Решение по делу № 2-220/2025 от 24.12.2025 - о лишении права на получение социальных и страховых выплат, причитающихся членам семьи погибшего военнослужащего, взыскании судебных расходов.

№ 2-220/2025

УИД 18RS0029-01-2025-000384-14

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

с. Красногорское Удмуртской Республики 23 декабря 2025 года

Юкаменский районный суд Удмуртской Республики в составе:

председательствующего судьи Баталовой М.Ю.,

при секретаре Чураковой Ю.А.,

с участием помощника прокурора Красногорского района Удмуртской Республики Ивановой О.А.,

истца ФИО1,

ее представителя – адвоката Кудрявцева С.В., представившего удостоверение №639 и ордер №69 от 31.10.2025,

ответчика ФИО2,

третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО3 Н., ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 о лишении права на получение социальных и страховых выплат, причитающихся членам семьи погибшего военнослужащего, взыскании судебных расходов,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с исковым заявлением к ФИО2 с требованиями о лишении права на получение социальных и страховых выплат, причитающихся членам семьи погибшего военнослужащего.

В обоснование иска указано, что сын истца П.Н.Н., заключив контракт о прохождении военной службы 18.04.2025, погиб в зоне СВО 30.05.2025. На момент гибели сына его семья, помимо нее, состояла из отца и 4 детей, трое из которых совершеннолетние. Она является попечителем младшего сына ФИО4. Ответчик ФИО2 на момент гибели ее сына состояла с П.Н.Н. в зарегистрированном браке. При этом решением Юкаменского районного суда Удмуртской Республики от 14.10.2024 ответчик была лишена родительских прав, с нее взысканы алименты. Длительное время семейные отношения между ее сыном и ответчиком отсутствовали, семьи давно не было. ФИО2 нигде не работает, ведет аморальный образ жизни. Ответчик должна быть лишена выплат, причитающихся в связи с гибелью П.Н.Н. С учетом уточнения исковых требований истец просит лишить ФИО2 права на получение страховых выплат и мер социальной поддержки, основанных на факте родства с погибшим военнослужащим П.Н.Н., родившимся ДД.ММ.ГГГГ, умершим 30.05.2025, а именно, страховой компенсации в соответствии со ст.2 п.3 Федерального закона №52-ФЗ от 28.03.1998 «Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья»; единовременного пособия на основании ч.8 с.3 Федерального закона от 07.11.2011 №306-ФЗ; материальной помощи отдельным категориям граждан, оказавшимся в трудной жизненной ситуации в связи с гибелью (смертью) членов их семей, предусмотренной постановлением Правительства Удмуртской Республики от 29.04.2022 №239. Также истец просила взыскать с ФИО2 понесенные истцом судебные расходы по оплате услуг адвоката и госпошлины в суд в сумме 15000 и 3000 рублей соответственно, судебные расходы по оплате заявления о применении мер обеспечения в сумме 10000 рублей.

Определением суда от 17.10.2025 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, были привлечены Военный комиссариат Красногорского и Юкаменского районов Удмуртской Республики, Министерство социальной политики и труда Удмуртской Республики, АО «Страховое общество газовой промышленности».

Определением Юкаменского районного суда Удмуртской Республики от 31.10.2025 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований, привлечены отец погибшего ФИО5, дети погибшего ФИО3 Н., ФИО3 Н. и ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в лице его попечителя ФИО1

Истец ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержала в полном объеме, суду показала, что фактически брачные отношения между ее сыном и ФИО2 были прекращены примерно с 2021-2022 годов, а с 2023 года ответчик проживает с другим мужчиной. Ответчик злоупотребляет спиртными напитками длительное время, не работает, детьми не занимается, она была лишена родительских прав в 2024 году. Сын собирал документы для оформления развода с ответчиком, однако оформить его не успел. Он хотел оформить доверенность на нее, то есть истца, для сбора документов на развод, но не успел, поскольку истец заболела, у нее был инсульт. В органах ЗАГС брак расторгнут не был. В 2023 году ФИО2 звонила ее сыну и сообщила, что выходит замуж. После смерти П.Н.Н. ответчик отказалась его хоронить, в похоронах не участвовала, деньгами на похороны не помогала.

Представитель истца адвокат Кудрявцев С.В. также в судебном заседании исковые требования поддержал, просил иск удовлетворить.

Ответчик ФИО2 с исковым заявлением не согласна, суду показала, что с П.Н.Н. познакомилась в 2003 году, у них родился сын, в 2006 году они с П.Н.Н. заключили брак, в браке прожили 19 лет. Брак между ней и П.Н.Н. расторгнут не был. В мае 2023 года он заключил контракт, в августе 2023 года его арестовали, в феврале 2024 года огласили приговор. П.Н.Н. отбывал наказание в исправительной колонии на <адрес>, она к нему туда не ездила. После смерти П.Н.Н. она получила выплаты в размере 1250000 руб., из которых 150000 руб. перечислила сыну Ивану, 110000 руб. – сыну Илье. Денежные средства для сына ФИО9 не передавала. На оставшиеся денежные средства покупала вещи в дом, в котором сейчас живет, и часть денег лежит на ее карте. В настоящее время у нее имеется задолженность по уплате алиментов. С ноября 2024 года она живет с Н.А.И., они сожительствуют, ведут общее хозяйство, о чем П.Н.Н. знал. О том, что хочет с ней развестись, П.Н.Н. не говорил.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО3 Н. исковые требования ФИО1 поддержал, пояснил, что погибший П.Н.Н. – его отец, истец ФИО1 – его бабушка, ответчик ФИО2 – мать. До 2018 года он жил в <адрес>, сейчас живет и работает в <адрес>, нигде не учится. Когда жил в <адрес>, матери часто не было дома, в доме не было еды, им помогала бабушка. В 2023 году отец заключил контракт с Министерством Обороны РФ и ушел служить в зону специальной военной операции. Отец сначала переводил деньги матери, но она их тратила не по назначению, тогда отец оставил ему свою карту, на которую приходила зарплата отца. Мать лишена родительских прав. Когда в 2025 году отец снова заключил контракт, он ездил в пункт отбора в <адрес>, откуда уезжал отец. Тогда отец сказал ему, что будет разводиться с матерью. Поддерживает исковые требования ФИО1, считает необходимым лишить ФИО2 каких-либо выплат в связи со смертью П.Н.Н.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, несовершеннолетний ФИО4 суду пояснил, что он длительное время уже живет с бабушкой ФИО1 С отцом П.Н.Н. общался мало. С матерью ФИО2 не общается, поскольку не видит ее. Мать ему материально не помогает, его содержит бабушка ФИО1 Ему известно, что мать, получив какие-то выплаты после смерти отца, часть денег дала его брату Илье. Передавала ли она какие-то деньги Ивану, ему не известно.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО3 Н. в судебное заседание не явился, будучи надлежащим образом извещенным о дате, времени и месте судебного заседания, просил рассмотреть дело в его отсутствие, исковые требования ФИО1 поддержал в полном объеме, направил объяснения, в которых указал, что его мать ФИО2 материальной и иной поддержки ему и его братьям не оказывала, участия в их жизни не принимала, в связи с чем он просит лишить ФИО2 всех выплат, положенных в связи с гибелью его отца П.Н.Н. в зоне СВО.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ФКУ «Военный комиссариат Удмуртской Республики» К.Е.Р., действующая на основании доверенности №1 от 28.12.2024, в судебное заседание также не явилась, направила письменную позицию по исковому заявлению, в которой указала, что требование ФИО1 не подлежит удовлетворению, поскольку брак между погибшим П.Н.Н. и ФИО2 не был расторгнут.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, Министерства социальной политики и труда Удмуртской Республики Ч.В.В., действующая на основании доверенности №1 от 09.01.2025, в судебное заседание не явилась, просила рассмотреть дело в ее отсутствие, направила пояснения по исковому заявлению, в которых указала, что ФИО2 (супруга погибшего ФИО6) в Министерство социальной политики и труда Удмурткой Республики за материальной помощью, предусмотренной Постановлением Правительства Удмуртской Республики от 29.04.2022 №239 «Об утверждении Порядка оказания материальной помощи отдельным категориям граждан, оказавшимся в трудной жизненной ситуации в связи с гибелью (смертью) членов их семей», не обращалась. По информации, предоставленной отделом государственных социальных гарантий управления мер социальной поддержки Министерства социальной политики и труда Удмуртской Республики, 29.08.2025 материальную помощь в размере 1/4 от 1 млн. рублей получили члены семьи погибшего, а именно: ФИО1 (мать погибшего), ФИО5 (отец погибшего), и ФИО4 (сын погибшего) по 250000 рублей каждый.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО5, будучи надлежащим образом извещенными о дате, времени и месте слушания дела, в судебное заседание не явился, просил рассмотреть дело в его отсутствие.

Представители третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, Военного комиссариата Красногорского и Юкаменского районов Удмуртской Республики, Министерства обороны Российской Федерации, АО «СОГАЗ», будучи надлежащим образом извещенными о дате, времени и месте слушания дела, в судебное заседание не явились, причины неявки суду не сообщили.

Согласно ч.3 ст.167 ГПК РФ суд вправе рассмотреть дело в случае неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле и извещенных о времени и месте судебного заседания, если ими не представлены сведения о причинах неявки или суд признает причины их неявки неуважительными.

В соответствии со ст.167 ГПК РФ дело рассмотрено судом в отсутствие неявившихся участников процесса.

Выслушав доводы истца ФИО1 и ее представителя адвоката Кудрявцева С.В., ответчика ФИО2, третьих лиц ФИО3 Н., ФИО4, допросив свидетелей, заслушав заключение помощника прокурора Красногорского района Удмуртской Республики Ивановой О.А., полагавшей необходимым удовлетворить исковые требования ФИО1, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Условия и порядок осуществления обязательного государственного страхования жизни и здоровья военнослужащих и иных приравненных к ним лиц определены в Федеральном законе от 28 марта 1998 года № 52-ФЗ «Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, сотрудников войск национальной гвардии Российской Федерации, сотрудников органов принудительного исполнения Российской Федерации» (далее - Федеральный закон от 28 марта 1998 года № 52-ФЗ).

В силу положений статьи 1 Федерального закона от 28 марта 1998 года № 52-ФЗ к застрахованным лицам по обязательному государственному страхованию относятся в том числе военнослужащие, за исключением военнослужащих, военная служба по контракту которым в соответствии с законодательством Российской Федерации приостановлена.

Выгодоприобретателями по обязательному государственному страхованию являются застрахованные лица, а в случае гибели (смерти) застрахованного лица - в частности, супруга, состоявшая на день гибели (смерти) застрахованного лица в зарегистрированном браке с ним, и родители (усыновители) застрахованного лица (абзацы второй и третий пункта 3 статьи 2 Федерального закона от 28 марта 1998 года № 52-ФЗ).

В статье 4 Федерального закона от 28 марта 1998 года №52-ФЗ названы страховые случаи при осуществлении обязательного государственного страхования, среди которых гибель (смерть) застрахованного лица в период прохождения военной службы, службы, военных сборов.

В статье 5 Федерального закона от 28 марта 1998 года № 52-ФЗ определены страховые суммы, выплачиваемые выгодоприобретателям, размер которых ежегодно увеличивается (индексируется) с учетом уровня инфляции в соответствии с федеральным законом о федеральном бюджете на очередной финансовый год и плановый период. Решение об увеличении (индексации) указанных страховых сумм принимается Правительством Российской Федерации. Указанные страховые суммы выплачиваются в размерах, установленных на день выплаты страховой суммы (абзац девятый пункта 2 статьи 5 Федерального закона от 28 марта 1998 года № 52-ФЗ).

Так, согласно абзацу второму пункта 2 статьи 5 Федерального закона от 28 марта 1998 года № 52-ФЗ в случае гибели (смерти) застрахованного лица в период прохождения военной службы, службы или военных сборов либо до истечения одного года после увольнения с военной службы, со службы, после отчисления с военных сборов или окончания военных сборов вследствие увечья (ранения, травмы, контузии) или заболевания, полученных в период прохождения военной службы, службы или военных сборов, страховая сумма выплачивается в размере 2 000 000 рублей выгодоприобретателям в равных долях.

Федеральный закон от 7 ноября 2011 года №306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат» на случай гибели (смерти) военнослужащего, наступившей при исполнении им обязанностей военной службы, членам его семьи закрепляет выплачиваемое в равных долях единовременное пособие в размере 3 000 000 рублей (часть 8 статьи 3) и ежемесячную денежную компенсацию (часть 9 статьи 3).

Согласно части 11 статьи 3 указанного Федерального закона к членам семьи военнослужащего, имеющего право на получение единовременного пособия, предусмотренного частью 8 названной статьи, и ежемесячной денежной компенсации, установленной частью 9 этой статьи, независимо от нахождения на иждивении погибшего (умершего, пропавшего без вести) кормильца или трудоспособности отнесены, в частности, супруга, состоящая на день гибели (смерти, признания безвестно отсутствующим или объявления умершим) военнослужащего в зарегистрированном браке с ним, и родители военнослужащего.

Указом Президента Российской Федерации от 5 марта 2022 года №98 установлены дополнительные социальные гарантии военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, и членам их семей.

В соответствии с подпунктом «а» пункта 1 Указа Президента Российской Федерации от 5 марта 2022 года № 98 (в редакции от 09 декабря 2024 года, действующей на день гибели военнослужащего П.Н.Н.) в случае гибели (смерти) военнослужащих, лиц, проходящих службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации и имеющих специальное звание полиции, принимавших участие в специальной военной операции, военнослужащих, выполнявших специальные задачи на территории Сирийской Арабской Республики, либо смерти указанных военнослужащих и лиц до истечения одного года со дня их увольнения с военной службы (службы), наступившей вследствие увечья (ранения, травмы, контузии) или заболевания, полученных ими при исполнении обязанностей военной службы (службы), членам их семей осуществляется единовременная выплата в размере 5 млн. рублей в равных долях. При этом учитывается единовременная выплата, осуществленная в соответствии с подпунктом «б» настоящего пункта. Категории членов семей определяются в соответствии с частью 1.2 статьи 12 Федерального закона от 19 июля 2011 года № 247-ФЗ «О социальных гарантиях сотрудникам органов внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» и частью 11 статьи 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 года № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат». При отсутствии членов семей единовременная выплата осуществляется в равных долях совершеннолетним детям указанных военнослужащих и лиц либо в случае отсутствия совершеннолетних детей полнородным и неполнородным братьям и сестрам указанных военнослужащих и лиц.

Кроме того, в целях предоставления дополнительной меры социальной поддержки отдельным категориям граждан, принимающих (принимавших) участие в специальной военной операции на территориях Донецкой народной Республики, Луганской народной Республики, Запорожской области, Херсонской области, Украины, выполняющих (выполнявших) задачи по отражению вооруженного вторжения на территорию Российской Федерации, в ходе вооруженной провокации на Государственной границе Российской Федерации и территориях субъектов Российской Федерации, прилегающих к районам проведения специальной военной операции, и членам их семей постановлением Правительства Удмуртской Республики от 29 апреля 2022 года № 239 установлена, в том числе единовременная материальная помощь в связи с гибелью (смертью) участника специальной военной операции в размере 1000000 рублей, а также утвержден Порядок предоставление такой помощи.

В соответствии с подпунктом 1.1 Порядка к отдельным категориям граждан, имеющим право на получение материальной помощи, относятся следующие члены семьи погибшего:

супруг (супруга), состоявший (состоявшая) в зарегистрированном браке с погибшим на день его гибели (смерти);

дети погибшего, не достигшие возраста 18 лет или старше этого возраста, если они стали инвалидами до достижения ими возраста 18 лет, а также дети, обучающиеся в образовательных организациях по очной форме обучения, но не старше возраста 23 лет;

родители погибшего, не лишенные родительских прав в отношении погибшего;

лица, находившиеся на иждивении погибшего на день гибели (смерти).

Таким образом, в единую систему мер социальной поддержки членам семьи военнослужащих, погибших (умерших) при исполнении обязанностей военной службы, входят как меры, предусмотренные федеральным законодательством, так и дополнительные меры социальной поддержки членам семей военнослужащих, погибших при исполнении воинского долга в ходе проведения специальной военной операции на территории Донецкой Народной Республики, Луганской Народной Республики и Украины, устанавливаемые законодательством субъектов Российской Федерации, в рассматриваемом случае законодательством Правительства Удмуртской Республики, и эти меры имеют общие цели.

Как установлено судом и следует из материалов дела, истец ФИО1 является матерью П.Н.Н., ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

14 марта 2006 года между П.Н.Н. и ответчиком ФИО2 (до заключения брака – ФИО7) был зарегистрирован брак, о чем Отделом ЗАГС Администрации муниципального образования «Красногорский район» Удмуртской Республики составлена запись о заключении брака №11.

18.04.2025 П.Н.Н. заключил контракт с Министерством обороны Российской Федерации и проходил военную службу по контракту в зоне проведения специальной военной операции.

30.05.2025 гвардии сержант П.Н.Н. погиб при выполнении задач в ходе проведения специальной военной операции в <адрес>. Смерть наступила в период прохождения военной службы и связана с исполнением военной службы.

Представителем в/ч № в адрес Военного комиссара Красногорского и Юкаменского районов Удмуртской Республики 06.07.2025 направлено письмо о необходимости извещения о гибели П.Н.Н. его матери ФИО1

По информации Министерства социальной политики и труда Удмуртской Республики супруга погибшего П.Н.Н. - ФИО2 в Министерство социальной политики и труда Удмурткой Республики за материальной помощью, предусмотренной Постановлением Правительства Удмуртской Республики от 29.04.2022 №239 «Об утверждении Порядка оказания материальной помощи отдельным категориям граждан, оказавшимся в трудной жизненной ситуации в связи с гибелью (смертью) членов их семей», не обращалась.

29.08.2025 материальную помощь в размере 1/4 от 1 млн. рублей получили члены семьи погибшего, а именно: ФИО1 (мать погибшего), ФИО5 (отец погибшего), и ФИО4 (сын погибшего) по 250000 рублей каждый.

Приказом Министерства социальной политики и труда Удмуртской Республики от 21.04.2022 №81 «Об организации работы по оказанию материальной помощи гражданам, оказавшимся в трудной жизненной ситуации в связи с гибелью (смертью) членов их семей» ФИО1 получила 200000 рублей на захоронение.

Обращаясь в суд с настоящим иском, ФИО1 указала, что ответчик ФИО2 не являлась членом семьи погибшего военнослужащего П.Н.Н., поскольку фактически брачные отношения между ними прекращены с 2023 года, с указанного времени ответчик сожительствовала с другим мужчиной, при этом П.Н.Н. неоднократно высказывал намерение расторгнуть брак с ответчиком, в связи с чем последняя должна быть лишена права на выплаты, связанные с гибелью П.Н.Н.

Оценивая доводы, изложенные в исковом заявлении, суд находит их заслуживающими внимание.

Так, согласно статье 1 Семейного кодекса Российской Федерации семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.

Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав.

К основным принципам правового регулирования семейных отношений Семейный кодекс Российской Федерации относит: добровольность брачного союза мужчины и женщины; равенство прав супругов в семье; разрешение внутрисемейных вопросов по взаимному согласию; приоритет семейного воспитания детей и забота об их благосостоянии и развитии; обеспечение приоритетной защиты прав и интересов нетрудоспособных членов семьи.

К признакам семьи, на создание которой должна быть направлена воля мужчины и женщины при заключении брака, относятся: совместное проживание, предполагающее ведение общего хозяйства (при этом временное непроживание супругов вместе в связи с работой, лечением, в силу других объективных факторов не рассматривается как отсутствие такового); построение семейных отношений на основании духовно-нравственных начал и чувств; забота друг о друге; совместное решение основных вопросов жизни семьи; наличие взаимных личных неимущественных и имущественных прав и обязанностей, взаимной ответственности.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, военная служба представляет собой особый вид государственной службы, непосредственно связанной с обеспечением обороны страны и безопасности государства и, следовательно, осуществляемой в публичных интересах; лица, несущие такого рода службу, выполняют конституционно значимые функции: военнослужащий принимает на себя бремя неукоснительно, в режиме жесткой военной дисциплины исполнять обязанности военной службы, которые предполагают необходимость выполнения поставленных задач в любых условиях, в том числе сопряженных со значительным риском для жизни и здоровья.

Этим определяется особый правовой статус военнослужащих, проходящих военную службу как по призыву, так и в добровольном порядке по контракту, содержание и характер обязанностей государства по отношению к ним и их обязанностей по отношению к государству, что в силу Конституции Российской Федерации, в частности ее статей 2, 7, 39 (части 1 и 2), 41 (часть 1), 45 (часть 1), 59 (части 1 и 2) и 71 (пункты «в», «м») обязывает государство гарантировать им материальное обеспечение и компенсации в случае причинения вреда их жизни или здоровью в период прохождения военной службы (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 26 декабря 2002 года №17-П, от 20 октября 2010 года №18-П, от 17 мая 2011 года №8-П, от 19 мая 2014 года №15-П, от 17 июля 2014 года №22-П, от 19 июля 2016 года №16-П).

В случае гибели военнослужащего при исполнении воинского долга или смерти вследствие ранения, травмы, контузии, полученных при исполнении обязанностей военной службы, Российская Федерация как социальное государство принимает на себя обязательства по оказанию социальной поддержки членам его семьи, исходя из того, что их правовой статус производен от правового статуса самого военнослужащего и обусловлен спецификой его служебной деятельности.

При определении круга членов семьи погибшего (умершего) военнослужащего, имеющих право на названные выплаты, федеральный законодатель, действуя в рамках своих дискреционных полномочий, исходил, в частности, из целевого назначения данных выплат, заключающегося в восполнении материальных потерь, связанных с утратой возможности для этих лиц как членов семьи военнослужащего получать от него, в том числе в будущем, соответствующее содержание.

Истцом суду представлено решение Юкаменского районного суда Удмуртской Республики от 14.10.2024, вступившее в законную силу 26.11.2025, в котором отражены показания ФИО2 о том, что в настоящее время она проживает с Н.А.И.

Данные обстоятельства также подтвердила ответчик ФИО2, пояснив, что с ноября 2024 года сожительствует с ФИО8.

Свидетель Свидетель №1 суду показала, что является соседкой истца ФИО1 ФИО2 она часто видит в нетрезвом состоянии, с различными мужчинами. Со слов истца ей известно, что сын истца П.Н.Н. собирался разводиться с ФИО2

Свидетель Свидетель №2 суду показала, что является тетей П.Н.Н., у них были доверительные отношения. Перед уходом на СВО в апреле 2023 года он приходил к ней, говорил, что хочет развестись с Татьяной, начал собирать документы для оформления развода. ФИО2 употребляет спиртные напитки, не интересуется судьбой своих детей, живет с другим мужчиной.

Свидетель Свидетель №4 суду показала, что работает помощником председателя Юкаменского районного суда Удмуртской Республики. Весной этого или прошлого года, точно не помнит, к ней обращалась ФИО1, которая хотела узнать про развод, пояснив, что ее сын П.Н.Н. хочет подать на развод, но поскольку отбывает наказание в исправительной колонии, то не может прийти сам.

Свидетель Свидетель №5 суду показала, что работает секретарем судебного участка Красногорского района Удмуртской Республики. В прошлом году ФИО1 приходила в судебный участок, чтобы узнать про развод. Она разъяснила ей порядок подачи заявления о разводе, пояснила, что при наличии какого-либо спора о детях или имуществе нужно обращаться в районный суд.

Свидетель Свидетель №3 суду показала, что с семьей П.Н.Н. и Татьяны она знакома с 2010 года, когда у них родился младший сын Дмитрий и они стали жить по соседству с ней. Также у них были два старших сына Иван и Илья. Поначалу в их семье все было благополучно, однако впоследствии поведение Татьяны изменилось, она перестала уделять время детям, уходила по своим делам, стала часто употреблять спиртные напитки. Работая в садике воспитателем, она видела, что младшего ребенка ФИО9 в садик водит бабушка ФИО1 Когда П.Н.Н. находился в колонии, весной до окончания учебного года Татьяна бросила малолетнего ребенка, стала жить с другим мужчиной, говорила, что не будет жить с П.Н.Н., разведется с ним.

Из пояснений в судебном заседании третьего лица ФИО3 Н. также следует, что перед отправкой в зону специальной военной операции в мае 2025 года отец П.Н.Н. говорил ему о своем намерении развестись с ФИО2

Доказательства, опровергающие пояснения свидетелей, суду не представлены; основания не доверять показаниям свидетелей у суда отсутствуют, поскольку они согласуются как между собой, так и с иными исследованными в судебном заседании доказательствами, в том числе сведениями на кандидата поступающего на военную службу по контракту, составленными П.Н.Н. собственноручно 18.04.2025, где в разделе «Состав семьи» в пункте «Жена (муж), подруга (друг)» им указано «разведен», при этом сведения об отце, матери и детях указаны в полном объеме. Также в анкете П.Н.Н., заполненной им собственноручно 18.04.2025, в п.6 «Семейное положение» им указано «нет» и поставлен прочерк. При этом в автобиографии П.Н.Н., также составленной им собственноручно, но в апреле 2024 года, им в составе семьи указана жена ФИО2 Данные обстоятельства, по мнению суда, также свидетельствуют об изменении взаимоотношений между супругами.

Установленная федеральным законодателем система социальной защиты членов семей военнослужащих, погибших при исполнении обязанностей военной службы, направлена на максимально полную компенсацию связанных с их гибелью материальных потерь.

Исходя из целей названных выплат, а также принципов равенства, справедливости и соразмерности, принципа недопустимости злоупотребления правом как общеправового принципа, выступающих в том числе критериями прав, приобретаемых на основании закона, указанный в нормативных правовых актах, круг лиц, имеющих право на получение мер социальной поддержки в случае гибели (смерти) военнослужащего при исполнении обязанностей военной службы, среди которых супруга (супруг) такого военнослужащего, не исключает различий в их фактическом положении и учета при определении наличия у супруга погибшего военнослужащего права на меры социальной поддержки в связи с его гибелью (смертью) их действий в семье.

В силу ч. 1 ст. 38 Конституции РФ и ст. 1 СК РФ материнство и детство, семья находятся под защитой государства.

Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав.

Регулирование семейных отношений осуществляется в соответствии с принципами добровольности брачного союза мужчины и женщины, равенства прав супругов в семье, разрешения внутрисемейных вопросов по взаимному согласию, приоритета семейного воспитания детей, заботы об их благосостоянии и развитии, обеспечения приоритетной защиты прав и интересов несовершеннолетних и нетрудоспособных членов семьи (п. 3 ст. 1 СК РФ).

Пунктом 3 статьи 31 СК РФ установлено, что супруги обязаны строить свои отношения в семье на основе взаимоуважения и взаимопомощи, содействовать благополучию и укреплению семьи, заботиться о благосостоянии и развитии своих детей.

Из приведенных положений семейного законодательства следует, что семейная жизнь предполагает наличие тесной эмоциональной связи между ее членами, в том числе, между супругами, взаимную поддержку и помощь членов семьи, ответственность перед семьей всех членов.

При этом суд учитывает положения ст.10 СК РФ, согласно которой брак заключается в органах записи актов гражданского состояния. Права и обязанности супругов возникают со дня государственной регистрации заключения брака в органах записи актов гражданского состояния.

Статья 16 СК РФ предусматривает, что брак прекращается вследствие смерти или вследствие объявления судом одного из супругов умершим, а также вследствие внесения изменения в запись акта гражданского состояния об изменении пола одним из супругов. Брак может быть прекращен путем его расторжения по заявлению одного или обоих супругов, а также по заявлению опекуна супруга, признанного судом недееспособным.

Из приведенных положений семейного законодательства прямо следует, что права супруга, в том числе на получение различных государственных пособий и выплат, вытекает из факта наличия зарегистрированного брака, прекращение которого зависит либо от наступления обстоятельств, не зависящих от воли супругов (смерть или объявление судом одного из супругов умершим), либо от волеизъявления одного или обоих супругов (или опекуна супруга, признанного судом недееспособным).

При этом суд учитывает, что нахождение П.Н.Н. в зоне специальной военной операции ограничивало возможность официального оформления расторжения брака с ФИО2

Фактическое же прекращение брачных отношений предполагает утрату лично-доверительных отношений и экономической общности супругов.

Оценив представленные доказательства, суд приходит к выводу, что действия ФИО2, выразившиеся во вступлении в фактические брачные отношения с другим мужчиной в период, когда ее супруг П.Н.Н. был жив, а также выраженное П.Н.Н. намерение о расторжении брака с ФИО2 свидетельствуют о твердом волеизъявлении на прекращение брачных отношений и осознании невозможности дальнейшего сохранения семьи.

Вступление в фактические брачные отношения с другим мужчиной в указанных обстоятельствах является юридически значимым действием, подтверждающим отсутствие у ФИО2 намерений на сохранение брака и признание ею фактического распада семьи.

По мнению суда, в рассматриваемом случае фактическое прекращение брачных отношений, подтвержденное отсутствием совместного проживания и ведения общего хозяйства, позволяет сделать вывод о том, что ответчик утратила право на получение выплат, связанных с гибелью военнослужащего, поскольку отсутствует юридически значимая связь между ней и погибшим.

Также, суд приходит к выводу, что действия ФИО2, последовавшие после получения информации о гибели ее супруга и выразившиеся в подаче заявления о получении единовременной выплаты, о чем указано в сопроводительном письме военного комиссара Красногорского и Юкаменского районов Удмуртской Республики от 01.08.2025, и получение ею части выплат, могут квалифицироваться как действия, направленные на извлечение имущественной выгоды.

Данное поведение, рассматриваемое в совокупности с обстоятельствами дела, вызывает обоснованные сомнения в добросовестности действий ответчика и указывает на злоупотребление правом с целью получения необоснованного обогащения за счет государства в связи со смертью П.Н.Н.

При таких обстоятельствах, принимая во внимание установленные обстоятельства, суд приходит к выводу о наличии оснований для удовлетворения исковых требований о лишении права на получение выплат, причитающихся членам семьи погибшего военнослужащего.

По смыслу положений ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В силу ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, отнесены в том числе расходы на оплату услуг представителей; другие признанные судом необходимыми расходы.

Согласно ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса.

В силу ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 10 постановления Пленума Верховного Суда от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек.

В соответствии с п. 11 постановления Пленума Верховного Суда от 21.01.2016 №1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (часть 3 статьи 111 АПК РФ, часть 4 статьи 1 ГПК РФ, часть 4 статьи 2 КАС РФ). Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 ГПК РФ, статьи 3, 45 КАС РФ, статьи 2, 41 АПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Истец ФИО1 просила взыскать с ответчика в свою пользу расходы на оплату услуг представителя – адвоката Кудрявцева С.В. в размере 15000 рублей, при этом представила в материалы дела соглашение об оказании юридической помощи от 30.09.2025 и квитанцию к приходному кассовому ордеру №608313 от 30.09.2025.

Согласно п.1.1. указанного соглашения адвокат принимает к исполнению поручение доверителя об оказании квалифицированной юридической помощи ФИО1 в виде консультации, изучения документов и подготовки искового заявления к ФИО2 для рассмотрения в гражданском судопроизводстве в Юкаменском районном суде Удмуртской Республики. Пунктом 2.1. определен размер вознаграждения адвоката в сумме 15000 рублей. Данная денежная сумма оплачена ФИО1 30.09.2025, о чем имеется отметка в соглашении, а также представлена квитанция к приходному кассовому ордеру №608313 от 30.09.2025.

Проанализировав представленные доказательства и материалы гражданского дела, суд приходит к выводу о наличии правовых оснований для взыскания с ответчика ФИО2 в пользу истца ФИО1 понесенных ею судебных расходов на оплату услуг представителя с учетом того, что исковые требования ФИО1 удовлетворены в полном объеме.

Определяя размер расходов, подлежащих возмещению, суд с учетом требований ст.100 ГПК РФ, пп.3.2, пп.5 Решения Совета Адвокатской палаты УР от 22.05.2025, оценивая характер спорных правоотношений, объем проделанной представителем работы, руководствуясь требованиями разумности и справедливости, считает необходимым полностью удовлетворить требование о взыскании расходов на оплату услуг представителя, взыскав с ФИО2 в пользу ФИО1 по соглашению об оказание юридической помощи от 30.09.2025 15000 рублей за оказанную юридическую помощь, полагая, что данный размер подлежащих возмещению расходов на оплату услуг представителя соответствует критерию разумности и справедливости, учитывая, что размер заявленных расходов не превышает рекомендуемые минимальные ставки вознаграждения за юридическую помощь, оказываемую адвокатами Адвокатской палаты Удмуртской Республики.

Также истец просила взыскать с ответчика ФИО2 понесенные истцом судебные расходы в виде расходов на оплату госпошлины за подачу иска в суд на сумму 3000 руб., что подтверждается чеком от 30.09.2025, а также за подачу заявления о принятии мер по обеспечению иска на сумму 10000 руб., что подтверждается чеком от 30.09.2025.

Исходя из норм действующего законодательства, регулирующего порядок взыскания с проигравшей стороны судебных расходов, принимая во внимание представленные истцом доказательства несения расходов на оплату госпошлины за подачу иска на сумму 3000 руб. и на подачу заявления об обеспечении иска на сумму10000 руб., суд считает необходимым удовлетворить данные требования в полном объеме.

Доказательств того, что сумма судебных издержек является чрезмерной, суду не представлено.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194 - 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

Исковые требования ФИО1 (СНИЛС <данные изъяты>) к ФИО2 (ИНН <данные изъяты>) о лишении права на получение социальных и страховых выплат, причитающихся членам семьи погибшего военнослужащего, удовлетворить.

Лишить ФИО2 права на единовременное пособие, предусмотренное ст. 3 Федерального закона от 07.11.2011 № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат».

Лишить ФИО2 права на страховую сумму, предусмотренную пунктом 2 ст. 5 Федерального закона от 28.03.1998 № 52-ФЗ «Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, сотрудников войск национальной гвардии Российской Федерации, сотрудников органов принудительного исполнения Российской Федерации».

Лишить ФИО2 права на материальную помощь от Правительства Удмуртской Республики, предусмотренную Порядком оказания материальной помощи отдельным категориям граждан, оказавшимся в трудной жизненной ситуации в связи с гибелью (смертью) членов их семей, утвержденным Постановлением Правительства УР от 29.04.2022 № 239.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 расходы по оплате услуг представителя в размере 15000 руб.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 расходы по оплате государственной пошлины в размере 13000 руб.

Отменить обеспечительные меры в виде запрета на выплату мер социальной поддержки в связи с гибелью военнослужащего П.Н.Н., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, принятые на основании определения Юкаменского районного суда Удмуртской Республики от 17.10.2025.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Верховного суда Удмуртской Республики через Юкаменский районный суд Удмуртской Республики в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Решение в окончательной форме изготовлено 24.12.2025.

Судья: М.Ю. Баталова