Апелляционное определение по делу № 2-802/2023 от 12.07.2023

ВЕРХОВНЫЙ СУД

РЕСПУБЛИКИ БАШКОРТОСТАН

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

по делу №33-13006/2023 (№ 2-802/2023)

город Уфа 12 июля 2023 г.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Башкортостан в составе:

председательствующего Зиннатуллиной Г.Р.,

судей Галлямова М.З., Фроловой Т.Е.,

при секретаре Иванкиной А.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Ленинского районного суда г. Уфы Республики Башкортостан от 28 марта 2023 г.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Республики Башкортостан Зиннатуллиной Г.Р., судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2 о признании завещания недействительным.

Исковые требования мотивированы тем, что ФИО1 является сыном умершей ФИО3, после смерти которой открылось наследство в виде: квартиры, расположенной по адресу: адрес. дата ФИО3 составлено завещание, удостоверенное нотариусом ФИО4, которым наследодатель завещала свою квартиру ФИО2 Считает, что при составлении завещания ФИО3 в силу имеющихся заболеваний не могла отдавать отчета своим действиям, поскольку с его мать дважды перенесла инсульт в 2009 г. и в 2013 г.; госпитализирована в ГБУЗ РБ ГКБ №21 г.Уфы, а также в ЧУЗ «КБ-«РЖД-Медицина» г.Уфы в микрорайоне Затон. ФИО3 тяжело перенесла инсульт, проходила долгое лечение и реабилитацию. После перенесенного инсульта у ФИО3 нарушилась речь, она не могла разговаривать некоторое время, изменилось поведение, она стала эмоционально не устойчивая, легко внушаемая. Полагает, что в 2015 г. племянница ФИО3 уговорила ее составить завещание в пользу своего сына, ссылаясь на то, что родной сын далеко, проживает в г.Баку и квартира может остаться государству в случае внезапной смерти. Истец настаивает на том, что при совершении указанной сделки мать в силу болезненного состояния не отдавала отчет своим действиям и не руководила ими.

На основании вышеизложенного, истец просил суд признать завещание ФИО3, составленное дата, недействительным.

Решением Ленинского районного суда г. Уфы Республики Башкортостан от 28 марта 2023 г. постановлено:

в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 о признании завещания от дата недействительным отказать.

Взыскать с ФИО1 (паспорт серия №...) в пользу ГБУЗ РБ Республиканская клиническая психиатрическая больница (ИНН <***>) расходы по судебной экспертизы в размере 19 000 руб.

Взыскать с ФИО1 (паспорт Серия №...) в пользу ФГПУ «НМИЦ ПН им. В.П. Сербского» Минздрава России (ИНН <***>) расходы по судебной экспертизы в размере 27 000 руб.

В апелляционной жалобе ФИО1 просит решение суда отменить, принять новое решение. Указывает, что в момент составления завещания в 2015 г. ФИО3 страдала гипертонической болезнью 2 степени, церебральным атеросклерозом, сахарным диабетом 2 типа средней тяжести, хронической язвой желудка средних размеров, в 2013 г. перенесла повторный инфаркт миокарда, страдала хронической ишемией головного мозга, сопровождающейся частичной потерей памяти, внушаемостью, мнительностью, частыми перепадами настроения. Эксперты недостаточно полно исследовали историю болезни умершей, в результатах экспертизы не отражены медицинские препараты, которые назначались ФИО3 в интересующий период времени.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о дате и времени судебного заседания.

Участвующие по делу лица также извещались публично путем заблаговременного размещения информации о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы на интернет-сайте Верховного Суда Республики Башкортостан в соответствии со статьями 14 и 16 Федерального закона от 22 декабря 2008 г. № 262-ФЗ «Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации».

Неявившиеся лица о причинах уважительности неявки не сообщили, в связи с чем, руководствуясь статьями 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия полагает возможным рассмотреть гражданское дело в отсутствие неявившихся лиц.

Проверив материалы дела, выслушав объяснения ФИО1, его представителя ФИО5, поддержавших доводы апелляционной жалобы, ФИО2, его представителя – адвоката Резяповой Г.Ф., полагавших решение суда законным и обоснованным, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1118 Гражданского кодекса Российской Федерации распорядиться имуществом на случай смерти можно путем совершения завещания.

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 1131 Гражданского кодекса Российской Федерации при нарушении положений данного Кодекса, влекущих за собой недействительность завещания, в зависимости от основания недействительности, завещание является недействительным в силу признания его таковым судом (оспоримое завещание) или независимо от такого признания (ничтожное завещание). Завещание может быть признано судом недействительным по иску лица, права или законные интересы которого нарушены этим завещанием.

Как разъяснено в пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 г. № 9 «О судебной практике по делам о наследовании», сделки, направленные на установление, изменение или прекращение прав и обязанностей при наследовании (в частности, завещание, отказ от наследства, отказ от завещательного отказа), могут быть признаны судом недействительными в соответствии с общими положениями о недействительности сделок (§ 2 главы 9 Гражданского кодекса Российской Федерации) и специальными правилами раздела V Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 1 статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Судом установлено, что дата ФИО3 сделала распоряжение на случай своей смерти относительно квартиры №... в доме №... по адрес, т.е. завещала ее ФИО2

Данное завещание удостоверено нотариусом нотариального округа город Уфа РБ ФИО4, зарегистрировано в реестре за №....

дата ФИО3 умерла, о чем выдано Свидетельство о смерти серии IV-АР №... Специализированным отделом ЗАГС г.Уфа Государственного комитета Республики Башкортостан по делам юстиции от дата

Доводы апеллянта о том, что в момент составления завещания в 2015 г. ФИО3 страдала гипертонической болезнью 2 степени, церебральным атеросклерозом, сахарным диабетом 2 типа средней тяжести, хронической язвой желудка средних размеров, в 2013 г. перенесла повторный инфаркт миокарда, страдала хронической ишемией головного мозга, сопровождающейся частичной потерей памяти, внушаемостью, мнительностью, частыми перепадами настроения, а также о том, что эксперты не достаточно полно исследовали историю болезни умершей, в результатах экспертизы не отражены медицинские препараты, которые назначались ФИО3 в интересующий период времени, судебная коллегия отклоняет.

Так, судом первой инстанции в судебном заседании были допрошены свидетели.

Свидетель ФИО6 пояснила, что ФИО3 к сыну относилась хорошо, они созванивались. Он проживал в Азербайджане 20 лет, у него была больная жена. Он помогал матери финансово, отправлял деньги. После смерти мужа ФИО3 проживала одна, не нуждалась в посторонней помощи, до последнего сама себя смотрела.

Свидетель ФИО7 пояснил, что ФИО3 была его соседкой, была адекватным человеком, бредовых идей у нее не была, сама хорошо считала, в деньгах не путалась.

Свидетель ФИО8, пояснила, что работала с ФИО3 в школе и на птицефабрике, дружили. Основания считать ее неадекватной не было, всегда всех узнавала. Всегда тесно общались, была всегда в здравом уме. С деньгами экономно обращалась, пенсию сама получала. Бредовых идей у нее не было.

Свидетель ФИО9 пояснила, что ФИО3 при жизни была адекватной, сама за собой смотрела, убиралась, ходила в магазин. Смена настроения была, резко могла сказать, что А. и Оля ей не родные. При этом, в последние 10-12 лет ФИО3 постоянно пила. В доме у нее было грязно, на улице она собирала ведра, баллоны и приносила их домой.

Свидетель ФИО10 пояснила, что ФИО3 ничем не страдала, оснований считать ее неадекватной не было. Написать завещание было инициативой ФИО3 Сын ей не звонил. В 2009-2013 годах после перенесенных инсультов за ней никто не ухаживал, она в прекрасном состоянии была, ни в ком не нуждалась, самостоятельная была.

Свидетель ФИО11 пояснила, что ФИО3 работала гардеробщицей в школе. Всегда была приветливой. Психических заболеваний у нее не было. Про сына говорила, что тот в другом городе живет. Сомнений в ее адекватности не было.

Свидетель ФИО12 пояснила, что ФИО3 была адекватным человеком, у нее был сахарный диабет, больное сердце. Работала в школе, с работой справлялась. По поводу завещания говорила, что на А. сделаю, они с Олей хоть приезжают. В событиях она не путалась, в здравом уме была.

Оценивая показания допрошенных свидетелей в соответствии с требованиями действующего гражданского процессуального законодательства, суд правильно полагал возможным принять их во внимание в совокупности с иными собранными по делу доказательствами.

Вместе с тем, суд верно указал, что свидетели ФИО6, ФИО8, ФИО13, ФИО9 не обладали специальными познаниями в области психиатрии, в связи с чем их оценочные суждения не могли служить доказательством, что в юридически значимый период при составления завещания дата ФИО3 не понимала значения своих действий и не могла руководить ими.

В представленных материалах гражданского дела и медицинской документации не содержится объективных сведений о состоянии здоровья ФИО3, в том числе психического, в период 2014-2015г.г. (л.д.2 заключения экспертизы от дата), согласно справкам из поликлиники №... и ГБУЗ РБ РКПБ, на учете у психиатра ФИО3 также не состояла (л.д.73, 75).

Предъявляя настоящие требования, истец ФИО1 оспаривал завещание ФИО3, ссылаясь на ее неспособность понимать значение своих действий и руководить ими в юридически значимый период в силу имеющихся у нее заболеваний.

Для установления факта, могла ли ФИО3 в момент подписания оспариваемого договора понимать значение своих действий и руководить ими, необходимы специальные познания, в связи с чем, определением суда была назначена судебная посмертная психолого-психиатрическая экспертиза.

Согласно заключению экспертизы №... от дата, выполненному ГБУЗ Республиканской клинической психиатрической больницы, у ФИО3 обнаруживались признаки органического непсихотического расстройства сложного генеза с изменением психических расстройств (F 06/8) (ответ на вопрос 1), однако уточнить степень выраженности изменений психических функций у ФИО3 и оценить способность понимать значение своих действий и руководить ими в период составления завещания дата не представляется возможным в связи с малой информативностью, противоречивостью показаний свидетелей, отсутствием описания ее психического состояния в медицинской документации на период составления и подписания завещания.

С целью установления психического состояния ФИО3 на момент составления завещания, суд назначил повторную судебную посмертную психолого-психиатрическую экспертизу, проведение которой поручил экспертам ФГБУ «Национальный медицинский исследовательский центр психиатрии и наркологии им. В.П. Сербского».

Согласно заключению экспертизы от дата №... комиссия пришла к выводу, что в юридически значимый период оформления и подписания завещания от дата у ФИО3 обнаруживалось органическое непсихотическое расстройство в связи со смешанными заболеваниями (сосудистого, дисметаболического генеза). Об этом свидетельствуют данные материалов гражданского дела и медицинской документации о формировании у нее на фоне гипертонической болезни, церебрального атеросклероза, сахарного диабета, перенесенных инсультов в 2009 г. и 2013 г. (сведения истца ФИО1, свидетеля ФИО9), хронической ишемии головного мозга, сопровождавшихся эмоциональной лабильностью, церебрастиническими проявлениями (головная боль, шум в голове, головокружение), когнитивным дефицитом (снижение памяти) (свидетели ФИО6, ФИО8, ФИО9, ФИО14). Однако дифференцированно оценить степень выраженности изменений психики, имевшихся у нее в интересующий суд период, и ответить на вопрос, могла ли ФИО3 понимать значение своих действий и руководить ими в период оформления и подписания завещания от дата не представляется возможным, в связи с отсутствием в медицинской документации сведений о ее психическом состоянии в тот период, противоречивостью и неоднозначностью свидетельских показаний (ответ на часть вопроса №...).

Разрешая спор, суд правильно определили характер правоотношений сторон и нормы закона, которые их регулируют, исследовал обстоятельства, имеющие значение для разрешения дела, и, оценив представленные доказательства в соответствии с требованиями статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, пришел к верному выводу об отсутствии оснований для признания оспариваемого истцом завещания недействительным.

В соответствии с положениями статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Доказательств, свидетельствующих о наличии оснований для признания оспариваемого истцом завещания недействительным, ФИО1 ни суду первой инстанции, ни суду апелляционной инстанции не предоставлено, в связи с чем, оснований для удовлетворении заявленных им требований не имеется.

Доказательства, в том числе результаты экспертного исследования, оценены судом первой инстанции. Иная оценка заявителем представленных доказательств и иное толкование норм действующего законодательства не свидетельствует о нарушении судом норм материального и процессуального права при рассмотрении настоящего дела.

Проверив дело с учетом требований статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия соглашается с выводами суда, поскольку они являются правильными и обоснованными, и не находит оснований для отмены принятого решения.

Судебная коллегия полагает, что стороной истца в ходе рассмотрения дела в суде апелляционной инстанции не было заявлено оснований, предусмотренных статьей 87 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, свидетельствующих о необходимости назначения дополнительной или повторной экспертизы, так как экспертное заключение, выполненное Федеральным государственным бюджетным учреждением «Национальный медицинский исследовательский центр психиатрии и наркологии имени В.П. «Сербского», является ясным, полным, объективным, определенным, не имеющим противоречий, содержащим подробное описание проведенного исследования и сделанные в его результате выводы предельно ясны.

Приходя к выводу о том, что экспертное заключение является относимым и допустимым доказательством по делу, суд апелляционной инстанции также полагает, что заключение судебной экспертизы в полном объеме отвечает требованиям статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, так как содержит подробное описание произведенных комиссионных исследований, сделанные в результате их выводы и научно обоснованные ответы на поставленные вопросы, основанные на анализе медицинских документов, материалов настоящего гражданского дела, при проведении экспертизы были изучены все собранные в отношении ФИО3 медицинские документы, показания свидетелей, экспертами проанализированы представленные материалы дела, которые были учтены ими при составлении заключения комиссии психолого-психиатрических экспертов, эксперты предупреждены об уголовной ответственности по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации за дачу заведомо ложного заключения.

В обоснование сделанных выводов эксперты приводят соответствующие данные из медицинской документации ФИО3, основываются на исходных объективных данных, учитывая имеющуюся в совокупности документацию, в заключении указаны данные о квалификации экспертов, их образовании, стаже работы, выводы экспертов обоснованы документами, представленными в материалы дела, в том числе сведениями из медицинской документации, рассматриваемая экспертиза проведена в соответствии с требованиями Федерального закона от 31 мая 2001 г. № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» на основании определения суда о поручении проведения экспертизы, эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Таким образом, предусмотренных законом оснований для признания недействительным по статье 177 Гражданского кодекса Российской Федерации завещания от дата не имеется, учитывая, что при наличии заслуживающих внимания доказательств, истцом не представлены достоверные доказательства, свидетельствующие о том, что в момент составления завещания ФИО3 не могла понимать значение своих действий и руководить ими.

Юридически значимыми обстоятельствами в настоящем случае являются наличие или отсутствие психического расстройства у ФИО3 в момент составления завещания, степень его тяжести, степень имеющихся нарушений ее интеллектуального и (или) волевого уровня.

Вопреки утверждениям истца и суждениям апелляционной жалобы истца, данные обстоятельства установлены судом на основании совокупности представленных в дело доказательств: заключений комиссий экспертов, в том числе по результатам проведенной по настоящему делу экспертизы, сделанной в установленной законом процедуре на основании специальных познаний в области психиатрии и исходя из совокупности всех имеющихся по делу фактических данных, включающих как свидетельские показания, так и всю медицинскую документацию об имеющихся у ФИО3 заболеваниях, их особенностях, развитии и течении.

Оснований для вывода о том, что ФИО3 при составлении и подписании оспариваемого завещания от дата не понимала значение совершаемых ею действий и не могла ими руководить, у суда не имеется, установление факта наличия или отсутствия психического расстройства и его степени требует именно специальных познаний, каковыми свидетели не обладают.

Учитывая, что дополнительных доказательств, свидетельствующих о том, что физическое состояние наследодателя влияло на способность осознавать значение своих действий и руководить ими, препятствовало возможности распорядиться своим имуществом на случай смерти путем подписания завещания, не представлено, судебная коллегия приходит к выводу, что принятое судебное постановление в полной мере соответствует нормам материального и процессуального права.

В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями пункта 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно положениям статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (часть 1), никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы (часть вторая); суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности (часть третья), результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими (часть четвертая).

Право давать оценку представленным доказательствам принадлежит суду первой инстанции.

Доводы апелляционной жалобы не содержат фактов, которые не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в целом основаны на неверном толковании действующего гражданского законодательства, по существу указанные доводы сводятся лишь к несогласию с выводами суда первой инстанции и субъективной оценке установленных обстоятельств, что не может рассматриваться в качестве достаточного основания для отмены решения суда.

Нарушений норм материального и процессуального закона коллегией не установлено.

По вышеизложенным мотивам у судебной коллегии нет оснований, предусмотренных статьей 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, для отмены решения суда по доводам апелляционной жалобы и принятия иного решения по делу.

Руководствуясь статьями 327 - 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Ленинского районного суда г. Уфы Республики Башкортостан от 28 марта 2023 г. оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке в течение трех месяцев в Шестой кассационный суд общей юрисдикции.

Председательствующий

Судьи

Справка: судья Н.Е. Лялина

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 18 июля 2023 года