РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

27 октября 2023 года г. Самара

Октябрьский районный суд г. Самары в составе

председательствующего судьи Гильманова Р.Р.,

при секретаре судебного заседания Краснятовой Т.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-6018/2023 по иску ФИО1 к ПАО «Ростовский оптико-механический завод» о взыскании недоплаченной части заработной платы, компенсации за несвоевременную выплату заработной платы, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с вышеназванным исковым заявлением к ПАО «Ростовский оптико-механический завод» (далее по тексту – ПАО «РОМЗ»), указав следующее. В период с 23.11.2022 по 18.07.2023 истец проработал в ПАО «РОМЗ» в должности генерального директора. 18.07.2023 трудовой договор с истцом был расторгнут по инициативе работодателя в лице Совета директоров по основанию, предусмотренному п. 7.2.5 трудового договора и п. 2 ч. 1 ст. 278 ТК РФ. Пунктом 8.3 трудового договора было предусмотрено, что в случае прекращения договора с генеральным директором по основанию, предусмотренному п. 7.2.5 договора, ему выплачивается компенсация в размере трехкратного среднего месячного заработка. Вместе с тем, согласованная сторонами в условиях трудового договора компенсация, подлежащая выплате работнику при увольнении, не была выплачена в полном объеме, произведена лишь выплата заработной платы. На основании изложенного выше просит суд взыскать с ответчика компенсацию, предусмотренную п. 8.3 трудового договора в размере 2 666 729,34 руб., компенсацию за несвоевременную выплату за период с 19.07.2023 по 02.08.2023 в размере 23 111,66 руб., компенсацию за несвоевременную выплату за период с 02.08.2023 по дату фактического исполнения решения суда, компенсацию морального вреда в размере 100 000 руб.

В судебном заседании представитель истца ФИО3, действующая на основании доверенности от 26.07.2023, исковые требования поддержала в полном объеме по изложенным в исковом заявлении основаниям, считая их законными и обоснованными, просила иск удовлетворить.

Представитель ответчика ФИО4, действующий на основании доверенности от дата, в судебном заседании исковые требования не признал по основаниям, изложенным в письменных возражениях на исковое заявление.

Представитель ответчика ФИО5, действующая по доверенности от дата, в судебное заседание не явилась, извещена надлежащим образом, представила в материалы дела дополнительные пояснения к первоначальным возражениям, в которых указала, что у истца отсутствует право на получение денежной компенсации, предусмотренной п. 8.3 трудового договора, а при наличии вышеуказанного обстоятельства, не имеется оснований для возложения на ответчика ответственности, предусмотренной ст. ст. 236, 237 ТК РФ.

Выслушав участвующих лиц, изучив материалы гражданского дела, суд приходит к следующим выводам.

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что 23.11.2022 ФИО1 был назначен на должность генерального директора ПАО «РОМЗ» на основании решения Совета директоров (протокол №... от дата), с ним был заключен трудовой договор №... от 23.11.2022 на выполнение функций единоличного исполнительного органа. В силу п. 1.4 указанного договора, ему был установлен срок испытания продолжительностью 6 месяцев с целью проверки соответствия генерального директора поручаемой работе. Срок действия договора установлен п. 7.1 договора и составлял 5 лет.

В соответствии с п. 5.1 и п. 5.2 договора, генеральному директору устанавливается заработная плата, а также иные выплаты в размере, определенном сторонами в дополнительном соглашении к настоящему договору. Оплата деятельности генерального директора складывается из должностного оклада, и, при эффективности его работы, премиальных выплат, утверждаемых Советом директоров общества.

Согласно пунктам 1 и 2 дополнительного соглашения №... от дата к трудовому договору от дата №..., генеральному директору устанавливается должностной оклад в размере 520 000 руб. и ежемесячная надбавка за допуск в ФИО7 в размере 50 % от должностного оклада.

Главой 7 трудового договора №... от дата предусмотрены условия и основания прекращения трудового договора.

В частности п. 7.2.4 договора предусмотрено, что договор может быть расторгнут досрочно в следующих случаях: совершения генеральным директором виновных действий, повлекших причинение обществу существенных убытков. Пунктом 7.2.5 договора предусмотрено, что трудовой договор может быть расторгнут досрочно по инициативе Совета директоров при принятии решения о прекращении настоящего договора.

Пункт 8.3 договора предусматривает, что в случае прекращения договора с генеральным директором, по основанию, предусмотренному п. 7.2.5 настоящего договора, при отсутствии оснований, указанных в п. 7.2.3 и п. 7.2.4, а также при отсутствии виновных действий (бездействия) генерального директора, ему выплачивается компенсация в размере трехкратного среднего месячного заработка.

Судом установлено, что 14.07.2023 было проведено заседание Совета директоров ПАО «РОМЗ» по повестке дня, в том числе включающей вопрос №... о досрочном прекращении полномочий генерального директора с дата. Заседание Совета директоров ПАО «РОМЗ» было оформлено протоколом №....

По итогам голосования Совета директоров по вопросу №... большинством голосов было принято решение: прекратить досрочно 18.07.2023 полномочия генерального директора ПАО «РОМЗ» ФИО1 по основаниям, предусмотренным п. 7.2.4 трудового договора, а именно: в связи с совершением генеральным директором виновных действий, повлекших причинение ПАО «РОМЗ» существенных убытков.

На основании вышеуказанного решения Совета директоров, дата трудовой договор с ФИО1 был расторгнут, о чем был издан приказ №... от дата и произведена запись в трудовой книжке. согласно которым, в качестве основания прекращения трудового договора указано на п. 2 ч. 1 ст. 278 ТК РФ – в связи с принятием уполномоченным органом юридического лица решения о прекращении трудового договора.

Согласно пояснениям сторон и содержанию расчетного листка за июль 2023 года следует, что при увольнении ФИО1 не была выплачена компенсация, предусмотренная п. 8.3 трудового договора от дата.

В соответствии с частью 1 статьи 16 ТК РФ трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с этим Кодексом.

Согласно части 1 статьи 56 ТК РФ трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

На основании абзаца пятого части 1 статьи 21 ТК РФ работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы.

В соответствии с абзацем седьмым части 2 статьи 22 ТК РФ работодатель обязан выплачивать в полном размере причитающуюся работникам заработную плату в сроки, установленные в соответствии с настоящим Кодексом, коллективным договором, правилами внутреннего трудового распорядка, трудовыми договорами.

В соответствии со статьей 140 ТК РФ при прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику. от работодателя, производится в день увольнения работника. Если работник в день увольнения не работал, то соответствующие суммы должны быть выплачены не позднее следующего дня после предъявления уволенным работником требования о расчете.

Согласно статье 274 ТК РФ права и обязанности руководителя организации в области трудовых отношений определяются настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, законами и иными нормативными правовыми актами субъектов Российской Федерации, нормативными правовыми актами органов местного самоуправления, учредительными документами организации, локальными нормативными актами, трудовым договором.

Помимо оснований, предусмотренных Трудовым кодексом Российской Федерации и иными федеральными законами, в статье 278 ТК РФ перечислены основания, по которым прекращается трудовой договор с руководителем организации: в связи с отстранением от должности руководителя организации-должника в соответствии с законодательством о несостоятельности (банкротстве) (пункт 1 части 1 статьи 278 ТК РФ); в связи с принятием уполномоченным органом юридического лица, либо собственником имущества организации, либо уполномоченным собственником лицом (органом) решения о прекращении трудового договора. Решение о прекращении трудового договора по указанному основанию в отношении руководителя унитарного предприятия принимается уполномоченным собственником унитарного предприятия органом в порядке, установленном Правительством Российской Федерации (пункт 2 части 1 статьи 278 ТК РФ).

Статьей 279 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что в случае прекращения трудового договора с руководителем организации в соответствии с пунктом 2 части 1 статьи 278 данного Кодекса при отсутствии виновных действий (бездействия) руководителя ему выплачивается компенсация в размере, определяемом трудовым договором, но не ниже трехкратного среднего месячного заработка, за исключением случаев, предусмотренных данным Кодексом.

Как разъяснено в абзаце 2 пункта 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 02 июня 2015 года N 21 "О некоторых вопросах, возникших у судов при применении законодательства, регулирующего труд руководителя организации и членов коллегиального исполнительного органа организации", прекращение трудового договора с руководителем организации по основанию, установленному пунктом 2 статьи 278 Трудового кодекса Российской Федерации, не является мерой юридической ответственности и не допускается без выплаты ему компенсации, предусмотренной статьи 279 Трудового кодекса Российской Федерации. В случае невыплаты руководителю организации при прекращении трудового договора названной компенсации суд с учетом статей 279, 236 и 237 Трудового кодекса Российской Федерации вправе взыскать с работодателя сумму этой компенсации и проценты (денежную компенсацию) за нарушение срока ее выплаты, а также удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда (статья 394 Трудового кодекса Российской Федерации) (абзац второй пункта 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 02 июня 2015 года N 21).

Согласно Определению Конституционного Суда РФ от 28.04.2022 N 904-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина ФИО8 на нарушение его конституционных прав статьей 279 Трудового кодекса Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 15 марта 2005 года N 3-П отметил, что федеральный законодатель, не возлагая на собственника, в исключение из общих правил расторжения трудового договора с работником по инициативе работодателя, обязанность указывать мотивы увольнения руководителя организации по основанию, предусмотренному пунктом 2 части первой статьи 278 Трудового кодекса Российской Федерации, не рассматривает расторжение трудового договора по данному основанию в качестве меры юридической ответственности, поскольку исходит из того, что увольнение в этом случае не вызвано противоправным поведением руководителя, - в отличие от расторжения трудового договора с руководителем организации по основаниям, связанным с совершением им виновных действий (бездействием). Выявляя конституционно-правовой смысл взаимосвязанных нормативных положений пункта 2 части первой статьи 278 Трудового кодекса Российской Федерации и абзаца второго пункта 4 статьи 69 Федерального закона "Об акционерных обществах", Конституционный Суд Российской Федерации подчеркнул, что в системе действующего правового регулирования эти положения предполагают, что расторжение трудового договора с руководителем организации в указанном случае не является мерой юридической ответственности и не допускается без выплаты ему справедливой компенсации, размер которой определяется трудовым договором, т.е. по соглашению сторон (во исполнение этого решения Конституционного Суда Российской Федерации Федеральным законом от 30 июня 2006 года N 90-ФЗ "О внесении изменений в Трудовой кодекс Российской Федерации, признании не действующими на территории Российской Федерации некоторых нормативных правовых актов СССР и утратившими силу некоторых законодательных актов (положений законодательных актов) Российской Федерации" в статью 279 Трудового кодекса Российской Федерации были внесены изменения, установившие минимальный размер компенсации в случае увольнения руководителя организации по пункту 2 части первой статьи 278 данного Кодекса). Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 15 марта 2005 года N 3-П, а значит, и выраженные в нем правовые позиции и выводы сохраняют свою силу.

Из этого следует, что статья 279 Трудового кодекса Российской Федерации направлена на обеспечение соблюдения баланса частных и публичных интересов при реализации собственником имущества организации (лицом или органом, уполномоченным собственником) права на увольнение руководителя организации по основанию, предусмотренному пунктом 2 части первой статьи 278 данного Кодекса; по смыслу этой статьи Трудового кодекса Российской Федерации во взаимосвязи с положениями его статьи 278, выплата компенсации - необходимое условие досрочного расторжения трудового договора с руководителем организации в указанном случае (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 12 апреля 2005 года N 116-О).

Таким образом, оспариваемая норма не предполагает возможности увольнения по пункту 2 части первой статьи 278 Трудового кодекса Российской Федерации без предоставления компенсации и не может расцениваться как нарушающая права руководителя организации.

Как уже было отмечено судом выше, на основании приказа №... от дата истец уволен с должности генерального директора ПАО «РОМЗ» именно по пункту 2 части 1 статьи 278 ТК РФ. Данный приказ никем оспорен не был. Императивными положениями статьи 279 Трудового кодекса Российской Федерации выплата спорной компенсации гарантирована руководителю организации в случае прекращения с ним трудового договора по пункту 2 части 1 статьи 278 Трудового кодекса Российской Федерации в размере не ниже трехкратного среднего месячного заработка.

В соответствии с представленным истцом расчетом, заявленная к взысканию сумма компенсации, предусмотренная ст. 279 ТК РФ и п. 8.3 трудового договора №... от дата, составляет 2 666 729,34 руб. за период с дата по дата исходя из среднедневного заработка в размере 40 404,99 руб. умноженного на 66 дней.

Представленный истцом расчет судом проверен, установлено, что он соответствует представленным в материалы дела документам. От ответчика возражений либо контррасчета в материалы дела не поступило. Представленные истцом расчеты проверены судом и признаны арифметически верными.

Каких-либо доказательств уплаты ответчиком истцу компенсации, предусмотренной ст. 279 ТК РФ и п. 8.3 трудового договора №... от дата, суду не представлено.

При вышеназванных обстоятельствах, суд приходит к выводу, что исковые требования в части взыскания вышеуказанной компенсации подлежат удовлетворению в полном объеме.

При этом доводы ответчика о том, что с ФИО1 трудовой договор был досрочно расторгнут в связи с совершением генеральным директором виновных действий, повлекших причинение ПАО «РОМЗ» существенных убытков, поэтому, по мнению ответчика, ФИО1 не обладает правом на получение денежной компенсации, судом отклоняется в силу следующего.

Согласно протоколу №... заседания Совета директоров ПАО «РОМЗ» от дата, ответчиком в вину ФИО1 вменяется следующее:

1) неоднократное нарушение условий договора от дата, заключенного с ***, касательно сроков поставки готовой продукции, что фактически явилось срывом выполнения Государственного оборонного заказа по вине ПАО «РОМЗ». Для выполнения обязательств по указанному договору ПАО «РОМЗ» имело возможность получить срочный кредит для финансирования своевременного выполнения условий договора со стороны ПАО «РОМЗ», о чем генеральный директор был проинформирован его заместителем по финансовым вопросам дата, однако генеральный директор не осуществил какие-либо действия и дал соответствующих поручений для оформления и получения указанного кредита, что фактически явилось отказом от получения финансирования;

2) по состоянию на дата ПАО «РОМЗ» допущено нарушение сроков поставки продукции по 15 договорам в рамках выполнения Государственного оборонного заказа, 3 из которых заключены в период с декабря 2022 года по март 2023 года (т.е. при непосредственном участии действующего генерального директора). Соответственно действующим генеральным директором не предприняты меры по недопущению нарушения ПАО «РОМЗ» обязательств по договорам в рамках выполнения Государственного оборонного заказа и минимизации убытков.

Таким образом, суд приходит к выводу, что работодатель при принятии решения об увольнении ФИО1 ограничился лишь голосованием членов Совета директоров. При этом никакой должностной проверки на предмет установления вины в действиях генерального директора не проводилось, к дисциплинарной либо иной ответственности ФИО1 привлечен не был, в трудовой книжке как основание для увольнения указано на решение Совета директоров ПАО «РОМЗ», без каких-либо ссылок на виновность действий ФИО1 Само по себе голосование членов совета директоров ПАО «РОМЗ» не может служить доказательством вины ФИО1 в причинении убытков компании.

Вместе с тем, ответчиком не представлено доказательств того, что ПАО «РОМЗ» были причинены убытки, не указан размер убытков, не представлено доказательств причинно-следственной связи между действиями (бездействием) ФИО1 и причинением ответчику убытков, не подтверждена виновность действий истца. Между тем, бремя доказывания по категории гражданских дел о трудовых спорах лежит на работодателя в полном объеме.

Как установлено судом, в должность генерального директора ПАО «РОМЗ» ФИО1 вступил дата. Из 15 договоров, по которым в соответствии с протоколом Совета директоров №... от дата допущены просрочки поставки, только 2 договора были заключены в период исполнения истцом своих должных обязанностей, 1 из которых исполнен, 2 находится на исполнении. Остальные были заключены в 2022 году предыдущим руководством.

Договор, заключенный между ПАО «РОМЗ» и *** дата, с поставкой приборов (ТКН-ЗТП) в 2022, 2023 и 2024 годах, предусматривает авансирование в размере 80% ориентировочной стоимости продукции, подлежащей поставке (п. 3.3 договора). Аванс, полученный ПАО «РОМЗ» на 2022 год, полностью освоен, продукция поставлена в полном объеме.

В дальнейшем необходимое авансирование отсутствовало. В связи с длительными сроками поставки комплектующих, их большой стоимостью (более 50% в соответствии с имеющимися РКМ) и длительными производственно-технологическими сроками изготовление приборов без полноценного аванса невозможно.

Со своей стороны ФИО1 предпринимал необходимые меры к получению авансирования. Так, им было направлено письмо в адрес *** №... от дата с требованием о перечислении предусмотренного договором аванса, на которое ответа не последовало. Письмом №144 от 12.01.2023 был предложен новый график поставки приборов с новыми сроками авансирования на 2023 год, направлен проект дополнительного соглашения №.... На указанное письмо ответа так же не последовало. Письмом № 552/431 от 20.01.2023 был повторно направлен указанный проект дополнительного соглашения №... с просьбой о его подписании, что также было проигнорировано ***.

Одновременно, была получена информация о том, что заказчиком *** параллельно дата был заключен договор на поставку аналогичных приборов (ТКН-ЗМКТ) с прямым конкурентом АО НПЗ на 2023 год – АО «Новосибирский приборостроительный завод»

Ввиду полученной информации о заключении контрагентом аналогичного договора с конкурентом на более выгодных для АО «103 БТРЗ» финансовых условиях и отсутствия авансирования на 2023 год, ФИО2 было направлено требование об исполнении условий договора и перечислении аванса за 2023 год в полном объеме, что подтверждается письмом №... от дата, которое оставлено без ответа.

Учитывая отсутствие ответа на вышеуказанное требование, ФИО1 было направлено письмо №... от 08.20.2023 в *** и головную организацию Концерн УВЗ о критическом состоянии поставки приборов в связи с отсутствием авансирования. Письмом №... от дата ФИО1 было предложено согласовать актуальные графики поставки и авансирования, на что также ответа не последовало.

Письмом №... от дата ФИО2 уведомил ***, головную организацию Концерн УВЗ, и курирующего заместителя министра Минпромторг РФ о критическом состоянии поставки приборов в связи с отсутствием авансирования.

В дальнейшем Письмом №... от дата в адрес *** был направлен актуальный график поставки и авансирования, а письмом №... от дата был направлен сетевой график поставки в рамках договора с учетом необходимого авансирования.

Письмом №... от дата ФИО2 в адрес *** и головной организации Концерн УВЗ было повторно направлено требование о предоставлении актуальных графиков. Все вышеуказанные письма остались без ответа.

В связи с отсутствием авансирования, предусмотренного условиями договора, ФИО1 была подана жалоба в адрес (Письмо 9~2 464 16 от дата) и обращение на имя адрес об оказании содействия (Письмо №... от дата).

дата от *** было получено письмо №... от дата о приостановке контракта, на которое ФИО1 был направлен ответ об урегулировании вопросов (Письмо №... от дата). В рамках приостановки контракта ФИО1 были направлены письма (письмо №... от дата, письмо №... от дата, письмо 2804/431 от дата) с предложениями урегулирования сложившейся ситуации. На которые получен ответ с предложением о расторжении договора (Письмо №... от дата)

О данной ситуации ФИО1 неоднократно докладывалось Совету директоров. Так письмом №... от дата ФИО1 уведомил председателя Совета директоров ФИО6 о рисках по контракту с АО «103 БТРЗ». О проблемах по исполнению данных договоров доводилось до сведения председателя Совета директоров (Справка в совет директоров дата и докладная председателю Совета директоров ФИО6).

Из акта-сверки договоров от дата следует, что по данному договору отсутствуют какие-либо иски или судебные процессы. По состоянию на дата долг за *** за поставленную продукцию составил 29 455 256,96 рублей.

Согласно доводам стороны истца, никакой официальной информации по выделению кредита, необходимости его получения и возложении на ФИО1 обязанности по его получению не имеется, в связи с чем у ФИО1 отсутствовали полномочия по возложению существенной суммы долговых обязательств на организацию без соответствующего решения Совета директоров ПАО «РОМЗ», при наличии в договоре условия об авансировании. дата ФИО1 было предоставлено письмо в адрес финансового директора о возможной (не одобренной) сумме кредита в размере 180 миллионов рублей. При этом данная сумма не покрывала необходимые расходы на выполнение программы 2023 года, поскольку только на закупку ПКИ в 2023 году необходимо 430 миллионов рублей. В связи с чем получение данного займа ФИО1 было признано нецелесообразным и в любом случае не позволила бы выполнить программу поставки приборов.

Негативные последствия, наступившие для ПАО «РОМЗ» в период времени, когда ФИО1 осуществлял функции генерального директора общества, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности.

В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ работодатель должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) генерального директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица, а так же работодатель обязан доказать наличие у юридического лица убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Таким образом, отсутствие объективных доказательств виновности действий (бездействия) генерального директора ФИО1 свидетельствуют о том, что вывод членов Совета директоров ПАО «РОМЗ» о совершении ФИО1 виновных действий является их субъективным мнением, которое не может аннулировать предусмотренные ст. 279 ТК РФ гарантии руководителю организации, с которым досрочно расторгнут трудовой договор по инициативе работодателя.

В соответствии со ст. 236 Трудового кодекса Российской Федерации при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от не выплаченных в срок сумм за каждый день задержки начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно. При неполной выплате в установленный срок заработной платы й (или) других выплат, причитающихся работнику, размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных в срок сумм.

Из буквального толкования положений ст. 236 Трудового кодекса Российской Федерации следует, что выплата денежной компенсации за нарушение работодателем трудового законодательства по день фактического исполнения является обязанностью работодателя.

Конституционного Суда РФ в Постановлении от 11.04.2023 N 16-П "По делу о проверке конституционности статьи 236 Трудового кодекса Российской Федерации и абзаца второго части первой статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина ФИО9" указал, что впредь до внесения изменений в правовое регулирование предусмотренные частью первой статьи 236 Трудового кодекса Российской Федерации проценты (денежная компенсация) подлежат взысканию с работодателя и в том случае, когда причитающиеся работнику выплаты не были ему начислены своевременно, а решением суда было признано право работника на их получение. При этом размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных денежных сумм со дня, следующего за днем, когда в соответствии с действующим правовым регулированием эти выплаты должны были быть выплачены при своевременном их начислении, по день фактического расчета включительно.

Разрешая требование о взыскании денежной компенсации по статье 236 ТК РФ, суд исходит из того, что выплата денежной компенсации по ст. 279 ТК РФ ФИО1 не была произведена своевременно, а настоящим решением суда за ним признано право на ее получение, следовательно, истец имеет право на денежную компенсацию в соответствии с частью 1 статьи 236 ТК РФ.

В соответствии с представленным истцом расчетом, заявленная к взысканию сумма компенсации, предусмотренная ч. 1 ст. 236 ТК РФ, составляет 23 111,66 руб. за период с 18.07.2023 по 02.08.2023.

Представленный истцом расчет судом проверен, установлено, что он частично неверен в части установления даты начала начисления процентов, поскольку ФИО1 был уволен 18.07.2023, следовательно, датой начала расчета компенсации является следующий день – 19.07.2023. В остальной части расчет компенсации признан судом верным.

Таким образом, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию компенсация, предусмотренная ч. 1 ст. 236 ТК РФ, в размере 21 778,29 за период с 19.07.2023 по 02.08.2023 включительно и за период с 03.08.2023 по дату фактического исполнения решения суда из расчета одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от не выплаченных в срок сумм за каждый день задержки.

Разрешая исковые требования в части взыскании с ответчика компенсации морального вреда, суд исходит из следующего.

В п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" указано, что, учитывая, что Кодекс не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в иных случаях нарушения трудовых прав работников, суд в силу статей 21 (абзац четырнадцатый части первой) и 237 Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы).

Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Из изложенного следует, что работник имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав неправомерными действиями или бездействием работодателя. Определяя размер такой компенсации, суд не может действовать произвольно. При разрешении спора о компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника суду необходимо в совокупности оценить степень вины работодателя, его конкретные незаконные действия, соотнести их с объемом и характером причиненных работнику нравственных или физических страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерность компенсации последствиям нарушения трудовых прав работника как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Таким образом, учитывая, что в результате нарушения трудовых прав, истец испытывал нравственные страдания, исходя из степени вины работодателя, учитывая также длительность нарушения прав истца, с учетом его личности, в соответствии с требованиями разумности и справедливости, суд приходит к выводу о взыскании с ответчика в счет компенсации морального вреда денежных средств в размере 50 000 рублей.

В соответствии со ст. 103 ГПК РФ, ст. 333.19 НК РФ, с ответчика подлежит взысканию в доход бюджета муниципального образования г.о. Самара государственная госпошлина в размере 27 642,54 руб. с требований имущественного и неимущественного характера.

На основании вышеизложенного и руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданско-процессуального кодекса РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ПАО «Ростовский оптико-механический завод» о взыскании недоплаченной части заработной платы, компенсации за несвоевременную выплату заработной платы, компенсации морального вреда – удовлетворить частично.

Взыскать с ПАО «Ростовский оптико-механический завод» (ИНН №..., ОГРН №...) в пользу ФИО1 (паспортные данные: серия №... №...) денежные средства в счет компенсации, предусмотренной ст. 279 Трудового кодекса Российской Федерации, в размере 2 666 729 (два миллиона шестьсот шестьдесят шесть тысяч семьсот двадцать девять) рублей 34 копейки, компенсацию за задержку выплаты причитающихся сумм по статье 236 ТК РФ за период с дата по дата включительно в размере 21 778 (двадцать одна тысяча семьсот семьдесят восемь) рублей 29 копеек, компенсацию за задержку выплаты причитающихся сумм по статье 236 ТК РФ за период с дата по дату фактического исполнения решения суда из расчета одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от не выплаченных в срок сумм за каждый день задержки, компенсацию морального вреда в размере 50 000 (пятьдесят тысяч) рублей, а всего – 2 738 507 (два миллиона семьсот тридцать восемь тысяч пятьсот семь) рублей 63 копейки.

Взыскать с ПАО «Ростовский оптико-механический завод» (ИНН №..., ОГРН №... госпошлину в доход местного бюджета в размере 27 642,54 (двадцать семь тысяч шестьсот сорок два) рубля 54 копейки.

Решение может быть обжаловано в Самарский областной суд через Октябрьский районный суд г. Самары в течение месяца со дня принятия в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено 03.11.2023.

Судья Р.Р. Гильманов