УИД: 77RS0027-02-2025-014675-51

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

18 ноября 2025 года адрес

Тверской районный суд адрес в составе председательствующего судьи Утешева С.В., с участием прокурора фио, при секретаре фио, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-3964/2025 по иску ФИО1 к ФГУП «Охрана» Федеральной службы войск национальной гвардии РФ о признании трудового договора, заключенным на неопределенный срок, приказа об увольнении незаконным, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за период вынужденного прогула, компенсации морального вреда, судебных расходов,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратилась в суд с иском к ФГУП «Охрана» Федеральной службы войск национальной гвардии РФ о признании срочного трудового договора № 03238 о/24, заключенным на неопределенный срок, приказа об увольнении от 05 августа 2025 года незаконным, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за период вынужденного прогула с 06 августа 2025 года по дату восстановления на работе, компенсации морального вреда в размере сумма, расходов по оплате юридических услуг в размере сумма, транспортных расходов в размере сумма

Требования мотивированы тем, что с 01 ноября 2019 года по 27 июля 2025 года он работал в ФГУП «Охрана» Федеральной службы войск национальной гвардии РФ в должности контролера, на основании срочных трудовых договоров. Приказом № 02-1804 л/с от 22 июля 2025 года трудовые правоотношения между сторонами прекращены по п. 2 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации, в связи с истечением срока действия трудового договора № 03238 о/24 от 28 июля 2024 года. Полагает свое увольнение незаконным, поскольку законные основания для заключения с ним срочного трудового договора № 03238 о/24 от 28 июля 2024 года у работодателя отсутствовали.

Истец ФИО1 в судебное заседание явился, просил удовлетворить иск.

Представитель ответчика по доверенности фио в судебное заседание явился, просил отказать в удовлетворении иска по доводам, изложенным в возражениях на иск.

Выслушав пояснения лиц, участвующих в деле, заключение прокурора, исследовав письменные материалы дела и оценив собранные по делу доказательства в их совокупности, суд приходит к следующим выводам.

Трудовые отношения в силу положений ч. 1 ст. 16 Трудового кодекса Российской Федерации возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации.

Согласно абзацу второму части 1 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель имеет право заключать, изменять и расторгать трудовые договоры с работниками в порядке и на условиях, которые установлены данным Кодексом, иными федеральными законами.

В соответствии со ст. 58 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые договоры могут заключаться: на неопределенный срок; на определенный срок не более пяти лет (срочный трудовой договор), если иной срок не установлен настоящим Кодексом и иными федеральными законами.

Срочный трудовой договор заключается, когда трудовые отношения не могут быть установлены на неопределенный срок с учетом характера предстоящей работы или условий ее выполнения, а именно в случаях, предусмотренных частью первой статьи 59 настоящего Кодекса. В случаях, предусмотренных частью второй статьи 59 настоящего Кодекса, срочный трудовой договор может заключаться по соглашению сторон трудового договора без учета характера предстоящей работы и условий ее выполнения.

Если в трудовом договоре не оговорен срок его действия, то договор считается заключенным на неопределенный срок.

Трудовой договор, заключенный на определенный срок при отсутствии достаточных к тому оснований, установленных судом, считается заключенным на неопределенный срок.

Запрещается заключение срочных трудовых договоров в целях уклонения от предоставления прав и гарантий, предусмотренных для работников, с которыми заключается трудовой договор на неопределенный срок.

В силу ч. 1 ст. 79 Трудового кодекса Российской Федерации срочный трудовой договор прекращается с истечением срока его действия. О прекращении трудового договора в связи с истечением срока его действия работник должен быть предупрежден в письменной форме не менее чем за три календарных дня до увольнения, за исключением случаев, когда истекает срок действия срочного трудового договора, заключенного на время исполнения обязанностей отсутствующего работника.

Согласно п. 2 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации основанием прекращения трудового договора является, в том числе, истечение срока трудового договора.

Из приведенных нормативных положений и разъяснениями, данными в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" следует, что по общему правилу срочные трудовые договоры могут заключаться только в случаях, когда трудовые отношения с учетом характера предстоящей работы или условий ее выполнения не могут быть установлены на неопределенный срок, а также в других случаях, предусмотренных Трудовым кодексом Российской Федерации или иными федеральными законами. Вместе с тем, Трудовой кодекс Российской Федерации предусматривает в статье 59 перечень конкретных случаев, когда допускается заключение срочного трудового договора в силу характера предстоящей работы или условий ее выполнения, а также без учета указанных обстоятельств при наличии соответствующего соглашения работника и работодателя. При этом работнику, выразившему согласие на заключение трудового договора на определенный срок, известно о его прекращении по истечении заранее оговоренного периода. Истечение срока трудового договора, за исключением случаев, когда трудовые отношения фактически продолжаются и ни одна из сторон не потребовала их прекращения, является основанием для прекращения трудового договора.

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что 28 июля 2024 года между сторонами заключен срочный трудовой договор № 03238 о/24, по которому ФИО1 был принят на работу в ФГУП «Охрана» Федеральной службы войск национальной гвардии РФ на должность контролера в команде военизированной охраны № 2 Отряда военизированной охраны объектов связи.

В соответствии с п. 1.8 трудового договора, договор заключен в соответствии с ч. 1 ст. 59 Трудового кодекса Российской Федерации с учетом условий предстоящей работы, связанной с заведомо временным (до одного года) расширением производства и объема оказываемых услуг на срок действия договора от 29 июля 2024 года № 660/24-А1//24043513701271, заключенного с адрес, но расторгается не позднее 27 июля 2025 года.

Дополнительным соглашением от 28 декабря 2024 года к трудовому договору № 03238 о/24 от 28 июля 2024 года истец с 01 января 2025 года переведен на должность контролера контрольно-пропускного пункта команды военизированной охраны № 2 Отряда военизированной охраны объектов связи.

Уведомлением от 27 июля 2025 года № 02-2046 ФИО1 предупрежден о предстоящем расторжении срочного трудового договора № 03238 о/24 от 28 июля 2024 года на основании п. 2 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации 05 августа 2025 года.

Приказом № 02-1804 л/с от 22 июля 2025 года трудовые правоотношения между сторонами прекращены по п. 2 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации, в связи с истечением срока действия трудового договора № 03238 о/24 от 28 июля 2024 года.

В судебном заседании истец пояснил, что на протяжении всего периода работы в ФГУП «Охрана» Федеральной службы войск национальной гвардии РФ с ним заключались срочные трудовые договоры, так 28 июля 2024 года заключен срочный трудовой договор № 03238 о/24 на период действия договора от 29 июля 2024 года № 660/24-А1//24043513701271, заключенного с адрес, однако законные основания для заключения срочного трудового договора у работодателя отсутствовали, в связи с чем увольнение по п. 2 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации является незаконным.

Из представленных в материалы дела истцом сведений о трудовой деятельности усматривается, что 01 ноября 2019 года истец принят на работу в ФГУП «Охрана» Федеральной службы войск национальной гвардии РФ на должность контролера, уволен 27 апреля 2020 года по п. 2 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации.

28 апреля 2020 года истец принят на работу в ФГУП «Охрана» Федеральной службы войск национальной гвардии РФ на должность контролера, уволен 27 апреля 2021 года по п. 2 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации.

28 апреля 2021 года истец принят на работу в ФГУП «Охрана» Федеральной службы войск национальной гвардии РФ на должность контролера, уволен 27 апреля 2022 года по п. 2 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации.

20 мая 2022 года истец принят на работу в ФГУП «Охрана» Федеральной службы войск национальной гвардии РФ на должность контролера, уволен 30 апреля 2023 года по п. 2 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации.

01 мая 2023 года истец принят на работу в ФГУП «Охрана» Федеральной службы войск национальной гвардии РФ на должность контролера, уволен 30 апреля 2024 года по п. 2 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации.

01 мая 2024 года истец принят на работу в ФГУП «Охрана» Федеральной службы войск национальной гвардии РФ на должность контролера, уволен 27 июля 2024 года по п. 2 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации.

28 июля 2024 года истец принят на работу в ФГУП «Охрана» Федеральной службы войск национальной гвардии РФ на должность контролера, уволен 05 августа 2025 года по п. 2 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации.

Также в период работы истца в ФГУП «Охрана» Федеральной службы войск национальной гвардии РФ с ним заключались срочные трудовые договору для выполнения трудовых обязанностей по совместительству.

Представитель ответчика в судебном заседании, возражая относительно исковых требований, пояснил, что у ФГУП «Охрана» Федеральной службы войск национальной гвардии РФ имелись законные основания для заключения с истцом срочного трудового договора, т.к. срок действия трудового договора был определён на период действия договора от 29 июля 2024 года № 660/24-А1//24043513701271, заключенного с адрес. Увольнение истца произведено при наличии на то оснований, с соблюдением порядка увольнения по п. 2 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации.

Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2020 года N 25-П "По делу о проверке конституционности абзаца восьмого части первой статьи 59 Трудового кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина фио" абзац восьмой части первой статьи 59 Трудового кодекса Российской Федерации признан не противоречащим Конституции Российской Федерации в той мере, в какой он по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования не предполагает заключения с работником срочного трудового договора (в том числе многократного заключения такого договора на выполнение работы по одной и той же должности (профессии, специальности) в целях обеспечения исполнения обязательств работодателя по заключенным им гражданско-правовым договорам об оказании услуг, относящихся к его уставной деятельности, а также последующего увольнения работника в связи с истечением срока трудового договора, если срочный характер трудовых отношений обусловлен исключительно ограниченным сроком действия указанных гражданско-правовых договоров.

Также из данного Постановления от 19 мая 2020 года N 25-П следует, что осуществление предпринимательской и иной не запрещенной законом экономической деятельности, как правило, предполагает использование наемного труда, субъект такого рода деятельности (юридическое либо физическое лицо), выступающий в качестве работодателя, в силу положений части 1 статьи 37, части 1 статьи 34 Конституции Российской Федерации наделяется полномочиями, позволяющими ему в целях осуществления экономической деятельности и управления имуществом самостоятельно и под свою ответственность принимать необходимые кадровые решения, но вместе с тем и несет обязанности по обеспечению закрепленных трудовым законодательством прав работников и гарантий их реализации. При этом, действуя в качестве самостоятельного хозяйствующего субъекта и участника гражданского оборота, к сфере ответственности которого относится заключение гражданско-правовых договоров и их пролонгация, выбор контрагентов и их замена и т.п., работодатель самостоятельно несет и все риски, сопутствующие осуществляемому им виду экономической деятельности. Так, вступая в договорные отношения с иными участниками гражданского оборота, именно он несет риски, связанные с исполнением им самим и его контрагентами своих договорных обязательств, сокращением общего объема заказов, расторжением соответствующих договоров и т.п. Работник же, выполняя за гарантированное законом вознаграждение (заработную плату) лишь определенную трудовым договором трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, не является субъектом осуществляемой работодателем экономической деятельности, а потому не может и не должен нести каких бы то ни было сопутствующих ей рисков и не обязан разделять с работодателем бремя такого рода рисков. В противном случае искажалось бы само существо трудовых отношений и нарушался бы баланс конституционных прав и свобод работника и работодателя.

В соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации работник имеет право на предоставление ему работы, обусловленной трудовым договором (абзац третий части первой статьи 21); данному праву работника корреспондирует обязанность работодателя предоставлять работнику работу, предусмотренную трудовым договором (абзац третий части второй статьи 22, часть первая статьи 56).

Если в качестве работодателя выступает организация, уставная деятельность которой предполагает оказание каких-либо услуг третьим лицам, то предметом трудовых договоров, заключаемых с работниками, привлекаемыми для исполнения обязательств работодателя перед заказчиками услуг, является выполнение работы по обусловленной характером соответствующих услуг трудовой функции. При этом надлежащее исполнение таким работодателем обязанности по предоставлению своим работникам работы, предусмотренной заключенными с ними трудовыми договорами, предполагает в числе прочего своевременное заключение им с иными участниками гражданского оборота договоров возмездного оказания услуг.

Между тем истечение срока действия отдельного договора возмездного оказания услуг, как правило, не свидетельствует ни о прекращении работодателем - исполнителем услуг своей уставной деятельности в целом, ни о завершении работы его работниками, обеспечивающими исполнение обязательств работодателя по такому гражданско-правовому договору, а потому и не освобождает работодателя от обязанности предоставить работникам работу в соответствии с трудовой функцией, предусмотренной заключенными с ними трудовыми договорами. В случае же невозможности предоставления указанным работникам такой работы и, как следствие, возникновения у них вынужденной приостановки работы работодатель обязан оплатить им время простоя в соответствии с законодательством (статья 157 Трудового кодекса Российской Федерации). При этом в данной ситуации изменение условий заключенных с работниками трудовых договоров, а равно и увольнение работников возможны только по основаниям и в порядке, предусмотренным трудовым законодательством.

Таким образом, ограниченный срок действия гражданско-правовых договоров возмездного оказания услуг, заключенных работодателем с заказчиками соответствующих услуг, при продолжении осуществления им уставной деятельности сам по себе не предопределяет срочного характера работы, подлежащей выполнению работниками, обеспечивающими исполнение обязательств работодателя по таким гражданско-правовым договорам, не свидетельствует о невозможности установления трудовых отношений на неопределенный срок, а значит, и не может служить достаточным основанием для заключения срочных трудовых договоров с работниками, трудовая функция которых связана с исполнением соответствующих договорных обязательств, и их последующего увольнения в связи с истечением срока указанных трудовых договоров.

Иное обессмысливало бы законодательное ограничение случаев заключения срочных трудовых договоров, приводило бы к недопустимому игнорированию лежащего в основе трудовых правоотношений конституционно значимого интереса работника в стабильной занятости и при отсутствии обстоятельств, объективно препятствующих продолжению осуществления им работы по обусловленной заключенным с ним трудовым договором трудовой функции, влекло бы за собой необоснованное прекращение трудовых отношений и увольнение работника в упрощенном порядке без предоставления ему гарантий и компенсаций, направленных на смягчение негативных последствий, наступающих для гражданина в результате потери работы, а значит - и выходящее за рамки конституционно допустимых ограничений прав и свобод ущемление конституционного права каждого на свободное распоряжение своими способностями к труду, выбор рода деятельности и профессии (статья 37, часть 1; статья 55, часть 3, Конституции Российской Федерации).

Кроме того, увязывание срока заключенного с работником трудового договора со сроком действия заключенного работодателем с третьим лицом гражданско-правового договора возмездного оказания услуг фактически приводило бы к тому, что занятость работника ставилась бы в зависимость исключительно от результата согласованного волеизъявления работодателя и заказчика соответствующих услуг в отношении самого факта заключения между ними договора возмездного оказания услуг, срока его действия и пролонгации на новый срок. Тем самым работник был бы вынужден разделить с работодателем риски, сопутствующие осуществляемой работодателем экономической деятельности в сфере соответствующих услуг (в том числе связанные с колебанием спроса на эти услуги), что приводило бы к искажению существа трудовых отношений и нарушению баланса конституционных прав и свобод работника и работодателя.

Обязанность по доказыванию наличия оснований для заключения срочного трудового договора возложена на работодателя, именно он должен обосновать и представить доказательства тому, что заключение срочного трудового договора произведено в полном соответствии с требованиями трудового законодательства; если судом при разрешении спора будет установлено, что отсутствовали основания для заключения с работником срочного трудового договора, то к такому договору применяются правила о договоре, заключенном на неопределенный срок.

Вопреки положениям ст. 56 ГПК РФ, в материалы дела ответчиком не были представлены доказательства, свидетельствующие о наличии законных оснований для заключения с истцом срочного трудового договора № 03238 о/24 от 28 июля 2024 года, при этом, наличие срочных договорных правоотношений между ФГУП «Охрана» Федеральной службы войск национальной гвардии РФ и адрес не могло являться основанием для заключения с истцом срочного трудового договора, что подтверждается правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 19 мая 2020 года N 25-П.

Установив вышеуказанные обстоятельства, руководствуясь приведенными нормами права, дав оценку, представленным в материалы дела доказательствам, суд приходит к выводу об удовлетворении требования истца о признании, заключенного между ФИО1 и ФГУП «Охрана» Федеральной службы войск национальной гвардии РФ срочного трудового договора № 03238 о/24 от 28 июля 2024 года, заключенным на неопределенный срок.

Поскольку суд пришел к выводу о том, что трудовой договор № 03238 о/24 от 28 июля 2024 года, заключенный между сторонами является бессрочным, увольнение истца приказом № 02-1804 л/с от 22 июля 2025 года по п. 2 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации нельзя признать законным, в связи с чем, истец подлежит восстановлению на работе в ФГУП «Охрана» Федеральной службы войск национальной гвардии РФ в должности контролера контрольно-пропускного пункта команды военизированной охраны № 2 Отряда военизированной охраны объектов связи.

Поскольку увольнение истца судом признано незаконным с ФГУП «Охрана» Федеральной службы войск национальной гвардии РФ в пользу истца в соответствии со ст. 394 Трудового кодекса Российской Федерации подлежит взыскании средний заработок за период вынужденного прогула с 06 августа по 18 ноября 2025 года в размере в размере сумма, рассчитанный исходя из количества рабочих часов в указанном периоде (592 часа – 74 рабочих дня) и среднего часового заработка – сумма, в соответствии с расчетом истца, который суд находит арифметически правильным и соответствующим положениям ст. 139 Трудового кодекса Российской Федерации, не оспоренным со стороны работодателя.

В соответствии со ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В связи с тем, что при рассмотрении дела был установлен факт нарушения трудовых прав истца незаконным увольнением, заключением срочного трудового договора, суд приходит к выводу о взыскании с ответчика компенсации морального вреда в размере сумма

Согласно ч. 1 ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В силу абзаца девятого ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся другие признанные судом необходимыми расходы.

Согласно ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о взыскании с ответчика в пользу фио расходов на проезд для участия в судебных заседаниях в размере сумма, факт несения которых подтверждается копиями проездных билетов и чеков, данные расходы суд находит необходимыми в целях обеспечения явки в судебные заседания.

Оснований для взыскания расходов истца по оплате юридических услуг за составление искового заявления в размере сумма, суд не усматривает, поскольку в материалы дела не представлены доказательства несения таковых.

На основании положений ст. ст. 98, 103 ГПК РФ с ответчика в доход бюджета адрес подлежит взысканию государственная пошлина в размере сумма

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ФГУП «Охрана» Федеральной службы войск национальной гвардии РФ о признании трудового договора, заключенным на неопределенный срок, приказа об увольнении незаконным, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за период вынужденного прогула, компенсации морального вреда, судебных расходов, удовлетворить частично.

Признать, заключенный между ФИО1 и ФГУП «Охрана» Федеральной службы войск национальной гвардии РФ срочный трудовой договор № 03238 о/24 от 28 июля 2024 года, заключенным на неопределенный срок.

Признать незаконным приказ № 02-1804 л/с от 22 июля 2025 года об увольнении ФИО1 по п. 2 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации незаконным.

Восстановить ФИО1 на работе в ФГУП «Охрана» Федеральной службы войск национальной гвардии РФ в должности контролера контрольно-пропускного пункта команды военизированной охраны № 2 Отряда военизированной охраны объектов связи.

Взыскать с ФГУП «Охрана» Федеральной службы войск национальной гвардии РФ в пользу ФИО1 средний заработок за период вынужденного прогула в размере сумма, компенсацию морального вреда в размере сумма, расходы на проезд в размере сумма, в удовлетворении остальной части иска, отказать.

Взыскать с ФГУП «Охрана» Федеральной службы войск национальной гвардии РФ в доход адрес госпошлину в размере сумма

Решение суда в части восстановления на работе подлежит немедленному исполнению.

Решение может быть обжаловано в Московский городской суд в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме через Тверской районный суд города.

Решение изготовлено в окончательной форме 16.01.2026.

Судья Утешев С.В.