дело № 2-1-451/2025

12RS0016-01-2025-000777-62

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

город Козьмодемьянск 10 октября 2025 года

Горномарийский районный суд Республики Марий Эл в составе судьи Шаховой К.Г., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи ФИО5,

с участием представителей истца ФИО2 - ФИО6 и адвоката ФИО13,

представителя ответчика ФИО3 ФИО14,

третьего лица ФИО4

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к ФИО3 о признании недействительным договора дарения автомобиля, включении автомобиля в состав наследственного имущества,

установил:

ФИО2 обратилась в суд с иском к ФИО3 о признании договора дарения автомобиля недействительным, включении автомобиля в состав наследственного имущества. В обоснование заявленных требований указано, что в октябре 2021 года отец истца ФИО2 – ФИО1 подарил приобретенный ДД.ММ.ГГГГ году автомобиль № выпуска государственный регистрационный знак № стоимостью 1389990 руб. своему брату ФИО3 Однако фактическое владение и распоряжение автомобилем осталось за дарителем. После заключения договора ФИО1 продолжал пользоваться автомобилем, обеспечивал его техническое обслуживание и ремонт. Изложенные обстоятельства, по мнению истца, свидетельствуют о том, что передача автомобиля по договору дарения носила формальный характер, а сам договор заключен для вида, без намерения сторон реального перехода права собственности. После смерти ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ открылось наследство, в состав которого, по мнению истца, должен входить и спорный автомобиль. Формальное оформление транспортного средства на имя ответчика препятствует реализации истцом наследственных прав.

В суд истец ФИО2 не явилась, направила представителей ФИО6 и адвоката ФИО13, которые требования иска поддержали по изложенным в исковом заявлении основаниям, пояснили, что оспариваемый договор заключен с целью сокрытия покойным ФИО1 имущества от возможного обращения взыскания на него по искам ФИО4 о разделе совместно нажитого имущества, взыскании алиментов на содержание несовершеннолетнего ребенка.

Ответчик ФИО3 в суд не явился, его представитель адвокат ФИО14, не согласившись с требованиями иска, заявил об отсутствии оснований для вывода о недобросовестности участников оспариваемого договора дарения как основания для признания сделки мнимой.

Привлеченная к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, стороне истца ФИО4, действующая в интересах несовершеннолетнего ФИО15, требования иска поддержала, также заявив о мнимости оспариваемого договора.

Выслушав участников судебного заседания, показания свидетелей, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

Статьей 421 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ)предусмотрено, что граждане и юридические лица свободны в заключении договора.Стороны могут заключить договор, как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами. К договору, не предусмотренному законом или иными правовыми актами, при отсутствии признаков, указанных в пункте 3 настоящей статьи, правила об отдельных видах договоров, предусмотренных законом или иными правовыми актами, не применяются, что не исключает возможности применения правил об аналогии закона (пункт 1 статьи 6) к отдельным отношениям сторон по договору (пункт 2 статьи 421 ГК РФ).

В соответствии пункта 1 статьи 572ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

В силу с абзаца 2 пункта 1 статьи 574 ГК РФ передача дара осуществляется посредством его вручения, символической передачи (вручение ключей и т.п.) либо вручения правоустанавливающих документов.

Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ между ответчиком ФИО3 (одаряемый) и ФИО1 (даритель) был заключен договор дарения автомобиля, по условиям которого даритель безвозмездно передал в собственность одаряемого автомобиль № года выпуска государственный регистрационный знак №, идентификационный номер (VIN)№.

ДД.ММ.ГГГГ автомобиль в установленном порядке зарегистрирован в РЭО Госавтоинспекции МО МВД России «Козьмодемьянский» за ФИО3 Одаряемому переданы документы на автомобиль (сервисная (гарантийная) книжка, паспорт транспортного средства),ключи от зажигания.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 умер, о чем ДД.ММ.ГГГГ в записи актов гражданского состояния внесена запись о смерти № (свидетельство о смерти I-ЕС № от ДД.ММ.ГГГГ).

После смерти ФИО1 открылось наследство, которое согласно материалам наследственного дела № в установленном порядке, обратившись с заявлениями к нотариусу Козьмодемьянского нотариального округа Республики Марий Эл, приняли относящиеся к наследствам первой очереди истец ФИО2 и третье лицо ФИО4, действующая в интересах несовершеннолетнего ФИО15 ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

Оспаривая действительность заключенного ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ договора дарения автомобиля, истец ссылается на мнимость данного договора, заключенного без намерения наследодателя передать право собственности на транспортное средство ответчику.

Оценив доводы сторон, представленные в обоснование этих доводов доказательств, суд не находит оснований согласиться стребованиям иска.

Согласно пункту 1 статьи 166ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В силу пункта 3 статьи 166ГК РФ требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

Согласно статье 167ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (пункт 1).

В соответствии со статьей 10ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом) (пункт 1).

Пунктом 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года№ 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ, добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное (абзац 3).

В соответствии с пунктом 1 статьи 170ГК РФ мнимой является сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия.

Исходя из смысла приведенной нормы, для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 86 названного выше постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 года№ 25, при разрешении спора о мнимости сделки следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Характерной особенностью мнимой сделки является то, что стороны стремятся правильно оформить все документы, не намереваясь при этом создать реальных правовых последствий, у них отсутствует цель в достижении заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей, сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон.

Таким образом, юридически значимым обстоятельством, подлежащим установлению при рассмотрении требования о признании той или иной сделки мнимой, является установление того, имелось ли у каждой стороны сделки намерение исполнять соответствующую сделку.

В рассматриваемом случае обстоятельства, на основании которых можно было сделать вывод о мнимости оспариваемого договора дарения, судом не установлены. Напротив, факты заключения ответчиком договора обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, действующих начиная с ДД.ММ.ГГГГ по день смерти ФИО1, несение расходов по ремонту спорного автомобиля свидетельствуют о переходе к ФИО3 правомочий собственника, осуществляя которые последний фактически исполнил оспариваемый договор, а значит, основания для признания договора дарения мнимой сделкой у суда отсутствуют.

Вопреки доводам истца со ссылкой на показания свидетелей ФИО7 и ФИО8 те обстоятельства, что покойный ФИО1 пользовался спорным автомобилем, участвовал в расходах по оплате его технического обслуживания и ремонта, об отсутствии у него намерения передать в собственность ответчика транспортное средство не свидетельствуют.

Как следует из объяснений участников судебного разбирательства, а также показаний допрошенных в судебном заседании свидетелей ФИО9, ФИО10, ФИО11, ввиду отсутствия у ФИО3 права управления транспортными средствами ФИО1 наряду с ответчиком активно пользовался спорным автомобилем до момента своей смерти, что подтверждается в том числе указанными в полисах ОСАГО сведениями о включении его в перечень лиц, допущенных к управлению транспортными средствами. Совместное пользование братьями ФИО16 спорным автомобилем не исключает совместное несение ими расходов по содержанию данного транспортного средства.

К тому же вопреки требованиям части 1 статьи 56 ГПК РФ истцом не представлено доказательств, подтверждающих, что воля сторон при заключении сделок была направлена на создание иных правовых последствий, а также того, что, совершая дарение, ФИО1 действовал недобросовестно, злоупотребляя правом, с намерением причинить истцу вред.

Довод стороны истца о заключении оспариваемого договора с целью избежать обращения взыскания по имущественным обязательствам ФИО1, в том числе алиментному обязательству перед третьим лицом ФИО4, подтверждения в ходе судебного разбирательства не нашел. Никаких имущественных обязательств, связанных с разделом совместно нажитого в браках имуществе, у наследодателя не имелось. А обязанность по уплате алиментов на содержание несовершеннолетних детей путем удержания доли ежемесячного дохода в виде пожизненного содержания судьи в отставке наследодатель исполнял своевременно и в полном объеме.

Довод представителей истца о намерении ФИО1 при жизни подарить автомобиль дочери ФИО2 суд отклоняет, поскольку представленными доказательствами наличие у наследодателя такого намерения не подтверждается. Факт прохождения истцом обучения на курсах по подготовке водителей транспортных средств категории «В» о пороке воли сторон оспариваемого договора не свидетельствует.

При таких обстоятельствах, принимая во внимание, что в момент заключения договора дарения его сторонами достигнуто соглашение по всем его существенным условиям, а также о недоказанности истцом обстоятельств того, что оспариваемый договор заключен лишь для вида, без намерений создать правовые последствия, характерные для данной сделки, заявленные ФИО2 исковые требования о признании договора дарения автомобиля № года выпуска государственный регистрационный знак № заключенного ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и ФИО3, недействительным удовлетворению не подлежат.

В силу требований статьи 1112 ГК РФ в состав наследства входят лишь принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

Поскольку, как установлено выше, на момент смерти ФИО1 спорый автомобиль был передан в собственность ответчика ФИО3 по договору дарения автомобиля от ДД.ММ.ГГГГ, не подлежат удовлетворению и производные требования о включении указанного автомобиля № в состав наследственного имущества, оставшегося после смерти ФИО1

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194, 198 ГПК РФ, суд

решил:

в удовлетворении исковых требований ФИО2 (№) к ФИО3 (№) о признании договора дарения автомобиля № года выпуска государственный регистрационный знак №, заключенный ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и ФИО3, недействительным, включении указанного автомобиля № в состав наследственного имущества, оставшегося после смерти ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ, отказать.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Марий Эл через Горномарийский районный суд в течение месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме.

Судья Шахова К.Г.

решение принято в окончательной форме 14 октября 2025 г.