Дело № 2-281/2022

УИД № 45RS0002-01-2022-000241-84

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

с. Белозерское 6 июля 2022 г.

Белозерский районный суд Курганской области

в составе председательствующего судьи Воронежской О.А.,

при помощнике судьи Арефьевой М.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению СПАО «Ингосстрах» к ФИО1 о признании договора страхования недействительным,

УСТАНОВИЛ:

СПАО «Ингосстрах» обратилось в Белозерский районный суд Курганской области с иском к ФИО1, ФИО2 о признании договора страхования недействительным. В обоснование исковых требований, с учетом их изменения в порядке ст. 39 ГПК РФ, указано, что 2 августа 2021 г. между истцом и ФИО3 заключен договор страхования № MRG-SO2224590/21. При заключении договора ипотеки страхователем ФИО3 заполнено заявление на страхование, согласно которому в пунктах относительно имеющихся заболеваний, в том числе в п.п. «б» п. 8 раздела 4.1, им указано об их отсутствии. 25 февраля 2022 г. в адрес СПАО «Ингосстрах» поступило заявление ФИО1 на выплату страхового возмещения по договору комплексного ипотечного страхования, в связи со смертью ФИО3 Исходя из представленных по запросу истца медицинских документов следует, что ФИО3 до заключения договора страхования (до 2 августа 2021 г.) страдал хроническими соматическими заболеваниями сердечно-сосудистой системы и состоял на «Д» учете в ГБУ «Белозерская ЦРБ» с диагнозом «Ишемическая болезнь сердца. Стенокардия напряжения II ФК. Гипертоническая болезнь III ст., риск 4. Хроническая сердечная недостаточность 1. Состояние после Острого нарушения мозгового кровообращения в 2019 году. Перенес острый инфаркт миокарда в 2013 году». 14 декабря 2021 г. ФИО4 скоропостижно скончался в стационаре, где находился на лечении с диагнозом «ИБС. Стенокардия напряжения ФК 2 ПИК (ОИМ от 2013). ТБКА со стентированием ОВ-04.07.2019. Гипертоническая болезнь 3 ст., риск 4. Частая СВ экстрасистолия. ЖЭ.ХСН 1 ФК 2. Атеросклероз БЦА. Стеноз ВСА с обеих сторон. Эндерверсивная эндертерэктосмия из ВСА, ОСА слева 29.04.2019, справа 20.03.2019. Атеросклероз сосудов нижних конечностей. Тромбоз бедренной артерии? Гиперкоагулопатия. Хронический бронхит, обострение». При аутопсии трупа ФИО3 обнаружены макро- и микроскопические признаки атеросклеротической болезни сердца. В справке о смерти и заключении судебно-медицинского эксперта причиной указана – атеросклеротическая болезнь сердца. Таким образом, смерть ФИО3 наступила от острой коронарной (сердечной) недостаточности, которая явилась исходом хронических заболеваний сердечно-сосудистой системы. Соответственно, между имевшимся у ФИО3 вышеуказанным хроническим заболеванием и развитием острой коронарной недостаточности, которая явилась причиной летального исхода, имеется прямая причинно-следственная связь. Исходя из того, что заболевания, непосредственно приведшие к смерти ФИО3, были диагностированы задолго до заключения договора страхования, о которых страхователь при заключении договора страхования умолчал, тем самым предоставив ложные сведения о состоянии своего здоровья. Ссылаясь на ст. ст. 179, 944 ГК РФ, просят признать договор № MRG-SO2224590/21 от 2 августа 2021 г. недействительным с даты его заключения.

Определением Белозерского районного суда Курганской области от 6 июля 2022 г. к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена ФИО5, а также изменен процессуальный статус ответчика ФИО2, с привлечением ее к участию в деле в качестве третьего лица.

В судебном заседании представитель истца СПАО «Ингосстрах» ФИО6, действующая по доверенности, просила суд об удовлетворении измененных исковых требований, ссылаясь в обоснование на доводы, изложенные в исковом заявлении. При этом указала, что на взыскании с ответчика госпошлины в размере 6 000 рублей 00 копеек, уплаченной при подаче иска, не настаивает.

Ответчик ФИО1 в судебном заседании с исковыми требованиями согласилась. При этом подписание заявления на страхование лично ФИО3, наличие у ее супруга ФИО3 заболевания сердечно-сосудистой системы, а также причинно-следственной связи между данным заболеванием и его смертью не оспаривала. Также указала, что в момент заключения договора страхования о наличии каких-либо заболеваний у ФИО3 никто не спрашивал.

Третьи лица ФИО2 и ФИО5 в судебном заседании с исковыми требованиями согласились.

Представитель третьего лица ПАО Сбербанк в судебное заседание не явился, уведомлялся надлежащим образом, о причинах неявки суду не сообщил.

Учитывая мнение лиц, участвующих в деле, суд определил рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц в порядке ст. 167 ГПК РФ.

Заслушав участников судебного процесса, изучив письменные материалы дела, суд приходит к следующему выводу.

В соответствии с п. 2 ст. 179 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

Согласно п. 1 ст. 929 ГК РФ обязанность страховщика осуществить страховую выплату возникает с наступлением страхового случая, то есть события, предусмотренного договором страхования.

В соответствии с п. 1 ст. 934 ГК РФ по договору личного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию), уплачиваемую другой стороной (страхователем), выплатить единовременно или выплачивать периодически обусловленную договором сумму (страховую сумму) в случае причинения вреда жизни или здоровью самого страхователя или другого названного в договоре гражданина (застрахованного лица), достижения им определенного возраста или наступления в его жизни иного предусмотренного договором события (страхового случая).

В силу п. 2 ст. 942 ГК РФ при заключении договора личного страхования между страхователем и страховщиком должно быть достигнуто соглашение, в том числе, о характере события, на случай наступления которого в жизни застрахованного лица осуществляется страхование (страхового случая).

В соответствии с п. 1 ст. 944 ГК РФ при заключении договора страхования страхователь обязан сообщить страховщику известные страхователю обстоятельства, имеющие существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размере возможных убытков от его наступления (страхового риска), если эти обстоятельства не известны и не должны быть известны страховщику. Существенными признаются во всяком случае обстоятельства, определенно оговоренные страховщиком в стандартной форме договора страхования (страхового полиса) или в его письменном запросе.

В силу п. 3 ст. 944 ГК РФ, если после заключения договора страхования будет установлено, что страхователь сообщил страховщику заведомо ложные сведения об обстоятельствах, указанных в пункте 1 настоящей статьи, страховщик вправе потребовать признания договора недействительным и применения последствий, предусмотренных пунктом 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Следовательно, обнаружив после заключении договора обстоятельства сообщения заведомо ложной информации, страховщик вправе требовать признания договора страхования недействительным.

Установленная в п. 3 ст. 944 ГК РФ ответственность за нарушение страхователем обязательства по предоставлению страховщику сведений при заключении договора страхования имеет целью защитить экономические интересы страховщика, решение которого о заключении договора страхования на тех или иных условиях зависит от оценки им страхового риска, осуществляемого, в том числе, на основании сообщенных страхователем сведений.

В силу п.п. 1 и 2 ст. 9 Закона Российской Федерации от 27 ноября 1992 г. № 4015-1 «Об организации страхового дела Российской Федерации» страховым риском является предполагаемое событие, на случай наступления которого, проводится страхование. Событие, рассматриваемое в качестве страхового риска должно обладать признаками вероятности и случайности его наступления. Страховым случаем является совершившееся событие, предусмотренное договором страхования или законом, с наступлением которого возникает обязанность страховщика произвести страховую выплату страхователю либо иным лицам.

Из материалов дела следует, что 2 августа 2021 г. между СПАО «Ингосстрах» и ФИО3 в обеспечение обязательств по кредитному договору <***> от 2 августа 2021 г. (заключен между ПАО Сбербанк и созаемщиками ФИО3 и ФИО1) заключен договор страхования № MRG-SO2224590/21 имущественных интересов, связанных с причинением вреда здоровью страхователя (застрахованного лица), а также его смерти в результате несчастного случая или болезни. Страховая сумма по договору составляет 1 058 700,00 рублей, срок действия договора с 2 августа 2021 г. по 1 августа 2022 г. включительно, при условии оплаты страховой премии в указанные в договоре сроки.

Выгодоприобретателем по договору страхования является ПАО Сбербанк в размере суммы задолженности по кредитному договору, а в случае уступки банком прав по такому кредитному договору/передачи прав по закладной – лицо, которому осуществлена такая уступка прав, а также страхователь - в части, превышающей сумму, подлежащую уплате кредитору по кредитному договору/владельцу закладной.

При этом из памятки к страховому полису (договору страхования), подписанной ФИО3, следует, что заключение настоящего договора не является необходимым условием выдачи кредита банком.

Таким образом, подписав полис страхования, страхователь заключил договор страхования на изложенных в нем условиях и подтвердил, что все сведения, указанные в настоящем полисе и приложениях к нему являются полными и достоверными, а также подтвердил получение им Правил страхования. Из содержания названного полиса, подписанного ФИО3 собственноручно, следует, что в случае, если страхователь сообщил страховщику заведомо ложные сведения при оформлении настоящего договора, страховщик вправе потребовать признания договора недействительным, в порядке, предусмотренном законодательством.

В силу п.п. 1, 2 ст. 943 ГК РФ условия, на которых заключается договор страхования, могут быть определены в стандартных правилах страхования соответствующего вида, принятых, одобренных или утвержденных страховщиком либо объединением страховщиков (правилах страхования).

Условия, содержащиеся в правилах страхования и не включенные в текст договора страхования (страхового полиса), обязательны для страхователя (выгодоприобретателя), если в договоре (страховом полисе) прямо указывается на применение таких правил и сами правила изложены в одном документе с договором (страховым полисом) или на его оборотной стороне либо приложены к нему. В последнем случае вручение страхователю при заключении договора правил страхования должно быть удостоверено записью в договоре.

Правила комплексного и ипотечного страхования (далее – Правила), утвержденные Приказом СПАО «Ингосстрах» от 31 марта 2017 г. № 105, согласно ст. 1 разд. 1 определяют общий порядок и условия заключения, исполнения и прекращения договоров добровольного страхования имущественных интересов, связанных, в том числе с причинением вреда здоровью страхователя (застрахованного лица), а также его смерти в результате несчастного случая или болезни.

При этом в ст. 4 Правил дано понятие болезни (заболевания) – это любое нарушение состояния здоровья застрахованного лица, не вызванное несчастным случаем, впервые диагностированное врачом после вступления договора страхования в силу, либо обострение в период действия договора страхования хронического заболевания, заявленного страхователем (застрахованным лицом) в заявлении на страхование и принятого страховщиком на страхование, если такое нарушение состояния здоровья или обострение заболевания повлекли смерть или утрату трудоспособности в соответствии с условиями настоящих Правил.

В силу ст. 53 разд. 2 Правил договор страхования заключается на основании полностью заполненного письменного заявления страхователя или его представителя, которое является неотъемлемой частью договора страхования. Заявление на страхование в части сведений в отношении состояния здоровья застрахованного лица подписывается лично застрахованным лицом. Страхователь либо его представитель, застрахованные лица обязаны сообщить страховщику в заявлении все известные обстоятельства, имеющие существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая. Существенными признаются, по меньшей мере, обстоятельства, определенно оговоренные страховщиком в заявлении, договоре страхования или в его письменном запросе.

Страховщик имеет право проверить достоверность указанных страхователем (застрахованным лицом) в заявлении сведений.

Если после заключения договора страхования страховщиком будет установлено, что в анкете либо заявлении на страхование страхователь (застрахованное лицо) сообщил заведомо ложные сведения, влияющие на степень риска и вероятность наступления страхового случая, то страховщик вправе потребовать признания договора страхования недействительным и применения последствий, предусмотренных законодательством РФ.

Из текста заявления на страхование № MRG-SO2224590/21 от 2 августа 2021 г., каждая страница которого подписана лично ФИО3, следует, что в пункте 8 им указано об отсутствии каких-либо заболеваний или их симптомов, прохождении лечения и/или обследования, в том числе: заболеваний сердца (пороки, ишемическая болезнь сердца (стенокардия, инфаркт), ревматизм, эндо- и/или миокардит, боли за грудиной, одышка, нарушения сердечного ритма, шумы в сердце и др.) (пп. «а» п. 8 заявления); заболеваний сосудистой системы (повышенное кровяное давление, артериальная гипертензия (гипертоническая болезнь), заболевания сосудов или нарушение кровообращения (в т.ч. тромбозы, аневризмы сосудов, эндартериит, варикозное расширение вен, атеросклероз, инсульт и др.) (пп. «б» п. 8 заявления).

В то же время согласно имеющихся в материалах дела медицинских документов, в том числе выписке из амбулаторной карты № 35678 ГБУ «Белозерская ЦРБ» от 31 января 2022 г., ФИО3 до заключения договора страхования (до 2 августа 2021 г.) состоял на «Д» учете в ГБУ «Белозерская ЦРБ» с диагнозом «Ишемическая болезнь сердца. Стенокардия напряжения II ФК. Гипертоническая болезнь III ст., риск 4. Хроническая сердечная недостаточность 1. Состояние после Острого нарушения мозгового кровообращения (2019 г.) Перенес острый инфаркт миокарда в 2013 году».

В связи с наличием указанных заболеваний находился на стационарном лечении в ГБУ «Курганская областная клиническая больница» в период с 9 по 15 февраля 2019 г., с 5 по 11 марта 2019 г., с 12 по 25 марта 2019 г., с 25 апреля по 6 мая 2019 г., с 4 по 8 июля 2019 г., что подтверждается имеющимися в материалах дела копиями выписных эпикризов, а также обращался на амбулаторный прием к терапевту по месту жительств в ГБУ «Белозерская ЦРБ» 15 октября, 21 ноября 2019 г., 27 января, 26 марта, 29 июля, 11 сентября 2020 г.

10 сентября 2019 г. ФИО3 установлена 3 группа инвалидности.

14 декабря 2021 г. ФИО3 скончался в стационаре ГБУ «Белозерская ЦРБ», где находился на лечении с 6 декабря 2021 г. с диагнозом: «ИБС. Стенокардия напряжения ФК 2 ПИК (ОИМ от 2013) ТБКА со стентированием ОВ-04.07.2019. Гипертоническая болезнь 3 ст., риск 4. Частая СВ экстрасистолия. ЖЭ.ХСН 1 ФК 2. Атеросклероз БЦА. Стеноз ВСА с обеих сторон. Эндервесионная эндертерэктосмия из ВСА, ОСА слева 29.04.2019, справа 20.03.2019. Атеросклероз сосудов нижних конечностей. Тромбоз бедренной артерии? Гиперкоагулопатия. Хронический бронхит, обострение».

Согласно копии свидетельства о смерти серии <...> от 17 декабря 2021 г. ФИО3 умер 14 декабря 2021 г., причина смерти – болезнь атеросклеротическая сердца, что следует из копии справки о смерти № С-00602.

Заключением судебно-медицинского эксперта (акт № 9148 от 15 декабря 2021 г.) ФИО3 установлен судебно-медицинский диагноз: «Основной - атеросклеротическая болезнь сердца: атеросклеротический стенозирующий коронаросклероз с кальцинозом и стенозом 70%, постинфарктный кардиосклероз (острый инфаркт миокарда от 2013 года). ТБКА со стентированием 4 июля 2019 г. Стенокардия напряжения. ФК2. Частая суправентрикулярная экстрасистолия. Желудочковая экстрасистолия. Фоновый - Гипертоническая болезнь 2 ст., риск 4 с преимущественным поражением сердца. Осложнение - острая коронарная недостаточность: отёк и неравномерное кровенаполнение миокарда, полнокровие внутренних органов, жидкое состояние крови. Сопутствующий - Церебросклероз. Нефросклероз. Облитерирующий атеросклероз сосудов нижних конечностей. Атеросклероз аорты 4 ст. Атеросклероз БЦА. Стеноз ВСА с обеих сторон. Эндервесионная эндертерэктосмия из ВСА, ОСА слева 29 апреля 2019 г., справа 20 марта 2019 г.».

Достоверные данные о состоянии здоровья застрахованного лица при личном страховании имеют существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая (степени страхового риска). Страховщик оценивал риск наступления страхового случая исходя из сведений, сообщенных страхователем, что соответствует ч. 2 ст. 945 ГК РФ, которой установлено право, а не обязанность страховщика оценивать фактическое состояние здоровья при заключении договора личного страхования. Тогда как обязанность страхователя сообщить известные ему сведения о состоянии здоровья застрахованного лица при заключении договора личного страхования установлена ч. 1 ст. 944 ГК РФ, а также Правилами страхования.

Таким образом, на момент заключения договора страхования ФИО3 было достоверно известно о наличии у него заболеваний сердечно-сосудистой системы. Однако при заключении договора страхования в заявлении на страхование, подписанном лично ФИО3, о наличии у него вышеуказанных заболеваний, а также прохождении в связи с этим лечения и/или обследования он не указал, т.е. сообщил страховщику заведомо ложные сведения о состоянии своего здоровья.

Обстоятельства, о которых сообщено страхователем в заявлении застрахованного лица при заключении договора личного страхования, не могут являться несущественными применительно к положениям ст. 944 ГК РФ, т.к. в данном случае содержащиеся в заявлении вопросы имеют прямое отношение к страховым рискам по заключенному между сторонами договору страхования, поэтому ответы на них могли повлиять на оценку страховой компанией страхового риска.

Доводы ответчика о том, что о наличии каких-либо заболеваний у ФИО3 в момент заключения договора страхования никто не спрашивал не могут быть признаны состоятельными, поскольку в тексте заявления (п. 8) четко указано требование страхователя о необходимости сообщить о выявленных заболеваниях или их симптомах, прохождении лечения и /или обследования.

Наличие причинно-следственной связи между диагностированным у ФИО3 заболеванием и причиной смерти подтверждается исследованными в судебном заседании доказательствами, в том числе заключением специалиста ФИО7 от 28 марта 2022 г. о том, что смерть ФИО3 наступила от острой коронарной (сердечной) недостаточности, которая явилась исходом хронических заболеваний сердечно-сосудистой системы – хронической ишемической и атеросклеротической болезни сердца на фоне стенозирующего атеросклероза, что было подтверждено данными аутопсии (судебно-медицинского исследования) трупа. По данным предоставленных медицинских документов ФИО3 в 2013 году перенес острый инфаркт миокарда, в 2019 году острое нарушение мозгового кровообращения, с 2016 года находился на «Д» учете с диагнозом «Ишемическая болезнь сердца. Стенокардия напряжения II ФК. Гипертоническая болезнь III ст., риск 4. Хроническая сердечная недостаточность 1».

Прогрессирование указанных заболеваний сердечно-сосудистой системы (с 2013 по 2021 годы) привели к развитию сердечной недостаточности и выраженного атеросклеротического стенозирующего коронаросклероза с кальцинозом и стенозом 70%, постинфарктного кардиосклероза; распространенного атеросклероза (церебросклероза, нефросклероза, облитерирующего атеросклероза сосудов нижних конечностей, атеросклероза аорты), которые в свою очередь осложнились острой коронарной недостаточности и вызвали внезапную смерть ФИО3

Таким образом, между имевшимися у ФИО3 вышеуказанными хроническими заболеваниями сердечно-сосудистой системы (Ишемическая болезнь сердца. Стенокардия напряжения II ФК. Гипертоническая болезнь III ст., риск 4. Хроническая сердечная недостаточность 1) и развитием острой коронарной недостаточности, которая явилась причиной летального исхода, имеется прямая причинная связь.

Данные выводы специалиста в судебном заседании ответчиком ФИО1 не оспаривались.

Из материалов наследственного дела № 84/2022, а также ответа нотариуса Белозерского нотариального округа Курганской области № 146 от 20 июня 2022 г. на запрос суда следует, что ФИО1 является единственным наследником умершего ФИО3, что также подтверждается свидетельством о праве на наследство по закону от 27 июня 2022 г.

25 февраля 2022 г. в адрес СПАО «Ингосстрах» поступило заявление ФИО1 о наступлении страхового события в связи со смертью ФИО3

В соответствии с п. 3 ст. 10 ГК РФ в случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются.

Следовательно, заключая договор страхования, страховщик предполагал добросовестность поведения застрахованного лица и надлежащее исполнение последним своей обязанности сообщить страховщику информацию, имеющую существенное значение для определения степени страхового риска.

Сообщив страховщику заведомо ложные сведения о состоянии своего здоровья ФИО3 лишил страховщика на момент заключения договора возможности оценить страховой риск и определить вероятность наступления страхового случая.

При этом при заключении договора личного страхования проведение обследования страхуемого лица для оценки фактического состояния его здоровья является правом, а не обязанностью страховщика в соответствии с п. 2 ст. 945 ГК РФ.

Таким образом, обязанности проводить медицинское освидетельствование страхуемого лица на стадии заключения договора страхования у страховщика не имелось в силу закона. При этом указанные обстоятельства не освобождали ФИО3 от обязанности сообщить известные ему достоверные данные о состоянии своего здоровья.

Учитывая, что смерть ФИО3 наступила в результате заболевания, которое имелось у него до заключения договора страхования и на момент его заключения, следовательно, не носила внезапный, непредвиденный и непреднамеренный характер.

При таких обстоятельствах следует признать, что имеющиеся в деле доказательства подтверждают довод страховщика о том, что страхователь сообщил заведомо ложные сведения о состоянии своего здоровья. В связи с чем является доказанным факт совершения сделки под влиянием обмана в связи с чем, у суда имеются основания, предусмотренные ст. 179 ГК РФ, для признания договора страхования недействительным.

Доказательств обратного вопреки ст. 56 ГПК РФ ответчиком в материалы дела не представлено.

В этой связи, принимая во внимание, что ФИО3, зная о наличии у него заболеваний сердечно-сосудистой системы, при заключении договора страхования не сообщил страховщику о наличии у него данных заболеваний, имеющих существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая, т.е. умышленно сообщил заведомо ложные сведения об отсутствии каких-либо заболеваний, суд приходит к выводу об удовлетворении исковых требований СПАО «Ингосстрах» и признании договора страхования № MRG-SO2224590/21, заключенного между СПАО «Ингосстрах» и ФИО3, недействительным с даты его заключения.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования СПАО «Ингосстрах» к ФИО1 о признании договора страхования недействительным удовлетворить.

Признать договор страхования № MRG-SO2224590/21 от 2 августа 2021 г., заключенный между СПАО «Ингосстрах» и ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, недействительным с даты его заключения.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Курганского областного суда в течение месяца со дня составления решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Белозерский районный суд Курганской области.

Судья О.А. Воронежская

(Мотивированное решение суда составлено 11 июля 2022 г.)