при прохождении периодического медицинского осмотра профессионального заболевания «<данные изъяты>» с учетом установленного впервые диагноза в ДД.ММ.ГГГГ году о заболевании, относящегося к патологии органов слуха.

В соответствии с приведенными нормами ТК РФ в их системной взаимосвязи следует, что работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда (в том числе посредством контроля за их состоянием, соблюдением их работником, а также за правильностью применения индивидуальных средств защиты), которая носит безусловный характер и подразумевает под собой создание работнику таких условий, которые в полном объеме исключают воздействие неблагоприятных производственных факторов и возможность причинения вреда здоровью.

Вместе с тем причинение вреда здоровью истца, повлекшее установление ему профессионального заболевания, свидетельствует о том, что работодателем вопреки доводам представителя ответчика (обеспечение необходимым оборудованием, средствами индивидуальной защиты, в том числе противошумными наушниками, проведение периодических инструктажей) не был предпринят весь комплекс мер, направленных на обеспечение безопасных условий труда и исключающих вредное воздействие на организм истца в процессе выполнения трудовых обязанностей производственных факторов, повлекших утрату истцом профессиональной трудоспособности.

Доводы представителя ответчика ООО Авиапредприятие «Газпром авиа» <данные изъяты> о том, что истец добровольно осуществлял трудовую деятельность во вредных условиях, скрывал от медицинских организаций свое состояние здоровья, в том числе при прохождении периодических медицинских осмотров, не влияют на право истца на получение компенсации морального вреда, причиненного в результате повреждения здоровья за период работы у ответчика.

Отсутствия вины ответчика в создании условий работы, связанных с воздействием на организм вредных производственных факторов при выполнении истцом своих трудовых функций, повлекших возникновение у ФИО1 профессионального заболевания в ходе судебного рассмотрения не доказано.

При этом доводы стороны ответчика о недобросовестном поведении истца, который, зная о наличии у него заболевания, продолжал свою трудовую деятельность, как об обстоятельстве, исключающем вину работодателя, суд находит несостоятельными ввиду того, что наличие у истца профзаболевания не исключало возможности выполнения им работы в допустимых условиях труда, в то время как таких условий ответчиком обеспечено не было.

При наличии данных обстоятельств суд приходит к выводу, что факт причинения вреда здоровью истца установлен, так как профессиональное заболевание истца, повлекшее за собой утрату профессиональной трудоспособности, возникло в период исполнения истцом трудовых обязанностей в должности <данные изъяты> в ООО Авиапредприятие «Газпром авиа», <данные изъяты>, тем самым вина работодателя обусловлена не обеспечением работнику необходимых безопасных условий и охраны труда, установленное заболевание находится в прямой причинно-следственной связи с длительным воздействием на организм истца в процессе выполнения им трудовых обязанностей вредного производственного шума с превышением ПДУ.

В этой связи с учетом положений норм материального права ответственность за причиненный здоровью работника вред несет лицо, являющееся работодателем – ООО Авиапредприятие «Газпром авиа» <данные изъяты>, и именно на него возложена гражданско-правовая ответственность по возмещению вреда, а потому исковые требования к ООО Авиапредприятие «Газпром авиа» <данные изъяты> предъявлены правомерно.

Между тем АО «РВС» ввиду установленных обстоятельств в рассматриваемом случае может быть привлечено к ответственности в виде возмещения морального вреда по общим правилам статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации при совокупности оснований ответственности за причинение вреда, а именно: при установлении наличия вреда, причинной связи между наступлением вреда и противоправным поведением причинителя вреда, а также при наличии вины причинителя вреда.

Согласно статье 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статье 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации бремя доказывания факта наступления вреда, противоправности поведения причинителя вреда, наличия причинно-следственной связи возлагается на истца, на ответчика возлагается бремя доказывания отсутствия вины в причинении вреда.

Сторона истца в увеличенных исковых требованиях связывает вину ответчика АО «РВС со вредными условиями труда, которые привели к прогрессированию ранее диагностированного профессионального заболевания.

Как установлено выше проведенной в ДД.ММ.ГГГГ года специальной оценкой условий труда на рабочим месте истца по должности <данные изъяты> в обособленном подразделении «<данные изъяты>» АО «РВС» вредный производственный фактор (шум), превышающий ПДУ, не установлен, в данный части условия труда определены по <данные изъяты> классу как допустимые. С данными результатами специальной оценки условий труда ФИО1 был ознакомлен под подпись.

На основании этого в экспертном заключении отмечено, что динамика развития профессионального заболевания ФИО1- «<данные изъяты>» не состоит в причинно-следственной связи с выполнением работы и условиями труда, в которых ФИО1 работал в <данные изъяты> АО «Русские вертолетные системы» в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

До <данные изъяты> года специальная оценка условий труда в обособленном подразделении «<данные изъяты>» АО «РВС» по поименованной должности не проводилась, доказательства обратного стороной истца вопреки требованиям закона в материалы не предоставлены. При этом из объяснений истца следует, что его трудовая функция оставалась неизменной.

Приведенные в судебном заседании представителем истца доводы о том, что сведения о состоянии индивидуального лицевого счета ФИО1 являются доказательством работы истца во вредных условиях в АО «Русские Вертолетные Системы», т.к. в ДД.ММ.ГГГГ году в них отражена работа в условиях, предусмотренных п.15 ч.1 ст.30 ФЗ № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», а в ДД.ММ.ГГГГ году (после оценки СОУТ) - по п.1 ч.1 ст.30, суд находит несостоятельными, т.к. сами по себе данные сведения доказательством установления/наличия вредного класса условий труда на рабочем месте истца в указанной организации до ДД.ММ.ГГГГ года являться не могут ввиду того, что п.15.ч.1 ст.30 вышеуказанного закона лишь определяет в качестве одной из категорий лиц, имеющих право на досрочное назначении пенсии по старости, мужчин по достижении возраста 55 лет, проработавших в инженерно-техническом составе на работах по непосредственному обслуживанию воздушных судов гражданской авиации не менее 20 лет и имеющих страховой стаж в гражданской авиации не менее 25. С работой во вредных условиях труда право на досрочную пенсию по старости данная правовая норма не связывает.

Таким образом, в нарушение ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суду не представлено достаточных и допустимых доказательств, подтверждающих воздействие на истца в спорный период работы в АО «РВС» вредных производственных факторов (шума) с уровнем воздействия, превышающим установленные гигиеническими нормативами условий труда уровни и его прямой причинной связи с последствиями в виде ухудшения его состояния здоровья по профессиональному заболеванию при выполнении работ в АО «РВС». При этом, оценивая с совокупности представленное экспертное заключение и объяснения истца в части неизменности его трудовой функции у данного ответчика (которое по правилам ст.68 ГПК РФ суд оценивает наряду с иными доказательствами) суд приходит к выводу об отсутствии факта противоправных действий со стороны ответчика, приведших к ухудшению здоровья истца, в связи с чем полагает, что в удовлетворении исковых требований, заявленных к ООО АО «РВС», надлежит отказать.

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию в пользу истца с ответчика ООО Авиапредприятие «Газпром авиа» <данные изъяты>, суд исходит из следующего:

Нематериальные блага защищаются в соответствии с ГК РФ и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения. В случаях и в порядке, которые предусмотрены законом, нематериальные блага, принадлежавшие умершему, могут защищаться другими лицами (абз. 1, 3 п. 2 ст. 150 ГК РФ).

Статья 12 ГК РФ к одному из способов защиты нарушенных прав относит компенсацию морального вреда.

В соответствии со статьей 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно данным в п.14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда (п.15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Пленум Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» в пункте 25 разъяснил, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (пункт 26 приведенного постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации).

В п. 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего (п. 28 приведенного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации).

Компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме (п.1 ст. 1101 ГК РФ).

Как разъяснено в п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При этом следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Из приведенных нормативных положений и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага. К числу таких нематериальных благ относится, в частности, здоровье (состояние физического, психического и социального благополучия человека). При этом при причинении вреда здоровью потерпевшего, факт причинения ему морального вреда предполагается, установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав.

В соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать во взаимосвязи с положениями п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Как установлено выше имеющееся у истца профессиональное заболевание возникло в результате работы у ответчика ООО Авиапредприятие «Газпром авиа» (признано таковым «<данные изъяты>)» актом о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ), где он в процессе своей трудовой деятельности подвергался воздействию шумового фактора, позднее ДД.ММ.ГГГГ истцу установлен диагноз: «<данные изъяты>», стаж истца на данном предприятия составляет более 9 лет.

Установление профессионального заболевания у истца свидетельствует о том, что вред здоровью истца причинен ответчиком ООО Авиапредприятие «Газпром авиа» ввиду непринятия последним всего комплекса мер, направленных на обеспечение безопасных условий труда и исключающих вредное воздействие на организм истца в процессе выполнения трудовых обязанностей производственных факторов.

Как следует из имеющейся в материалах медицинской документации (медицинских заключений) в отношении ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ года последнему рекомендовано наблюдение и лечение у сурдолога курсами, препаратами: сосудистые и ноотропные, витоминотерапия, биостимуляторы, физиолечение, специализированное плановое лечение в отделении «Центр профпатологии» 1 раз в год, с ДД.ММ.ГГГГ году также показано реабилитационное (санаторно-курортное) лечение, с ДД.ММ.ГГГГ года также рекомендовано <данные изъяты>, установлены противопоказания труда с шумом, превышающим ПДУ.

В связи с полученным профессиональным заболеванием истец неоднократно проходил лечение в период осуществления трудовой деятельности у ответчика в ОГАУЗ «<данные изъяты> РБ» (с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ), Центре профпатологии ОГАУЗ «<данные изъяты>» (с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ).

В судебном заседании истцом ФИО1 указано, что ввиду имеющегося у него профессионального заболевания он ощущает постоянный шум и свист в ушах, головные боли, страдает бессонницей. Потеря слуха мешает в общении с людьми, ему приходится постоянно переспрашивать, в связи с чем физически он чувствует себя неполноценным.

Исходя из представленных в материалы доказательств (листов приемов врача) жалобы ФИО1 о постепенном снижении слуха на оба уха в течение длительного времени, ухудшении разборчивости речи, постоянном шуме в ушах высказывались ФИО1 в момент нахождения его в Центре профпатологии на ежегодном лечении/обследовании в связи с указанным заболеванием с ДД.ММ.ГГГГ года.

Анализируя представленные истцом доказательства, суд считает установленным факт причинения вреда здоровью истца в процессе осуществления трудовой деятельности в ООО «Авиапреприятие «Газпром авиа» <данные изъяты>, обусловленный установлением профессионального заболевания, что является нарушением личных неимущественных прав и влечет физические или нравственные страдания истца, а потому ФИО1 имеет право на компенсацию ему морального вреда, в связи с профессиональным заболеванием.

При определении размера вины работодателя, суд учитывает положения норм материального права, возлагающие на работодателя как на субъект ответственности за вред, причиненный работнику, в связи с получением профессионального заболевания, в императивном порядке обязанность обеспечить безопасные условия труда на производстве, исключающие воздействие вредных производственных факторов. При этом положения ч.2ст.1083 ГК РФ при определении размера компенсации вреда применены быть не могут, т.к. к правоотношениям сторон подлежат применению не нормы ГК РФ, а нормы ТК РФ. В свою очередь, ТК РФ не предусматривает возможности учета вины работника как потерпевшего при определении размера причиненного ему работодателем вреда.

При таких обстоятельствах, при определении размера компенсации морального вреда, в связи с профессиональным заболеванием, суд, учитывая вышеизложенные обстоятельства, а также приведенные выше правовые нормы и разъяснения Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению, принимая во внимание конкретные обстоятельства по делу, в том числе период работы истца у ответчика в условиях длительного воздействия на его организм вредного производственного фактора - шума, превышающего ПДУ, связанного с конструктивными недостатками воздушных судов, факт установления степени утраты профессиональной трудоспособности (<данные изъяты>%), последовавший после прохождения в период работы у ответчика периодического медицинского осмотра, характер причиненных истцу физических и нравственных страданий, которые претерпевает истец в связи с наличием профессионального заболевания, нуждаемость в систематическом лечении, прохождении обследований, ограничение жизнедеятельности, поскольку истец не может вести прежний образ жизни, испытывает чувство физической неполноценности, характер и степень допущенных ответчиком нарушений трудовых прав истца, в том числе на безопасные условия труда, степень вины ответчика, руководствуясь требованиями о разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения, считает необходимым взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере <данные изъяты> рублей.

Рассматривая требования истца о взыскании понесенных судебных расходов по оплате услуг представителя в размере <данные изъяты> рублей, услуг нотариального оформления доверенности в размере <данные изъяты> рублей, суд приходит к следующему:

Согласно ч. 1 ст. 98 ГПК РПФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса.

Судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела (ч. 1 ст. 88 ГПК РФ).

В абзаце 2 п. 21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разъяснено, что правило о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек не подлежат применению при разрешении, в частности: исков неимущественного характера, в том числе имеющего денежную оценку требования, направленного на защиту личных неимущественных прав (например, о компенсации морального вреда).

К издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе расходы на оплату услуг представителей, другие признанные судом необходимыми расходы (ст. 94 ГПК РФ).

Лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек (п. 10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 1 от 21 января 2016 года «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела»).

Истцом заявлено требование о взыскании судебных расходов, связанных с оплатой услуг представителя в размере <данные изъяты> рублей

В соответствии с ч. 1 ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Пленум Верховного Суда РФ в пункте 13 Постановления от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разъяснил, что разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

В суде интересы истца представляла ФИО2 на основании нотариальной доверенности от ДД.ММ.ГГГГ.

В подтверждение понесенных судебных расходов стороной истца представлены договор оказания юридических услуг от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ФИО1 (заказчик) и ФИО2 (исполнитель), согласно которому исполнитель принимает на себя обязательство оказать заказчику юридические услуги: составление искового заявления к ООО Авиапредприятие «Газпром авиа» <данные изъяты> о взыскании денежной компенсации морального вреда, причиненного профзаболеванием, судебных расходов, отправление почтой искового заявления с приложением лицам, участвующим в деле, подача искового заявления в суд, представление интересов заказчика в суде первой инстанции (п.1). Стоимость работ по настоящему договору составляет <данные изъяты> рублей (п.2) Порядок расчетов заказчиком по настоящему договору осуществляется в следующем порядке: <данные изъяты> рублей заказчик оплачивает исполнителю при подписании настоящего договора, факт оплаты подтверждается распиской (п.3); расписка ФИО2, согласно которой ДД.ММ.ГГГГ последняя получила от ФИО1 в соответствии с п. 2, п.3 указанного договора денежные средства в сумме <данные изъяты> рублей (л.д.30-31). Данные документы, по мнению суда, являются достоверными доказательствами, подтверждающими понесенные истцом расходы.

Учитывая категорию настоящего дела, работу, которая была проведена представителем в ходе рассмотрения дела, объем и содержание искового заявления, существо и сложность требований, продолжительность рассмотрения дела с участием представителя истца, объем представленных доказательств, результат рассмотрения дела, исходя из соблюдения баланса интересов лиц, участвующих в деле, и соотношения судебных расходов с объемом защищаемого права, правовую позицию, отраженную в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», суд считает разумным и справедливым взыскать с ответчика в пользу ФИО1 расходы, связанные с оплатой услуг представителя, в размере <данные изъяты> рублей.

Кроме того, как следует из материалов дела, истцом были понесены расходы по нотариальному оформлению доверенности в размере <данные изъяты> рублей, что подтверждается справкой нотариуса ФИО12 от ДД.ММ.ГГГГ.

В абз. 2 п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» указано, что расходы на оформление доверенности представителя также могут быть признаны судебными издержками, если такая доверенность выдана для участия представителя в конкретном деле или конкретном судебном заседании по делу.

Из представленной истцом доверенности <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.32) усматривается, что она выдана истцом ФИО2 на представление его интересов по вопросу взыскания денежной компенсации морального вреда, причиненного профзаболеванием, к ООО «Авиапредприятие «Газпром авиа», взыскании судебных расходов, в связи с чем, расходы по нотариальному оформлению доверенности в размере <данные изъяты> рублей признаются судом судебными издержками и подлежат взысканию с ответчика в пользу истца.

В силу ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе, суммы, подлежащие выплате экспертам.

Согласно ч. 2 ст. 85 ГПК РФ, действующей на дату назначения судебной экспертизы по настоящему делу, эксперт или судебно-экспертное учреждение не вправе отказаться от проведения порученной им экспертизы в установленный судом срок, мотивируя это отказом стороны произвести оплату экспертизы до ее проведения. В случае отказа стороны от предварительной оплаты экспертизы эксперт или судебно-экспертное учреждение обязаны провести назначенную судом экспертизу и вместе с заявлением о возмещении понесенных расходов направить заключение эксперта в суд с документами, подтверждающими расходы на проведение экспертизы, для решения судом вопроса о возмещении этих расходов соответствующей стороной с учетом положений статьи 98 настоящего Кодекса.

В соответствии со ст. 79 ГПК РФ определением Колпашевского городского суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ по настоящему делу была назначена судебно-медицинская экспертиза, производство которой поручено ОГБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы <адрес>». Расходы по производству экспертизы были возложены на истца ФИО1 ввиду заявления с его стороны ходатайства о назначении экспертизы. Данная экспертиза была исполнена и передана в суд. Общая стоимость проведения экспертизы составила <данные изъяты> рублей <данные изъяты> копеек.

ОГБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы <адрес>» в соответствующем заявлении просит возместить ему расходы на проведение экспертизы в сумме <данные изъяты> рублей <данные изъяты> копеек. Доказательств в подтверждение оплаты данной экспертизы истцом в материалы не представлено.

Таким образом, учитывая частичное удовлетворение исковых требований неимущественного характера, суд полагает необходимым взыскать с ответчика ООО Авиапредприятие «Газпром авиа» <данные изъяты> в пользу ОГБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы <адрес>» расходы на проведение судебно-медицинской экспертизы в размере <данные изъяты> рублей <данные изъяты> копеек

Из разъяснений, содержащихся в пункте 62 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», следует, ввиду того, что моральный вред признается законом вредом неимущественным, государственная пошлина подлежит уплате на основании подпункта 3 пункта 1 статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации (далее - НК РФ). При этом судам следует иметь в виду, что в предусмотренных законом случаях истцы освобождаются от уплаты государственной пошлины. Например, от уплаты государственной пошлины освобождены истцы по искам о компенсации морального вреда, причиненного нарушением трудовых прав гражданина, морального вреда, возникшего вследствие причинения увечья или иного повреждения здоровья или смерти лица, морального вреда, причиненного преступлением либо в результате незаконного уголовного преследования, морального вреда, причиненного ребенку, морального вреда, причиненного нарушением прав потребителей (подпункты 1, 3, 4, 10 и 15 пункта 1 статьи 333.36 НК РФ, пункт 3 статьи 17 Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей").

В силу положений статьи 393 Трудового кодекса Российской Федерации при обращении в суд с иском по требованиям, вытекающим из трудовых отношений, в том числе по поводу невыполнения либо ненадлежащего выполнения условий трудового договора, носящих гражданско-правовой характер, работники освобождаются от оплаты пошлин и судебных расходов.

Согласно части 1 статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Поскольку истец ФИО1 в соответствии со статьей 393 Трудового кодекса Российской Федерации, подпунктом 1 пункта 1 статьи 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации освобожден от уплаты государственной пошлины, то в силу подпункта 8 пункта 1 статьи 333.20 Налогового кодекса Российской Федерации, части 1 статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ООО Авиапредприятие «Газпром авиа» <данные изъяты> подлежит взысканию в доход муниципального образования «<адрес>» государственная пошлина, исчисленная по правилам подпункта 3 пункта 1 статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации, в размере <данные изъяты> рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд,

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью Авиапредприятие «Газпром авиа» <данные изъяты>, акционерному обществу «Русские Вертолетные Системы» о взыскании компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием, судебных расходов удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью Авиапредприятие «Газпром авиа» <данные изъяты> в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в связи с профессиональным заболеванием в размере <данные изъяты> (<данные изъяты>) рублей, судебные расходы, связанные с выдачей нотариально удостоверенной доверенности, в размере <данные изъяты> рублей <данные изъяты> копеек, оплатой услуг представителя, в размере <данные изъяты> рублей, всего <данные изъяты> (<данные изъяты>) рублей <данные изъяты> копеек.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к акционерному обществу «Русские Вертолетные Системы» о взыскании компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием, судебных расходов отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью Авиапредприятие «Газпром авиа» <данные изъяты> в пользу областного государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Бюро судебно-медицинской экспертизы <адрес>» (ИНН №/КПП №) расходы на проведение судебно-медицинской экспертизы в размере <данные изъяты> (<данные изъяты>) рублей 00 копеек.

Взысканную сумму перечислить по следующим реквизитам:

получатель: Департамент финансов <адрес>, ОГБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы <адрес>», л/с №)

КС № на ЕКС № в Отделении Томск Банка России//УФК по <адрес>

БИК №

Назначение платежа код субсидии №. Аналитическая группа <данные изъяты> оплата за медицинские услуги

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью Авиапредприятие «Газпром авиа» Томский филиал в доход бюджета муниципального образования «<адрес>» государственную пошлину в размере <данные изъяты> (<данные изъяты>) рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Томский областной суд через Колпашевский городской суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Судья: А.А. Шачнева

В окончательной форме решение принято 11 сентября 2023 года.

Судья: А.А. Шачнева