11RS0002-01-2025-004394-66
Дело №2-195/2026
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
Воркутинский городской суд Республики Коми
в составе председательствующего судьи Боричевой У.Н.
при секретаре судебного заседания Беляевой В.Н.,
с участием помощника прокурора Щербины Р.А.,
истцов ФИО1 и ФИО2,
представителя ответчика АО «Воркутауголь» по доверенности ФИО3,
рассмотрев в открытом судебном заседании в г.Воркуте
22 января 2026 года гражданское дело по иску ФИО1, ФИО2 к Акционерному обществу по добыче угля «Воркутауголь» о взыскании денежной компенсации морального вреда, единовременного пособия по коллективному договору,
установил:
ФИО1 и ФИО2 обратились в суд с иском к ответчику АО «Воркутауголь». В обоснование иска указали, что <дата> в СП АО «Воркутауголь» «Шахта Северная» произошла авария, в результате которой погиб их отец ФИО4 – работник АО «Воркутауголь». Действиями ответчика истцам причинены нравственные страдания, выразившиеся в гибели близкого человека. Известие о гибели отца стало страшным событием в жизни истцов. Погибший ФИО4 был лучшим отцом, в связи с чем, несмотря на давность произошедшего события, чувство скорби и горечи не покидает истцов. Особенную обиду вызывает тот факт, что за гибель отца не ответили должностные лица ответчика. Размер компенсации морального вреда истцы оценивают по 5000000,00 руб. в пользу каждого и просят взыскать её с ответчика. Также поскольку ФИО1, в качестве члена семьи ФИО4, не получил от АО «Воркутауголь» единовременное пособие, предусмотренное коллективным договором в случае гибели работника, он просит взыскать в свою пользу такую выплату в размере 807840,00 руб.
В судебном заседании истцы заявленные требования поддержали, приведя в обоснование доводы изложенные в иске.
Представитель ответчика АО «Воркутауголь» по доверенности ФИО3 с иском не согласился и поддержал доводы письменного отзыва, согласно которому на момент несчастного случая действовало Отраслевое тарифное соглашение по угледобывающему комплексу РФ на период с 01.01.2004 по 31.12.2006, которым были определены порядок и размер выплаты единовременного пособия, а также компенсации морального вреда членам семьи погибшего, проживавшим с ним совместно. Согласно приказу от ...ю АО «Воркутауголь» выплатило: супруге погибшего ФИО5 и дочери погибшего ФИО6 – единовременное пособие в размере 3-х кратного среднего годового заработка погибшего за последние три года в размере 264765,22 руб. каждой; семье погибшего на имя ФИО5 (супруги погибшего) – единовременное пособие в сумме 89041,20 руб. в счет возмещения компенсации морального вреда; семье погибшего на имя ФИО5 (супруги погибшего) – денежные средства, не полученные ко дню смерти работника в сумме 143274,60 руб. ФИО1 единовременная выплата в размере 3-х кратного среднего годового заработка погибшего за последние три года выплачена не была, так как данная выплата имеет заявительных характер, а заявлений в адрес АО «Воркутауголь» от ФИО1 не поступало. На момент произведенных семье погибшего выплат, их сумма имела высокую покупательскую способность. Поэтому представитель ответчика полагал, что АО «Воркутауголь» в полной мере компенсировало истцам моральный вред, причиненный смертью отца. Сама авария, произошедшая <дата>, явилась следствием природно-технического явления, а не каких-либо виновных действий работников шахты «Северная» или АО «Воркутауголь». Также представитель ответчика указал, что истцами не представлено доказательств несения нравственных страданий, а заявленная ко взысканию компенсация чрезмерно завышена. Кроме того, просил учесть, что с момента гибели ФИО4 прошло более 21 года. На основании изложенного, представитель ответчика просил отказать в удовлетворении исковых требований ФИО1 и ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда в размере 5000000,00 руб. каждому, а также применить последствия пропуска срока исковой давности и отказать в удовлетворении исковых требований ФИО1 о взыскании с АО «Воркутауголь» выплаты по коллективному договору в размере 807840,00 руб.
Выслушав стороны, исследовав письменные материалы дела, заслушав заключение прокурора, суд приходит к следующему.
В соответствии с уставом ОАО «Воркутауголь» от 07.08.1996, утвержденным решением годового общего собрания акционером ОАО по добыче угля «Воркутауголь» от 11.06.2002, общество имело в своем составе филиалы, в том числе шахту «Северная».
18.11.2014 ОАО по добыче угля «Воркутауголь» переименовано в АО по добыче угля «Воркутауголь».
Согласно выписке из приказа ...-п от <дата> ФИО4 был принят подземным проходчиком участка № 1 шахты «Северная», с 12.04.1999 занимал должность помощника начальника участка подготовительных работ.
<дата> в 19 час. 33 мин. на шахте «Северная» ОАО «Воркутауголь» в подземных выработках на горизонте 565 метров произошла авария с вывалами горной породы и угля с бортов и пучением почвы вентиляционного бремсберга 142-ю пласта 4, вентиляционной сбойки № 1 (соединяет вентиляционный бремсберг 142-ю и конвейерный бремсберг 142-ю) и «посадкой» (опусканием кровли) конвейерного бремсберга 142-ю пласта 4. В результате аварии заваленными горной массой и заблокированными в вентиляционном бремсберге 142-ю оказались 7 человек, в вентиляционной сбойке № 1 был завален помощник начальника участка № 1 шахты ФИО4
В результате поисково-спасательных мероприятий, проводимых работниками ВГСО и шахты «Северная», <дата> в вентиляционной сбойке № 1 было обнаружено тело ФИО4
Как указано в акте № 69 о несчастном случае на производстве, утв. <дата>, в связи с обрушением кровли ФИО4 была причинена травма не совместимая с жизнью, а именно: комбинированная травма тела, сдавливание грудной клетки угольной породой с наличием кровоподтека передней поверхности грудной клетки, сочетанная тупая травма головы и конечностей (открытая тупая травма правого голеностопного сустава с переломом лодыжки большеберцовой кости, с наличием ушибленной раны внутренней поверхности сустава), ушибленные раны правой теменной области головы, ссадина лица, шеи, правовой и левой кистей, правого предплечья. Механическая асфиксия (кровоизлияние в соединительные складки век, под плевру легких и эпикард, в корень языка, эмфизема легких).
Согласно постановлению от 31.12.2004, уголовное дело № 128403 было прекращено по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ.
Из постановления следует, что следствие пришло к выводу об отсутствии в действиях и бездействии лиц, ответственных за безопасное ведение горных работ, состава преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 216 УК РФ, а сама авария – заполнение горной массой выработок, повлекшее смерть людей – явилась следствием природно-геологического явления, а не каких-либо виновных действий либо бездействия работников шахты «Северная» или ОАО «Воркутауголь».
Частью 4 ст. 61 ГПК РФ определено, что вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.
В настоящее время ФИО1 и ФИО2 в связи с гибелью отца – ФИО4 просят взыскать с ответчика – работодателя погибшего компенсацию морального вреда по 5000000,00 руб. каждому.
Из материалов дела усматривается, что ФИО1 является сыном, а Пашкевич (ранее ФИО7) Т.С. – дочерью ФИО4, который погиб <дата> (запись акта о смерти ... от <дата>) при вышеописанных обстоятельствах аварии на шахте «Северная».
В силу ст. 22 ТК РФ работодатель обязан обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены ТК РФ, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.
Пунктом 1 ст.150 ГК РФ определено, что жизнь и здоровье неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
Согласно п. 1, п.2 ст.1064 ГК РФ, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.
Положениями ч.1 ст.1068 ГК РФ установлено, что юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей. Применительно к правилам, предусмотренным главой 59 ГПК РФ, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.
В силу п. 1 ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным п. 2 и п.3 ст. 1083 ГК РФ.
Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.) (абз.2 п. 1 ст. 1079 ГК РФ).
На основании ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.
Как разъяснено в п.32 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (ст. 1100 ГК РФ).
В п. 20 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 №33 указано, что моральный вред, причиненный работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей, подлежит компенсации работодателем (абз.1 п.1 ст. 1068 ГК РФ). Осуждение или привлечение к административной ответственности работника как непосредственного причинителя вреда, прекращение в отношении него уголовного дела и (или) уголовного преследования не освобождают работодателя от обязанности компенсировать моральный вред, причиненный таким работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.
Из положений п. 46 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 №33 следует, что в случае смерти работника или повреждения его здоровья в результате несчастного случая на производстве члены семьи работника имеют право на компенсацию работодателем, не обеспечившим работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, морального вреда, причиненного нарушением принадлежащих им неимущественных прав и нематериальных благ (абз.3).
При разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве суду в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе, в том числе, если вред причинен в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника или третьего лица, не состоящего в трудовых отношениях с данным работодателем (абз.5 п.46 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 №33).
В соответствии с исследованными материалами дела смерть помощника начальника участка № 1 ФИО4 наступила непосредственно при исполнении им трудовых обязанностей в структурном подразделении АО «Воркутауголь» - «Шахта Северная».
Таким образом, по делу установлено, что вред помощнику начальника участка № 1 ФИО4, пострадавшему при обрушении горной массы, был причинен деятельностью, создающей повышенную опасность, так как шахта «Северная» является опасным производственным объектом. Как уже указано, моральный вред, причиненный работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей, подлежит компенсации работодателем. Осуждение работника, как непосредственного причинителя вреда, прекращение в отношении него уголовного дела и (или) уголовного преследования, не освобождают работодателя от обязанности компенсировать моральный вред, причиненный таким работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.
Следовательно, в рассматриваемом случае гражданско-правовая ответственность должна быть возложена на АО «Воркутауголь», как на работодателя, несущего ответственность перед работником, а также как на владельца опасного производственного объекта, не обеспечившего в должной мере безопасные условия труда.
При этом довод ответчика об отсутствии вины работодателя в произошедшем суд отклоняет, поскольку согласно акту ... о несчастном случае на производстве, утв. <дата>, авария произошла, в том числе в результате: неэффективных мероприятий по безопасному ведению работ…; недостаточно обоснованных инженерных решений, принятых в Паспорте выемочного участка лавы 1312-ю пласта Четвертого; неэффективной технической политике ОАО «Воркутауголь» в части принятия недостаточно обоснованных инженерных решений и обеспечения безопасных условий труда … и др.
Из изложенного следует, что авария произошла не только вследствие природно-геологических явлений, как указано об этом в постановлении о прекращении уголовного дела, но и вследствие необеспечения ответчиком безопасных условий труда работников.
При этом прекращение в отношении работников ответчика уголовного дела не освобождает работодателя - владельца опасного производственного объекта от обязанности компенсировать моральный вред пострадавшим.
Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает, что причинитель вреда вправе добровольно предоставить потерпевшему компенсацию морального вреда, как в денежной, так и в иной форме … Факт получения потерпевшим добровольно предоставленной причинителем вреда компенсации как в денежной, так и в иной форме, как и сделанное потерпевшим в рамках уголовного судопроизводства заявление о полной компенсации причиненного ему морального вреда, не исключает возможности взыскания компенсации морального вреда в порядке гражданского судопроизводства. Суд вправе взыскать компенсацию морального вреда в пользу потерпевшего, которому во внесудебном порядке была выплачена (предоставлена в неденежной форме) компенсация, если, исходя из обстоятельств дела, с учетом положений ст.ст. 151 и 1101 ГК РФ придет к выводу о том, что компенсация, полученная потерпевшим, не позволяет в полном объеме компенсировать причиненные ему физические или нравственные страдания (п.24 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 №33).
Пунктом 8.6 Коллективного договора ОАО «Воркутауголь» на 2001-2003г.г., продленного на 2004г., то есть действовавшего на дату смерти ФИО4, предусмотрена обязанность работодателя возместить вред, в том числе в случае гибели работника при исполнении им трудовых обязанностей.
Пунктом 5.1.4 Отраслевого тарифного соглашения по угледобывающему комплексу Российской Федерации на 2004-2006г.г., утвержденного Российским независимым профсоюзом работников угольной промышленности (действовало с 01.01.2004 г., утратило силу в связи с истечением срока действия), в случае гибели работника - члена Росуглепрофа при исполнении им трудовых обязанностей или обязанностей, связанных с производственной деятельностью, смерти инвалида, которая наступила вследствие трудового увечья, Работодатель сверх установленных действующим законодательством Российской Федерации выплат и компенсаций в возмещение вреда: оплачивает все расходы, связанные с погребением; выплачивает каждому члену семьи погибшего (умершего), находившемуся на его иждивении, единовременное пособие в размере его средней годовой заработной платы за последние три года работы, но не менее чем в размере, установленном действующим законодательством Российской Федерации. В случае гибели работника (а также смерти работника, наступившей вследствие трудового увечья). Работодатель выплачивает семье погибшего (умершего), проживавшей совместно с ним, единовременное пособие в размере не менее его трехкратного среднемесячного заработка в счет возмещения морального вреда.
Из приказа ...-ю директора шахты «Северная» ОАО «Воркутауголь» от <дата> следует, что в соответствии с Отраслевым тарифным соглашением и п. 8.6 Коллективного договора, членам семьи погибшего ФИО4 произведены следующие выплаты: жене погибшего ФИО5 – выплачено единовременное пособие в размере среднего годового заработка погибшего за последние 3 года в сумме 264765,22 руб.; дочери погибшего Шушковой (в настоящее время Пашкевич) Т.С. – выплачено единовременное пособие в размере среднего годового заработка погибшего за последние 3 года в сумме 264765,22 руб.
Также в соответствии с данным приказом семье погибшего на имя ФИО5 (супруги) выплачено: единовременное пособие в размере 3-х кратного среднего месячного заработка погибшего в сумме 89041,20 руб. в соответствии с п. 5.1.4. Отраслевого тарифного соглашения, в счет возмещения компенсации морального вреда; денежные средства, не полученные ко дню смерти работника (заработная плата; компенсация за неиспользованный отпуск; в/лет» пособие 15%; а также пособие на погребение) в сумме 143274,60 руб.
Таким образом, АО «Воркутауголь» в добровольном порядке компенсировало членам семьи погибшего ФИО4 в составе 2-х человек (жены и дочери) моральный вред в размере 89041,20руб.
В то же время, из справки о составе семьи погибшего следует, что на день смерти (<дата>) по адресу: <адрес> ФИО4 проживал совместно с семьей: ФИО5 (жена), ФИО8 (дочь), ФИО1 (сын).
Сыну погибшего ФИО1 какие-либо выплаты ответчиком не производились.
При разрешении спора о компенсации морального вреда подлежат оценке тяжесть причиненных потерпевшему страданий, фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и соразмерности компенсации последствиям нарушенного права.
Следует также отметить, что моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах. Предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения за перенесенные страдания. Данная категория дел носит оценочный характер и суд вправе при определении размера компенсации морального вреда, учитывая вышеуказанные нормы материального права, с учетом индивидуальных особенностей потерпевшего определить размер денежной компенсации морального вреда по своему внутреннему убеждению, исходя из конкретных обстоятельств дела.
В настоящем случае представляется очевидным, что смерть отца явилась для ФИО4 и ФИО2 сильнейшим потрясением, принесла душевную боль и страдания. Не вызывает сомнений и тот факт, что они до сих пор тоскуют по отцу.
В отзыве на иск ответчик указал, что истцами не представлены какие-либо доказательства несения моральных страданий в связи с гибелью их отца, а наличие только родственных отношений само по себе не может являться бесспорным доказательством для компенсации морального вреда. Денежная компенсация морального вреда призвана компенсировать пережитые страдания, но не должна служить средством дополнительного дохода спустя 21 год после трагедии.
Однако гибель отца сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие, влечет состояние эмоционального расстройства, поскольку утрата близкого человека рассматривается в качестве наиболее сильного переживания, а также нарушает неимущественное право на семейные связи. Подобная утрата, безусловно, является тяжелейшим событием в жизни, неоспоримо причинившим нравственные страдания, а длительное необращение истцов в суд с требованием о компенсации морального вреда не может свидетельствовать о степени нравственных страданий, перенесенных ими в результате преждевременной смерти отца.
Принимая во внимание конкретные обстоятельства дела, принцип разумности и справедливости, суд полагает необходимым взыскать с ответчика АО «Воркутауголь» в пользу истца ФИО9 компенсацию морального вреда в сумме 700000,00 руб.
В пользу ФИО2 суд также считает необходимым взыскать компенсацию морального вреда в сумме 700000,00 руб.
Разрешая довод ответчика о выплате в пользу ФИО10 в добровольном порядке в составе семьи ФИО5 в счет компенсации морального вреда денежной суммы по приказу от <дата>, суд приходит к следующему.
Действительно, из приказа ...-ю от <дата> усматривается, что АО «Воркутауголь» в добровольном порядке перечислило единовременное пособие в размере трехкратного среднего месячного заработка погибшего в сумме 89041,20 руб. в соответствии с п. 5.1.4. Отраслевого тарифного соглашения, в счет возмещения компенсации морального вреда.
В то же время, из данного приказа следует, что указанная сумма была выплачена супруге погибшего ФИО5
Поскольку на дату перечисления денежных средств истец являлась совершеннолетней, у ответчика не имелось оснований для перечисления причитавшейся истцу суммы компенсации морального вреда её матери.
С учетом указанного, суд не усматривает оснований для зачета в счет компенсации морального вреда указанной суммы. Следовательно, с ответчика в пользу ФИО2 подлежит взысканию компенсация морального вреда в размере 700000,00 руб.
Кроме того, истцом ФИО1 заявлено требование о взыскании выплаты по коллективному договору в размере 807840 руб.
Из пояснений представителя ответчика следует, что ФИО1 выплата единовременного пособия в размере среднего годового заработка погибшего за последние 3 года, предусмотренная действовавшими на тот период п. 8.6 Коллективного договора ОАО «Воркутауголь» и п. 5.1.4 Отраслевого тарифного соглашения по угледобывающему комплексу Российской Федерации, не осуществлялась в связи с тем, что заявление от него в адрес АО «Воркутауголь» не поступало ни в тот период, ни впоследствии. Также представитель ответчика пояснил, что выплаты единовременных и иных пособий носят заявительный характер, а потому производятся на основании собственноручно написанного заявления при предъявлении документа, удостоверяющего личность заявителя. С учетом указанного, представитель ответчика просил применить к заявленному требованию срок исковой давности и в удовлетворении данного требования истцу отказать.
Положениями п.2 ст.199 ГК РФ установлено, что исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.
На основании п.1 ст.196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со ст.200 ГК РФ.
Если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (ст. 200 ГК РФ).
В соответствии с п. 15 постановление Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 №43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абз.2 п. 2 ст. 199 ГК РФ). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.
По смыслу указанных выше правовых норм течение срока исковой давности для требования взыскании невыплаченной суммы исчисляется со дня, когда истец, обращающийся за судебной защитой, узнал или должен был узнать о нарушении своего права.
В судебном заседании ФИО1 сообщил, что непосредственно после произошедшей трагедии он обратился в ОАО «Воркутауголь» за выплатой единовременного пособия в связи с гибелью отца, однако в данной выплате ему отказали.
Также истец указал, что обращался к представителям работодателя отца письменно.
Из копии письма АО «Воркутауголь» от 17.03.2011, представленного в материалы дела, усматривается, что истец 18.02.2011 обращался к ответчику за разъяснениями по вопросу выплат семье погибшего ФИО4 Ответчиком были разъяснены ФИО4 положения Коллективного договора.
Указанное свидетельствует о том, что истец знал о нарушении его прав ответчиком. Однако в суд с настоящим иском ФИО1 обратился лишь 17.11.2025, то есть спустя более 20 лет с произошедших событий.
Поскольку юридическая неграмотность, о которой истец сообщил в судебном заседании, не является доказательством уважительности причин пропуска срока исковой давности, у суда не имеется оснований для удовлетворения требования о взыскании с ответчика в пользу истца ФИО4 единовременного пособия в размере среднего годового заработка погибшего за последние 3 года, предусмотренного действовавшими на дату рассматриваемых событий п. 8.6 Коллективного договора ОАО «Воркутауголь» и п.5.1.4 Отраслевого тарифного соглашения по угледобывающему комплексу Российской Федерации.
На основании ст. 103 ГПК РФ, ст. 333.19 НК РФ государственная пошлина в сумме 6000,00 руб., от уплаты которой истцы при подаче иска были освобождены (по 3000,00 руб. каждый), подлежит взысканию в бюджет муниципального округа «Воркута» с ответчика АО «Воркутауголь».
Руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд
решил:
Иск ФИО1, ФИО2 к Акционерному обществу по добыче угля «Воркутауголь» о взыскании денежной компенсации морального вреда удовлетворить частично.
Взыскать с Акционерного общества по добыче угля «Воркутауголь» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 700000 (семьсот тысяч) рублей.
Взыскать с Акционерного общества по добыче угля «Воркутауголь» в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 700000 (семьсот тысяч) рублей.
В удовлетворении требования ФИО1 к Акционерному обществу по добыче угля «Воркутауголь» о взыскании единовременного пособия отказать.
Взыскать с Акционерного общества по добыче угля «Воркутауголь» в бюджет муниципального округа «Воркута» Республики Коми государственную пошлину в размере 6000 (шесть тысяч) рублей.
Решение суда может быть обжаловано в Верховный суд Республики Коми через Воркутинский городской суд в течение одного месяца со дня изготовления мотивированного решения, то есть с 26.01.2026.
Судья У.Н. Боричева