Дело № 2-8295/2025

УИД 03RS0003-01-2025-009714-64

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

23 октября 2025 года г. Уфа

Кировский районный суд г. Уфы в составе:

председательствующего судьи Добрянской А.Ш.

при секретаре судебного заседания Ишбаевой С.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № по иску ФИО2 к Акционерному обществу «Экспобанк» об оспаривании условий договора,

установил:

ФИО5 обратился в суд с исками к Акционерному обществу «Экспобанк» (далее – АО «Экспобанк», Банк) об оспаривании условий договора.

В обоснование исковых требований истец указал, что ДД.ММ.ГГГГ с истцом и ООО «Экспобанк» заключен договор вклада «Счастье» № №, который содержит согласие на получение рекламы, направляемой по сетям электросвязи и на досудебный порядок разрешения споров с Банком.

На основании изложенного истец просил признать ничтожным заключенный ДД.ММ.ГГГГ ФИО6. и АО «Экспобанк» договор в той мере, в какой ФИО7 вменены согласия на получение рекламы, направляемой по сетям электросвязи, и на досудебный порядок разрешения споров с АО «Экспобанк».

Истец ФИО1 в судебное заседание не явился, просил рассмотреть дело в его отсутствие.

Представитель ответчика АО «Экспобанк», надлежащим образом извещенный о времени и месте рассмотрения дела, также не явился в судебное заседание, направил письменный отзыв на исковое заявление, в котором иск не признал, заявив ходатайство о применении пропуска срока исковой давности.

Руководствуясь ст.167 ГПК РФ, суд определил рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

Как установлено судом, ДД.ММ.ГГГГ с истцом и ООО «Экспобанк» заключен договор вклада «Счастье» № №.

Согласно условиям заявления на открытие указанного вклада от ДД.ММ.ГГГГ вкладчик подписывая настоящее заявление на открытие вклада, заявляет о присоединении к Правилам размещения срочных банковских вкладов физических лиц в ООО «Экспобанк» (далее - Правила).

Пунктом 5.4.11 Правил банк имеет право направлять по реквизитам, указанным вкладчиком при его идентификации, а также способами, предусмотренными п.5.4.9 настоящих Правил, запросы, материалы, сообщения, в т.ч. SMS-сообщения информационного, рекламного характера и т.д.:

- об изменении условий действующих вкладов или установлении новых условий;

- о необходимости обновления сведений, полученных банком при идентификации вкладчика, включая сведения о представителях вкладчика, бенефициарных владельцах и выгодоприобретателях;

- иную информацию, с соблюдением требований действующего законодательства Российской Федерации.

Согласно пункту 10.4 Правил все споры стороны обязуются разрешать путем переговоров, а в случае, если не будет достигнуто согласие, в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Как разъяснено в подп. "д" п. 3 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.06.2012 N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей" под финансовой услугой следует понимать услугу, оказываемую физическому лицу в связи с предоставлением, привлечением и (или) размещением денежных средств и их эквивалентов, выступающих в качестве самостоятельных объектов гражданских прав (предоставление кредитов (займов), открытие и ведение текущих и иных банковских счетов, привлечение банковских вкладов (депозитов), обслуживание банковских карт, ломбардные операции и т.п.).

Таким образом, гражданин, являющийся клиентом банка по договору вклада, является потребителем финансовой услугой, и к возникшим спорным правоотношениям применяется законодательство о защите прав потребителей.

Закон Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. № 2300-1 «О защите прав потребителей» (далее – Закон о защите прав потребителей) регулирует отношения, возникающие между потребителями и продавцами (исполнителями, импортерами и проч.) при продаже товаров и оказании услуг, устанавливает права потребителей на приобретение товаров и услуг надлежащего качества и безопасных для жизни, здоровья, имущества потребителей и окружающей среды, получение потребителями информации о товарах и услугах, о продавцах и исполнителях, а также гарантирует просвещение, государственную и общественную защиту интересов потребителей, а также определяет механизм реализации их прав.

Согласно п. 1 ст. 1 Закона о защите прав потребителей отношения в области защиты прав потребителей регулируются Гражданским кодексом Российской Федерации (далее – ГК РФ), указанным Законом, другими федеральными законами и принимаемыми в соответствии с ними иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Согласно п. 1 и п. 4 ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иным правовым актом.

Договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения (п. 1 ст. 422 ГК РФ).

Пунктом 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 N 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» (далее – Постановление Пленума ВС РФ № 49) разъяснено, что публичным признается договор, который заключается лицом, обязанным по характеру деятельности продавать товары, выполнять работы, оказывать услуги в отношении каждого, кто к нему обратится, например договоры в сфере розничной торговли, перевозки транспортом общего пользования, оказания услуг связи, энергоснабжения, медицинского, гостиничного обслуживания (п. 1 ст. 426 ГК РФ).

В пункте 16 этого же Постановления указано, что к лицам, обязанным заключить публичный договор, исходя из положений пункта 1 статьи 426 ГК РФ относятся коммерческая организация, некоммерческая организация при осуществлении ею приносящей доход деятельности, а равно индивидуальный предприниматель, которые по характеру своей деятельности обязаны продавать товары, выполнять работы и/или оказывать услуги в отношении каждого, кто к ним обратится (потребителя). Для целей применения статьи 426 ГК РФ потребителями признаются физические лица, на которых распространяется действие законодательства о защите прав потребителей, а также индивидуальные предприниматели, юридические лица различных организационно-правовых форм, например, потребителями по договору оказания услуг универсальной связи являются как физические, так и юридические лица (подпункт 30 статьи 2, статья 44 Федерального закона от 7 июля 2003 года N 126-ФЗ «О связи»).

В пункте 18 данного Постановления указано, что условия публичного договора, не соответствующие требованиям, установленным пунктом 2 статьи 426 ГК РФ, а также действующим в момент заключения публичного договора обязательным правилам, утвержденным Правительством Российской Федерации или уполномоченными им федеральными органами исполнительной власти, являются ничтожными в части, ухудшающей положение потребителей (п. 4 и п. 5 ст. 426 ГК РФ).

Пунктом 11 Обзора судебной практики по делам о защите прав потребителей, утвержденного Верховным Судом Российской Федерации 14.10.2020, разъяснено, что все, прямо не закрепленное законом в качестве элемента правового статуса потребителя, не может быть обращено против него.

В силу п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Не допускается использование гражданских прав в целях ограничения конкуренции, а также злоупотребление доминирующим положением на рынке.

Пункт 3 статьи 307 ГК РФ запрещает стороне вести дела так, чтобы ее партнер оказывался лишенным права.

Пунктом 43 Постановления № 49 разъяснено, что условия договора подлежат толкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в ст. 1 ГК РФ, другими положениями ГК РФ, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (ст.ст. 3 и 422 ГК РФ). Условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из ее незаконного или недобросовестного поведения (п. 4 ст. 1 ГК РФ). Толкование условий договора осуществляется с учетом цели договора и существа законодательного регулирования соответствующего вида обязательств.

Как указано в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 23.02.1999 № 4-П «По делу о проверке конституционности положения части второй ст. 29 Федерального закона от 3 февраля 1996 «О банках и банковской деятельности» гражданин является экономически слабой стороной и нуждается в особой защите своих прав, что влечет необходимость ограничить свободу договора для другой стороны, то есть для банка.

Для целей применения п. 1 ст. 16 Закона о защите прав потребителей, согласно которому условия договора, ущемляющие права потребителя по сравнению с правилами, установленными законами или иными правовыми актами Российской Федерации в области защиты прав потребителей, являются ничтожными, актом такого ущемления суд находит само по себе запрещенное публичным порядком Российской Федерации навязывание сильной стороной правоотношения содержания договорной позиции слабой ее стороне.

В соответствии с п. 1 и п. 2 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Согласно статье 16 Закона Российской Федерации от 07 февраля 1992 года N 2300-1 "О защите прав потребителей" условия договора, ущемляющие права потребителя по сравнению с правилами, установленными законами или иными правовыми актами Российской Федерации в области защиты прав потребителей, признаются недействительными. Если в результате исполнения договора, ущемляющего права потребителя, у него возникли убытки, они подлежат возмещению изготовителем (исполнителем, продавцом) в полном объеме. Запрещается обусловливать приобретение одних товаров (работ, услуг) обязательным приобретением иных товаров (работ, услуг). Убытки, причиненные потребителю вследствие нарушения его права на свободный выбор товаров (работ, услуг), возмещаются продавцом (исполнителем) в полном объеме.

В силу ч. 1 ст. 18 Федерального закона от 13.03.2006 N 38-ФЗ «О рекламе» (далее – Закон о рекламе) распространение рекламы по сетям электросвязи, в том числе посредством использования телефонной, факсимильной, подвижной радиотелефонной связи, допускается только при условии предварительного согласия абонента или адресата на получение рекламы.

Из данной нормы следует, что отсутствие согласия абонента на получение рекламы предполагается. Согласие должно быть выполнено таким образом, чтобы можно было не только однозначно идентифицировать такого абонента, но и подтвердить волеизъявление данного абонента на получение рекламы от конкретного рекламораспространителя. Таким образом, согласие абонента на получение рекламы должно, во-первых, относиться к конкретному рекламодателю либо рекламораспространителю, во-вторых – должно быть выражено явно.

Бремя доказывания наличия предварительного согласия абонента или адресата на получение рекламы по сетям электросвязи лежит на рекламораспространителе, при этом, заявитель не обязан доказывать факт отсутствия подобного согласия.

Закон о рекламе не определяет порядок и форму получения предварительного согласия абонента на получение рекламы по сетям электросвязи. Следовательно, согласие абонента может быть выражено в любой форме, достаточной для его идентификации и подтверждения волеизъявления на получение рекламы от конкретного рекламораспространителя (Постановление пленума ВАС РФ от 08.10.2012 № 58 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами Федерального закона «О рекламе»).

При этом, в целях соблюдения баланса частных и публичных интересов, стабильности публичных правоотношений, а также в целях защиты прав и законных интересов потребителя как более слабой стороны в рассматриваемых правоотношениях, при получении такого согласия должна быть предоставлена возможность изначально отказаться от получения рекламных рассылок, а сама форма согласия должна быть недвусмысленно выражающей соответствующее согласие (потребитель прямо выражает согласие на получение рекламы), а не опосредованной, в том числе обусловленной ознакомлением с правилами оказания (предоставления) услуг.

Предоставленное распространителю рекламы право на получение согласия в любой форме не свидетельствует о его безграничном усмотрении в разрешении этого вопроса и оканчивается там, где начинаются права потребителя на выражение своего непосредственного согласия на получение рекламы. Обратное же приведет к злоупотреблениям со стороны распространителей рекламы, стремящихся любым способом навязать возможность распространения со своей стороны рекламы с приданием своим действиям видимости законности, что недопустимо.

Сам факт заключения договора с банковской организацией не может подтверждать согласие на получение рекламы, поскольку отражает волеизъявление абонента исключительно на получение банковских услуг, при этом предусмотренное соглашением автоматически действующее независимо от волеизъявления абонента согласие на получение рекламы вынуждает его (осознанно либо неосознанно) согласиться на получение сообщений рекламного характера в целях достижения желаемого заключения договора с банком.

Оценивая содержание договора, суд отмечает, что он не содержит поля для отказа от согласия на получение рекламных сообщений, направляемых по сетям электросвязи Таким образом, при подписании указанного договора потребитель вынужден в целях получения банковских услуг в совокупности соглашаться на получение рекламы.

Суд полагает, что условия договор вклада «Счастье» № №, заключенного ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 и АО «Экспобанк» в той мере, в какой ФИО1 вменены согласия на получение рекламы, направляемой по сетям электросвязи, и на досудебный порядок разрешения споров с АО «Экспобанк», ущемляют права ФИО1 как потребителя. Непредоставление в договоре прав потребителю принять решение о даче согласия на получение рекламы свободно, своей волей и в своем интересе, ущемляет права потребителя по сравнению с правилами, установленными законами, в частности ч. 1 ст. 18 Федерального закона от 13.03.2006 N 38-ФЗ «О рекламе».

В пункте 11 Обзора судебной практики по делам о защите прав потребителей, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации ДД.ММ.ГГГГ указано на неустановленность законом досудебного (в контексте настоящего обсуждения – переговорного) порядка разрешения споров по соответствующим требованиям потребителя.

ФИО1, заключая договор, был лишен возможности влиять на содержание договора, условия которого могли быть приняты им только путем присоединения к предложенной форме в целом.

Ответчиком не представлено доказательств того, что истцу было разъяснено и предоставлено право на заключение договора банковского вклада без дачи согласия на получение рекламы, и досудебного разрешения споров.

Таким образом, ФИО1 подписал стандартную форму договора, с заранее выработанными условиями, в которых отсутствуют положения, по которым клиент мог бы отказаться от дачи согласия на получение рекламы, направляемой сетям электросвязи, и на досудебный порядок разрешения споров оказание банком финансовых услуг по договору вклада обусловлено обеспечением такого согласия клиента, имело для истца вынужденный характер.

Ответчиком заявлено о применении к требованиям о признании договора в части недействительным срока исковой давности, со ссылкой на статьи 181, 196 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Как разъяснено в пункте 76 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", ничтожными являются условия сделки, заключенной с потребителем, не соответствующие актам, содержащим нормы гражданского права, обязательные для сторон при заключении и исполнении публичных договоров (статья 3, пункты 4 и 5 статьи 426 Гражданского кодекса Российской Федерации), а также условия сделки, при совершении которой был нарушен явно выраженный законодательный запрет ограничения прав потребителей.

В силу пункта 1 статьи 16 Закона о защите прав потребителей условия договора, ущемляющие права потребителя по сравнению с правилами, установленными законами или иными правовыми актами Российской Федерации в области защиты прав потребителей, признаются недействительными.

Сроки исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной, установлены статьей 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, а не статьей 196 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу пункта 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки.

Поскольку право на предъявление иска в данном случае связано с наступлением последствий исполнения ничтожной сделки и имеет своей целью их устранение, то именно момент начала исполнения такой сделки, когда возникает производный от нее тот или иной неправовой результат, в действующем гражданском законодательстве избран в качестве определяющего для исчисления срока давности, а потому положения статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации к спорным правоотношениям применению не подлежат.

По смыслу пункта 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, если ничтожная сделка не исполнялась, срок исковой давности по требованию о признании ее недействительной не течет. В случае, когда сделка признается недействительной в части, срок исковой давности исчисляется с момента начала исполнения этой части.

Договор сторонами заключен ДД.ММ.ГГГГ, срок окончания вклада – 01.03.2022г.

Согласно пункту 9.1 Правил договор вклада вступает в силу с момента зачисления суммы вклада и действует до момента возврата банком вкладчику суммы вклада вместе с причитающимися процентами или до момента списания/выплаты денежных средств со счета вклада по требованию вкладчика или по иным основаниям, предусмотренным действующим законодательством Российской Федерации, настоящими Правилами, при условии, что частичное истребование вклада не предусмотрено заявлением на открытие вклада. При полном возврате вкладчику/списании по иным основаниям денежных средств со счета вклада, счет закрывается без дополнительного уведомления вкладчика в дату возврата.

Из возражения ответчика следует, что договор банковского вклада от ДД.ММ.ГГГГ расторгнут.

Исполнение по сделке в оспариваемой части началось ДД.ММ.ГГГГ, с настоящим иском истец обратился ДД.ММ.ГГГГ, следовательно, трехгодичный срок исковой давности истцом пропущен.

В силу пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение сроков исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием для вынесения судом решения об отказе в иске.

На основании изложенного, в удовлетворении исковых требований ФИО2 следует отказать.

Руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО2 к Акционерному обществу «Экспобанк» об оспаривании условий договора отказать.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Башкортостан в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения в окончательной форме через Кировский районный суд г.Уфы.

Судья: Добрянская А.Ш.

Решение в окончательной форме изготовлено 07.11.2025 года.