Дело № 2-2728/2025

УИД: 59MS0022-01-2025-000841-03

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Пермь 16.07.2025

Резолютивная часть решения принята 16.07.2025.

Решение в полном объеме изготовлено 08.08.2025.

Судья Мотовилихинского районного суда г. Перми Сажина К.С.,

при секретаре Комаровой П.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Одас» о защите прав потребителя,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 (далее – истец, ФИО1) обратился в суд с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Одас» (далее – ответчик, ООО «Одас») о защите прав потребителя, указав, что ДД.ММ.ГГГГ между истцом и ООО «Одас» был заключен договор купли-продажи автомобиля №, согласно которому он приобрел автомобиль марки Lada Granta, VIN: №, стоимостью 1 059 900 руб. При оформлении договора купли-продажи менеджер ООО «Одас» ввел истца в заблуждение, предложив сделать скидку на автомобиль в размере 20 000 руб. Условием предоставления скидки на автомобиль являлось оформление дополнительной услуги «Оплата за услугу программное обеспечение» стоимостью 20 000 руб. Истец за оказанием данной услуги к ответчику не обращался, считает ее навязанной.

Истец обратился в ООО «Одас» с заявлением об отказе от дополнительной услуги, однако ответчиком требование оставлено без удовлетворения.

На основании изложенного истец ФИО1 просит взыскать с ответчика ООО «Одас» денежные средства, уплаченные по договору, в размере 20 000 руб., компенсацию морального вреда в размере 10 000 руб., штраф в размере 50% от сумм, присужденных судом.

Истец ФИО1 в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела судом извещен.

Представитель ответчика ООО «Одас» в судебное заседание не явился, представил ходатайство о рассмотрении дела в свое отсутствие. В материалы дела представлены письменные возражения на исковое заявление, в которых указывает, что с заявленными требованиями не согласен ввиду следующего. Между ООО «Одас» и ФИО1 заключен сублицензионный договор о предоставлении права использования программы для ЭВМ. Предметом сублицензионного договора является предоставление истцу сублицензии - неисключительных прав пользования программой для ЭВМ. Довод истца о навязывании ему сублицензионного при заключении договора купли-продажи транспортного средства является надуманным. До подписания сублицензионного договора истец выразил письменно свое согласие на его заключение, подтвердил известность и понятность ему условий заключаемого договора. Из акта приема-передачи следует, что истец получил права пользования программой для ЭВМ способом, указанным в договоре. Претензий к объему прав, качеству программы истец не имеет. Указанные обстоятельства свидетельствуют о направленности воли и осознанности истца к заключению и исполнению договора и об отсутствии какого-либо принуждения истца к его заключению. Лицензионный договор не является разновидностью договора оказания услуг и не регулируется главой 39 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также нормами законодательства о защите прав потребителей. В силу статьи 1238 Гражданского кодекса Российской Федерации к сублицензионному договору применяются правила Кодекса о лицензионном договоре. Предметом договора является программа ЭВМ, правообладателем которой является ООО «Форт-Телеком». Программа для ЭВМ зарегистрирована в реестре программ, о чём имеется свидетельство от ДД.ММ.ГГГГ №. Передача истцу неисключительного права пользования программой осуществлена по акту приема-передачи способом, указанным в пункте 5.2 сублицензионного договора (сообщение в форме файла с лицензионным ключом). За предоставление права пользования программой ЭВМ истец уплатил ответчику лицензионное вознаграждение в размере 20 000 руб. Договором, заключенным между сторонами, не предусмотрено право истца требовать возврата вознаграждения в случае досрочного расторжения договора. Таким образом, уплаченные по договору денежные средства не подлежат возврату, поскольку об ином стороны не договорились. Неиспользование полученных прав не является основанием для отказа от договора. При отсутствии доказанного нарушения прав истца не имеется оснований для взыскания неустойки, компенсации морального вреда, штрафа. В случае удовлетворения исковых требований, просит суд применить положения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

Граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством (пункт 1 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» (далее - Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №) при рассмотрении гражданских дел судам следует учитывать, что отношения, одной из сторон которых выступает гражданин, использующий, приобретающий, заказывающий либо имеющий намерение приобрести или заказать товары (работы, услуги) исключительно для личных, семейных, домашних, бытовых и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, а другой - организация либо индивидуальный предприниматель (изготовитель, исполнитель, продавец, импортер), осуществляющие продажу товаров, выполнение работ, оказание услуг, являются отношениями, регулируемыми Гражданским кодексом Российской Федерации, Законом Российской Федерации от 7 февраля 1992 года N 2300-1 «О защите прав потребителей», другими федеральными законами и принимаемыми в соответствии с ними иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Потребителем является гражданин, имеющий намерение заказать или приобрести либо заказывающий, приобретающий или использующий товары (работы, услуги) исключительно для личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности.

В пункте 39 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № разъяснено, что требования граждан к качеству программного обеспечения, используемого в технически сложном товаре (например, к операционной системе, которая служит для обеспечения его функционирования), должны рассматриваться как требования к качеству товара в целом с учетом его потребительских свойств в соответствии со статьей 469 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Постановлением Правительства Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № утверждены Правила продажи товаров по договору розничной купли-продажи, перечня товаров длительного пользования, на которые не распространяется требование потребителя о безвозмездном предоставлении ему товара, обладающего этими же основными потребительскими свойствами, на период ремонта или замены такого товара, и перечня непродовольственных товаров надлежащего качества, не подлежащих обмену.

Пунктом 57 Правил предусмотрена обязательная информация при продаже экземпляров аудиовизуальных произведений, фонограмм, программ для электронных вычислительных машин и баз данных, которую продавец обязан предоставить потребителю.

В соответствии с пунктом 56 Правил при передаче оплаченного товара продавец по требованию потребителя демонстрирует работу программы для электронных вычислительных машин и базы данных. Места продажи должны быть технически оснащены для того, чтобы предоставить потребителю возможность проверить качество приобретаемых экземпляров аудиовизуальных произведений, фонограмм, программ для электронных вычислительных машин и баз данных.

Согласно пунктам 47 и 49 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» при квалификации договора для решения вопроса о применении к нему правил об отдельных видах договоров (пункты 2 и 3 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации) необходимо прежде всего учитывать существо законодательного регулирования соответствующего вида обязательств и признаки договоров, предусмотренных законом или иным правовым актом, независимо от указанного сторонами наименования квалифицируемого договора, названия его сторон, наименования способа исполнения и т.п.

Если из содержания договора невозможно установить, к какому из предусмотренных законом или иными правовыми актами типу (виду) относится договор или его отдельные элементы (непоименованный договор), права и обязанности сторон по такому договору устанавливаются исходя из толкования его условий. При этом к отношениям сторон по такому договору с учетом его существа по аналогии закона (пункт 1 статьи 6 ГК РФ) могут применяться правила об отдельных видах обязательств и договоров, предусмотренных законом или иными правовыми актами (пункт 2 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Права и обязанности субъектов правоотношения, возникающего из поставки цифрового контента, аналогичны правам и обязанностям продавцов (исполнителей), за некоторыми исключениями, обусловленными спецификой цифрового контента в виде лицензионной программы ЭВМ. К основным обязанностям лицензиара относятся обязанность предоставить потребителю-лицензиату цифровой контент, соответствующий описанию публичной оферты; обязанность достаточного информирования потребителя-лицензиата о предоставляемом цифровом контенте, о сроках его использования.

Согласно пункту 3 статьи 4 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей» если продавец (исполнитель) при заключении договора был поставлен потребителем в известность о конкретных целях приобретения товара (выполнения работы, оказания услуги), продавец (исполнитель) обязан передать потребителю товар (выполнить работу, оказать услугу), пригодный для использования в соответствии с этими целями.

В силу пункта 1 статьи 10 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей» изготовитель (исполнитель, продавец) обязан своевременно предоставлять потребителю необходимую и достоверную информацию о товарах (работах, услугах), обеспечивающую возможность их правильного выбора.

Информация о товарах в обязательном порядке должна содержать, в том числе сведения об основных потребительских свойствах, сроке службы товара, а также о том, что товар был в употреблении или в нем устранялся недостаток (пункт 2 статьи 10 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей»).

Установленный данной нормой обязательный перечень информации не является исчерпывающим и не освобождает продавца от предоставления иной информации, если она имеет значение для указанного в пункте 1 статьи 10 правильного выбора товара потребителем.

В пункте 28 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № разъяснено, что при разрешении требований потребителей необходимо учитывать, что бремя доказывания обстоятельств, освобождающих от ответственности за неисполнение либо ненадлежащее исполнение обязательства, в том числе и за причинение вреда, лежит на продавце (изготовителе, исполнителе, уполномоченной организации или уполномоченном индивидуальном предпринимателе, импортере).

При рассмотрении требований потребителя о возмещении убытков, причиненных ему недостоверной или недостаточно полной информацией о товаре (работе, услуге), суду следует исходить из предположения об отсутствии у потребителя специальных познаний о его свойствах и характеристиках, имея в виду, что в силу Закона о защите прав потребителей изготовитель (исполнитель, продавец) обязан своевременно предоставлять потребителю необходимую и достоверную информацию о товарах (работах, услугах), обеспечивающую возможность компетентного выбора (пункт 44 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №).

Согласно пункту 1 статьи 12 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей» если потребителю не предоставлена возможность незамедлительно получить при заключении договора информацию о товаре (работе, услуге), он вправе потребовать от продавца (исполнителя) возмещения убытков, причиненных необоснованным уклонением от заключения договора, а если договор заключен, в разумный срок отказаться от его исполнения и потребовать возврата уплаченной за товар суммы и возмещения других убытков.

При рассмотрении требований потребителя о возмещении убытков, причиненных недостоверной или недостаточно полной информацией о товаре (работе, услуге), необходимо исходить из предположения об отсутствии у потребителя специальных познаний о свойствах и характеристиках товара (работы, услуги) (пункт 4 статьи 12 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей»).

Из содержания приведенных выше норм материального права и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что продавец несет ответственность за предоставление неполной информации и несоответствие информации о товаре, связанное с фактами, о которых он знал или не мог не знать, и о которых он не сообщил покупателю.

Судом установлено и следует из материалов дела, что ДД.ММ.ГГГГ между ООО «Одас» (продавец) и ФИО1 (покупатель) заключен договор купли-продажи автомобиля №, в соответствии с которым истец приобрел автомобиль марки Lada Granta 219170, VIN: №, 2023 года выпуска (л.д. 6-9).

Согласно акту приема-передачи транспортного средства от 19.12.2023 ООО «Одас» передало, а ФИО1 принял в собственность автомобиль Lada Granta 219170, VIN: №, 2023 года выпуска (л.д. 42).

Согласно приложению № к договору купли-продажи автомобиля № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 10) стоимость транспортного средства без учета скидки составляет 1 059 900 руб. В том числе на автомобиль установлены следующие аксессуары: набор автомобилиста стоимостью 2 400 руб.

В пункте 4 приложения № к договору купли-продажи автомобиля № от ДД.ММ.ГГГГ имеется указание на предоставленную скидку от салона в размере 20 000 руб.

Стоимость автомобиля с учетом предоставленной скидки составила 1 039 900 руб.

ДД.ММ.ГГГГ между ООО «Одас» (лицензиат) и ФИО1 (сублицензиат) был заключен сублицензионный договор № о предоставлении права использования программы для ЭВМ, согласно пункту 2.1 которого лицензиат, действуя в рамках полномочий и объема прав, предоставляет сублицензиату неисключительные пользовательские права (простая неисключительная лицензия) на использование программы для ЭВМ согласно спецификации, являющейся неотъемлемой частью договора (приложение № к договору), а сублицензиат получает указанные права и уплачивает лицензиату вознаграждение в размере, в сроки, в порядке и на условиях, указанных в договоре (л.д. 43-44).

Согласно пункту 7.4 договора неисключительные права, переданные по договору, возврату и обмену не подлежат. Стороны исходят из понимания, что по договору передаются права использования, которые не являются ни товаром, ни работой, ни услугой. Факт возврата сублицензиатом вещественного носителя ничтожен и не может расцениваться как факт возврата прав использования программ.

Разделом 9 договора предусмотрен порядок изменения и расторжения договора. Из пункта 9.8 договора следует, что стороны пришли к соглашению о том, что сублицензиат не вправе требовать от лицензиата возмещения каких-либо убытков и (или) возврата части оплаченной стоимости лицензионного вознаграждения в случае досрочного прекращения договора по любым основаниям.

В соответствии со спецификацией (приложение №) к сублицензионному договору № о предоставлении права использования программы для ЭВМ лицензиат обязуется предоставить сублицензиату неисключительное право использования программы для ЭВМ Fort-Monitor, а сублицензиат обязуется выплатить лицензиату вознаграждение, количество лицензий - 1 шт., срок действия лицензии - 24 месяца с момента получения сублицензиатом лицензии, вознаграждение лицензиата составляет 20 000 руб., одна лицензия, предоставленная сублицензиату, дает право на подключение к серверной части программного обеспечения одного телематического устройства (л.д. 44 оборот).

Из акта приема-передачи лицензии (приложение №) к сублицензионному договору о предоставлении права использования программы для ЭВМ следует, что лицензиат передал, а сублицензиат принял простую (неисключительную) лицензию на использование программы для ЭВМ Fort-Monitor, сублицензиат получил неисключительные пользовательские права способом, указанным в договоре, после чего сублицензиат установил программы на ЭВМ и получил код(ы) активации программы; сублицензиат подтверждает, что программа (переданные неисключительные права) надлежащего качества, претензий к качеству программы, комплектности, количеству и ассортименту переданных неисключительных прав не имеет. Назначение и объем возможностей программы, ее техническая реализация соответствуют требованиям сублицензиата (л.д. 45).

Согласно платежному поручению № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 перечислил ООО «Одас» 20 000 руб. в счет оплаты за услугу программное обеспечение (л.д. 18).

25.12.2023 ФИО1 обратился в ООО «Одас» с заявлением о возврате денежных средств, в том числе в размере 20 000 руб., уплаченных за услугу программное обеспечение.

11.01.2024 в ответ на заявление ООО «Одас» сообщило истцу о том, что по результатам проверки основания для удовлетворения заявленных требований отсутствуют (л.д. 16). Данное обстоятельство явилось основанием для обращения истца в суд с настоящим исковым заявлением.

В исковом заявлении истцом указано, что услугами ответчика он не пользовался, в них не нуждался, услуга ответчиком навязана.

Заключение между сторонами сублицензионного договора не отменяет применение как норм Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей», так и общих норм о заключении и расторжении договоров, предусматривающих свободную обоюдную волю сторон на возникновение и прекращение определенных, исходящих из принципа равенства сторон, правоотношений.

В отношении ФИО1 как любого потребителя, действует презумпция отсутствия у него специальных знаний относительно потребительских свойств услуги, что влечет для исполнителя обязанность по раскрытию в наглядной и доступной форме соответствующей информации.

Допустимых и достоверных доказательств того, что ООО «Одас» ФИО1 до заключения договора разъяснялась вся необходимая информация относительно возможности использования программы ЭВМ, стоимости данной услуги и места реализации такого телематического устройства, суду не представлено.

Таким образом, доводы ФИО1 о навязанной ему ответчиком услуге, отсутствии у истца как потребителя информации об услуге заслуживают внимания и имеют существенное значение для рассматриваемого дела.

Кроме того, суд учитывает, что сублицензионный договор на передачу прав пользования цифровым контентом потребителю заключен ООО «Одас» одновременно с договором купли-продажи автомобиля.

Учитывая вышеизложенное, а также обязанность продавца, в данном случае ООО «Одас», довести до потребителя ФИО1 полную информацию о товаре, позволяющую оценить истцу все условия и принять решение о необходимости заключения договора, которая ответчиком не была исполнена, суд приходит к выводу о нарушении прав ФИО1 как потребителя.

На основании изложенного, требование истца о взыскании с ответчика денежных средств, уплаченных по сублицензионному договору № о предоставлении права использования программы для ЭВМ, в размере 20 000 руб. заявлены обоснованно и подлежат удовлетворению.

Кроме того, истцом заявлено требование о взыскании с ответчика компенсации морального вреда в размере 10 000 руб.

В соответствии со статьей 15 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей» моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.

Компенсация морального вреда осуществляется независимо от возмещения имущественного вреда и понесенных потребителем убытков.

В пункте 45 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» содержится разъяснение о том, что при решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя. Размер компенсации морального вреда определяется судом в каждом конкретном случае с учетом характера причиненных потребителю нравственных и физических страданий исходя из принципа разумности и справедливости.

Учитывая доказанность по спору нарушений прав потребителя, требование истца о компенсации причиненного морального вреда подлежит удовлетворению. У суда не вызывают сомнений доводы истца о переживаниях, связанных с ожиданием возврата уплаченных денежных сумм. С учетом обстоятельств причинения морального вреда, его характера, длительности срока нарушения прав потребителя, а также требований разумности и справедливости, размер компенсации определяется судом в 5 000 руб.

Согласно пункту 6 статьи 13 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей» при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятидесяти процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

С учетом того, что истцом направлялось ответчику требование о возврате уплаченных денежных средств, которое в добровольном порядке ответчиком удовлетворено не было, в пользу истца с ответчика подлежит взысканию штраф в размере 50% от присужденных сумм. Размер штрафа по данному делу составляет 12 500 руб. (20 000 руб. + 5 000 руб.) х 50%).

Ответчиком заявлено о снижении размера штрафа.

В соответствии положениями статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации если подлежащая уплате неустойка (пени) явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку, при условии заявления должника о таком уменьшении.

Согласно правовой позиции, изложенной в пунктах 69, 71 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», подлежащая уплате неустойка, установленная законом или договором, в случае ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства, может быть уменьшена в судебном порядке (пункт 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Если должником является коммерческая организация, индивидуальный предприниматель, а равно некоммерческая организация при осуществлении ею приносящей доход деятельности, снижение неустойки судом допускается только по обоснованному заявлению такого должника, которое может быть сделано в любой форме (пункт 1 статьи 2, пункт 1 статьи 6, пункт 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Право суда уменьшить размер подлежащей взысканию неустойки, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, по существу, предписывает суду устанавливать баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и размером действительного ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения, что согласуется с положением части 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации, в соответствии с которым осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Таким образом, наличие оснований для снижения и определение критериев соразмерности определяются судом в каждом конкретном случае самостоятельно, исходя из установленных по делу обстоятельств.

Учитывая приведенные положения закона, необходимость сохранения баланса интересов истца и ответчика, компенсационный характер неустойки в гражданско-правовых отношениях, принимая во внимание конкретные обстоятельства дела и поведение каждой из сторон, суд считает возможным снизить размер штрафа до 5 000 руб., полагая указанную сумму соразмерной допущенным нарушениям прав истца со стороны ответчика.

Учитывая вышеизложенное, суд пришел к выводу о том, что с ответчика в пользу истца подлежит взысканию штраф в размере 5 000 руб. В удовлетворении остальной части исковых требований следует отказать.

Истец при обращении в суд с исковым заявлением уплатил государственную пошлину в размере 4 000 руб., размер государственной пошлины по настоящему делу составляет 7 000 руб. (4 000 руб. за требование имущественного характера, 3 000 руб. за требование неимущественного характера), следовательно, с ответчика в доход бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в сумме 3 000 руб.

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

исковое заявление ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Одас» удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Одас» (ИНН №, ОГРН №) в пользу ФИО1 (паспорт №) денежные средства, уплаченные по договору, в размере 20 000 руб., денежную компенсацию морального вреда в размере 5 000 руб., штраф за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требования потребителя в размере 5 000 руб.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Одас» (ИНН №, ОГРН №) в доход бюджета государственную пошлину в размере 3 000 руб.

Решение может быть обжаловано в Пермский краевой суд путем подачи апелляционной жалобы через Мотовилихинский районный суд г. Перми в течение одного месяца со дня вынесения мотивированной части решения.

Копия верна. Судья:

Судья Сажина К.С.